Тени для Пламени

Tavern Theme - Blizzard Entertainment

Утро во «Вратах Пелла» начиналось как обычно: чумазые дети ковырялись в лужицах вчерашнего дождя, ища червячков, гоняли кур и пытались оседлать единственную на посёлок собаку, самим своим видом напоминавшую, сколь древен этот мир. Те ребята, что были постарше, с самого утра разыскивали ещё не отодранные клочья мха на каменной стене вокруг посёлка и, увешав найденным половину детей, а вторую запихнув в мамкины кастрюли, шли к мосту играть в злого тролля. Старики выползали на лавочки, греть на жиденьком солнце свои старые кости. Вся работа по дому была сделана ещё до рассвета, коровы подоены, свиньи кормлены, пора взять заслуженный отдых среди цветущих кустарников возле «Спящей кобылы», остальными хозяйственными заботами займутся молодые. Дочь хозяйки крохотной гостиницы вывешивала рядышком застиранные сероватые простыни, мамаши чумазых троллят копались в огороде или на кухнях. Мужики уже разошлись кто на охоту, кто на рыбалку, кто на склад перепроверять груз, что заберут сегодня проезжие торговцы. До мирно жившего посёлка прибоем долетал шум Великого леса, властвовавшего за каменной оградой. Всё было ровно как каждое утро… За исключением взмыленного вороного коня, вылетевшего на улочку меж домов, распугавшего малую детвору, поднявшего тучу пыли и даже чуть привставшего на дыбы, чтобы не сбить собаку. Я, наконец, расслабилась, выругалась, бросила поводья и соскочила с седла. На ногах получалось стоять сомнительно… я шлёпнула вороного по крупу и крикнула, что бы тот проваливал обратно. С меня хватило того, что он мне устроил. В результате пришлось догонять, чтобы снять с седла мешок с нехитрым снаряжением, привязанным туда во время погони. Тяжело дыша и вновь ругаясь, я вернулась на улочку посёлка и, покрутив головой, вошла в единственный домик, обладавший истёршейся табличкой с рисунком свернувшей себе шею лошади. По случаю утра все окошки были отворены, в полутёмном помещении царствовал приятный сквознячок, пахший уборкой и мытой посудой и чуть колыхавший пламя в камине. На звук скрипнувшей двери, из кухни вышла хозяйка и, уперев руки в боки, недовольно уставилась на мою персону. - Чего-то надобно? – Спросила она, наблюдая, как я проползаю в зал и плюхаюсь на ближайший табурет. - Еды, на ваше усмотрение, хозяйка. И чего-нибудь попить, это даже в первую очередь. Та смерила меня взглядом. - Кувшинчик молока будет вам, свежего. И каша, стало быть, со свининой? - Не откажусь. – Кивнула я, но хозяйка возвращаться на кухню не думала, всё разглядывала мою запылённую одежду, что-то прикидывая. - Заплатишь? – наконец, спросила она. - А вещами плату возьмёшь? - Это какими-такими? Я со вздохом полезла в сумочку на поясе и выловила несколько мелких шариков, раскрыв ладонь, показала женщине. - Жемчуг. Две за завтрак. - Три. – Моментально возразила она, даже не глянув на моё сокровище. Я возмущённо на неё уставилась. - А не много ли? Хозяйка ехидно ухмыльнулась. - Наверняка краденное, голубушка. Тебе всё равно их не продать. - А вдруг бабка в наследство оставила? - Так проси в следующий раз пожрать тебе оставить. - Справедливо. – Крыть было нечем, я поднялась и отдала жемчужины корыстной женщине. - Бери четыре, и к завтраку подай постель. - Ишь какая! - Однако, она быстро пересчитала плату, мельком окинула взглядом то, что оставалось у меня в руке, но больше просить не стала. - По рукам, но не самую чистую. - С чего вдруг? - А чистых всё равно нет. - Хотя бы честно… С едой хозяйка всё же расстаралась, я уже давно не ощущала в желудке подобной тёплой тяжести, а от парного молока, подозреваю, всё же разогретого на печи, неизбежно клонило в сон. Ещё поленившись какое-то время у очага на табуретке с кружкой в руках, я поблагодарила девчушку, убравшую посуду со стола и собралась приветствовать предоставленную мне комнату. Хозяйка любезно взялась проводить, а напоследок предложила: - Эй, голубка, а у меня бутыль вина есть, хочешь за зелёный камушек отдам? Я отмахнулась: - Отстань, женщина, и так голова кружится… - Жадная какая… Почувствовав под собой нормальную кровать, впервые за неопределённый срок, тело моментально размякло, я едва сумела заставить себя снять сапоги и куртку, на ней силы и кончились. Я наконец-то могла позволить себе отдыхать. Расслабиться отказывалась лишь голова, по кругу гоняя все недавние события.

