Фанфик по сериалу "Клон-3, или В лабиринтах любви"

16. Часть 21. Глава 16. Фатима. Побег из дома. Встреча с Самирой. Ничто не говорило о том, что поездка в Торговый центр будет отменена. Наоборот, уже рано утром Зулейка распорядилась, чтобы водитель съездил на рынок за продуктами до того, как повезет их за покупками для детей. Фатиму порадовало то, что Мунир предвкушал своё участие в походах по Торговому центру (это значит, что он не останется дома и не помешает ей выполнить задуманное) . - Я хочу новую компьютерную игру, - заявил он. - Скажи об этом тете Зулейке. Все деньги у нее. - А почему не у тебя? Потому что она первая жена, а ты третья? - Твой отец оставил деньги Зулейке. Она и будет решать, на что их потратить. Тебе нужен новый костюм в школу, потому что ты сильно подрос за несколько месяцев. И новые рубашки, и кроссовки! - Но я хочу компьютерную игру, как у мальчика из класса! Они продолжали спорить, а Фатима вернулась к себе в комнату, чтобы тоже приготовиться, но к побегу. Она уже сказала Зулейке, что не хочет с ними никуда ехать, потому что плохо себя чувствует. - Вызвать врача? - Нет, просто голова что-то разболелась. Но Зулейка ей отчего-то не поверила. Она заметила, как накануне странно вела себя Рания. - Если ты из-за Рании не хочешь ехать, то я скажу ей, чтобы она оставалась дома, водитель отвезет ее с сыном в ТЦ в другой день. - Нет, нет-нет! Пусть она едет с тобой. Я действительно хочу побыть одна, в тишине. Я устала от Мунира, который всё ещё радуется, что отец так внезапно снова женился на его матери. Зулейка хмыкнула, но ушла – дел у нее было очень много. Рания же увела сына в сад, где они вместе прогуливались по дорожкам. Фатима почти с ненавистью наблюдала за ними из окна… Наконец, две жены Саида с детьми отправились в ТЦ. Удостоверившись, что автомобиль отъехал от дома, Фатима решила не терять времени. Она выяснила, что Мириам на кухне распекает за что-то прислугу, и беспрепятственно проникла в кабинет мужа, закрыла дверь изнутри, чтобы случайно заглянувшая служанка (мало ли - почему!) не смогла увидеть ее у открытого сейфа и поднять тревогу. Люди в доме были преданы хозяину, а не кому-либо из его жен. Фатима открыла ключом сейф, прежде набрав код, распахнула дверцу и немедленно начала перекладывать футляры с драгоценностями Рании и своими в плотный бумажный пакет. У Саида на полках царил идеальный порядок. Украшения каждой жены занимали отдельную полку, а ещё одна теперь была совершенно пуста. Ведь Фатима забрала все пачки денег! Вот и всё. Получился увесистый пакет, до самого верха наполненный коробочками и футлярами с золотом. Молодая женщина осторожно закрыла сейф, на минуту задумавшись, не стоит ли изменить пароль шифр. Но, представив лицо Рании, когда станет известно, что пропали ее украшения, а золото Зулейки – на месте, Фатима решила ничего не менять. Рания в любом случае намерена донести на нее Саиду, значит, она должна получить и отмщение за это, и как можно скорее, когда вернется Саид! А если сейф будет просто оставаться закрытым, то, кто знает, что решит Саид? Подумает, что сам что-то перепутал в спешке, когда срочно собирался в дорогу из-за неприятностей у Хадижи. Когда Саид заглянет в сейф, если не сразу сможет его открыть? И когда же выяснится, что там нет ни украшений, ни денег? - Но Саид решит, что я поступила, как воровка. А он должен догадаться, что дело в Рании. Она вновь открыла сейф и положила на одну из пустых полок лист бумаги, на котором было написано несколько слов: «Прости, Саид, но я не хочу оставаться с Ранией в одном доме!» Потом ей пришла в голову идея подшутить над Зулейкой и Ранией. Она достала из пакета самый большой футляр – с ожерельем, подаренным Саидом Рании на второй никях всего несколько дней назад, и положила его на полку к украшениям Зулейки. Пусть Рания попсихует! Ведь она начнет кричать, что это ЕЕ ожерелье! Снова закрыв сейф, положив ключ на прежнее место, она вышла из кабинета и вернулась в свою комнату. Но и это было ещё не всё. Фатима вновь вышла в коридор и, убедившись, что на этаже нет никого из слуг, проникла в комнату Рании. - Где эта змея может хранить свою шкатулку? – оглянулась она по сторонам. Быстро заглянув в ящик прикроватного столика, в сундук, в комод, она распахнула и шкаф, где интуитивно проверила верхние полки. Там, за сложенной стопой одежды, и обнаружилась шкатулка с украшениями. Фатима осторожно сняла ее с полки, сунула в темный полиэтиленовый пакет, куда шкатулка едва поместилась, и снова вернулась к себе. Всё! Теперь оставалось только вынести всё это из дома и спрятать в нише беседки. Но вот шкатулка оказалась слишком громоздкой. - Не поместится в нише, - решила Фатима и высыпала из нее украшения просто в пакет. Шкатулку задвинула под кровать. Потом, положив бумажный пакет в полиэтиленовый, она завернула сверток в тонкий плед, подхватила котенка и с упакованными «сокровищами» под мышкой спустилась вниз. Мириам спросила у нее, не надо ли ей принести чай или кофе, но Фатима отказалась, сославшись на головную боль и желание посидеть в беседке вместе с котенком. - Да! Мириам, пусть кто-нибудь принесет и нальет в миску молока, мой котик скоро проголодается. Она вышла на улицу, по дорожке добралась до беседки и принялась за дело, убедившись, что за ней никто не следит. Всё замечательно поместилось в нише под сиденьем. - Только бы не какая-нибудь случайность, из-за которой может открыться тайник! Фатима постаралась установить доску так, чтобы она не выпала, даже если кто-нибудь из детей нечаянно заденет ее ногой – точно так же, как она сама обнаружила этот замечательный тайник. Покончив с самым опасным делом, она собралась вернуться в дом и действовать дальше. Но оказалось, что котенок куда-то сбежал, пока Фатима укладывала в тайник золото. - Где же ты?! Я не могу тебя здесь оставить, Рания отыграется на тебе за всё, а Саид прикажет вышвырнуть на улицу! Она схватила плед, перекинула его через плечо и выскочила из беседки. Побежала к кустам роз, заглядывая под каждый. Вокруг дома росла пышная растительность. И только в центре сада была своеобразная площадка, которая предполагала проведение здесь торжественных приемов и праздников. Из воспоминаний Хадижи Фатима знала, что когда-то Саид именно здесь устроил пышное празднование после рождения сына. Он ехал верхом на коне, одетый в красивый марокканский костюм – украшенный вышивкой халат, и на руках бережно держал новорожденного Мунира. Впрочем, эту умилительную историю часто вспоминала и Рания. Теперь же растерянная Фатима стояла посреди пустого пространства, подзывая котенка. Но у нее оставалось совсем мало времени! Неужели придется бросить рыжего пушистика, к которому она успела привязаться? Фатима понимала, что не стоит из-за кота ставить под угрозу собственную жизнь, но всё-таки искала его глазами, высматривая вокруг. Котенок исчез. Чертыхнувшись, Фатима заскочила в дом. Вещи были собраны и надежно спрятаны. Т.е. - какие вещи? Только сумка, набитая плотно уложенными пачками купюр, оба паспорта, косметичка, разные мелочи… А в шкафу висела на отдельной вешалке одежда, в которой Фатима решила бежать. Она обратила внимание, что в блюдце кто-то налил молоко, как она и просила. Стараясь не смотреть в эту сторону, Фатима быстро переоделась, взяла телефон и позвонила Зулейке. Вредным голосом заявила, что она передумала, не хочет сидеть одна в доме, пока они с Ранией развлекаются в Торговом центре, поэтому она тоже хочет к ним присоединиться. Ведь голова у нее болеть перестала! Фатима не сомневалась, что Зулейка, посопротивлявшись, согласится прислать за ней водителя, который и привезет ее к ним в ТЦ. Но вдруг в трубке послышался властный голос Рании: - Зулейка, не поддавайся на ее причуды. С Фатимой надо держаться строже. Что за капризы: не хочу ехать, теперь – хочу ехать, пришлите мне шофера! Зулейка что-то тихо ответила ей, а потом, видимо, снова поднесла трубку к уху и сказала: - Хорошо, я сейчас позвоню домой, второй водитель свободен, пусть отвезет тебя к нам. Мы с детьми отправимся сейчас в кафе и будем ждать тебя там. Она объяснила Фатиме, в каком именно кафе они займут столик, на каком этаже их искать. - Отлично, скоро буду, - воскликнула Фатима и отключила сотовый. Она быстро переоделась, достала сумку и спрятала под никаб. Конечно, Саид разрешал женам всем вместе выезжать в город – для посещения магазинов, врачей или салонов красоты, но они обязательно должны быть в платках, в закрытой длинной одежде. Но Фатиме это и было нужно: она надела никаб, в котором через прорезь можно было разглядеть только глаза, а мешковатая черная джеллаба скрывала сумку. В дверь постучали. Фатима позволила войти. Девчонка, которая работала на кухне, пришла сообщить, что машина готова. Водитель ждет хозяйку у ворот возле автомобиля. Она рассказала об этом, не входя в комнату, только заглядывая. Фатима кивнула. Потом девочка протянула ей котенка. Он нашелся! Оказалось, котик подбежал к двери и ждал на верхней ступеньке, где его обнаружила Мириам и велела отнести его в комнату второй жены. - Мой маленький, - ласково сказала Фатима, забрав кота, опуская его перед миской. Когда молоко было им вылакано, молодая женщина выставила вон любопытную девчонку, застывшую на пороге комнаты, и нашла сумку из ткани, в которой она собиралась отвезти кота к Самире. Окинув комнату прощальным взглядом, взяв сумку и подхватив кота, она спустилась вниз, села в машину, оглянувшись на дом в последний раз, не зная, что ждет ее впереди. Только отъехав на приличное расстояние от дома. Она вспомнила, что не почистила ноутбук. «Ничего страшного: стоит пароль как на компьютере, так и на электронном ящике – логин и пароль. Саид не сможет открыть и прочитать сообщения Самиры», - постаралась она успокоить себя. Но в любом случае возвращаться уже не стоило. Иначе всё сорвется из-за какой-нибудь мелочи, как тогда – в Париже! А ситуация в этот раз была намного опаснее для нее: год назад Фатима хотела только обрести свободу, но теперь она могла быть наказана за обман и воровство украшений и денег. Добравшись до ТЦ, Фатима выбралась из машины вместе с котом и сумкой, которую ей приходилось скрывать из поля зрения водителя, который, как выяснилось – по просьбе Зулейке – намеревался проводить ее до кафе. Она отказалась наотрез, заявив, что иначе устроит скандал первой жене прямо в ТЦ! Почему ее должны вести к Зулейке под конвоем?! Она позвонила Зулейке, сказала, что уже добралась до места, но не позволит так унижать ее – идти по ТЦ, как пленнице – с охраной за спиной! Зулейка попросила водителя вернуться к машине, а Фатиме велела немедленно подниматься на второй этаж. Шофер послушно вернулся в салон машины, а Фатима поспешила в дамскую комнату, спрятав кота в тряпочную сумку. Там она сняла с себя ужасно жаркое черное одеяние, свернула никаб в сверток, который и оставила в углу за столиком для пеленания младенцев, услуге, предусмотренной для мамаш в данном заведении. Оставшись в светлых бриджах и серой футболке, нацепив на голову бандану, под которой ей удалось спрятать пышные волосы, Фатима вытащила из сумки и темные очки, которые сделали ее совершенно неузнаваемой. Теперь ни Зулейка, ни Рания ее не узнают, пройди она даже в метре от них. Но, решив все же не рисковать, женщина, не мешкая, покинула Торговый центр через другой выход, выбравшись на соседнюю улицу. Там она прошла пару кварталов, пока не наткнулась на банк. Имея опыт светской жизни в Париже и в Сан-Паулу, Фатима знала, как следует поступить с огромной суммой денег, прихваченной из сейфа мужа. Она открыла счет на имя Клэр ***, получив на руки кредитку, а остальные деньги она положила на хранение в арендованную на год ячейку, оставив пару пачек наличными, спрятав на дне сумки, а сверху устроив кота. Затем она села на первый попавшийся автобус, проехала несколько остановок и вышла, оказавшись довольно далеко от места, где ее могли уже хватиться и начать поиски жены Саида. Вызвав такси, она поехала к станции метро «Сан-Криштован», где ее ждала Самира. У Фатимы колотилось сердце, она ещё как-то смогла держать себя в руках, когда клала деньги на счет, оформляла пользование банковской ячейкой, но теперь, сидя в такси, она опомнилась, что банковский ключик нужно надежно спрятать, иначе он потеряется, а она всё ещё держит его в руках! Прибыв на место, Фатима приняла решение написать доверенность на Самиру, чтобы именно она смогла бы забрать деньги из банковского сейфа. - Самира, ты пришла! – обрадовалась она, хотя девушка заранее позвонила, чтобы сообщить: она ее ждет. Они оказались в небольшом зеленом уголке возле входа в метро. Передав кота, Фатима присела на скамейку. Самира, разглядывая котенка, расположилась рядом. - Какой-то невезучий кот. И что мне с тобой делать? Несколько дней поживешь у меня, а потом я отвезу тебя тете Жади или доне Деузе – как привет от Лео! - Самира, послушай, я хотела бы рассказать тебе свою историю. Может быть, в ответ получить от тебя совет. Я сейчас в такой растерянности! Ведь не планировала бежать, но теперь - придется. Она призналась Самире во всем: и как жила до замужества, и как ее принудили выйти замуж за Саида, которого ей пришлось обмануть, убедив, что она всё ещё девственница, как мечтала ещё год назад сбежать от старого и нелюбимого мужа, но ей это не удалось. - Подумать только, ровно год назад я рыдала в своей комнате из-за того, что не получилось улизнуть в Марокко от Саида. А теперь всё так изменилось – я хочу остаться, Саид мне нравится, я принимаю его, как мужа, но Рания меня вынуждает убраться, я вынуждена покинуть дом и бежать, даже не знаю, куда. - Ты уверена, что тебе не стоит рассказать правду дяде Саиду и пожаловаться на то, как Рания тебя шантажирует? - Самира, ты не знаешь своего дядю? Он меня не простит. Как я понимаю, для него чистота его жен – это как обязательная компенсация за брачную ночь с твоей тетей Жади. Как я поняла, она уже не была невинной, когда их сосватали. Самира покраснела т смущения. Не хотелось так откровенно обсуждать близкую родственницу. К тому же, Самира и сама всё ещё оставалась невинной. Но Фатима была в таком взвинченном состоянии, что откровенничала, не задумываясь о чувствах собеседницы. Она рассказала, как жилось ей рядом с Ранией и Зулейкой. Разумеется, Саид должен будет наказать ее, хотя бы понизив ее статус, т.е. дав ей первый развод, чего и добивалась Рания. Но как же ее станет презирать и Зулейка, узнав о ней такие шокирующие подробности! - Ты видишь, даже если бы Саид не захотел наказывать меня за обман, моей спокойной жизни в его доме настал бы конец. - Куда же ты оправишься? Дядя Саид обязательно будет искать тебя: бросит следом за тобой своих людей, как не раз бывало, когда он искал тетю Жади. Она и моя мама мне рассказывали о тех временах. - Знаю, Самира. В аэропорт уже не сунешься. В Европу пока путь закрыт. Придется отсиживаться где-то в Бразилии. - А знаешь, что надо сделать? Сделай стрижку и перекрась волосы! Во-первых, у тебя роскошные волосы, поэтому они будут хорошей приметой для тех, кто станет искать. Во-вторых, за ними нужен уход, но в условиях, когда ты беглянка… - Стрижку сделать? – растерялась Фатима. – О, мои волосы! Не хотелось бы с ними расставаться! А в какой цвет предлагаешь перекраситься? - В рыжий, - безапелляционно заявила Самира. – Разве дяде Саиду сможет прийти в голову мысль, что ты станешь рыжеволосой, со стрижкой до плеч? Можно бы и брови откорректировать, но ведь у тебя нет времени? А как с деньгами? Фатима призналась, что деньги у нее есть, рассказав, и откуда они у нее, и про банковский счет, и про ячейку. - Я оставлю ключик тебе. Мало ли что. Вдруг я окажусь в ситуации, когда не смогу сама показаться в банке? Ты заберешь деньги и передашь их мне. Они обсудили, как им следует действовать, если дело дойдет до того, что Фатиме срочно понадобятся деньги. «Не проще ли было сразу привезти ко мне всю сумму?» - подумала Самира. В банке она может подставиться под неописуемые неприятности, но говорить об этом Фатиме она не стала, т.к. видела, в каком состоянии находится молодая женщина. - Хорошо, я тебе помогу. По возможности связывайся со мной по Интернету, чтобы я знала, где ты, и я могла бы держать тебя в курсе событий, если мне что-то удастся узнать. - Отлично! – обрадовалась Фатима, не веря, что ей не придется просить Самиру и об этом – ведь она сама предложила. - А знаешь, где ты могла бы переждать опасное время? Мой приятель Лео – брат Лукаса, мужа тети Жади, путешествует сейчас по Амазонке. Думаю, если бы тебе удалось добраться до тех мест и встретиться с ним, Лео тебе помог бы. Он не такой нерешительный, как Лукас. Лео обязательно нашел бы вариант, как тебе избежать неприятностей. Только не рассказывай ему всю историю, просто скажи, что ты сбежала от мужа. Лео терпеть не может Саида, т.к. Когда-то был влюблен в тетю Жади. Он ведь знает тебя? - Откуда? – испугалась Фатима. - Как – откуда? Как и я, Лео мог тебя видеть на празднике в доме своего отца – Леонидаса Ферраса! Он бывает на многих семейных праздниках, которые широко отмечаются в их доме. Я-то тебя там видела! - Лео… Это тот парень, который удивительно похож на Лукаса? Мне Хадижа рассказывала. И я его даже видела. - Вот! А значит, ты не ошибешься, сможешь узнать, когда увидишь. Я напишу ему – по электронной почте, разумеется, чтобы он тебе помог. Наверняка, он крутится где-то в тех местах, где начинаются туристические маршруты в глубь Амазонии. Если бы тебе удалось прикинуться туристкой, было бы замечательно, и преследователей с пути таким способом собьешь. - Самира, мне очень страшно, - призналась Фатима. – Я снова вернула себе имя – Клэр, так и зови меня теперь. Но я даже представить не могла, насколько я изменилась, живя с Саидом. Он всё делал за нас. Мне не приходилось заботиться ни о чем! А теперь я снова должна всё делать самостоятельно. Самире захотелось подбодрить жену дяди Саида, которая была ей симпатична. - Я где-то прочла фразу… Сейчас вспомню… «Когда жизнь дает тебе сотни причин, чтобы плакать, покажи ей, что у тебя есть тысячи причин, чтобы улыбаться». Как-то так. - Я сегодня улечу в Сан-Паулу. Оттуда, наверно, двинусь на водопады. Как туристка. А уже оттуда вылечу в Амазонию. - И обязательно говори по-французски! А когда будешь общаться по-португальски, старайся изображать акцент. Да! Главное – выброси этот сотовый и купи себе срочно новый телефон. Позвони мне с него, чтобы я знала твой новый номер. - Ты права, Самира. Я так и поступлю. Спасибо тебе за всё. - Ещё увидимся, но пусть к тому времени у тебя уже всё уладится, - пожелала ей Самира. Они встали со скамьи и обнялись на прощание. Самира прижала к себе котенка, а Фатима ласково погладила его в последний раз. Потом она повернулась и решительно зашагала прочь, не оглядываясь, как сделала бы сама Самира, которая всё ещё смотрела ей вслед, представляя, какие трудности и опасности могут подстерегать Фатиму в ее путешествии в неизвестность. Ведь Самира однажды уже оказалась в подобной ситуации, правда, она не сбежала из дома, а была изгнана родным отцом. .. Когда Самира добралась домой, она сначала занесла в комнату сумку с тетрадями и учебниками, а потом, захватив сумку с котом, отправилась к синьору Олаву, ничего не сказав Халисе. Впрочем, та и не спрашивала, куда сестра ее мужа решила пойти. Девушка хотела поговорить с художником о сплетнях, которые бродили по району из-за картины, но и договориться с синьором Олаву, чтобы он подтвердил, что котом она обзавелась именно у него. Кто может знать точно, двух котят приютил у себя художник или трех? Иначе как она могла бы объяснить появление кота в то же время, когда такой же точно котенок исчез из дома дяди Саида вместе со своей хозяйкой? Девушка решила подстраховаться. Но у синьора Олаву она не стала задерживаться, заметив, с каким интересом проводили ее взглядами посетители бара доны Журы. «Они решили, разумеется, что я иду позировать!» - сердито подумала Самира. Всё выяснив и согласовав, она вышла и торопливо зашагала к своему дому, уже открыто, а не в сумке держа рыжего котенка. К