Неравенство.

- Вы уверены, что Вам не нужна помощь, молодой господин? - с толикой беспокойства поинтересовался Генри Райтханд, растерявший за минувшие годы свой светский вид, но не потерявший хитрый прищур глаз. В последнее время господин Генри всё чаще оставался на континенте, желая покинуть своего благородного покровителя и осесть в небольшом городке со своими полями и плантациями. - Я справлюсь, сэр, - кивнул Ти Спирс, наблюдая за погрузкой багажа.       Сначала Ти Спирс планировал посетить несколько южных графств, проезжая в Лондон окружным путем, после чего направится в столицу и разместится там в небольшом квартирке, уже подобранной добрыми друзьями его отца.       Как и обещал отец, Уильям получил право путешествия со своим слугой после успешного завершения академического курса на высшие баллы. Поездка была спланировала со всей возможной тщательностью и щепетильностью, коей славился род Ти Спирс, бюджет предстоящей поездки был выверен до последнего пенни, и, хоть формально молодой господин был волен в своих желаниях, все они не могли выходить за разумные и финансовые рамки.       Путешествие, говоря откровенно, носило весьма формальны характер, так как все маршруты пролегали через земли знакомых и друзей Т.Спирсов, каждый из которых выказал желание на время приютить молодого господина и его слугу.       И всё же для молодых людей это было чем-то поистине удивительным. Грелль почти никогда не выбирался за пределы поместья, а молодой господин путешествовал всего несколько раз, если не считать поездки на учебу и к госпоже Роуз.       Грелль с наслаждением сидел на козлах, вертя головой по сторонам, словно ожидая увидеть нечто удивительное. Стояло лето, но день выдался теплым, прохладные ветер приятно касался кожи, донося медовые запахи полевых цветов.       Дорога была скучной, со всех сторон раскинулась длинная вереница полей разграниченная небольшими проселками и лесами. Порой им попадались лисы или фазаны, что с любопытством выглядывали из ближайших к дороге кустов, словно бы оценивая.       Путь до фруктовых полей был не близок, но Грелль не терял оптимизма и радости. Он слышал как господин Ти Спирс громко читает для него книгу, сидя в экипаже. Сатклифф старался быть весьма сдержанным, всё же за их путешествием наблюдал посторонний - наемный кучер, совсем недавно начавший работать в поместье Ти Спирс. Грелль плохо его знал, но отчетливо понимал, что должен производить впечатление умудренного опыта наставника, впрочем, вряд ли такое впечатление вязалось с его неумным любопытством.       Уильям украдкой наблюдал за ним, порой отводя взгляд от книги. Его возлюбленный казался ему красивее, чем когда-либо, сидя на козлах с растрепанными волосами, в ярких прядях которых путались лучи утреннего солнца. - Молодой господин Уильям, - позвал возлюбленного слуга, устав смотреть по сторонам. - Как долго мы пробудем в садах господина барона? - Около недели. Господин барон обещал просветить меня относительно своих дел и поговорить об управлении землей. Тебе тоже следует поговорить с его слугами и набраться нового опыта. - Всенепременно, - почтительно согласился юноша, про себя фыркая. Подумать только, каким образованным и почтительным он стал всего за пару лет, а ведь попал сюда он голодным оборванцем едва ли умеющим читать и знавшим столько ругательств, что даже самые мягкие из них вызвали бы гнев у любого благородного человека. - Вы не желаете посетить по пути город Фловерхилл? - поинтересовался возница, неловко обращаясь к господину. На своем веку ему еще не доставалось столь ответственное задание, но он видел в этом перспективы дальнейшего карьерного роста. - Желаю, если там есть приличное заведение, где можно отобедать, - строго отозвался господин. - Полагаю, что молодой господин найдет то, что нужно. А лошади отдохнут.       Ти Спирс кивнул. Его огорчала необходимость находиться в обществе лишних глаз и ушей, но отец ни за что не позволил бы им проделывать такой путь в одиночестве, повезло, что удалось сговориться только на возницу, всё-таки господин Ти Спирс был большим сторонником самостоятельности, и не поощрял королевские замашки некоторых молодых людей, что даже при небольшой прогулки по садам, готовы были окружать себя десятками слуг.       