28 сектор: Пламя и лёд

Глава 5. Не в силах больше оставаться на месте, я решила проветриться. С луком за спиной, начинаю обследовать неизвестный мне до этого квадрат с востока от ручья. Дабы не потеряться, помечаю деревья ножом. Передвигаюсь аккуратно, почти на цыпочках, высматривая каждый лист или ветку. Осторожность сейчас не помешает. Предплечье до сих пор щипало, пусть и болевые ощущения закончились. Шрам никуда не исчез, поэтому, периодически поглядывая на него, я начинала свыкаться с мыслью, что след от ангельских пальцев останется теперь со мной навсегда. Не хотелось сейчас размышлять о какой-то судьбе, предназначении, не хотелось вспоминать 28 сектор, не хотелось вообще находиться в этом мире здесь и сейчас. Перешагивая корни деревьев, я сосредоточилась лишь на одной мысли: если была одна утка, то можно найти и вторую. Желудку явно не хватало горячей пищи. Даже ещё будучи в секторах, мы питались сплошными консервами. Я никогда не любила мясо, особенно диких уток. Но во рту надолго устоялся привкус той птицы, что была застрелена несколько дней назад. Если бы можно было вычислить какую-то схему, по которой остатки животных распределены по территории планеты, то я, пожалуй, согласилась бы вернуться в Россию вплавь на руках, чтобы заполучить заветный кусочек. Стволы деревьев заметно поредели. Возможно, близко находится какой-нибудь объект человеческой деятельности. Так всегда. Где ступила его нога, там и стволы редкие, и ветки поломанные, и листья примятые… Приседаю, не веря своим глазам. Здесь кто-то был, причем недавно и не один. Чёткие отпечатки ног. Шелушу высохший лист между пальцев, его частички развеиваются на ветру. Поднимаю взгляд, оглядывая лес. Пытаясь не создавать лишнего шума, достаю стрелу и прислоняюсь с внешней стороны к дереву. Наконечник стрелы без синей пометки, я взяла самые обычные. Не самый приятный момент. Накинув капюшон плаща и натянув тетиву, на корточках отодвигаюсь к дереву сзади. Если они ещё здесь, мне не уйти отсюда незамеченной. Пусть с обычной стрелой и луком, но до сих пор имею волшебный нож в загашнике, который увеличивает мои шансы в разы. Прислушиваюсь. Ничего, кроме шума леса. Должно что-то быть. Я чувствую это. Адреналин не затуманивает разум, наоборот поддерживает его. Действую размеренно, как и должна. Я слышу шорох. Пара метров, не больше. Моя спина практически срастается с деревом, пальцы сильнее сжимают лук. Прерывисто выглядываю из-за ствола. Где же вы? Справа. Шаги удаляются. Меня задевают странные эмоции. Я как бы готова незаметно уйти, несмотря на риск. Но не могу. Кровь кипит от воспоминаний о той твари, в грудь которой вошёл мой нож. Месть. Слово застыло на устах. Не чувствую ни гнева, ни каких-то особых эмоциональных всплесков. Месть. От дерева к дереву, я двигаюсь на звук шагов. Пройдя уже приличное расстояние за неизвестными, нахожу низкий, но плотный кустарник. Они двигаются на юго-запад, тут-то и перехвачу. Заседаю в укрытии. Звук становится слышен чётче. В очередной раз повторяю: сейчас или никогда. Я выпрыгиваю из-за куста. — Стой! — его громкий возглас отражается в моей голове. Парень вскидывает руки. — Это я. Всё ещё не веря своим глазам, опускаю капюшон, но лук продолжаю держать устойчиво. Из-за его спины медленно выходит девочка. — Алекс? Глава 6.  — Все в укрытие, живо! — кричит кто-то. Я стою, всматриваясь в далёкий пейзаж. Мирта обхватывает мой корпус, и мы вместе валимся за соседний стеллаж: — Совсем страх потерял? — Да кому тут ещё быть кроме нее? Думаешь, твари так и норовят шататься по заправкам? — произношу сквозь сжатые зубы, лишь чтобы не разозлить ее ещё сильнее. Мирта зажимает мне рот рукой. На заправке, и правда, становятся слышны тяжелые шаги. Начинает скрипеть дверь, а после полоска света, исходящая из проёма, исчезает. — Ты бредишь, — звучит грубый мужской голос. — Говорю тебе. Эта дверь была закрыта пару дней назад, — второй. — Если мы что-то упустим, Легион не будет в восторге. — Можешь обшаривать хоть каждый дюйм, — вновь первый. — Я тут оставаться не собираюсь. Шаги начинают удаляться так же неожиданно, как и возникли. Мирта отпускает руку и выглядывает из-за шкафа. Жестом указывает ждать. Спустя минуту мы неуверенно выходим из укрытий, проверяя обстановку. — Что это только что было? — Ник разводит руками. — Ничего, что нельзя было бы обсудить позже. Уходим отсюда, пока ещё не поздно, — Бен накидывает свой рюкзак. — Даже ничего не взяв из припасов? — пытаюсь возразить. — Бен прав. Выходим, — Мирта пропускает всех, а после сжимает мне локоть. — Мы только что чуть попались из-за тебя, парень. Будут ещё возражения? Мне остаётся только молча последовать за ними. Ещё минут пятнадцать мы двигаемся на северо-запад, пока кто-то решается проронить первое слово. — Нужно искать место для ночлега, — провозглашает Ро й, ведущий нашу колонну. Солнце начинало медленно клониться к горизонту, воздух стал заметно прохладнее, а тени от деревьев гуще. — Ага, — сухо бросает Мирта. Никто даже не заикнулся о происходящем на заправке. Тишина начинает докучать. — Вы серьезно собираетесь делать вид, что ничего не произошло? — я останавливаюсь. — Видимо, меня одного смущает, что твари проверяют богом забытую заправку на богом забытом шоссе. — Надо же. Четверть часа назад ты был совсем другого мнения, — бурчит Ник, не сбавляя шаг, впрочем, как и остальные. Я вынужден продолжить ход. — Прекратите, — раздраженно повышает голос Мирта, перемещаясь ближе ко мне, в конец отряда. — Идите, мы вас догоним. — Вот только давай без нотаций. И хватит вести себя со мной, как с маленьким ребёнком, — сбавляю шаг. — За последнюю неделю все наши разговоры состоят из твоих попыток унизить мою самооценку. — Милый, — она делает паузу. — Извини. Но ты размяк. Видел себя со стороны? — Мирта указывает на меня ладонью. — Постоянно молчишь, о чём-то думаешь… А сегодня вообще чуть не бросился в объятия к тварям. — Будешь теперь всю оставшуюся жизнь напоминать об этом? — Мы ищем её, Кристофер, — она закатывает глаза. — Исчезновение Виты не повод вести себя так отвратно по отношению к другим. Куда пропал тот самоуверенный и дерзкий парень? Где он? Где Крис, что спас нас от демонической облавы? — Это она спасла нас. — Ладно, это вы спасли нас. Но если бы Вита…- Мирта резко опускает голову и смотрит с ужасом на мой ботинок. — Крис. Не двигайся. — Да что…- я чувствую толчок в правое плечо и отлетаю к ближайшему дереву, врезаюсь в ствол затылком. Боль пронзает нижнюю часть головы. Открываю глаза. Перед ними всё плывёт, в ушах сильный треск. Пытаюсь сфокусироваться. В нескольких метрах от меня на траве лежит Мирта. Лучи закатного солнца отражаются от багровой капли крови, мирно стекающей с ее рыжих волос. Глава 7.  — Это последняя, — с недовольным видом протягиваю Рози банку консервов.