Тишина

      Просыпаться совсем не хотелось. Она впервые за эти ночи спала крепко и спокойно. Даже сны были лёгкими и светлыми.       Перевернувшись на спину, она зажмурила глаза, стараясь удержать состояние сладкой дрёмы, но яркие лучи солнца уже проникли в её сонное царство. Всё ещё не открывая глаз, она подняла руку и коснулась кончиками пальцев своих губ. На ощупь они были такие же, как и всегда, но она знала, что, такими, как раньше они уже не были.       Она заулыбалась. Он её целовал. Лорд Элронд целовал её вчера, а она… она была самой счастливой во всём Имладрисе. Это был её первый поцелуй в жизни. Она ранее представляла, как это может быть, но никогда не думала, что это бывает так прекрасно на самом деле. Даже сейчас, она ощущала это чувство безграничного счастья и всеобъемлющей наполненности, словно, ранее она была лишь маленькой частичкой, и только теперь стала единой и целой. — Я знаю, почему ты так счастливо улыбаешься? — весёлый голос Лаирэ раздался совсем рядом. Наурдиэн распахнула глаза и удивлённо посмотрела на подругу. Она была уверена, что одна в комнате. Неужели она так замечталась, что не услышала её? — Судя по твоим испуганным глазам, ты хотела это скрыть,— Лаирэ сидела на краю постели и хитро улыбалась. — Хотела скрыть что? — сонным и немного нервным голосом спросила Наурдиэн. Она ещё не знала, что ответить подруге, если та действительно знает о её чувствах к Лорду или об их поцелуе. — Ты влюблена, — более спокойно, но по-прежнему улыбаясь, сказала эльфийка. Наурдиэн молчала и старалась не паниковать раньше времени. — Я вижу это в тебе и чувствую, — продолжила Лаирэ. — Не буду спрашивать, почему ты это скрываешь, но я заметила. Поняла в те дни, когда ты ходила грустная и молчаливая. Не знаю кто он, но точно кто-то из отряда Лорда Элронда. — Я права?       Лаирэ выглядела и говорила беззаботно, словно погоду за окном обсуждала, но вот глаза показались Наурдиэн печальными и задумчивыми. Наурдиэн надеялась, что не она послужила причиной печальных мыслей подруги. Три дня её молчания вполне могли вызвать беспокойство в душе эльфийки, и хотя Наурдиэн могла оправдать своё состояние, ей стало стыдно за такое поведение. Она никогда не хотела расстраивать своих друзей и доставлять им лишние хлопоты или беспокойства. Но, к сожалению, она не могла контролировать своё сердце, даже ради близких. — Можешь не отвечать, — пожала плечами Лаирэ и встала с постели, направляясь к шкафу. — Надеюсь лишь, что это взаимно и твоё сердце не будет разбито.       И вновь странная грусть в глазах и печальные нотки в голосе. Если бы Наурдиэн не знала Лаирэ так хорошо, возможно, она даже не обратила бы на это внимание. Эльфийка улыбалась и что-то тихо напевала и понять или увидеть, что она чем-то огорчена, было почти невозможно. Но Наурдиэн знала Лаирэ, и состояние подруги не скрылось от её глаз. — Это взаимно, я думаю, — наконец произнесла она, решив пока большего не говорить, но хоть как-то успокоить её и избавить от дополнительных волнений. Лаирэ улыбнулась ей и принялась что-то искать среди вещей. — А который час? — вдруг спохватилась Наурдиэн, выглянув в окно, где уже ярко светило солнце и слышались голоса эльфов. — Почти полдень, — усмехнулась Лаирэ. — И нечего делать такой перепуганный вид, ты так крепко спала, что я не хотела будить, решив, что тебе стоит отоспаться после стольких ночей бессонницы. — А как же… — Я сама отнесла Лорду Элронду напиток, который ты приготовила ещё ночью. Так что не переживай, твоя главная обязанность выполнена. К тому же, думаю, ему было некогда замечать твоё отсутствие, он был занят встречей гостей. А Линдир поддержал идею твоего отдыха и сказал, что на сегодня можешь вообще быть свободной. Весь день Лорд Элронд будет проводить переговоры с советниками и представителями Короля Трандуила. И лишь вечером состоится пир, но к нему уже всё готово, так что у тебя действительно дел нет, отдыхай и наслаждайся пока ещё тёплыми днями. — Гости уже здесь? — удивилась Наурдиэн. — Они прибыли на рассвете. Я даже удивлена, как ты не проснулась от весьма громких лихолеских горнов. Знаешь, их было слышно ещё за несколько часов до прибытия.       Лаирэ вынула из шкафа несколько своих платьев и, разложив на постели, стала внимательно рассматривать. — Я совсем ничего не слышала, — грустно произнесла Наурдиэн. Она расстроилась, что не смогла приветствовать гостей вместе со всеми. Наурдиэн хотела быть там. Она много думала об этом с тех пор как узнала об их визите. Она никому не говорила, но весть о том, что лесные эльфы вскоре прибудут сюда, заставила её вновь задуматься о своей жизни. Она выросла в Ривенделле, но родом была именно из лесных обитателей Мирквуда. Среди прибывавших гостей вполне могли быть её дальние родственники.       