Добравшись до поселка и разыскав приличное место, господин Ти Спирс пожелал снять комнату на пару часов для отдыха, велев принести туда обед. Грелль, убедившись, что и возница хорошо расположился, следом пробрался в комнату господина, где они, вдоволь на обнимавшись, принялись за обед. - Будет не просто целовать Вас, будучи в чужом доме, - пошутил Грелль, хитро улыбаясь. - Тогда целуй меня ночью, - серьезным тоном ответил господин, от которого по спине юноши побежали мурашки.       Они были совершенно бесстыдны в своём пороке, но разве же могло быть иначе, если сам мир подталкивал их к этому бесстыдству, запрещая невинную ласку без страха быть пойманными с поличным? Грелль думал о том, что вдали от мистера Блэка, ему будет проще забыть тот кошмар, что он пережил. Но до безопасного и счастливого окончания пути было ещё далеко.       Господин расположился на кровати, уронив рядом с собой возлюбленного. Разгорался полдневный зной, а значит у них было пару часов для сна. Грелль осторожно улегся на узкой после господской спальни, кровати, ощущая себя глупым от счастья. Никто не потревожит господский сон, а значит он может ощущать себя в безопасности рядом с Уильямом, слыша его дыхание в залитой дневным светом комнате.       Как только спала жара, путешественники вновь продолжили путь в резиденцию барона Пирса. Порой им попадались редкие деревушки: одни выглядели совсем уныло и разбито с покосившимися домами и прохудившимися крышами, с редкими каменными или кирпичными зданиями и большими, поросшими сорной травой кладбищами с деревянными крестами; другие же были богаты с небольшими церквями, пусть и весьма скудными, со складами и мастеровыми, это были большие деревни, по улицам которых носились ребятишки, а с полей раздавалось блеяние овец и мычание коров. - Наша деревня достаточно богата, - с интересом заметил господин Ти Спирс, наблюдая за этим контрастом жизни. - Господа весьма беспокоятся о благополучии фермеров, что живут на их земле, - отозвался возница. - Я и сам родился в этой деревне, молодой господин, мой отец учил меня ковать лошадей, а моя мать ухаживать за ними. Они говорили мне, как многим мы обязаны господам, что подарили нашей деревне кузницу и коровник, а также отдали хорошие земли для овец.       Ти Спирс кивнул, его матушка и отец действительно внесли большой вклад в деревню, что обеспечивала их поместье всеми необходимыми продуктами и рабочей силой. По инициативе госпожи Корнелии даже был перестроен небольшой приход, теперь он вмещал куда больше желающих, а у священника появился клавесин и небольшой хор из деревенских мальчиков.       В резиденцию барона они прибыли только вечером, изрядно устав от долгой дороги. Слуги барона уже давно ожидавшие гостей, провели молодых людей до гостевых апартаментов. К великой радости Сатклиффа, его поместили в комнату, что располагалась рядом с комнатой господина, что было немыслимо для слуги, коим он являлся. Но сомнения разрешились хитрой улыбкой барона, произнесшего: - Разве же верно разделить господина и его правую руку, что даже пустились в совместное путешествие как старые друзья.       Эти слова смутили Ти Спирса, но он искренне поблагодари за них барона, думая о том, что не могли ли его действия казаться другу отца подозрительными? Всё же эта связь, пусть даже она считалась дружеской, не могла сделать чести молодому господину в глазах других людей. Даже великий Гильгамеш, чья дружба с Энкиду вряд ли высоко ценилась прочими при жизни великого правителя, да и после тоже.       Первой же ночью Грелль, как и обещал, прокрался в покои господина, бросаясь в его объятия и нежно целуя, так, словно бы их разделяли годы одиночества. Ти Спирс нежно гладил возлюбленного по лицу, ощущая себя пьяным от счастья и эмоций, сердце его было переполнено от этой любви. Сатклифф сделал его безумным и отчаянным. - Я так люблю вас, - выдыхал Грелль, ощущая поцелуи на шее. Его тоже охватило любовное томление, хотелось говорить всякие нежности, кутаясь в объятиях возлюбленного, вдыхая запах его волос, ощущая в по-летнему прохладной комнате жар его тела. - Люблю, - сбивчиво повторял Уильям, как же ему было этого мало.       