Попробуй меня запугать.

Это случилось совершенно внезапно, никто из них не ожидал такого подвоха и такой заинтересованности. Эмоциональное состояние Дафны приходило в норму, и она с радостью согласилась посидеть в обществе Гермионы, пока остальные гости особняка, включая его хозяина, решили прогуляться. Как только Гарри очутился в незнакомом лесу, который ни одним местом не напоминал лавку Горбина и Беркса, а никого из его знакомых не было вокруг, он сделал пару выводов. Во-первых, у одной из противоборствующих сторон есть свой человек в Министерстве, который имеет допуск к отделу по контролю каминной сети и который в состоянии изменить место назначения. Во-вторых, кто бы это не придумал, он основательно все рассчитал: их разбросали по разной территории поодиночке чтобы никто не мог рассчитывать на помощь, зная, что, никто из них не позовет дам; на территорию был наложен антиаппарационный купол, что Гарри уже проверил. В-третьих, он не так быстро сообразил создать щит и от первого заклинания, брошенного из-за деревьев, пришлось отклоняться. Ну и в конце концов вот то, чего он ждал: его мягко пригласили поиграться в песочнице и выбрать одну из двух сторон. Трудно было не заметить, что Англию пытаются притянуть к себе два мага, словно любовники, не сумевшие найти компромисс и поделить чертово одеяло. Вот только Великобритания не одеяло, прошитое опытной швеей, и ее куски трещат по швам. Маги вздрагивают, ругаются как сапожники и давно поддерживают защитные чары над головой, попутно кидая недоверчивые взгляды на свое окружение. Дети слушают родителей и не заводят новых друзей, держась обособленно. Родители дрожат от страха, опасаясь отпускать маленьких магов в школу. Никто не хочет в этом участвовать, но никого никто особо не спрашивает. Создав собственную копию, он накинул на себя отталкивающие чары и отошёл на пару метров, тут же начиная чертить круг защиты. Гарри не знал сколько людей в этом лесу желают его достать и обычное Протего вряд ли могло сильно помочь и прикрыть спину и перед одновременно. В копию уже прилетело несколько неизвестных ему заклятий, и она начала постепенно растворяться в воздухе. Осталась последняя руна, когда режущее проклятья пришлось по его пояснице. Мантия сразу намокла от крови, но парень спокойно выдохнул, понимая, что рана неглубокая и позвоночник не задело. Защитный круг вспыхнул и Гарри усмехнулся, перехватив удобнее палочку, попутно вытаскивая из штанины ритуальный нож, который непонятно почему вечно таскал с собой. У него было максимум полчаса, а может даже меньше, в зависимости от заклинаний и за это время он должен был успеть определить где заканчивается купол, а также очистить к нему дорогу. Ни одно заклинание не помогло ни в чем. Связь с домовиком не чувствовалась. — Собачье дерьмо! — выругался Гарри, понимая, что своей же защитой загнал себя в ловушку. Было глупо с его стороны недооценивать противника. Что-то мешало ему определить границы антиаппарационного купола, и он даже не мог предположить, что это было за заклинание. Парень пытался призвать домовика, но его зов тонул в магическом шуме вокруг. Это было плохо. Кто бы ни были напавшие на него, они знали, что можно позвать домовика, чары которого отличаются и остановить которые практически невозможно. Следовательно, аристократы, следовательно, это был не Дамблдор. Всего на секунду парень задумался, было ли Министерство захвачено или же кто-то из сторонников выиграл выборы. Они обступали его вокруг и Гарри понял, что стратегия — это не его. Надо же было так облажаться. Удачей будет, если он выживет, про целостность своего тела и магии глупо говорить.  — Экспекто патронум, — взмахнув палочкой, произнес парень, наблюдая за прозрачно-голубым существом, стоящим напротив. — Приватус. Скажи моей Леди, чтобы спустилась в ритуальный зал и просила защиты. Кричер ей все объяснит. Дафна никогда не казалась ему маленькой девочкой, которая не способна действовать по ситуации. Наоборот, она выглядела рассудительной девушкой, которая способна контролировать свои поступки и глупые порывы, но в последнее время он понимал, что из-за магии детей ее магия потеряла ту устойчивость, а, следовательно, и контроль над эмоциями. Эмоциональная нестабильность, которая проявилась у девушки сразу после приезда из Хогвартса, является первым признаком проблем с развитием ребенка. Они не маглы, у которых развитие плода идет только с поддержкой матери. У магов при развитии ребенка, его поддерживают все маги Рода, живущие ныне и живущие так давно, что их портреты давно сгнили, а подтверждение осталось только на ветхой бумаге. Но с ребенком все в порядке, иначе он бы это почувствовал, Кричер бы это почувствовал, да и от самой девушки это бы не укрылось. Значит, проблемы в самой девушке раз у нее начались проблемы с контролем своей магии и стабилизации развивающейся магии ребенка. Но она проходила проверку магических сил и по расчетам ее резерва было достаточно для вынашивания ребенка и Блэков, и Поттеров. Следовательно, дело в другом. Либо это проклятие, либо все гораздо проще, и ребенок не один, а их двое. Проклятье было бы видно сразу, следовательно, детей было в количестве двух штук. Близнецы в магическом мире, конечно, были редкими не просто потому, что их не было, а потому что многие рода предпочитали проводить обряд объединения для рождения одного сильного мага, а не для рождения двух близких к сквибам. Это не проходило для рода бесследно: магия воспринимала это как убийство одного из детей. Гарри понимал, что это очень рискованно и для Дафны, которая попросту может не выжить после родов, и для Родов, которые после такого большого перерыва нуждаются в сильном главе и не менее сильных наследниках. Именно для подстраховки он пошел на жертвоприношение, именно ради них троих отправил патронуса, упоминая в нем домовика, который воспримет это как приказ. Парень чувствует, как дрожит рунный круг, а ни одно его заклинание так и не смогло обнаружить границы аппарационного купола, а также задели только парочку нападавших, не знающих, что обозначает свечение вокруг него. Он понимал, что вероятность того, что он сегодня вернется домой стремится к нулю. И все же он надеялся, что его милая девушка справится со своим страхом и волнением и послушается старого домовика, если патронус ее не убедил. Магия Рода защитит ее и их детей, стоит только попросить. А там можно будет и объединить Рода до совершеннолетия детей, чтобы уж точно они не росли сиротами. Его Леди справится, подумал парень, прежде чем рунный круг в последний раз вспыхнул и исчез. С его палочки тут же сорвалась цепочка заклинаний, которую он приготовил заранее. Однако заклинания от оппонентов приводят его в ужас, от которого он теряет контроль, и паника застилает глаза. Их слишком много, от них всех невозможно уклониться. Гарри прекрасно знает их, знает, что этот темно-серый луч раздробляет кости, а другой напоминающий по цвету кирпич заставляет кровь в сосудах закипать. В голове кромешная пустота и непонимание. И только хлесткое Круцио отрезвляет. С криком Гарри опускается на холодную землю не осознавая, что маги окружают его, подбираясь с каждой секундой все ближе и ближе. Что-то хрустит. Возможно ветка, а может быть и кость в ноге от какого-то заклинания, которое он не расслышал. Все вокруг смешивается и Гарри не различает даже цветов, он не понимает где верх, а где низ, где начинается окружающий его мир и заканчивается он. Парень видеть только теплую улыбку бабушки, которую она дарила ему в редкие моменты своей жизни, которую он увидел прежде чем… Помирать, так с песней, подумал Гарри и запел, стоило только заклинанию ослабнуть. Из самых недр земли поднимался густой туман, ведомый твердым мужским голосом. Он знал, что пожалеет об этом, если выживет, если это заклинание не высосет из него все силы как магические, так и жизненные. Глухой стук — это крышка гроба, которую заколачивают над его головой. Тело дрожит, но он не сопротивляется магии, которая разрывает его тело на части от напряжения. Туман медленно обволакивает пояс и нежно щекочет лопатки. Это напускное. Стоит только вдохнуть и твой рассудок сам тебя погубит. — Ты же знаешь, мальчик мой, тебе не справиться без меня, — голос шепчет в его голове, и впервые он чувствует дикий и всепоглощающий страх от её присутствия. Он готов на все что угодно лишь бы его не было. Колени дрожат и ему хочется бежать. Однако через секунду тишина вновь обволакивает его со всех сторон. Помирать так с песней. Голос становится тверже.