Она не знала своего отца, но возможно кто-то из этих эльфов был знаком с ним или знает его сейчас. Наурдиэн не была уверена, что отец жив, но надеялась, что есть крошечная возможность, что он разыскивает её. Она не хотела сильно надеяться и верить в подобное, слишком прекрасны были эти грёзы, чтобы быть правдой. Но как же ей порой хотелось в это верить.       Она мечтала собственными глазами увидеть лесных эльфов и понять является ли она их частью? Действительно ли в ней течёт кровь этих гордых и порой жёстких эльдар? И насколько она отличается от здешних жителей?       Она любила Имладрис и его обитателей, любила больше чем что бы то ни было в этом мире, но увидеть своих сородичей, прочувствовать и понять истоки своего происхождения, порой, было для неё так желанно, что она задумывалась о том, чтобы однажды отправиться в Мирквуд.       В детстве она часто думала и мечтала об этом, но всё ещё хорошо помнила жестокость мира за пределами светлой обители, и понимала, что, скорее всего, никто не ждёт её там. Наурдиэн давно свыклась с этой мыслью, и подобные желания переросли в обычный интерес, удовлетворить который могли книги, а теперь и прибывшие гости. Её уже не тянуло в Мирквуд как ранее, он стал для неё лишь призрачной дымкой прошлого, возвращаться к которому она не желала.       А теперь, после столь серьёзных перемен в жизни, она нигде не хотела быть, кроме как здесь, в родном Имладрисе, рядом с Лордом и своими друзьями. — Ты так и останешься лежать в постели? — Лаирэ, наконец, выбрала одно платье и теперь стоя у окна, рассматривала его. — Что?.. Нет, я схожу на кухню и узнаю, может, моя помощь всё же нужна, — Наурдиэн встала и, потянувшись, отправилась умываться. — Ты, конечно, сходи, узнай, позавтракай, а вернее, уже пообедай, но даже если помощь и нужна, тебе никто об этом не скажет. Линдир всех предупредил: тебя не нагружать и вообще ничего не поручать. Наурдиэн вышла из маленькой комнатки, отведённой под ванную, и удивлённо посмотрела на подругу. — Что ты только что сказала? — решила переспросить она. Слова подруги заставили её вспомнить о вчерашнем разговоре и просьбе Лорда Элронда. — Я говорю, что никто не даст тебе никакой работы сегодня. Ты можешь, конечно, попытаться её получить, но тогда этот кто-то, кто всё же даст тебе поручение, получит выговор от Линдира. Тебе хочется доставить кому-то неприятности? — Я не об этом, — отмахнулась Наурдиэн. — Что ты сказала о еде? И о…времени? — Я сказала пойти на кухню и поесть, пообедать, в смысле, — глядя на побледневшую Наурдиэн, ответила Лаирэ. — А что, ты куда-то опаздываешь? Или лучше сказать: к кому-то? — Лаирэ вновь лучилась любопытством и весельем. Она внимательно, прищурив глаза и хитро улыбаясь, смотрела на неё. — Да, я …спешу…я…— Наурдиэн старалась вспомнить слова Лорда об их обеде. Он ведь, кажется, предложил вместе отобедать? Она ему не ответила, но он наверняка всё равно будет ждать её. А что если он передумал? Или может уже ждёт её, а она так опаздывает?       Из-за волнения и спешки Наурдиэн не сразу обратила внимания на собственные ощущения. Ей понадобилось около минуты, чтобы вспомнить и осознать, что внутри неё есть тоненькая ниточка чувств, что связывает её с Лордом.       Наурдиэн замерла посреди комнаты и прислушалась к себе. Внутри, помимо её собственной паники и смятения, было ещё невозмутимое спокойствие Лорда Элронда. Она и сама немного успокоилась, поняв, что он не ждёт её, а всё ещё находится в одном из залов и ведёт переговоры.       Наурдиэн улыбнулась и покачала головой, думая о том насколько они стали близки с Лордом за столь короткое время. И как сильно теперь она нуждается в этой близости. — Ты не просто влюблена, — вдруг удивлённо, но уже явно печально произнесла Лаирэ. — Что? — Наурдиэн не сразу отвлеклась от своих размышлений. Она обернулась в сторону подруги и увидела, что Лаирэ улыбается, но эта улыбка была полна светлой грусти и печали, словно она увидела нечто прекрасное, но давно ушедшее и забытое. — Это не простая влюблённость, это истинное чувство, Наурдиэн… Она никогда прежде не видела эльфийку такой. Лаирэ вдруг стала на несколько сотен лет старше, и груз этих веков тенью отражался на её светлом лике. Она смотрела на Наурдиэн