Фанфик по сериалу "Клон-3, или В лабиринтах любви"

19. Часть 35. Глава 19. Первые дни Лейлы в доме мужа. Когда молодожены с сидом Рахимом добрались, наконец, до риада, уставший старик сразу отправился отдыхать. Фарид, познакомив мать с Лейлой и быстро выгрузив из повозки вещи молодой жены, тут же повел осликов в стойло. Лейла осталась одна с матерью Фарида. Она хорошо усвоила, как теперь ей следует себя вести, чтобы желанный муж не отказался от нее. Поэтому девушка опустила глаза, впрочем, без притворства застеснявшись в незнакомом месте и рядом с чужой женщиной, от которой теперь зависело ее благополучие. — Идем в дом, невестка. Бери вещи, сколько сможешь унести. Остальные принесет мой сын. Я отведу тебя в твою комнату, а по пути покажу, где что находится в доме. Кухня, гостиная, кладовки, где чья комната… Чтобы ты ненароком не забрела, куда не следует. Лейла с робкой улыбкой кивнула, стягивая с головы платок. При этом золото нежно звякнуло в ее ушах и на шее. Или так выдали себя многочисленные браслеты на ее запястьях? А в свете фонарей, падавшем с улицы из-за высокой стены с воротами, на мгновение блеснул бриллиант в обручальном кольце. Т.к. Лейла поднимала за ручку чемодан и брала ещё одну сумку, то не увидела, как чему-то усмехнулась свекровь. ЛАРА ДЖАБИРА была довольна, что сын, наконец, нашел себе жену по душе. Красивая, не падкая на золото, если уж отказалась от покупки махра, хотя… Золота на ней сколько! Но ведь это махр от прежнего мужа? Неважно! Главное — сыну не пришлось тратить деньги. Только бы Зухра не решила начать сводить счеты с ее Фаридом и с молодой красивой соперницей! Эта мысль не отпускала лару Джабиру с первого мгновения, едва она увидела невестку. Нет, Зухры стоит бояться. Она поговорит с сыном — пусть предупредит ведьму, чтобы та не приближалась к девчонке и не строила козни, если хочет оставаться в их доме! Женщина отвела нового члена семьи в комнату. Фарид решил, что Лейла займет ту, в которой когда-то жила Зухра и, наверное, все ещё считает ее своей. Это показалось матери Фарида провокацией, и она возражала, но сын уперся. — Я хочу, чтобы Зухра поняла, что ее место там, где теперь она и обитает. Она служанка. Пусть помнит об этом. Если я звал ее к себе в комнату, то лишь потому… — О, Аллах! Нет, не говори при мне об этом, харам! — замахала руками женщина. — Но сделай так, чтобы Зухра не причинила вреда твоей жене. В доме пустует комната одной из твоих сестер. Почему бы Лейле не занять ее? И твоя комната рядом. — Я поговорю с ведьмой! — пообещал молодой мужчина матери, не ответив на предложение. Этот разговор состоялся между ними как раз перед поездкой в Фес на никях. Но теперь, увидев девушку, лара Джабира убедилась, что права в своих опасениях. Не будет спокойной жизни в их доме! Мать Фарида была вынуждена отвести невестку туда, где вряд ли та захотела бы остаться, осознай опасность. Только никто в доме, кроме самого Фарида, не станет рассказывать девушке о Зухре. Не в первый же день, не с порога так пугать новобрачную! Когда свекровь ушла, Лейла, оставшись одна, с любопытством принялась рассматривать обстановку. Они добрались домой поздно вечером, шли по улицам под темным небом. Поэтому двор и дом Лейле рассмотреть не удалось. Но и когда бы? Но сейчас она в комнате, и одна. Спальня не показалась ей роскошной, если вспомнить интерьеры особняка сида Саида или даже дома ее бывшего мужа Мухамеда. Но если сравнивать с домом сида Абдула, то все-таки комната была обставлена куда лучше, чем та, где она жила последние недели. Но даже ночью при свете зажженного светильника Лейле показалось, что жилище производит мрачное впечатление. По ее спине и рукам пробежали мурашки. А это что? Лейла нагнулась и подняла с ковра почти из-под кровати живую розу! Это был цветок с крупным черным бутоном. Сначала она с удивлением повертела в руках необыкновенный цветок, осторожно держа его за стебель, опасаясь острых шипов. Но потом со страхом отбросила в угол, когда до нее дошло, что это мог быть «подарок» от колдуньи Зухры. Лейла очень испугалась, даже сердце заколотилось! — О, Аллах! И вот тогда в комнату вошел Фарид, затаскивая ещё три ее объемистых сумки. — Сейчас ещё принесу! Сколько же у тебя вещей! Отдышавшись, добавил: — Сегодня буду ночевать у тебя. Первая ночь после никяха. Но и потом… Ты же единственная моя жена. Как тебе комната? Лейла молча улыбнулась, пожав растерянно плечами. В руках она все ещё держала платок, который стянула с головы во дворе риада. Чемодан и сумка стояли, брошенные, у порога. — Тебя что-то испугало? — догадавшись, нахмурился Фарид. И она, прикусив губу, молча кивнула в угол, где на полу, куда не доставал старый ковёр, лежала черная роза. — Ясно! О, Аллах, когда же эта ведьма прекратит свои дела? Кажется, она все ещё ничего не поняла! Но я завтра с ней разберусь! Ничего не бойся, Лейла! В этом доме я хозяин. Здесь волос не упадет с твоей головы, если я не пожелаю. Тебя никто не тронет. — А… есть, кого я могла бы бояться? Ты упомянул ведьму… — О! Ну, понятно! Вижу, ты уже наслышана о Зухре и без того, что я успел тебе рассказать. В доме сида Абдула рассказали страшилок? Это моя бывшая жена. Она воображает себя великой колдуньей. Это не так. Иначе огонь во время пожара не тронул бы ее. Почему ее умения не помогли ей самой, а? Девушка стояла, прижимая к груди смятый платок, с ужасом уставившись на мужа. Фариду отчего-то это доставило удовольствие. И он продолжал пугать: — Лейла, как я тебя уже предупреждал, эта женщина опасна. Она способна на преступление. У меня была жена Хадижа, ты знаешь ее, наверно. Дочь брата твоего бывшего мужа. Зухра едва не задушила ее… Потом тебе расскажу, как это случилось. Не верь Зухре никогда и ни в чем. Не поддавайся на ее провокации. Но я надеюсь, что ТЕБЕ она не посмеет причинить вред по-настоящему. Знает, что тогда окажется на улице. Я тебе уже говорил об этом. Но все равно она не сможет удержаться, чтобы не попугать тебя или как-то задеть. Всё рассказывай мне, понятно? — Да, Фарид. Но почему ты не выгонишь эту женщину?! — Не могу. Пока не могу. Она мне может пригодиться. Просто обходи ее стороной. Ты — молодая хозяйка в этом доме, моя жена. Помни об этом. Всё равно ты выше нее, ты жена, она теперь только служанка. Кто — ты и кто — она! Идем спать! Мне вставать рано. Лейла не стала спорить. Она же всего несколько часов жена Фарида. Ещё успеет сделать по-своему. И Зухру она приструнит. Как эта змея посмела зайти в комнату только что поженившихся хозяев и оставить тайный знак?! Что Зухра хотела сказать этим Лейле? И пока молодая супруга возилась с ночной сорочкой, которую достала, наконец, из наспех собранной в доме дяди Абдула сумки, пока причесывала волосы, сняв с шеи ожерелье, стянув с запястий браслеты, вынув из ушей золотые серьги, она не заметила, что Фарид уже уснул и крепко спит, пока ещё не похрапывая, что, впрочем, случилось тут же, как только Лейла прилегла на свою часть кровати. Повозившись под одеялом, устраиваясь удобнее, Лейла прислушалась к себе. Довольна ли она новой жизнью? Кажется, да! Вот бы ещё телевизор в этот дом! Засыпая, Лейла подумала, что при первой же возможности позвонит Кариме и узнает, какие сериалы та сейчас смотрит. Карима, конечно, перескажет ей содержание серий. Даже просить не придется. Хотя бы так она будет знать, что происходит в сериалах, которые ей не посмотреть… Лейла уснула. А утром Фарид не стал будить юную жену. Решил дать ей поспать в первый день в его доме. Но причиной была не жалость к ней, а желание поговорить с Зухрой без Лейлы. Обычно Зухра долго не разлёживалась, была ли она его женой или став теперь служанкой. Поэтому Фариду не составило труда обнаружить ведьму в кладовке возле кухни, куда та метнулась, заметив его, когда он спускался по лестнице. Но и Фарид ее увидел и поймал, загнав в угол в темной кладовке. — Ты не поняла, Зухра, что я не желаю никаких выпадов с твоей стороны? — А что я сделала? — как будто удивилась злодейка. — Розы! Ты это знаешь, я тоже знаю. Твои черные розы. Сначала на дороге, потом у меня под кроватью! Решила извести мою молодую жену? Напугать девчонку с первых же шагов в моем доме? Зухра зло сверкнула глазами из прорези никаба, но промолчала. — Не зли меня! Когда-то я не защитил мою жену Хадижу, это плохо кончилось для меня и моей семьи. Я многое потерял. У Лейлы нет за спиной влиятельного отца. Но… у нее есть моя симпатия, она красива, я принял ее, потому что эта женщина мне понравилась. И только попробуй причини ей зло! Притворно-благодушный тон Фарида сменился на злобно-ледяной. Зухра была зажата им в углу возле огромного глиняного горшка, бежать было некуда. А Фарид ещё и схватил Зухру за ткань на голове и потянул на себя. Зухра была вынуждена тоже вцепиться в никаб обеими руками. Она не желала нового унижения, когда снова предстанет перед бывшим любовником с лысой головой и изуродованным лицом. — Только посмей хоть в малости навредить моей жене или как-то ее обидеть, пожалеешь, Зухра! Я прогоню тебя, отобрав у тебя все до одного платка. Окажешься на медине лысая и «красивая»! Какой ты теперь стала! — и он отпустил ткань, толкнув Зухру в грудь. Женщина пошатнулась, готовая броситься на него после услышанного оскорбления. — Ты же и виноват, что я потеряла красоту! — прошипела она ему в спину. И тут же испуганно сжалась, когда Фарид уже на пороге повернулся в ее сторону. — Неважно, по чьей вине это случилось. Но теперь ты стала уродливой и мне не нужна, — с мерзкой ухмылкой произнес он. — А с кем ты спал ещё два дня назад, не помнишь? — раздался из угла язвительный голос племянницы марракешской колдуньи. — Забудь. Я тебя использовал в предвкушении появления красавицы-жены! Только и всего. Фарид смачно плюнул в ее сторону и вышел в коридор. Зухра не выдержала и запустила в Фарида попавшейся под руку пустой пластиковой бутылкой, которую лара Джабира принесла сюда с какой-то целью. — Негодяй! — стоя в дверях кладовки, со слезами в голосе выкрикнула она в спину Фариду, мгновенно поняв, что он ушел, победно смеясь, вместо того, чтобы наказать ее за пролетевшую мимо него бутылку. Раньше бы он побил ее за такое. Теперь Зухра могла дать волю слезам. Она вернулась в темную кладовку, скользнула спиной по шершавой стене вниз, села на пол и тихо разрыдалась. Почему во время пожара она так сильно пострадала? Фарид поранил лицо — и у него сохранился глубокий шрам на щеке, который уже зажил, но был заметен. Фарид остался хромым, потому что деду Рахиму не удалось найти надежного лекаря, когда семья опасалась, что Саид Рашид ищет Фарида, чтобы схватить и наказать за похищение Фатимы. Нога срослась неправильно, и теперь Фариду суждено было хромать до конца жизни. Разве этот трус осмелится сделать операцию, чтобы с новым переломом нога срослась, как надо? Но его никто не считает уродливым. Наоборот! Эта мерзкая Лейла, кажется, влюбилась в ее Фарида! Да, Зухра все ещё считала его своим! Можно ненавидеть, но все равно признавать, что он твой. Но теперь появилась новая соперница. И она напугала Зухру, которая уже поняла разницу между Хадижей и Лейлой. Хадижа оказалась вовсе не красавицей, к тому же имела слабый характер, появившись в доме мужа из особняка отца, где жила как принцесса из сказки и где ей никто не перечил, ее не обижали и исполняли все ее желания. Такую «принцессу» было нетрудно запугать, обмануть, добиться своего, наконец, даже выжить из дома мужа. Но Лейла… Она выросла в таких же условиях, что и Зухра. О, Зухра многое разузнала о будущей жене Фарида! Люди любят посплетничать и надолго запоминают скандалы. Поэтому Зухра без труда разузнала всё, что давно обсуждали на мединах Мекнеса и Феса, выведала все старые сплетни, как и свежие новости. Но и в доме Обенсуров часто обсуждали возможную невесту, которую Фариду пытался сосватать сид Абдул. А Зухра подслушивала по возможности все разговоры. Но теперь она и сама видела: девчонка красива и капризна, упряма, но хитра, и знает, чего хочет. Зухра это сразу поняла. Когда ей пришлось красться по улицам Мекнеса от ворот медины до риада, она с горечью видела, какими взглядами обменивались Фарид и Лейла. Она поняла, что УЖЕ произошло между ними, что, конечно, сблизило их, но и оттолкнуло Фарида от нее, Зухры. Зухра даже не очень разозлилась, узнав, что ее комната отдана молодой жене. Она понимала, почему Фарид так поступает. Слишком хорошо его знала! Но уступать Зухра не собиралась. Пока она будет только наблюдать за Лейлой со стороны, избегая случайных встреч в доме, а потом найдет способ напугать девчонку и даже изгнать из семьи. Зухра вспомнила, как ловила каждый взгляд Фарида на Лейлу там, на медине, каждый поворот его головы в ее сторону. А потом она по соседним улицам забежала вперед, зная, по какому пути пойдут Фарид и сид Рахим домой, и оставила им «сюрприз» в виде черных лепестков розы, зная, что это их задержит. Потом она обогнала компанию с новобрачной и ее вещами, которые ослы Фарида отказывались дальше везти, пока он не убрал с дороги напугавшие животных лепестки. А Зухре этого времени как раз хватило, чтобы раньше них добраться до риада и затаиться во дворе возле ослиного стойла. Оттуда было хорошо видно всё, что происходило у ворот и двери с медины и по пути к входной двери в дом. Зухре очень хотелось увидеть выражения лиц вошедших и понять, что почувствует Лейла, оказавшись во дворе риада. С Фаридом всё было понятно. Он принял женщину, на которой его женила семья. А вот Лейла? Девчонка ТАК улыбалась мужу на медине! Зухра это увидела даже в темноте вечерних улиц! И интриганка была удовлетворена: соперница, войдя через ворота во двор, принялась трусливо, как показалось Зухре, осматриваться. — Не меня ли она боится увидеть? — ухмыльнулась ведьма. — Значит, ей уже известно обо мне. Интересно, кто и что ей наговорил? Она уже боится меня? И правильно! Тем проще мне будет с ней справиться. На сердце у Зухры стало легко. Под черной тканью расцвела на лице улыбка. Довольно рассмеявшись, Зухра решила спрятаться и больше пока не показываться на глаза семье. Или их новой невестке. …Но наступило утро. Зухра выслушала угрозы Фарида и выплакалась, прячась в кладовке. Лара Джабира сначала хлопотала на кухне, накормила отца и сына, которые вскоре ушли по делам. И только тогда Зухра решила показаться, зная, что иначе бывшая свекровь примется искать ее по всему дому. А Зухра не хотела выдавать своего присутствия, чтобы не столкнуться с уже ненавидимой Лейлой. Жена Фарида, наверное, очень хочет ее увидеть. Если ей известно, что у Фарида до нее были жены и одна из них все ещё живет в его доме, пусть и в положении служанки, то любопытство должно будет подтолкнуть Лейлу к встрече, чтобы увидеть и оценить соперницу. И разве девчонке не намекнули на все ещё существующую близость Фарида с бывшей женой? Зухра же решила извести девчонку, ускользая, избегая встреч с ней. — Пусть умирает от любопытства! — решила она. Но то, что Фарид не стал будить Лейлу, уходя на медину, Зухре не понравилось. Неужели в их доме появится новая «принцесса»? …Лейла же проснулась в тот момент, когда со двора до нее донесся ослиный рев. Она вскочила с постели и выбежала в одной ночной сорочке на галерею. Прильнула к решетке ограждения, осмотрелась и всё увидела. Сид Рахим тянул за собой упиравшегося ослика, намереваясь вывести животное на медину, чтобы сходить за кормом. Несколько тюков на себе не принести! Но у ослика было на уме что-то иное. Поэтому он ревел и упирался. Лейле не были интересны перипетии домашних дел в семье ее мужа — ну, пока не были интересны! — и потому она вернулась в комнату и снова легла в кровать. Потом поняла, что спать больше не хочется, а значит, пора привести себя в порядок. Она умылась, причесалась, надела другое платье, которое очень хорошо на ней смотрелось. Покопалась в шкатулке с золотом — выбрала украшения на день. Потом внимательно осмотрелась в поисках места, куда можно было бы спрятать шкатулку с золотом. Нашла ящик в старинном шкафу, который, к сожалению, не закрывался на ключ, что весьма расстроило Лейлу. А если та ведьма залезет в комнату и украдет ее золото? Но пока Лейла решила ничего больше не предпринимать: вот вернется Фарид и подскажет, как быть. Девушка испытывала жгучее желание увидеть Зухру. Где может находиться эта ведьма? И где ее комната? О, Лейла не станет нападать на женщину сразу! Сначала она присмотрится к бывшей сопернице, постарается понять, чем та опасна, что от нее можно ждать. Но не сидеть же ей весь день в комнате до возвращения домой Фарида! Надо найти лару Джабиру. Однако делать это ей не пришлось. Открылась дверь комнаты, и вошла свекровь. — Уже поднялась? Поздновато ты… Но это первый день, с непривычки. Лейла, знай, что теперь все домашние дела мы будем делать вместе. — Да, понимаю, — смиренно согласилась невестка. Лара Джабира довольно кивнула и показала рукой на дверь. — Идем. Позавтракаешь, потом начнем готовить обед. — Лара Джабира, я забыла, кто живет в соседних комнатах. Вот за этой стеной чья комната? — О, это… там была комната Хадижи. Она получила развод от моего сына и уехала в Бразилию к отцу. — Да-да! Знаю о ней. Мне говорили. Хадижа — дочь Саида, брата моего бывшего мужа. — Ее комнату мы не трогаем, потому что эта женщина может ещё вернуться в наш дом. Не в качестве жены, наверно, но как няня их с Фаридом детей. Лейла не стала возражать, хотя знала, что Хадижа уже просватана и скоро ее свадьба. Какая из нее нянька? Так ее муж и отпустит в Мекнес с детьми! Так Рашиды и отдадут детей семье Фарида! Она это усвоила из услышанных в доме Мухамеда разговоров. Лейле многое было известно, она как человек очень любопытный, любящий сплетни и интриги, не пропускала мимо ушей ни одной сплетни, ни слуха, поэтому была в курсе многих событий, пусть другие даже не подозревали, что ей может быть что-то известно. И здесь, в доме мужа, где ей предстояло прожить много-много лет и даже состариться, ее интересовала Зухра. О ней Лейла и спросила у свекрови. — А где комната Зухры? — Она живет на этом же этаже, но ее дверь — последняя на галерее. Из коридора в нее не попасть. Это бывшая «женская комната». Зухра сама выбрала это помещение. — О, как интересно! А как я могу ее увидеть? Мне любопытно взглянуть на эту женщину. Ведь я должна знать прислугу в лицо, но