Тайна, которую стоит хранить

Глава 3. Понимание Еле слышный шум возни привел Гермиону в некое притупленное подобие сознания. Знакомые звуки звучали в ее голове, многократно повторяясь, пока память не вернулась в одночасье, и девушка не распахнула глаза. В состоянии крайнего замешательства она резко села, на какое-то мгновение забыв, где находится, и пристально вглядывалась в окружающую ее темноту. Сердце неистово забилось. Ее сын. – Себастьян? – Он здесь, мисс Грейнджер… в целости и сохранности, уверяю вас. Голос Северуса прозвучал справа и, повернувшись, Гермиона увидела, что он стоит рядом с кроватью, качая на руках сына. Девушка высвободила руку и поднесла к горлу, чувствуя, как страх отступил при виде открывшейся ей картины. – Как… дела? – Она передвинулась, чтобы опереться спиной об изголовье; в темной комнате волшебница с трудом различала силуэт мужчины. – Вы с ним поладили? Северус тихо прошептал «Люмос». И свечи зажглись, заливая комнату тусклым светом. От внезапной смены освещения Гермиона несколько раз моргнула, прежде чем вновь обратить взгляд к мужчине и ребенку. – Мы вполне ладили… вот еще буквально несколько мгновений назад, – ответил Снейп и подошел, чтобы усесться с ней рядом на кровати; малыш в его руках непрерывно крутился и ерзал, на крошечном личике проступила слишком хорошо известная молодой матери краснота. – Вы хорошо спали? Девушка улыбнулась ему и кивнула. – Да, спасибо. Я нуждалась в этом. Я даже не понимала, насколько была измучена. – Отрадно видеть вас более отдохнувшей… тем не менее… – с почти несчастным выражением лица он указал на ребенка, беспокойно ерзавшего у него на руках. – У него ваш характер… – хихикнула волшебница. – Вижу, что… – надменно начал Северус, пытаясь удержать извивающегося младенца. Гермиона улыбнулась, увидев, как яростно взбрыкивает ногами от возбуждения Бастиан, и определила по его движениям, что он только начинает сердиться. Через несколько секунд начнется предупреждающее хныканье, затем, если в течение нескольких минут после этого он не поест, начнутся такие вопли, от которых и потолок может рухнуть. Это легкое брыкание было всего лишь проявлением его беспокойства перед началом кормления. С другой стороны, Снейп не выглядел слишком уж довольным. – Полагаю, он голоден. – Уверена, что вы правы, – она улыбнулась и плотнее подоткнула под себя одеяло, прежде чем протянуть руки к ребенку. – Дайте его. Зельевар медленно передал рассерженного младенца матери. Бережно и осторожно, чтобы не уронить ненароком. Северус неподвижно сидел на краю кровати, молча следя за малейшим движением, в то время как Гермиона расстегнула блузку и спустила белую ткань с одного плеча, обнажая тело. Едва дыша маг наблюдал, как она кормит их сына. Зрелище было не столь эротично, каким он мог бы его найти, если бы события развивались естественным образом. Мужчина наклонился вперед, чтобы посмотреть поближе… нет, не эротично… тут было, несомненно… иное. Это было опьяняюще. Глядя, как мисс Грейнджер кормит Себастьяна, он чувствовал возбуждение, но не в чреслах, а в сердце. – Он удивителен, – прошептал Северус, обнаружив, что не может отвести глаз от матери и ребенка. Гермиона улыбнулась младенцу, не обращая внимания, что Снейп пристально смотрит, как тот сосет грудь. – У него богатырский аппетит, – тихо прошептал маг. Молодая женщина подняла на него взгляд и кивнула. – Что правда, то правда. Первые несколько дней я намучилась, пытаясь научиться кормить его правильно. Для меня это стало настоящей задачей. Даже книги, которые я читала, не подготовили меня к боли, первое время сопровождающей грудное вскармливание. И не поскольку поблизости не оказалось никого, кто показал бы мне, как это делается, я должна была учиться на собственном опыте. Мне все еще немного больно, – призналась она. – Разве ваша мать не давала вам никаких советов? – Северус перевел взгляд с сына на Гермиону, пока говорил. Волшебница слегка покраснела и быстро отвела взгляд, сконцентрировавшись вновь на сыне и пытаясь говорить без эмоций. – Мои родители… очень… разочаровались во мне. И не желают иметь никакого отношения к нам. Услышав это, Снейп нахмурился. – Никакого отношения? Наверняка, они оказали поддержку и… – Нет… – перебила его Гермиона, грустно покачав головой. Она продолжала смотреть на сына, избегая вновь встречаться взглядом с