– О чем ты только думал? Твоя сестра больна, а ты таскаешь ее по лесу, возможно кишащем тварями, да ещё и без припасов? — Можно хотя бы не при ней разборки устраивать? — Алекс косится на меня исподлобья. — Ты же сказал: «Говори здесь», — с натянутой улыбкой имитирую его тон во время нашего прошлого разговора. — Я лишь хотел выбраться в город. Может, в больнице нашлось бы оборудование, лекарства…- он закрывает голову руками. — Мы уже обсуждали это, — глянув на Розу, немного смягчаюсь. — Я собираюсь закончить охоту. Глядишь, убью кого-нибудь. Пару дней ещё поедим, а дальше…Дальше пусть решает наш старший братик. — Язвить-то зачем? — Я изменилась. Это теперь моё обычное состояние, — накидываю на спину колчан. — Ты привыкай. А лучше постругай коры с деревца — это же такая полезная пища для молодого растущего организма, — с шумом втыкаю один из ножей в бревно, на котором сидят Кроуфорды и держу курс на западный квадрат. Поступок Алекса меня до жути взбесил. Как вообще можно было до такого додуматься? Потащить больную сестру неизвестно куда, неизвестно зачем, в надежде на какое-то чудо. Все мои планы мигом рухнули. Теперь нужно было добывать пропитание аж на три рта, что хотя бы без единичного похода в город попросту невозможно. Может, я и высокомерная эгоистка, но не живу ложными надеждами. Никогда не жила. Появление Кроуфордов заставило меня относиться к лесу более внимательно. Теперь я проверяла каждый сантиметр, что попадался мне на пути. Если нагрянут ещё непрошенные гости, буду начеку. О, чёрт. Осмотрительность не проходит бесследно. Я вижу блеск металла впереди. По-моему, сюрпризов на сегодня и так достаточно. Мысленно убеждая себя, что это простой кусок железа, аккуратно крадусь к новой находке. Гуляя по лесу, я и не заметила, что солнце начало садиться. Под толстым слоем листвы и веток, явно замаскированный, находился люк. Провожу рукой. На двух перпендикулярных друг другу ручках замечаю, точнее сказать нащупываю пальцами, рельеф знака, который видела уже давно. Улитка. Не может быть. Улитками жители секторов называли элитные бункеры, расположенные, как правило, в отдаленных лесах. Они строились, в основном, для политиков, каких-то знаменитостей, в общем, для отборных сливок общества. Большинство из них так и не дождались своих хозяев, так что в них, вполне, могли находиться горы запасов. По конструкции обычно эти бункеры напоминали раковину улитки, отсюда и название. Я неоднозначно взглянула на люк. С одной стороны, скоро начнется закат, да и последняя моя попытка проникнуть через незнакомый люк в неизведанный туннель, чуть не закончилась плачевно. С другой же, что мне терять? А если встречу горстку тварей, то на этот раз имею подходящее оружие. Скрепя сердце, поворачиваю тяжелую крышку люка. Не делала этого со времён 28. Получаю почти наркотическое удовольствие, вновь спускаясь на уровень ниже земли. Если всё так, как кажется, то я ещё долго не буду ни в чем нуждаться. Помимо припасов, бункер будет служить неплохим убежищем. Обстановка внутри оказалась нестандартной. Помещение было не то, что одноярусным, оно представляло собой несколько вытянутых комнат-коридоров. По крайней мере, на первый взгляд. Благодаря своим сверхъестественным способностям и очень жалкому, но всё же свету с улицы, я отправилась на разведку. Все коридоры были пусты. Пройдя до конца комнаты, замечаю закрытую дверь, на которой висит замок. Должно же хоть что-то быть. Достаю нож и то ли открываю, то ли ломаю его. Пинаю дверь. Комната была складом. Первым, что бросилось в глаза: полки, расставленные по периметру и набитые всевозможными банками. Я шагнула в нее. В центре лежало тело. Автоматически выхватываю нож. Пытаюсь понять, что происходит. Тело за закрытой дверью? Без неприятного запаха? Не отдавая себе отсчёта, подхожу к кому-то или к чему-то. Это мужчина. Одет по стандартам: в форме и подходящих сапогах. У его ног лежала опрокинутая бутылка воды, жидкость уже испарилась. Кто же он? Один из беженцев, что смог укрыться? Но почему за закрытой