она единственная служанка? — Да, она единственная. Но я прошу тебя не встречаться с ней, на то есть причины. Ты поняла? — и лара Джабира так сурово посмотрела на нее, что у Лейлы язык прирос к нёбу. — Не задавай лишних вопросов. У тебя есть муж, который расскажет тебе всё в свое время. Я же могу только посоветовать держаться подальше от Зухры. Она опасна. «Чем?! Что может сделать обитателям дома служанка, пусть и бывшая жена Фарида?!» — хотелось ей спросить, но — увы, не смогла. Побоялась рассердить свекровь. — Но вот та комната и та, что рядом — это бывшие комнаты моих дочерей. Сестры Фарида вышли замуж и теперь комнаты пустуют. Нет, в одной из них Фарид устроил себе кабинет. Там много его вещей. Кстати, Фарид одно время собирался взять четырех жен. И тогда комнаты были бы заняты. Но пока у нас появилась только ты. — Но., ээээ, — растерянно начала Лейла и оборвала речь. — Не переживай, такое может случиться не скоро и только если ты окажешься плохой женой или бесплодной, — покосилась на девушку свекровь. — Я буду очень хорошей женой! И нарожаю Фариду много сыновей! — воскликнула Лейла. — Но я могу не уметь делать то, что принято в домашних делах у вас. Я жила в таких семьях и с такими людьми, которые ничему не смогли и не захотели меня научить! Тогда вы научите меня, лара Джабира! Прозвучало это несколько льстиво, но горячо и с искренним желанием. Лара Джабира, которой пришлось наслушаться на медине много сплетен о том, какая из Лейлы получилась жена при бывшем муже, пока не могла разобраться, лжет и притворяется девчонка или, потеряв старого и нелюбимого мужа, получив второй шанс с ее сыном, Лейла станет другой. — Поживем — увидим, — пробормотала женщина. Они спустились по лестнице и вошли в кухню. Лейла то и дело осматривалась, как будто ожидая кого-то увидеть. Лара Джабира догадывалась, в чем дело, но решила не вмешиваться. Она уже поняла, что Зухра по какой-то причине избегает встреч с новой женой Фарида. Впрочем, разве сын не устроил Зухре выволочку, найдя ее в кладовке? Утром женщина долго слушала, как ревет там бывшая невестка после его ухода. Пока резали овощи и зелень, разбирались с мясом и приправами, женщины разговаривали. Ларе Джабире хотелось расспросить обо всем, чтобы осмыслить, что из услышанного на медине было нелепыми слухами и сплетнями. Лейла же догадалась, как тоже незаметно выведать у старухи то, что ее интересует. Вот так и стало известно, что Фарид отдал Лейле комнату бывшей жены. Комнату Зухры! Лейла испытала бурю чувств, узнав, на чьей кровати ей теперь предстояла спать каждую ночь, в чей шкаф вешать и класть одежду! А не на этой ли постели Фарид проводил ночи с Зухрой за день до свадьбы?! «Ведьма знает каждый уголок комнаты, у нее может быть второй ключ от того сундука, который я присмотрела себе под будущий «сейф», но не нашла сегодня ключ, — сердито думала она, неумело кромсая огромным ножом доверенную ей зелень. — А если она оставила в комнате и другие колдовские штучки, кроме розы?» «Но если подумать… В риаде, который только кажется огромным, мало пригодных для проживания комнат. Кажется, Фарид оговорился вчера перед сном, что он сам занимает комнату бывшей сестры, там он держит свои вещи. И эта комната превращена в его кабинет. Ещё одна комната оставлена им для сыновей, которых может вернуть Хадижа… Комната у лары Джабиры… На мужской половине дома комната сида Рахима, комнаты для гостей тоже где-то есть… Зухру, когда она стала служанкой, переселили в малопригодное помещение, если это бывшая «женская комната». Надо бы мне туда заглянуть и убедиться, что это в самом деле так», — решила Лейла. Ее руки работали, язык отвечал ларе Джабире, но ее мысли все время были заняты. Она уже представляла, как по-хозяйски пройдет по всему дому и по двору, тщательно осмотрит каждую мелочь в доме. Непременно что-то переставит, что-то уберет и переложит. И непременно придумает, как выманить у сида Рахима телевизор. Или уговорит Фарида купить новый. Но как? Впрочем… Одна дельная мысль вдруг пришла ей в голову. Вспомнив разговор с Мухамедом о стоимости телевизора в сравнении с золотым ожерельем, она подумала, что могла бы попросить у Фарида телевизор взамен золота. Но с покупкой махра уже не выйдет. Хорошая мысль пришла ей в голову поздно! Она замужем и возвращаться к теме махра опасно. Фарид может дать ей развод! Но вот если она забеременеет, вот тогда… Разве муж не должен купить ей подарок за такую весть? А потом и за рождение ребенка? Вот! Лейла поговорит с Фаридом, пусть он купит ей телевизор, когда она забеременеет. И не нужны ей никакие украшения! Кстати, и о ребенке, которого она может родить Фариду, Лейла думала без отвращения. Это же родится сын Фарида! Она станет матерью его сына! И пусть муж исполнит ее желание до родов. Она должна получать положительные эмоции во время беременности. На что Лейла не могла пожаловаться, так это на прекрасную память. Вот и эту фразу про положительные эмоции у женщин, ожидающих рождения ребенка, услышанную в одной из телепередач, она готова была ввернуть в разговоре с мужем, чтобы уговорить его купить телевизор вместе дорогого золота. — Можно я пройдусь по двору риада? — вдруг спросила у свекрови Лейла, откладывая в сторону нож, которым рубила зелень. — Сходи, посмотри, какой у нас двор. Но дверь на медину не открывай, на улицу не выходи. Иначе заблудишься. Фарид очень рассердится, если ему придется тебя искать. — Нет, нет! Я только рассмотрю ваш двор! — уверила Лейла. — Он теперь и твой двор. Ты стала частью нашей семьи, — проворчала женщина вслед уже выходившей из кухни девчонке. 20. Часть 35. Глава 20. Первая встреча с Зухрой. А Лейла, сбежав от кухонных забот, решила, что, и правда, стоит осмотреть при свете дня свой новый дом. Вчера вечером, т.е. даже почти ночью, она так устала и была взволнована, что ничего толком не успела увидеть. К тому же, вчера в темноте двора она со страхом высматривала Зухру. Риад показался ей огромным и старым. А когда прошла по чисто выметенному двору, заметила, что вместо традиционного фонтана, такого, как имеется во дворе у дяди Али, здесь стоит клумба с цветами. А ещё в стороне у стены растет апельсиновое дерево. У входа в риад, практически у самой двери — тоже есть старое оливковое дерево. Вчера ещё она заметила его и то, что подниматься пришлось по трем ступеням к двери, а по бокам этой маленькой лестницы стояли довольно большие глиняные вазоны с чахлыми кустами. Но Лейла решила послушаться лару Джабиру и не высовываться на улицу, чтобы увидеть дерево и лесенку. Теперь же Лейла обошла двор вдоль стен, рассмотрела дверь на медину с «рукой Фатимы» вместо дверного молотка или звонка, но выйти на улицу ей и в голову не пришло, даже если бы лара Джабира не следила за ней из дома через небольшое окно. Потом она заметила, что на галерею, куда она выскочила утром, испугавшись ослиного рева, вела грубая лестница без перил. Это было так необычно! Так разве принято? Никогда не слышала и не видела подобного. Наверно, в этом риаде лестница была пристроена позже. Значит, хозяевам показалось, что так удобнее. Как раз по этой лестнице Лейла и поднялась на галерею со двора. Значит, в ее комнату можно попасть как из внутреннего коридора в доме, так и с галереи, пройдя по лестнице со двора риада? Проскользнув через свою комнату в дом, Лейла принялась бродить по коридорам, осторожно заглядывая в комнаты. Она хорошо запомнила слова лары Джабиры, куда заходить нельзя. Харам! Она и не собиралась! Но на женской половине дома — почему бы и не осмотреть помещения? И вдруг в углу возле внутренней лестницы она увидела, что ступени ведут не только вниз, но и куда-то наверх. На крышу? Ей стало любопытно, что там — на крыше? Поднялась и туда, прошла вдоль края крыши. Вниз смотреть было страшно, и Лейла старалась держаться от края как можно дальше. А когда пришла в голову мысль, что здесь может в любой момент появиться та самая Зухра, которая может столкнуть ее с крыши, то ей и вовсе расхотелось здесь гулять. На крыше сушили разные домашние вещи, ковры, одеяла, постиранную одежду, но и отдыхали порой. Иначе для чего здесь стоят диваны и пуфики? Даже столик перед диваном. Посидев на диване, на вид, к ее удивлению, совершенно новом, стряхнув с сидения высохшие черные лепестки, она поднялась, решив вернуться в кухню. То, что она хотела найти — комнату, где проживала Зухра или даже ее саму, ей не удалось. Ни Зухру не встретила, ни комнату не увидела. Но разве Фарид не сказал, что ставшая служанкой бывшая жена теперь обитает в ужасной комнате? И лара Джабира подтвердила! Но ни одно помещение не было похоже на «женскую комнату», где веками томились непокорные женщины, осмелившиеся чем-то прогневать мужчин семьи. Лейла прошла мимо комнаты Зухры, не заметив дверь. Как это? Когда Лейла подошла к верхней ступеньке, чтобы спуститься с крыши, ветер поднес к ней высохшие черные лепестки, кружа и относя их дальше и дальше. — Ах! Снова цветы, которые я видела вчера в комнате. А разве в чаше фонтана, ставшего клумбой, не было кустика черных роз? — припомнила она. Но если на диване лежали старые лепестки, значит, здесь отдыхала… Зухра! Испугавшись, Лейла поспешно сбежала по ступенькам. Но стоило ей сделать пару шагов уже по коридору, ей показалось, что за ее спиной что-то шевельнулось. Резко обернувшись, она застыла, помертвев от ужаса. Из небольшой темной ниши возле лестницы выступила фигура в черном. Немного постояв, она медленно двинулась в сторону девушки. У Лейлы от страха бешено застучало сердце и невольно распахнулись глаза. Она раскрыла рот, но закричать не смогла, голос пропал! Лейла была очень напугана, видела перед собой женскую фигуру в черном одеянии, а в прорези ткани сверкали жгучие черные глаза. Нет, не сверкали, они ее околдовывали, гипнотизировали, как это делают кобры с кроликами, вливая в нее ощущение неимоверного ужаса. Это же Зухра! И она не желает ее отпускать, поэтому и не получается сдвинуться с места! Лейла на мгновение пришла в себя, взвизгнула и помчалась, уже не оглядываясь, по коридору к себе в комнату. Захлопнув дверь, она прижалась к ней спиной — нет, навалилась на нее, тяжело дыша! Что это было? Или — кто? Зухра?! Конечно, она! Разве Лейла не догадалась об этом в первое же мгновение?! Так вот она какая! И правда — страшно! Но она же служанка! Какое право она имеет так вести себя с женой хозяина? — Она меня специально напугала! — сжала кулаки девушка. В Лейле тут же заговорило самолюбие. Знакомое чувство, испытанное ею рядом с Арибой, которой она несколько месяцев помыкала как хозяйка прислугой, вновь возродилось в ней. А ведь Лейла уже начала забывать эти ощущения, когда осталась без подруги, одна, рядом с Мухамедом и всей его родней. Потом она жила в доме дяди Абдула, затем в караване, а потом снова оказалась под крышей риада сида Абдула, чувствуя себя слабой и униженной, но вынужденной подчиняться всем, кто был сильнее. Но теперь… Она — жена Фарида! И какая-то там Зухра не смеет пугать ее! Она решила, что сначала найдет ее комнату, оценит противницу, а потом уже пожалуется Фариду. Но и сама найдет способ наказать соперницу. Это уже второй выпад незнакомки в ее сторону. Сначала — роза в супружеской спальне, теперь — непонятная засада возле лестницы. А могла бы и змею в постель им подложить! Лейла ещё ни словом не обменялась с таинственной Зухрой, но уже знала, чувствовала: они начали бороться за Фарида. Лейла не собиралась уступать мужа никому! Это Мухамеда — старого, толстого, мерзкого — она готова была не просто делить, отдать! — любой женщине, которая согласилась бы его забрать себе. Но не Фарида! Наконец-то судьба пожалела ее и соизволила дать ей мужчину, о котором можно только мечтать. Пусть он не так богат, как Саид Рашид или даже Мухамед, у которого всегда находились деньги на всё, не смотря на постоянные жалобы, что денег нет! Но Лейла готова была смириться с небогатым проживанием. Она знала, что сделала правильный выбор: не мерзкий и потный Имад, не толстый старый Мухамед, а молодой и красивый Фарид! Только он! Если уж её не выдали за Амина, лишив такого мужа в свое время… И чем это Фарид хуже Амина? Лучше! Она чувствовала в нем родственную душу! Лейла закрыла глаза, стараясь вспомнить удивительно приятые ощущения, когда после никяха в комнате для новобрачных Фарид прикасался к ней: каждое прикосновение было слаще меда. Разве Лейла станет делить Фарида с Зухрой?! Или с кем-то ещё? Она сначала пропустила мимо ушей слова лары Джабиры, что комната за стеной ждет Хадижу, тоже бывшую жену Фарида. Из подслушанных отрывков разговоров в Рио Лейла пришла к выводу, что Фарид был любим Хадижей, и пусть теперь она с ним разведена, а отец нашел Хадиже другого мужчину, которого сватает ей в мужья, но Жади и Латифа опасаются, что девчонка может продолжать любить бывшего мужа. Об этом говорили однажды и Мухамед с Саидом по телефону. Она слышала! Лейла чуть не задохнулась от ревности, когда подумала, что Хадижа может передумать, откажется от выбранного отцом жениха и вернется в дом Фарида с его детьми. И пусть Фарид убеждал ее, что ему нужны только сыновья, а Хадижу он вернет женой — второй, третьей или даже четвертой — только чтобы ее унизить, Лейла не хотела соглашаться на это. И потом… Какая ещё вторая и третья жены перед Хадижей?! Нет, Лейла не согласится на другие браки Фарида! Она выскочила из своей комнаты и распахнула хлипкую дверь соседней. Вошла. Так вот где жила Хадижа! Ничего особенного… Кровать почти такая же, как у нее. Диванчик. Детская кроватка, на одеяльце брошена вырезка из журнала. Лейла достала и рассмотрела. Да это же обложка какого-то бразильского журнала с фотографией Жади! Той самой, которую терпеть не мог Мухамед! Одалиска Жади. Она приезжала в Сан-Криштован с этим ребенком. Так это один из сыновей Фарида?! Лейла ревниво и придирчиво рассмотрела детское личико. Мальчик похож на ее мужа: те же глаза, губы… Бросив обратно в кроватку фотографию, Лейла подошла к шкафу, раскрыла дверцы. Пустой шкаф. А что она ожидала увидеть? Но разве Хадижа не уехала от мужа внезапно? Или ее сид Саид увез? Тогда где ее вещи? Лейла обыскала все ящики и сундук, порылась везде. Ничего не нашла, не подозревая, что то же самое до нее проделала Зухра и даже кое-чем поживилась. Выйдя на галерею, уперев руки в перила, Лейла стояла, кипя от ярости, все ещё представляя, как Хадижа с детьми входит через вон ту дверь, как медленно движется по двору, осматривая всё вокруг хозяйским глазом, хотя после нее здесь хозяйкой стала она, Лейла!.. За спиной раздались шаги, и лара Джабира возмущенно поинтересовалась, куда Лейла пропала так надолго? — Разве ты не собиралась всего лишь осмотреть двор риада? Скоро обед будет готов, сид Рахим вот-вот вернется с кормом для ослов, Фарид придет. А нам с тобой ещё и на рынок предстоит успеть сходить, и в лавку с выпечкой заглянуть. Я не всё теперь пеку. Зачем тратить время и силы, когда рядом с хамамом имеется лавка, где можно купить горячие лепешки? — Конечно, я уже иду, простите. Лара Джабира, а где комната Зухры? — осмелилась девчонка задать вопрос, хотя утром ей на него уже отвечали. — Что-то случилось? — насторожилась женщина. — Да! — решила честно признаться Лейла. — Зухра меня напугала. И я хотела бы знать, в какой из комнат она живет, чтобы не бояться, когда она внезапно оттуда выйдет. — Так что произошло? Лейла коротко рассказала, как поднималась на крышу — любопытно же посмотреть! — а потом, спускаясь, она столкнулась с женщиной в черном, которая повела себя очень странно. Явно хотела ее напугать. — Лейла, эта женщина устроила себе место отдыха на крыше. Не стоит тебе там бывать — она может навредить тебе. Живет Зухра вовсе не там. Я же говорила тебе. — А где?! Подведите меня к ее двери, пожалуйста. Они стояли на галерее, поэтому лара Джабира, взяв Лейлу за плечи, легко повернула ее в обратную сторону и показала: вот в том конце галереи последняя дверь. Там когда-то была комната для наказаний. Зухра выбрала ее для проживания, хотя внизу есть вполне нормальное помещение, где когда-то жили служанки, когда семья имела большие деньги. — Странно! А почему? Зухра хочет быть ближе к Фариду? — ревниво поинтересовалась девчонка. — Я не знаю, но ты не пытайся проникнуть в ее комнату. Ей не понравится. Неизвестно, чем это может закончиться для тебя. — Но почему вы терпите ее присутствие? — осмелилась спросить Лейла. — Потому что у нас нет денег на другую служанку, которой придется платить. Зухра живет у нас из милости, только за еду и комнату. Но если ты уверена, что сможешь делать всю работу, которой занимается она, тогда можно от нее избавиться. Она метет двор риада — каждое утро, уборка в доме тоже на ней. И много чего ещё. Она чистит стойла для ослов. Это надо уметь… Женщина внимательно наблюдала за выражением лица невестки, понимая, чем закончится разговор. Лейла вряд ли соблазнится подметать двор и выметать песок из коридоров и с лестниц риада. А ещё сушить, затаскивая на крышу, матрацы, чистить и выбивать ковры, сушить одеяла и подушки там же на крыше, убирать ослиные стойла… Нет, эта нежная капризная девчонка не сможет заниматься такими делами, даже если ее заставят или сама захочет. И оказалась права, когда услышала слова невестки: — Пусть Зухра работает, но и не забывает, что теперь я — жена Фарида! — Думаю, она и не смогла бы забыть об этом! — уверила ее женщина с каким-то странным выражением на лице и интонацией в голосе. Потом лара Джабира увела ее обратно в кухню. Там для Лейлы нашлась работа: пока свекровь доделывала дела перед выходом на медину за продуктами, Лейла должна была перебрать крупный горох — нут, выбросив испорченные горошины. — Аллах! — тихо-тихо стонала Лейла, посматривая на испорченный лак на ногтях, который был нанесен только вчера — к никяху. И что это такое? Разве лара Дуния не говорила, что Лейлу освободят от работы до тех пор, пока с ее рук не сойдет рисунок из хны? Но мать Фарида каким-то шестым чувством поняла ее мысли и сказала: — Ты ведь не в первый раз выходишь замуж. Поэтому твой свадебный рисунок на ладонях ни при чем. Как бы долго он ни продержался на твоих руках, ты будешь мне помогать, потому что на кухне нужна помощница. Или ты против? — Нет, нет! Что вы! Я с радостью… — пролепетала Лейла. Ещё не хватало, чтобы свекровь