Морской росой

Чанёль вернулся в реальность только тогда, когда его руку принялись обрабатывать. Царапину на ладони прилично защипало, а жидкость начала пузыриться на ране. Он не сразу понял, что сидит на полу в окружении кучи людей. И среди этой кучи не было Бэкхёна. – Бэкхён-а… Чанёль чувствовал, что обязан знать, где друг и что с ним. В конце концов, тот мог потерять сознание, упасть и удариться. Хотя в окружении трёх человек, что держали вырывавшегося Бэкхёна, когда Чанёль повис почти под потолком, вероятность удариться затылком об пол при падении сводилась к минус бесконечности. Его удержали, не дав сдвинуться с места, пока на руке не закрепили огромный пластырь. И только тогда он нашёл Бэкхёна в окружении уже другой толпы сидящим на стуле. Несколько человек обдували его кто чем придётся: клатчами, папками с бумагами, руками. Чанёль вцепился в ледяную ладонь и сжал посильнее, согревая. – Бэкхён-а… – протянул Чанёль, давая понять, что он рядом и всё уже позади. – Как ты… Толпа шушукалась, не переставая, а Чанёль только и делал, что пытался согреть ледяную кожу, не обращая ни на кого внимания. Бэкхён вцепился пальцами в его ладонь и попросил воды. – Отойдите все, пожалуйста, в этом кольце уже дышать нечем, дайте воздуха, – гаркнул на всех Чанёль и отобрал у кого-то кипу бумаг, чтобы самому обмахивать Бэкхёна. Тот дрожал, покрылся испариной и едва мог открыть глаза. – Ты ведь так ничего и не ел с утра… – Ты тоже, – улыбнулся уголком губ Бэкхён. – Но я то не падаю в обмороки от лёгкого испуга… – Чанёль аккуратно коснулся влажного лба Бэкхёна и запихал под уложенную чёлку сложенную вдвое салфетку, которую вытащил из пачки со стола. – Ты меня пугаешь. Надо поесть. Работа работой, но я не пущу тебя наверх в таком состоянии. Чанёль обернулся вокруг себя и нашёл мужичка с цветастым галстуком. – Нам нужен перерыв полчаса. – У нас время по минутам расписано, пусть через десять минут готовится спускаться, – посмотрел через стёкла очков на него мужчина, перелистывая какие-то бумаги. – Ещё генеральный прогон сегодня должны успеть. Не успеем – будете платить неустойку. – Двадцать минут, – решил торговаться Чанёль. Его не прельщала перспектива кормить Бэкхёна насильно, а потом ловить с лестницы, если вдруг что. – Если в него в таком состоянии начать впихивать еду, через десять минут он будет разве что с унитазом обниматься, а не стоять под потолком в виде на миллиард вон. Он на белое полотно похож, а подобное за такую цену не продашь. И вы сами будете платить за страховку, если что-то случится с ним на высоте по причине слабости. – Хорошо, но через двадцать минут он должен уже стоять вон там, – указал мужчина на крохотную площадку, где сейчас два мастера проверяли крепления ступеней. – С поправленным макияжем, боди-артом и в идеальной готовности. Как ты сказал? На миллиард вон. Сэхи быстро нашлась, прибежав из гримёрной с пакетом и разложив на столе возле Бэкхёна более съестную и сытную еду, чем их сэндвичи, привезённые из дома. Чанёль ел вместе с ним, злобно косясь на стоящих в сторонке визажисток, явно смотрящих на с аппетитом поедающего печёную картошку и макающего в соус кусочки рыбы Бэкхёна так, словно тот был вазой династии Мин, опасно накренившейся на столе. Чанёль понимал, что из-за внепланового приёма пищи им предстоит в краткие сроки поправлять макияж и выравнивать тон лица, но всё это Чанёля волновало куда меньше, чем состояние друга. – К чёрту пошли, – прошипел Бэкхён достаточно громко, чтобы его услышали, – обе. Из-за вас кусок в горло не лезет, – и уже тише добавил: – Змеи подколодные… Лишь бы трепаться… Чанёль даже почувствовал разливающееся по телу тепло от того, что Бэкхён начал выпускать когти. Значит, ожил. – Тяжело работать с чужими людьми, я