Тени для Пламени

Viscount - Inon Zur

А в Имперском городе в гулких стенах Зала Совета канцлер утомлённо следил за тем, как писарь заканчивает письмо, подписываясь его именем, затем со вздохом сложил собственные бумаги и поднялся из-за стола. - Что ж, таким образом, вопрос с храмом решён, письмо составлено… хотя вам и известно моё мнение о необходимости этих действий. Отправите его с вороным курьером. Все наши гонцы разосланы по провинциям. – Закончил он тихо, снова уходя в свои мысли, устало потирая пальцами глаза. Смерив Окато сочувственным взглядом, Эддар Олин наклонился к писцу с просьбой: - Запишите о необходимости набрать новых людей на эту должность. Совету не пристало в такое время оставаться без рук. – Потом так же взялся за свои бумаги, повернулся к канцлеру, отрешённо следившему, как зашевелился, поднимаясь со своих мест после долгого заседания, совет. – Неужели у нас, правда, не осталось ни одного курьера? Даже тот альтмер, что прибыл от Гелдала, да покоится он с миром… Он ведь достаточно долго не покидал дворец. Окато кивнул с прежней отрешённостью: - К сожалению, его забрали у меня клинки… Всё ещё сидевший на своём месте и нервно крутивший в пальцах кубок Хасфат Антаболис, при упоминании клинков презрительно хмыкнул и негромко проговорил, ни к кому не обращаясь: - Императора не уберегли, наследников проворонили, долг не исполнили, да ещё и теперь мешаются… - а потом пристально взглянул на канцлера. - Почему вы их терпите, Окато? Альтмер медленно вернул свои бумаги на стол, упёрся в столешницу руками и холодно произнёс, отвечая собеседнику столь же пристальным взглядом: - На вашем месте я был бы аккуратен в подобных высказываниях. Ни кто из нас не исполнил своего долга, раз покушение вообще стало возможно. Уже пятое число Месяца Огня очага, а мы не в состоянии назвать имена ответственных за убийство. Старейшины, уже было собиравшиеся уходить, останавливались и поворачивались к говорящим. Эта тема не раз проскальзывала на советах, но ни кто ни какого разумного решения предложить так и не смог. Повисла напряжённая тишина, как вдруг подал голос Корнор Релейс, лениво наблюдавший сцену из дальней части зала: - Тогда как насчёт беглянки? Старейшины обернулись к нему, даже канцлер со своим оппонентом. - Прошу прощения, вы о ком? – Чуть более раздражённо, чем обычно, спросил Окато. - Вот этот случай. – Девлан Фирс доковылял до стола писца и выудил из кипы отчётов один, датированный двадцать седьмым числом Месяца Последнего зерна, тем самым днём… - С нашим вопросом его объединяет только дата. – Говорил он, машинально просматривая текст, зажатый в одной руке, и жестикулируя другой. - Я недавно беседовал с Адамусом Филидой, так он уверен, что это не более, чем случайное убийство, ни к кому из профессионалов отношения не имеет. Куда больше проблем доставляет то, что она всё ещё появляется в отчётах легиона. Старейшина окончил свою речь несколько удручённо и протянул листок канцлеру. - Она до сих пор не поймана? Скамп знает что с этими вояками… – С лёгкой усмешкой пробурчал Хасфат, и Окато со вздохом отложил отчёт, намереваясь всё-таки окончить затянувшийся совет. - Серьёзно, у нас есть проблемы важнее… Но Корнор вскочил со своего места и приблизился, обходя стулья, по пути вдохновенно вещая: - Вы не совсем понимаете, что эта проблема одна и та же. Вы до сих пор ищите истину, а я вам могу её дать! И народу я её тоже дам. Найдите девчонку и объявите убийцей. Сообщите дату преступления и сами увидите, как все быстро все сложат один и один… - Он остановился перед канцлером, самодовольно улыбаясь, весь остальной совет молча продолжал стоять у дверей и следить за дебатами, потом кто-то из старейшин отошёл от первого удивления и спросил, скептически кривясь: - А как быть с остальными наследниками? Или народ сложит один, затем снова один, и ещё два… можно положить в ту же корзину ещё с десяток преступлений, включая кражу посоха Хаоса… Из толпы советников одобрительно послышалось: - И вообще объявим её воплощением Ситиса! – Половина советников тихо воспитанно засмеялись, Корнор улыбался вместе с ними, потом развёл руками и громко заметил: - Разве наш легион поступает иначе? Тут засмеялась вторая половина советников и только