в первый же вечер нажаловалась на нее Фариду! — Я до сих пор не успокоюсь, вспоминая, как Зухра вышла из тени. Она шла в мою сторону и хотела что-то мне сделать! — Ну, что она может тебе сделать? Не выдумывай, девочка. В то время, когда ты бродила по крыше, я видела, как Зухра с ведром шла мыть стойла наших ослов. — Но она успела вернуться в дом и проследить за мной, а потом и напугать! — Я узнаю у нее, зачем она так поступила. Не бойся. Ты наша невестка. А Зухра знает, что ее положение в доме очень зыбкое. Фарид может выгнать ее в любое мгновение! — Но я не лгу! Эта женщина явно пыталась меня напугать. — Она больше не посмеет тебя тревожить. Фарид поговорит с ней. …Потом они ушли на рынок, и Лейла, только проходя мимо ювелирной лавки, вспомнила о шкатулке, оставленной в шкафу, который не закрывался на ключ из-за сломанного замка. Разве Зухра не воровка?! Разве она не украла у Хадижи дорогой золотой браслет? Карима рассказывала! И Фарид намекал вчера! Зухра заманила Хадижу в конюшни, пыталась задушить и ограбила — забрала у Хадижи дорогущий браслет, подаренный ей сидом Али. — Моё золото! — изменившись в лице, широко распахнув глаза, плачущим голосом проговорила Лейла. Лара Джабира услышала и тоже ахнула. И верно! Оставили кошку рядом с куском мяса! — Идем домой! — только и сказала она, потянув невестку за рукав джеллабы. И они поспешили обратно, держа в руках тяжелые сумки. Купили к этому времени всё, что было нужно. Лейла кляла себя за неосмотрительность. Да ещё эта старуха! Разве не могла лара Джабира сообразить, кого оставляет в доме? Что делать, если воровка заберет себе ее украшения, а Фарид не захочет заступаться за Лейлу, как когда-то за Хадижу? Но Хадижа не была его любимой женой! — успокаивала себя Лейла, — а ее Фарид полюбил! Возвратившись домой, они обнаружили, что сид Рахим и Фарид ждут их в гостиной. Голодные и сердитые, что не застали женщин, которые должны были их накормить. — Поднимись и проверь! — коротко приказала лара Джабира Лейле, которая и без нее уже спешила к лестнице. Когда Лейла скрылась на втором этаже, Фарид вопросительно посмотрел на мать, ожидая объяснения. — Золото Лейлы осталось в шкафу. Зухра могла захотеть поживиться. Если бы я не закрыла на ключ снаружи дверь риада и ворота, а у Зухры нашлись бы запасные ключи, она могла бы украсть шкатулку, и этого золота ей хватило бы на долгую безбедную жизнь в той же Касабланке среди родных, где ее никто из нас или полиция не найдет. На лице Фарида менялись выражения — от страха до уверенности, что ничего не случится. Разве Зухра все ещё не любит его, не смотря на насмешки и унижения, которым он ее подвергает? Куда она от него денется? Как верная собака будет рядом всегда. Но золото Лейлы… Старый муж Мухамед много денег потратил на махр молодой супруге. Жалко, если такие ценности окажутся в руках Зухры! Поймет, что никогда больше не будет любима им, и сбежит с чужим золотом. Но что сказал бы Саид Рашид, если бы такое случилось? Фарид даже хохотнул, представив ситуацию, но все-таки зашагал к лестнице, чтобы в комнате Лейлы выяснить, на месте ли ее украшения. — Да, всё на месте, — с облегчением сообщила ему жена. — Но в моей комнате явно кто-то побывал! Я выложила вещи из чемодана, но не помню, чтобы этот платок я уронила возле кровати. Точно — я положила его на полку! Шкатулку тоже доставали и открывали. Я люблю свое золото, а лара Дуния научила меня, что в шкатулке украшения не должны лежать клубком. Всему должно быть свое место. Но кто-то всё перерыл, нарушив порядок. Фарид, после того, как Зухра напугала меня сегодня возле лестницы, я ее боюсь. Но она ещё и в комнату посмела зайти, и рыться! И брать мои вещи! А если она украдет золото?! — Я понял! Поговорю с ней ещё раз, а шкатулку можешь хранить в большом сундуке, который перенесем из комнаты Хадижи. Вот ключ, держи! — сняв с большого кольца немаленький тоже ключ, Фарид протянул его Лейле и вышел на галерею. Вскоре сундук был поставлен у кровати — стоило даже ночью протянуть руку, чтобы прикоснуться к нему и убедиться, что он на месте. Выпрямившись и отойдя на пару шагов, Фарид спросил, что имела в виду Лейла, сказав, что Зухра уже испугала ее сегодня. — Расскажи! — потребовал он. Лейла, уже присевшая к сундуку, чтобы вставить в замочную скважину ключ, рассказала мужу о встрече со служанкой у лестницы. — Я очень испугалась! Пусть Зухра ничего мне не сказала, но я чувствовала, что она чего-то от меня хочет! — Я разберусь! — кивнул Фарид. Лейла же, открыв пустой сундук, перенесла и устроила в нем свою шкатулку, которую только что лихорадочно обследовала, опасаясь обнаружить понесенные потери. Сюда же она положила ворох самых лучших платков и ещё разные мелочи. Фарид пронаблюдал за ней, пока Лейла с удовлетворенным видом не опустила крышку и не замкнула сундук ключом. Только тогда вышел на галерею. Лейла осторожно прошла за ним к двери, выглянула с порога на галерею и проследила, к какой двери он подойдет. Фарид остановился у той, о которой говорила лара Джабира. Он пошел к Зухре? Пусть отругает завистницу, напомнит, где ее место! Она слышала, как муж громко стучит кулаком в дверь служанки. Но ему никто не открыл. А снизу послышался звук, как будто кто-то метет плитки двора. Эти шорканья шли со стороны угла, за которым стояли возле кормушек ослики. — Зухра! — завопил Фарид. — Поднимись! Мне нужно кое-что тебе сказать! Лейле отчего-то стало так страшно, что даже любопытство не подвигло ее снова выглянуть на галерею, чтобы увидеть, послушалась ли служанка грозного приказанья. Девушка села на диван, обхватив себя руками за плечи. Почему ее счастью всегда что-то мешает? Понравился Амин — но на пути встали его отец и Халиса. Теперь есть Фарид, которого она полюбила, но Зухра начала портить ей жизнь. Почему так?! …Зухра же, бросив помело у небольшой кучки сметенного мусора и песка, поднялась, дрожа от страха и злости, на второй этаж. В дом заходить не понадобилось: она прошла по лестнице со двора и оказалась у двери собственной комнаты, где ее поджидал Фарид. Он пинком распахнул закрытую на ветхий замок дверь и втолкнул Зухру в комнату. — Змея! Кобра! Тебе руки отрубить, чтобы не прикасалась к золоту моих женщин? — Ты о чем? — Я знал, что ты не удержишься и станешь рыться в вещах Лейлы! И к ее золоту протянешь руки! Тебе повезло, что не соблазнилась и ничего не украла из ее шкатулки. Иначе я прибил бы тебя прямо сейчас и вышвырнул из дома! Я слышал, есть место в Фесе, где содержат дом для публичных женщин. Хочешь, чтобы я тебя туда отвез? Продам тебя хозяину заведения, и пусть ты теперь страшная, но и на такой товар найдется покупатель! А есть и такие извращенцы, которым ночи с тобой могут понравиться. — Ты что, Фарид? Даже не думай… — И ты не думай вредить моей жене, если не хочешь себе такой злой судьбы! Зухра, я утром тебя предупреждал! Ты не поняла? А я говорил серьезно! Лейла — не Хадижа. — Я ничего не делала! — Ты побывала в ее комнате! А зачем ты испугала Лейлу на лестнице? Зухра и сама была испугана. Она попятилась от разъяренного Фарида и принялась оправдываться: — Я? В ее комнате? Зачем мне пугать ее? Я пришла к лестнице, чтобы вымести налетевший с улицы песок со ступенек и помыть лестницу! Я стояла и ждала, когда она спустится и пройдет, чтобы можно было вымыть ступени. Не знаю, что она вообразила! — Почему-то я тебе не верю! Кобра! Но помни, что я тебе сказал! Или ты вообразила, что сможешь вернуть меня, потому что провела в моей постели несколько ночей? Не обольщайся! Мои жены должны быть красавицами, рожать мне сыновей, иметь хотя бы одну шкатулку золота! А что можешь предложить ты? Говоря это, он внимательно всматривался в сверкающие яростью глаза дрожавшей Зухры, которые только и мог видеть из прорези черной ткани, в которую она была замотана. — Ха-ха! Для меня эти ночи стали экзотикой. Не каждый мужчина может решиться переспать с такой уродливой женщиной! Доведешь меня, и я отвезу тебя в бордель! Предложу хозяину заведения устроить «комнату страха», где твои клиенты после всего смогут снять с тебя твои платки, чтобы хорошенько испугаться! Но кому-то захочется сделать это и до того, как он к тебе прикоснется, как думаешь? — и он издевательски расхохотался ей в лицо, т.е. в прорезь ткани, которая закрывала поврежденное огнем лицо, даже не видя, а догадываясь, как исказилось оно от ненависти. И это развеселило его ещё сильнее. Он начал хохотать как сумасшедший. Зухра, казалось, готова была его убить. Фарид видел, как она схватила палку, на конце которой была приделана лохматая штука, которой сметалась паутина из углов комнат. Рука женщины с силой сжимала деревянную палку, явно желая, но не осмеливаясь ударить. — Давай, Зухра, ударь! И ты тут же окажешься без платка на медине! Зухра быстро заговорила на незнакомом языке, но Фариду показалось, что это были какие-то проклятия. Но так, скорее всего, и происходило! А как ещё ведьма могла ему ответить? — Можешь колдовать сколько угодно, проклятая! На меня твои чары давно не действуют! Да и что ты можешь? Могла бы — вернула бы Хадижу с моими сыновьями в Марокко. Но ты не способна! Он смачно плюнул и вышел. Зухра разжала пальцы, роняя палку на глиняный пол. Несчастная бросилась на кровать и принялась извиваться, как настоящая змея. От злости и бессилия! Человек, которого она всегда безумно любила, не просто смеялся над ее горем, в котором сам же и был виноват, но строил подлые планы в отношении нее. Он так уверенно говорил о том плохом месте, куда собрался отвезти ее и продать, что Зухра даже не усомнилась: и продаст! Что могла она сделать в ответ на наносимые Фаридом обиды? Ей некуда было идти, не на что жить, даже если бы она уже ничего не чувствовала к негодяю. Хотя… Зухра вытерла глаза натянутым на руку рукавом и впервые подумала, что Фарида она теперь ненавидит сильнее, чем любит. Или любовь к нему прошла? Ей просто не хочется уступать его девчонке? Не желает, чтобы этим двоим было хорошо, когда ей так плохо? — Мерзавка Лейла! Она ещё пожалеет, что посмела на меня пожаловаться! — простонала Зухра, которая и не думала пугать Лейлу у лестницы. Но девчонка была уже накручена кем-то рассказами о ней, а место оказалось очень удачным. Не могла Зухра пересилить себя: вышла из-за лестницы и всего-то сделала несколько шагов к жене Фарида, сама поражаясь тому, как та испугалась при виде нее. А теперь Фарид уже второй раз за день угрожал ей и наговорил гадостей. Зухра вдруг усмехнулась, запустив руку глубоко в карман грязного черного платья. Порывшись и с трудом отыскав там что-то, достала, наконец, тонкий золотой браслет. Им она поживилась, когда рылась в шкатулке «сумасшедшей из пустыни», как она решила про себя называть Лейлу. У девчонки оказалось так много мелких украшений, что та наверняка сбилась со счета. Или Лейла не умеет не только читать, как говорил сид Рахим ларе Джабире, но и считать? А по памяти не запомнила всю золотую мелочь в шкатулке. Вот и думает, что все украшения на месте. Что ж, Зухре стоит ещё раз добраться до золота и забрать что-нибудь из мелочевки. Зухра надела браслет на запястье и полюбовалась. То золото, которое было ее собственностью, Зухра оставила в Марракеше у тетки, с собой почти ничего не взяла. Зачем, если она не может его показать? И так надежнее. Зухра не верила Фариду. Тетка не обманет, а Фарид может забрать ЕЕ золото и продать, чтобы расплатиться с долгами, которые у него теперь есть. Или Саиду Рашиду в руки попадет и она, и ее шкатулка. Ну, нет. Но так хотелось позабавиться с украшениями! А Лейла не обеднеет без этого тонкого недорогого браслетика. Она даже не заметила пропажи! Прижав к груди руку с браслетом и накрыв ее ладонью другой, Зухра принялась придумывать козни против появившейся соперницы. …Лейла ждала, когда к ней вернется Фарид. Она не поняла, что произошло между ним и Зухрой. Думала, что муж пошел в ту комнату, чтобы отругать Зухру, а теперь по галерее разносится его смех. Ему весело?! Может быть, Зухра рассказывает, как рылась в ее шкатулке? Или как выскочила возле лестницы и до смерти напугала Лейлу? Не обманывает ли ее муж? А если он все ещё любит Зухру, даже такую, какой она стала? А если там всё не так плохо, как ей рассказывают, и Зухра все ещё красавица? Девушка впилась зубами в скрюченный палец сжатого кулака и готова была завыть от обиды. Нет, она придумает, как прогнать Зухру. В спальню Фарида Зухра больше не войдет! Лейла — его единственная жена, с ней он и должен проводить все ночи. Лейла так извела себя ревностью, что решительно вышла на галерею и отправилась к комнате Зухры. Если ее муж там, то одалиске не поздоровится! Она прибьет мерзавку, придушит собственными руками! Но, не успев добраться до места, услышала внизу знакомое скрябанье метлы по плиткам. Перегнувшись через перила, Лейла увидела, как фигура в черном подметает песок возле стены риада. Тогда девушка остановилась и задумалась, презрительно глядя сверху на служанку. Спуститься и поговорить? Или пока не связываться? Она здесь ещё и дня не прожила! И тут ее окликнул Фарид, выйдя на порог их комнаты. Как он там оказался? Вошел через соседнюю комнату и прошел через коридор в их спальню? — Ты что там стоишь? Спустись на кухню, мать велела тебя позвать. Лейла вздохнула. Не в этот раз она скажет Зухре, чтобы не осмеливалась даже думать о ее Фариде! Окинув ревнивым взглядом мужа, Лейла отправилась к ларе Джабире. …Вечером, когда молодожены остались одни в своей спальне, между Фаридом и Лейлой завязался разговор. Пока Лейла расчесывала щеткой длинные волосы, Фарид задавал ей вопросы, расспрашивая о жизни в Бразилии, о ее проживании в доме бывшего мужа. Лейла поняла: Фарид хочет узнать всё не только о ней, но и о Хадиже. И хотя ей было неприятно говорить о девчонке, которая недавно была женой Фарида, даже родила ему близнецов, но она правдиво и с готовностью рассказала, что знала. И Фариду это понравилось. Лейла не увиливала, не пыталась скрыть что-то, не вредничала и не кокетничала. Он многое смог понять и узнать о Хадиже и ее родителях. Кроме того, Лейла ему пожаловалась на то, как дурно с ней обращались невестки Мухамеда, как с презрением относилась бывшая жена Латифа и новая — Муна. Именно их она винила в том, что оказалась в пустыне, куда ее отправила злая родня и настроенный племянниками дядя Абдул. — А теперь семья Рашидов готовится к свадьбе. Я не видела мужчину, который станет мужем Хадижи, но он врач, детский врач. Говорили, он красив. Дети Хадижи сильно болели, их лечили. Кажется, даже операцию какую-то делали одному из близнецов. Я слышала, как по телефону Мухамед обсуждал проблемы с Саидом. — Мои сыновья чем-то больны? — Не знаю, Фарид. Мне никто ни о чем не рассказывал. Я расспрашивать не осмеливалась. Но кое-что все же слышала. Одному ребенку нужна была кровь для переливания, и доктор стал тем, у кого взяли нужную кровь. Конечно, Фарид хорошо помнил эту неприятную историю с переливанием крови! После чего его дед и сид Абдул спорили: если кровь чужого мужчины течет в жилах ребенка, можно ли считать малыша все ещё сыном Фарида или нет? Но Лейле лучше ничего не говорить — так счел Фарид. Пусть девчонка рассказывает, что вспомнит. Иначе память ее может подвести, начнутся догадки и фантазии. Пусть думает, что ему ничего неизвестно. А Лейла старалась! Они с Арибой в свое время обсуждали каждую мелочь, и теперь ей оставалось только припоминать те разговоры. Некоторые суждения Арибы Лейла теперь выдавала за свои, желая сойти за умную и рассудительную. — Как же я ненавижу эту семью, Фарид! О, Аллах! Я так настрадалась от них! -… что готова им отомстить? — подсказал ей муж. — Ничего, у тебя появится такая возможность. Вот если бы Хадижа с детьми и новым мужем прилетели бы в Марокко, тогда… Но у меня нет плана, как заставить Хадижу вернуться ко мне. — К тебе? — разочарованно и ревниво протянула Лейла. — Ты все ещё ее любишь? — Люблю? — Фарид даже рассмеялся от такого предположения. — Нет. Я жажду отомстить и ей, и ее отцу! И ещё желаю вернуть себе своих сыновей! Это мои дети. А Хадижа с матерью украли их у меня. Знаешь, как? И мужчина с обидой поведал молодой жене, как был обманут вероломной дочерью Саида Рашида. — Даже у Зухры так не получилось бы. А уж она и ловка, и хитра! — Это придумала лара Жади, так Мухамед говорил своему сыну. Мы с Арибой слышали, — решила уточнить Лейла, думая, что это хоть как-то умалит невольный восторг Фарида ловкостью Хадижи. — Ее мать всё устроила. Если бы Жади не прилетела в Марокко, ничего у Хадижи не вышло бы. — Да, вот как? Но теперь у нее будет муж. И если Хадижа думает, что он сможет ее защитить, то ошибается. Он временный муж, так я и заявлю, придя в мечеть и потребовав справедливости. Его и объявят временным мужем. А если Хадижа воспротивится, то останется вдовой, потому что я убью этого мужчину! — О! — вскликнула Лейла. — Но тогда она станет твоей женой и вернется в этот дом? — Конечно! — уверил ее Фарид. — Но ты, Лейла, станешь первой женой, а она… Думаю, я быстро возьму в жены ещё двух женщин, чтобы Хадижа могла стать после возвращения только четвертой. — Но… Разве Хадижа не должна была стать служанкой? Нянькой своих сыновей? — личико Лейлы вытянулось от разочарования и ревности. — Нет, я тут подумал, любимая, что больнее ударит по Хадиже статус четвертой жены, а не няньки в моем доме. Кроме того, нянька имеет право покинуть мой дом, а жена — нет. Жена останется в моей власти. И тогда я дам ей почувствовать всю тяжесть ее преступления и силу моей ненависти. Вот так. Лейла прикусила губу и молчала. Ей не нравились планы Фарида. И она подумала, что хорошо бы, чтобы Хадижа погибла вместе с временным мужем, а не осталась его вдовой. Дети пусть возвращаются в дом отца, не Лейле же придется ими заниматься. Сыновья Хадижи ей не соперники. А вот появления ещё жен у ее любимого мужа она не желает. Но Фарид не догадывался, какие страшные мысли бродили в ее голове. — Поэтому, Лейла, нам надо обдумать, как действовать, когда Хадижа после свадьбы прилетит в Марокко. Она остановится в доме родственников в Фесе. — У дяди Али и Зорайдэ! — воскликнула ревнивая интриганка. — Знаю, я перед нашим никяхом жила у дяди Абдула, но как-то ходила в тот дом, чтобы Зорайдэ научила меня готовить. А ещё — Карима, их служанка, дружит с ларой Дунией и при