прекрасно понимаю Бэкхёна, – улыбнулась Сэхи, убирая со стола, когда Бэкхёну уже прямо в зале корректировали боди-арт за оставшиеся минуты. – Сначала привыкаешь к своей команде, а потом тебя таскают с мероприятия на мероприятие, где свои стилисты и визажисты. Пока они убирали мусор и ходили в гримёрку, Бэкхёна уже подняли наверх и начали прогон. Чанёль встал за кулисами у самого бокового выхода из пяти рядом с одним «диспетчером», сверявшим камеры на планшете по онлайн-трансляции с чем-то в листах, ставя галочки напротив каждой строки с мелким текстом. Чанёль не понимал, как и что парень видел в листке в полутьме. Когда Бэкхён начал медленно спускаться с лестницы, Чанёля не стало вовсе. Его взгляд оказался намертво прикованным к точёной фигуре, к расшитому мелкой россыпью камней платью в пол с юбкой, напоминавшей цветок лилии. Платье плавно переходило с подола до верха из белого в чёрный через весь градиент серого, и длинный белоснежный подол струился по зеркальным ступеням. А нарисованные чёрные маленькие птички, воронами слетавшие с кромок платья по плечам, почти заходя на шею, делали платье словно второй кожей Бэкхёна. Чанёль любовался и не мог отвести взгляд, завороженный плавной походкой. Но когда до конца оставалось ступеней пятнадцать, Чанёль опустил взгляд в планшет паренька, а потом вновь посмотрел на подиум. – Какой из двух люков должен быть открыт? – дрожащим голосом спросил он у Сэхи. Та лишь пожала плечами. Ладони Чанёля мгновенно вспотели, и он, не раздумывая, стащил один наушник с уха паренька. – Люк. Включи камеру, где видно люк. Живее! – потребовал Чанёль так, что парень, чуть замешкавшись, ткнул на нужную камеру лишь со второго раза. – Твою мать… Всё не слава богу… Всё, что он увидел, это с не очень удачного ракурса усиленно пытающихся закрыть люк двух мужчин. Думать времени не оставалось. Чанёль оценил ситуацию и спрыгнул в люк за кулисами, где собирался напрямик под подиумом перегнать Бэкхёна. Это всё, что он мог сделать в данный момент. Чанёль бежал эти несчастные пару десятков метров, словно марафон в замедленной съёмке. Всё, что он слышал от организаторов краем уха, это то, что должен открыться первый люк, самый ближайший из двух к подножию лестницы, который Бэкхён должен переступить, широко шагнув с подъёма последней ступеньки. Но почему-то был открыт люк, находившийся чуть дальше, в который Бэкхён попадёт, если «перешагнёт» закрытый люк. Чанёль растолкал из последних сил нерадивых мастеров и упёрся спиной в стенку люка, повернувшись против хода Бэкхёна и банально приготовившись его ловить. У него вся жизнь пролетела перед глазами, когда он понял, что какие-то несколько секунд отделяли Бэкхёна от рокового падения в люк высотой почти в чанёлевский рост. И ведь ни один из организаторов даже не видел со своих стульев, какой из люков открыт и открыт ли вообще. – Я держу! – крикнул Чанёль, стараясь предупредить Бэкхёна, который смотрел выше горизонта, как положено модели, и ни черта не слышал из-за музыки. Чанёля накрыло подолом платья, и он на лету поймал и плотно обхватил руками ступню и лодыжку, стараясь зафиксировать дрогнувшую и едва не подвернувшуюся в воздухе ногу. Бэкхён едва устоял и от испуга сразу сделал ещё один шаг, встав уже на твёрдую поверхность. Чанёль нашёл под ногами пару белых туфель и аккуратно поставил их рядом с мелко подрагивающими ногами, медленно подняв и направив сначала одну ногу в туфлю, а потом и вторую, помогая обуться. Чанёль съехал по стенке люка, когда Бэкхён двинулся дальше. Дрожали колени и мелко тряслись руки. Для ещё не прошедшего дня происшествий было уже выше головы… – Парень, ты герой, – похлопал его по плечу один из мастеров. Оба присели на пол сбоку от Чанёля. – Если бы не ты, кто знает, чем бы