ней, конечно же, подбежал болтун и сплетник Базилио. - Что, ты снова для кого-то кота выпросила у художника? Или он тебя вместе с котом будет рисовать? - Да, Базилио, только не с котом, а с тигром. Просто тигра синьор Олаву решил списать с этого кота. Потом пририсует ему полоски по всему телу – и готово! Судя по загоревшимся от ещё большего любопытства глазам, глупец поверил каждому слову девушки. Самира отвернулась, презрительно фыркнула и пошла к двери дома, не реагируя больше ни на какие вопросы, которые неслись ей вслед. Ведь у Базилио было ненасытное любопытство! - Самира! Ты решила завести кота? А как ты его назовешь? Девушка остановилась и приняла обманчиво-задумчивый вид. - Может быть, дать ему имя Базилио? Нет, вдруг он станет таким же любопытным, как ты. Станет совать свой нос во все углы дома! Пусть он будет Арнавом! Арнав Сингх Райзада. Мой рыжий Арнавчик, будешь жить в моей комнате, пока я… Но она не стала договаривать, что планирует сделать потом. Вошла в дом, открыв ключом дверь. На балконе в это время Халиса вывешивала на веревку сушиться только что постиранные кухонные полотенца. Она слышала весь разговор сестры Амина и парня из бара. - Арнав? Она хочет назвать кота в честь своего приятеля, в которого влюблена? Возможно, она с ним поссорилась, если решила так его унизить? – рассудила по-своему Халиса. - Амин должен об этом узнать! Убедившись, что Самира вошла к себе в комнату, жена Амина набрала номер на сотовом и подождала, когда ответит Амин. Шепотом рассказав ему новости, Халиса снова вернулась на балкон, где продолжила развешивать мокрые вещи, переживая, что придется терпеть ещё и присутствие в доме животного. А это лишние заботы. - Ничего, через несколько дней мы переедем в свой собственный дом, - утешила она себя. А Самира расположила котенка на коврике возле стола. Впрочем, сидеть он там не стал, а начал знакомиться с новым местом, осторожно обнюхивая каждый незнакомый предмет. Новую хозяйку отвлек сигнал смски на сотовом. -«Прямо сейчас вылетаю в Сан-Паулу. Привет!» - прочитала она сообщение от Фатимы, присланное с какого-то незнакомого номера. - «Удачи!» - написала ответ Самира, поняв, что Фатима-Клэр купила новый мобильник и симкарту. Записав номер ее сотового в блокнот и сохранив на своем телефоне, девушка удалила смску. Потом, закрыв комнату, она отправилась на поиски подходящего блюдца. Нашла в кладовке на первом этаже две пластиковых банки из-под продуктов, когда-то купленных в супермаркете. - Плоская, но бОльшего размера – это для корма, а маленькая, но высокая – для молока, - решила Самира. Вернулась с рынка мама. Ее подвез к дому, конечно же, сид Керим и уже привычно занес купленные продукты в кухню, где запаниковавшая Халиса немедленно схватила платок, чтобы прикрыть голову. Ведь в доме – чужой мужчина! Самиру это рассмешило. У невестки было такое испуганное лицо! Когда жених матери уехал, девушка сообщила: - Мама, у меня новость. Решила завести кота. Пойдем, я тебе его покажу. - Кота? – растерялась Латифа. В доме никогда не держали животных. Так было с тех пор, как она стала женой Мухамеда и более двадцати лет прожила в Рио. - Мама, но это же не обезьянка! И вообще - не расстраивайся так. Мне и самой некогда за ним ухаживать, поэтому я подумываю подарить котенка тете Жади или доне Деузе. - Самира, я ничего не понимаю. Если тебе не нужен кот, зачем же ты принесла его к нам в дом? - Синьор Олаву не в состоянии уследить за тремя котами сразу, поэтому я решила избавить его от забот о третьем котенке, - туманно, стараясь не врать, сообщила ей дочка. – Но я уже начинаю склоняться к мысли, что поторопилась, поэтому отвезу его сегодня же или завтра доне Деузе, - пропуская мать в комнату и входя следом, ответила Самира. Котенок встретил их тревожным мяуканьем, подбежал к Латифе и, встав на задние лапки, передними оперся о ее ногу. - Какой хорошенький, правда? – подхватывая его на руки, спросила Самира. Латифа с беспокойством взглянула на кота, но ее интересовало другое. - Дочка, ты ходила к художнику домой только для того, чтобы предложить ему свою помощь? Забрать этого кота? - Нет, я решила спросить у синьора Олаву о том, что из разговоров обо мне и его новой картине – правда, а что – вымыслы и сплетни жителей Сан-Криштована. А он предложил мне забрать у него котенка. Котята ему все краски опрокинули, сами все вымазались, пол измазали. Он с ними совсем замучился. А выставить их на улицу ему жалко и дону Журу он боится. - Хорошо, но ты отдай котенка доне Деузе. Это же мать Лео? - Да, отвезу ей как привет от Лео. У них дома всегда кто-нибудь есть, позаботятся о котенке. Бабушка Лео, ее сестра… - Самира, только ты завтра отвези. Сейчас уже поздно, ещё немного – и стемнеет. Да, часы показывали почти шесть вечера, когда в Рио-де-Жанейро начинался стремительный закат солнца. Девушка бросила взгляд в окно: солнце висело над линией, очерчивающей вершины гор, почти касаясь ее. - Хорошо, съезжу к ним завтра, - согласилась девушка. …А в «Волшебной лампе» бурно обсуждалась новость о том, что дочь Мухамеда принесла в дом Латифы кота, которого назвала именем возлюбленного. - Аллах! Что же это такое? Мустафа, мне об этом рассказал сын. Амину позвонила Халиса. Она собственными ушами слышала, как Самира называла животное Амаром… - Арнавом, – поправил его Мустафа, уже в который раз выслушивая возмущенные реплики родственника. – Я тоже не люблю котов. У них глаза светятся в темноте, как у шайтанов. - А ты видел живого шайтана? – отозвалась вдруг дона Ноэмия, которая стояла возле полки с разложенными восточными украшениями «аля-Марокко». Уйти она не могла, не узнав все новости. Надо же, как Мустафа и Мухамед возмущены, что Самира завела котенка! Или им не нравится его кличка? - Но утешает одно, - заметил Мухамед, - что она не вспомнила имя Лео. Мне было бы совсем не по себе, если бы по дому моей козочки… эээ…, по дому Латифы, матери моих детей, бегал четвероногий Лео Феррас! - Но кто этот Арнав? Откуда он взялся? – развел руками Мустафа. – Она с ним учится вместе, что ли? - Мы это узнаем, - уверенно кивнул Мухамед. – Вот вернется Саид… Однако зазвонил сотовый, и когда Мухамед ответил, у него вытянулось лицо от услышанного. - Что?! Аллаааах! Как это – исчезла?.. Пропала? Зулейка, ты думаешь, что Фатима сбежала?! … О, Аллах!... Да-да, звони Саиду. Он должен узнать о происшествии и немедленно вернуться в Бразилию! 17. Часть 21. Глава 17. Исчезновение Фатимы. Зулейка и Рания довольно долго ждали Фатиму в кафе, заподозрив, что вторая жена, вместо того, чтобы направиться прямо к ним, зашла в какой-нибудь бутик. - Это она назло всё делает, - мстительно сказала тогда Рания. - Назло? Может быть, ведь я ВЕЛЕЛА ей идти сюда, когда она начала истерить из-за моей просьбы водителю, чтобы он ее проводил. - Ты так говоришь, как будто оправдываешь Фатиму. - Что-то ты разговорилась, Рания. Вернулась в семью несколько дней назад, но уже начинаешь плести интриги? Уже метишь на место второй жены? – прямо спросила Зулейка. - Нет, никуда я не мечу, - смутилась, чувствуя себя разоблаченной, Рания, - но мне не нравится, как она капризничает, а из-за этого мы сидим здесь, ждем ее. Сколько ещё ждать? - Тебя здесь что-то не устраивает? Заказать ещё мороженого? - Но дети уже устали! Рания умолкла. Но когда они прождали ещё полчаса, Зулейка тоже стала нервничать. Она ведь отправилась за покупками вместе с маленькой дочкой, чтобы купить ей одежду по размеру, но теперь ребенку давно пора было поесть и спать. Что Фатима о себе думает?! Она набрала номер ее сотового, но телефон второй жены не отвечал. Она набирала номер несколько раз, но теперь какой-то неживой, металлический голос говорил, что телефон абонента отключен. - В чем дело? Фатима зашла слишком далеко в своих обидах! – рассердилась она. Однако надо было что-то делать – не ждать же Фатиму ещё час-два! - Думаю, что нам следует вернуться домой. Водитель, который привез Фатиму в ТЦ, пусть останется здесь и дождется ее, а дома я с ней разберусь. - И Саиду пожалуйся! Что это такое? – возмущалась Рания. Они уехали, оставив второй автомобиль у ТЦ. Вернувшись в особняк, за домашними хлопотами Зулейка не заметила, сколько прошло времени. Однако Рания с удивлением следила за часами: вот прошел час, ещё один, и ещё, а Фатимы всё не было. Наконец, заподозрив неладное, Рания нашла Зулейку в комнате детей, напомнила, что второй жене следовало бы в любом случае уже вернуться домой. - Скоро стемнеет! Саид не разрешает так долго задерживаться в магазинах. Наше время – до заката. - Как?! Мне показалось, что Фатима уже вернулась. Кстати, мой сотовый звонил, я думала, что это Фатима решила дать о себе знать, и я из принципа не стала отвечать. Она схватила телефон, но в мобильнике был один не отвеченный звонок – от водителя. Она немедленно позвонила ему. Он спросил, как быть: Фатимы нигде нет, он обошел весь Торговый центр, заглянул в каждый магазинчик, пробежав по всем этажам, даже попросил администрацию сделать объявление по внутренней связи… Но Фатима так и не отозвалась. - Что-то случилось, - упавшим голосом произнесла Зулейка, велев водителю возвращаться в особняк. Она сочла, что необходимо поговорить не только с ним, когда он появится, но и с остальной прислугой. Ее интересовало, как чувствовала и вела себя Фатима перед тем, как решила присоединиться к ним с Ранией и отправилась в ТЦ. - Она жаловалась на здоровье. О, Аллах! Вдруг ей стало плохо в ТЦ? Возможно, она не смогла назвать свое имя, потому что потеряла сознание, ее увезли в больницу! Что же делать? Обзванивать больницы? Или сначала поговорить со слугами и позвонить Мухамеду? - Сначала поговори с Мириам, а потом уже – звони Мухамеду. А то он тут же позвонит Саиду, а потом явится Фатима – как ни в чем не бывало. Рания дала этот совет первой жене, но сама уже заподозрила, что Фатима не вернется. Она могла сбежать. Рания вспомнила, как побледнела ее соперница, едва услышав имя того мужчины. «Кобра испугалась и уползла из дома. Решила, что я расскажу Саиду то, что узнала о ней. Но я не стану теперь этого делать, потому что я своего добилась: если Фатима, в самом деле, сбежала, Саид разведется с ней, и я буду второй женой!» - радовалась она. Вот только радость ее длилась недолго, потому что потом выяснилось такое, что Рания готова была уже рвать на себе волосы! Зулейка попросила Мириам собрать в гостиной всех слуг. И пока она задавала им разные вопросы о том, кто что видел или заметил, вернулся водитель. Он сообщил, что лара Фатима села в его машину с довольно объемной сумкой, которую отчего-то несла под черной одеждой, придерживая одной рукой, а другой она прижимала к себе котенка. - Что? Зачем Фатиме было брать с собой кота? Неужели она его там потеряла? Всё понятно! Он убежал от нее, когда ее не впустили в какой-нибудь магазинчик с животным, а она его оставила у входа. Потом она, не найдя его в ТЦ, отправилась искать по городу. Сама заблудилась. Где ее теперь искать? Неужели пора звонить в полицию? Нет, сначала предупрежу Мухамеда! Пусть он организовывает ее поиски! Ранию то обдавало жаром, то бросало в холод. Что, если Фатиму найдут, и она сама решит признаться, что ее шантажируют? Впрочем, она так привязалась за две недели к коту, что это вполне могло случиться – Фатима занялась поисками сбежавшего котенка! Но только Зулейка подошла к столику, на котором стоял телефон, по которому удобней всего можно было позвонить Мухамеду домой ( ведь он уже, скорее всего, дома), как Мириам вдруг вытолкала вперед девчонку, которая с недавних пор делала у них несложную работу по дому. - Лара Зулейка, вот она… Аниса… Она видела кое-что странное… - Что? Что ты видела, Аниса? Глядя испуганными глазами, в которых, однако, плескалось любопытство, девочка рассказала, что, когда она принесла котенка ларе Фатиме и передала то, что велела Мириам – что водитель готов отвезти ее в ТЦ, она увидела, что под кроватью лары Фатимы стоит шкатулка лары Рании! - Что?! – воскликнули одновременно и Рания, и Зулейка. - Ты уверена? Откуда ты так хорошо знаешь, какие у кого шкатулки? - спросила Зулейка. Но Рания поверила сразу же: если Фатима сбежала, то она не могла ей не отомстить! - Уверена, - бойко ответила юная марокканочка. – Я хорошо помню, как выглядит шкатулка лары Рании, она очень красивая. Однажды я прибиралась в комнате лары Рании, когда Мунир достал ее и потребовал хорошенько ее протереть. Я запомнила шкатулку. Не дослушав рассказ девчонки, Рания бросилась к лестнице. За ней поспешила и Зулейка. Но Рания первая ворвалась в комнату Фатимы, задев ногой, а затем и наступив на блюдце, из которого обычно пил молоко котенок, и кинулась к кровати, под которой, и в самом деле, стояла шкатулка. - Она пуста! – открыв ее, в ужасе воскликнула Рания. Напрасно она перевернула шкатулку и попыталась вытряхнуть то, чего там уже не было! Зулейка не верила глазам. Что это значит? Почему шкатулка Рании находится в комнате Фатимы? Куда исчезли из нее все украшения? Если их забрала Фатима, что она с ними сделала? - Она сбежала, прихватив мое золото! – разрыдалась Рания, опустившись на устланный ковром пол. - Сбежала?! Куда?! – ещё не осознав правды, вопрошала Зулейка. - Она сбежала от гнева Саида! – сболтнула, будучи вне себя от потери, Рания. - Зачем ей это делать? О каком гневе Саида ты говоришь?! – ничего не понимала первая жена. - Она боялась, что Саид узнает о ней то, что стало известно мне! - Что такого Саид о ней не знает? Рания, что ты придумала ещё, чтобы достать и выжить Фатиму? Мне надоела война между вами, поэтому, когда наш муж вернется домой, я пожалуюсь ему на вас обеих. Но Рания уже перестала себя контролировать, но от того, чтобы проговориться о тайне Фатимы, ее спасли хлынувшие из глаз слезы и начавшие душить рыдания. - Прекрати! Расскажи всё, что тебе известно, Рания! Нам надо сделать так, чтобы Фатима возвратилась домой раньше Саида! Но молодая женщина ее не слышала. Рания рыдала так, что на ее вскрикивания и протяжные вопли прибежали перепуганные Мириам и няня с Бадрой на руках, примчался и Мунир из своей комнаты. - Мама, мама, что случилось?! Кто тебя обидел? Я сейчас папе позвоню! - Прекрати, Мунир, никому ты звонить не станешь, - сердито сказала ему Зулейка. - Это ты обидела маму? – сузив глаза, вызывающе спросил мальчик. - Папа тебя накажет, хотя ты и первая жена. - Мунир, нельзя так разговаривать с ларой Зулейкой, - сделала мальчику замечание няня Бадры. - Я хочу знать, почему плачет моя мама! – настаивал мальчик. Он подбежал к матери и обнял ее, обхватив руками за шею. Но когда увидел на полу раскрытую и пустую шкатулку, он, кажется, что-то понял. - Мама, твоё золото забрала Фатима? Она его отобрала у тебя? - Она… его... украла… Фатима сбежала, она сбежала! Вместе с моим золотом! Змея, да сократит Аллах ее дни! - Хватит рыдать! Лучше скажи, почему ты повторяешь, что Фатима сбежала?- занервничала Зулейка. Ведь она отвечала за всё, что происходит в доме, когда Саид бывает в отъезде! - Мамочка, Фатима сбежала из дома и украла твои украшения? – спросил мальчик. - Да, мой сынооочек! Ууууууууууу…. Зулейка приказала Мириам открыть шкаф. Но вся одежда второй жены оказалась на месте. Впрочем, из комнаты вообще ничего не пропало. Все вещи были на своих местах. И книги, и диски, и перевернутая теперь миска ее котенка. - Она не сбежала бы без своего компьютера! – заметил ребенок, показывая на ноутбук, лежавший на столике. Даже шнур не был отключен от сети. - Не похоже, чтобы Фатима сбежала, – с облегчением сказала Зулейка.- Тогда где же она? - Мама, она могла поехать к ювелиру, чтобы продать твое золото! – высказал догадку мальчишка, что вызвало ещё большие рыдания Рании. - Продать?! – ужаснулась Зулейка. – Нет, Фатима на такое не способна! - Она… ещё… и не такое… способна! – всхлипывая при каждом слове, возразила Рания. - Тогда расскажи же, наконец, в чем дело?! Рания решила, наконец, взять себя в руки. Приласкав сына, она встала и вытерла глаза носовым платком, затем и высморкавшись. - Нет, я только Саиду расскажу. Это его тайна тоже. Вряд ли он захочет, чтобы ты об этом узнала. - Как это? О, Аллах! Тогда почему ты знаешь тайну, а мне – нельзя ее узнать? - Потому что мне стало известно об этом случайно, и потом я сама догадалась обо всем остальном. Но это касается только Саида и Фатимы. Тебе я ничего не могу рассказать, Зулейка, прости. - А свои украшения Фатима тоже забрала? Комнатная шкатулка на месте? – додумался спросить умненький Мунир. - В самом деле? Где же она хранила свои украшения? – задумалась Зулейка, решив не настаивать и больше не унижаться перед Ранией. Она подошла к комоду, в одном из ящиков которого, как она помнила, Фатима держала шкатулку с недорогими украшениями, т.е. очень хорошей, красивой и дорогой бижутерией, но и не очень дорогим золотом. При ней Фатима совсем недавно доставала шкатулку, а из нее – футляр с украшением, которое сделали для нее по заказу Саида. Привезенный из Марокко огромный полудрагоценный камень – аметист размером с ладонь - был оправлен, наконец, в красивую современную оправу из белого золота. Была ли это брошь или такой необычный кулон, Зулейка не могла вспомнить. Но украшение было стилизовано под египетские мотивы, и Фатима, помнится, мечтала в нем попасть в клуб «Нефертити». Но украшения Фатимы оказались на месте, аметист – тоже. - Ты клевещешь на вторую жену, Рания, - сделала вывод Зулейка. Она устала, ей хотелось побыть с детьми. Но пока Фатима не вернулась домой, об этом не могло быть и речи! - Она сбежала, - упрямо твердила Рания. - Если Фатима сбежала, то… Нужно проверить сейф! Саид показал мне, где он хранит ключ от сейфа, записал шифр. Но ведь и Фатима могла знать об этом. - Даже я не знала шифр от сейфа, когда была первой женой, - оскорбилась Рания. - А тебе Саид рассказал? - Надо же мне было откуда-то брать деньги?! – возмутилась Зулейка. Она задумалась, вдруг Рания права? Фатима могла и сбежать. Возможно, сначала она решила отомстить достававшей ее Рании, поэтому и подстроила все так, чтобы после их отъезда добраться до шкатулки неприятельницы, потом увезла ее золото, продала – вот и деньги! А затем испугалась наказания и устроилась в каком-нибудь отеле, чтобы принять решение, как действовать дальше, или выждать, когда вернется Саид. Да, именно так все и происходит! Но проверить сейф не мешало. Поэтому она позвала с собой Мириам и Ранию и с ними направилась в кабинет Саида, где находился сейф. Рания отправила Мунира спать, обещав ему обо всем рассказать, а сама догнала Зулейку уже на пороге кабинета. Ключик лежал там, где Саид и показал ей. Шифр был записан на внутренней стороне обложки книги, которую муж оставил на полке, положив отдельно от других книг. Велев Рании и Мириам отойти, Зулейка подошла к сейфу, открыла ключиком наружную дверцу, затем набрала шифр, глядя на запись в книге, став так, чтобы никто не смог подсмотреть, на какие цифры она нажимает. Панель для набора кода была похожа на сенсорный дисплей смартфона. Легко прикоснувшись подушечками пальцев на нужные цифры и буквы, она услышала, как мелодично звякнув, замок на внутренней дверце открылся. Это поняла и Рания. Она быстро оказалась за спиной у Зулейки. - Открывай же скорее! – потребовала она. - Не торопи меня, - ответила женщина и осторожно распахнула дверцу. И тут же обе ахнули. - Мириам, подойди и посмотри,– потребовала Зулейка. - Что ты видишь? - Три полки из пяти совершенно пустые. На верхней полке лежат футляры с драгоценностями. На нижней – папки с документами, - послушно ответила старшая служанка. - Моя полка… пуста? – еле смогла проговорить Рания. – Она забрала все мои украшения?! - И свои – тоже. И все деньги, которые были в сейфе! А здесь было много денег! Саид разрешил потратить только одну пачку, которую я в первый же день достала из сейфа в присутствии Мириам. И больше я не подходила к сейфу. - Зулейка, на верхней полке хранились твои украшения? - Да, и как видишь, они все на месте. - Ты уверена, что все? – упавшим голосом спросила Рания. - Потом проверю. Не это сейчас главное! - Лара Зулейка, лучше открыть их и проверить прямо сейчас, - вмешалась Мириам. – Вдруг здесь лежат только пустые коробочки и футляры? И пока Зулейка открывала и проверяла одно украшение за другим, Рания, видя ее золото, впала в истерику. - А что?! Что для тебя главное? – взвизгнула третья жена. – Аллах! Эта змея унесла из дома всё моё и своё золото, но твои украшения отчего-то не тронула, забрала все деньги Саида, а ты говоришь, что это сейчас не главное?! Конечно, для тебя это, и правда, не главное! Твои-то украшения на месте!.. А это ещё что?! Рания впилась глазами в большой плоский футляр, который Зулейка, взяв в руки, собиралась открыть. Первая жена посмотрела на нее вопросительно. - Это моё ожерелье! Моё! Мне его Саид подарил на никях! Верни немедленно, - протянула она руку за украшением, но Зулейка отодвинулась от нее и только после этого раскрыла футляр. Заиграли искрами от электрического света грани бриллиантов на роскошном свадебном ожерелье. - Теперь ты видишь, что это моё золото?! - Вижу. Возьми! – протянула ей украшение Зулейка. - Ты так быстро просматривала золото, что я не уверена, что среди твоих украшений не попалось что-то ещё из моего золота, - забрав футляр, занервничала Рания. – Давай-ка мы ещё раз всё проверим! - Нет, ничего твоего не было, я хорошо знаю все свои украшения. Рания, когда вернется Саид, тогда я ещё раз при тебе всё перепроверю, а пока не стоит тратить время на глупости. Тебе придется поверить мне на слово, что твоего здесь ничего нет, - повела рукой в сторону полки со своими украшениями первая жена. Повторяю: сейчас главное – не это. - Фатима решила поиздеваться надо мной! Она смешала наши с тобой украшения, так и ты теперь смеешься надо мной? Если бы я не заметила свой футляр, ты не призналась бы, что одно из моих украшений Фатима переложила на твою полку! - Вот как ты обо мне думаешь, Рания? Ну что же…, - усмехнулась женщина.