мне часто бывала в доме дяди Абдула. Она рассказывала все новости, я слышала и о приготовлениях к свадьбе. И из Лейлы полился поток признаний, пересказ услышанных новостей из Феса и Бразилии недельной давности. — Говорят, жених подарил Хадиже кольцо, но не с бриллиантом. Он совсем не богат. Он всего лишь врач. Но отец купил Хадиже красивое и дорогое кольцо. Карима уверяла, что видела фотографию, присланную Зорайдэ, где у Хадижи на пальце было и помолвочное кольцо, и подаренное отцом. Но у меня кольцо лучше, я уверена! Фарид бросил на жену странный взгляд. Значит, наивная, но тщеславная девчонка ещё не узнала, чье кольцо носит на пальце! Но он был уверен: даже если кто-то и расскажет, Зухра — например, то у Лейлы хватит умишка и жадности, чтобы не выяснять у него, почему она получила на свадьбу чужой бриллиант. Проговорив пару часов, молодожены вспомнили, что они у себя в спальне, в дверь которой больше не постучит никакой дядя Абдул. А значит, им никто не сможет помешать… Половина ночи оказалась такой бурной, что, уже лежа в изнеможении каждый под своим одеялом, ни Фарид, ни Лейла не захотели вставать, когда с галереи послышались странные шорохи. Или это были чьи-то неосторожные шаги? Неужели кто-то все это время стоял у них под окном и всё видел?! Или показалось? — Нет, Зухру невозможно остановить! — зло процедил Фарид. — Но у меня сейчас нет желания выяснять с ней отношения. Утром я разберусь с нахалкой! — Да, любимый. Так и сделай. Она умирает от зависти, потому что теперь ты МОЙ! — повернулась к нему Лейла и вдруг бросилась целовать, крепко обняв за шею. — Ну, всё, всё! — с трудом отцепил ее от себя довольный Фарид. А в темноте Лейла широко улыбалась счастливой улыбкой. — Фарид, я нарожаю тебе сколько угодно детей! Вот увидишь! — Так и будет! Но мне обязательно нужно вернуть моих уже родившихся сыновей, иншалла. И наказать подлую Хадижу, — уперся Фарид. — Вот почему я не могу пока прогнать Зухру. Уверен, что только ей удастся ухитриться и заманить Хадижу в ловушку. И удерживать ее. Ты вряд ли сможешь мне помочь в этом. А потом и сама Хадижа захочет, чтобы ее дети жили с ней, а не в Бразилии в доме отца. — Хабиби, мы придумаем, как сделать так, как тебе надо. Но я против других жен. Обойдемся без них. А испортить жизнь Хадиже, унизить ее можно, даже если она не станет твоей женой. Сделай Хадижу не женой или служанкой, а рабыней. И чтобы даже ее отец не знал, что она находится в твоем доме. Или ещё где-то… Фарид усмехнулся. Нет, никто не сможет его переубедить, он не станет менять свои планы. Хадижа должна вернуться к нему женой после временного брака, и точка. Но спорить не стал. Зачем ссориться с молодой женой? Пусть думает, как угодно. Он поступит по-своему. Вскоре, казалось, оба уснули. Но Лейла, отвернувшись от мужа, ровно дыша, лежала с закрытыми глазами, делая вид, что спит. Ее растревожило возможное возвращение Хадижи. Фарид же, тоже повернувшись спиной к жене, обдумывал впечатления после первого дня супружеской жизни. Он был доволен, что женился на Лейле. А если с ее помощью он сможет ещё и Саиду Рашиду отомстить, и Хадижу вернуть — из принципа, им всем назло! — то Лейла станет первой и самой любимой женой. Но он возьмет ещё двух жен. Хватит матери уставать, работая каждый день в ее возрасте! А Хадижа станет четвертой и самой унижаемой, шпыняемой женой. Ее участь — вернуться к нему вдовой после временного мужа. Именно вдовой, потому что Фариду будет неприятно осознавать, что на свете есть мужчина, который обладал Хадижей несколько ночей после их свадьбы. И у Саида Рашида будет причина желать вернуть дочь к живому бразильскому мужу. И сам доктор будет требовать Хадижу обратно, потому что вырос в Бразилии и жил по их законам. Он не примет временного брака с Хадижей. Однако, обдумывая планы, Фарид решил пока не делиться подробностями с Лейлой. Ему было приятно осознавать, что девчонка так в него влюбилась, ревнует, не желает его ни с кем делить, но это и опасно! А если ревность толкнет ее на предательство в какой-то момент? И его планы могут сорваться! Но все же он постарается воспользоваться ее помощью. Уговорить ее помочь будет нетрудно. А как хороша Лейла в постели — вот чего он совсем не ожидал. Это не стыдливая Хадижа, пресная и неумелая. Но Фариду была приятна мысль, что Лейлу можно заставить немного побеситься от ревности. Пусть не только Зухра ревнует и исходит яростью, потому что для нее он, Фарид, не досягаем, но и Лейла боится, что придется делить мужа с другими. Уже засыпая, Фарид снисходительно подумал, что наградой Лейле за ее такое откровенное восхищение им и желание сделать его счастливым может стать телевизор, который он все-таки ей купит. Новый… хррр… плоский… хррр, телевизор… хрр. Повесить… его… на кухне… хррррррр! Фарид уснул, похрапывая. Уже во сне ему приснилось, как он предлагает Лейле сделать покупку телевизора лично для нее, если она согласится отдать на это часть своих украшений. Во сне он и Лейла стояли в ее комнате, Фарид показывал рукой на стену, куда собирается повесить дорогой плоский телевизор, чтобы было удобно смотреть, лежа в постели. Но вдруг распахнулась дверь на галерею, и ветром занесло облако черных лепестков, а за ними на пороге выросла фигура в черном… 21. Часть 35. Глава 21. Лейла и Зухра. Начало противостояния. …Побежали дни. С утра до вечера Лейла, как умела, помогала ларе Джабире в домашних делах, а когда возвращался домой Фарид, крутилась в гостиной вокруг мужа, желая угодить и ему, и сиду Рахиму, а ночи принадлежали им одним. Зухра так и не встретилась Лейле нигде в доме. Как ей это удавалось? Нет, она видела служанку издали: то Зухра выметала песок и грязь с плит во дворе, то мелькала внизу с ведрами, когда Лейла выходила на галерею, то возвращалась с тюками корма, ведя под уздцы одного из осликов, помогая сиду Рахиму. За кормом иногда они ходили вдвоем. Лейла как-то раз наблюдала за прибывшими осликами, нагруженными тюками, из окна гостиной, выходившей окнами во двор. Ей припомнились причитания Мухамеда, что несчастной Хадиже приходится закупать корм для ослов, идти через медину на виду у многих жителей, которые, конечно, недоумевали, как дочь Саида Рашида может сама заниматься такой тяжелой работой. Могла бы нанять служанку! И тогда Лейла с гордостью подумала, что ей самой не приходится заниматься таким низким делом, потому что Фарид не допустит, чтобы любимая жена так перетруждалась и унижалась грязной работой. Для этого есть Зухра, презираемая бывшая жена! Но молодой супруге начало казаться, что Фарид приказал служанке намеренно ускользать с дороги Лейлы, куда бы она ни забрела в доме. Или так решила Зухра? — Не догадалась ли кобра, что я непременно захочу показать над ней свою власть? Унизить ее положением, ведь теперь я — жена Фарида, а она никто! Что ей остается? Или продолжать мыть вонючих ослов, принимая участь ничтожества, или стать бездомной бродяжкой! Заглянуть в комнату Зухры Лейле очень хотелось, тем более что Фарид недавно выбил ногой дверь. Значит, препятствия не будет. Но отчего-то Лейла не решалась переступить через запрет и мужа, и свекрови заходить в жилище Зухры. А вот ее Лейла отчего-то больше не опасалась. Поверженная женщина! Отверженная, разлюбленная! Даже самой Лейле иногда хотелось снисходительно относиться к несчастной. Но столкнуться в коридоре или на какой-нибудь из лестниц не получалось. А хотелось — чтобы прояснить, кто теперь хозяйка в доме, а кто — служанка. Лейла понимала, что Зухра и без этого всё знает, но хотелось ткнуть ей в лицо — кто она и кто Лейла. И насладиться ее поверженным состоянием! Она ничего не могла с собой поделать, думая об этом беспрестанно. Но Зухра оставалось неуловимой, что начинало бесить молодую жену. Лейла злилась, когда обнаруживала, что все время вертит головой в поисках Зухры, каждую минуту ожидая ее появления. И вот однажды ночью они с Фаридом едва не поймали этот «призрак». Фарид и Лейла предались жаркой страсти, забыв обо всем. А что? Никто не мог им помешать: комната лары Джабиры располагалась в отдалении, в той части дома, что за лестницей, но и до «женской комнаты» Зухры было не близко. А сид Рахим спал на «мужской половине» риада. И вот, лёжа в объятиях Фарида, когда Лейла горячо целовала его, нежно постанывая от страсти и удовольствия, за окном раздался мерзкий скрежет, как будто провели железом по стеклу. От неожиданности молодожены отпрянули друг от друга, с недоумением оглянувшись на дверь галереи. — Ну, хватит уже! Пора ее наказать! — воскликнул Фарид. — Неужели Зухра подсматривала?! — ужаснулась Лейла, натягивая до шеи сброшенное ранее в сторону покрывало. Фарид же, ловко и быстро обмотав вокруг бедер простыню, выскочил в темноту галереи. — Где ты, ведьма?! — раздалось оттуда. Но когда к нему присоединилась Лейла, успевшая влезть в ночную сорочку, чтобы увидеть расправу над пойманной Зухрой, она услышала лишь удалявшийся легкий топот, увидела Фарида, который вертел головой в разные стороны, вглядываясь в темноту. Потом мужчина сорвался с места, подбежал к комнате, где обитала Зухра, распахнул сломанную ранее дверь, но никого там не обнаружил. — Змея! Кобра, мечтающая меня укусить в любой момент! — разносилось по коридору. — Аллах! Как же мне порой хочется удавить эту гадину! Потом он вернулся и втолкнул Лейлу в их комнату. — Всё, давай спать, иначе мы разбудим деда и мать. А завтра всех ждет домашняя работа, трудный день — как всегда. А Зухра никуда не денется. Она ещё поплатится за свое любопытство! Они так и сделали — легли в постель и быстро уснули. … Зухра, сумев избежать поимки, не оказавшись в руках разъяренного Фарида, спряталась в кладовке возле кухни и теперь приходила в себя. Возвращаться в свою жалкую комнату она боялась, опасаясь поджидавшего там Фарида. Просидев несколько часов на ящике, много раз припомнив увиденное через окно в комнате, где предавались супружеской близости ее бывший муж и его молодая жена, Зухра пришла к неутешительному выводу: Лейла стала любимой женой Фарида. Да, то, чего не смогла добиться Хадижа, с легкостью удалось Лейле. Чтобы убедиться в этом, Зухра и рискнула подобраться ночью к окну их комнаты, чтобы посмотреть на них вблизи, увидеть, как они ведут себя наедине. И увидела! Фарид даже днем или вечером, возвращаясь с медины в круг семьи, не стеснялся любоваться красотой Лейлы. Но то, как он вел себя с ней ночью!.. У Зухры с Фаридом всё было не так. Ей казалось, что лучше и быть не может! Но эта одалиска, пожившая в далекой Бразилии, проведшая несколько недель в караване, побывавшая под строгим надзором в доме сида Абдула, оказалась таким сладким фиником для Фарида, что Зухра не раз видела мелькавшее на его лице приятное удивление. Эти бесстыдники даже не погасили старинную лампу, предаваясь любви в полумраке среди пляшущих по стенам теней. О, эти двое не замечали Зухру! А она следила за ними, глаз не спускала днями, оставаясь невидимкой. Иногда ей хотелось убить обоих! Фарид забрал у Зухры красоту, тут же променял ещё недавно любимую женщину на Лейлу, у которой были и красивые платья, почти такие же, как у Хадижи, много золота, которое Лейла носила в доме, совершенно не задумываясь, к месту оно или нет. Это не Хадижа! Но было ещё кое-что у Лейлы, что сводило с ума Зухру: волосы, роскошные густые волосы, которые Лейла расчесывала каждое утро, выходя на галерею, не подозревая, с какой завистью и страданием за ней подсматривает Зухра! Волосы жены Фарида снились Зухре каждую ночь, в ней крепло желание содрать с Лейлы скальп, выдрать длинные пряди клочьями вместе с кожей, что и происходило в ее снах. Такое Зухра уже пережила, когда рядом оказалась Фатима. Тогда ей не удалось расправиться с владелицей чудесной шевелюры, но и жена Саида Рашида не была ее соперницей, а вот Лейла… — Я отомщу ей однажды! Лишу ее красоты, обезображу лицо и тело, выдеру или сожгу ее волосы, сбегу с ее золотом, и пусть Фарид останется с лысой, изуродованной Лейлой, у которой и тонкого колечка не останется! И пусть она родит ему много детей. Тогда Фарид будет страдать, что женат на страшилище. Но разве он не возьмет ещё двух жен? Или трех? Тогда вдвойне-втройне страдать будет и Лейла! Зухре не раз приходило в голову начать подмешивать травы и яды в еду молодой невестки семьи Обенсуров, когда станет известно о ее беременности. — Фарид хочет сына? И Лейла родит ему детей? Нет уж! Мне не удалось, но и она родит такое чудовище, что Фарид с отвращением выгонит обоих из дома, как только увидит новорожденного уродца! Но она точно не знала, какой яд, какие травы для этого нужны, где их найти. Совет дать могла только ее тетя-шуафа, но поехать в Марракеш к тетке Зухра не могла. Не было ни денег, ни возможности отпроситься у лары Джабиры. А если отпустят, потом Фарид может и не впустить ее обратно в свой дом. Зухра была уверена, что Лейла уже хочет избавиться от нее! Уговорит Фарида найти другую служанку, а Зухру выбросят из дома как старую тряпку. Зухре вспомнилась Шурук. Вот были времена! Подруга здорово ей помогла. Как им удавалось изводить Хадижу! С ребенком, правда, просчитались, не зная, что есть ещё один. Шурук исчезла, но и рядом с Зухрой ей показываться все равно нельзя. Фарид злопамятен, об украденном сыне не забудет. Он может и убить несчастную Шурук, воровку детей, если однажды встретит ее! Просидев в кладовке почти до утра, Зухра набралась смелости выбраться из укрытия и вернуться в свое жилище. Дверь ее комнатки стала совсем хлипкой и не закрывалась ни на замок, ни на засов. Зухра не могла чувствовать себя в безопасности. И ей было не по себе от мысли, что Лейла в один из дней захочет войти сюда, чтобы удовлетворить любопытство. Каким унижением это станет для Зухры! Лейла сейчас спит на кровати, долгое время принадлежавшей Зухре, пользуется вещами из ее комнаты. А Зухра теперь ютится в комнатушке без окна, в которой лишь под самым потолком есть небольшое отверстие для света и воздуха. А некогда очень крепкая дверь, столько раз выбиваемая даже при жизни лары Асии, теперь превратилась в совсем ненадежную заслонку, чудом державшуюся на ржавых петлях. А какая жалкая у нее постель с ворохом древних одеял? Истершиеся почти до дыр ковры с нераспознаваемыми узорами. И шаткий столик, пусть когда-то и красивый, старинный. Очень старый столик. Кувшин для воды с треснутой ручкой, ваза — одна из тех, что когда-то сотворил для нее горшечник из Феса, ее старинный приятель. Только ваза и была для нее особенно ценна: та, где на боку прилеплены были глиняные цветы, «букет» из распустившихся роз и набухших бутонов. Одна такая ваза была разбита, когда в доме обитала Хадижа. Теперь же в ее копии стоял на столике букет живых роз — черных, разумеется. Ее любимые розы в любимой вазе. Зухра легла, укрывшись старым одеялом, оставшимся со времен лары Асии, осознав только теперь, когда она успокоилась и пришла в себя, что едва не попалась, поддавшись глупому желанию подсмотреть за любовниками. Ее же едва не схватили! Могли тут же вышвырнуть за дверь на медину! Какой неловкой и неосторожной делает ее ревность! Зачем было царапать по оконному стеклу сорванным в ярости с запястья золотым браслетом, украденным у Лейлы? Так захотелось остановить счастливых любовников! Хорошо, что у Зухры под рукой не оказалось кривого ножа! Могла бы и зарезать… Правда, Зухра и сама не ожидала такого громкого скрежета. Но ей нужно было выпустить злость, иначе она сошла бы с ума от ревности. Девчонка заняла ее место! Фарид забыл, что когда-то клялся: Зухра для него — любовь на всю жизнь! Что бы ни случилось… Хадижу оба не воспринимали всерьез, дочь Саида Рашида была нужна СЕМЬЕ. Теперь Зухра стала бояться саму себя. Она больше не могла сдерживаться, видя, как Фарид днем ласкает Лейлу глазами, эти мелочи, когда Лейла принимает от него небольшие знаки внимания — апельсин, который он принес ей с медины, лепешка, которую Фарид оставил лично для подававшей ужин жены, пакетик сладостей из соседней лавки, многое другое. И эти постоянные улыбки, когда Лейла смотрела на мужа! Ее белые зубы стали раздражать Зухру. Хотелось ухватить ее за губы и выдрать челюсть вместе с зубами! И это при том, что лара Джабира не заставляла Зухру прислуживать в гостиной, сама подавала еду сыну и отцу. Но Зухру так и тянуло притаиться у порога гостиной, где ужинала семья, и следить за Фаридом и его фавориткой. Но Фарид уже интересовался, где Зухра, почему он не видит ее ни в доме, ни во дворе, ни когда он сидит за столом, ни вечером, ни утром. Всё это Зухра тайком наблюдала, подсматривая, подслушивая, прячась и будучи всегда начеку. Зухра жаждала убедиться, что Лейла так же хороша и желанна для Фарида, когда приходит ночь. Вот и увидела, всё узнала и едва не попалась. Она боялась думать, что сделает с ней утром Фарид. Вскочив в предутреннем сумраке с постели, Зухра на всякий случай переоделась в лучшее платье, намотала и завязала на талии десяток платков и выбрала из нескольких черных одеяний то, что было недавно постирано и не пахло ни потом, ни ослами. Если Фарид решит выгнать ее, потащит к двери на медину, даже сорвет с ее головы платок, как обещал, она сможет найти укромную нишу в стене одного из соседних домов на их же улице и достать из-под одежды платок, чтобы укрыть под ним почти лысую голову. Фарид — негодяй, предатель! Придет время, она ему ещё отомстит за всё. И его любимой жене! Она очень на это надеялась. Зухра прилегла и снова ненадолго уснула. Но вставать предстояло рано, вымести двор, пока не выбралась на галерею «сумасшедшая принцесса из пустыни». Или выждать, когда Фарид покинет риад? Спрятаться на крыше? Зухра припомнила, как на днях ей довелось наблюдать за Лейлой, любовавшейся золотыми браслетами, стоя на галерее, когда волосы были уже причесаны. Лейла, поняв, что по утрам мужчин в доме не бывает, выходила из комнаты на галерею в красивой ночной кружевной сорочке, вызывавшей зависть у Зухры, расчесывала пушистые волнистые волосы, а потом мотала головой, запуская руки в густую гриву, потом — любуясь на браслеты, надетые на оба запястья, как и кольцами с камнями, украшавшими ее тонкие длинные пальчики… В тот раз в какое-то мгновение на пальце Лейлы сверкнул камень. Конечно, это был большой бриллиант из обручального кольца, некогда принадлежавшего Хадиже. И только теперь Зухра