кончилось. У меня даже в мыслях не было, что можно поймать на вытянутых руках такой вес, да ещё и удержать… Он ведь мог испугаться и сделать шаг назад. – Вот именно… – отдышавшись, Чанёль ослабил ворот рубашки, задыхаясь от жары и нехватки воздуха. – Вот именно… Когда он выбрался из люка, Бэкхён уже напускался на организаторов во весь голос, обещая им сладкую жизнь и кучу проблем до конца дней. – Два несчастных случая за пару часов, вы считаете это нормальным для мероприятия подобного масштаба? Или вам наплевать, что произойдёт сейчас, главное, чтобы через два месяца на самом показе всё прошло без сучка без задоринки, а сделать рокировку можно в любой момент, никто и не заметит? Что, незаменимых людей нет, так, что ли?! – истерил Бэкхён на ползала, и его голос эхом разносился по огромному помещению. Чанёль и сам боялся ненароком попасть под горячую руку друга – мало ли что. – Вас не учили профессионально вести дела и ответственно относиться к безопасности людей или ваш директор по безопасности в отпуске, а вам на всё плевать? – низким и бархатистым голосом послышалось из-за спины. Чанёль уже знал, кто это, просто не мог не узнать этот голос, от одной интонации которого по коже бежали мурашки. Шивон умел манипулировать людьми, играться, как куклами, и оборачивать ситуацию в свою сторону. Он умел производить впечатление всегда и везде. Только что он здесь делал – Чанёль не знал. – Вы пригласили быть ключевой фигурой показа самую высокооплачиваемую модель страны, так ведите себя подобающе… Вы с него пылинки сдувать должны, а не отдирать его менеджера с высоты, вместо которого мог оказаться он сам, и не ловить из внезапно открытого не того люка ноги, чтобы модель не получила себе переломов на двадцать лет вперёд, а не только на ближайшие два месяца… Чанёль поднял челюсть с пола слишком поздно, когда Бэкхён на эту пафосную речь прыснул и ушёл в неизвестном направлении, бросив только напоследок «тоже мне, умник нашёлся» и подняв длинный подол платья руками. Сам же Чанёль почувствовал себя совсем отвратительно. Мало того, что не спросил у друга, как его самочувствие, так ещё и не сказал ни слова в защиту. Тот ещё менеджер, мастер своего дела… – Всё, что вы творите здесь, явно не смахивает на мероприятие государственного масштаба, – сжимая и разжимая кулаки, старался ровно говорить Чанёль. Хотя руки отчаянно хотелось сжимать вместо цветочного галстука на горле этого мужика, которому наплевать, что Чанёль тут распинается. – Это какой-то балаган, ей-богу. Ни медицинского персонала, ни нормальных проверок всех конструкций. Выглядит, главное, как надо, а как работает – не важно. Вас бы туда… – махнул рукой на верхушку лестницы Чанёль. – Сразу бы проверять всё начали, перед тем как лезть. Так и о других заботьтесь так же, как заботитесь о сохранности себя любимых… Чанёль обернулся, чтобы увидеть реакцию Шивона на свои слова, потому что организаторам было не просто всё равно, а вообще наплевать на слова Чанёля, но он не обнаружил его ни позади себя, ни где-либо рядом. Шивон словно испарился, как испарился Бэкхён. – Бэкхён… – в пустоту прошептал Чанёль раньше, чем понял, о чём забеспокоился. Чанёль моментом рванул к выходу, но остановился и попытался привести мысли в порядок. Если подключить Сэхи и Минсу с Ильсоном, то так они быстрее вчетвером найдут их и не дадут случиться непоправимому. А если кто-то из парней шпион?.. – Так не пойдёт… – топнул ногой Чанёль, пытаясь собраться с мыслями, и взлохматил волосы. Из-за кулис в зал спустилась Сэхи в одиночестве, но парней рядом не было. – Нуна! – Чанёль догнал её ещё на лестнице, забирая из её рук пакет и стаканчик с чаем, отставляя это всё на полу под удивлённым взглядом Сэхи. – Бэкхён может быть в опасности… – Что?! – Тише… Они