***

Девушка разбирала бумаги, которые по ее просьбе Гарри забрал у гоблинов, под ворчание портретов, которые считали, что хозяйка должна заниматься балами, гостями, отдавать приказы домовикам и растить детей. Только взгляд женщины, которая тащила на своих плечах Род, не имея возможности распоряжаться полностью делами рода, смотрела на нее с одобрением. Вальбурга знала, что Гарри слишком импульсивен, пусть и пытается это скрыть, и выглядит при этом слишком неестественно. Он не мог спокойно сидеть на месте и его тянуло на Туманный Альбион. Пусть поиграет в войну, все мужчины в молодости этим грешат. А пока миловидная девушка разгребет хоть чуть-чуть, чтобы к моменту взросления этого ребенка все не ухудшилось. Она видит патронус, но звук так и не доносится до ее ушей. Кричер появляется без щелчка и говорит слишком спокойно, что пугает Дафну ещё сильнее. Что такое деньги, когда ты можешь остаться вдовой. Она молчит и только кивает, пытаясь понять и запомнить четкую инструкцию от домовика. Все на удивление валится из рук, хотя мама учила её сохранять спокойствие в любых ситуациях. Девушка не может ничего сделать, это все для неё слишком. Секунда и она падает на колени, закрывая лицо руками. Конечно, Дафна раньше знала, что такое война и какое в ней местом занимает Гарри Поттер, она слышала о каком-то Тёмном Лорде, который что-то там делает, что все этим очень возмущены. Однако она впервые почувствовала все это на своей шкуре и это было слишком. Девушка слишком хорошо понимала при каких условиях она может просить подобную защиту, однако она не могла заставить себя сдвинуться с места. Девушка лишь кивала, словно поняла хоть одно слово.  — Кричер, я не понимаю, — прошептала девушка, качая головой, словно отрицая происходящее. Слезы катились по ее лицу, но казалось, что Дафна и вовсе их не замечала. — Я не понимаю, не понимаю, не понимаю, не понимаю, не понимаю. — Вам просто стоит пойти со мной, я скажу, что вы должны делать. Такова воля Лорда, — девушка разглядывала это маленькое существо с удивлением и неподдельным страхом, как будто впервые его видела и не могла решить можно ли ему доверять. Его слишком большие уши вызывали у нее подозрения, а большие глаза казались настолько искусственными, что ей всего на секунду показалось, что перед ней стоит восковая кукла. Она забыла обо всем на свете и лишь качала головой, шепотом повторяя. — Я не понимаю. На кухне послышался звон посуды, а на лестнице топот чужих ног. Девушка вскрикнула, инстинктивно прикрывая руками значительно выпирающий живот. Ей показалось, что прошла целая вечность прежде чем она услышала знакомые голоса. Гриффиндорская заучка и Забини разговаривают на их кухне? Ей хватило мгновения, чтобы паника отошла на второй план, и она начала мыслить здраво. — Приготовь все, что необходимо. Посмотрим, что скажет Блейз. Если уж эта тряпка смогла выбраться, не думаю, что этот идиот не справится. Вернется и сам проведет, — голос все еще дрожал, как и колени, но тем не менее Дафна расправила плечи и, подобрав подол домашнего платья, вышла в коридор и грациозно спустилась по лестнице. И только красные от слез глаза, и мокрые дорожки на щеках раскрывали ее с потрохами. Она даже не вздрогнула, когда увидела помятого парня, сидевшего в кресле, вокруг которого копошилась Гермиона. На его лице была крупная царапина и Дафна подозревала, что правым глазом парень больше видеть не будет. Все остальные повреждения были не слишком глубокими и не нуждались в пристальном внимании. Пару зелий и баночка с мазью и Блейз будет как новенький, если конечно нет никаких внутренних повреждений. — Нас раскидало по разным местам. Меня поджидали оборотни. Целая стая. — Тогда почему ты еще жив? — искренне