Девлан Фирс нахмурился: - Если вы о том случае с Вланарусом Квинчалом, внебрачным ребёнком Стендарра и матерью Иеронимуса Лекса… После этого кто-то не выдержал и принялся хохотать в голос, поминая до кучи Серого лиса, акулу-оборотня и Тайбера Септима. Отчёт по этому делу ещё неделю назад вызвал бурный отклик, только Фирс по-прежнему осуждающе хмурился, бормоча себе под нос. - Коллеги, но это же несчастный случай, в этом нет ни чего смешного. А Релейс воспользовался тем, что совет занят обсуждением судьбы Валанаруса и вновь обернулся к Окато, по-прежнему лучась уверенностью в своей правоте. - Убедите Филиду найти доказательства её причастности к Тёмному братству. – Настойчиво говорил тот. - Мы можем уничтожить две цели разом. Но, не участвовавший в общем веселье, Хасфат Антаболис, покачал головой. - Братство будет против. – Негромко заметил он, осушив, наконец, свой бокал. Корнор лишь легкомысленно пожал плечами: - И кого из вас это волнует? – достаточно громко спросил он. И веселье в зале моментально оборвалось. Старейшины, ещё миг назад оживлённо беседовавшие друг с другом, вновь уставились на него, каким-то мистическим образом услышав разговор о братстве. Впрочем, не умей эти люди слышать всё, что вокруг происходит в любой ситуации, в совете бы их не было. И теперь чело каждого омрачала тень, будто над ними всеми уже нависла знаменитая Чёрная Рука… Обзаведясь нежелательным вниманием, Корнор виновато развёл раками: - …тем более, это не предложение. Просто мысль. - Ваши мысли, - негромко откашлявшись, заметил Эддар, - могут многим стоить жизни. Релейс примирительно поднял руки. - В таком случае, приношу свои извинения, господа, это было неудачное предложение. Но давайте в таком случае вернёмся к первоначальному вопросу о преступнице. Ведь многие, как я и сказал, уже сложили один и один… и мы в любом случае не можем больше бездействовать. Окато, так и не подавший голос во время всего обсуждения, молча вернул листок с отчётом ближе к своему креслу и обернулся к охранникам у дверей. - Вызовите сюда последнего, кто её видел... – Старейшины возвращались к своим местам, кто устало, кто, наоборот, заинтересованно. Канцлер же негромко проговорил, скорее для себя самого. – Просто немного разберёмся в этом деле, а тогда будем думать над сообразностью… Двери Зала Совета отворились, стража поманила ближе ожидавшего в коридоре легионера. Гион неохотно подчинился, хотя внутренне бледнел и трясся. А у самых дверей ему подбадривающе подмигнул редгард, ожидавший своей судьбы с другой стороны от входа: - Не переживай, приятель, - усмехнулся он, - после того, что я им докладывал, над тобой в худшем случае только посмеются…

Wayside - Yuki Kajiura

Через день после совета, измотанный и запыхавшийся гонец «Вороного курьера» выползал из дверей часовни Кватча. И, невзирая на раннее утро, хотелось ему только одного – найти поверхность, на которой можно немедленно пасть в забытьё. Он не отказался бы поспать и на брусчатке, но стража была против. А с другой стороны от тех же дверей настоятель Илав Драгонер, возмущённо двигая кустистыми бровями, перечитывал только что попавшее в его руки письмо. Покончив с текстом, священник поспешил в покои братьев, а по пути не забывал тщательно осматривать каждый уголок, бормоча себе под нос: «Да куда же этот мальчишка подевался?!». Впрочем, мальчишка – это было давно. Нашёлся он в своей комнате, обложенный какими-то книгами, наверняка позаимствованными из библиотеки. За целостность можно было не переживать, книги возвращались на полки в прежнем состоянии, а порой и в лучшем, чем исчезали оттуда. Иногда настоятелю казалось, что парень берёт их оттуда только что бы подлатать корешок или подклеить страницы, больше этого ни кто не делал. При том, священник занимался починкой не столько из большой любви к книгам, сколько из-за нелюбви к безразличию окружающих к чьим-то страданиям или чьей-то потрёпанности. Ведь так было и с людьми. Для любого брошенного и забытого всеми существа, этот человек всегда готов был стать последней надеждой поднять голову и вновь поверить в свет, абсолютно ни чего не требуя взамен. Что до книг - собственных он ни когда не покупал, не то ему хватало того, что было в часовне, не то он пытался