счастливо и грустно одновременно, как порой смотрят старые эльфы на молодых и видят своё отражение в их, не затуманенных жизнью, глазах. Наурдиэн подошла к ней и обеспокоенно спросила: — Я сделала что-то не так? Тебя огорчает… — Нет, нет… я рада за тебя, я на самом деле очень рада, — оборвала её Лаирэ и, смахнув слёзы, заключила в объятия. Подобное, совсем не привычное поведение подруги совсем обеспокоило Наурдиэн. Она обняла её в ответ, но тут же высвободилась и серьёзно спросила: — Чем ты так опечалена? Лаирэ по-прежнему смотрела на неё грустными глазами, но в глубине их уже сияли прежние свет и счастье. — Я вовсе не опечалена, — она погладила Наурдиэн по щеке. — Я очень рада, что ты нашла свой свет. Это невероятно радостное событие. — Ты печальна, хоть и пытаешься это скрыть, — возразила Наурдиэн. Лаирэ улыбнулась и ответила: — Я просто вспомнила свою любовь, милая. Это было так давно, что я уже забыла, как может сиять душа, наполненная истинным чувством.       Наурдиэн не знала, что ответить. Лаирэ никогда прежде не говорила о своём прошлом, она всегда была беззаботна и весела, казалось, что и века назад она была такой же. Наурдиэн и в голову не приходило, что у подруги может быть нечто настолько печальное, что тяготит её, и по сей день. Если Линдир иногда вспоминал и печалился о своих погибших родителях и братьях, то Лаирэ даже темы подобной не поднимала. Наурдиэн, конечно спрашивала о жизни Лаирэ до их встречи, но подруга всегда рассказывала какие-то забавные случаи или встречи с королями и лордами прошлого. Она говорила, что всегда шила одежду, а её мама и отец уже давно в Валиноре, но она сама пока не хочет уходить.       И никогда Лаирэ не говорила о своей любви. Ей нравилось рассказывать о традициях и обычаях эльфов, когда Наурдиэн была ещё маленькой, она рассказывала о взаимоотношениях между мужчинами и женщинами, когда Наурдиэн выросла, но никогда, ни единим словом, не обмолвилась о себе или своих чувствах. Наурдиэн всегда казалось, что подруга ещё не нашла свою любовь, а оказывается, она уже её потеряла. — Лаирэ, я не знала… ты никогда не говорила… — Наурдиэн собственные слова казались такими жалкими и пустыми, но она не смогла подобрать ничего лучше. Лаирэ улыбнулась. — Это было давно и я не люблю вспоминать об этом, — она пожала плечами. — Но я, правда, невероятно рада за тебя. Наурдиэн грустно улыбнулась в ответ. Впервые за столько лет она чувствовала себя неуютно рядом с Лаирэ, как будто стала свидетелем чего-то очень личного.       Она стояла и не могла понять как ей вести себя. Стоит ли спрашивать дальше? Может надо утешить её? Но разве найдутся слова способные унять такое горе? Она представила себя на месте эльфийки, и ледяной ужас сковал сердце от одной только мысли, что Лорда Элронда больше нет. Не просто в её жизни или в Ривенделле, а вообще нигде нет…       Тёплое чувство толкнуло сердце Наурдиэн, заставляя его вновь биться, и она очнулась от страшного видения. Истинная любовь, что теперь так согревала её, не давала даже помыслить о подобном, постоянно напоминая о своём присутствии.       Но горькая мысль вновь прокралась в сознание. Наурдиэн поняла, что там, где она сейчас чувствует любовь и тепло, у Лаирэ были пустота и холод, которые уже ничем заполнить было нельзя. — Наурдиэн, — мягкий и ласковый голос Лаирэ был совсем как в детстве, когда эльфийка успокаивала её и утешала. — Ты, кажется, очень спешила, не стоит заставлять себя ждать,— Лаирэ вздохнула и покачала головой. — Мы обязательно однажды поговорим об этом, но не сейчас, хорошо? Наурдиэн молча кивнула и обняла подругу. Лаирэ лишь погладила её по спине и вновь принялась что-то искать в шкафу. — Кстати, ты мне не скажешь, кто он? — подмигнув, спросила подруга. Наурдиэн на секунду задумалась. — Это Лорд Элронд. Теперь скрывать что-то от Лаирэ казалось неправильным и грубым. Эльфийка ласково улыбнулась и произнесла: — Тогда я вдвойне счастлива. За вас обоих. Ему давно пора оставить своё прошлое и своё одиночество, уверена, ты сможешь позаботиться о нём. Поверь, он нуждается в тебе больше, чем ты думаешь, даже больше, чем ты нуждаешься в нём.       Наурдиэн удивили её слова, но Лаирэ говорила очень серьёзно и она решила расспросить эльфийку ещё и об этом, но позже.       Сейчас, после столь неожиданного и печального откровения о прошлом Лаирэ, ей ещё сильнее захотелось оказаться рядом с ним. Она не знала, нуждался ли он в ней, настолько, как говорила Лаирэ, но она уже не представляла вечности без него.