мужчиной, чтобы он не смог увидеть боль на ее лице. – Они вышвырнули меня из дома, когда я сказала им, что беременна. – И куда же вы пошли, где вы были? – Он не мог поверить, что родители могли так поступить – только не со своим собственным ребенком. – То тут, то там. Несколько… настоящих… друзей помогали мне, когда могли, – девушка пожала плечами, пытаясь оттеснить в сторону боль. – Это больше не имеет значения. Я надеюсь, что смогу получить работу в Косом переулке или, может быть, в Хогсмиде. Если у меня получится, тогда мы с Себастьяном сможем остаться в этом мире. Если нет – нам придется вернуться в маггловский Лондон. – Вы говорили им… что случилось? Как… вы забеременели? Гермиона покачала головой, печально вздохнув. – Они не слышали ничего кроме того, что… я беременна, – она вздохнула и легонько провела пальцем по ротику Себастьяна, прерывая сосание. Ловко отняв его от груди, волшебница переложила младенца на другую руку. И прежде чем он начал реветь в знак протеста, молодая мама спустила блузку со второго плеча и подставила сыну другой сосок, чтобы закончить кормление. Северус с пораженным вниманием наблюдал, как она грациозно переложила малыша, и покачал головой, когда ребенок припал ко второму соску. Мужчина все еще не в силах был поверить, что родители девушки смогли бы не принять ее обратно, увидев этот сверток, который она крепко прижимает к себе. – Может, ваши родители заберут вас, как только они… увидят его? – Маловероятно. Они не разговаривают со мной с октября. Мама и папа – очень гордые люди. И воспринимают моего ребенка как… позор. – Мисс Грейнджер… Внезапно Гермиона подняла на собеседника взгляд и почувствовала вину за сказанное. Разумеется, прямо сейчас он начнет во всем винить себя. Она действительно не хотела, чтобы зельевар испытывал нечто в этом роде… не теперь. Девушка тряхнула головой и застенчиво улыбнулась мужчине, стараясь казаться более уверенной в себе, чем чувствовала на самом деле. – C нами все будет в порядке, профессор… я пока справляюсь. Нам пришлось туго, но мы выживем. Взгляд Северуса был устремлен на сына, которого на сытый желудок начало клонить в сон. Нет, он не позволит им просто выживать. C определенной грацией маг медленно встал с кровати, глядя на Гермиону и ребенка. – Вы позволите мне навести кое-какие справки от вашего имени? Мне было бы спокойнее, если бы не нужно было переживать за вашу с Себастьяном безопасность. – Профессор… – Северус. – Сэр? – она встретилась с ним взглядом. – Вы мать моего сына. Будет только правильно, если вы станете звать меня по имени… Гермиона. – Благодарю вас, – мисс Грейнджер залилась нежным румянцем, отняла ребенка от груди и натянула блузку обратно, чтоб скрыть тело от мужского взора. – Это очень любезно с вашей стороны, но… я приехала сюда не ради вашей помощи или поддержки. Я ничего от вас не жду, професс… ой… Северус, я… я просто хотела, чтобы вы знали о… существовании Себастьяна. – Ну, а теперь то, что делаю я – это намереваюсь помочь о нем заботиться, и, конечно же, вы не можете мне в этом отказать? – взывая к логике, убеждал Снейп, видя, как девушка пытается совладать со своими эмоциями. – Помочь каким образом? – только и смогла прошептать она под его пристальным взором. – Я… мы… нам много не надо. Мужчина кивнул. Это был первый шаг к принятию ею его предложения. Оглядев комнату в Дырявом Котле, маг ухмыльнулся. – Для начала – другое пристанище. Мне не нравится сама мысль воспитывать нашего сына в гостинице. После этого мы сможем обсудить наши будущие совместные усилия. – Я… то есть… – Гермиона вздохнула и кивнула. – Если… это именно то, чего вы хотите… Северус протянул руку и провел пальцами по мягким черным волосикам на голове ребенка. – В течение часа я вернусь, – сказал зельевар и развернулся на каблуках, намереваясь уйти. Дойдя до двери, он остановился и оглянулся на девушку с видом, от которого у той перехватило дыхание. – Благодарю вас… за то, что рассказали мне о нем, даже если я не помню, как это произошло. Волшебница улыбнулась, осознав теперь, что перед ней стоит совершенно другой человек, нежели тот, при котором она росла. – Пожалуйста… папочка. Его лицо озарилось редкой улыбкой, и Снейп исчез за дверью, оставив Гермиону, улыбающуюся уютно спящему на ее руках младенцу. – Теперь все будет хорошо… Бастиан… Наш папа позаботится об этом.