За окнами шумела листва, откуда-то вдали разносился лай собаки, но всё это едва ли касалось комнаты, что тонула в тишине, нарушаемой сладким шепотом и шелестом смятых простыней. Они не могли позволить себе слишком многое, чтобы не вызвать подозрений, ограничиваясь лишь жадными поцелуями и руками, про оглаживали каждую косточку и неровность кожи.       Ти Спирс с какой-то отчаянной нежностью целовал веснушки юноши, что под летним солнцем яркой россыпью звезд упали на лице возлюбленного. И вопреки всем канонам красоты, эти веснушки ничуть не портили благородство чужого лица.       Грелль был красив, даже слишком красив и эта красота пленяла и пугала Ти Спирса в равной мере. Он верил своему сердцу, но не верил злым сердцам людей, как знать, не встанет ли на их пути кто-то ещё, кто будет также ослеплен этой непокорной красотой юности?       Резиденция барона потрясала воображение. Это были богатые земли, большая часть которых была отдана под сады. Персиковые деревья и яблони уже налились зелеными плодами, что к концу сезона приобретут сладкий вкус и аромат. Ти Спирс с интересом слушал барона, говорившего о своем хозяйстве и успехах. Его младший сын - десяти лет от роду, сидел на жирной серой пони, что грызла зеленое яблоко, мотая своим темных хвостом в недовольстве от того, что маленькие ножки мальчика нетерпеливо стучали по её бокам.       Семья барона была мила, но что-то в этой картине навеивало грусть. Смотря на молодую жену барона, на его детишек, что бегали друг за другом, показывая старшей сестре язык, пока отец и матушка этого не видят, Ти Спирс ощущал горечь. Что ожидает его самого после брака? Сможет ли он полюбить тех детей, что должны от него появиться и как ему жить, разрываясь между долгом и сердцем? Словно почуяв это смятение, барон ласково улыбнулся ему. - Скоро и Вы женитесь, молодой господин? - поинтересовался он, прекрасно зная об обстоятельствах ближайшего брака почти что из первых уст. - Пожалуй, что скоро. Но сначала устроюсь в Лондоне, - согласился Ти Спирс, напрягаясь. - Вы - Ти Спирс ужасно педантичные и суровые люди. Ах, в Ваши годы меня нельзя было бы заставить покинуть мою красавицу даже ради всех сокровищ мира, а Вы добровольно откладываете брак, заботясь о будущем. Потому-то Ти Спирсы всегда будут в седле. - Выбирая между тем что должно и тем, что желает его сердце, мой господин всегда выберет первое, - позволил себе дерзость Сатклифф. - В этом нет сомнений. Ваш отец, - барон вновь обратился к Уильяму, - мой старый приятель с университета. Клянусь честью, в жизни не видел более серьёзного и сосредоточенного человека, чем он и Вы, молодой господин, пошли по его стопам. - Как пойдут и мои дети, я буду учить их так, как учил меня отец, - учтиво отозвался Ти Спирс. - В таком случае, поднимем бокалы, мой юный друг и выпьем за то, чтобы дети всегда шли по благородным стопам своих отцов.       Уильям принял тост, яблочное вино оставляло кислый вкус на языке вместе со словами про отца. Если бы отец только знал... как бы он возненавидел его? Впрочем, кое-что он и правда сделает. Не имея возможности избежать брака, он позаботится о том, чтобы его дети были настоящими Ти Спирсами, достойными внуками его отца.       Грелль тоскливо поглядывал на него, чувствуя тоску в сердце. Сожаления, что отступили на время, вернулись вновь. Покачав головой, юноша постарался отогнать от себя тяжесть, сейчас его господину нужно совсем не это.       Пробыв с неделю в резиденции барона, они направились во владения Битла - пихтовое озеро, где молодого господина встретили не менее радушно. Друзья отца искренне поздравляли молодого человека с окончанием учебы и скорой помолвки, правда во владениях сэра Битла Грелля всё же определили спать с другими слугами, но это было не так страшно. От последней ночи в садах на теле слуги под одеждами прятались следы страсти.       Пихтовое озеро понравилось господам сильнее. Мистер Битл одолжил сыну друга своего лучшего жеребца, не упускает момента похвастаться, сам он жил один, старший сын уже женился, а младший гостил у тётушек. Взяв на себя роль воспитателя молодого поколения, мистер Битл организовал охоту на дичь в своих угодьях. - Похвальное желание жить своими силами, - бодро произнёс мистер Битл, взяв трусцу. - Благодарю, сэр, - честно ответил Ти Спирс. - Ваш отец человек дельный, но Вы, кажется, станете ещё более видным юношей. Вам стоит познакомиться с моим сыном, Уильям. Ричард старше вас на пару лет, но мне думается, что мой сын составит Вам достойную компанию.       