с Шивоном оба исчезли, пока я ругался с организаторами. Ты должна мне помочь найти их. Пусть это моя паранойя, но мы должны их отыскать. У Бэкхёна с собой даже телефона нет, он в одном платье и на каблуках – далеко уйти не сможет в таком виде… – Нужно искать где-то в укромных местах, вряд ли они будут в проходных коридорах или холлах… Здание огромное. С той стороны есть пожарная лестница, куда никто не ходит, и складские и подсобные помещения. Проверим всё. – Тогда я на лестницу, а ты… – Пошли. Они побежали к одному выходу, разделившись после него сразу: Сэхи побежала на первый этаж, а Чанёль – через длинный коридор в конец. Там, через секцию с правой стороны он видел выход на пожарную лестницу. Если она открыта – то они в любом случае там. Чанёль бежал, слушая биение сердца в ушах и едва не спотыкаясь на ровном месте. Здание и впрямь было большим. И уже у самого выхода на лестницу он понял, насколько ему страшно: он увидел кусок белоснежной ткани, расшитой камнями, зацепившийся за угол двери. – Нет… Чанёль боялся, что опоздал, но толкнуть дверь и вылететь на лестничную клетку не позволял внутренний стоп-кран. Казалось бы, выбежать и врезать Шивону, вызвать полицию и сдать за попытку изнасилования, но… Чанёль приоткрыл дверь и не услышал и звука. Подумал, что ошибся, и ему привиделось, но на первой ступеньке, ведущей вниз, лежала белая туфля. А через несколько ступеней ещё одна. – Чанёль всего лишь ручная собачка в умелых руках… – услышал он приглушённый голос и тут же тихо отступил назад к двери. – Ничего не стоило манипулировать им. Заставить остаться в агентстве, подкинув журнал, где ты так красиво рассказывал про спонсорство… Он был лучшим кандидатом на звание твоего менеджера, потому что он лёгкая добыча. Пока он рядом с тобой, его легко заставить чувствовать вину или ещё что-нибудь. Он доверчивый. А всё из-за тебя… Знаешь… Ты ведь так глуп и слеп. Ты не способен бороться со мной, потому что даже в глазах собственного друга ты не видишь этой преданной любви до гроба. А я намного умнее и хитрее тебя. Ну что, даже после моих слов про тонны компромата, которые я могу пустить в дело, ты всё ещё будешь кусаться? Детка, ну же, из тебя же вышла потрясающая женщина. А женщины созданы для удовольствий… Просто наслаждайся, ты же знаешь, что если не сопротивляться, то больно не будет… Будет только приятно… Чанёль прямо перед собственными глазами ярко представил оскал Шивона и кинулся вниз, перепрыгивая через три, а то и четыре ступеньки. И представшая перед глазами картина заставила закипеть ярость в его венах. Он опоздал… Шивон целовал Бэкхёна, заломив его руки над головой, связав их галстуком, и одной рукой шарил под задранной юбкой. А в следующую секунду получил в челюсть кулак с размаху и впечатался затылком в стену. – Стой! – крик Бэкхёна немного отрезвил Чанёля и заставил Шивона, стёршего тыльной стороной ладони кровь с губ, засиять фирменной ухмылочкой. – Не надо… Ёлли, остановись… Век потом разгребать будем, не надо… Чанёля трясло. Он сжимал и разжимал кулаки, готовясь полезть драться снова, пока Шивон отряхивал руки и спокойно направился к лестнице, бросив напоследок: – Умнеешь на глазах, Бэкки… На лестничной клетке стояла звонкая тишина, едва не давившая на уши, словно на глубине нескольких метров под водой. Чанёлю хотелось провалиться сквозь землю и не поворачивать голову, не смотреть на Бэкхёна, в бессилии отпустившего его рукав, в который до этого вцепился и не отпускал, чтобы Чанёль не замахнулся снова. Чтобы Чанёль не наделал глупостей, как маленький проказливый ребёнок. Только Чанёль давно не был ребёнком. И никогда в жизни не чувствовал такой опустошённости, как сейчас, которая крошила его изнутри, ломала на части и не оставляла ничего после