- Можешь фантазировать, что угодно. И все же, главное сейчас – найти Фатиму. Заставить ее вернуться домой! - Кто вернет мне мое золото?! - Когда прилетит Саид, тогда мы ему обо всем и расскажем, но, возможно, вернув Фатиму, мы вернем и твое золото, и деньги! – сорвалась и Зулейка, уже понимая масштаб разразившейся катастрофы. - Я пойду и позвоню Саиду! Пусть немедленно летит домой, иншалла! - Нет, не смей звонить мужу! Сначала позвоним Мухамеду, а он решит, что делать! Может быть, Фатима решила нас попугать! Мои же украшения она не тронула! - Какая ты наивная, Зулейка! Я помню побег Жади с Хадижей в Фес. Хадижа тоже ничего с собой не взяла, чтобы какое-то время не вызывать подозрение. Не могла же Фатима выйти из дома с двумя большими чемоданами? - А что насчет кота? Она убежала вместе с котом? - А ты думаешь, что она оставила бы его нам? Это после того, как решила забрать чужое золото и деньги? Оставь она кота, я бы его в клочья разодрала! - Уходи, Рания. Иди к себе в комнату и успокойся. Приди в себя. Я закрою сейф, тоже посижу и подумаю, как быть. Потом мы позвоним и спросим у Мухамеда совет. Я боюсь реакции Саида. - Да-да! Подожди до полуночи, вдруг эту нечисть, эту дочь шайтана, принесет ещё до двенадцати часов ночи! Рания выбежала из кабинета, ее шаги быстро затихли в коридоре, ведь ее комната была рядом с кабинетом мужа. Зулейка повернулась к сейфу и достала давно замеченную ею записку. Прочитав, женщина положила листок бумаги на прежнее место. Пусть ЭТО увидит Саид. Что-то подсказывало Зулейке, что Рания и ему может ничего не рассказать, добившись желаемого. Она довела Фатиму до побега, что повлечет за собой развод в любом случае – отыщет ли беглянку Саид или нет. И Рания поднимется ещё на одну ступеньку к потерянному не так давно статусу первой жены. - А потом она и мной займется, - была уверена теперь Зулейка. Ей стало не по себе. Закрыв сейф, она захватила ключ с собой. Не хватало только, чтобы Рания сделала что-нибудь с ее, Зулейки, украшениями! А там ещё и важные для Саида документы, связанные с бизнесом. Мало ли что Рании придет в голову? Мириам все ещё стояла молча у порога. Ждала указаний. - Иди, - кивнула ей хозяйка. Они вместе вышли в коридор. Зулейка поспешила навестить детей, а Мириам пошла на кухню, чтобы узнать, что обсуждают служанки между собой. Кто знает, что ещё осталось неизвестно ларе Зулейке? Ведь и о том, что Аниса заметила в комнате беглянки шкатулку, выяснилось случайно. Любопытная девчонка, между прочим, ее внучатая племянница, спросила у Мириам, почему лара Фатима поставила шкатулку лары Рании не на стол, а под кровать? Женщины разошлись, чтобы чуть позже собраться внизу у телефона, понимая, что после звонка Мухамеду все равно придется звонить Саиду. Зулейка решила, что не станет рассказывать брату Саида о пропавших из сейфа деньгах и украшениях. Саиду может не понравиться. И главное для них – отыскать и вернуть Фатиму! 18. Часть 21. Глава 18. Новые открытия после побега Фатимы. …Зулейка была права, подумав о том, что Рания в ярости способна на всё. Да, Рания так и не осталась в своей комнате, чтобы пережить случившееся, она вышла в коридор и осторожно прокралась в кабинет Саида. Она вернулась затем, чтобы тоже попытаться открыть сейф и ещё раз всё хорошенько осмотреть. Ей показалось, что на одной из полок лежала записка. А если так, то написала ее Фатима! Но что в ней было написано? Что, если у Саида возникнут не просто подозрения? Мало ли, как Фатима ее оговорила! Но ключа на том месте, где взяла его Зулейка, не оказалось. Ранию захлестнула ярость. - Аллах, что же делать?! Мое золото! Мои чудесные украшения! Они никогда ко мне не вернутся! И Саид мне не возместит такую потерю. А если он узнает правду, что Фатима сбежала, потому что я пригрозила раскрыть ее тайну, то он может снова со мной развестись, вышвырнув на улицу, но уже навсегда! Рания приложила ладони к горящему от возбуждения лицу, лихорадочно блуждая взглядом по всему вокруг. Она чувствовала себя так, как будто сходит с ума. И вдруг… Она увидела на полу ключ! Но это был какой-то другой ключ, вовсе не тот, за которым пришла Рания. Наверно, он случайно выпал из потайного места, когда Зулейка выдвинула ящик стола, чтобы найти ключ от сейфа. Она не заметила, что выронила ключ… от какой двери? Рания подобрала его и поднесла к глазам. У ключа была необычная бородка и витиеватая ручка. И сам ключ был тонкий, изящный, из серебра. - Аллааах! Это же от картинной галереи Саида! И в воспаленном мозгу разозленной донельзя Рании родилась идея, как отомстить Фатиме, закрыв ей путь в дом Саида навсегда! Она спрятала находку в карман домашней джеллабы, осторожно выбралась из кабинета в коридор и, заглянув на несколько секунд в комнату Фатимы и захватив из ящика ее стола маникюрные ножницы, пошла, убедившись, что путь свободен, в ту часть дома, где располагалась картинная галерея, в которой хранились сокровища Саида. Рания действовала, не опасаясь, что в это время кто-то может оказаться возле входа в галерею. Прислуга, которая жила в служебной пристройке за особняком, уже разошлась по своим комнатам, на кухне могла остаться только Мириам, уходившая к себе самой последней – после того, как Зулейка ее отпускала. Сама же Зулейка сейчас находилась внизу, у телефона. Рания слышала ее голос, когда первая жена разговаривала по телефону с Мухамедом. Открыв дверь помещения, Рания быстро вошла, включила свет, зная, что в комнате нет ни одного окна, а дверь настолько плотно закрывается, что ни одного лучика света не видно в коридоре. Кому может прийти в голову мысль, что в галерее кто-то есть? Рания знала, что ей предстоит сделать: она пришла затем, чтобы испортить любимую картину Саида, ту, на котором изображена женщина, похожая на Жади. Рания не знала точно, где Саид ее разместил. Быстро пробежавшись вдоль стен галереи, она увидела картину, прикрепленную на отдельной колонне. Рассматривать ее было очень удобно: никакие другие полотна не лезли в глаза, можно было созерцать только танцовщицу с ее веселыми глазами – глазами Жади. Добило Ранию то, что перед картиной стояло кресло, в котором, вероятно, и проводил время Саид, когда посещал свою сокровищницу. Представив, как Саид сидит здесь и рассматривает картину, предаваясь воспоминаниям и мечтам о Жади, Рания содрогнулась от ненависти. - Змея! Кобра! Это из-за тебя, Жади, начались мои неприятности много лет назад! Если бы не ты, я была бы счастлива с Саидом! Но ты всё испортила тогда, и даже теперь я не могу быть счастливой, потому что Саид всё ещё околдован тобой! Он думает о тебе, всё ещё думает! Поэтому он женился на Зулейке, ведь она танцевала на том празднике – свадьбе дяди Али и Зорайдэ, так же как ты, с такими же пленительными движениями руками, что напомнило Саиду о тебе! А Фатима? Она появилась в нашем доме потому, что внешне чем-то похожа на тебя, Жади! Саиду не обмануть меня – я знаю, почему он относится к Фатиме лучше, чем ко мне или Зулейке! Он перенес свою любовь к тебе, Жади, на Фатиму, потому что ты для него теперь недоступна! После такой тирады Рания выхватила из кармана ножницы, сделала несколько шагов к картине и вдруг набросилась на полотно, как сумасшедшая, воткнув в нее раскрытый прибор для маникюра. Она начал кромсать картину, стараясь вырезать кусок полотна вокруг лица танцовщицы. Ей это почти удалось – неровно вырезанный круг повис на нескольких нитях ткани, которую старинный художник использовал в качестве полотна для картины. Решив, что проще будет оторвать руками повисший кусок, Рания потянула его на себя, и тут же картина сорвалась с укрепления на стене и рухнула на пол. Рании показалось, что раздался оглушительный грохот. Она вспомнила, что под галереей как раз находятся комнаты для слуг, и ее обуял ужас. - Что же делать? Надо срочно уходить. Аллах, спаси меня! Она забыла о брошенных на пол ножницах, видя только упавшую и распластанную на полу картину, и бросилась вон из галереи, не забыв, впрочем, закрыть комнату, но оставив ключ в замочной скважине. - Хорошо, что Саид не поменял замок на современную модель, где нужно вставлять карточку с чипом. Он рассказывал о таких планах, но мне повезло. Она быстро вернулась в комнату, встала у приоткрытой двери, прислонившись ухом к щели, каждую секунду ожидая, что вот-вот сбегутся на грохот слуги и явится Зулейка. Тогда ее точно разоблачат! Зачем она оставила ключ в замке?! Лучше бы Саид сам обнаружил испорченную картину и решил, что это дело рук Фатимы! А вдруг кто-то проходил в этой части дома уже после отъезда Фатимы и видел, что дверь была закрыта? А теперь увидит торчащий ключ, и Ранию разоблачат? На кого ещё подумает Зулейка? Решив, что позже сходит, вытащит из замочной скважины ключ и подбросит его в кабинет, Рания решила спуститься вниз и присоединиться к Зулейке, сделав вид, что не слышала никакого грохота. Когда она спускалась по лестнице, до нее вдруг дошло, что Мириам должна была сегодня делать уборку в галерее. Или не сегодня? Или, может быть, завтра? Если сделала сегодня, то когда? Неужели после того, как Фатима оправилась в ТЦ? Тогда Мириам догадается, что кто-то побывал там уже после побега Фатимы! Расскажет она Саиду о подозрениях или промолчит? Ведь от галереи имеются всего два ключа – у нее и у Саида. Если положить ключ, хранимый Саидом в кабинете, точно на место, то можно было бы обвинить саму Мириам в том, что она где-то его потеряла! Вот бы выкрасть у нее ключ! Но как? - Это невозможно сделать! Но как ключ Саида оказался на полу? Кто его выронил – Зулейка или Фатима, когда забирала деньги и золото из сейфа? Скорее всего, ключ хранился в сейфе. Нет, на меня никто не подумает. Виновата Фатима! – бормотала она, как безумная. Хорошо, что до нее не было дела ни у Зулейке, разговаривавшей по телефону с Саидом, ни у Мириам, переживавшей из-за происшествия рядом. - Саид, приезжай скорее. Я не знаю, что делать. Мухамед посоветовал мне срочно позвонить тебе. Он тоже сказал, что тебе не нужна огласка и скандал, который за этим последует… Когда?.. Хорошо, Саид, мы тебя очень ждем! Отключив сотовый после разговора с Саидом, Зулейка подняла трубку стационарного телефона и снова позвонила Мухамеду. - Я сообщила мужу о случившемся, Мухамед. Саид постарается вылететь уже сегодня, сказал, что собирается немедленно заказывать билет в Бразилию. Через два дня он будет в Рио-де-Жанейро. Положив трубку, Зулейка обхватила себя за плечи. - Надеюсь, что Фатима одумается и вернется ещё до того, как Саид прилетит домой, - произнесла она с надеждой в голосе. Видя, как дрожит от перенесенного стресса хозяйка, Мириам предложила принести ей горячего мятного чаю. - Да, Мириам, пожалуйста, принеси. Мне именно это сейчас и необходимо! Мириам отправилась на кухню за чаем, а Рания молча села на диван рядом с Зулейкой. «Надеюсь, кобра не вздумает вернуться, и Саид навсегда откажется от Фатимы! А если он поймает ее, то накажет страшным способом!» - думала она, но вслух этого не сказала, а спросила: - Зулейка, ты рассказала Саиду, что Фатима похитила из сейфа деньги и золото? - Нет, пока я не стала ничего ему говорить об этом. И ты не смей звонить мужу. Вернется домой – и мы ему расскажем, но не раньше. Я велела Мириам позвать меня к телефону, если вдруг позвонит Фатима и скажет, что она раскаивается и хочет вернуться. Мы ей поможем. Если она вернет всё, что унесла, то договоримся, что мы НИЧЕГО НЕ РАССКАЖЕМ МУЖУ. Ты ведь согласна со мной, Рания? - Нет, я не могу согласиться! Не могу! Саид наказал меня за намного меньший проступок – я всего лишь разбила зеркало – не специально, просто отшвырнув от себя украшение. Но Саид развелся со мной, отправил меня в Марокко, нашел мне временного мужа, и я столько всего натерпелась, что до сих пор мне снятся кошмары! - Рания, нет, Саид дал тебе третий развод, совсем не из-за зеркала! - …А Фатима повела себя, как воровка: она ограбила мужа и меня, его жену! Она сбежала! Это более страшный харам, чем мой. Когда в бега ударялась Жади, Саид каждый раз намеревался ее наказать: вывести на площадь в Фесе и дать ей восемьдесят ударов плетью. Но ему всегда что-то мешало так поступить. То дядя Али его отговорит, то он сам отчего-то пожалеет Жади, то Хадижа за мать заступилась… Но теперь никто не заступится за Фатиму, никто, и Саид с удовольствием ее накажет, потому что в ней он видит Жади, вот и накажет ее, как Жади – не только за собственные проступки Фатимы, но и за проступки из прошлого Жади! - Так вот о чем ты мечтаешь? – тихо спросила Зулейка. – Рания, я прочла записку, которую Фатима оставила Саиду в сейфе на твоей полке, забрав твои украшения. Саид увидит, прочитает и поймет, что без твоих интриг здесь не обошлось. Рании едва плохо не стало! Вот как укусила ее уползшая прочь змея! - Мало ли как решила оклеветать меня эта кобра! Фатима всегда относилась ко мне плохо! Она что угодно могла придумать! Зулейка, ты должна мне рассказать, что именно там написано! Или дай мне ключ от сейфа, я сама прочитаю. - Нет, вернется Саид и сам во всем разберется! – отказалась первая жена. Рания кулачками несколько раз стукнула рядом с собой по дивану. - Почему ты ко мне тоже так плохо относишься, Зулейка? Что я тебе сделала? - Тебе так кажется, Рания. Но ты просишь меня о том, что я не могу сделать. Спросишь у Саида, когда он прочтет записку, и если он сочтет нужным – скажет тебе. Поняв, что ничего не сможет добиться, Рания довольно грубо попросила Мириам принести чаю и ей, когда женщина вошла в зал с подносом. Но вмешалась Зулейка. - Нет, Мириам, иди отдыхать. Здесь хватит чаю на двоих. Ты даже два стаканчика принесла. Иди! Мириам, сочувственно и как бы извиняясь, посмотрела на лару Ранию и удалилась. Рания сидела, надувшись, отвернув голову в другую сторону, не глядя на Зулейку. - Рания, когда прилетит Саид, не рассказывай ему сразу же о разоренном сейфе. Пусть он узнает обо всем постепенно, - попыталась предупредить первая жена. - Как?! Мало того, что ты не сказала Саиду, что Фатима сбежала, прихватив из сейфа деньги и драгоценности, не только свои, но и мои тоже, так ещё предлагаешь вообще промолчать об этом?! – возмутилась Рания. - Я сказала только, что Фатима не вернулась домой из Торгового центра, и мы не знаем, что с ней случилось. Мне и Мухамед посоветовал так поступить! Зачем скидывать на голову мужа такие новости, когда он так далеко от дома? Мухамед, кстати, тоже ничего не знает о пропажах из сейфа. - Аллах! Невероятно! - Рания, наш муж обо всем узнает, когда переступит порог своего дома. Ты хочешь, чтобы его удар хватил там, в Эмиратах? Он и так испугался, не понимая, что случилось с Фатимой! - Ты – первая жена, тебе решать, как поступить. Ты не всё знаешь о Фатиме. Иначе ты бы не пыталась ей помочь, - поджала губы Рания, решив пока ничего не предпринимать, но дождаться приезда Саида, и тогда уже и рассказать обо всём! Даже если Фатима одумается и вернется, она, Рания, всё равно не допустит, чтобы от Саида скрыли выходку второй жены! Зулейка промолчала, но потом сказала: - Наверно, ты права: я многого не знаю о Фатиме. Ещё вчера мне не могло прийти в голову, что она способна ограбить мужа и одну из жен. Открыть сейф… Но, ты знаешь, думаю, нам надо проверить ещё кое-что. Мириам! – позвала она главную служанку. Когда женщина, уже собравшаяся идти отдыхать, вернулась к хозяйке, Зулейка попросила: - Прости, что задерживаю тебя, Мириам, но мне нужно, чтобы ты сходила со мной на второй этаж, я хочу кое-что проверить. Ключ от галереи у тебя? - Да, лара Зулейка, я его всегда держу при себе, как велел сид Саид. - Отлично, тогда давай поднимемся наверх и проверим, всё ли в порядке в том помещении. У Саида столько небольших по размеру картин, миниатюр, которые можно незаметно вынести из дома. Если Фатима смогла открыть сейф, почему бы ей и там что-нибудь не прихватить? - О, Аллах! Вы думаете, что лара Фатима могла…? - Я ничего пока не думаю, но намерена проверить, все ли в порядке. Дай мне свой ключ! Второй ключ есть только у Саида, но он не сказал, где его хранит. Тем временем Мириам достала связку ключей – не очень большую – и сняла со связки тонкий серебряный ключ. - Хорошо, Мириам, пусть он будет у тебя, ты и откроешь комнату с картинами. Когда ты делала уборку в последний раз? - Два дня назад. Сегодня я намеревалась сделать уборку, но из-за переполоха с ларой Фатимой не успела. Завтра сделаю. - Идем, - распорядилась Зулейка. Рания тоже поднялась, чтобы пойти вместе с ними, ведь надо же быть в курсе событий! Как Зулейка воспримет увиденное? Возможно, она снова позвонит Саиду и расскажет о новом происшествии? «Аллах, как же я допустила такое? Не забрала ключ и не вернула на место. И надо было мне спуститься вниз! Хотела послушать, что Зулейка расскажет Саиду! А она сообразила сходить в галерею раньше, чем я исправила ошибку!» - начала переживать Рания, чувствуя, как колотится сердце и перестали вдруг слушаться ноги. Она их еле передвигала, шагая следом за Мириам и Зулейкой. Вот и дверь в конце коридора! - Как странно! – произнесла Зулейка, обнаружив вставленный в замок серебряный ключ. - Лара Зулейка, мой ключ – при мне. Вот он! Это ключ сида Саида. - Я так и поняла, - придушенным голосом ответила первая жена. - Но как ключ Саида мог оказаться здесь? Ведь он никому его не доверяет! Даже меня не предупредил, где можно его найти. - Значит, кто-то ещё знал эту тайну, - произнесла Рания, стараясь говорить уверенно, чтобы голос не дрожал и не выдал ее. - Что же делать?! Мириам, я боюсь входить внутрь, потому что неизвестно, что нас там ждет! - Ты думаешь, что там Фатима лежит… бездыханная? – сказала глупость Рания. - Нет, я боюсь не увидеть там каких-нибудь картин! - Лара Зулейка, знаете, что-то не так! – робко сказала Мириам. – Я не успела там сделать уборку, но я подходила к двери, собираясь забрать оттуда пустое ведро, специальное ведро, то, из которого сид Саид приказал делать влажную уборку. Но я уверена – ключа тогда не было! - Когда ты подходила к двери? - Вы как раз позвали меня и велели, чтобы я собрала всех слуг. Вот тогда это было. Я даже открыть дверь не успела. За мной прибежала Аниса и сказала, что Вы меня ищете. И сразу мы поспешили к Вам. Ключа не было! - Ты хочешь сказать, что… Что