***

      Как и предупреждала эльфийка, на кухне ей сказали, что никаких поручений или дополнительной помощи для подготовки к вечернему пиру от неё не требуется. Главный повар – высокий, темноволосый, с лучистыми зелёными глазами эльф, весело сообщил, что Лорд Элронд лично предупредил о том, чтобы его любимый напиток не подавался к главному столу. Лесным эльфам он точно придётся по вкусу, а делиться рецептурой или главным составителем он не желает.       Наурдиэн залилась краской от такой похвалы и поспешила заверить, что может быть полезной во многих других делах, но эльф был непреступен, и ей пришлось сдаться. С тех пор, как она неосторожно привлекла к себе всеобщее внимание, главный повар стал более тщательно следить за её работой и тем, чтобы она не перегружала себя обязанностями. Он и ранее не требовал от неё и половины того, что выполняли другие, а теперь совсем ничего не позволял делать, кроме как готовить напиток или собирать ингредиенты для него. Наурдиэн это не нравилось, и она всячески старалась помочь ещё хоть чем-то, но Лаирэ была единственной, кто не отказывал ей в этом и всегда делилась своей работой или поручала новую.       Наурдиэн знала, что Лорд всё ещё на совете и видимо, их обед откладывался на неопределённое время. Она надеялась, что он вскоре завершит дела, и они вновь смогут увидеться, и потому вежливо и без лишних объяснений отказалась от предложенной еды. Повар неодобрительно покачал головой, но спорить не стал, сказав лишь, что оставит обед для неё в дальней нише, на случай если она всё же передумает. Наурдиэн благодарно кивнула, хоть и сомневалась, что воспользуется оказанной заботой.       Она была рада, что не заставила Лорда ждать, но огорчилась, что их встреча состоится, не так скоро, как она хотела. Постояв без дела ещё несколько минут, она решила пока отвлечь себя прогулкой и размышлением о предстоящем разговоре с Лаирэ.       Она не знала, как и что говорить подруге. Стоит ли спрашивать самой или всё же дождаться пока она сама расскажет? И надо ли ей вообще поднимать вновь эту тему, если она приносит Лаирэ столько боли? От ответов, что приходили ей в голову, становилось лишь тоскливее.       Время шло, а Лорд Элронд всё ещё был занят. Наурдиэн заскучала и проголодалась, но всё равно хотела дождаться его. Она гуляла около пруда в дальнем саду, и старалась не думать о времени. Через час бесцельных блужданий к ней подошёл высокий эльф и молча поклонившись, вручил сложенный лист пергамента. Она уже знала от кого это послание и старалась унять дрожь в руках, пока разворачивала записку.       Красивым, аккуратным почерком он извинялся за вынужденное отсутствие и просил отобедать в одиночестве и перенести их встречу на более позднее время. Он писал, что найдёт её сразу по окончании переговоров, и они смогут восполнить упущенное время. Наурдиэн несколько раз перечитала это небольшое послание и облегчённо вздохнула. Он не забыл о ней, он беспокоился и он хотел увидеть её, но пока не мог. — Желаете что-то ответить, Леди Наурдиэн? — оказывается эльф всё это время стоял рядом. Наурдиэн немного смутилась и отказалась, но подумав несколько секунд, всё же утвердительно кивнула.       Эльф достал из кармана перо, баночку чернил и небольшую твёрдую пластину, на которой было удобно писать в отсутствие стола, и выжидающе посмотрел на неё. Наурдиэн слегка растерялась, но потом сообразила, что он, вероятно, был личным секретарём Лорда и ожидал, что она продиктует ему ответ. — Можно, я сама? — не уверенно спросила она. — Конечно, — улыбнулся мужчина и, словно прочитав её мысли, добавил, — Лорд Элронд тоже сам писал эту записку, думаю, ему также будет приятно увидеть «ваш» ответ.       Наурдиэн смутилась ещё больше и опустила глаза. Неужели их отношение друг к другу столь очевидно?       Мужчина вновь улыбнулся ей и молча отдал перо и пластину, благоразумно оставив чернила у себя. Он откупорил баночку и протянул к ней, оставаясь на месте и давая возможность скрыть своё послание от посторонних глаз. Наурдиэн была благодарна ему за тактичность и, обмакнув перо в предложенную баночку, принялась быстро писать ответ.       Эта мысль появилась у неё ещё несколько дней назад, но она не знала, как лучше исполнить задуманное, и теперь ей представилась такая возможность. Старательно выводя буквы, она надеялась, что Лорду так же придётся по душе её затея, иначе все усилия не стоят того.       Сложив пергамент, она передала его терпеливо ожидавшему её секретарю и эльф, молча поклонившись, оставил её одну. Времени было не так много, она не знала когда завершиться совет и Лорд Элронд придёт к ней. И хоть она точно обозначила время и место их встречи, боялась, что может не успеть сделать всё как надо.       Вернувшись обратно в кухню, она под весёлым взглядом повара молча и быстро поела всё ещё ждавший её обед и умчалась исполнять часть своего плана.