удивилась Гермиона, зная, что за последний месяц Фенрир не оставил ни одного живого человека после себя и своих обезумевших волков. — Мне кажется им было приказано припугнуть нас или задержать, чтобы другая группа поговорила с Гарри. Однако я повел себя как редкостный долбоеб, простите, дамы. Черт подери, никогда не знал, что умею так быстро бегать. — Ты можешь просто рассказать, что именно с тобой произошло? — Я бросил Круцио, когда увидел Фенрира. Он когда-то угрожал, что укусит мою сестру, мы с мамой отдали ее в семью дедушки, чтобы он даже не смотрел в ее сторону. Я не знаю, что на меня нашло. Меня спас только эффект неожиданности. Потом я бросил бомбарду и побежал. Чувствовал, что купол и не аппарировал, думал добегу до него. Он, блядь, радиусом в чертову милю. Естественно кто-то бы догнал меня. Я извалялся в каком-то дерьме, надеялся, что запах скроет и меня не найдут. Они догнали меня, — парень смотрел на свои руки, разглядывая место где какая-то волчица успела откусить кусок его плоти, от этого тошнило, — мне кажется, я убил одного или двух или я не знаю, не помню, что использовал… Я… Я не понимал, что происходит. Все это слишком, боже, блядь, как же я хочу, чтобы все это закончилось. — Радуйся, что сегодня не полнолуние и что ты связался с Гарри Поттером. Его удачливость, видимо, передается по воздуху и ее часть перепала тебе, — Дафна тепло улыбнулась, стараясь подбодрить парня. На столе стоял стакан с огневиски, который Гермиона впихнула Блейзу в руки. — Они отрывали мне плоть зубами будучи в своей человеческой форме, черт подери. Как я ее восстановлю? Это запрещенная магия, меня за одну мысль о ней… Блейз не успел договорить, на ковре перед ним упали Невилл с Виктором. Второй придерживал первого, который видимо был без сознания. Видимых повреждений не было, но Дафна чувствовала, что с Невиллом что-то не так. Он дрожал словно от холода, однако в гостиной было жарко. — У нас случилась дуэль с семейством Лестрейндж. Я не имею ни малейшего понятия, кто это такие, но они сумасшедшие. Особенно эта дама. Я никогда такого не видел. Боже, Гермиона, в какой стране ты живешь? Моя семья заберет вас на этой же неделе. Даже не думай со мной спорить. Молчи. Помоги усадить его в кресло. Он прав, думала Дафна, считая до десяти про себя. Паника вновь заполняла её лёгкие и она чувствовала, что ей становится труднее дышать. Раз. — Круцио было самым милым заклинанием из их арсенала. Чёрт, если бы не умение Невилла вырастить Дракучую Иву за мгновение, мы бы были уже мертвы. Причём, не потому, что им приказали нас убить, а потому что слишком идиоты, чтобы молчать. Никогда не знал, что наш тихий мальчик сущий монстр, когда дело касается его родителей. Зачем он вообще носит с собой все эти опасные растения в уменьшенном и законсервированном виде? — Виктор все говорит и говорит, попутно обрабатывая свои и лежащего на ковре парня. Блейз молчит, разглядывая свою покусанную ногу. Гермиона блюет, потому что в гостиной пахнет гнилью. Два. Вальбурга смотрит с портрета прямо Дафне в глаза, пока девушка мечтает исчезнуть из этого места. Она не в силах помочь никому из присутствующих, она слишком слаба, чтобы справиться с паникой и с обстоятельствами, которые захлестнули её волной. Она ведь не умеет плавать, потому вынуждена тонуть. Три. Невилл кашляет, приоткрывает глаза. Он выглядит больше рассерженным, чем напуганным или расстроенным и смотрит прямо на неё, словно попрекает в её бесхребетности и слабости. — Эта сука нас предала. Как они могли знать куда мы идём и каким камином воспользуемся? Дафна молчит, не понимая ни одного слова. Четыре. — Отдел по регулированию каминной связи не мог вычислить нас и изменить направление перемещения, если