Between two fires

Наступило утро. Я, одевшись и поев, вышла на крыльцо. Закрыв глаза, сладко вдохнула свежий воздух. А-ах, как хорошо на улице! Совсем не то, что сутками дома сидеть. Открыв глаза и опустив голову, заметила внимательно наблюдавший за моим поведением сквозь пшеничные локоны челки зеленый взор. Знакомые мурашки пробежали по коже, сердце ухнуло в пустоту. — Привет, — поздоровалась я, закрыв за собой дверцу калитки. — Давно ждешь? — Здравствуй, Миса, — мое имя было произнесено с такой осторожной любовью, что щеки непроизвольно порозовели. — Нет, только пришел. Так, пора обуздать свои эмоции. Совершенно не держу себя под контролем: — Тогда пойдем? Я повернула по направлению к Сэйке, но вдруг блондин поймал мою руку. — Не против? — заискивающе глянул он на меня. И я вновь засмотрелась в бездонность его зеленых глаз. Будучи не в состоянии что-либо вымолвить, лишь кивнула, давая понять, что никогда не буду против Такуми. Ни-ког-да. …Мы подошли к школе незаметно для себя. Всю дорогу мы молчали, наслаждаясь обществом друг друга. У школьных дверей нас встретила толпа учеников, во главе которой стоял и, глядя на нас свысока, нагло ухмылялся Игараши Тора. А, ну-ка убери с морды это самовлюбленное выражение, а то я опробую новый прием на тебе, озабоченный змееныш!!! Усуи наклонился ко мне: — Береги себя, ладно? — шепнул парень на ухо, при этом коснувшись губами кожи. Щеку обожгло поцелуем, и это немного отрезвило. Я отстранилась. — Не на людях же… — укорила я его. Блондин чуть сжав мою руку, отчего на сердце приятно потеплело, последний раз взглянул на меня, приподняв уголки губ, и удалился. Проводив его взглядом, я приблизилась к толпе. Вдруг из нее вырвался счастливый донельзя Шинтани. — Миса-а-а-а! Я так волновался! — брюнет кинулся на меня с объятиями. — Не пропадай больше так надолго, ладно? — Хината сдавил меня так, что я едва не задохнулась. Пришлось пробулькать что-то нечленораздельное о том, что парниша скоро сломает меня, буквально, пополам. Но объятия резко прекратились. Это Тора «отодвинул» Хинату от меня так, что тот потеряв равновесие приземлился на «мягкое место». И, возмущенно-обиженным взглядом скользнув по Игараши, поднялся и ушел. Тора взял меня за подбородок двумя пальцами и заглянул в глаза: — Ты все еще продолжаешь мне изменять, а, Миса? Прямо на моих глазах? — парень издевательски выгнул бровь. Я нахмурилась и дернула головой вправо, избавляясь от его хватки. Тот двусмысленно хмыкнул. — Я тебе не «Миса», — прошипела я и, обойдя его, прошествовала ко главному ходу, игнорируя взгляды расступавшихся предо мной учеников. — Мисаки! Ты снова с нами! — Сакура и Шидзуко по очереди обняли меня. От таких счастливых, улыбающихся лиц подруг, в носу противно защипало. Ох, что же это? Совсем расклеилась, президент! — мысленно подбодрила я себя, — Нужно взять себя в руки! — Я тоже рада вас видеть! — вымолвила я, когда мы оторвались друг от друга. — Что я пропустила? Учителя спрашивали обо мне? Подруги вмиг помрачнели и многозначительно переглянулись. — В чем дело? Сакура? — я взглянула на длинноволосую, виновато поглядывающую на меня исподлобья, — Шидзуко? — я повернулась ко второй и наткнулась на стекла очков и все то же, гнетущее молчание. — Девочки. Неужели произошло что-то ужасное? — в груди нарастала паника. — Мисаки… — медленно и тихо начала Шидзуко. — Пока ты отсутствовала… Ну… ты же понимаешь, что… Сэйка осталась без… президента, когда ты перестала… ходить в школу… — Ага. И что? — Из-за того, что твое место довольно долгое время пустовало, ректор обязан был выбрать… нового… президента… На мгновение я лишилась дара речи. Что? Новый президент? Ясно. Меня списали со счетов, не дав мне даже шанса на возвращение. Хотя… Зачем новый президент? А вице-президент на что? Вероятно, решили, что если Аюдзава Мисаки «заболела», то это надолго… — И кто же теперь новый президент? — Игараши… Конечно, задним числом я подразумевала такой исход, но убедиться в этом лично… Словно опустошенная я просидела на уроках. Впервые получила не «пять», а «три» за устный ответ и, не поняв удивленных взглядов одноклассников, села на место. Так и не смогла собрать голову до конца дня. После уроков по старой привычке начала обходить школу. Но, вспомнив, что я теперь свободна, как ветер, горько усмехнулась и, резко развернувшись на каблуках, уткнулась лицом в чью-то белую рубашку. Открыв глаза, непроизвольно закрывшиеся от контакта с неизвестным, и подняв голову, увидела улыбающийся, с выделяющимися, вампирскими клыками, рот и хитрые желто-зеленые кошачьи глаза. — Слышал, ты узнала о своей отставке? Я нахмурилась. Поиздеваться решил? Не позволю! — Если у тебя ко мне все — дай пройти! — Еще чего! — я оказалась зажатой в углу. -Думала, так легко сможешь скрыть от меня это? Чего?! Он знает? Откуда?! До последнего надеясь, что это не то, о чем я подумала, попыталась уйти от ответа: — Не понимаю, о чем ты! — Как же! Думаешь, — он наклонился к самому моему уху, тем самым прижавшись ко мне всем телом, — я не узнаю, что ты беременна? Меня прошиб холодный пот. Он… Знает… Вот так сразу… В первый же мой день в школе, Игараши Тора узнал об этом… Узнал… Узнал о ребенке!.. — Теперь мы связаны, моя дорогая Миса, — Тора наклонился, чтобы поцеловать, но я отвернулась, и поцелуй пришелся на щеку. — Ребенка не будет. И не будет ничего, что бы нас связывало! — я грозно взглянула ему в глаза. — Я сделаю аборт, и мы разойдемся, как в море корабли! У парня расширились глаза. В них явно читался страх. Игараши сжал мои плечи. — Не вздумай, — прошептал он, обняв меня. — Не вздумай убивать нашего малыша… — я заметила перемены в его объятии. Теперь он нежно обвил меня руками и уткнулся лицом в волосы. Я выпала в осадок. Не знала, что Тора может быть таким нежным. — Обещай мне, Миса, — он заглянул мне в глаза, и я поразилась: он плакал! Наследник империи Игараши, школьный идол и настоящий красавец умолял меня — девушку далеко не из красивых, и, к тому же, нищенку, — умолял оставить своего ребенка в живых. — Обещаешь? Ты обещаешь вырастить и воспитать наше дитя? Он вглядывался в мое лицо с таким отчаянием, что отказать ему не хватило духу: — Обещаю… — потрясенно выдохнула я. Игараши слабо улыбнулся. — Ох, Миса! — он вновь обнял меня. Сильно, но в то же время очень-очень осторожно и нежно. Впервые я допустила такой вариант, что этот парень действительно может любить меня…

***

Ох, если бы я знала… Если б знала, что ждет меня впереди… Никогда бы не повторила своих ошибок…