***

      В Имладрисе было тихо и почти пусто. Наурдиэн не встретила ни одного лесного эльфа на своём пути, но, учитывая, что большинство из них находились на различных советах и переговорах, удивляться было нечему. Даже ривендельских эльфов было на улицах мало.       Она прошла несколько залов и переходов, и, наконец, вышла в главный фруктовый сад Имладриса.       Осень лишь недавно вступила в свои права, но многие деревья уже стояли убранными, и лишь некоторые, что ещё не успели дозреть или убрать тяжело опускали свои, усыпанные наливными плодами, ветви. Гуляя среди деревьев и вдыхая сладкий запах листьев и фруктов, Наурдиэн искала то дерево, что лучше всего подходило для её задумки.       Пройдя ровные ряды слив и груш, она наконец нашла то, что хотела. Высокая, с раскидистыми гибкими ветвями яблоня, возвышалась над своими более низкими соседями. Её сочные красные яблоки, словно маленькие шарики, усыпали дерево до самой верхушки, а от яблони исходил свежий аромат осени.       Один из садовников поставил ей лесенку и принёс небольшую корзину. От дальнейшей помощи или его участия Наурдиэн вежливо отказалась, особенно после того, как эльфа позвали в другой конец сада. Эльф извинился и был вынужден покинуть её.       Но Наурдиэн и не нуждалась в помощи, тем более что она хотела сама выбрать и сорвать нужные яблоки.       Взобравшись на несколько ступеней и удобнее перехватив корзину, Наурдиэн принялась выбирать душистые красные плоды. Не успела она сорвать и четырёх, как тёплая рука скользнула по её талии и крепко обхватив, приподняла вверх.       Осторожно прижимая её к себе, Лорд Элронд спрыгнул с последних ступеней лестницы и, не выпуская из своих объятий, поставил на землю. Забрав одной рукой корзину и опустив её рядом, Лорд убрал волосы с её лица. Наклонившись к маленькому круглому человеческому ушку, он, почти касаясь нежной кожи губами, тихо прошептал: — Я смотрю, тебя так и тянет на покорение новых вершин.       Наурдиэн залилась краской и опустила глаза. Близость Лорда вызывала в ней столько эмоций и ощущений, что она тонула в этом нескончаемом потоке, но не могла надышаться всей гаммой смешанных меж собой чувств. Он наклонялся так низко, что его тёмные волосы касались её плеч, открытой шеи и выреза платья. Она зажмурилась и сжала дрожащими пальчиками его плечи, пытаясь унять неистово бьющееся сердце.       Он склонился ещё ниже и поцеловал уголок её приоткрытых губ. Наурдиэн судорожно вдохнула. — Я… хотела… яблоки насобирать, чтобы…— Наурдиэн не удавалось собраться с мыслями и сказать хоть что-то внятное. Её дыхание снова сбилось, а мысли путались и не хотели складываться в слова. — М-м-м, — мечтательно протянул Лорд. — Я люблю яблоки, — и коснулся её пылающей румянцем щеки, провёл губами вдоль скулы и согрел дыханием мягкие завитки волос у виска. Наурдиэн таяла под этими осторожными и нежными прикосновениями. Он целовал бережно и трепетно, но даже от этих почти невесомых касаний внутри неё разгоралось пламя, что жидким потоком разливалось по венам и заполняло каждую частичку её души и тела.       Он вдыхал запах её распущенных волос, пропуская их сквозь пальцы, и прижимал к себе, так словно хотел раствориться в ней. Наурдиэн и сама желала того же. Теперь, между ними не было испачканных кровью лат и долгих дней разлуки. Теперь они могли насладиться такой простой, но невероятно желанной близостью.       Ещё несколько минут они стояли не двигаясь, прислушиваясь к дыханию, и чувствам друг друга. Наурдиэн слышала, что и для Лорда подобное было впервые. Он, так же как и она, только начинает привыкать к новым ощущениям и эмоциям, возможности быть рядом и чувствовать внутри себя новое тепло и свет. — Так что ты там говорила о яблоках? — тихо спросил он спустя время. Лорд Элронд немного отстранился, чтобы лучше видеть её лицо, но по-прежнему не выпускал из объятий. — Я хотела их насобирать и испечь пирог к нашей встрече, — мысли всё ещё были немного в тумане, но реальность уже почти отвоевала свои позиции, дав ей способность, вновь нормально говорить. — Но я думаю, что уже не успею, так что… — Мне нравятся яблочные пироги, — он не дал ей договорить, — особенно осенью и с горячим настоем винограда и пряностей.* Пробовала, когда-нибудь? Наурдиэн покачала головой. — Значит, сегодня попробуешь, — улыбнулся он. — А что до времени то я, к сожалению, ещё занят. Мы лишь сделали недолгий перерыв и вскоре возобновим совет. Я просто хотел тебя увидеть и лично ещё раз попросить прощение за сорванный обед. Не думал, что переговоры так затянутся. Но думаю, мы вскоре решим все важные дела, и я смогу уступить место своим советникам и посвятить своё внимание и время тебе.       Наурдиэн заулыбалась. Она никогда не думала, что можно испытывать столько счастья просто находясь рядом с кем-то и слушая его. Лорд Элронд говорил так легко и спокойно, словно они всю жизнь вели подобные беседы. А ведь если задуматься, они были знакомы всего несколько дней, часть из которых она даже не знала его имени и не видела лица. Как странно любить и дорожить тем, кого ранее даже не было в твоей жизни. — Значит, я успею его испечь? — Да. И очень надеюсь, что к тому времени я успею освободиться, — он тоже улыбался. — Но даже если нет, я оставлю их одних и уйду к тебе. Пусть они теперь ждут, а не ты. Впервые она увидела в его глазах столько детского веселья. Он даже стал казаться моложе и свободнее, словно века за его плечами исчезли, и он вновь мог дышать. — Вам нельзя так себя вести, — смеясь, укорила его Наурдиэн. — Вы Владыка Имладриса, Вам придётся высидеть все скучные и долгие советы, даже зная, что где-то остывает пирог. И ещё придётся проявить железную выдержку, ведь учтите, я тоже очень люблю яблочные пироги. Если Вы опоздаете, Вам может совсем ничего не достаться.       Он усмехнулся и крепче обнял её. — Неужели даже маленького кусочка не оставишь мне, Наурдиэн? Она замирала всякий раз, слыша, как он произносит её имя. Мягкий бархатный голос словно ласкал каждый звук и наслаждался им. Наурдиэн видела, как загораются его глаза при этом и не сомневалась, что и её собственные тоже сияют, отражая тысячи бликов серебристых, как звёзды очей Лорда. — Может быть, — улыбнулась она, — но только самый маленький. Он тоже улыбался. — Даже ради маленького, совсем крошечного кусочка, я готов вытерпеть все скучнейшие переговоры и советы, если буду знать, что ты приготовила его для меня. Наурдиэн не ответила ему. Он и не ждал, просто обнимал её, глядя в самое сердце и осторожно, очень медленно впускал в своё.