поняла, как можно будет задеть и унизить Лейлу, когда они, наконец, встретятся, (когда Зухра сочтет это подходящим моментом!) И тогда Зухра сообщит ей, кому принадлежало кольцо с бриллиантом, которым Лейла любуется по утрам на галерее! — Хм, пусть Лейла устроит Фариду первый семейный скандал! Не может быть, чтобы девчонка согласилась принять кольцо, зная, что оно чужое. Для нее такое открытие станет ударом! Впрочем, если бы ОНА получила от Фарида кольцо Хадижи, вряд ли стала бы возмущаться таким подарком. Нет, сочла бы бриллиант трофеем, доставшимся в борьбе за любимого мужчину. А Хадижа проиграла и оставила кольцо. Только вот проиграла она не Лейле, а ей, Зухре! Зухре и должно было достаться кольцо. Она вышла победительницей в семейной битве за Фарида. Когда до Зухры дошло, чего она лишилась, ей оставалось лишь скрежетать зубами. — У Хадижи я забрала чудесный браслет, ее собственный, а у Лейлы отберу кольцо, которое должно было стать моим! Она в тот день долго не могла успокоиться, вспоминая, как Лейла любовалась навешанным на себя золотом. Приходилось Зухре слышать позвякивание браслетов на тонких лодыжках и запястьях жены Фарида, замечала, как сверкали на солнце длинные золотые серьги, потому что днем Лейла бродила по галерее и двору без платка. А какие у нее ожерелья! Если однажды Зухре удастся снова запустить руки в ее шкатулку, то заберет все ожерелья и сбежит! Унесет ноги от Мекнеса так далеко, чтобы ни Фарид, никто другой ее не нашел. Продаст золото, купит небольшой домик и станет жить в свое удовольствие. Но ей не приходило в голову, что украшения, полученные Лейлой как махр от Мухамеда, хорошо известны ювелирам Марокко. Если начнутся поиски, Зухра быстро попадется, едва покажет дорогое украшение в любой ювелирной лавке. Если, конечно, не сообразит разломать ожерелье и продавать по частям. Но Зухра пока только мечтала о «золотой» мести, не намереваясь ничего предпринимать в ближайшее время. А вот Фарид после ночной вылазки Зухры, решив не устраивать большого наказания, начал изводить ее ежедневными издевками. Он знал, где и когда можно было ее выловить. И теперь от Фарида было никуда не деться. И не желая, но Зухра представала перед ним каждое утро или вечер. И тогда он начинал издеваться над несчастной. Остановив ее у лестницы, он с усмешкой говорил: — Зухра, у тебя вид пойманной змеи. Так и хочется схватить тебя за хвост и подвесить вниз головой, чтобы посмотреть, как станешь извиваться и шипеть. Моя жена давно не жаловалась на тебя. Это хорошо. Кажется, ты усвоила новые правила. Я женат. Полюбил мою прекрасную принцессу. Даже перестал думать о Хадиже и детях. Пока перестал. А ты — выздоравливаешь? Твои волосы понемногу отрастают? Помогла залечить раны та мерзкая зеленая жижа, которую тебе дала тетка? Фарид говорил почти с участием, ласково, но в его глазах Зухра видела насмешку и не обманывалась. Слишком хорошо его знала! Но если его насмешки над ее уродством были обидны, очень обидны, то ещё больнее, просто как острый нож в спину, были намеки на то, как ему хорошо с Лейлой, какая она красавица, как хороша с ним как женщина… Зухра не могла контролировать гнев и зависть, которые отражались в ее глазах. А только глаза и мог видеть Фарид, но только они и нужны были ему. Он внимательно всматривался в них, ловя, как с каждым произнесенным словом меняется их выражение. Добившись своего, он тут же зло хохотал. И чем могла ответить ему Зухра?! Но однажды, когда он начал сравнивать, какой была Зухра раньше и какой стала, она не выдержала. — Ты забыл, Фарид, кто тебя спас на пожаре? Если бы я сбежала, опасаясь огня, то осталась бы красавицей, какой всегда и была. Но тогда бы ты погиб, потому что сам не смог бы выбраться из огня, ты же потерял сознание. Ты бы сгорел! Наверно, так я и должна была сделать! И теперь не выслушивала бы обидные насмешки! — О, Аллах! Ты попрекаешь меня, забывая, что я не бросил тебя на произвол судьбы, дал тебе крышу над головой, ты не голодаешь и спаслась от гнева Саида Рашида? Я могу выдать тебя ему в любой день. Стоит только позвонить в Фес сиду Али или дяди Абдулу. И ты окажешься в полиции или даже в руках людей семьи Рашидов. — Сделай так, Фарид. Только и я расскажу, что это была твоя идея удерживать Фатиму, украсть ее ребенка из больницы. Но жена Саида Рашида оказалась умна, обвела тебя вокруг пальца. Не думаю, что он или она забыли, какие страшные дни провела Фатима Рашид в твоем риаде в Марракеше. Ты тоже будешь отвечать за преступление. Тебе лучше не угрожать мне, подумай, чем самому грозит выдача меня Саиду. — Вот как ты заговорила? — сощурился Фарид, сжимая кулаки в карманах уличной джеллабы. Они оба стояли во дворе риада возле ворот, которые Фарид собирался распахнуть, чтобы вывести ослов на медину — намеревался вместо деда пойти за кормами. — За что мне быть тебе благодарной? — притопнула ногой Зухра. Она тоже сжала пальцы в кулак перед своим лицом, как будто желала вместить туда всю ярость, которая ее охватила. — За то, что ты каждый день издеваешься над моим несчастьем и унижаешь, как можешь? Что за крыша над головой у меня в ужасной комнате и что за еда такая? Раньше я сидела за столом с женщинами семьи, как твоя жена, и ела ту еду, что ела семья. Теперь мне оставляют объедки! — Но ты больше не принадлежишь моей семье! Ведьма! Тебя стоило сдать в полицию! — Угу! Но тогда и ты там окажешься, за укрывательство. А твоя красотка-жена останется без мужа, потому что тебя посадят. И Хадижа не вернет тебе твоих сыновей, но станет женой бразильского врача! А я сбегу из полиции, все равно вывернусь, но доберусь до Лейлы и обезображу ее личико, выдеру ее волосы, которыми ты дразнишь меня, а ты будешь сидеть в тюрьме и знать, что тебя в доме твоего деда ждет уродливая жена, и… — Замолчи! Не мечтай даже! И про Лейлу… — Да я и теперь могу изуродовать твою жену так, что тебе будет страшно посмотреть в ее сторону! Ее красота не вечна, но и не неприкосновенна. Напомни мне ещё раз о моих ожогах и лысой голове, и я сделаю это! — Зухра так разозлилась, что уже не думала о последствиях после своих слов. Но и Фариду расхотелось продолжать шутить, потому что разговор превратился во взаимные угрозы. Зухра говорила серьезно, он понимал, что она вполне способна навредить Лейле. Хадижу она едва не задушила в тех конюшнях! И тогда Фарид накинулся на нахалку, ударил, схватил за рукав джеллабы, дернул на себя с такой силой, что Зухра оказалась практически в его объятиях. На мгновение в глазах женщины мелькнула надежда — не хочет ли Фарид ее обнять, прижать к себе? Но нет, Фариду стала противна мысль, что после чудесного тела Лейлы он вынужден прикасаться к женщине, от одежды которой несло противной вонью снадобий, которыми несчастная все ещё старалась извести следы от залеченных ожогов. Вернуть красоту ради него! Фуууу… Странно, что когда недавно по ночам Зухра приходила к нему, от нее не несло зловонием. Наверно, она каждый день ходила в хамам, стирала одежду. Но теперь, когда стала ему не нужна, так и хамам забыт, и черный ее наряд грязен и не свеж. Оттолкнув Зухру, с отвращением на лице мужчина сказал: — Только посмей хоть пальцем прикоснуться к моей Лейле! Я с тобой разделаюсь. Нет, не отдам тебя ни полиции, ни Саиду Рашиду. Я придумаю для тебя такое наказание, что ты пожалеешь о высказанных сегодня угрозах и о том, что еще посмеешь сделать! — Я вас всех отравлю! И тебя, и твою Лейлу, и всех! — прошипела Зухра, делая шаг назад. Но напрасно: он быстро шагнул к ней, размахнулся и сильно ударил, попав по плечу. Не по голове, как хотел, но в этот раз Зухре удалось увернуться. Она дико закричала, понимая, что теперь последует избиение. На ее крик из дома выбежали лара Джабира и Лейла. — Сынок! Что случилось? Что она сделала не так?! Скажи, я займусь служанкой. Научу ее работать! Лейла стояла за спиной свекрови и смотрела с любопытством. То, что Зухра побита ее мужем, ей понравилось. Она даже усмехнулась, глядя на то, с каким страхом и ожиданием чего-то плохого смотрит Зухра на Фарида, как сверкают из прорези никаба ее глаза. Лейлу она и не видела, кажется. Слова матери Фарида не образумили. Ему хотелось разделаться с Зухрой. — Убирайся, кобра! Я не желаю тебя видеть! Попадешься мне на глаза — окажешься на медине! — прорычал он, ударив кулаком по деревянному столбу ещё не открытых ворот. Вдруг заревел ослик, ему вторил его товарищ. Фарид нервно схватил животных за уздечки, свободной рукой дернул за кольцо на одной из створок ворот, которые со скрипом немного открылись. Тогда мужчина распахнул ворота так, чтобы в проход могли пройти оба осла, не желавшие обычно соблюдать очередь, предпочитая толкаться. Вывел животных на улицу, а лара Джабира тут же бросилась закрывать ворота по знаку сына. Никто не видел, как исчезла Зухра. Она сбежала, как только на нее перестали обращать внимание. — Где наша служанка? — заносчиво спросила Лейла у свекрови, оглядываясь. — Оставь ее, пусть успокоится. Лейла, я боюсь эту женщину! Однажды в нашем доме появилась ее подруга, которая подливала отраву Хадиже, а накануне пропажи моего внука — Зухра и Шурук опоили всех нас снотворным зельем. Но почему бы Зухре не проделать ещё раз все это с нами? Она может отравить тебя. И Фарида тоже, потому что он слишком дурно с ней обращается. Зачем ее трогать, если хотим, чтобы она на нас работала? Лейла молча слушала, следуя за женщиной к дому. Но мысленно не соглашалась: Зухру надо выгнать, чтобы не бояться быть отравленными! И пусть Фарид ее бьет, значит, она сделала что-то плохое. Но если и не сделала — так ей и надо! А Зухра спряталась на крыше. Нет, почему спряталась? Когда лара Джабира и Лейла подошли к двери риада, им на головы откуда-то сверху полетели черные лепестки. Ведьма отсиживалась в любимом месте отдыха. — О, Аллах! — сначала испуганно вздрогнула старая женщина, когда по лицу ее скользнул лепесток. Но потом, покрутив головой, поняла, что происходит: — Зухра на крыше. Снова дерет свои розы на лепестки. Пусть выпустит злость после ссоры с Фаридом. — Можно я постою во дворе у апельсинового дерева? — заискивающе попросила Лейла. — Только недолго! — строгим голосом разрешила свекровь. — И не поднимайся на крышу. Запрещаю! — Да, свекровь! — Нам ещё таджин ставить и салат готовить. И лепешки сами испечем. Хамам сегодня не работает, значит, и у пекарни рядом тоже выходной. Но и наш дед просил испечь что-то вкусное. Печенье какое-нибудь. А завтра пойдем с тобой в хамам! — Хорошо, лара Джабира. Я всё буду делать, что скажете, — смиренно согласилась Лейла. Когда женщина скрылась в доме, Лейла решила прогуляться по дворику риада. Вот и клумба. А среди цветов она увидела и кустики с черными бутонами. — Если срезать розы и поставить букет в мою комнату, как сильно это досадит нашей служанке? — задумалась она и осмотрелась. Нет ничего, чтобы, не уколов рук, не поранившись, срезать стебли роз с острыми шипами. Решив отложить задуманную каверзу на другой раз, Лейла, сцепив руки за спиной, прошлась мимо ворот, проигнорировав апельсиновое дерево, но всматриваясь в то, что происходит на крыше. Теперь Лейла знала, где можно найти Зухру, но не слишком ли опасно подниматься к ней на крышу? Они там подерутся, но Зухра может оказаться более ловкой и может столкнуть ее с крыши. Нет, лучше не рисковать. А завтра они с матерью Фарида идут в хамам. Хамам! А бывает ли там Зухра? Не может же она не мыться? Хотя Фарид утверждает, что от служанки воняет. Она же ведьма и пользуется разными снадобьями, надеясь с помощью колдовских уловок вернуть утраченную красоту. А ведьмины средства не могут иметь приятный аромат, это же всем известно. Как же Лейле захотелось увидеть все эти ее склянки, банки со снадобьями, кремами! Соседство с настоящей молодой ведьмой щекотало нервы юной авантюристки. И ещё ей очень хотелось увидеть Зухру без платка. Но как это сделать, если та ускользает от нее? Но Лейла поняла, что и ей самой страшно столкнуться с Зухрой вот так — лицом к лицу, не смотря на горячее желание увидеть поверженную соперницу. — А если попросить свекровь взять Зухру с собой в хамам? — вдруг сообразила Лейла. — Кто должен нести пакеты со всем необходимым для мытья хамаме? Разве не для этого нужна служанка? А там она снимет и никаб, не станет же Зухра мыться в одежде? В хамаме все равны. И интриганка хихикнула, радуясь удачной задумке. Она подняла глаза к крыше и от неожиданности остановилась, расцепив за спиной руки. Стояла, прижав ладони к бокам, к карманам домашней джеллабы. И все потому, что на крыше она увидела застывшую фигуру в черном. Женщина стояла на краю крыши и пристально смотрела на Лейлу. Так они и обменивались вызывающими взглядами. Впрочем, на таком довольно большом расстоянии трудно было определить выражение глаз обеих женщин. Это Лейла бродила без платка, поэтому и губы, скривившиеся в усмешке, и сощуренные глаза, и гордо задранный подбородок, и вдруг поднятая рука, поправившая зацепившуюся за воротник серьгу — всё говорило об отношении жены Фарида к фигуре на крыше. А о том, какое выражение стояло в глазах Зухры, можно было только догадываться. Но Лейла и не сомневалась, что ей это известно: прежняя жена ревнует ее к Фариду. Как может быть иначе?! Сама Лейла умерла бы прямо на месте, если бы вот сейчас кто-то отнял у нее долгожданного мужа, любимого Фарида! А если бы ещё она и красоты лишилась?! Чтобы не оказаться в глупом положении, Лейла решила первой прекратить немой поединок с Зухрой. Поэтому она с равнодушным видом и с гордо поднятым подбородком прошлась ещё по двору. По-хозяйски. Ножкой в остроносых туфельках, некогда принадлежавших Зулейке, она брезгливо оттолкнула с пути какую-то палку, потом внимательно осмотрела лестницу, ведущую на галерею, решив, что в дом лучше войти через дверь на первом этаже. И не спеша двинулась к двери дома, не поднимая больше головы, чтобы убедиться, на месте ли Зухра. Она не видела, с каким презрением продолжала наблюдать ставшая ее врагом бывшая жена Фарида, не слышала произнесенных в ее сторону проклятий и угроз. — Ничего, Лейла, ещё придет время для моей мести. Клянусь, что не только Хадижа, но и ты тоже лишишься красоты. Если из-за Фарида я стала такой, то и вам с Хадижей не бывать красавицами. Этого мерзавца не должны окружать красивые женщины. Даже если он возьмет ещё двух жен, то и их будет ждать та же участь. Все вы будете скрывать от него свои страшные изуродованные лица! Если бы ты, Лейла, видела, какой я была до пожара, ты не была бы так уверена в своей красоте и в себе. Ты поняла бы, что ты мне не соперница, потому что я была намного лучше тебя. Мои волосы не уступали твоим! Она так разнервничалась, что подошла совсем близко к краю крышу, не беспокоясь о том, что из-за малейшего неверного движения может полететь вниз. Но Зухра разжала ладони, и ветер подхватил и куда-то понес растерзанные лепестки черных роз. Вернувшись на кухню, где Лейлу нетерпеливо поджидала лара Джабира, тут же дав несколько заданий, девушка за работой принялась обдумывать, как бы добраться до семейных альбомов Фарида. Ведь есть же такие? Как сошлись мысли Зухры и Лейлы! Стоило Зухре пожелать, чтобы счастливая соперница усомнилась в себе, узнав, какой красавицей была недавно ее предшественница, так и Лейла загорелась желанием увидеть бывших жен Фарида на фотографиях. Но ведь в каждой семье есть альбомы с семейными фотоснимками. Должны быть такие альбомы и у семьи Фарида. А в них будут и фотографии со свадьбы Фарида и Хадижи, те самые снимки, которые ей отказались дать посмотреть в доме дяди Али, и даже, может быть, снимки молодой Зухры — ещё красивой, не изувеченной пожаром. Лейла, не подозревая, что ее мысли очень схожи с тем, о чем на крыше думала ее противница, тоже желавшая помериться прежней красотой с соперницей. Конечно, сейчас Лейла во всем превосходит отверженную, ставшую служанкой, женщину, когда-то очень любимую Фаридом. Он ради нее даже против семьи как-то пошел. Такая была любовь. Ей Карима рассказывала, и лара Дуния тоже. Но если бы судьба свела Зухру не с Хадижей, а с Лейлой, тогда бы — кто кого? С кем остался бы Фарид, кого бы выбрал? А что с другими его избранницами? Хадижа Лейле не стала бы соперницей. Лара Джабира как-то на днях оговорилась, что женой Фарида могла стать Самира — дочь Мухамеда. Лейла ахнула от неожиданности. Вот это новость! Как в жизни все тесно переплетено! Но и Самира не показалась достойной соперницей. Ну, не красавица Самира, не красавица! Лейла не раз видела ее из окон дома Мухамеда, однажды даже подралась с самоуверенной девчонкой. Ни золота, ни красивой одежды, ходила во всяком рванье. Лейла сочла, что ОНА лучше всех невест из семейства Рашидов. Но как же повезло, что Самира сама отказалась от жениха Фарида. А они, как выяснилось, были помолвлены с детства! Как и Амин с Халисой! И вот ещё новость, поразившая Лейлу: Фарид — довольно близкий родственник Халисы! Но ведь и Халиса — дальняя родня семьи Лейлы. Значит, Лейла и Фарид — тоже родственники?! Но очень-очень неблизкие. И Амин тоже родственник Лейлы, потому что стал мужем Халисы. Но Фарид… Лейла не могла не слышать о нем, когда ещё жила в родительском доме. Сколько ни вспоминала, не смогла вспомнить, чтобы ее родня, многочисленные тетки сплетничали о таком родственнике. Или они говорили, но Лейле тогда не было до него дела? Нет, нужно взглянуть на семейные альбомы! И Лейла решила заняться поисками семейных фотографий, а если сама не найдет — попросит показать альбомы лару Джабиру или Фарида. Вот только не обманут ли ее, не откажут ли? Фарид может не захотеть, чтобы она увидела, какой была когда-то Зухра. А именно это Лейлу больше всего и интересовало! Конечно, Хадижа тоже вызывала любопытство. Как она выглядела, когда жила в этом доме, как одевалась, казалась ли счастливой? Лейла считала, что по фотографии можно понять, почувствовать многое. Она так увлеклась своими размышлениями, что не заметила, как нож скользнул по пальцу. И только очнувшись от боли, увидев выступившую из пореза кровь, Лейла поднесла раненый пальчик к глазам и расплакалась. — Обработай рану жидкостью из того флакона и отправляйся в комнату. Отдохни немного, полежи и успокойся. А потом снова приходи на кухню — будем выпечкой заниматься. Ты совсем не стараешься, Лейла, — упрекнула девчонку лара Джабира. — И не забудь палец забинтовать! Лейла молча подчинилась, в душе радуясь обретенному отдыху. — Ты всё услышала? Через полчаса жду тебя у плиты! — Да, свекровь. Я вернусь через пол часика, — ответила Лейла, поморщившись от боли в ранке, когда жидкость из стеклянного сосуда попала на порез. Подошла мать Фарида и молча забинтовала невестке палец, кинув на нее сердитый взгляд. — Иди! Толку от тебя сейчас все равно никакого! — бросила она в спину Лейле, не увидев, как Лейла с облегчением возвела глаза кверху. 