не знал точных координат. Сука продажная, — он почти плюет ей в лицо, поднимаясь с пола. — Передай свой подруге, что я придушу её лично. Пять. Гермиона замечает её состояние и подходит ближе, хватая за предплечья и заглядывая в глаза. Кричер убирает рвоту, попутно заламывая себе пальцы, ломая кости, из-за того, что так и не смог выполнить приказ хозяина. Гриффиндорка что-то говорит, кивает, гладит по голове, заставляя отвернуться от пострадавших парней. Паника сменяется яростью. Возможно, они с Невиллом ещё посоревнуются, кто именно заслужил права придушить мелкую сучку. Шесть. Отчасти она понимает. Понимает, почему девушка так поступила, но Невилл сплевывает кровь, а раны Блейза гноятся и не заживают так просто. Виктор еле держится на ногах, а Гарри все ещё нет. Если её дети останутся сиротами, голова девушки будет среди голов бывших домовиков этого дома, чего бы это ей ни стоило. Даже паника не сможет справиться с яростью, которая переполняет её. Семь. Это самое счастливое число, думает девушка, потому что Гарри здесь, и он дышит. Со всем остальным она справится. Восемь. Дафна отталкивает Гермиону и подбегает к парню, бегло его осматривая. — Кричер, зелья. От последствия Круцио, Кроветворное и обезболивающее. Стой. Обезболивающее нельзя, он, кажется, попал под действие какого-то ментального заклинания и блуждает по своему разуму, — Виктор с Невиллом усаживают его в кресло несмотря на то, что сами еле держатся на ногах. Девушке кажется, что они самые чудесные люди на свете. Девять. Он самый уцелевший из всех. Физически. Ментально он почти мертв. Дафна знает, она читала об этом. Так же она читала, что слишком рискованно пытаться помочь людям в таком состоянии. Риск второе имя Гарри Поттера, а значит только так. Десять. — Легилименс, — она знакома только с основами, но ей хочется верить, что этого достаточно. В такой момент нельзя сомневаться, Дафна знает. А ещё знает, что голова Панси будет среди голов мёртвых домовиков, потому что этой сучке там самое место. Это придаёт уверенности. Зелёные глаза с пониманием смотрят в её глаза. Она бы никогда никому и ни за что не сказала, что происходит в голове этого парня и что она там увидела. Они кивают друг другу и переплетают пальцы. На то они и семья, чтобы справиться с этим вместе.

***

Девушка, поправив выпавшую прядь, вошла в зеленое пламя, чтобы через секунду выйти в холле прекрасного особняка. Перед ней только что появился парень с прекрасной внешностью, но такой мерзкой улыбкой. Они уже полгода были обручены, но он так и не стал ей кем-то близким и важным. Видимо именно ей было суждено оказаться в браке, который даже не пахнет счастьем.  — Добрый день, Флер, — подставив локоть, приглашая пойти за ним, добродушного произнёс парень, но в его словах не было ни капли чувств. Красивая кукла. Когда-то девушка любила в них играть, но это время прошло. Сейчас она мечтала о чем-то другом, но реальность блестела на солнце осколками стекла, по которым ей пришлось идти босыми ступнями. Они не успели сделать и два шага, когда в комнате появился мужчина. Его лицо было синеватым и глаза закатились. Он извивался, словно его все ещё пытали. Ей не надо быть прорицателем, чтобы понять, что с Лордом Малфоем и что спустя сутки он перестанет дышать. Она не дура, она знает, кто именно решился на призыв «тумана».  — Посмотри на меня, Драко, — испуганно произнесла девушка, обхватив его лицо руками. — Мы что-нибудь придумаем, слышишь? Я всегда с тобой и за тебя, слышишь? Раз уж им суждено провести всю жизнь вместе, она не может не помочь ему, даже если это значит пойти против Поттера. Семья важнее, а завтра она уже будет Малфой и вся её преданность будет принадлежать только этому роду.