***

      Наурдиэн оказалась права. Ему было необычайно скучно вновь выслушивать почти неизменившиеся речи советников и представителей Мирквуда. Они уже третий час обсуждали выбор, размер и количество древесины, предоставляемой Зеленолесьем для постройки кораблей. Они говорили о форме и структуре судов, о расстановке палуб и расположении кают, об эльфах, что должны первыми отправиться в Валинор и количестве воинов их сопровождавших. Элронд знал, что это важно и заслуживает его пристального внимания, но не мог сосредоточиться и вникнуть в суть проблемы. Это был уже четвёртый совет за сегодня, и он откровенно устал от переговоров и надобности постоянно что-то решать. Всё усугублялось ещё и тем, что вместо советника Трандуила Леди Ласгален, прибыла только её распорядитель Леди Эллин. Она, конечно, была также осведомлена о сути проблем и возможности их скорейшего решения, но девушка была явно не готова отвечать на многие другие, возникающие в процессе беседы, вопросы.       Потому, им приходилось часто прерываться и подолгу задерживаться на мелких, но значительных деталях, без которых было сложно продолжать разговор дальше. В самом начале он задержал оговоренное время переговоров на полчаса и теперь из вежливости терпел все неудобства образа Владыки. Наурдиэн права, он – Владыка Ривенделла, он обязан думать обо всём, и не имеет права поступать иначе. Но, наверное, только Эру сейчас знал, как ему хотелось встать и покинуть высокое собрание.       Он устал. Он действительно очень устал. Впервые за столько веков он так отчаянно хотел покоя и мира.       И вот, его спокойствием стала Наурдиэн. Рядом с этой девочкой было не просто тихо, а благословенно тихо и мирно, словно после долгих лет нескончаемой войны, он, наконец, смог сложить оружие.       Он мысленно улыбнулся, вспоминая их встречу в саду. Было тяжело удержаться от новых прикосновений. Вкусив однажды столь желанный плод, трудно было бороться с искушением вновь его отведать. Но объятия – единственное, что он позволил себе. Вчерашний поцелуй был следствием эмоций, и даже поддавшись этому порыву, Наурдиэн крайне смущалась своего поступка.       Он не хотел торопить её. Он и сам всё ещё привыкал к собственным эмоциям и её присутствию рядом. Но как же сложно было бороться с чувством, что так стремилось на свободу… — Лорд Элронд, как Вы считаете, может, стоит отложить этот вопрос до Вашей личной встречи с королём у Леди Галадриэль? Мягкий голос Эллин вывел его из приятных раздумий. Он нахмурился и переспросил: — Что Вы имеете в виду? — Постройку судов. Где будет проходить строительство и сколько нам надо на это времени, и… Элронд прервал её, подняв руку вверх. — Я о Ваших словах, что моя встреча с королём Трандуилом, состоится у Леди Галадриэль. Он не желает прибыть на совет в Ривенделл?       В зале повисло неловкое молчание. Он перевёл взгляд на Эрестора, но его советник так же удивлённо смотрел на Леди Эллин. — Простите, Лорд Элронд, — Эллин нервничала и мяла в руках бумаги, — я думала, послание Леди Галадриэль уже дошло до Вас… Она просит перенести главный совет в Лориэн. Потому Леди Ласгален и осталась там, а не прибыла с нами.       Эллин взволнованно переводила взгляд с одного эльфа на другого. — Как давно был отправлен посланник? Элронд уже знал ответ, но не хотел думать о самом худшем. — Сразу как мы достигли границ Лориэна. Там нас встретили и когда мы разделились, всадник с посланием отправился вперёд… Леди Эллин тоже начинала понимать случившееся и потому, с каждым словом говорила всё тише.       В зале стало неестественно тихо. — Я отправлю несколько воинов на его поиски, — Элронд встал со своего места и следом за ним поднялись другие. — Остальные важные вопросы я обсужу с королём сам, при встрече. Оставшиеся мелкие детали разберём завтра. А сейчас, отдыхайте. Надеюсь, вы оцените гостеприимство Ривенделла.       Он поклонился и спешным шагом покинул зал.       Через несколько шагов его догнал Эрестор. — Думаешь, он мог встретиться с той орочьей стаей, с которой вы расправились? — советник был огорчён не менее самого Владыки. — Всё может быть, мой друг, — задумчиво ответил он. — Но я не удивлюсь, если произошло что-то ещё.       Лорд не стал говорить о вновь появившихся у него подозрениях. Он ещё не был уверен в точности своего вывода, но понимал, что крайне редко ошибается. Если то, о чём он думает – правда, стоит держать Наурдиэн ближе, но при этом не вдаваться в излишне мрачные подробности. Не стоит ей знать, насколько всё может быть плохо….