22. Часть 45. Глава 22. Неудача в хамаме. Отдохнув у себя в комнате, Лейла вернулась на кухню к плите, где уже стоял ковш с будущим соусом. Свекровь велела все время помешивать варево, чтобы соус загустел равномерно, не сбиваясь в комки. Приготовив ужин, женщины занялись и другими делами. Поправив подушечки на диванах в гостиной, постирав собственную одежду в стиральной машине, чем когда-то в Рио занималась только Ариба, Лейла отыскала в одной из комнат лару Джабиру. Ей нужно было поговорить с матерью Фарида. Возвращалась к себе в комнату девушка в прекрасном настроении. Зная, что им предстоит завтра пойти в хамам, ей удалось уговорить свекровь взять с собой Зухру. Пусть несет их пакеты и свертки! В хамаме ведь столько всего нужно! И не только чистые вещи и полотенца, но и домашнее мыло, и специальные мочалки-рукавицы для смывания катышков грязи с распаренной кожи, и разные средства для мытья волос… Лара Джабира согласилась, что и Зухре стоит помыться горячей водой. Сын жаловался, что от Зухры дурно пахнет ее снадобьями, так воняет, что рядом стоять невозможно. Тоже просил захватить с собой Зухру, когда мать с Лейлой отправятся в хамам. — А ты, Лейла, не привезла домашнее мыло? Нет? Куда там! Ты жила в доме сида Абдула, его жены не варят домашнее мыло. Лара Дуния только скандалить мастерица. Они всё покупают на медине. А в нашей семье это традиция. Когда мои дочери жили здесь до замужества, у каждой был свой маленький секрет. Мы и Хадижу научили мыло варить. У нее даже не плохо получилось. Последний раз так и вовсе отлично — лимонное мыло, желтенькое и с хорошим цитрусовым запахом. В кладовке остался небольшой кусок, возьми его себе. Потом я научу и тебя варить мыло. Она объяснила, где именно в кладовке лежит запас мыла для хамама, и Лейла с большим любопытством отправилась добывать лимонное мыло для себя. Что там смогла сделать Хадижа? Разве не говорил Фарид, что Хадижа была «принцессой», которая совсем ничего не умела? Но отыскать ее поделку было любопытно. В кладовке Лейла обнаружила местный аналог шампуня, продававшийся на медине. Небольшая бутыль была почти полной. Нашла и новую перчатку для растирания в пакете, явно брошенном сбежавшей Хадижей. Кусок ярко- желтого мыла лежал тут же. Лейла достала его и поднесла к носу, вдохнула. Да, сварено мыло уже давно, а приятный аромат ещё сохранился. Разве сможет она научиться делать такое же для себя или Фарида?! Но если у Хадижи получилось, то и у нее получится! Лейла самоуверенно подумала, хмыкнув, что она постарается сварить мыло намного лучше! Пусть ее научат! Вот уж тут она не поленится и постарается научиться, чтобы Фарид увидел, насколько она лучше, чем его бывшая жена Хадижа. И вот с разрешения лары Джабиры молодая жена Фарида несла в комнату, прижимая к себе, пакет с добычей для вечерней вылазки в соседний хамам. А из комнаты Хадижи неожиданно вышла ни о чем не подозревавшая Зухра. Молодые женщины едва не налетели друг на друга. — Ах! — испуганно вскрикнула Лейла, уронив пакет и хватаясь дрожащими руками за лицо. Но и Зухра, застигнутая врасплох, неудачно переступив, споткнулась о порог и упала почти под ноги Лейле. Это было так унизительно, что Зухра, распластавшись на полу галереи, ещё лежа, не сумев быстро подняться, подняла голову и вызывающе посмотрела на соперницу. Потом все-таки взяла себя в руки и встала, потирая ушибленное колено. И теперь она молча стояла перед новой хозяйкой дома и наблюдала, как та нагнулась, суетливо поднимая упавший под ноги пакет, где звякали, ударяясь между собой, флаконы с гассулем и аргановым маслом. При неловком движении из пакета выскользнул кусок лимонного мыла, который девушка несколько раз роняла, нервно пытаясь его поднять и сунуть обратно в пакет. Зухра поднесла ладонь ко рту, то есть к черной ткани в том месте, где под ней был рот. В глазах плескалась насмешка. Было ясно, что просто так они с Лейлой не разойдутся. А Зухра, конечно, узнала мыло, сделанное руками Хадижи. Наконец, и Лейла справилась с предательским пакетом, сердито и крепко прижав его к себе. Обе уже почувствовали себя если не соперницами, то противницами. — Наконец, мы встретились, Лейла, и нет рядом Фарида, — издевательски промурлыкала Зухра, полностью придя в себя. — Да, в этот раз тебе не удалось сбежать от меня. Не ожидала, что я поднимусь к себе? Что ты делала в комнате Хадижи? Снова рылась в ее вещах? — В каких вещах? Разве ты не убедилась сама, что вещей в ее комнате нет? Выбросили, раздали нуждающимся… — А что тебе досталось? — ехидно спросила Лейла. — Кое-что… Но я вижу, и тебе уже перепали ее платья? Вчера на тебе было надето платье Хадижи. Я его хорошо помню, сама его носила, ей вернула, а она побрезговала и решила выбросить, отвезя в Фес. Там его отстирали, отчистили и подарили тебе. Зачем добру пропадать, так ведь? Лейлу задели ее слова. Платье принадлежало Хадиже, это правда. Карима рассказывала. Но его же привели в порядок, оно стало как новое. Лейле понравилось, она была так рада! А оказывается, кто только не носил одежду Хадижи! Неужели придется отказаться от платья? Почему же Фарид ничего ей не сказал? И лара Джабира? Вспомнив, кто перед ней, Лейла заносчиво заявила: — Ты помни, с кем разговариваешь. Служанка! Не смей первой начинать разговор, пока я не позволю! Я хозяйка в этом доме! Зухра слегка наклонила голову на бок, продолжая ухмыляться. Да-да, теперь уже усмешка нахалки превратилась в презрительную ухмылку. — Ты думаешь, что ты чем-то выше меня? — Конечно! Ты никто в этом доме. Захочу — выгоню сегодня же. Зухра нехорошо рассмеялась под черной тканью и прошипела в лицо Лейле: — Хадижа тоже думала, что сможет меня одолеть, но потом я стала второй женой, потом и первой женой, а Хадижа получила развод. То же случится и с тобой, Лейла. Теперь стало смешно Лейле. — Ха-ха-ха! То, что у тебя получилось с Хадижей, не прокатит со мной! Не знаю, какой ты была раньше, не видела, не знаю. Но… наслышана, что теперь ты лишилась главного богатства — красоты. Фарид не захочет, чтобы у него была такая жена. Никогда! Ты мне не соперница. — Хадижа тоже так думала. Но не все решает внешность или деньги. Иногда ум и ловкость важнее. Лейла, станешь бороться со мной — и сама можешь оказаться на улице. — Тебе не отобрать у меня Фарида! — Посмотрим. Наступит время, когда я стану ему нужнее, чем ты. Тогда он снова станет моим. Будем с тобой его делить, его ночи, его любовь. — Не верю, чтобы он мог любить тебя такой, какая ты теперь! Не видела, но могу представить, какая ты под никабом. — Не зли меня, Лейла! И ты можешь вдруг потерять свою красоту. А под никабом… Хм, тебе говорят одно, а под моей одеждой может оказаться совсем другое. Волосы, которые отросли благодаря моим вонючим, но волшебным снадобьям… Рубцы зажили, рассосались… Но разве ты знаешь, что наш Фарид призывал меня к себе и сам приходил ко мне почти каждую ночь до вашего никяха? А если я уже беременна? Тогда снова пойду в мечеть к шейху, к имаму и поговорю. Попрошу совета и помощи, и тогда Фарида снова на мне женят, какой бы я ни была. Такое уже случилось однажды. Спроси у лары Джабиры. Хадижа, бедняжка, была уже беременна, когда Фарид был вынужден взять меня второй женой, потому что и я ждала его ребенка. Лейла слушала, но скулы ее сводило от ревности. Зухра рассказывала правду. Эту историю в Рио обсуждали в доме Мухамеда! Она вспомнила. — Если даже ты забеременела, ты не можешь родить, не имеешь права! — зло процедила Лейла. — Фариду не нужен твой ребенок! Никому не нужен! — Это не тебе решать, самоуверенная девчонка! — Зухра! Я выживу тебя из дома раньше, чем у тебя будет виден живот! Выгоню и найму другую женщину! Продам золото и найму служанку! — топнула ногой Лейла, едва снова не выронив пакет. — Сегодня же поговорю с мужем. Зухра испугалась, что такое вполне может произойти, но не подала вида. — Ничего у тебя не выйдет! А вот я могу так тебя сглазить, что не сможешь забеременеть от Фарида. — Что-то с Хадижей у тебя такое не прокатило: она родила ему близнецов! Проклятиями ошиблась? А когда я рожу сына, Фарид перед родами тебя точно выгонит, чтобы ты не смогла украсть и моего ребенка! — Захочу украсть вашего сына — так сквозь стены пройду! И заберу мальчишку. А если родится девочка — пусть она станет страшной и навсегда останется лысой! Ха-ха! Я же и ее обезображу ещё в младенческой колыбельке! — Нет, это ты останешься уродливой до конца жизни! Не помогут тебе никакие снадобья! — Лейла, ты ещё пожалеешь о сказанном! И вот что: не смей трогать мои розы! Я видела тебя возле клумбы там, внизу. Только прикоснись, только срежь хоть один цветок, и у тебя в шкафу не останется ни одного платья! Все изрежу! И золота ты лишишься. — Ключа у тебя, слава Аллаху, нет от сундука! — проговорилась Лейла, которую уже трясло от нервов. — Оооо, так шкатулку ты спрятала в сундук? Он был когда-то моим. Думаешь, у меня не найдется от него ключа? И от Хадижиного сундука тоже ключик имеется! Нет в доме такого замка, чтобы я не подобрала ключ. А сундук мне и поджигать не придется, и ломом сбивать крышку не стану — открою запасным ключом и унесу твое золото! И Зухра неосторожно помахала перед лицом Лейлы рукой в черной перчатке, в которых она занималась уборкой в доме. Из-под длинного рукава к запястью соскользнул тонкий золотой браслет, который Лейла мгновенно узнала. — Воровка! Это мой браслет! Точно! У меня таких столько, сколько пальцев на одной руке. Сейчас же проверю золото, и если браслетов не хватает, сама схожу в мечеть и потребую, чтобы тебе отрубили руку! Воровка! Верни мне браслет, пока я не уличила тебя при всех! — Какой браслет? Тебе померещилось! Только оклевещи меня, я напущу на тебя порчу! — Воровка! Когда придет Фарид, мы вместе проверим мою шкатулку! Я узнала свой браслет! Дочь шайтана! Зухра же, ругая себя за опасную оплошность, сунула руку в карман черной джеллабы, где ловко сбросила одним движением браслет, но и вынула из кармана крупный бутон розы, тут же разодрала его обоими руками, и Лейла опомниться не успела, как на ее голову посыпались черные лепестки, страшно скользя по лицу, западая за все ещё прижимаемый пакет с вещами для хамама… — Как падают эти лепестки на твою голову, пусть так огонь и горящие угли падут на тебя и заберут твою красоту! — проговорила она для нагнетания страха. И когда юная скандалистка с ужасом отряхивалась от лепестков, как будто это были не части растерзанного цветка, а дохлые жуки или черные змеёныши, которыми ее осыпала подлая ведьма, Зухра сбежала, пока Лейла снова не подняла крик. Лейла, подняв голову после того, как избавилась от последнего лепестка, не обнаружив рядом Зухры, поежилась, оглянувшись в оба конца галереи. А была ли здесь Зухра? Куда она исчезла? Ведьма, точно — ведьма! Но браслет все-таки ее, это ее браслет! Она упросила Мухамеда купить ей набор тонких браслетов в Рио, в бразильском ювелирном салоне, когда он предложил ей станцевать для него. Эти браслетишки стоили ей нескольких танцев для старого, противного Мухамеда! Они так дорого ей достались, что «дарить» даже один из них Зухре она не собирается! Это не золото, это те похотливые взгляды Мухамеда, которые он бросал на нее, когда она, еле сдерживая тошноту и едва не плача, извивалась перед ним в танцевальном костюме с блестками под музыку, которую он сам выбирал для танцев. Браслеты лежали в ее шкатулке, но она не могла ни избавиться от них, ни заставить себя носить украшения. Не хотелось даже прикасаться к ним, потому что ей казалось, что на тонких золотых украшениях застыл слой жирного пота, которым покрывался полураздетый Мухамед. Она танцевала перед мужем в костюме, но он-то сидел в постели, сняв рубашку! Но Лейла запомнила каждый кусочек узора, выгравированного на браслетах. Лейлу передернуло от омерзения, когда воспоминания оказались такими яркими, что она мысленно увидела каждую каплю пота на плечах, на лбу ненавистного Мухамеда, выражение его глаз, затуманенных возрастающим желанием, почти услышала хлопки в ладоши в такт танца, его губы, растягивающиеся то в улыбку, то тянущиеся в ее сторону «трубочкой» из желания поцеловать нежный цветок, доставшийся старому толстяку! О! Что вынуждена была пережить Лейла в дни супружества с Мухамедом! — Вот почему лара Латифа отказалась с ним мириться после развода! Пусть она и сама старая, все-таки ей уже за сорок, но глаза ее молоды так же, как и у меня. Так лара Дуния про глаза говорила. А она для него часто танцевала — Мухамед рассказывал! Лейла вошла в свою комнату, села на диванчик. Положила рядом так не вовремя упавший на галерее пакет. Теперь ей вспомнились слова Зухры и ее угрозы. Ну, женой Фарида ей не бывать — пусть не мечтает. Но навредить она может. И волосы Лейле нужно беречь — вдруг вместо шампуня подольет что-то такое, что волосы выпадут? А мыло? Она в него может острых стекол втереть, тогда всё лицо можно поранить. А если она и в туфли толченого стекла насыплет? А что Зухра сказала о платьях в ее шкафу: она их изрежет? Нет, надо рассказать ларе Джабире, Фариду пожаловаться! У мужа нет денег, чтобы покупать ей новую одежду! И про браслет она молчать не станет! Но Лейла решила, что сначала стоит завтра сходить в хамам, куда лара Джабира велит пойти и Зухре. Как там поведет себя ведьма? Разденется, тогда и свекровь увидит на ее запястье ворованный браслет. А после возвращения из хамама Лейла расскажет мужу об угрозах Зухры и обо всем остальном! …Ни Лейла, ни Зухра не заметили, что за их склокой со двора наблюдала свекровь. Лара Джабира отправилась на поиски невестки, в которой она уже угадывала хитрую лентяйку. Увидев, что на галерее столкнулись две невестки — нынешняя и бывшая, женщине стало не по себе. Она не могла с расстояния расслышать, о чем они разговаривают с таким враждебным видом, но догадалась, что обе девушки обмениваются угрозами. Делят ее сына! Увидев, что Зухра сбежала от Лейлы, пока та растерянно отряхивалась, а потом скрылась в своей комнате, лара Джабира вернулась в кухню. Расспрашивать Зухру она не стала, решив, что Лейла сама ей всё расскажет или, скорее, пожалуется. Зухра с невозмутимым видом уже возилась в коридоре с метлой. Лара Джабира приказала ей проверить кормушки у ослов, сама же продолжила заниматься таджином, приподняв конусообразную крышку; помешала соус ложкой с длинным черенком, поворошила пучки зелени, брошенные невесткой на столе, и все-таки снова отправилась за Лейлой. Пусть помогает на кухне! Позже, когда Лейла стояла с ножом в руке у стола, старательно нарезая зелень, женщина внимательно на нее поглядывала, раздумывая о том, что Зухра может решиться отравить молодую невестку. Фарид занят домашними делами и проблемами бизнеса, сида Рахима тоже почти не бывает днем дома — он ведет такой образ жизни, проводя время в кофейнях и чайных, встречаясь со старыми товарищами, а ей, ладе Джабире, приходится опасаться того, что однажды может случиться в их семейном риаде. С каждым днем растет ненависть между Лейлой и Зухрой. Лейла чувствует в Зухре соперницу и пытается доказать, что теперь она законная хозяйка в доме. Она рядом с Фаридом. А Зухра, потеряв всё, не может признать поражение. Не желает уступать первенство. Лара Джабира была уверена, что Зухра просто ищет способ вернуть место рядом с ее сыном, собирается с силами. — Придется мне не спускать глаз с обеих! — с досадой пробормотала она себе под нос. — Что вы сказали, лара Джабира? Простите, я не расслышала! — с готовностью вскинула голову Лейла. — Ничего, работай. И осторожнее — нож острый, а то снова порежешься, — отмахнулась женщина. В кухню быстро вошла Зухра, затаскивая и бросая у двери неполный мешок с углем для растопки старинной печи. — Как там ослы? Накормила? Не нужно ли их стойло почистить? Фарид не любит, когда на весь двор воняет ослиными испражнениями. — Там чисто, — буркнула Зухра и обожгла взглядом надменно ухмыляющуюся за спиной свекрови Лейлу. — Поднимись на крышу и сними там ковёр, тот, из комнаты Фарида. Наверно, он уже просох — неделю назад его стирали. Но сначала выбей его хорошенько: столько песка под ногами на крыше, что ветром песчинки вбило и в чистый ковер. — Сделаю, — снова буркнула служанка, поворачиваясь, чтобы уйти. — Там и мои вещи висят. Прежде, чем выбивать ковер, сними их и отнеси в мою комнату! — требовательно произнесла Лейла. — Иди же! Зухра оглянулась, и ее губы скривились в ухмылке, и тогда Лейла поняла, что ошиблась: а если соперница испортит ее нижнее белье, испачкает, а то и сбросит с крыши, и кто знает, куда ее вещи унесет ветер?! — Я с тобой пойду! Сама соберу свою одежду! — вытирая руки о полотенце, вдруг решила Лейла. Тут уж испугалась мать Фарида. — Зухра, стой! Пока Лейла будет управляться на крыше, ты вымети пол на галерее — там намусорено. Фариду не понравится, если он увидит черные лепестки, которыми ты осыпала Лейлу. Мне не нужны скандалы. Иди! Зухра сузила глаза, но подчинилась. Впрочем, она даже благодарна была ларе Джабире. Избавила ее от новой унизительной стычки с «сумасшедшей из пустыни». Она с нетерпением ждала, когда мать Фарида отправит ее на рынок за чем-нибудь. Теперь, когда ей не приходилось прятаться и опасаться людей Саида Рашида, Зухра иногда выходила на медину. Сама ли выскальзывала погулять или лара Джабира отправляла ее в пекарню или в лавки за крупами или к повозкам зеленщиков за зеленью. Да мало ли зачем ещё! Даже сид Рахим иногда брал ее с собой за кормом для ослов! Зухру узнавали жители Мекнеса. Зная ее историю, с любопытством вглядывались в нее, видя только глаза, но пытаясь проникнуть фантазией под неизменное черное одеяние. А теперь все иначе: любопытство людей переместилось на новую жену Фарида! Это ведь та самая Лейла, что была женой брата отца Хадижи Рашид! Говорят, после развода и изгнания из семьи Рашидов ее