себя. Щелчок захлопнувшейся двери оповестил о том, что они остались одни на лестнице, и это немного привело Чанёля в чувство. И первое, что он увидел, когда обернулся, – обеспокоенный взгляд Бэкхёна. – Как ты?.. – задал наиглупейший вопрос Чанёль, боясь услышать ответ. Он опустил глаза, боясь не выдержать взгляд Бэкхёна, и наткнулся на его связанные галстуком руки. – Прости… Он взял его руки в свои и почувствовал, насколько они холодные. Грубая ткань сдавливала сосуды, и кисти рук едва не посинели. Чанёль попытался вручную развязать узел, но ткань выскальзывала и не сдвигалась ни на миллиметр. – Потерпи… чуть-чуть, я что-нибудь придумаю, – закусил губу Чанёль, воюя с галстуком. – Я так виноват… Я опоздал. Прости, прости меня, прости… В глазах стояли слёзы, и всё расплывалось перед глазами сильнее и сильнее, но от этого отчаяния руки в напряжении дёргали ткань, пока та не поддалась. Галстук скользнул на пол, а слёзы обожгли кожу щёк, когда Чанёль порывисто обнял Бэкхёна, утыкаясь носом в его шею. – Мне так жаль… Так жаль… – Не вини себя, – прошептал Бэкхён, гладя его по спине. – Ты не виноват. Ты пришёл за мной, ты меня нашёл, всё хорошо, родной мой, всё хорошо. Чанёль спустя пару минут успокоился, растирая опухшие глаза костяшками пальцев, когда дверь щёлкнула снова, и на лестнице показалась Сэхи. – Вы там как, в порядке? Ой… – едва не запнулась об туфлю девушка. Чанёль тут же стукнул себя по лбу и принялся стаскивать собственные кроссовки, которые ровненько поставил перед Бэкхёном и присел, чуть приподняв подол платья. Бэкхён понял верно и протянул сначала правую ногу, дав согреть её сначала руками, прежде чем надеть на неё кроссовок на несколько размеров больше, свободно болтавшийся на ней без туго затянутых шнурков, а затем и левую. – Так-то лучше, – оценив вид Бэкхёна, чуть улыбнулся Чанёль. – А то заболеешь ещё… Он взял Бэкхёна за руку и потихоньку повёл наверх, контролируя, чтобы тот не запутался в ногах и не наступил на подол, подвернув себе ещё что-нибудь по пути. Заодно забрал поднятые Сэхи туфли. – Всё обошлось? – тихо спросила она. Чанёль смог только кивнуть. Желания описывать произошедшее и свои чувства у него не было совершенно. Остаток дня они дорабатывали молча и из последних сил. – Ну что, все домой? Собирайтесь, я вас отвезу, – под конец рабочего дня влетел с довольной миной в гримёрку Шивон. У Чанёля аж дар речи пропал. Единственное, что он мог сейчас ответить, было только нецензурным. Бэкхёна и вовсе передёрнуло. – Прости, но у нас дела, Шивон, – опередила его поток крепких словечек Сэхи. – Пойдёмте, мальчики. Пока Сэхи настраивала навигатор, Чанёль распихивал сумки в минивэне, а потом они все впятером ехали до пункта назначения молча. – Вон у той вывески притормози, – указала девушка из салона, показав на какой-то ресторанчик. – Берём с собой остатки настроения и вываливаемся из машины! – скомандовала Сэхи. – Будем пить, пока не упадём. Отметим новый статус Бэкхёна, а заодно стресс снимем. Давайте, чего кислые такие. Все живы-здоровы, никто не пострадал, – цокнула она, подмигнув, и подтолкнула вставших, как вкопанные, у машины Чанёля и Бэкхёна к забегаловке. Все четверо парней неловко молчали, и только Сэхи что-то без умолку говорила, старалась растормошить их, вызывая смущённые секундные улыбки. – Кстати, вы, ребята, прямо не разлей вода, – выбирая из меню закуски, обратилась она к Чанёлю с Бэкхёном. – Не знала бы, как вы друг с другом цапались поначалу, подумала бы, что вы хорошие друзья. Чанёль сделал глоток из стакана с водой, искоса глядя на Бэкхёна, и почувствовал эффект дежавю, как тогда, когда Сэхи спрашивала про поцелуй. – А мы и есть друзья, – без утайки ответил Бэкхён, и Чанёль зашёлся кашлем, подавившись водой. – Друзья детства.