ключ появился уже после отъезда Фатимы? - Ты что-то путаешь, Мириам! Такого быть не может. Сегодня у всех голова кругом идет от стольких происшествий! – вмешалась Рания, чтобы Зулейка не стала думать дальше, кто бы мог открыть дверь галереи, если это совершила не Фатима. - И все-таки надо заглянуть и удостовериться, как там. Если ключ в замке, то галерея может быть открыта! А вдруг Фатима вернулась из ТЦ, зашла в галерею и вынесла картины, а про ключ забыла? Или у нее обе руки были заняты ношей? - Нет, лара Зулейка, она не могла бы пройти мимо меня, я все время находилась внизу. И охрана говорит, что никто не проходил в ворота. Как бы лара Фатима могла пройти? Ранию страшно раздражали слова служанки. Она нервно сказала: - Аллах! Мириам, тебя никто не спрашивает, что могла сделать вторая жена, чего не могла. Зулейка! Она вышла из дома, по словам водителя, в черном никабе. Никто не видел ее лица. Она могла и вернуться в таком же виде, но сказать, что она – это я или ты. Выдать себя за одну из нас и спокойно пройти через ворота мимо охраны. И потом сделать, что угодно! У Зулейки шла кругом голова, она чувствовала, что теряет способность логически размышлять. Она молча толкнула дверь, но та не открылась. Тогда Зулейка повернула в замке ключ. Но, переступив порог и едва сделав несколько шагов, она резко остановилась. - Нет, мы дальше не пойдем! Видите – на полу картина? Давайте выйдем в коридор и закроем дверь! Пусть Саид вызывает полицию, пусть полицейские берут отпечатки и ищут преступницу. Пойдемте, скорее! Мириам попятилась к двери, Рания – тоже, но оглянувшись на брошенные на пол ножницы. Как она могла не подумать, что Саид может вызвать полицию?! Оставила ножницы Фатимы, их могли бы узнать и решить, что всё натворила беглянка. Но если вмешается полиция, то по отпечаткам пальцев они установят, кто на самом деле побывал в галерее и испортил любимую картину Саида… О, ужас! Зулейка решительно повернула ключ в замке и, забрав дубликат у Мириам, положила оба ключа в карман. Рания уже еле сдерживала себя. Она сжимала кулаки, стараясь не трястись. - Снова будешь звонить Саиду? – бросила она в спину Зулейке. Первая жена повернулась к ней. - Нет, не стану я Саида беспокоить. Приедет – разберется. - Ты права, только ОН знает, какие картины могли пропасть или быть испорчены. - Испорчены? А откуда ты знаешь, что там что-то испорчено? – с подозрением спросила Зулейка. - Но разве картина не валялась на полу? Аллах! Это же очевидно: ее специально сорвали со стены! Зулейка нахмурилась, но ничего не ответила. Рания поняла, что соперница не забудет и эти ее слова, и замечание Мириам о том, что ключ появился уже после побега Фатимы. Как закрыть Мириам рот?! - Лара Зулейка, я ещё нужна? – спросила служанка. - Нет, иди спать, Мириам, - ответила первая жена. Женщина ушла, а Рания всё ещё раздумывала, как заставить ее молчать. Одно только не позволяло ей запаниковать: Саид не станет связываться с полицией, нет, не станет. Он сам будет искать и сбежавшую жену, и пропавшие драгоценности, и разбираться с испорченной картиной. «Как я могла так подставиться?! Зачем нужно было портить картину?!» - раскаивалась теперь Рания, покрывшись липким потом от страха перед возможным разоблачением. Она теперь понимала, что Саид тщательно допросит всех слуг в доме и услышит про ключ, оставленный злоумышленницей в замке… Аллах, пусть Саид решит, что во всем виновата Фатима! Даже если она вернется, даже если Саид сам ее отыщет, пусть он обвинит ее во всем, что случилось! Женщины разошлись по комнатам. Но у обеих жен Саида был неспокойный сон. Каждая из них боялась, что муж обвинит именно ее в случившемся с Фатимой, сейфом и картиной в галерее, и тут же последует наказание! А впереди ещё несколько дней, которые станут для них пыткой! 19. Часть 21. Глава 19. Сан-Криштован. Самира, Жади, Латифа. Услышав возгласы Мухамеда, Мустафа и лара Ноэмия вопросительно уставились на него, ожидая пояснений, что стряслось с Фатимой, но брат Саида не счел нужным что-либо объяснять. - Мустафа, не будем об этом. В доме моего брата произошло какое-то недоразумение. А я неверно всё понял, - замахал он руками, мотая головой из стороны в сторону, т.к. видел, что Мустафа готов был разразиться тирадой с множеством вопросов. Но Мухамед не желал обсуждать жен брата при Ноэмии – лучшей подруге доны Журы. Какое им дело до семейных перипетий Рашидов? Но ведь обязательно будут языками болтать, дона Ноэмия не удержится и обязательно расскажет в баре о том, что услышала в «Волшебной лампе»! Мухамед уже проклинал себя за несдержанность. Понимая, что Зулейка по его же совету звонит сейчас Саиду, а тот сразу перезвонит ему, и чтобы не разговаривать по телефону с братом при свидетелях, Мухамед заявил, что сегодня решил уйти из магазина немного раньше, т.к. у него разболелся желудок от невкусных обедов, приготовленных Лейлой. - Бедняааажка, - жеманно протянула Ноэмия, лицемерно улыбнувшись ему. Но Мухамед мог бы поспорить: едва он покинет магазин и войдет в дом, жена Мустафы тут же поспешит в бар к доне Журе. А что, собственно, случилось? Две жены Саида потеряли третью в Торговом центре! Но после слов Зулейки о том, что Фатима пропала, а, возможно, и сбежала, у Мухамеда возникла стойкая ассоциация с побегами Жади. Ведь происшествие вновь случилось в семье Саида! Что за напасть? Брат всё делает для жен, осыпает их золотом, угождает этим бездельницам, но сначала Жади сбегала от него – и не раз, а теперь вот Фатима не вернулась из ТЦ. Мухамед решил дождаться звонка Саида. Покинув магазин, где остался дорабатывать ещё несколько часов Мустафа, он вошел в гостиную и сразу же занял место на диване у телефона, достав и положив рядом и сотовый. Мухамед ведь не знал, на какой номер позвонит обеспокоенный брат. Наконец, Саид позвонил. Мухамед, как смог, успокоил его, убеждая, что у Фатимы нет причин бросать мужа, сбегать куда-то или к кому-то, или с кем-то! Это ведь не Жади! Но Саиду все же стоит как можно скорее вернуться в Бразилию, потому что необходимо выяснить, что произошло с его женой, если Фатима не вернется сегодня вечером или хотя бы завтра утром. - Иначе нам придется обращаться в полицию, а без тебя, Саид, я не хотел бы заниматься этим. Могу обзвонить все больницы. Но с полицией разбираться лучше тебе самому. Брат согласился. И все-таки потребовал, чтобы Мухамед подробно пересказал, что именно ему сообщила Зулейка. Ведь в доме без него явно что-то случилось! - Не волнуйся, Саид. Твоя вторая жена слишком своенравна и капризна, уж прости, что говорю тебе об этом. Она могла поссориться с Ранией и специально не вернуться ночевать домой. Возможно, она встретила в ТЦ кого-то, кого знала раньше, ещё до замужества. И эта подруга могла ее приютить. Он услышал, как брат с чувством сказал ему в трубку: - Это опять Рания, я уверен! Как только я женился на этой женщине, чтобы успокоить сына, так в семье снова начались неприятности. Если виновата Рания, я ее выгоню вон, отправлю к родителям и навсегда от нее откажусь! Потому что я тоже не сомневаюсь, что у Фатимы не было причин бросать меня. - Именно, Саид! – решил подбодрить брата Мухамед. – На Фатиму могли напасть бандиты возле ТЦ, она могла оказаться в больнице – мне так сказала Зулейка, потому что ранее Фатима жаловалась на плохое самочувствие. Приезжай, сам ты ее быстро найдешь, живую или мертвую, не дай Аллах! Саид ещё раз подтвердил, что без него в полицию Мухамед обращаться не должен, невзирая на какие бы то ни было обстоятельства, которые могут выясниться до его возвращения в Рио! - Брат, мне показалось, что твоя жена Зулейка что-то не договаривает, - наконец, поделился сомнениями Мухамед и услышал в ответ, что Саид тоже это заметил и подумал именно так. Положив трубку, Мухамед позвал Арибу, которая готовила на кухне ужин, и попросил принести стакан чаю. И когда девушка выполнила его просьбу, Мухамед с удовольствием приник губами к стакану, но наслаждался напитком недолго: зазвонил домашний телефон. Гадая, кто бы это мог быть: звонит Зулейка, чтобы сообщить, что Фатима вернулась, или Саид забыл о чем-то сказать, Мухамед поставил на столик стакан с недопитым чаем и поднял трубку. Но звонил дядя Абдул. Он хотел узнать новости и услышать от племянника, когда возвращается в Бразилию Саид. - Мне нужно многое с ним обсудить, - пояснил старик. – А он не отвечает на мои звонки, но я думаю, что с Эмиратами у нас плохая связь. Мухамед ответил на вопросы, уверив старика, что Саид вернется домой в ближайшие дни. И вдруг племянник выложил дяде новость о происшествии в доме брата. - Вот потому Саид скоро появится в Бразилии! Будет искать жену. Дядя Абдул ухватил из его рассказа главное: вновь сбежала жена Саида! - Аллааах! Нет никаких сомнений, что Фатима сбежала! Аллах, Аллах! Саиду не везет с женщинами! Ему достаются именно те, которым недостаточно того, что им дает твой брат! Опять сбежала одна из одалисок! Мало ему было Жади? Сколько раз он бегал за ней по всему Фесу?! А теперь он будет прочесывать Рио-де-Жанейро, охотясь за своей одалиской?! Кто ему там поможет? Старик раскипятился не на шутку, и Мухамед испугался, что дядя Абдул позвонит Саиду, чтобы дать ему советы по поимке беглянки. - Дядя, умоляю не выдавать меня! Мы ещё ничего точно не знаем. Фатима плохо себя чувствовала, она могла оказаться в больнице, а нам просто не сочли нужным сообщить об этом. Но старика уже понесло. Он был уверен, что Фатима – это вторая Жади! Но он пошел дальше в своих предположениях. - А если Жади помогла Фатиме бежать? Как ты или твой брат можете быть уверены в том, что женщины не сговорились? Одалиски видят издалека друг друга! Почему бы им не действовать сообща? - Дядя Абдул, но они не общаются между собой, а Жади, насколько я знаю, только что вернулась из Марокко и теперь занята своим ребенком. - Ах, да, ребенок! Фатиме тоже не хватает ребенка. Вот Зулейка ждет третьего, так она никуда не сбежит! И ты тоже молодец – скоро вновь станешь отцом. Твоя Лейла беременна? - Да, дядя. - А Фатима всё ещё нет. О чем Саид думает? Зачем ему такая жена, которая не хочет рожать детей? Это игрушка, а не жена. Жена – не кукла, она должна рожать детей и заботиться о муже, о семье, о доме. Мухамед, когда ты женишься на Муне? Не стоит ли поторопить события? Ты только что жаловался мне на плохую еду. А Муна ооочень хорошо готовит, я знаю, я ел, когда был в ее доме. - Дядя Абдул, мне не до этого. Я же сосватал женщину? Мы обо всем договорились с ее семьей, вот и пусть так все и будет. Нечего спешить со свадьбой. Он ещё некоторое время вежливо пререкался с дядей, пока тот сам первый не бросил трубку, так и не добившись от племянника обещания ускорить женитьбу на Муне. Тем временем, пока Мухамед беседовал по телефону с Марокко, Ариба поднялась в комнату Лейлы, чтобы поделиться новостями. Беременная жена Мухамеда лежала в постели, предаваясь унынию из-за одолевающей ее тошноты. - Ты за ребенком все-таки присматривай, - недовольно заметила Ариба. – Абдульчику необходимо твое внимание, а тебе лучше стараться не замечать недомогания. Но ты лежишь пластом. - Зачем ты явилась? Чтобы мне вот это сказать? О, Аллах! За что мне такие мучения?! Арибе следовало бы на нее обидеться, но желание посплетничать победило. Она рассказала Лейле о том, что услышала и поняла из разговора Мухамеда с Саидом, а затем – с дядей Абдулом. Лейла тут же ожила. - Видишь? Лучше бы меня выдали замуж за Саида! От него я ни за что не убежала бы. А Мухамед мог бы жениться на ком угодно, но не на мне. - Но дядя Абдул настаивает, чтобы Мухамед взял в жены Муну, а твой муж не желает устраивать свадьбу раньше, - посетовала Ариба. - Аллааах! Ариба, хоть бы он как можно скорее взял вторую жену. Я его уже выносить не могу. Меня и так тошнит, а когда я вижу Мухамеда, то мне ещё хуже становится. - Но ты ведь не знаешь, как поведет себя Муна! Она может оттеснить тебя от мужа, и не только на кухне, но и в его любви. Он полюбит Муну, а к тебе станет относиться плохо, будет не справедлив к тебе. - И пусть! Только бы не видеть его! Кому-то в мужья Амин достался, а мне – его престарелый отец! - Ну, знаешь! Тебя никто не принуждал выходить за Мухамеда замуж. Ты сама согласилась. Это не был брак по принуждению, - возмутилась Ариба. - Я не смогла полюбить мужа. Что мне теперь делать? - Что делать? Принять мужа в соответствии с нашими обычаями. - Тебе хорошо так говорить, потому что не тебе придется его принять, а мне! – жестко ответила Лейла и снова начала стонать, что ее тошнит. - Ариба, ты нашла медный ключ? Я ещё в Фесе от Нурии слышала, что нужно держать во рту медный ключ, чтобы тошнота прошла. Тебя даже об этом нельзя попросить! - Нет, не нашла. Но попрошу у твоего мужа. Наверное, он сможет достать для тебя такой ключ. Странно, Лейла, тебя так не тошнило в первую беременность. Наверно, в этот раз ты родишь девочку. - Она окажется такой же вредной, как старшая дочь Мухамеда… Как ее звать?… Самира! - Не дай Аллах! Мухамед же отказался от нее. - Отказался, а сам злится, что художник рисует с ней картину. - Как ты узнала? Ты же из дома никуда не выходишь. - Я вешала на балконе пеленки и слышала, как парень из бара спорил с официанткой, купит Мухамед ту картину с изображением Самиры или нет. - Думаю, что купит, - вздохнула Ариба. - Это же его дочь, даже если Мухамед и сердится на нее, потому что она отошла от наших обычаев, не носит платок… - Мне всё равно, пусть хоть над кроватью у себя повесит картину и любуется. Меня больше волнует, правда ли то, что Саид дал Амину денег на покупку дома? Ты что-нибудь слышала? - Зачем тебе это? Лейла, ты себя напрасно изводишь. Амин и Халиса скоро переедут в свой дом, иншалла. У них семья, и сид Саид решил сделать им приятное, помог с покупкой дома. Но теперь ты можешь быть спокойна: на покупку дома потрачены не твои деньги. - Не зли меня, Ариба! Я не хочу, чтобы им было хорошо, ты же знаешь. А ещё я не хочу, чтобы Мухамед тратил на сына мои деньги. Уверена, что и Мухамед вложил деньги в тот дом. - Не начинай всё сначала, я не хочу больше слышать о деньгах за дом в Фесе, - замотала головой Ариба и поспешила собрать в огромный сверток грязные вещи, чтобы отнести их в стирку. Это были платья Лейлы, запачканные ею на кухне, а также одежда Абдульчика. Обхватив руками ком свернутой одежды, девушка вышла из комнаты жены Мухамеда, страдальчески стонущей, требовавшей сочувствия к своей особе. Но Ариба настолько устала от таких сцен, что предпочла отправиться к стиральной машине, чтобы потом вернуться на кухню, где ещё предстояло закончить готовить ужин. Мухамед же, проследив глазами за Арибой и убедившись, что она осталась заниматься стиркой, набрал на сотовом номер сына. - Амин, скажи мне: в доме твоей матери что-нибудь говорят о Фатиме? Есть ли какие-нибудь новости? - О Фатиме? – удивленно спросил парень. Он ничего не знал и не слышал, никто не упоминал в доме имен жен дяди Саида. Мухамед поделился неприятной историей с сыном, зная, что парень не станет болтать. - Откуда Самира или мать могут знать о том, что жена дяди Саида не вернулась домой? – удивился Амин. И тогда Мухамед рассказал о предположении дяди Абдула, что Жади может быть замешана в этой истории. - Нет, после возвращения тети Жади из Марокко, я ее не видел. Она ещё не приезжала к нам домой, но мама с сестрой к ней ездили. Не думаю, что дядя Абдул прав. - Не знаю. От Жади всего можно ожидать, Жади – это демон, посланный Аллахом, чтобы испытывать нашу семью. Амин пообещал прислушаться к разговорам, и, если что-то покажется странным, то – сообщить отцу. ...Халиса стала невольной свидетельницей их разговора. Она не всё поняла, но уловила главное – свёкор пытается о чем-то узнать у Амина, точно так же, как только что сам Амин выспрашивал у нее о Самире. Мужа беспокоил вопрос: не пьет ли Самира спиртные напитки? После новогодних праздников прошло несколько дней, а Амину всё мерещилось, что в круговерти новогоднего карнавала его сестра могла отведать что-либо из запретного – шампанское, например. Или какой-нибудь алкогольный коктейль в баре доны Журы. Он знал, что жена Мустафы в своем кафе смешивает спиртные коктейли, а в баре доны Журы она не стесняется пить капириньо, при том, что дона Ноэмия стала мусульманкой! Но как же Самира? Она отвергла их обычаи, поэтому от нее теперь можно ожидать, чего угодно! «Муж предложил мне принюхаться к его сестре! К одежде Самиры! Он никак не может успокоиться, расспрашивая, не уловила ли я запах спиртного, когда Самира после новогодней ночи вернулась утром домой!» - переживала Халиса, которой нечего было ответить Амину, но она чувствовала себя задетой этой просьбой. Ей в голову бы не пришло обнюхивать Самиру! Она не верила, что девчонка, с таким увлечением посещающая университет и погруженная в занятия, может прикасаться к спиртному. Зачем ей это? Халису намного больше интересовало присутствие в доме кота. В их риаде в Марокко не держали животных, потому что у ее брата была аллергия. И вообще – это не было принято. А как подействует кошачья шерсть на нее? Чесаться и чихать не хотелось. Она поделилась с Амином своими соображениями. Амин выждал, когда на кухню заглянет мать, и тогда спросил у нее про кота. Дома ли он? Или Самира его уже отдала кому-то? Ведь Амин так и не увидел животное. - Сынок, кот останется до завтра в комнате твоей сестры. Мы с Самирой пришли к выводу, что ухаживать за котенком некому. Поэтому она отвезет его завтра ещё до занятий доне Деузе и синьору Эдвалду. - Синьор Эдвалду? Портной, который жил на нашей улице? В доме, который теперь занимает художник? - Да, это отчим Лео, брата Лукаса. Лео тоже бывал на нашей улице. Ты его не раз мог здесь видеть. - Я знаю, кто такой Лео, - буркнул Амин, вспомнив при этом, как возмущались отец и дядя Мустафа из-за того поцелуя, который позволили себе Лео и Самира – на глазах у всего Сан-Криштована. - Самира дружит и с Лео, и общается с другим парнем – Арнавом, или как его там…? - Амин, успокойся, твоя сестра завтра пристроит кота в надежные руки. Мне самой было бы не по себе, если бы по дому шнырял туда-сюда кот. Ведь там, где занимаются выпечкой, не место антисанитарии, а за животным нужно присматривать. - Вот и хорошо, я рад. Меньше вони в доме. Не хочу терпеть никаких котов. В моем доме животных не будет, - заявил Амин, вспомнив о предстоящем переезде. - Мама, ты что-нибудь знаешь о Фатиме? Жене дяди Саида? - Фатима? Что я могу о ней знать? Я даже не вспомню, когда я видела ее в последний раз! А что такое? Амин поделился с матерью и Халисой неприятной новостью. - Фатима сбежала?! Не верится даже, - изумилась лара Латифа. – Я скорее поверила бы в побег Лейлы от твоего отца, чем в то, что Фатима могла бы совершить такую глупость! Саид так хорошо относится к ней! - Мне тоже так кажется, - согласился с ней сын. А Халиса промолчала. Кто знает, что происходит в той семье за спиной Саида Рашида, уверенного, что он всё держит под контролем. Но в отношениях между женщинами многое бывает скрыто! А сид Саид недавно вернул в семью Ранию, которая уже не раз была замечена в том, что мутит воду в борьбе за мужа. Потом Халиса покормила мужа, после чего Амин решил навестить отца, попросив жену собрать пакет с едой для него. И пока Амин ждал, когда Халиса управится со сборами, он решал, стоит ли рассказывать отцу о том, что Самира такая ветреница: и с неким Арнавом по скайпу общается, и с родственниками Лео поддерживает связь. Наверно, она с самим Лео тоже переписывается. Но почему – наверное? Наверняка! Ей же нужны от него фотографии диких уголков Бразилии, о которых она пишет в том журнале! Вскоре Амин ушел, Халиса занялась уборкой на кухне, Самира сидела, закрывшись в комнате, а Латифа вернулась к себе, решив разобрать фотографии, которые ей сегодня передала сестра Керима – целый пакет снимков, которые были сделаны на фазенде, куда они все недавно ездили. Но стоило Латифе разложить фото на постели, как зазвонил сотовый. Это был звонок от Жади. Она поинтересовалась, когда вернется в Бразилию Саид. Латифа могла что-то знать об этом от Амина. - Жади, зачем тебе