отправили в пустыню найти мужа, а там она сошла с ума! Но как же Фарид, бывший зять сида Саида Рашида, взял такую в жены? Сумасшедшую? Не иначе, как братья Рашиды заставили! Зухра подогревала разными намеками интерес сплетников, и люди на медине сгорали от желания увидеть Лейлу. Вот и теперь злоумышленница мечтала выбраться на медину, чтобы рассказать очередные небылицы о девчонке, которой почудился браслет на ее руке, а ещё Лейла потребовала собрать ключи от всех замков в риаде, чтобы она могла почувствовать себя хозяйкой дома… Как там, в Бразилии, было заведено у жен ее бывшего мужа и у отца Хадижи… Люди же хотели посмотреть и на лицо новой жены Фарида Обенсура. По слухам, она такая красавица, что сам Мухамед Рашид не удержался от соблазна взять девчонку в жены! Но отказался от сумасшедшей, а что поделаешь, если так ошибся. А Фарид вынужден был на ней жениться! Наверно, его так наказали богатые братья в отместку за развод с Хадижей? Какие только сплетни не бродили по медине благодаря осторожным намекам Зухры! Лара Джабира на ее вопрос, не нужно ли выйти в пекарню за лепешками, ответила, что и сама может испечь хлеб, ведь ближайшая пекарня не работает. Ещё Зухре было сказано, что завтра они отправятся втроем в хамам, но так как для этого все есть, то выходить на медину сегодня и завтра днем нет необходимости. Зухра расстроилась, не найдя причины, чтобы выбраться на улицу, но и испугавшись, чем закончится для нее посещение хамама. Она понимала, чего добивается Лейла,. Неужели наивная и заносчивая девчонка думает, что Зухра покажет ей и всем, кто придет помыться в хамам, свои шрамы и поврежденные волосы? Не только любопытство сжигает соперницу, но Лейла жаждет ее унижения! А также ищет поводы для ссоры. Потом она уговорит Фарида ее прогнать и взять другую служанку. Зухра горько вздохнула. Нет, что-то подсказывало, что с Фаридом судьба связала ее крепкой невидимой нитью, и не Лейле эту связь оборвать! Но ее бесило, что она бессильна против вредной и глупой девчонки. Как просто было бороться с Хадижей! И что значит — бороться? Ха! Разве можно было назвать борьбой то, что ей удавалось проделывать против дочери Саида Рашида? Смешно вспомнить! Когда лара Джабира напомнила ей, чтобы тоже собрала заранее пакет со всем необходимым для хамама, предложив выбрать в кладовке кусок мыла из тех, что оказались результатом неудачных опытов Хадижи, Зухра не стала спорить, но мыло положила в свой сверток собственное, купленное в лавке на медине. Она любила хорошее мыло с сильным приятным ароматом. Потом Зухра поднялась на крышу, где и продумала, как ей вести себя в хамаме. Вечер прошел тихо. К удивлению державшейся настороженно Зухры Лейла не стала жаловаться Фариду ни на ее угрозы, ни на обнаруженный у соперницы собственный браслет. — Нет, мне это не нравится, — забеспокоилась Зухра, развалившись на диване и покачивая ногой на ноге. — Девчонка что-то задумала. Она не испугалась моих угроз, здесь что-то другое. Значит, Лейла приготовила ей ловушку, которая важнее для нее, чем скандал, который последовал бы после жалоб мужу. — Змея! Она думает, что сможет меня победить? Нет, такого не случится. Но что же это может быть? Она ждет, когда мы окажемся в хамаме, да, конечно! — догадалась Зухра. — Что она мне там устроит? …И вот наступил и быстро прошел день перед посещением хамама. За лепешками Зухре выйти не удалось, но лара Джабира отправила ее за специями, которые странным образом исчезли с полки. Пакетики и баночки были почти пусты. Вот после такой простой уловки Зухра смогла оказаться в лавке сида Фаруха, которому помогала торговать его жена, а большей, чем она, сплетницы медина ещё не знала. Зухра явилась именно в их лавку. Там и поведала, что вечером они с ларой Джабирой и молодой невесткой идут в хамам — тот, что возле пекарни братьев Мустафы и Мухсина. Увидев, как у жены торговца специями загорелись глаза, Зухра поняла, что половина женщин медины Мекнеса явится сегодня именно в их хамам. Это и нужно было Зухре! В густой толпе полуголых женщин будет несложно затеряться. Лейлу увидят все любопытные, а Зухра ускользнет от матери Фарида и их дорогой невестки! В чудесном настроении интриганка вернулась в риад. Ее порадовала и небольшая сделка, которую удалось провернуть. Оставлять при себе украденный у Лейлы браслет теперь было опасно. Потому Зухра добежала до самой дальней лавки, где ее давний знакомый торговал дешевыми золотыми вещицами и тайно скупал краденое, и обменяла золотой браслет из Бразилии на два недорогих золотых браслетика марокканских мастеров. И пусть теперь Лейла что-то докажет! Возможно, Фарид, хорошо зная нрав Зухры, и поверит жене, но пропавший браслет теперь ему не найти. Лара Джабира уже проявляла нетерпение. — Где ты бродишь, Зухра? Купить специи — для этого много времени не нужно. Тебя не было несколько часов! Где метешь подолом по медине?! — О, я встретила подругу, разговорились, она меня пригласила на чай… — Хм., — женщина с подозрением восприняла объяснение. У Зухры есть подруга, которая может привести ее в свой дом? Никогда о такой не слышала. Зухра опустила глаза, чтобы хозяйка не заметила в них насмешки.  — Иди за своими вещами, мы выходим уже. Где Лейла? Так и хамам закроется, пока то одну ждем, то другая копается, собираясь, — разворчалась женщина, подхватывая таз и сверток, выходя во двор. Когда Зухра вернулась, женщины поджидали ее с личными тазами и пакетами. У Лейлы он был объемным, тяжелым. Все вещи были переданы Зухре. — Неси осторожно! Не разбей шампунь! — надменно приказала Лейла, выпячивая презрительно нижнюю губу. Но что-то подсказало Зухре, что соперница пребывает в приятном ожидании. «Ничего у тебя не выйдет, колючка из пустыни! Я сегодня ещё посмеюсь над тобой!» — думала Зухра, молча держась третьей за ларой Джабирой и Лейлой, неся за ними тяжелые и неудобные свертки и пакеты. Они вышли из риада, осторожно спустившись по очереди по ступенькам. Лара Джабира закрыла дверь на ключ. Тут же она осмотрела блекло-коричневые, облупившиеся, большие горшки, поставленные по обе стороны лестницы, из которых торчали чахлые кустики. — Зухра, завтра не забудь взрыхлить землю в вазонах и растения полей! Посмотри, кусты почти засохли! — Сделаю, — буркнула Зухра, только бы не рассердить хозяйку. …А в хамаме всё случилось вовсе не так, как представляла Лейла. Зухра и не собиралась раздеваться! Впрочем, никто из женщин здесь не обнажался. На каждой была тонкая рубашка. А сколько же в хамаме оказалось посетительниц! Если Лейлу это удивило, то лара Джабира, кажется, поняла, в чем дело. Зухра же и вовсе была довольна. Она проигнорировала слова Лейлы, предложившей, нет — капризно приказавшей ей снять никаб и джеллабу, в которой Зухра прошла в зал, где все мылись. И пока Лейла несколько раз на разные лады повторяла это требование, едва не топая ногами и не размахивая руками, Зухра оглядывала посетительниц, удовлетворенно замечая, что за ними заинтересованно наблюдает множество глаз. Наконец, Лейла обратилась к свекрови, жалуясь, что на них все смотрят, потому что Зухра стоит рядом с ними, странно одетая для такого места. Пока лара Джабира тихо объясняла невестке, чтобы та не устраивала скандал из-за Зухры в этом людном месте, где будет услышано каждое слово, ведьма вдруг исчезла. Вот только что стояла за спиной матери Фарида — и… как будто испарилась! Лейла перевела глаза с Зухры на свекровь, затем обратно — и… не увидела Зухру! Где? Куда подевалась! Как посмела?.. Но лара Джабира одним сердитым взглядом призвала девушку к сдержанности. Лейле пришлось замолчать, опустить глаза и заняться тем, ради чего они сюда пришли. Зухра же нашла место у противоположной стены хамама, где ее не могла увидеть Лейла, потому что в хамаме было настоящее столпотворение. Там она и помылась — частично, почти не раздеваясь, сделав так, чтобы никто не увидел ни ожогов на теле, ни уже хорошо подзаживших шрамов на лице, ни покрытой проплешинами без волос головы. Хотя… волосы начали немного отрастать. Зухре удалось с чужой помощью побрить не пострадавшие места, где сохранились клочки роскошных некогда волос, и теперь, после бритья, из волосяных луковиц, где раньше рос один волос, вырастали три и даже четыре волосинки. Нужно время, чтобы восстановить шевелюру — так предрекла старая подруга ее тетки-шуафы, которую Зухра сумела разыскать в Мекнесе. Старуха и помогла ей с лечением, как и осторожно сбрить остатки волос. Она же и утешила Зухру, сообщив радостную новость, что волосы отрастают. Нужно ждать и лечить хорошо заживающие раны от ожогов. Кстати, Зухра уже не испытывала ужасных болей, какие мучили ее не так давно. Поэтому у нее и получалось работать в доме Фарида с утра до вечера. Если она позволяла относиться к себе, как к служанке, и была вынуждена так много работать, то только потому, что ее не покидала твердая уверенность: Фарид вернется к ней, она будет ему нужна настолько, что будет возвращено и ее место в семье Обенсуров. Вот тогда Зухра посмеется над Лейлой и расплатится с девчонкой за всё! Когда лара Джабира и Лейла собрались уходить, держа в руках тазики и пакеты с мокрой одеждой, Зухра вдруг появилась — вынырнув из ниоткуда. Так как хамам находился недалеко от дома — за пекарней, то и возвращение домой не заняло много времени. Женщины шли молча: разомлевшая и уставшая лара Джабира, довольная Зухра, хотя ей и пришлось нести все пакеты и три таза, и злая, надувшаяся из-за неудачи Лейла. Когда семья собралась в гостиной, лара Джабира велела невестке принести всем чай, заранее приготовив на кухонном столе поднос с чайниками и стаканчиками. И Лейла всё аккуратно исполнила. Но Фарид заметил, что с женой что-то не так. Когда после чаепития он поднялся к ней в комнату, вид у Лейлы был не просто расстроенный, но напуганный и растерянный. Или девчонка умело притворялась! Но Лейла поведала мужу о том, что произошло накануне — о столкновении с Зухрой, ее угрозах, о браслете на запястье служанки, в котором Лейла узнала собственное украшение! И о том, что Зухра может оказаться беременной от него. — Почему ты мне ещё вчера не рассказала?! Почему я узнаю об этом только сегодня? — возмутился Фарид, которому многое из услышанного не понравилось. Зухра не просто принялась за происки против его жены, но решила повторить уже пережитое! То, что ведьма украла у Лейлы из шкатулки браслет — он не усомнился. Как и тогда, когда Хадижа обнаружила пропажу и оказалась в опасной ловушке, случайно избежав смерти. Но если в прошлый раз, все ещё любя Зухру, Фарид не встал на защиту нелюбимой, все время чем-то раздражавшей его Хадижи, то теперь он дал себе слово разобраться с воровкой. Но ещё возмутительней было предположение Зухры, что она может родить его ребенка! А ведь, и верно — такое возможно! Но ему только этого не хватало — ребенка от Зухры! Он спустит ведьму с лестницы вместе с ее ребенком в животе, если беременность подтвердится! И выставит на улицу! — Фарид, она сказала, что у нее есть все ключи от каждого замка в твоем доме! — жалобно напомнила ему Лейла, медленно хлопая длинными ресницами с блестевшими на них слезинками. — А этот сундук до Хадижи принадлежал ей, и у Зухры есть запасной ключ… — Что?! Хотя… это возможно. Ведьма! Но что делать? Не могу же я купить сейф: у тебя такая большая шкатулка, что сейф нужен размером с банковский. Нет, время Зухры в моем доме подошло к концу! Но сначала она должна будет отдать мне украденный браслет! — О, да, любимый, забери у нее мое украшение! — обрадовалась девчонка не только перспективе не видеть Зухру, когда ту выгонят из дома, но и возможности вернуть золото. — Почему я сама не содрала с ее руки мой браслет? Стояла перед ней и смотрела, как околдованная. Не могла сдвинуться с места! — Лейла, насколько хорошо ты знаешь свои украшения? — Я их узнаю непременно! Посмотрю и сразу смогу сказать: мое золото или нет! — уверила его жена. — Я не это имею в виду! Лейла, ты не умеешь читать. Но и считаешь ты плохо! Память не может удержать все мелочи из шкатулки. — Я могу! У меня отличная память! — Но ты же не заметила пропажу, когда мы с тобой проверяли золото после того, когда ты обнаружила, что в шкатулке покопалась Зухра. И вот оказалось, что у Зухры твой браслет. — Ты мне не веришь? — обиделась девушка. — Но лара Дуния переписала все мои украшения. Можешь у нее спросить. Она как знала! И Карима может подтвердить! А этих браслетов у меня было несколько. Они одинаковые, их должно быть столько, сколько пальцев на одной руке. Вот сейчас достану эти браслеты, повешу на каждый палец, и ты увидишь, что одного браслета не хватает! — Мой совет тебе — ещё раз проверь свои украшения. Если я выгоню Зухру, то не смогу потом вернуть твое золото. С этими словами мужчина вышел из комнаты. Лейла поняла: он пошел разбираться с воровкой. — Отлично! Браслет мой он заберет, ключи… тоже что-то придумает. Зухра — служанка, какие могут быть у нее ключи? Ключи хранит главная хозяйка в доме. Помнится, Ариба рассказывала, что у Саида Рашида в доме все ключи — в кармане у первой жены. Она опустилась на колени перед сундуком, достала надежно спрятанный, как ей раньше казалось, ключ и открыла замок. Достала шкатулку и принялась проводить тщательную ревизию украшений… 23. Часть 35. Глава 23. Пропавший браслет Лейлы. Фарид вломился в комнату Зухры, распахнув хлипкую и уже не запиравшуюся даже на засов дверь. — Ведьма! Верни браслет, который ты украла у моей жены! — бросил он грозно. Зухра медленно и спокойно повернулась к нему. От чистой одежды и от тела пахло душистым мылом, незнакомым, которого не было в их кладовке. Из прорези в ткани на него озорно смотрели знакомые глаза. — Зухра, где браслет! Ты снова взялась за старое? Ты ничего не боишься? Думаешь, если я не выгнал тебя, когда женился, то ты можешь на что-то надеяться? Зухра слушала, не отвечая. — Где браслет?! Она пожала плечами. — Нет у меня никакого браслета. У меня есть собственное золото. Правда, не такое дорогое, как у твоей жены. — Покажи! Откуда может быть у тебя золото? О, Аллах! Зухра, не смеши меня! — Но у меня есть украшения. Часть хранит у себя моя тетя, но и на мне тоже есть золото! Я в нем приехала из Феса! Вот, посмотри, — и она протянула руку, слегка задрав рукав, на запястье болтались два похожих тонких браслета. — Видишь, они мои. — Твои? — хмыкнув, кивнул Фарид. — Про них не знаю, а браслет Лейлы ты куда-то спрятала. Конечно, ты же не глупая, чтобы носить на себе украденную вещь. Кстати, откуда тебе известно, каким был пропавший браслет у Лейлы? — Я знаю, какие браслеты есть у меня. Но твоя жена приняла мои браслеты за свои, не подумав, что и у меня может иметься золото. Или специально меня оговаривает. Ревнует, наверно. Боится, что я могу первой родить тебе сына. Она же не беременна? — Зухра! Никаких детей от тебя мне не нужно, поняла? Что хочешь — делай, если все-таки… Ты же травы разные знаешь, вот и действуй! Но у моей служанки-ведьмы детей от меня не будет. — Схожу в мечеть, посоветуюсь с имамом. С шейхами. Тебя уже однажды заставили на мне жениться, когда я оказалась беременной, и снова заставят! — зло, но твердо проговорила Зухра. — А служанка я или ведьма… Стану снова твоей женой, вот увидишь! — Только попробуй. Ты туда просто не дойдешь. Закрою тебя в комнате под крепким замком, отыщу нужные травы и натолкаю тебе во все места, чтобы точно подействовали! Сам их заварю и тебе в глотку залью, пока не выкинешь ребенка, который мне не нужен! И не дразни меня, тварь! — Зухра видела, как бывшего любовника трясло от злости. — Фарид, осторожнее! Забыл, на что я способна, что умею? — тихим страшным голосом сказала в ответ на угрозы несчастная, не желая сдаваться. — Ты лжешь про беременность! Точно! Хочешь Лейлу позлить. И меня. Но посмотрим. Ты и не на такие шутки способна! Я же тебя хорошо знаю, но повелся… Идем, пусть моя жена подтвердит, что это не ее золото! Он грубо схватил Зухру за левую руку и поволок за собой — из комнаты, по галерее и, наконец, втолкнул в комнату Лейлы. Та, увидев, с кем появился перед ней муж, невольно заслонила собой раскрытую шкатулку, в которую она аккуратно сложила украшения после тщательной проверки. — Ведьма, покажи браслеты! — приказал Фарид, нетерпеливо хватая Зухру за рукав. Но та сама задрала ткань и гордо протянула руку с браслетами Лейле. — Скажешь, что они твои?! Ревнивая завистница! — выкрикнула она. Лейла шагнула к Зухре, внимательно всматриваясь в браслеты. На лице ее появилось презрение. — Нет, это точно не мои украшения. Золото дешевое. И рисунок на браслетах не тот. И у меня один пропал, а их тут два. У меня таких не было! — Точно? А если это другие браслеты из твоей шкатулки? — нахмурился Фарид. — Это мое золото! — торжествующе сказала Зухра, опуская руку и поправляя рукав. — Пошла вон! — кивнул ей на дверь Фарид. — Воровка! Твою комнату надо перевернуть вверх дном! Ты спрятала мой браслет! А показала свои! — плаксивым голосом проводила ее Лейла. — Не плачь. Теперь потерянного не вернуть. Я знаю, что она сделала, — уверенно кивнул Фарид. — Твой браслет продала, купила себе эти браслеты. Точно! Не было у нее никакого золота, когда она явилась в мой дом после пожара. Следи за шкатулкой, Лейла. А надежные ключи я сделаю. — Не лучше ли просто выгнать воровку? — осмелилась подсказать молодая невестка Обенсуров. — Тогда и надежные замки с ключами делать не придется. — Такого врага лучше держать при себе. Ты о ней многого не знаешь. Пусть пока побудет нашей служанкой, но нужно ее остерегаться. — Ты хочешь оставить Зухру, потому что она первой родит тебе сына? — робко предположила Лейла. Фарид горько рассмеялся. — Никого она не родит! Я ещё не забыл, что это она украла ребенка у нас с Хадижей. Если бы не ее происки, сейчас в этом доме бегали два моих сына! — Но тогда меня не было бы с тобой! У меня не было бы Тебя, хабиби! Любимый! Фарид, я чувствую, что не смогу жить без тебя, ты для меня стал всем! — с чувством проговорила Лейла, бросаясь ему на шею, обнимая и целуя. Фарид даже представить не мог, насколько ему будет лестно и приятно такое отношение к нему женщины. Он невольно улыбнулся, запрокинув голову, довольно хохотнул, тоже крепко обнял Лейлу, чмокнул ее в лоб и тут же ретировался из ее комнаты, сославшись на срочный разговор с дедом Рахимом и матерью. Лейла медленно опустилась на постель, прижимая ладони к разгоряченному лицу. — Но я не солгала! Я не могу потерять Фарида! Нет, ни за что! Я же полюбила его! Всегда знала, что любовь должна быть такой, а не как говорил Мухамед: «Любовь строится в семейной жизни…» — передразнила она, кривляясь, бывшего мужа. — И никаких других жен в жизни Фарида быть не должно! Как бы мне поскорее забеременеть? Родить мальчика… … Пока Лейла размышляла, как укрепить отношения с мужем, Фарид нашел мать и деда в гостиной, что-то горячо обсуждавших. — Сынок, а мы о тебе говорим. Ты должен это узнать! Вот послушай, что твоему деду на медине люди рассказали! — волнуясь, показала на отца рукой лара Джабира. — Внук, сколько же я наслушался сплетен о вас с Лейлой, о, Аллах! Мне намекнули, что язык распускает Зухра, новости о нас от нее узнают. Только и не новости, а разные мерзкие фантазии. — Что могут говорить о нас на медине? — удивился молодой мужчина. — Или все ещё не могут забыть историю с пожаром и скандалы с Саидом Рашидом из-за Хадижи? — Нет. Теперь обсуждают твою жену. Говорят, у Лейлы снова начало проявляться сумасшествие, как было там — в пустыне. Но теперь это происходит в нашем доме. — Это как? — поразился Фарид.