***

      Отправив Леди Галадриэль ответное послание с сообщением о пропаже её эльфа, он направил десяток лучших воинов на поиски его тела. В том, что бедный эльф был мёртв, он не сомневался. Но обязан был найти его и передать родным. Это меньшее, что теперь он мог сделать.       Отдав ещё несколько распоряжений, он, наконец, отправился к ней. Ещё у входа в парк, где они должны были увидеться, он почувствовал её волнение. Она читала его эмоции так же ясно, как и он её, и наверняка уловила тревожность его мыслей по поводу смерти эльфа. Что ж, он не собирался скрывать от неё этой новости, тем более что им предстоял важный разговор, затрагивающий эту тему. Плохо лишь то, что она слишком близко воспримет данное известие.       Наурдиэн сидела за накрытым столом и задумчиво водила пальчиком по мраморной столешнице. Она выглядела очень мило, когда вот так размышляла о чём-то. Наурдиэн так же смешно морщила нос и хмурилась, когда сегодня выбирала яблоки для пирога. Его очень умиляло, с какой серьёзностью она собирала их: будто выносила каждому фрукту вердикт, в зависимости от его внешнего вида. А он стоял рядом с ней на лестнице и следил, чтобы она опять не оступилась и не упала. Эта девочка просто не могла стоять на твёрдой земле, её вечно тянуло куда-то ввысь. Возможно, именно происхождение служило тому причиной. К сожалению, он не мог потакать этой потребности, слишком свеж был в памяти образ её недавнего падения.       Она встрепенулась и подняла голову, почувствовав его приближение.       Наурдиэн тут же преобразилась. Плечи расправились, лицо засияло улыбкой, а глаза смотрели на него так, словно видели нечто скрытое от посторонних. Ему нравилось, как она смотрит. Не серьёзно и настороженно, не изучающе и благоговейно, как многие, а просто и ясно, словно уже тысячи лет они смотрят друг на друга. — Добрый вечер, — она улыбалась ему, но грусть в глазах была очевидна. — Здравствуй, Наурдиэн, — он подошёл ближе и присел рядом на скамью. — Вижу, ты всё же оставила мне пирог, — он улыбнулся ей и накрыл прохладные ладони своей рукой. — Наслаждаться десертом в одиночестве – сомнительное удовольствие, — вздохнув, произнесла она, поддерживая тон беседы. Но помолчав, добавила: — Вы расстроены. Что-то произошло?       Он пристально посмотрел ей в глаза и, осторожно прикоснулся к щеке пальцами. Его светлая тишина. Как же ему уберечь её от этого мира? — Посланник Леди Галадриэль пропал вблизи наших границ, — он решил не скрывать от неё правды. — Он мёртв? — она была расстроена, но вопрос прозвучал тихо и спокойно. — Я ещё не знаю, отряд уже выдвинулся на его поиски, нужно время, чтобы подтвердить мои предположения.       Она кивнула, не став расспрашивать дальше, и опустила голову ему на плечо. Он вдруг осознал, что она сделала это не для того, чтобы скрыть собственные переживания и грусть, а выразить свою поддержку и опору ему. Маленькие пальчики высвободились из его ладони, и мягкая рука осторожно сжала его руку. Он обнял её плечи и придвинулся ближе, согреваясь в доброте и сострадании искреннего сердца. — Моя очередь спрашивать, — произнёс он. — Сегодня утром ты тоже была чем-то опечалена, можно узнать причину? Она помолчала, а затем грустно произнесла: — Лаирэ. Я опечалилась из-за Лаирэ. — С ней всё хорошо? — встревожился он. Ему не говорили, что Леди больна. — Мы уже давно дружим, а сегодня выяснилось, что я плохой друг, — она говорила очень серьёзно, но верить в подобные заявления он не спешил. — Она заметила перемены во мне, увидела мою… — она запнулась, замерев на миг, но тут же нашла подходящее слово, — моё отношение к Вам. И я случайно узнала, что очень давно она потеряла любимого, — Наурдиэн тяжело вздохнула и продолжила: — Мы никогда прежде не говорили о таких вещах, я даже не думала… но, наверное, должна была хотя бы интересоваться подобным.       Она замолчала, но ему и не требовалось продолжение, её мысли были для него как прозрачная вода – чисты и понятны. — Если Леди Лаирэ не говорила тебе об этом, то вовсе не потому, что ты не заслуживаешь её доверия или плохая подруга. В её жизни произошли поистине трагические и печальные события. Ей тяжело и невероятно больно вспоминать и говорить о них. Я знаю об этом, так как сам был свидетелем той истории, но рассказывать тебе её не стану. Лаирэ сама должна это сделать. Она любит тебя, Наурдиэн, и не только себя берегла от боли, но и тебе не желала грусти, зная, что ты разделишь с ней её горе.       