дверью? Я медленно опускаю пальцы к его шее. Кожа горячая, даже слишком. Он ещё жив, сомнений быть не может. Жар спровоцировала, скорее всего, какая-нибудь инфекция. Вновь оглядываю полки. Воды нет, только консервы. Нужно как можно скорее позвать Алекса — одна я его до лагеря не донесу. Однако, что-то подсказывало, что счёт идет на секунды. Решаю определить характер ранения. Приложив немало усилий, переворачиваю солдата лицом вверх. И мгновенно отшатываюсь. Светлые глаза, объемный нос, волосы с едва заметной сединой… Смаргиваю. Нет, этого просто не может быть. Ещё раз. На пальце след от кольца. Мотая головой, я тянусь за верёвкой, находящейся на моей шее. В комнате лежало тело отца. Глава 8. Эмоции. Зачастую мы так сильно поддаёмся им, с головой ныряем в глубокое море, порой не осознавая, что можем не вернуться. Я понял это уже давно. Но упорно продолжаю захлебываться. — Мирта! — подбегаю к лежащей на траве девушке. — Я, — она с трудом шевелится. — Я в порядке. Рой, Ник и Бенджамин одновременно срываются с места. — Ты спасла меня, — шепчу, до сих пор не вникнув в ситуацию. Мирта отвечает лишь продолжительным взглядом в мою сторону. Парни почти достигли нас. Я тихо отхожу назад. — Что, чёрт подери, произошло? — Ник пытается поднять её, но из груди Мирты вырывается стон. — Спина, — девушка сжимает зубы. — Всё уже в норме. — Тут порез, — он осматривает рану. — Неглубокий, но продолжительный. Куртку можно выбрасывать. — Порадовал, — Мирта пытается улыбнуться. — Так что это было? — Бен повторяет вопрос Ника. — Мина, — она вновь смотрит на меня. — Задело осколком. Сама не знаю, как нарвалась. — Мина здесь? В лесу? — Ник округляет глаза, продолжая осматривать рану. На его изящных руках вздуваются вены. — Кому понадобилось минировать что-нибудь в этой глуши? — И снова уйма вопросов, — она с трудом, но всё-таки поднимается. — Темнеет. Надо разбить лагерь. — Шутишь? На заминированной местности? — вступает в дебаты Рой. — Хочешь поспорить, трус? — Ник закидывает руку Мирты через своё плечо. — Она всё ещё наш командир. Хочешь идти — путь свободен. — Тихо, — девушка поднимает взгляд. — Засядем прямо здесь. По-видимому, я собрала все мины. В ближайшей паре метров — точно. Ребят, ещё не помешает хворост. Только прошу, аккуратнее. Мне нужен был только повод. Не обращая внимания на угрозу, бреду в случайном направлении, чтобы никто не услышал. Нахожу дерево с более-менее крепкой корой. Удар. Руку пощипывает. Ещё удар. Припадаю к стволу лицом. Ещё, сильнее. Костяшки разбиваются в хлам. Новый удар. Я кричу. Сам не знаю, почему. То ли от безысходности, то ли от шаткости положения, то ли просто от того, что просто захотелось закричать. Я простоял ещё несколько минут в обнимку с деревом. Захотелось исчезнуть. Парни, разведя костёр, занимались приготовлением пищи. Мирта отдыхала, устроившись на плече Ника. — Нужно поговорить, — быстро пересекаю местность, направляясь к ним. Девушка кратко кивает Нику, он уходит. — Тебе стоит вернуться. — Милый, — Мирта протяжно вздыхает. — Это царапина. Да и если мы вернемся, то вместе. — Ты чуть не погибла, спасая меня, — я был на взводе, не хотелось слышать противоречий. — Я собираюсь найти её. В любом случае. — Понятно, — она заглядывает за спину, замечая разбитую руку. — Крис, твоя жизнь за сегодня была под угрозой дважды, учитывая четверку бойцов рядом. Мы вернемся, покажемся Майку, а дальше продолжим в другом квадрате. Здесь до сих пор опасно находиться. -Но…- пытаюсь возразить. — Ты сейчас часть моего отряда. Не заставляй меня приказывать, — она смотрит на меня ясными глазами, отражающими