- Ничего подобного я не замечал. — Говорят, что якобы она ходит по риаду и собирает ключи от всех замков в доме. Хочет утвердить себя как хозяйку с огромной связкой ключей, — пересказал сплетню старик. — Чушь! Все ключи у меня и у матери! — взвился Фарид. — И у Зухры. Надо бы у нее отобрать их, — подсказала мать. — Да, согласен. Она Лейле угрожала, что может добраться до любого сундука в доме, где бы моя жена ни прятала шкатулку с золотом! — Сынок, мы сегодня ходили в хамам, так там женщин было столько! Пришли поглазеть на твою жену. Хорошо, что Лейла не догадалась. Она у тебя нервная, вспыльчивая, капризная. Не со мной, конечно, но по обстоятельствам эти качества начинают проявляться. И я вот тоже думаю: откуда сплетницы узнали, когда и в какой хамам мы отправимся? Рядом с нашим домом три хамама на разных улицах — и мы ходим в каждый по очереди. — Зухра выходила на медину сегодня или вчера? Да? Тогда это точно она разболтала, — убежденно произнес Фарид. — Намеренно, сынок, специально рассказала! Знала, что любопытные ринутся в хамам! — согласилась мать. — Вот змея! Она у Лейлы украла браслет. Вчера это выяснилось, но мне жена только сейчас пожаловалась… И Фарид поведал дедушке и матери о том, что узнал от Лейлы — о краже браслета, об угрозах Зухры, о ее намеках на беременность… — Я не дам родиться этому ребенку! Зачем мне сын от ведьмы?! — О, Аллах! Не говори так, сынок! Харам! — испуганно воскликнула мать. — Нельзя так говорить, нельзя мешать родиться ребенку, которого тебе Аллах решил послать, даже если матерью станет ведьма! — строго погрозил ему пальцем и сид Рахим. — Мне нужны мои сыновья, которых родила и украла у меня Хадижа! Амран и Джамиль! И Лейла пусть рожает каждый год по ребенку! Но только не ведьма и уродина Зухра! — Успокойся, сынок, и не говори таких страшных вещей. Иначе Аллах тебя накажет за это. Зухра тебя дразнит. Не беременна она! — Откуда ты знаешь? — злился Фарид. Мать призналась: — Когда она стала ходить к тебе по ночам, я стала обращать внимание на некоторые вещи. Женщина узнает, если захочет, когда другая беременна. Одно скажу: недавно у Зухры были те самые дни, которые и решают в три месяца идды, быть дальше браку или возможен развод. Так у Зухры те дни пришли ещё на прошлой неделе, я точно знаю. Больше не обсуждай с ней эту тему, а я поговорю с лгуньей. Выведу Зухру на чистую воду, скажу, что и ты теперь знаешь, потому пусть не пытается обманывать. Фарид, как и сид Рахим, поняли, что имела в виду мать. — Кобра! Она лжет, как дышит! — снова разозлился Фарид. — А что ей остается? Боюсь я, сынок, как бы Зухра не сделала Лейле что-нибудь плохое. Девчонка тоже ее провоцирует. А если Зухра ее отравит? А если нас всех чем-то опоит? Пока мы будем корчиться и умирать от ее отравы, она нас спокойно ограбит и сбежит. Никто ее не найдет. — Да, ведь было уже такое! Когда Зухра с подругой украли Амрана. Я помню! — разволновался и старик.- О, Аллах! Что делать? Не выгнать ли? Надо бы выгнать поганку! Посоветоваться с Абдулом? Так и сделаю! — А что, сид Абдул к нам в гости собрался? — напомнила отцу лара Джабира. — Да. Как же я забыл?! Фарид, мой приятель Абдул с женой Дунией собрались нас навестить. Позвонят, как соберутся приехать. Хотят, наверно, убедиться, что надежно пристроили Лейлу, что не будет ее неожиданного возвращения, — понимающе усмехнулся сид Рахим. — И фотографии с вашей свадьбы обещали привезти, — добавила лара Джабира. — Да пусть приезжают, иншалла! Лейлой я доволен. Угодил сид Абдул мне с женой! Сам не ожидал такого. Лара Джабира поджала губы, но не стала критиковать юную невестку. Но она уже поняла, что девчонка ничегошеньки не умеет, ленива, хотя и старается пока, угождает, не грубит, льстит, даже заискивает, очень хочет понравиться. Ничего! Она ее воспитает! Лейла всему научится, иначе на что нужна свекровь?! А если сыну девчонка понравилась, то и хорошо! Пусть сынок будет счастлив! Только бы Зухра не начала невестке или даже им всем мстить, гадости делать. Когда Фарид вернулся в комнату к жене, Лейла ждала его, нарядившись в красивейший кружевной пеньюар. Фарид такое одеяние видел разве только на Хадиже. Впрочем, оба не знали такого слова, ни Лейла, которой к свадьбе красивые вещи были куплены опытными родственницами, ни Фарид, совершенно не разбирающийся в женском нижнем белье, как и в прочей одежде. Покосившись на оставленную на столике у кровати шкатулку, пусть и закрытую ключиком, болтающимся тут же на ручке вычурной коробки с драгоценностями, Фарид вдруг предложил: — Лейла, вот какая мысль пришла мне в голову: а если купить тебе телевизор, продав что-то из твоего золота? У нас в семье нет денег на такую роскошь, и появятся деньги не скоро. Но если ты согласишься продать подходящее по цене украшение, мы могли бы купить телевизор. Здесь, в комнате, проблема с электропроводкой. Электричество проведено не во всем доме, так получилось. Но можно повесить телевизор на стену в кухне. Что ты об этом думаешь? — О, Аллах! Фарид! Конечно! Я согласна! Но сколько стоит телевизор? Если продать оставшиеся браслеты, один из которых украла Зухра, хватит денег? — Нет, не думаю. Тут нужно кольцо, наверно. Сходим в лавку к ювелиру Юсуфу и оценим украшения, которые ты выберешь. Из тех, с которыми тебе не будет жалко расстаться. — Мне уже не жалко те браслеты. Фу! — Почему? Какая история у тебя связана с золотом? Расскажешь? Лейла согласилась. Так Фарид и узнал, за что Лейла получила подарок — пять тонких, но довольно дорогих браслетов-близнецов. Это в Бразилии они стоили не дорого в сравнении с другими украшениями, но в Марокко золото различалось пробами, а ее браслеты были высокой пробы. — Я танцевала для Мухамеда. Бррр! Даже вспомнить противно! Когда вижу браслеты, сразу вспоминаю этот кошмар! Я даже прикасаться к ним не могу! Тут же представляю маленькие, заплывшие жиром глазки, которые как будто ощупывали меня! Фариду было неприятно услышать интимные подробности из жизни Лейлы в прежнем браке, но он постарался проигнорировать ее признания и сказал: — Тогда отдай их мне, я отнесу в лавку Юсуфа и вернусь с деньгами. И скажу, сколько не хватает для покупки телевизора и антенны. Ты же понимаешь, что ещё нужна антенна для приема каналов. — Хорошо, любимый. Завтра же пороюсь в шкатулке и отдам тебе золото. Я буду рада избавиться от подарка Мухамеда. Чтобы больше никогда о нем не вспоминать! — Но я тоже хочу, чтобы ты танцевала для меня. Правда, моими подарками будут только поцелуи! — Твои поцелуи, хабиби, будут для меня дороже… алмазов! Нет, даже дороже бриллиантов! Она тут же вытянула руку в сторону мерцающего в темноте светильника, и кольцо на ее пальчике ответило блеском бриллианта. Вряд ли Лейла знала, что бриллиант — это ограненный алмаз. — А сегодня спрячь шкатулку в шкаф, чтобы ночью Зухра не прокралась к нам в комнату и не украла все твое золото вместе со шкатулкой! — А ты закрой ворота и дверь на медину на новые замки, которые ты сегодня принес, чтобы Зухра не смогла сбежать, если что-то украдет. От новых замков у нее нет ключей. — Я уже сделал это, не думай, что я глупее тебя! — снисходительно проговорил Фарид, резко обнимая свою одалиску. — Скоро к нам приедут гости: дядя Абдул и лара Дуния, — вспомнил он. — Правда? — обрадовалась девчонка. — Я хочу увидеть лару Дунию! Но потом они забыли и о гостях, и о Зухре. И вообще обо всем, поглощенные страстью… … Наверно, причиной страшного сна той ночью стали разговоры Лейлы с Фаридом о покупке телевизора и воспоминания о Мухамеде и его подарках. Лейле приснилось, что она снова в пустыне. День, невыносимая жара. Но караван устроил привал. Ее держат пленницей в шатре. Она или должна взять мужа, или будет брошена караваном умирать среди бескрайних желтых песков… Но никто из бедуинов не желает жениться на сумасшедшей. Лейле включили музыку на старом магнитофоне, работавшем на батарейках, переодели в костюм для танцев, тот самый, который когда-то любил Мухамед… Во сне Лейла страшно удивилась, обнаружив его на себе. Как у них оказался этот костюм?! Лейла должна танцевать, а женихи будут смотреть на нее в специальное отверстие и решать, брать ли в жены эту одалиску… И вот Лейла танцует под ненавистную музыку в ненавистном костюме, даже слышит во сне звон украшений на запястьях и щиколотках, как и монеток из мониста на груди. И вдруг откидывается полог бедуинской палатки и входит… Мухамед! Она даже рада его появлению! Ведь если он снова ее муж, то заберет ее в свой дом, где есть блага цивилизации! Теперь она уже старательно танцует — для него, но Мухамед, налюбовавшись на пленительные движения, сообщает, что готов вернуть ее, но только третьей женой. И она останется жить в пустыне. А он будет иногда ее навещать, свою «женщину в песках». Она с ужасом смотрит на Мухамеда. Он потный, уже весь мокрый от жары, липкий, капли пота скатываются по его пухлому лицу. Он стал ещё толще. Как откормили его жены! Но она вынуждена согласиться, чтобы не умереть брошенной в песках. Мухамед доволен ее согласием, достает из подмышки принесенную с собой коробку. В ней телевизор, и Мухамед его включает. Говорит, что так он будет видеть Лейлу и знать, чем она занимается в пустыне, а она будет видеть его и их сына Мухамеда. Но телевизор стоит дорого, поэтому он должен забрать ее браслеты. И Мухамед протягивает к ней толстую пятерню и сгребает с ее запястья браслеты, все, которые были подарены в Бразилии за танцы. Лейла невольно хватается за пустое запястье. Но возражать не смеет, только решается спросить: — А сериалы? Я смогу смотреть сериалы?.. Мухамед в ответ злобно ухмыляется и качает головой: нет!.. Лейла в ужасе просыпается! Тяжело дыша, она протягивает руку к стакану на столике и наливает воду из кувшина. Пьет, вспоминая и снова переживая мерзкие детали странного сна. — Почему мне приснился Мухамед?! — с ужасом думает она, нервно глотая воду. Потом Лейла вскакивает с постели и бежит к шкафу, куда накануне поздно вечером убрала шкатулку по совету Фарида. Поставив увесистый сундучок с золотом на постель, она не сразу попадает ключиком в замочек, потом поднимает крышку шкатулки и быстро роется внутри, находит браслеты… — Они даже во сне мне приснились! Нет, пусть Фарид их продаст! О, Аллах, обменять на телевизор эту гадость — что может быть лучше?! А потом она пугается, что Зухра может специально сломать ее новенький телевизор, и что тогда?! — Нет, она не посмеет! Она сама станет смотреть сериалы, я уверена. Кто сможет отказаться от сериалов? Я таких женщин не знаю! — успокоила Лейла себя. Отложив браслеты, девушка снова спрятала шкатулку и только тогда принялась приводить себя в порядок и переодеваться для нового дня. На кухне уже хозяйничала лара Джабира — даже на второй этаж добрался аромат ее выпечки! С улицы же доносилось громкое скрябанье жесткой метлы на длинной ручки: вжик-вжик., вжик-вжик! О, Зухра метет дворик риада. Так ей и надо! Лейла не поверила ушам, когда услышала звонок сотового у себя в комнате. Лара Дуния подарила ей на свадьбу недорогой телефончик. Положила некоторую сумму денег на счет. Но Лейла не решалась кому-то звонить, ей тоже никто не звонил. И вот вдруг! На дисплее она увидела имя: Карима. — Ооо! — обрадовалась Лейла. — Карима, как я рада тебя слышать! Карима принялась расспрашивать девчонку о ее новой жизни, о семье, муже. Просто засыпала ее вопросами — хотела узнать обо всем. Спросила и о Зухре. И вот тут Лейла не выдержала и, обливаясь слезами, пожаловалась, как Зухра ее обижает, чем угрожает, что украла у нее браслет, который был подарен среди прочего ещё Мухамедом! Карима поцокала языком, сочувствуя. Но утешила: — К вам скоро приедут погостить на один день дядя Абдул и лара Дуния. Карима тоже хотела приехать, Карима так просила ее с собой взять! И Дуния просила за Кариму! Но сид Али запретил мне ехать. И Зорайдэ была против. Не отпустили. Но ты, Лейла, не переживай. Лара Дуния поможет, она подскажет. Дуния привезет вам свадебные фотографии! — Пусть привезет и список моих украшений! Фарид не верит, что я запомнила всё золото. Он думает, что Зухра много чего ещё украла! Карима удивленно ахала и возмущенно охала, слушая жалобы несчастной Лейлы. Обещала рассказать о ее бедах сиду Али, ларе Дунии. — Лейла, я скажу, скажу Дунии, чтобы вместе с тобой проверила твое золото! О, Аллах! Она и без списка определит, что пропало из шкатулки. Дуния поможет, она все пропажи обнаружит, иншалла! Ни у кого нет такой памяти на золото, как у моей подруги Дунии! Они обсудили и возможную покупку Фаридом телевизора. — Мы продадим оставшиеся браслеты, — объяснила Лейла. — Ты не знаешь, сколько в Мекнесе ювелирных лавок? Если Зухра продала твой браслет в одной из них, то ювелир может узнать те браслеты, что ты принесешь продавать. Ты говорила, они все одинаковые были? Так вы разоблачите воровку! — О! — порадовалась Лейла, но Карима тут же ее охладила: — Это если она не нашла знакомого торговца, который скупает украденные вещи. А она, скорее всего, так и сделала! — предположила искушенная в чужих житейских драмах и перипетиях сплетница из дома сида Али. Когда болтливая Карима отключилась, до Лейлы дошло, что, получив свои свадебные снимки, она сможет с их помощью добраться и до альбомов Фарида и Хадижи, а там и фотографии Зухры можно будет поискать среди прочих. Для нее возможность полистать семейные альбомы с фотографиями стали чем-то вроде реалити-шоу, семейного сериала со сценами из собственной жизни! Желание узнать, какой была свадьба, а потом и семейная жизнь Фарида и Хадижи так ее захлестнуло, что она уже ни о чем другом не могла думать. Телевизор она получит — Фарид же обещал! — и теперь на этот счет она успокоилась. Осталось только подождать. Но когда же приедут гости? Она боялась появления дяди Абдула, но ждала с радостью лару Дунию. Ей казалось, что дяде Абдулу может что-нибудь не понравиться, и он решит забрать ее у Фарида, снова увезти в Фес, а там и в пустыню отправить! — Неужели сон был не просто так?! — ужаснулась она. И когда в дверь коротко постучали и тут же вошла недовольная свекровь, решив узнать, как скоро ждать невестку на кухне, ведь дел полно! — Лейла повернулась к матери мужа с таким перекошенным от страха лицом, что лара Джабира решила: девчонки снова умудрились сцепиться. Но как? Когда успели, если всё утро Зухра была у нее на глазах?! — Что случилось? — нахмурилась женщина. — Мне позвонила Карима из дома сида Али, друга сида Абдула. Предупредила, что к нам собрался приехать в гости дядя Абдул. Лара Джабира, не отдавайте меня ему, если даже он будет настаивать на моем возвращении в Фес! Умоляю! — прижав обе ладони к сердцу, жалобно попросила невестка. Это удивило и насторожило женщину. — А почему ты решила, что сид Абдул тебя захочет вернуть? — с подозрением поинтересовалась она. — Мне приснился страшный сон. Я снова была в пустыне… Боюсь рассказывать, что мне приснилось, а то вдруг сбудется, но… — Аллах! Лейла, что за глупости?! Так… Быстро спускайся на кухню, поешь и принимайся за работу. Сид Абдул приедет в гости, это так. Но никто тебя не сможет забрать у моего сына. Ты его законная жена! Был никях. Так что нечего выдумывать! Только мой сын может дать тебе развод. Но он тобой пока доволен. Не думаю, чтобы он согласился с тобой расстаться. — Правда? О, Аллах! Как я счастлива это слышать! Уже бегу на кухню! И девчонка, вмиг преобразившись, выскочила в коридор, а вскоре послышались быстрый топот ног по лестнице. Лара Джабира покачала головой. Вот легкомысленная! Бросила на столике свои браслеты и убежала. А если и они пропадут? Зухра нечиста на руку, и никак ее не поймать, не уличить. Женщина забрала браслеты с собой, решив, что в ее сундуке золото, которое Фарид вознамерился продать и купить жене телевизор, сохранится надежнее. Сын, уходя рано утром по делам на медину, рассказал ей и дедушке, что Лейла согласилась продать часть своих украшений, почему и в обмен на что. Втайне от отца и сына лара Джабира была бы рада, если бы в их доме появился новенький телевизор. Она тоже любила смотреть кино, как и сериалы, которые оказывались на телеканалах в Марокко. Но с некоторых пор «ящик шайтана» отец убрал к себе в комнату по совету сида Абдула. Теперь же и лара Джабира порадовалась, что Лейла появилась в их семье. Когда свекровь пришла на кухню, то заговорила с поджидавшей ее Лейлой совсем иначе, более дружественно, чем раньше. Зухра сразу уловила изменение в отношении к невестке у матери Фарида. — Кажется, девчонку приняли в семье, — ревниво процедила она. Зухра сидела в кладовке перед кучей развалившихся веников и метел, вынужденная собирать одну метлу из нескольких, но умудряясь наблюдать за событиями в доме через приоткрытую дверь. Она так сжала в кулаке черенок готовой метелки, что тот скользнул по плитам пола, издав звук, похожий на визг. Скорчив рожу предательской палке, Зухра со злостью поднялась с драного пуфа, почему-то не выброшенного до сих пор на помойку, и принялась нервно расхаживать по крохотному пятачку кладовки, не зная, как ещё выпустить злость, которой была просто «доверху наполнена».