Наурдиэн внимательно выслушала и молча кивнула, вновь кладя голову ему на плечо и переплетая их пальцы.       Они сидели молча, позволяя осенним ветрам говорить за них. Молчание впервые казалось Элронду настолько уместным и спокойным. Оно не давило гнетущими мыслями, а позволяло успокоить гул вечных голосов времени. — Иногда, в шелесте ветра я слышу шум морских волн,— очень тихо произнесла она. Он грустно улыбнулся и ответил: — Это зов моря, милая, твоё сердце стремится домой в Валинор. Она отстранилась и удивлённо посмотрела на него. — Его слышат все эльфы. Кто-то громкую, а кто-то совсем тихую песнь волн. Сейчас время эльфов уходит, и зов родных берегов становится всё отчётливее.       Она совсем загрустила. — Вы тоже слышите его? — Наурдиэн крепче сжала его ладонь. — Теперь чаще прежнего, — не стал скрывать он. — И Вы готовы покинуть Имладрис? — в её вопросе слышался слабый укор. — Имладрис служил мне домом многие века. Мне будет так же печально покидать Обитель, как и тебе, Наурдиэн. Но там, за морем - истинный дом эльдар, и ты сама знаешь и чувствуешь это, иначе волны не пели бы тебе. Помолчав он добавил: — Имладрис меняется, милая. Ты видишь это своими глазами, мне же видна другая часть этих перемен.       Элронд снял кольцо Вилья** со своего пальца и, взяв её руку, осторожно надел. — Смотри, чувствуй, дыши Ривенделлом.       Её глаза засияли сталью серебра, и часть ещё хранящейся магии кольца наполнила её. Он чувствовал, как она пропускает сквозь себя нити плетения, что накрывали куполом Имладрис, как вдыхает и наслаждается ароматом души Благословенной обители.       Он понимал, что она смотрит по сторонам и видит угасающие цвета и сияния звёзд на небесах эльфийского края. Вместе с ней слышал шум морского прибоя, зовущего плыть к предкам и вернуться в начало и бесконечность жизни.       Через несколько минут она сама сняла кольцо и отдала ему. — Он кажется не полным. Словно значительной части его не хватает, и он страдает от этого. Она озвучила вслух, то, что он пытался ей объяснить. — Душа Имладриса жила и живёт в каждом его обитателе. Многие эльфы, жившие здесь ранее, давно покинули этот берег, увезя с собой частицу Благословенного края. Пойми, Наурдиэн, дом – это не стены и не цветущие сады, это нечто гораздо большее. Это часть нас самих… Она кивнула и расслабилась, вновь успокаиваясь, в его руках. — Кстати о путешествиях, — он решил не откладывать ещё один важный разговор. — Главный совет было решено перенести в Лориэн, так что в ближайшие недели мы вновь отправимся в путь. — Вы снова уедете? — испуганно спросила она. — Я хотел бы ничего не менять, но, к сожалению, обстоятельства вынуждают поступить иначе. Она опустила голову и печально вздохнула. — Я надеюсь, ты не будешь против отправиться вместе со мной? Я не хочу оставлять тебя вновь на столь долгое время. К тому же, думаю, тебе будет интересно посетить Лориэн и познакомиться с Леди Галадриэль. Если захочешь, так же мы могли бы воспользоваться гостеприимством короля Трандуила. Возможно, он сможет дать тебе ответы на многие вопросы. Она молчала и удивлённо смотрела на него, словно не верила тому, что услышала. — Это долгое путешествие, я дам тебе время подумать, готова ли ты к нему. Но учти, это единственный твой шанс перед уходом в Валинор посетить другие эльфийские обители. Он улыбнулся ей и нежно погладил. — Я…я думаю, что пойду с Вами, — немного неуверенно произнесла она. — Не спеши, у тебя есть время всё обдумать, а пока, я бы очень хотел отведать столь долгожданный пирог. Она медленно кивнула, всё ещё находясь в раздумьях. Он отпустил её руку и придвинул накрытое глиняной крышкой большое блюдо. Под этим тяжёлым «куполом», находился румяный, воздушный пирог, от которого исходил сладкий запах яблок. Он налил в кубок горячий напиток, о котором говорил днём и вручил ей. — За тебя, моя светлая тишина, — тихо произнёс он и, наклонившись, коснулся губами её волос. Наурдиэн улыбнулась и тоже подняла кубок. — За Вас, Лорд Элронд, за то что Вы снова дома…