пламя. — Выходим на рассвете. Я обессилено повалился прямо на сырую траву. Начинаю оглядывать костёр, наблюдая за беглыми искрами. Жаль, что моя уже погасла. Навсегда. Глава 9. Надо что-то делать. Причем немедленно. Я обхватила голову руками. Удивительно, но первыми мыслями, посетившей меня, оказались не вопросы по поводу получения инфекционной раны, да и вообще нахождения здесь ЖИВОГО отца. Точнее, уже полуживого. Я думала лишь о том, как дотащить его до лагеря и спасти жизнь того, кого считала героически погибшим на днях. Думай. Инфекция. Нужны антибиотики. Много антибиотиков. Лагерь. В лагере был запас, я их ни разу не использовала. Нужно как-то доставить его туда. Думай. Должно же быть хоть что-то. И оно было. Действительно было. Я могла спасти отца. Фактически возродить его. Но какой ценой? Думай. Другого выхода нет. Достаю нож и делаю на ладони узкий разрез. Нужно только произнести его имя. И всё разрешиться. — Габриэль, — то ли говорю, то ли выплевываю. Сама не знаю. Поднимаю голову. Ничего не происходит. — Ангел, будь ты проклят, — кричу, будто он находится не в своём ложе на облачках, а совсем недалеко, в реальном мире. — Ангел. Я знаю, что ты слышишь, а от запаха моей столь ценной кровушки уже, наверное, дыхание спёрло. Явись. Я бегло взглянула на отца и сразу отвела взгляд. Впалые скулы, морщины, что никогда не были столь сильно выражены… Утираю влажные глаза. Не могу потерять его ещё раз. Мне уже всё равно, главное — прекратить это. — Габриэль! — горло сводит спазм. Пережидаю несколько секунд, потом тихо добавляю, — Я согласна. Реакция ангела была мгновенна. Я закрыла глаза, чтобы не повредить сетчатку уже привычной вспышкой света. — Что от меня требуется? — его ответ краток. — Спаси его, — я опустилась на пол, сжимая кольцо на шее. — Спаси, и я сделаю всё, что нужно. — Я не могу, — произносит, как само собой разумеющееся. — Что? — от неожиданности чуть ли не усмехаюсь. Я ни о чем так на свете не жалела, как о своих потерянных отношениях с отцом. И речь даже не о последних днях в 24. Мы отдалились ещё со смерти мамы, отдалились настолько, насколько я себе даже представить до всего случившегося не могла. Затем я потеряла его, думая, что окончательно, страдала…А что теперь? Отец, на границе жизни и смерти лежал у моих ног, а я стояла около него на коленях, не в силах ничего сделать. И не хватало-то несколько грамм антибиотиков. Несколько грамм… — Я не могу вмешиваться в твою судьбу, — Габриэль разводит руками. — Это не в моих силах. Физически. — То есть, судьба моего отца — снова умереть? — я срываюсь. — Умереть у меня на руках? Этот чёртов апокалипсис забрал у меня всё, всё до последней капли. И когда я вновь нахожу отца, никто не может ему помочь? Зачем тогда вообще жить, если судьба всё знает? — я поднимаюсь и смотрю прямо в глаза божьему посланнику. — Ты — ангел, а это всего лишь умирающий человек. И ты не можешь ему помочь? Разве ты, Габриэль, настолько жалок? — улыбаюсь. — Если мой отец не выживет, я клянусь, что сделаю всё возможное, чтобы заставить вас страдать так же, как нас. Мне будет наплевать даже на гибель человечества. Клянусь, меня ничто не остановит. — Я не могу напрямую помочь Джону, — говорит уже более мягко, с сомнением. — Но косвенно повлиять на ситуацию, думаю, смогу. Однако мне нужно быть уверенным, что ты даёшь согласие на начало тренировок. — Делай уже всё, что потребуется, — я подхожу к нему ближе. — Твоя метка, на самом деле, облагает, без преувеличения, огромной силой. Тот нож, коим ты умертвила демона, получил питание от неё, закалился за счёт метки. Я могу её активировать