Riverdance- Reel around the Sun (uplifting energy)

Обычная повседневная работа внезапно завела меня в такие дебри, из которых выхода пока не виделось. В любом случае без посторонней помощи. Неужели, оно и правда того стоило? А теперь, что я буду делать дальше? Я уже убийца, смогу ли я и дальше делать всё, что потребуется ради своей цели, пожертвовать людьми, которые ни меня в глаза не видели, ни о проблемах моих не слышали? Смогу ли я принять потом их ненависть, и не покончить самоубийством из-за собственной ненависти к себе. Эта жертва… которую можно заплатить? Или я опять из страха выбираю кротчайший путь. Я же не смогу оглянуться и всё исправить. Как… глупо. Всё это с самого начала. Думать о судьбах мира – пустое, у меня есть моя работа, которую я должна исполнять. Как вообще я могу решать такие вещи? Есть те, кто уже решил за меня, и ладно. Всё, что я знаю - за последствия придётся отвечать потом. И, что бы я не выбрала, я не могу погибнуть, не имею права… Мысли принимались бродить всё по той же тропинке, спускаясь всё глубже в небытие. А снилась мне увиденная на вывеске кобыла со свёрнутой шеей, теперь завязанной узлом. И чтобы развязать эту шею, мне нужна помощь. А вечером, когда немного помятая и заспанная я спускалась в зал, он был забит людьми, казалось, в крохотном помещении собрался весь посёлок, но не было музыки, болтовни и веселья. Стоило сесть мне за стойку, хозяйка молча пододвинула небольшую кружку с тёмным вином, что намеревалась продать мне утром. Я неуверенно взяла её в руки и взглянула на женщину. Из-за теней от камина глаза у той казались красными и слегка влажными. - Что-то случилось? – Учтиво спросила я. Та к кружке пододвинула листок пергамента – статью «Вороного курьера» с широким заголовком: «Экстренный выпуск! Император и его наследники убиты!» Дальше можно было не читать. Я подняла кружку, хозяйка тихо пробормотала: - Да примут Девятеро его душу… - И высушила вино одним махом. Я отпила пару глотков, блуждая в собственных мыслях и сверля взглядом листок со статьёй, будто тот мог устыдиться и изменить прошлое, что было в нём записано. Что ни день – всё хуже становится. Пора скорее убираться отсюда, пока ещё что не случилось… Я виновато улыбнулась хозяйке: - Вы простите меня, если я покину вас в такой горький час? - Конечно, голубушка, у меня тут всё заведение горюющими забито. Я не стану тебя держать. Ты только, это, береги себя, значит. Когда такое творится… - она опустила глаза на листовку и поспешно вытерла их рукой. Я не удержалась и легонько похлопала её по плечу: - Вы тоже берегите себя. И… не завалялось ли у вас ещё бутылочки вина? В дорогу, за покой любимого нашего монарха выпить. Хозяйка немного просветлела: - Конечно, дорогая, держи. Я встала из-за стойки, повесив на плечо сумку с вещами, взяла бутыль, оставила на деревянной столешнице обещанный мелкий изумруд, слегка подпорченный огранкой, и принялась пробираться сквозь толпу людей к выходу. Большая часть уступала дорогу, но одного всё же пришлось пододвинуть. Обернувшись на прикосновение, тот уставился на меня. Я так же замерла, разглядывая железный панцирь, такие же наплечники, перчатки, зажатый подмышкой шлем с гребнем, массивный пояс с эмблемой имперского легиона… глаза коротко стриженного мужчины уже были широко открыты, уставившись мне в лицо, без сомнения, он меня узнал. Вот ведь… самой везёт как покойнику. Легионер едва успел открыть рот, как я грохнула его по голове зажатой в руке бутылью. Зеленоватое стекло с глухим звоном лопнуло, расплескав содержимое. Солдат, лязгнув доспехом, рухнул на пол. - Твою мать. Вкусное же было… - Я отбросила ненужное более горлышко, подняла взгляд на напарника легионера, улыбнулась и припустила прочь из гостиницы, обозначенной облупленной вывеской со свернувшей шею лошадью.