таким образом оградить себя от собственной страсти к познанию. Получалось плохо, с годами она не думала угасать. И, судя по всему, сегодня ночью он снова вместо сна плутал среди страниц. Но об этом можно было и догадаться. Священник поднял на своего настоятеля чуть сонный взгляд и поспешил подняться с кровати, а Илав уже суетился по комнате, отдёргивая шторы и пуская сквозь окна осеннее блеклое солнце, едва продравшееся сквозь облака, и во всю командуя: - Закрывай свои книги, парень, нам надо немедленно собираться. - Вы намерены куда-то ехать? – Без особого интереса спросил его собеседник, но настоятель грозно на него глянул из-за плеча. - Не я, а мы! Не вздумай отпираться, я не собираюсь тащиться один. Да и тебе полезно размяться, скоро сам будешь плоский, как твои книги. Грубо говоря, он мог сознаться, что ему лень самому следить за осликами, пристраивать их в конюшне на ночь, таскать вещи и заказывать номер в гостинице. Но, без сомнения, «парень» знал это и сам. И, поняв, что сопротивление бесполезно, принялся собирать книги в аккуратную стопку. - А что, собственно, случилось? – Поинтересовался он, подбирая тома с пола. - Бюрократия, вот что. – Проворчал старый священник. – Лентяям из верхушки культа от чего-то взбрело в голову, что всё, что начинается на «дра» и оканчивается на «кон» – по нашей части. Парень усмехнулся и заметил: - По-моему вполне логичный вывод. Но Илав лишь фыркнул, складывая руки на груди. - Просто им всем не охота брать на себя ответственность. Огни погасли! Нет, дело вовсе не в императоре, это жрецы его крылатого всевышества виноваты, опять что-то не то наворотили! И, самое забавное, ты вот говоришь – логичный вывод, а им понадобилось несколько дней, что бы до этого додуматься… и интересно, что я могу с этим поделать? Нет, я, конечно, попрошу тебя взять бумагу и кремень… - настоятель продолжал бухчать, периодически взмахивая руками, а священник только посмеивался и собирал книги. - О великом договоре ведь любой ребёнок слышал! А если у старейшин было столь сложное детство, что они не знают этой истории, всегда же можно книжку почитать. Молодой человек поднял готовую башню из книг и осторожно пошёл из комнаты, на ходу заметив: - Такие книжки не очень распространены. На что настоятель только отмахнулся: - Не думаю, что в Имперском городе с этим могут возникнуть проблемы. Там же полно книжных магазинов, Мистические архивы в университете, дворцовая библиотека, в конце концов! Священник невольно усмехнулся. Ну да, уж в дворцовой библиотеке полно текстов про Амулет Королей. Древние свитки, например – крайне познавательная литература. Илав Драгонер так и не унимался, пока он расставлял книги на места, пока спускался обратно в свою комнату, что бы собрать всё необходимое. Ему нужно-то было взять плащ да небольшую сумку, в которую уместится фляга, нож, еда на день пути, да мази с бинтами для первой помощи, мало ли что в дороге произойдёт? Но у настоятеля был куда более длинный список того, что может произойти в дороге, потому тот требовал брать запасную одежду, обувь, что-нибудь тёплое на случай похолодания… отдавать себя на волю богов и топать весь путь в мокрых башмаках, священнослужитель от чего-то не желал. Когда же парень покончил со своими сборами и принялся помогать Илаву, настоятель продолжал говорить и возмущаться по каким-то уже совершенно другим вопросам, и священник всё удивлялся, как в этом человеке помещается столько слов… В результате к полудню всё было готово и двое слуг бога Акатоша покинули стены Кватча. Савлиан Матиас, бывший в последние дни чуть мрачнее обычного, даже предложил им выделить провожатых, но Илав заверил капитана, что любая крыса сгорит от стыда, позволив себе напасть на детей Девяти. То, что помимо крыс на дорогах водится масса другого отребья, его, похоже, не волновало вовсе. Впрочем, Савлиана быстро успокоил его старый приятель, сэр Родерик, заявив, что загостился и предпочтёт выехать из города этим же днём. Ждать его почти не пришлось, оруженосец рыцаря давно погрузил всё снаряжение в седельные сумки. Обошлись без прощаний, только пара сухих кивков между бывалыми вояками, и небольшой отряд вышел за ворота. А там почти сразу выяснилось, что капитан переживал