на некоторое время. Снимаю плащ, затем поднимаю ткань футболки. — Лучше сожми зубы. Будет больно. Очень больно, — с этими словами, Габриэль прижимает свой кулак к метке. Сложно описать, что я почувствовала. Казалось, что каждая мышца, каждая кость, каждая клетка тела завывала от боли. И я ощущала все из них. Ощущала настолько ярко, будто меня только что разделили на те самые клетки. — Подними его. Всё ещё борясь со спазмами, я наклонилась к отцу и попыталась приподнять его. Вес тела исчез. Глава 10. Я не спал до утра. Удивительно, но количество всех звезд можно посчитать всего за несколько часов. Обстановка в компании ночного неба выглядела бы даже весьма романтичной, если не учитывать то, что каждую секунду мы подвергаемся неимоверной опасности. За последние два года на земле всё кардинально изменилось. А звёзды…звёзды всё прежние. Мою идиллию прервал шорох. Громкий, в деревьях. Я бегло осмотрел спящих членов отряда. Будить их не было смысла. Если он мне и не почудился, то кто или что это может быть? Ветер, в крайнем случае, какое-нибудь животное. Но почему-то пока я вылезал из спального мешка, пальцы сами нащупали приклад пистолета. За стволами не оказалось ничего необычного. Дав себе мысленное обещание, что не отойду слишком далеко, углубляюсь дальше. Слышу ещё шорох. Я не ошибся. Вспоминаю сегодняшних гостей с заправки. Меня передергивает от мысли о том, что это могут быть твари. Стрекот сверчков мешает сосредоточиться. Боюсь не услышать очередного сигнала. И голоса. Вновь двое. Отчётливые, мужские. В нескольких метрах справа. Снимаю предохранитель и прижимаюсь к коре. — Я уже чувствую их, — первый. — А я вот вижу примятую траву. Если бы ты слушал меня в прошлый раз и настроил свои рецепторы, мы бы уже схватили их, — второй. — Смешно. Про рецепторы, — они заливаются хохотом по непонятной причине. Обдумываю план. Вылезти — не выход. Их двое, да и сравнивать тварь с человеком…Но что делать? Они направляются в сторону лагеря. Позволить им добраться до отряда я не могу. Образ умирающей от лап твари Линды прочно засел в коре головного мозга, думаю, всех, кто видел это. Разворачиваюсь обратно. Пройдусь с ними до лагеря, дальше видно будет. — Это ангельская кровь, — первый. — Последний серафим здесь? Шутишь? — второй. — Точно говорю. Но она мало выражена, — первый. — Ходил слушок, что это девчонка. Ещё сырая и слабая. — Ну, — второй. — В таком случае, нам приперло. Легион будет рад. Очень рад. Они почти на месте. Я заседаю в тени ближайшего дерева. Нельзя позволить им добраться до них. Нельзя. В кармане брюк нащупываю зажигалку, нахожу более-менее сухую кору. Пытаюсь поджечь. Пальцы трясутся. Изо рта тянутся клубы белого пара. Давай же. Искра появляется, но тут же гаснет. Слишком влажно. Вновь прохожусь по карманам. Книга отца у Виты. Что делать? Футболка. Хлопковая футболка. Скидываю куртку, снимаю рубашку. И поджигаю её. Хлопок мгновенно вспыхивает, несмотря на изрядную пропитку предмета одежды потом. Бросаю её за соседнее дерево и выглядываю из-за укрытия. Вначале оглушают Роя. Невольно отворачиваюсь. Теперь было уже ясно, что они не собираются убивать нас просто так. Им нужна либо информация, либо…то, зачем уже приходили их предшественники. Вот удар получает и Бен. Мирта с Ником не реагируют. Смотрю на свой спальник. Он всё испортит, если они заметят его раньше, чем огонь. Последним членам отряда твари просто связывают руки и рты, закрепив их на ближайшей ветке. — Какого? — недоумевает второй, разворачиваясь в мою сторону. Пламя с рубашки перекидывается на дерево. Крепче сжимаю пистолет, предвкушая яркую битву.