Саид? - Как это? Только он может рассказать, что произошло на семейном совете! Он знает, как решили поступить с моей дочерью! Я хотела бы от него самого услышать, почему он позволил Фариду дать ей развод, но при этом - не наказывая Зухру. - Жади, послушай! Саид возвращается в Рио в ближайшие дни, но ему будет не до тебя. У него в семье что-то случилось. Амин рассказал, что Зулейка звонила сегодня Мухамеду и предположила, что одна их жен Саида сбежала. Фатима не вернулась из Торгового центра, куда отправилась, чтобы присоединиться к Рании и Зулейке. Но так и не встретилась с ними, хотя водитель уверяет, что высадил женщину у входа в ТЦ, а Фатима отказалась, чтобы он провожал ее до места встречи. - Что? Фатима тоже начала от него бегать? Бедняга! Наверно, он ее чем-то достал. - Или это сделала Рания. Но имей в виду, что тебя Саид встретит очень плохо. На фоне новых неприятностей он разозлится на тебя ещё больше, припомнив, что вы с Хадижей учудили в Марокко. - Мне необходимо знать, как там моя Хадижа. Латифа, неужели твой сын ничего тебе не рассказывал? Он и сам мог поговорить с дядей, и Мухамеду Саид мог звонить! - Нет, Жади, Амин мне ничего не говорил о Хадиже, - разочаровала сестру Латифа. Обсудив с Жади в который раз, что будет, когда в Рио вернется Лукас, как он воспримет появление ещё одного ребенка в доме, закончив разговор, Латифа отключила сотовый, и только тогда до нее дошло, что Самира может что-то знать о Фатиме. Ведь именно ей Фатима прислала фотографии Хадижи с подбитым глазом. Тогда Латифа и Жади узнали, что девушки начали переписываться. Если они все ещё поддерживают связь по Интернету (Латифе удалось запомнить это необычное незнакомое слово), значит, Фатима просто должна была объясниться с ее дочерью! Латифа решила зайти к Самире и поговорить. Дочка возилась с котенком. На столе были разложены раскрытые тетради и пара учебников. Но девушка ловила кота и гладила за ухом, забыв о подготовке к занятиям. - Самира, нам надо поговорить. Фатима пропала. Девушка вздрогнула и не сразу оторвала взгляд от животного. И промолчала. - Дочка, ты ведь недавно получила от нее снимки по компьютеру. Помнишь, те, на которых мы с Жади увидели Хадижу. - Да, это было, - согласилась дочка. - Она не рассказала тебе о своих планах? Неужели она могла сбежать? Почему? Что случилось? Или, наоборот, жена дяди Саида не вернулась, потому что с ней произошло несчастье? Самира отмалчивалась. - Ответь, Самира. Возможно, Фатиме нужна помощь. - Мама, я не знаю, где Фатима. Не знаю, - твердо сказала девушка. - Самира, если она попросила тебя помочь с побегом, лучше откажись. Не ввязывайся в это дело. Саид обязательно ее найдет и накажет. Но и тебе достанется. - Каким образом? Даже если допустить, что Фатима могла бы ко мне обратиться за помощью, что мне может сделать дядя Саид? – с вызовом спросила Самира. Она не любила угроз, даже намека на угрозы. Сразу же невольно превращалась в колючку! - Самира, ах! – вдруг прикрыла рот пальцами Латифа. Она вспомнила, как вот такого же котенка дочь совсем недавно отнесла доне Ноэмии, а та передала его жене Саида, когда Мустафа с женой ездили в дом старшего из Рашидов на праздник. - Что, мама?! - Дочка, неужели это тот самый котенок?! Тогда тебе необходимо отвезти его завтра же куда угодно, но чтобы Ноэмия или Мустафа его не увидели и не узнали, - испугалась мать. - Я отвезу, - повторила Самира, - завтра же и отдам доне Деузе. - Самира, посмотри мне в глаза! - Нет, я не стану ничего тебе рассказывать, - отрезала Самира. - Хорошо, не рассказывай. Но я так боюсь за тебя, дочка, - сказала Латифа и вышла, решив не давить на Самиру. Она же ничего не скажет, упрямая. Но и так всё понятно. Девушки виделись, Фатима попросила ее позаботиться о котенке. Но объяснила ли Фатима причину побега? Как ни хотелось Латифе выяснить это, она понимала, что Самира никому ни за что об этом не расскажет. … Утром девушка встала раньше обычного, уехала из дома на такси. Она, как и обещала, отвезла животное матери Лео. В доме Деузы все были в сборе, очень удивились ее внезапному появлению и предложению приютить котенка. Конечно, они всполошились, решив, что с Лео что-то случилось. Но Самира успокоила: от Лео мало известий, но она заедет к ним поговорить после занятий, а пока вот привезла котенка, с которым, можно сказать, была изгнана из дома. - Конечно, кому там ухаживать за ним, да ещё в таком шумном районе, как Сан-Криштован! Вот у нас есть и дворик за домом, и район зеленый, деревьев много, кустов – даже возле дома. Кот не будет сидеть всё время в комнате, захочет на улицу – есть где погулять, - рассудила дона Мосинья. Самира поблагодарила ее и дону Лолу за то, что не отказались помочь, и заторопилась в университет. Но после нескольких пар лекций вернулась. В доме вкусно пахло готовыми пирожками эмпанадас. В углу гостиной Самира обнаружила коврик и миску с водой – котенка уже успели устроить со всеми удобствами. - Самира, расскажи нам, как вы с Лео оказались на Сахарной голове, да ещё и с ночевкой? – с горящими от любопытства глазами спросила тетя Лола, угощая девушку ароматной выпечкой. Самира не стала отказываться, тут же принялась за еду, даже не дождавшись, пока сварится кофе. Тут же в гостиной появился и синьор Эдвалду, пытаясь на ходу вдеть нитку в иголку, щурясь, пытаясь рассмотреть игольное ушко, выставив руку к окну, откуда падали лучи солнца. Но при всей занятости, он расслышал вопрос, заданный тетей Деузы. - А! Сахарная голова! Это такое романтичное местечко, - с хитрой улыбкой произнес он. – Видели мы тот журнал, где ты рядом с Лео стоишь на Сахарной голове. - Лео предложил мне эту экскурсию с ночевкой…, - смутилась девушка. – Но это была деловая поездка! - С твоей стороны – конечно, даже не сомневаюсь, ты ведь старательная студентка. Но Лео… Попроси его кто другой, он бы туда не поехал. Провалялся бы ту ночь дома, в своей комнате под крышей, - прокомментировал он. - Так расскажи, что вы там делали. - О, да! Очень красивое место в любое время дня, - согласилась Самира. – Там стоило побывать ради того, чтобы увидеть, как нежные розовые краски заката заливают и Ботафогу, и Сахарную Голову, и центр Рио-де-Жанейро. Всё становится таким привлекательным! Жаль, что в тропиках солнце садится так быстро! Всего за несколько минут тень от Корковадо накрывает город, я пыталась сделать как можно больше фотографий. Но Лео развернул меня в сторону, и я увидела ещё одну красоту – горный хребет на закате. Восхитительно-нежные краски. Все оттенки красного, голубого и черного. Но всего лишь минут десять нам досталось на то, чтобы найти ракурсы для наиболее удачных снимков. А потом все припозднившиеся туристы, кроме нас с Лео, побежали на стоянку, чтобы успеть занять такси – ведь после восьми вечера для туристов Сахарная Голова закрывается. Мы с Лео видели, как скала Корковадо была в тени перед тем, как село солнце… Тетя Лола заслушалась, но синьор Эдвалду приготовился отпустить какую-то шуточку, которая могла и смутить девушку – дона Мосинья это поняла и постаралась перевести разговор на другую тему. - Значит, Лео и тебе пишет редко? А снимки новые он тебе присылает? - Нет, пока ничего. Совсем не было фотографий, писем по электронной почте тоже не было. Наверно, у Лео пока нет доступа к Интернету. Он прислал мне несколько смсок: из Мараньяна, из парка Ленсойеш, а через несколько дней – уже из Амазонии. Обещал прислать фотографии сразу все. - Мосинья, мы чуть не забыли! – всполошилась тетя Лола.- Мы же хотели отдать Самире ту штучку, на которой мы смотрели фотографии. Лео сказал, что туда поместится ещё очень много снимков. - Да, чуть не забыли. Лола, принеси, она лежит у меня в верхнем ящике комода в жестяной коробочке из-под чая. Дона Лола, не смотря на свой возраст, легко вскочила, быстро вернулась и положила на ладонь Самире флешку, которую не так давно по просьбе Лео привезла им Самира. - Как только Лео пришлет мне письмо с фотографиями, я обязательно скину их вам на флешку и привезу, чтобы посмотреть на компьютере, - пообещала девушка, и женщины кивнули, хотя для них компьютерные технологии были темными джунглями. Но Самира-то разбирается в этом не хуже Лео! Объевшись эмпанадас, запив всё кофе, Самира еле доплелась до автобусной остановки, чтобы добраться в Сан-Криштован. Подходя к дому после получаса мучительной толкотни в салоне автобуса, Самира обнаружила, что на ее улице что-то происходит. Возле бара доны Журы толпились обеспокоенные люди. В конце улицы, где находилась мастерская Лижейро и Рапазао – тоже. Кто-то возбужденно рассказывал что-то рядом стоявшим соседям, жители Сан-Криштована были чем-то возмущены и взбудоражены. - Что же здесь произошло? Не поймал же отец Фатиму?! – мелькнула у нее в голове глупая мысль. Оказалось, дело совсем в другом. Базилио подоспел к ней очень кстати. - Базилио, что делает на улице полицейская машина? Рапазао и Лижейро попались на мошенничестве? - Нет, Самира, наоборот! Это они – пострадавшие! Ночью кто-то угнал их автомобиль. - «Даму в красном»? – насмешливо спросила девушка. – Или она теперь «Дама в черном»? Они ведь, кажется, перекрасили не так давно старинный автомобиль? - Нет, у них был небольшой грузовичок. Его-то и угнали! - Зачем кому-то понадобилась эта развалина? Лижейро болтал в баре доны Журы, что они сами собрали его из запчастей от разных автомобилей. - А вот и понадобился! И я знаю, кому! - Так чего же ты стоишь? Подойди к полицейскому и расскажи. Тебя выслушают с огромным интересом! Не теряй времени, Базилио. - Ну да, дурак я, что ли? Машину угнали вампиры, и если я расскажу, в полиции мне не поверят, а вампиры ночью подкараулят и всю кровь из меня выпьют. - Не глупи, Базилио, нет никаких вампиров. Их просто не существует! Самира решила больше не слушать чушь, которую нес парень. Не зайти ли в бар к доне Журе? Она-то уж точно знает, в чем дело. Девушка попыталась обойти официанта, но отвязаться от сплетника оказалось не так просто. Парень рассказал только затравку, а сама история была другой. Как выяснилось, когда в мастерскую заявились полицейские из соседнего участка, владельцы автомастерской заявили, что у них кто-то ночью угнал машину! Грузовичок! Они понятия не имеют, кто мог забраться в их мастерскую и вывезти автомобиль. Но замок не был сломан, значит, по мнению, Рапазао, работал кто-то опытный, кому открыть простой замок в двери мастерской - раз плюнуть. Полицейские обследовали помещение и сделали вывод: машины нет. Зато есть заявления потерпевших. И теперь полицейские составляют протоколы, задавая Лижейро и его приятелю неприятные вопросы. В баре же рассказывали, что дело вовсе не в угоне машины. Нет! Но жулики по очереди наряжались вампирами. Они брали деньги с туристов и желающих испытать острые ощущения. На грузовичок ставили гроб, в который укладывался загримированный Рапазао, ночью рядом садился впечатлительный заказчик необычной услуги, Лижейро был за рулем, он выезжал на улицы Рио в самое темное время ночи, и вот в час-икс «вампир» вскакивал и пытался укусить клиента, оплатившего несколько минут страха. Бизнес процветал недолго - пока одна женщина-туристка после пережитого страха не попала в больницу и затем не пожаловалась в полицию. Поняв, что дело может плохо кончиться, владельцы автомастерской заявили, что они ни при чем. Кто-то в ту ночь, о которой повествует жертва нападения вампира, угнал их машину… При чем они-то?! Вампир и угнал – договорились они в итоге. Женщину покусал настоящий вампир! Полицейские не захотели заниматься таким глупым делом, в то время как у них не хватало времени на раскрытие настоящих преступлений. Они сделали записи, предупредили, что Рапазао должен сообщить им, если вдруг найдется похищенный автомобиль, и удалились. Самира не верила ушам, слушая забавную историю. Ей хотелось посмеяться над предприимчивыми соседями из мастерской, как сделали это во весь голос дона Ноэмия с доной Одетти, оказавшейся случайно, но так кстати, в Сан-Криштоване. Однако, доне Журе было не до смеха. Она устала от слухов о вампирах, потому что клиенты пережевывали тему день за днем, час за часом. Все шутки сводились только к этой теме. - Так, значит, вампиры угнали их развалюху?! – злилась она, уперев руки в бока. – Ну, я им покажу! Быстро отважу вампиров от Сан-Криштована! И даже знаю один надежный способ! - Какой, дона Жура? – высунулся парень из-за плеча доны Ноэмии. - А ты не лезь, Базилио! Займись-ка делом, парень! – поставила работника на место хозяйка. Но подругам – Ноэмии и Одетти – она раскрыла план действий. Оказывается, она давно задумала пойти к священнику, чтобы посоветоваться и попросить его прийти на их улицу. Жура считала, что следует окропить святой водой автомастерскую. Впрочем, и ее бар тоже, потому что находились шутники, которые то и дело мазали стены ее заведения красной краской, и некоторых посетителей это отталкивало, хотя дона Жура каждое утро перед тем, как открыть бар, обходила знание в поисках нанесенных местными шутниками и вандалами надписей или «кровавых потеков». Собственно, в ожидании ее действий и собрались возле бара жители Сан-Криштована, среди которых далеко не все были клиентами заведения доны Журы, но зато которым не нравились слухи о вампирах. - Самира, ты уже уходишь? – удивился Базилио. – Ты не будешь ждать падре? Всем интересно, как он будет избавлять от вампиров автомастерскую! И наш бар тоже! - Что? – нарочито испуганно округлила глаза девушка. – Бар нужно избавлять от вампиров?! Базилио, как ты здесь ещё работаешь? И цел – не вредим ещё? Тебе не страшно? - Самира, не пугай этого бездельника, - попросила дона Жура, прислушавшись к их разговору. – Он болтает, сам не зная, что. А у меня потом в баре после его разговоров посещаемость падет и выручка! Женщина повернулась к застывшему рядом Базилио и сказала: - Вот понижу тебе зарплату, Базилио, за твой длинный язык! Бери салфетки, вставь их по несколько штук в вазочки на столах! Да проверь потом, не слишком ли много воды в цветочных поддонах. Не хватало ещё малярийных комаров в баре развести! Вот тогда это будет самое настоящее пристанище крылатых вампиров, распространяющих малярию! Усмехаясь, стоявшая за стойкой Анинья молча подала парню коробку с бумажными салфетками, и официант вынужден был выполнять работу. Самире тоже пора было отправляться домой. У нее совсем не было времени, ведь распланирована каждая минута. А она позволила себе сегодня так расслабиться! Надо было пристроить кота, поэтому она побывала в гостях у семьи Лео. Но окунуться в жизнь растревоженного Сан-Криштована стоило уже затем, чтобы в голову пришла замечательная мысль написать статью о местных предрассудках, бытующих в Рио-де-Жанейро в начале ХХI века! А что? Взять и написать очерк о «вампирах сегодня», с иронией, высмеивая наивных людей, которые продолжают верить в подобную чушь! 20. Часть 21. Глава 20. На след утро в доме дяди Али и Зорайдэ. Зорайдэ тяжело переживала ссору с сидом Али. С тех пор, как старик узнал страшную тайну, он не находил себе места. Шейх Али впервые в жизни не знал, как поступить. Жади и Хадижа решились на совершение харама, ужасного преступления. Но если теперь раскрыть правду Фариду и его семье, пострадает множество человек, и невозможно представить, к чему приведет признание. Сид Али искал способ исправить ситуацию. Как вернуть второго сына Хадижи его семье? Ведь мальчик принадлежал семье Фарида Обенсура. Он – их кровь! И как доказать, что Жади вовсе не рожала ребенка, но ей удалось обманом получить документы и вывезти мальчика? И чем для Жади закончится разоблачение? Не разрушит ли скандал брак Жади с Лукасом? У сида Али не укладывалось в голове, как Жади додумалась до такого! А ведь он ждал от нее каких-то каверз, но уж вовсе не чего-то подобного. Племянница зашла слишком далеко. И как могла Хадижа позволить матери забрать и увезти одного из детей?! Ведь она сама стала матерью, но смогла расстаться с одним малышом. Значит, у Жади нашлись очень убедительные аргументы! Если Фарид узнает правду, то тогда стоит опасаться за жизнь дочери Саида и Жади. Оставалось лишь удивляться, как матери и дочери удалось выбраться из ловушки, в которую они угодили. Теперь-то сид Али знал, что именно замышляла Жади. Конечно же – увезти Хадижу в Рио! Но, как всегда бывало с Жади, вмешалась судьба, которой его племянница в очередной раз посмела бросить вызов! У Хадижи начались роды, которые и не позволили Жади улететь вместе с ней в Бразилию. За прошедшие дни Али не раз ссорился с Зорайдэ. Почему жена не поделилась с ним шокирующей правдой, как только узнала? Он не мог понять, как преданная ему всю долгую жизнь женщина посмела скрыть от него историю, рассказанную Жади. Узнай он о рождении близнецов, о том, что одного из братьев Хадижа отдала матери, в чем и призналась Жади, то схватил бы племянницу с ребенком ещё в аэропорту. Он не смог бы наказать Жади, как она того заслуживала, хотя бы потому, чтобы об этом не узнали на медине. Но сын Хадижи остался бы в Марокко, а потом он, сид Али, уважаемый шейх, смог бы как-нибудь объяснить появление второго ребенка Хадижи, похожего, как две нутовые горошины, на уже имеющегося в доме Фарида сына. Например, сид Али объяснил бы так: ребенок родился настолько слабым, что его отнесли к знахарке и оставили у нее на лечение без всякой надежды на спасение. А Хадиже, опасаясь, что ребенок, скорее всего, не выживет, не сказали, что родились близнецы, ведь во время родов Хадижа была без сознания (как будто) и не знала о рождении второго сына. Не рассказали и потом, т.