Ти Спирс вежливо кивал думая о том, что не хотел бы обзаводиться целым роем новых друзей, желая жить спокойно вдали от чужих глаз, и всё-таки теперь он был обязан нанести дружеский визит Ричарду Битлу, дела последнего вряд ли были столь хороши, если его отец так отчаянно навязывал отпрыску друга его компанию.       Навестив ещё несколько старых друзей отца и справившись о всех их отпрысках и родственников, летнее путешествие наконец завершилось у предместья Лондона. Господина и его слугу уже ожидали на новом месте.       Новый дом представлял собой широкую квартиру на втором этаже, хорошо обставленную добротно и достаточно изящной мебелью, с тремя спальнями, кухонной зоной, доступом к кладовой на первом этаже, балкону и нескольких общих комнат. Место на первом этаже пустовало, так что фактически в распоряжении молодого господина был целый дом.       Грелль тут же начал осмотр помещения, не удовлетворенный состоянием некоторых из них. Камин почистили так халтурно, что он едва ли не сам был готов брать щётку и лезть в трубу, а уж кухня и вовсе представляла печальное зрелище. Сатклифф не был удивлен, если дом выбирали только по хозяйским комнатам, не удосуживаясь заглянуть в служебные. Ах, если бы всё это только видел мистер Блэк, вот бы устроил он нерасторопным рабочим трёпку.       Мысли о дворецком заставили юношу оскалиться. Ему было неприятно думать об этом человеке, но работая на износ как его помощник, Греллю пришлось на своей шкуре понять некоторые методы его работы. Что ж, порой люди действительно должны бояться, иначе никакими словами их не пронять, но это не означало, что Сатклифф прощал его или собирался относится хоть немного лучше. Он бы с удовольствием получил печальное известие о кончине подобного человека, но это было слишком мелочно. Вдали от дворецкого мир казался чуточку лучше.       Несколько дней Грелль усиленно приводил дом в порядок, занимаясь всеми возможными делами. Его сил было недостаточно, но он упорно старался сделать всё сам, словно хлопотливая женушка, взятая в новый дом мужем. Уильям также был занят делом - он занимался бумагами, наводил справки и писал письма. Порой юноша старался помочь своему возлюбленному, но Сатклифф отчаянно сопротивлялся. Какой же он будет слуга, если позволит господину, а уж тем более возлюбленному господину, изваляться в грязи?       Несмотря на весь свой романтический настрой, Грелль понимал, что между ними с Уильямом слишком большая разница и забыть её или ослабить - невозможно. Да, он любит Ти Спирса, но у каждого из них есть долг, идущий с любовью по разные стороны, а значит им придётся совмещать их.       Грелль думал о том, что ближайшее время он - нераздельный хозяин этого места также, как и Ти Спирс, но что потом? В конечном итоге, после свадьбы, молодая жена не сможет быть вдали от мужа слишком долго, чтобы не вызывать толков, а значит, либо господин вернётся под крыло родного поместья, либо останется здесь, если его карьера получит развитие, но и молодая жена тогда тоже будет жить здесь.       А меж тем весть о том, что молодой отпрыск семьи Ти Спирс поселился в Лондоне только с красивым слугой быстро разошлась среди узких кругов. Бывшие однокашники писали Ти Спирсу письма, приглашая его, покуда он все ещё холост, в гости и на сомнительные мероприятия, игнорировать которые не позволяла учтивость. Обычно Ти Спирс почти не заявлялся в гости и не звал никого к себе, но порой ему приходилось отправляться на эти встречи.       Грелль терпеливо ждал его, занимаясь делами дома, он был готов к тому, что жизнь изменится, но отсутствие Блэка круговерть столичной жизни изрядно усыпили его внимание. Сатклифф перестал опасаться быть пойманным, как воришка, потому что в их новом доме были лишь господин и его слуга, два человека, которые любили друг друга. И кто бы мог ожидать, что если они забыли о внешнем мире, то внешний мир не забыл о них.       Слухи всегда разносились быстро и порой они долетали до тех, кому бы знать о них не следовало. Грелль уже забыл о том, как бывает опасна людская молва, особенности для тех, в ком течёт дурная кровь падшей женщины и мужчины с богатой родословной.