напрасно, путникам на первом же перекрёстке удалось пристроиться к торговому каравану, направляющемуся из Анвила, те были только рады священнослужителям – воспитанные, мирные, доброжелательные, что ещё можно желать от спутников? А рыцарь и оруженосец обрадовали их ещё сильнее. Ночевать остановились с ними же на ферме Шеткомб, получив разрешение у хмурого хозяина. Утром выехали и продолжили не спеша движение к столице. Иногда священники задерживались у дорожных святилищ, и сэр Родерик останавливался с ними, что бы так же вознести молитву богам. Он вообще оказался на удивление верующим человеком, и с удовольствием болтал всю дорогу с настоятелем, а молодой священник и оруженосец Латон, только молча радовались, что их начальники нашли друг друга, и наслаждались звуками царившей по бокам тракта природы. Смело оставляя в тылу рыцаря, охранники каравана стали уходить в разведку дальше, и раз даже наткнулись на небольшого медведя. Тут-то и священники пригодились, благо зверь не нанёс серьёзных ран, и с лечением управились за ночной привал, устроенный у ручья под старым мостом. А к полудню следующего дня без иных происшествий добрались до Скинграда, и ночевали в этот раз на постоялом дворе «две сестры». Настоятель очень хотел раскошелиться на «Западный вельд», бывший куда престижнее, но там, по сообщению мокрой несчастной каджитки, встреченный ими у дверей заведения, в подвале случился пожар, и хозяйка занята тем, что в очередной раз выставляет на улицу её мастера - Синдериона. Выезжать из города караван собирался лишь через день, у них в Скинграде были свои коммерческие дела, и священники с рыцарем и его оруженосцем ждать не стали. Выступили следующим утром и даже взяли приличный темп. С восточной стороны города местность была каменистая, и милые пасторальные пейзажи, полные пастбищ, виноградников и низких сельских домов, окончились, найдя себе достойную замену в виде рассыпающихся древних руин предыдущих империй (7), скорее реманской, поскольку от алессианской империи практически ни чего не осталось, за исключением Башни белого золота и прочих атрибутов власти человеческих императоров… Заодно нашлась замена и оставленному в городе каравану. То был бредущий по дороге пешком легионер, немного понурый и чуть прихрамывавший на левую ногу. Сэр Родерик, обладавший тактом в меньшей степени, чем священники, поинтересовался, по какой причине патрульный оказался без коня. - Начальство наказало, - вздохнул тот, и больше о лошадях не говорили. Компании легионер был только рад, учитывая, что дорога впереди спускалась ниже, понемногу прячась среди деревьев Великого леса. Рыцарь всё сокрушался по поводу легкомысленности командования легиона, и спустя какое-то время, практически взял солдата под собственную опеку, рассказывая о том, к чему должен стремиться в своей жизни настоящий мужчина. От его речей у легионера загорелись глаза, а вот настоятель потерял собеседника, и обратил свой взор на младшее поколение… На ночлег разбили небольшой лагерь у поваленного дерева размером с небольшой домик, воодушевлённый рассказами сэра Родерика, легионер первым заступил на ночной караул, а все остальные легли спать. Умиротворённо наблюдая за танцем язычков пламени, молодой священник надеялся, что и эта ночь пройдёт без сновидений. Утро было сырым и седым, в отличие от предыдущих дней. Осень давала о себе знать лёгким туманом. Сменивший легионера, Латон, уже затеплил остывший костерок и грел воду, поели наспех и тут же выступили, надеясь согреться ходьбой. По пути встретилась лишь группа охотников, да и то, разглядывая их тщательнее, священник усомнился в роде промысла этих людей. Завидев количество вооружённых в отряде, «охотники» прошли мимо, приветливо улыбаясь, а младший из священнослужителей лишний раз воздал хвалу богам за великодушие сэра Родерика, решившего их проводить. И от всей души благодарил его за это при расставании у форта, выходившего к тракту. Оттуда он с Латоном направлялся к Корролу, а легионер поворачивал обратно, поскольку, как он признался, не прошёл весь маршрут, что должен патрулировать. Потому вечером в посёлок Вейе, близ Имперского города, священнослужители прибыли лишь вдвоём. Там же и заночевали, намереваясь на утро войти в сам город.