к. не захотели расстраивать Хадижу, чтобы у нее появилось и затем не пропало молоко хотя бы для одного малыша. Никто не думал, что второй мальчик выживет. Однако ребенок вернулся к жизни по воле Аллаха. Алхамдулиллах! Но что делать теперь? О чем только думала Жади? Вывезти мальчика из страны и записать в документы, как своего сына – это же не гарантия, что ребенка не потребуют вернуть, если правда выйдет наружу! Например, если проговорится Хадижа или если не станет молчать лара Назира. Сид Али был изумлен, узнав, что лара Назира участвовала в этой интриге. Она должна быть или очень зла на братьев, чтобы решиться пойти против семьи, пусть и отказавшейся от нее, или Жади сумела убедить ее и пообещать что-то, что для Назиры стало огромным стимулом, чтобы помочь племяннице и бывшей жене брата. Что ей обещала Жади?! А если она не сможет сдержать обещание? А лара Назира – это женщина-вулкан! Взорвется, и разоблачения из нее польются огнедышащей лавой. В доме сида Али царила нервная обстановка. Жади много раз звонила Зорайдэ, но только до тех пор, пока сид Али не намекнул племяннице, перехватив однажды трубку у жены, что ему всё известно, и дал понять, что ошибку надо исправлять. Жади не имела права так поступать. И мать Хадижи только раз попыталась объяснить, почему она сделала именно так: - Дядя Али, рано или поздно Фарид даст окончательный развод Хадиже и отберет у нее сына. Я знаю, что такое для матери лишиться своего ребенка. И не хочу, чтобы мою дочь постигла такая же участь! Если Хадиже придется уехать в Бразилию без сына, пусть ее ждет в Рио второй мальчик. - Но он ведь теперь для всех твой сын, не так ли? О, Аллах, что же ты натворила, Жади! - Дядя Али, но мы-то с Хадижей знаем, чей он сын. Джамиль только по документам – мой, но разве в Бразилии я не верну его родной матери? - Жади, чувствует моя душа, что история плохо кончится. - Нет, дядя, всё будет хорошо, иншалла! После этой беседы Жади избегала звонить в Фес, но зато звонили и Латифа, и Самира, стараясь узнать у Каримы и Зорайдэ новости о Хадиже. А известий от девушки так и не было. Зорайдэ старалась по-прежнему ухаживать за сидом Али и всячески ему угождать, но старик сердился, никак не мог ее простить. - Аллах! Опять Жади играет моей судьбой, как игрушкой. Как же мне быть? – расстраивалась женщина. Но вот однажды в их дом явился сид Абдул. Зорайдэ и сид Али тут же насторожились. Неужели старик что-то узнал? С какими известиями он пришел? - Фатима сбежала от Саида, - выложил старик новость сразу же, едва сел на диван в гостиной. - Как?! О, Аллах, сид Абдул, а что между ними произошло? – схватилась за грудь Зорайдэ. - Ничего не произошло! А вот если бы Саид дал ей после свадьбы несколько ударов плетью, так была бы польза! Но Саид продолжал дарить одалиске золото, покупать одежду, водить по ресторанам, и вот результат! - Как вы узнали об этом, сид Абдул? Нам ничего не известно. Да и Саид вроде бы ещё не вернулся в Бразилию? - Не вернулся. Этим и воспользовалась одалиска! Вам никто не звонил из Бразилии? Я вот шел и думал, что вы можете мне что-нибудь рассказать… Вдруг это Жади помогла ей бежать из города? - Жади?! – в один голос воскликнули Зорайдэ и Али. - Этого быть не может, поверь, Абдул. Жади… помогает Фатиме… бежать? Не смеши, Абдул! – возмущенно развел руками сид Али. Но старик никак не унимался, строя догадки о причинах побега. Али, наоборот, не хотел раньше времени признавать в Фатиме беглянку. - А если молодая женщина – жертва? Ее и украсть могли. - Саид вернется и обязательно сам с ней разберется. Он найдет ее, найдет! – привычно грозил старик указательным пальцем. - Уж насколько была шустра и изворотлива Жади, но и ее Саид всегда находил. И Фатиму найдёт. В гостиную вошла Карима вместе со служанкой из кухни. И пока молоденькая Айша расставляла перед гостем дяди Али закуски в небольших глубоких тарелочках, выкладывала выпечку, наливала ему чай в стаканчик, Карима пыталась сказать, что в дом направляется лара Дуния. - Иди, Карима. Здесь и без тебя разберутся! – гнала ее Зорайдэ, опасаясь, что Карима раньше времени узнает о происшествии у Саида и разнесет новость по медине. - Но я видела ее с галереи второго этажа. - Кого ты видела? – только теперь опомнилась Зорайдэ, поняв, что у Каримы есть другой интерес, и дело вовсе не в Фатиме. - Лару Дунию! Она сейчас будет здесь! Если много-много лет назад при таком сообщении пугался сид Али, зная, что его ждет очередная дикая встряска от младшей жены, то теперь он всего лишь с удивлением наблюдал философскую терпимость приятеля, когда Абдул узнал о приближении жены Дунии. - Что? Зачем шайтан несёт ее в этот дом? – ни к кому не обращаясь, спросил сид Абдул. - Не знаю, она не звонила, - вмешалась Карима. – Дуния как шайтан. Только отличается от нечисти тем, что шайтаны там где-то, - при этом старик неопределенно махнул рукой куда-то в сторону, - а Дуния – она здесь, на медине и в моем доме. О, Аллах, Аллах! Однако упоминание имени нынешней жены навело сида Абдула на мысли и воспоминания о давней женитьбе, а свежая новость о беде племянника – на мысли о побеге той, которую много лет назад он так и не поймал, а затем и вовсе никогда больше не видел! - Я всё ещё не могу успокоиться из-за ТОЙ женщины. - Какой женщины, сид Абдул? – не утерпела Карима, в которой привычно заговорило любопытство. – Вы о Фатихе говорите? - Фатиха? А кто это? - Аллах? Как же так, сид Абдул? Фатиха… так звали жену, которая когда-то от Вас сбежала. - Так ее звали Фатихой? Забыл. И нечего мне о ней напоминать! Он демонстративно отвернулся от Каримы и сказал жене сида Али: - Зорайдэ, я умер бы от стыда, если бы эта женщина посмела вернуться в Фес! Я заболел бы и больше не встал! Старик заявил об этом с таким чувством, держа в затрясшихся руках стаканчик с чаем и зажатую лепешку, что Али и Зорайдэ переглянулись, им стало его жалко. - Сид Абдул, стоит ли переживать из-за того, чему никогда не произойти? – попыталась успокоить его Зорайдэ. - Жива ли та женщина? Судьба унесла ее далеко от вас. «Как бы не так», - ухмыльнулась Дуния, незаметно войдя в комнату некоторое время назад, встав в сторонке и уже успев обдумать, как следует поступить. Если Абдул уверен, что ему будет очень плохо, то она, лара Дуния, непременно воспользуется его страхами! Ведь она до сих пор не сумела воздействовать на него, чтобы заставить дать ей развод. Возможно, с помощью «призрака из прошлого» у нее всё получится?! «Сегодня же приведу Фатиху в дом Абдула. Ее могут опознать и Али с Зорайдэ, и соседи с рынка, которые торгуют здесь с незапамятных времен, т.е. все, кто видел жену Абдула много лет назад. Знала бы, так уже привела бы бывшую законную жену», - хитро сощурив глаза, бормотала она себе под нос. Дуния прошла в гостиную и поздоровалась. Но Абдул замахал на нее руками. - Одалиска, мне не до тебя! Возвращайся домой и готовь ужин к моему возвращению. Хочу суп хариру! Иди, Дуния! Иди! Дуния, которая рассчитывала на гостеприимство, закряхтела с досады, но ушла, зыркнув глазами на Кариму. Та улизнула следом за ней, но Абдул и Али, занятые спором, этого не заметили. А Зорайдэ видела и поняла, что Карима неспроста пошла вслед за Дунией, но не успела помешать. Дуния же, едва покинув риад бывшего мужа, начала прикидывать, насколько вероятна смерть Абдула от внезапной встречи с бывшей женушкой. Между прочим – с беглянкой, которая смогла оставить Абдула «с носом». Дунию приятно грела мысль, что скоро может стать вдовой. Стоило обдумать, на что претендовать после смерти сида Абдула. Семьи у него не было, но жили в Бразилии и в Марокко его многочисленные племянницы и племянники, престарелые двоюродные братья и сестры. - С ними мне придется бороться после суда. Но надо верить в то, что судьба окажется милостивой. И тогда… Дом Абдула, что мне достанется, отремонтирую, слуг переведу в другие семьи, оставлю только Юнуса и молодую девчонку с кухни. Она самая шустрая. Нурию выгоню. Пусть Али ее к себе забирает. Будет подружка для Зорайдэ, - размечталась раньше времени лара Дуния. Проходя мимо ювелирной лавки, она снова предалась мечтам. - Деньги у Абдула наверняка водятся. Он их никуда не тратит, а после его смерти их получу я. Вот тогда и накуплю себе золота, какого захочу. Но придется выждать положенный срок. Буду вынуждена вдоветь… Не так уж всё плохо, - порадовалась, но и успокоилась она. Однако, немного вернувшись, она зашла в лавку ювелира, не смогла отказать себе в удовольствии от предвкушения будущих покупок. Ей в глаза тут же бросились золотые пояса внушительного вида и веса. Цепким глазом она отметила, какие ожерелья она могла бы купить, окажись деньги в ее руках прямо сейчас. Но в кошельке лежала мизерная сумма, которой не хватило бы даже на самый тонкий браслетик. Размечтавшаяся о золотых украшениях Дуния заставила себя уйти из ювелирной лавки. На улице она решительно огляделась: ей предстояло пойти на рынок, в ту часть медины, где с недавних пор промышляла мелкой торговлей женщина из прошлого сида Абдула. Как долго искала ее Дуния! Но все-таки напала на ее след, проведя настоящее расследование, узнав, что имя ее – Фатиха. Казалось бы, как можно найти столько лет спустя человека, который не желает, чтобы о нем вспомнили, но Дунии удалось. Оказалось, что беглянка после многих лет скитаний, спустя полвека вернулась в Фес. Такая же высокая, с пышными формами, только теперь немного сутулая, постаревшая, конечно, чего, однако, под никабом разглядеть было невозможно. Дуния, отыскав Фатиху, долго, несколько недель наблюдала за ней издалека, не знакомясь, чтобы не спугнуть раньше времени. Ведь женщина вернулась в город после совершенного несколько десятилетий назад преступления, надеясь на то, что о ней уже никто не помнит. - А может быть, хабиби Абдула уверена, что его и на свете уже нет? Но Аллах его хранит. Вот если только я подтолкну события! Дуния продумала свои действия. И вот пришло время поговорить с Фатихой. И не просто выяснить, что тогда случилось с ее слов у них с Абдулом, где и как жила женщина эти годы, зачем теперь Фатиха вернулась в родной город, но и для того, чтобы привести беглянку к сиду Абдулу. Дуния пока не представляла, как ей удастся уговорить старуху, но была уверена, что сумеет. Плохи у несчастной дела, если она не побоялась вернуться в город. Значит, тому есть причина. Сколько Дуния к ней ни присматривалась, сколько осторожно ни узнавала о ней у торговцев, но о муже ее ничего не слышала, сама его не видела. Однако Дуния помнила, что сбежала жена Абдула не одна, а с мужчиной. Так где же он? Бросил ее ещё тогда? Уже умер? Какая судьба ждала лару Фатиху, бросившую молодого красавца Абдула? А ведь Нурия и сейчас не нахвалится, каким замечательным и красивым сидом был Абдул в тридцать лет! Не жалеет ли Фатиха о своем поступке? Впрочем, такая лирика не была присуща ларе Дунии. Ей было просто любопытно. И хотелось учесть все нюансы, когда придет час явить взору Абдула сию женщину. Вредного старика, так обманувшего ее ожидания, нужно ударить побольней, так, чтобы потом не поднялся. И быть ей тогда вдовой. Но как сделать, чтобы не задержалась гостья в доме бывшего мужа? А то ещё и хозяйкой себя возомнит, если старик расчувствуется и решит возвратить ее в семью. Это было маловероятно, даже невероятно, но Дуния учитывала все варианты. Тогда, много лет назад, Абдул ведь не проявил жестокости, а теперь, когда пролетело полвека, боль наверняка прошла. Вдруг – простит?! Мало ли что он говорит об упущенной порке! Плеть он повесил в доме на видном месте! Нурию послушать, так любовь ослепила Абдула и разума лишила, когда он только женился на Фатихе. Племянник Саид таков же: много раз прощал Жади. Вот и ещё одна жена от него сбежала – ведь с этой новостью старик явился в дом приятеля? И вновь Саид найдет свою Фатиму и простит ей побег. Это любимая жена в его гареме. А Саид пошел в дядю, значит… Размышляя о ларе Фатихе, Дуния добралась до сука, где в одной из палаток среди женщин сидела и та, за которой она явилась в эту часть медины. Оглянувшись, т.к. весь путь ей казалось, что за ней следят, кто-то смотрит ей в спину, убедившись, что не видит в уличной толпе знакомых лиц, Дуния что-то шепнула расположившейся с краю женщине, та встала и подошла к старухе, сидевшей с почти совсем закрытым лицом. Дуния вышла из палатки, а следом выбралась на улицу и Фатиха, удивляясь, что за женщина поджидает ее для разговора. - Да благословит тебя Аллах, Фатиха! Ты всё такая же. Нисколько не изменилась! – нагло начала разговор, приветливо улыбаясь, лара Дуния, которая была моложе предшественницы на добрых полтора десятка лет. Она не могла быть лично знакома с первой женой сида Абдула, т.к. была ещё ребенком, когда он взял в жены Фатиху. И жила лара Дуния в детстве не в Фесе! - Кто Вы? – с испугом отшатнулась от Дунии женщина. Она невольно подхватила по бокам джеллабу, как если бы приготовилась сбежать в случае опасности. - Ээээ! Откуда же нам знать друг друга?! Но я о тебе наслышана. Мне известно, что ты была женой сида Абдула. А теперь я его жена. Но меня мучает вопрос, единственная ли я жена сида Абдула или все-таки только вторая. Развелся Абдул с тобой или нет? - Нет, не развелся, - солгала женщина. - Даааа?! А вот лара Нурия утверждает, что Абдул дал развод. И Зорайдэ – жена сида Али, тоже говорит, что Абдул при ней и Нурии трижды прокричал тебе «Талак!». А разве ты не вышла замуж? Мне рассказывали, что ты сбежала от мужа с мужчиной! - Сбежала? Не так всё было, - горячо заговорила беглянка, глаза ее заблестели в прорези никаба. - О, Аллах, Аллах! А как? – насмешливо поинтересовалась Дуния. - Он мне «талак» прокричал, это так. Только ведь «талак» - это не окончательный развод. И не третий развод это был, а только первый. Да, я сбежала из дома, но кто докажет – с кем? Мало ли что люди говорят! И пусть Аллах накажет сплетников за клевету! - Хм…Хм… Твоего любовника видели Нурия и Зорайдэ! – не зная правды, наугад бросила Дуния. Женщина расхохоталась под никабом. - Нурия? Аллах, Аллах! Она влюблена была тогда в Абдула, только он на служанку и не смотрел. Меня полюбил, как только увидел, когда сватать пришел. - Так расскажи мне правду, - приблизилась к ней и зашептала лара Дуния. – Кому теперь до этого дело? А мне интересно узнать всю правду о муже. Я ему досадить хочу. Вот если бы ты согласилась пойти со мной в мой с Абдулом риад, то я потом тебя чем-нибудь отблагодарила бы. Расчет был сделан верно: бывшая жена Абдула тут же отозвалась: - Не в твой риад, а в наш! Я так и не получила от Абдула окончательный развод. Ушла, не пробыв в его доме трех положенных месяцев. А зря поторопилась. Ведь я оказалась беременной, когда ушла из дома мужа, - призналась она. - Что? Абдул стал отцом? И кто у него? Сын? – забросала вопросами одалиску ошеломленная Дуния. Но Фатиха уже пожалела о сказанном. - Неважно! Аллах, если бы я знала! Из-за этого ребенка меня бросили на произвол судьбы… Дуния жадно слушала признания Фатихи. Понятно, кто ее бросил: ТОТ мужчина, бывший жених. Да как она вообще могла ему довериться? Наверно, ум потеряла от любви, не иначе. Кому нужна женщина, выданная замуж за другого? - Так кто родился, иншалла? - Кого мне Аллах послал, того уже нет на этом свете. - А внуки есть у тебя? – решила немного схитрить Дуния. Ведь Фатиха думает о внуках, как только о СВОИХ, не вспоминая, что они и внуки Абдула тоже. – Где они? - Живут себе…, - туманно ответила Фатиха. - Так чего ты их бросила, а в наших краях оказалась? Аллах! Расскажи же мне, может, я помочь смогу. - Значит, есть причина, - призналась женщина. Она неуверенно взглянула на жену бывшего мужа, и Дуния уловила в ее глазах робкую надежду. Но слишком недоверчива и не уверена в себе была Фатиха. И ведь права: а ну как сид Абдул решит вспомнить прошлые обиды и наказать несчастную? - Вот что, Дуния, - вспомнила она имя жены Абдула.- Ты ведь Дуния? Мне так люди сказали. Как видишь, и я успела о тебе кое-что разузнать. - Зачем? - Как и тебя, меня одолело любопытство. Есть ещё кое-что. Очень мне хочется побывать в бывшем доме мужа. Простил бы меня Абдул, так и вернулась бы к нему, - задумчиво произнесла Фатиха. - Что?! – неприятно изумилась такому повороту событий лара Дуния. Но спохватилась, что рано себя выдает. – Ты хочешь вернуться в дом? А что? Возвращайся. Будем с тобой жить, как сестры. Дунии было выгодно, чтобы Фатиха ей поверила. - Вот только примет ли тебя Абдул? Полвека прошло после твоего бегства. - Думаешь, он меня наказать захочет? – дрожащими пальцами поправила на лице ткань никаба женщина. - Может и наказать. Плетка всегда висит на видном месте. Сколько ударов плетьми полагается сбежавшей от мужа одалиске? Да ещё к любовнику! - Какому любовнику? Какому ещё любовнику? – пошла на попятную Фатиха. – Я беременной была, вот и вела себя, как безумная, не понимая, что со мной. - Ладно, это неважно теперь. Аллах! Фатиха, а скажи вот: ты ушла с пустыми руками, или шкатулку с золотом с собой унесла? Интересно мне. Нурия сказала, что когда тебя увели родственники, то в руках ты унесла шкатулку с махром. Женщина замерла. Именно – замерла, как будто Дуния выстрелила и метко попала в цель. «Дело в золоте», - осенило Дунию. Нет, не было никакой шкатулки. Или пустую унесла. А золото у нее Абдул отобрал. Где же оно? Но ничего этого Дуния говорить не стала, наоборот – решила раззадорить соперницу. - Нашла я красивейший браслет в комнате, которую сид Абдул после этого велел заколотить досками. До этого он просто запретил всем в риаде туда заходить. А я вот полюбопытствовать решила, заглянула, когда он в отъезде был, да и открыла шкаф. А там – и свадебное платье, и узел с какой-то одеждой…, и браслет – золотой, широкий, украшенный драгоценными камнями, я обнаружила. Себе забрала, конечно. - Забрала?!- возмутилась Фатиха и хрипло добавила: - Он – мой. - Может быть, и был твоим, но стал моим. Поговори с Абдулом, возможно, он тебе его и отдаст. А то ведь недолго браслет красовался на моей руке. Абдул решил устроить для себя развлечение: заставляет меня рассказывать сказки из «1000 и 1 ночи», а сам критикует, всё ему не так. За хорошо рассказанную историю дает мне браслет поносить один день, вечером снова отбирает, если ему новая сказка не понравится. - Мне нужно поговорить с Абдулом. Но сделать так, чтобы никто не узнал о том, что я была в его доме. Не хочу попасть в его руки. Дуния раздумывала, какие цели могут быть у Фатихи. И почему ее так возбудил вопрос о шкатулке? Неужели решила потребовать вернуть золото? - Фатиха, тебе без меня не справиться, чего бы ты не замышляла. Поделись со мной, решим к обоюдной выгоде, как быть. Женщина некоторое время раздумывала. Дуния стояла рядом и наблюдала, как менялось выражение глаз у бывшей возлюбленной Абдула. Лица под никабом было не разглядеть. А никаб-то какой старый и потертый! Даже грязный, можно сказать, давно не стиранный! Дуния обратила внимание на то, что один карман с правого бока на джеллабе надорван, но не зашит. «Совсем нет денег у тебя, вот что!» - пришла к выводу лара Дуния. Но, наконец, Фатиха приняла какое-то решение. - Отведи меня к Абдулу. Я ведь и дорогу помню плохо. Пожалуй, не смогу его дом отыскать на старой медине. - Отведу, и что дальше? Мне какая выгода от этого? Женщина под черной тканью горько усмехнулась, как догадалась Дуния. - Позволю тебе оставить мой браслет, который тебе так понравился. Захоти я, так могла бы и к шейху сходить за советом. Пол Феса и сейчас сможет вспомнить, что тот браслет – мой. Тебе придется его вернуть, если откажешься помогать. - Эй! Эээ-й-й-ей! Фатиха, если хочешь дождаться от меня помощи, так расскажи, что собираешься делать. Я вслепую тебе помогать не стану. - Слушай: Абдул не отдал мне то золото! Махр я от него не получила. Неужели тебе Нурия не рассказала, как я ее обманула, как сбежала из комнаты, где меня взаперти держали до дня порки? Но мне это удалось. А золото я забрала с собой только то, что было на мне. Его я и продавала, и жила на эти деньги долгое время. Потом – работала, работала, работала… Абдул бы позлорадствовал, если бы узнал, как тяжко мне пришлось, как жестоко обошлась со мной судьба. - Ты для него всегда была одалиской – этим словом он тебя вспоминал, - усмехнулась Дуния. - Но теперь ты вдруг решила потребовать свое золото? А почему ты уверена, что Абдул то золото сохранил? Может быть, он его давно продал уже? Абдул-то? Неееет… Сид Абдул не смог бы продать то золото! Оно слишком заметное. Для меня лично заказывалось у ювелира, который ещё при французах здесь держал лавку, а его отец был при королевском дворе самым главным ювелиром. Дуния вспомнила, что на медине шли не так давно разговоры о смерти известного в Фесе ювелира. Да, украшения, сделанные его предками, украшали шкатулки жен марокканских султанов. Она представила, какие украшения могла иметь первая жена сида Абдула, и задохнулась от желания их заполучить. Любым путем. Даже обманом! - Мда… Тебе, Фатиха, без меня не справиться. Но я тебе помогу… За это отдашь мне браслет. Но как отыскать то золото? Думаешь, оно все ещё в риаде Абдула лежит? - О, Аллах! Я точно знаю. Сид Абдул отнял у меня шкатулку перед тем, как запереть меня в той комнате. Грозился превратить комнату в «женскую», закрыть меня там на всю оставшуюся жизнь. А шкатулку он унес с собой. И потом, после побега, я никогда не слышала, чтобы где-то продавалось мое золото. Там были такие приметные украшения, что слух о продаже прошел бы по всему Марокко. Я следила за разговорами. Ни разу за полвека Абдул не продал ни одного украшения! - Точно? Это очень хорошо… Значит, ты сможешь получить их обратно, иншалла! – быстро проговорила Дуния сочувственным голосом, видя, как насторожилась женщина. – Но где же может быть твоя шкатулка? Я обшарила весь дом. В каждый угол заглянула, в каждый ящик и шкаф, во все сундуки. - Значит, тебя Абдул поселил отдельно, не в свою комнату! – сказала Фатиха. – Иначе бы ты давно обнаружила шкатулку. - Да опиши же ты эту шкатулку! Может, видела где-то, но не обратила внимания! - Шкатулка как шкатулка, каких много на медине. Абдул всегда жадным был. Золото купил очень хорошее, а на шкатулку поскупился. Дуния поверила ей безоговорочно – успела сама убедиться в скаредности муженька. - Фатиха, давай завтра я тебя и приведу к Абдулу. А сегодня разойдемся, чтобы я могла сида Абдула подготовить. - Нет, так не пойдет. Дуния, не хочется мне, чтобы ты Абдула предупредила о моем приходе, а он или золото перепрятал, или ты его сама тайно заберешь, отыскав у него в комнате! - Я тебе от всей души помочь стараюсь, а ты? Аллах! – упрекнула Дуния, понимая, что Фатиха далеко не глупа. - Отведи меня к Абдулу прямо сейчас! Как только войдем – сразу проведи меня к нашему мужу. Он и мой муж тоже. Ведь так и не дал мне развод, потому что и идата не было. Значит, я тоже его жена. Об этом и хочу поговорить с ним. А если он захочет снова меня прогнать, то пусть вернет мне мое золото. Дунию что-то смущало в словах Фатихи, но она решила, что ее требования разумны. Разве не так собиралась поступить с Фатихой сама Дуния? Выдать беглую жену Абдулу, а пока он с ней разбирается, припоминая старые обиды, Дуния успела бы подняться в его комнату и всё там обшарить. Золото должно быть ее! Дуния же не получила хорошего золота, какое было подарено когда-то первой жене Абдула. А Фатиха утратила права на него, когда сбежала от мужа. Но она опасалась насторожить Фатиху, поэтому согласилась на её предложение. - Пойдем сейчас же. Он должен быть дома. Я слышала, как он утром велел Нурии приготовить таджин с мясными шариками и баклажаны. - Кюфту Нурия и в молодости готовила очень вкусно, - от удовольствия закрыла глаза Фатиха. – Абдул тогда ещё любил ее стряпню. А я совсем готовить не умела. Баранину не раз пересаливала. Как Абдул сердился! - Мне это знакомо, - отреагировала Дуния. - Как придем, попроси и меня накормить. Поняла? - Попрошу, иншалла. А то ведь Абдул может сразу схватиться за плетку! Или Юнуса позвать, чтобы он и плетку снял с гвоздя, и тебя схватил, - сочувственно сказала Дуния, при этом мысленно пожелав Абдулу схватиться за сердце, а не за плетку. - Нечего стоять, идем! – сказала Фатиха Дунии, уставившейся куда-то за ее спину. - Карима, а ты что здесь делаешь? – громко спросила Дуния, наконец, махнув кому-то рукой. К ним подошла Карима, у которой в руках был пакет с зеленью. - Так меня Зорайдэ на медину за зеленью послала! – ответила любительница сплетен. Дуния ей не поверила: ясно же, что Карима за ней следила, возможно, даже – по указанию сида Али. Но она сделала вид, что верит. - Вижу, зелень ты разную накупила. Карима, не скажешь, сид Абдул уже ушел от вас? Он у себя дома или мне солгали? Уже звонят, интересуются, где я, что делаю! Нельзя уж и по медине прогуляться, с приятельницами поболтать, - наигранно сердилась она. Кариму обмануть было не сложно. Она тут же призналась: - Так и мне несколько раз позвонили! Я уж думаю, что сотовый телефон лучше не брать с собой. Изобрели на свою голову! Никуда не скроешься, везде достанут. Телефон-то всегда теперь ношу при себе! - Так что, Карима, ушел Абдул домой, или у вас сидит, а мне врут, что он дома, чтобы меня с медины прогнать? - Дома он, точно – у себя дома! Я его сама на медине видела, как он мелькнул между домами на соседней улице. - Аллах, Аллах! Надо спешить! А то опять мне от Абдула попадет. Проводи меня, подруга. Нам ведь по пути? – обратилась она к стоявшей рядом высокой грузной женщине в неопрятной джеллабе с закрытым черной тканью лицом. – Карима, ты иди. Некогда мне с тобой болтать. Карима постояла ещё некоторое время, глядя в спины удалявшимся женщинам. Что-то знакомое виделось Кариме в женщине, которую Дуния представила просто знакомой. И вообще: Дуния вышла из риада сида Али, но пошла не домой, а свернула в другой район города. Карима так долго шла за ней, что испугалась: ненароком и сама заблудится в нескольких тысячах улиц Феса, если окажется в незнакомом районе! Но Дуния шла уверенно, она не прогуливалась по медине, а куда-то стремилась попасть. Карима почти не сомневалась: раз сид Абдул заговорил о бывшей жене, то Дуния тоже могла подумать о ней. Тем более, что они вдвоем столько дней собирали про нее сведения. Вот только Карима не знала, встретилась Дуния с бывшей женой сида Абдула или нет. Но теперь до нее дошла истина: так вот же Фатиха! Это она и есть! Так вот кто шел теперь рядом с ларой Дунией! Карима поняла, всё поняла! Это была ТА женщина, беглая жена сида Абдула! - Дядя Али должен знать, что Дуния ведет к сиду Абдулу первую жену! Карима больше не стояла на месте – припустила к дому сида Али, забыв о том, что в кармане ее джеллабы лежит сотовый телефон, недавно подаренный дядей Али ей, как и всем остальным слугам. Ей стоило сделать только один звонок и рассказать дяде Али новость, но она не позвонила. Почему? То ли Карима забыла о телефоне, то ли ей хотелось увидеть реакцию сида Али и Зорайдэ на сообщение о трагедии, которая вот-вот разыграется в доме приятеля сида Али. А разве по мобильнику это поймешь? …Дуния не теряла времени даром: по дороге в риад мужа подробно расспрашивала Фатиху о золотых украшениях, которые когда-то принадлежали той как подарок к свадьбе. Несчастная была уверена, что и до сих пор они ее собственность, но Дуния пока не собиралась разубеждать в этом Фатиху. - …Там есть ещё одно украшение! Машалла, какое же оно чудесное! Состоит из ажурных пластинок, золотых шариков и подвесок. Аллах, Аллах! Оно так и стоит у меня перед глазами! - Неужели так много золота тебе Абдул подарил на свадьбу?! - Он отвел меня на медину, на рынок золота, и позволил выбирать столько украшений, сколько мне захочется, - снисходительно призналась Фатиха. Дунию же передернуло от ее слов. Как?! Сид Абдул первой жене позволил выбрать много дорогих украшений, а ей досталось всего ничего?! Дуния получила немного никудышного золота, которое Абдул согласился купить потому, что такое решение вынес шейх после того, как Дуния сходила в мечеть и пожаловалась на несправедливого мужа. «Ничего, и ТО золото моим станет!» - утешала она себя, опасаясь только одного: успела ли Карима позвонить в дом сида Али? Или прежде всего предупредила старика Абдула? Стоит ли уже Нурия на страже интересов хозяина? Точнее – беспокоясь о его здоровье? Как сделать так, чтобы у Фатихи было время на поиски шкатулки с золотом? А потом ее можно и схватить, и золото забрать… 21. Часть 21. Глава 21. Сид Абдул снова женится! Однако в риаде их встретили спокойно. Юнус открыл Дунии дверь, впустил во двор риада обеих женщин, а сам вернулся к работе под навесом. Женщина в никабе растерянно замерла посреди двора. - Идем же! Идем! – поторопила ее Дуния. Женщины вошли в дом. Дуния уверенно прошла в огромную комнату, служившую сиду Абдулу и гостиной, где он принимал гостей, и местом, где он обычно ел. Вот и теперь он заканчивал обедать. Дуния обнаружила его сидящим за столом перед опустевшей сковородой от таджинницы, рядом стояли полупустые чашки с соусами, закусками и приправами, которые тоже были отведаны хозяином дома. А лара Нурия наливала в стакан чай, высоко подняв носик чайника, чтобы образовалась крепкая пена. Зеленые листики мяты при этом забавно дергались в стакане. - А печенье ты испекла, Нурия? Испекла? – беспокоился старик. - Испекла, сид Абдул, - успокоила его Нурия. - Слава Всевышнему, что в доме работает такая заботливая женщина, как ты. И почему я на тебе не женился? - Сид Абдул! – отмахнулась, как обычно, лара Нурия. Старик не успел взять стакан, только протянул за ним руку, как Дуния решила напомнить о себе. Она громко захлопала в ладоши. - Сид Абдул, ты горюешь, что не женился на Нурии, но ты забыл, что у тебя уже была в молодости жена Фатиха. Она решила с тобой повидаться. Фатиха, снимай никаб, ты дома, Абдул – твой муж. Говоря это, она повернулась к пришедшей вместе с ней спутнице. И та уверенно и быстро стянула с головы черный платок, замотанный так, что до этого были видны только ее глаза. Надо ли говорить о том, что Абдул и Нурия замерли, не веря ни услышанному, ни увиденному. - Нурия, может быть, сразу врача вызвать? А то я вижу, что твой хозяин так рад возвращению беглой жены, что не может слова сказать, - ухмыльнулась Дуния. - Это ТЫ?! – очнувшись, хрипло зарычал сид Абдул. – Змея! Одалииииска! Как ты посмела явиться в мой дом?! - Меня пригласила твоя жена, Абдул, - спокойно и уверенно ответила женщина, оглядывая с интересом комнату, в которой оказалась. - А здесь так ничего и не изменилось за полвека! - А ты чего ждала, одалиска? Аааааа! Теперь-то я с тобой разберусь, - прищурив глаза, заявил о намерениях сид Абдул. – Теперь ты никуда не денешься. - Сид Абдул, я поговорить пришла. О внучках ваших. О дочери, которая не дожила до этого дня, чтобы увидеться с родным отцом. Да и золото вы должны бы мне вернуть. Ведь дали мне первый развод, а без махра оставили. - Махр я тебе должен, вот как? Аллах, Аллах! Какая наглая женщина! Что ты ещё хочешь от меня получить? - Покормить прикажите и в комнату мою меня проводите. Пусть полвека спустя, но я к вам вернулась, т.к. не уверена, что получила развод. Я и раньше бы пришла, но меня обманули – сказали, что вы скончались ещё двадцать лет назад. И я поверила. - Аллах! Наглость какая! Кобра… Змея… Да сократит Аллах твои дни и подвесит тебя за лживый язык! – сжав кулаки и потрясая ими, кричал сид Абдул. – Какие внуки? Какая дочь? У меня нет детей! А те, которых ты родила от любовника, мне не внуки и не дети, одалиска! Лара Нурия, которой тоже стало нехорошо от пережитого стресса, теперь вновь думала не о себе, а только о сиде Абдуле. - Сид, успокойтесь, сид! Нельзя так нервничать. Пусть она себе болтает, что хочет. Позвать Юнуса, чтобы он прогнал эту одалиску? Но старик вдруг утихомирился и явно о чем-то задумался, а женщина стояла и ждала решения бывшего мужа. - Нурия, отведи эту одалиску в ее комнату, а потом отнеси ей еды. Затем позови Юнуса, пусть придет. Удивленная его повелениями старуха подчинилась и повела Фатиху на второй этаж. Лара Нурия могла бы обидеться за хозяина, решить, что у него не в порядке с головой, но она слишком хорошо изучила старика, чтобы не понять: сид Абдул что-то замышляет против беглой жены. И имеет на это право! Нет, он давно был разведен в Фатихой, она подзабыла некоторые подробности из прошлого, если думает иначе. Но если она ведет сейчас какую-то игру, почему бы не дать сиду Абдулу ответить тем же, иншалла? Когда женщины покинули комнату, старик согнутым указательным пальцем подозвал к себе лару Дунию. - Давай-ка поговорим, одалиска, зачем ты привела ко мне эту змею. Аллах, Аллах, где ты ее отыскала? То, что мне не удалось сделать за почти пятьдесят лет, ты провернула за полгода, которые я на тебе женат! Дуния самодовольно усмехнулась. - Да ты, Абдул, не знаешь, на что я способна! Не вернул меня сиду Али – теперь расплачивайся. Будешь жить с Фатихой. Она уверена, что развода не получала. - Хе-хе! Глупая ты, Дуния! Ты ведь теперь станешь только второй, иншалла. - Да? А я вот думаю, что не буду, потому что ты, сид Абдул, дашь мне развод и вернешь меня сиду Али – всё сделаешь так, как вы с ним когда-то договаривались. - Вот как? – только и смог произнести сид Абдул, а потом мягко откинул голову на диванные подушки и уже с них соскользнул на ковер, расстеленный на полу. Упал лицом вниз и замер. Дуния настороженно подождала немного, а потом громко позвала: - Юнус! Нурия! Сюда, сиду Абдулу плохо! Умер он, кажется! Она подошла к окну, выходившему во внутренний двор, и увидела Юнуса, который стоял, подняв голову и прислушиваясь, не показалось ли ему, что кто-то звал его из дома. Дуния замахала ему руками, призывая бежать в дом. - Скорее, Абдулу плохо! Врача нужно позвать, быстрей! Если не позно… Но от лестницы уже спешила молоденькая служанка, еле ковыляла и перепуганная Нурия, изо всех сил стараясь добраться до хозяина. - Телефон! Там на листке – как вызвать врача, - заполошно командовала она растерявшейся девчонкой. - Пойду и проверю, что с гостьей, надо и ей сообщить, - деловито кивнула Дуния, решив, что Абдул вот-вот испустит дух, если это уже не случилось. Неужели она вот так просто стала вдовой? Стоило всего лишь привести к Абдулу его потерянную одалиску! Теперь Дуния новыми глазами посмотрела вокруг. - Надо сказать Нурии, что вазу, которую так любил Абдул, надо убрать в кладовку. Мне она никогда не нравилась. Да и вообще - здесь многое предстоит переставить и отремонтировать. И я этим непременно займусь, - сказала она себе. Дуния торопилась в комнату сида Абдула, опасаясь, что Фатиха воспользуется суматохой и отыщет сохраненную с давних лет шкатулку с золотом. Уж кому, как не Фатихе, знать, куда муженек мог спрятать шкатулку? Теперь она сожалела, что привела женщину в дом. Поторопилась! Надо было оставить ее на медине, прямо среди улицы, а самой вернуться домой и отыскать шкатулку. Не побежала бы Фатиха следом за ней? Она могла бы сама тайком от Абдула вынести шкатулку из комнаты, а потом уж могла бы и привести беглянку, чтобы довершить дело. А то ведь и золото ей достанется, и ещё и вдовой старика ее объявят, вот и делись с ней наследством. Одной жене больше достанется, чем двоим. А Фатиха - женщина не робкого десятка. Она своего не упустит. Вот только Дуния не могла припомнить, чтобы за полгода проживания в доме сида Абдула она хоть раз видела шкатулку в комнате старика. Неужели она не заглянула бы в нее?! Не врет ли Фатиха? Но когда Дуния добралась почти до верха лестницы, у нее за спиной раздались хриплые крики старика. Он спорил с Нурией и Юнусом. - Нет, не вызывайте врача! Какой ещё врач? Аллах, Аллах! Звоните сиду Али! Пусть немедленно идет ко мне. И Зорайдэ захватит с собой, и Кариму с Ахметом. - Хм, и так тоже не плохо, - обрадовалась Дуния, решив, что теперь-то уж старик даст ей развод и вернет ее сиду Али. А что? Лара Дуния не ожидала, что Абдул, едва увидев пропавшую, но теперь вернувшуюся одалиску, тут же предложит ей комнату и еду. Ему и в голову не пришло ее наказывать. Чудеса. Наверно, старый греховодник все ещё забыть не может юную и красивую Фатиху, спелый персик, которым он так и не успел насладиться в свое время. И до него ещё не дошло, что под дряхлым никабом и поношенной джеллабой прячется давно уже не персик, а сушеный урюк, который и свалился ему в руки. - Будет теперь, кому рассказывать сказки Абдулу, - с иронией подумала Дуния, направляясь к комнате, которая сначала находилась под запретом, а затем и вовсе было велено Юнусу ее заколотить. Но возле двери Дуния обнаружила оторванные доски, которыми была ещё утром заколочена дверь. - Кто же успел их сорвать? Юнус во дворе возился, пока я не позвала. Неужели у Фатихи так много сил и такое желание оказаться в бывшей комнате, в которой, кроме слоя пыли, и нет ничего, что она сама оторвала доски? – не могла не удивиться лара Дуния. И ей было все равно, что женщина, вернувшаяся домой несколько минут назад, уже вела себя как хозяйка. - А мне-то что? Я получу развод и вернусь к отцу моих сыновей. А Абдул пусть воюет с Фатихой, и Нурия тоже начнет действовать против нее. Вот и пусть. Фатиху она нашла в комнате. Женщина была вся в пыли, стояла, схватив в охапку свадебное платье, которое однажды рассматривала и Дуния, а потом вернула на место. Беглянка осматривалась по сторонам, будто что-то припоминая. Волосы ее были растрепаны, запачканы паутиной, пылью, в волосах запутался мусор. - Что ты ищешь в шкафу? Я там всё обследовала – ничего не нашла, - снисходительно сказала лара Дуния, открыв дверь и с порога наблюдая за гостьей. Фатиха недовольно и как-то зло посмотрела в ее сторону. - Пытаюсь навести здесь порядок. Как здесь жить-то? - А ты и остаться решила? Не боишься, что Абдул начнет припоминать грехи и накажет тебя? - Нет, и ты выйди, не мешай мне. Лучше попроси еду мне принести. Дуния была удивлена такой неприветливостью. «Ах, ты, не успела вернуться, как уже строишь из себя первую жену? Пусть тебе Нурия несет еду, а не я. У меня есть дело поважнее, чем тебе прислуживать», - рассердилась Дуния и молча выплыла из комнаты. Ничего, ей недолго быть второй женой у Абдула. Пусть и станет она второй женой у сида Али, но зато какие удобства, какой к ней престиж вернется! А ЭТА пусть делает, что хочет. Однако Дуния решила заглянуть в комнату Абдула, поикать шкатулку. Она не заметила, чтобы возле Фатихи находилась какая-нибудь шкатулка. В той комнате и спрятать ее некуда было бы. А дверцы шкафа были распахнуты, на дне, кроме развязанного узла с полуистлевшей одеждой, ничего больше не было. - А помнит ли Фатиха, где украшения? Может быть, про шкатулку она мне солгала? Почему у нее был такой вид, как будто она что-то искала в комнате? Войдя в комнату сида Абдула, Дуния прислушалась: нет, в коридоре не было слышно тяжелых шагов грузной Фатихи. А ведь когда одалиска поднималась с Нурией по лестнице, то показалось, что дом затрясся. Дуния обежала комнату, заглянув в шкаф, в старый сундук, который легко открылся, но под заскрипевшей крышкой шкатулки не оказалось. Пахнуло оттуда старой ношеной одеждой, которую старик не позволял выбросить. - Где? Где может быть шкатулка?! – уперев руки в бока, тяжело дыша, вопрошала саму себя Дуния. А ведь у нее есть только эти минуты, пока с Абдулом возятся слуги перед приходом врача. Потом его приведут в эту комнату, Абдул устроится в постели, с ним будет сидеть Нурия, ухаживать за больным, окружит Абдула заботой так, что Дунии придется бегать с этажа на этаж то за одним, то за другим, а чтобы рыться в его вещах - и думать не придется. Но где же можно спрятать шкатулку с золотом? Если верить описанию украшений, так их у Фатихи должно быть много, ведь она всю дорогу описывала золото – ожерелья и пояса, многочисленные цепочки, браслеты, серьги, кольца, броши, заколки… Шкатулка должна быть внушительной! Дунии в голову не приходило, имеет ли она право на чужое золото. Тем более, что вернулась его настоящая хозяйка. Но Дунию так обуяло желание завладеть украшениями, достойными королевских особ, что это затмило её разум. Тем временем, сид Абдул уже поговорил по телефону в сидом Али, который ему сам и позвонил, узнав новость от Каримы. Не успел предупредить товарища о появлении бывшей женушки, которую нашла и решила привести в дом лара Дуния. - Змея… Змея…, - только и повторял зачарованно сид Абдул. Нурия не могла понять, кого он имеет в виду: Дуния ли змея или Фатиха? Но она заботливо подложила ему под спину подушку, подала горячий чай с мятой, которая успокаивает нервы – всем это известно. Теперь сид больше не нервничал, пил чай и ждал появления сида Али и Зорайдэ. Кариму он просил тоже привести. Лучшего рупора о том, что он намеревался сделать, и быть не могло. Сид Абдул желал, чтобы вся медина узнала, как он расправится с опозорившей его много лет назад женой. А в доме тем временем туда-сюда по-хозяйски шастали две жены. Нурия понесла еду Фатихе в ее комнату, намереваясь поговорить. Она хотела предупредить одалиску, что не позволит издеваться над сидом Абдулом. Разочаровавшись в поисках, Дуния спустилась вниз, разминувшись в коридоре с Нурией. Пока ТА особа будет кушать, в кабинет не сунется – понадеялась несостоявшаяся вдова. Ведь и Нурия не позволит ей зайти туда. Дуния обнаружила сида Абдула сидевшим на диване, вполне окрепшим после пережитой встряски. - Как себя чувствуем, сид Абдул? Когда явится сид Али, будут силы сказать мне трижды «талак»? - Скажу, ищи четверых свидетелей, - опять удивил ее сид Абдул. - Значит, я получу развод? – обрадовалась Дуния. - Непременно получишь, иншалла, - сердито бросил Абдул и отвернулся в сторону. Девчонка с кухни тут же подала ему новый стаканчик с мятным чаем, а он смахнул рукой крошки с рубашки, выглядывающей из-под светлой полосатой джеллабы. Дуния была так рада, что не могла сообразить, каких свидетелей ей искать. А ведь есть Юнус, Нурия, придут Али и Зорайдэ. Это уже четверо! Карима непременно тоже увяжется за ними. Абдул упоминал и об Ахмете. Свидетелей достаточно! …И вот уже в комнате рядом с Абдулом сидит на диване сид Али. Рядом стоит Зорайдэ. Карима вертит головой во все стороны с преогромным любопытством, пребывая в предвкушении скандальных событий. Ахмет же спокоен: Стоит у нее за спиной, понурив голову и сложив руку на руку перед собой. Деятелен только Юнус: принес лестницу, чтобы снять со стены семейную реликвию - плетку. Так приказал хозяин. - Где Нурия? Где одалиска? Скажите, чтобы обе пришли! …А тем временем Нурия отдала Фатихе поднос с едой и, постояв рядом, поглядев, как жадно ест женщина, она дождавшись, когда можно будет высказать нежданной гостье всё, что накопилось у Нурии за долгие годы после побега Фатихи. После того, как Фатиха поела, молча, не реагируя на упреки Нурии, она также молча вернула пустой поднос с единственной опустевшей чашкой. То, что Фатиха не посмела возражать, привело Нурию к выводу: одалиска решила остаться в риаде во что бы то ни стало! Тогда Нурия сделала вид, что уходит. Дверь в комнату осталась приоткрытой. Верная служанка сида Абдула решила понаблюдать за когда-то предавшей мужа женщиной. И не ошиблась. Фатиха повела себя странно: несколько раз прошла вдоль стен комнаты, то ли просто опустив голову, то ли рассматривая что-то внизу каждой стены. Потом, как будто сориентировавшись и что-то припомнив, она подошла к стене напротив двери, присела на корточки и вдруг резко ударила кулаком в стену – там, внизу, у самого пола. Нурия громко ахнула, но женщина даже не оглянулась в ее сторону. Встав на колени, Фатиха начала возиться внизу стены, куда пришелся удар, но Нурия не могла рассмотреть, чем она там занимается. И только когда женщина поднялась и отряхнула от грязи и пыли какой-то сверток, Нурия догадалась, что Фатиха добралась до тайника, сотворенного ею же самой много лет назад. Нурия понимала, что совершившую не один харам беглянку необходимо наказать. Задержать! Но женщина догадалась, что последует дальше. Ведь Фатиха, которая и не подумала снять с себя уличные одежды, кроме никаба, снова набросила на голову платок, но не стала заматывать его, как никаб, а всего лишь прикрыла им голову с растрепанными волосами. - Не сбежишь! – выставив перед собой палку, на которую опиралась во время ходьбы, закричала Нурия, увидев, что Фатиха направляется к двери и вот-вот окажется в коридоре. - Прочь с дороги! Никто меня здесь не удержит! – оттолкнула старуху женщина и устремилась к лестнице. …Тем временем внизу сид Абдул обсуждал с сидом Али появление после многих лет беглой жены. - Тебе, Абдул, решать, как поступить. Но столько лет прошло. Ты не хочешь узнать, не раскаялась ли Фатиха в своем поступке? Не просто так она отыскала тебя? - Что? А чего меня искать? Аллах! Я всю жизнь прожил в Фесе, в этом самом доме. Меня не нужно искать. Но я хочу ее наказать. Мне не давало покоя то, что проступок Фатихи, ее побег остался безнаказанным. …Юнус! Снял плетку? Готовь во дворе место для порки! Вынеси лежак, на котором растянем Фатиху. Думаю, Дунии тоже нужно дать несколько ударов плетью за то, что привела в дом эту женщину. Как подготовишь – позови меня и собери соседей. Пусть знают, что расплата неминуема, каждое преступление всегда бывает наказано! Это было сказано в присутствии лары Дунии, но так, как будто сид Абдул ее не замечает. Дуния выслушала, приподняв брови, но промолчала. Какое ей дело до того, накажет Абдул одалиску или нет? Пусть вдоветь ей уже не придется, зато вернется к сиду Али. А ее, Дунию, он не накажет! Когда Абдул приказал Юнусу привести к нему Фатиху, чтобы объявить о наказании, тогда-то они и услышали крики Нурии откуда-то со второго этажа. Потом с лестницы вихрем слетела Фатиха, крепко прижимая к груди какой-то увесистый сверток. Она пронеслась мимо удивленных таким ее появлением мужчин и Каримы с Дунией, мимо замершей Зорайдэ, а Нурия продолжала кричать: - Держите ее! Хватайте! Не дайте ей снова сбежать! О, Аллах Всемогущий! Но сид Абдул сделал знак Юнусу, чтобы он не преследовал негодяйку. Зорайдэ и сид Али были оглушены появлением женщины, которую они видели последний раз полвека назад. Но постаревшая, грузная, однако - с такими же густыми черными волосами, пусть и с проседью, и жгучими черными глазами, Фатиха была узнаваема. И тут до лары Дунии дошло, почему кричит Нурия. Уж не для того, чтобы оставить при хозяине его одалиску, а потом самой ей и прислуживать, глотая слезы! Дело не в этом… Что за сверток унесла с собой беглянка? Неужели… она нашла свое золото?! - Держите ее, хватайте! Не дайте ей уйти! Аллах! – заорала и Дуния, повторяя слова Нурии, сорвавшись с места с округлившимися глазами и бросившись за похитительницей. Но пробежала она всего несколько шагов, когда за беглянкой громко захлопнулась дверь. Тогда Дуния резко остановилась и повернулась к Абдулу: - Золото! Она забрала свое золото! Абдул, она обворовала тебя! - Совсем Дуния рехнулась из-за золота, - проворчал довольный таким исходом сид Абдул. Он велел Юнусу пойти и закрыть покрепче дверь на медину. И дверь дома тоже закрыть на ключ – пока только до ухода гостей. За Юнусом выскочила и лара Дуния, надеясь настичь обманщицу, которая так ловко ее провела. А потом оба вернулись: взлохмаченная и разъяренная Дуния и Юнус, сжимавший в кулаке большой медный ключ от риада. Дуния немедленно завелась: - Как это понимать, Абдул? Ты всю жизнь мечтал поймать ее, выпороть, а теперь сам же дал ей уйти? Жена Абдула размахивала руками, поверить не могла, что золото от нее уплыло. - Тебе так хочется, чтобы я наказал одалиску? – сощурил глаза старик. - Но золото? Абдул, как же золото, которое она спрятала перед первым побегом? Она достала его из тайника и унесла с собой! За этим она и приходила в твой дом. Ооооо! Аллах, Аллах! – намеревалась сыграть Дуния на жадности сида Абдула. - Какое золото? О чем ты, Дуния? - Спроси у Нурии, она тоже все поняла или увидела, как Фатиха его откуда-то доставала. Да, Нурия, которой удалось, наконец, спуститься вниз, подтвердила, что Фатиха вынула из потайного углубления в стене сверток, отряхнула его и тут же бросилась бежать. Почему никто не остановил ее? - Золото всё время было здесь, в моем доме? Она не забрала его с собой в тот день? - удивился старик. – Не может быть! Так вот почему, Нурия, ты просила ее остановить! А я подумал, что ты испугалась - как бы одалиска не избежала наказания. А дело в золоте. Не может быть! - Может, Абдул, ещё как может, золото было у тебя под боком. И какое золото! - простонала Дуния. - Но это ее золото! Тебе-то какое дело до ее махра? – насупился и прикрикнул на нее старик. - Да? Ее золото? Махр, говоришь? А то, что ты купил ей золото намного лучше того, какое ты купил мне, это справедливо? Ты и мне должен был купить королевские украшения! Ничего, меня утешает, Абдул, что твоя одалиска снова сбежала от тебя. Ты ее опять упустил! Позорище. - Замолчи, одалиска! Юнус, во дворе всё готово к порке? Сбежала одна одалиска, но вторая-то на месте! Веди ее во двор! Хватай и тащи! Но Дуния отбежала подальше от Юнуса, который, и впрямь, сделал шаг в её сторону. А потом лара Дуния как будто вспомнила о чем-то и победоносно посмотрела на сида Абдула. - Она раскрыла мне тайну, Абдул. Рассказала, что с ней случилось после побега. Но я тебе не расскажу, пока ты не дашь мне развод и не вернешь сиду Али. От нее не ускользнуло, как сумрачно переглянулись сид Али и Зорайдэ. «Ничего! Снова привыкнете ко мне. Я готова быть и второй женой сида Али», - подумала Дуния. Но сид Абдул ехидно рассмеялся. - И что же это за тайна? То, сколько раз она выходила замуж после того, как сбежала от меня, мне не интересно. - Дай мне развод при четырех свидетелях, и я расскажу, кого родила Фатиха, когда сбежала от тебя и обнаружила, что беременна! Сид Абдул, ты был отцом. А теперь у тебя есть и потомки. - Что?! – остался сидеть с раскрытым ртом Абдул. Сид Али едва не выронил изо рта трубку наргиле, которым угостил его хозяин дома. Зорайдэ, прикрыв рот ладонью, другой рукой схватилась за намотанный на голову тюрбан. - Сид Абдул, опять плохо? – забеспокоилась Нурия. Но он не обратил на нее ни малейшего внимания. - Ты всё врешь, Дуния. Вы думаете, что я поверю словам ТОЙ женщины? Я слышал, что она сказала про внучек! - Так догони и расспроси ее об этом, - уперлась Дуния. - Или найми людей и отправь их на ее поиски. Но кое-что и я знаю. Но расскажу при одном условии. Ты знаешь, чего я добиваюсь… - Хорошо, Дуния, ты получишь развод. Талак! Дуния, я даю тебе развод… Талак!.. Талак!.. Всё. Теперь ты мне больше не жена. Рассказывай, что тебе стало известно! - Сначала пусть Али меня замуж возьмет! Вот после никяха с ним я и расскажу все остальное, - заявила Дуния. – Даже покажу, где живет одалиска. Сама отведу тебя туда, сид Абдул. - Нет, Дуния, так не пойдет. Пока ты ждешь никяха, Фатиха снова сбежит. Теперь, когда у нее есть золото, мы не сможем отыскать ее. - Смоожете, - радостно сообщила Дуния. – Золото ведь слишком приметное: сид Али, Зорайдэ, Карима, все слушайте! Абдул купил ей украшения, которые были достойны королевских жен. Она мне описала каждую драгоценность. Золото очень хорошего качества, высочайшей пробы! - Что ты несешь, Дуния? С чего ты это взяла? Это ОНА тебе сказала? – горько рассмеялся сид Абдул. Зорайдэ покачала головой. Нурия сердито смотрела на Дунию, которая решила поиграть с сердцем Абдула. Сид Али обратился к скандалистке: - Дуния! Всё, сказанное тобой – неправда. Я видел золото, которое сид Абдул купил невесте на свадьбу. Абдул не был так уж богат, как вообразили родители Фатихи. Он купил много золота, больше, чем договорился его отец с отцом невесты… Но никаких королевских украшений там не было. - Как это? А то ожерелье, которое состояло из ажурных платин с висюльками и бусинами из золота? А другое – с крупными жемчужинами и вставками из… И Дуния начала пересказывать, что ей поведала Фатиха, и чем дальше, тем веселей становилось Абдулу и Али. Они так и не дали ей договорить – хохот душил их. - Дуния, почему ты ей поверила? - А почему вы так смеетесь? – разъярилась женщина. - Лара Дуния, я знаю, почему сид Абдул и сид Али над вами смеются! – влезла Карима. – Газеты читать надо! На той неделе был напечатан подробный список украденного золота, которое принадлежало какому-то коллекционеру старинных украшений. Там не могло быть султанских украшений. Ведь золото султана всегда принадлежит казне султана. А старинных украшения много, да! Карима знает, Карима читала газету! Вся медина обсуждала похищенное золото. Не было там королевских украшений! - Нет, Карима, в наше время все может быть. Журналисты писали, что в похищенной коллекции могли быть украшения из сокровищницы султанов Марокко, - сказал сид Али. Только теперь лара Дуния вспомнила, как собственными ушами слышала обрывки разговоров в лавках на медине о каком-то золоте, об ограбленном коллекционере из Марракеша. Как же она не вспомнила вовремя? Наверно, потому, что газету она не видела, не читала, историей не заинтересовалась – своих проблем хватает! Обрати она внимание на эту новость – и никто не смог бы ее обмануть. - Это что же? Фатиха прочитала газету и наплела мне про чужое золото? А что же было в том тайнике? - Наверно, ЕЕ золото. Ради чего ещё рискнула бы одалиска проникнуть в риад опозоренного мужа? – предположил сид Али. - М-дааа, - протянул сид Абдул. - А я не поверил ее родителям, когда они заявили, что дочка не забирала свой махр. Я думал, что она унесла золото, чтобы жить с тем подлецом на деньги от продажи украшений. Дуния, у которой от перенесенной обиды и досады на собственную доверчивость выступили на глазах слезы, тут же воспрянула духом: - Ха! Она сбежала из твоего дома, Абдул, но не знала, что беременна от тебя! Фатиха оказалась беременной, и когда об этом узнал ее любовник, то бросил ее! И она сама родила ребенка и вырастила. А теперь у тебя есть несколько внучек. - Что? Дуния, это харам, если ты решила солгать, чтобы навредить мне такой клеветой, - предупредил сид Али. А Нурия и Зорайдэ, но, впрочем, Карима тоже – дружно ахали при каждом ее слове. - Сид Абдул, у вас есть внучки! – подхватила радостно сплетница Карима. - Как же так? Сид, где-то живут внучки, а Вы о них и не знаете ничего. - Но кого родила Фатиха? Сына или дочь? Что она рассказала тебе, Дуния? – допрашивал бывшую жену сид Али. - Не знаю! Говорю же – не знаю! Отстаньте от меня! Но дочь это или сын – уже неважно, потому что этого ребенка уже нет в живых. Фатиха мне больше ничего не сказала об этом. Но что у Абдула есть НЕСКОЛЬКО внучек, она проговорилась. - Ее надо поймать и всё разузнать об этом, - сделал вывод сид Али. Абдул, ошеломленный открытием, только поддакивал приятелю: - Надо, надо поймать! Он хмурил брови, нервно сжимая в руках четки. - Девушки могут стать такими же одалисками, как Фатиха! – в ужасе проговорил он, наконец. – Где их искать? Где? Откуда приехала Фатиха? - Я не знаю, - довольным голосом ответила Дуния, переплетая на груди руки. – Абдул, ты всю жизнь воспитывал чужих детей, не зная, что есть собственные внучки… Сид Али, когда наш никях? Когда мы с тобой пойдем покупать мне золото? - Что? Какой никях, Дуния? Я не говорил, что согласен на твое возвращение. - Ты снова меня обманул?! - Брак ваш уже не временный, или ты забыла? Ты сама ходила к шейху. Вспомни. - Аааааа!!!!! Опять! Опять! – затопала ногами лара Дуния, размахивая руками. - Да, опять, - сурово произнес сид Абдул. – Три месяца ты будешь жить в моем доме, как положено по обычаю, соблюдая идду. Потом ты станешь второй женой. - Второй? Как это – второй? – прокривлялась Дуния. – А кто же у нас первая жена? - Я решил жениться. Она и будет первой, - отрезал сид Абдул, совершенно не опасаясь, что Дуния начнет бушевать. И она тут же начала голосить, сорвав с себя платок и пытаясь выдрать волосы с собственной головы! Вот только не она была теперь всем интересна. На нее просто не стали обращать внимание. - Ах!.. Что?.. Как это, сид Абдул?... На ком? – посыпались вопросы от женщин. Сид Али тоже с удивлением повернулся к другу, но не стал спрашивать. Абдул не стал интриговать присутствующих. - Я женюсь на Нурии. И желаю совершить никях как можно скорее. Мы уже в таком возрасте и так давно знаем друг друга, что можно и поторопиться с никяхом. Али, как мне это устроить? А то потом Саид прилетит в Рио, и кто знает, вдруг ему понадобится моя поддержка? Придется лететь в Бразилию. Старик повернулся к верной соратнице. - Нурия, тогда я возьму тебя с собой. Это будет наше свадебное путешествие, как принято у нынешней молодежи. - Нурия?.. Нурия – невеста?.. Сид Абдул женится на Нурии? – не могли прийти в себя Карима и Зорайдэ. А сама невеста была оглушена новостью сильнее всех. Сначала она замерла, потом разрыдалась. - Сид Абдул, Вы сошли с ума? Может, вызвать врача? Жениться на мне? На старой Нурии? Зачем вам это надо? Она горько, безутешно разрыдалась. - И нечего плакать, Нурия, - успокоительно сказал сид Али, понимая, что приятель совершенно серьезен. – Или ты не согласна? - Нурия, если ты мне откажешь, я лучше сразу лягу и умру. Меня Дуния в могилу сведет, если я передумаю и решу вернуть ее после трех месяцев развода. Ведь сид Али не примет ее, иншалла. - Не приму, - твердо подтвердил приятель. - Нурия, ты согласна? Чего ты молчишь? Согласна совершить со мной никях? – допытывался сид Абдул. Но женщина не могла выговорить ни слова. А Дуния вперилась в нее тяжелым злым взглядом. Ещё чего! Быть второй после Нурии! - Она согласна, - уверенно сделала вывод Карима. – Невеста не отвечает, потому что она смущается. Но она согласна. Молчание - знак согласия. - Извращенец старый, - пробормотала Дуния и громко спросила: - Почему же ты себе молоденькую не выбрал, Абдул? Взял бы такую, как Лейла, и воспитывал бы ее. Мы бы с тобой вместе ее воспитали бы, не дали бы превратиться в одалиску. - Дуния, не желаю тебя слышать. Ты наказана. Иди прочь! Сиди в своей комнате. - Абдул, когда прилетает в Рио Саид? – поинтересовался сид Али. - Мухамед сказал, что послезавтра, - ответил Абдул и начал деловито планировать: - Значит, завтра – никях, вечером – свадьба. Ничего веселого, только чтение Корана на мужской части дома, небольшой стол с угощениями для женщин на женской половине риада. - Абдул, предлагаю устроить свадьбу в моем доме, - подхватил сид Али. - Согласен, - обрадовался жених. – Я давно должен был взять Нурию в жены. Она всегда была светлым ангелом рядом со мной. Но меня тянуло на перевоспитание одалисок. - Теперь у тебя полный набор: ангел Нурия и шайтан без хвоста Дуния, - рассмеялся сид Али. Карима и Зорайдэ принялись приводить в чувство и уговаривать лару Нурию. - Я пойду с тобой за золотом, Нурия. И Зорайдэ пусть идет, чтобы всё было, как положено, - предложила Карима. - За золотом? Каким золотом? Как интересно, - едко сказала лара Дуния. – Посмотрим, что скажет жадный старик. Он и забыл, наверно, что перед никяхом невеста должна получить свое золото! Но приятели услышали ее слова, и сид Абдул заявил, что невеста без золота не останется. - Моя Нурия дороже всего золота мира, она достойна лучших украшений. Я куплю моей невесте золото, не сомневайтесь! - Тогда я тоже пойду на рынок золота вместе со всеми! – заявила лара Дуния. – Сколько Я получила золота, столько и Нурия получит! Все должно быть по справедливости. - Конечно, Дуния. Так и будет, не сомневайся, - подтвердил Абдул с каким-то подтекстом. Но женщина не поняла. Она была страшно расстроена: ещё утром она надеялась стать вдовой, потом – женой сида Али, теперь же оказалась второй женой, так ещё и делить несносного сида Абдула ей придется с самой Нурией! Аллах, Аллах! И лара Дуния разрыдалась. - Кто не узнает горького, тот не сможет оценить сладкого. Дуния, кому не знать этого, как не тебе? Но Дуния продолжала рыдать, а Нурия так до конца и не пришла в себя, не веря в то, что именно с ней все это происходит. Старики решили не обращать больше внимания на впечатлительных и нервных женщин. - Не позвонить ли Мухамеду? – предложил сид Али. - Абдул, надо узнать, как там дела. Не нашлась ли Фатима? Позвонили, договорившись не сообщать радостную новость в Бразилию. Сначала никях и свадьба, а потом пусть родственники радуются и поздравляют. Ведь племянники с домочадцами все равно не смогут прилететь на свадьбу. Тем более – так быстро. А никях – уже завтра. Мухамед сказал, что новостей пока нет: Фатима не нашлась. …На следующий день, купив не без скандала со стороны Дунии золото невесте, подобрав ей платья к никяху и для свадьбы, в доме сида Али устроили праздник для узкого круга родственников. Музыкантов не приглашали. Всё было строго и просто. Мужчины читали Коран внизу в гостиной. Женщины молились на женской половине риада в небольшой гостиной на втором этаже. Потом «молодых» отвели в дом сида Абдула, где не Нурия омыла мужу Абдулу ноги, а наоборот, он сделал это – как и положено по традиции. Нурия так из-за этого расстроилась! У нее все ещё не укладывалось в голове, что Абдул теперь - ее законный муж. А Дуния и поздно вечером не смогла обойтись без скандала. Ушла ночевать к сыновьям. Остановилась в доме, где раньше жила с младшим сыном Икрамом. И потом заявила детям, что не вернется к сиду Абдулу, так как не желает подчиняться Нурии. Ведь совсем недавно она командовала ею, а теперь служанка стала первой женой! Но сыновья встали на сторону сида Абдула. Они позвонили отцу, и сид Али посоветовал отвести мать в дом ее мужа. И сделать это тихо, чтобы не портить сиду Абдулу и Нурии их первую брачную ночь, в каком бы виде «молодые» ни решили ее провести. Возможно, старики будут уже крепко спать, умаявшись за день из-за свадьбы. Икрам вместе со старшим братом решили не усугублять положение матери: ведь сид Абдул уже дал ей первый развод. А вдруг он не захочет принять ее обратно? Этот позор ляжет пятном на их род. Дуния, которую под руки вели в дом мужа ее сыновья, горько плакала, вопрошая судьбу, за что та с ней так поступает? Отчего каждый раз, когда она получает развод, мужья после нее тут же берут в жены служанок? Сид Али женился на Зорайдэ, теперь и Абдул взял в жены Нурию! Она шла по пустынной медине, поддерживаемая под руки с обеих сторон сыновьями. На небе ярко сияла полная луна, похожая на старинный золотой дирхам, как бы дразня женщину своим нежным золотым блеском. Фонари на кривых улочках города горели не везде, но яркий лунный свет проникал даже в самую узкую щель между домами. - За что?.. Аллах, Аллах! За что мне такая судьба?! – весь путь то и дело вопрошала она под молчаливые, сочувственные взгляды сыновей. И вот вскоре показалась длинная стена, в которой среди других дверей без труда можно было узнать дверь в риад сида Абдула. Дверь, разукрашенная марокканским узором, со старинным медным молотком в виде «руки Фатимы» вместо новомодного звонка…