Скрывая крылья

Dear angel of mine Where do I start to express how I feel? My love's gone blind Now all that I feel is what I hear.(3) (April Sixth – «Dear angel»)

      В клуб решено было идти в пятницу, а в субботу прогулять по такому поводу школу. Какой же я всё-таки неправильный ангел… Со среды я вёл себя тихо-скромно, старался даже в речи не употреблять слова «клуб» и «танцы», чтобы Изахар не вспомнил о моей предыдущей неудачной попытке посетить сие заведение и не был начеку.       Настала пятница. Близился вечер. Я сидел на диване в махровом халате и читал фэнтэзи современного талантливого автора (мировую классику-то я перечитал ещё к концу прошлого века). Когда заявился Изахар, я демонстративно широко зевнул, изображая вселенскую усталость, и завалился спать. Он было завалился рядом, призывая меня к активности интимного характера, но я устоял и прикинулся засыпающим бревном, напомнив, что завтра рано утром вставать в школу. От меня отстали и оставили в одиночестве. А я этого только и ждал! Откинул одеяло и подорвался собираться. Снова белоснежные джинсы (попытка намбэ ту), рубашка цвета красного вина на голое тело и мои неизменные кеды. Волосы я зачесал назад гелем, отчего бриллиантики в моих ушках открыто сверкали всему миру. Я ещё раз окинул в зеркале свой выпендрёжный вид, довольно улыбнулся, накинул куртку и пошёл навстречу трансу-релаксу. Перед этим я связался с Артуром, и мы договорились встретиться у входа в «ClubOk». Нас, несовершеннолетних, пускали туда по той простой причине, что владелец клуба – приятель отца Артура.       Проходя вслед за другом в клуб, я удовлетворённо впитывал в себя атмосферу волшебных битов, пронзающих вместе с лазерными лучами темноту помещения. Герцы транса врезались в негустую танцующую толпу и поглощались ею.       Мы выпили освежающего тёмного пивка для разгона и влились в разгорячённую людскую массу. Трек за треком я дёргался, вертелся и прыгал, как и все, иногда прикрывая глаза. Артур неподалёку обжимался-целовался с какой-то девчонкой. А моя душа улетела в космос на волнах транса. Я упивался ощущением свободы и вседозволенности. Нет никаких границ, замки взломаны, запреты сняты…       Я вновь открыл глаза и увидел, что на высоком барном стуле, словно на троне, возвышаясь над всеми, восседал Изахар, не сводя с меня разъярённого взгляда. Я испуганно вздрогнул: как он здесь оказался? что теперь со мной будет? Хотя, не думаю, что он убьёт меня (или изобьёт) за поход в клуб. Нелепость… Да и я не верил, что он может причинить мне серьёзный вред. И вообще, почему мне нельзя развлечься? Я не нуждаюсь в его разрешении для этого! Какие-то бунтарские мысли посетили моё охмелевшее (=осмелевшее, охреневшее) сознание. Почему бы мне его немного не подразнить?..       Я азартно улыбнулся своим размышлениям (отчего демон очень удивился) и, вскинув бесстрашно руку, показал ему протестующий фак (отчего демон очень разозлился). Решив, что в зале жарковато, я расстегнул три верхних пуговицы, оголяя грудь. От тряски головой несколько прядей выскользнули из моей причёски, и я пальцами зачесал волосы назад, заметив, как явно при этом облизнулись на меня несколько девчонок и парней. Поглядывая на Изахара, я продолжал танцевать. Но теперь у меня превалировали плавные соблазняющие движения, благо, трек был для этого подходящий. Расстегнул рубашку до конца и распахнул. Я почти видел, как из ноздрей Изахара вырывается пар. Что это? Недовольство моим непослушанием или что-то типа ревности? Проверим. Не прекращая незамысловатого танца, я склонил голову набок, потёр ладонью шею сзади и, опуская руку, как бы невзначай огладил грудь, при этом томно закусив нижнюю губу. С высокого поста Изахару было отлично видно меня. Я засунул большой палец за пояс джинсов, которые (и без того набедренные) от этого приспустились, открывая кромку ярко-голубого кляйновского белья. В этом вопросе я принципиален: ношу только лучшее, я модник даже там. Другая рука взметнулась вверх и отбивала воздух в одном ритме с долбящей композицией, сменившей предыдущий медляк. Я заметил впереди повышенное внимание к своей персоне: высокий модно стриженый шатен то и дело оборачивался на меня, заинтересованно порхая взглядом по моему извивающемуся телу. Я призывно подмигнул ему, и, как по сигналу, парень метнулся ко мне.       - Привет! – прокричал он сквозь музыку, улыбаясь до ушей.       - Привет, - успел ответить я прежде, чем был схвачен за локоть и насильно утащен в неизвестном направлении.       Изахар.       Ревность всё-таки? И собственничество, несомненно.       Демон завёл меня в туалет, запихнул в кабинку и запер нас. Я оказался прижатым спиной к дверце. Я ведь нарочно провоцировал его и всем своим видом бросал вызов. И я понимал, что меня ждёт расправа.       - Маленький дерзкий ангел, - прохрипел Изахар в мои губы, возвращая свой демонский облик.       Я знал, что он изнемогает от желания. И подлил масла в огонь, сделав то, что давно хотелось: не разрывая зрительного контакта, обхватил ладонью у основания его голый хвост и резко провёл по всей длине до конца. Раньше я не решался прикасаться к его хвосту, полагая, что для демона это нечто, вроде крыльев для ангела. Но сейчас мне приспичило понаглеть. Изахар запрокинул голову, прикрыв глаза, и судорожно вдохнул сквозь стиснутые зубы. В следующий миг он вжался в меня бёдрами и затянул в такой неистовый поцелуй, что я забыл обо всём на свете. Я уже не помнил, кто я, где я. Знал только, что хочу получать эти поцелуи вечно.       Кто-то вошёл, и пришлось оторваться друг от друга. Напоследок я прикусил и слегка оттянул его нижнюю губу. Демон прислонился своим лбом к моему.       - Ох, Мариэль, ты сводишь меня с ума, - еле слышно прошептал он.       Укусил меня за мочку уха, поиграв языком с бриллиантиком, и перенёс нас ко мне, не в силах больше сдерживаться.       …Мы лежали на скомканных простынях, обнажённые и запыхавшиеся. Я положил голову демону на татуированную грудь и, бездумно поглаживая его рёбра подушечками пальцев, задал интересующий меня вопрос:       - Откуда ты знал, что этой ночью я пойду в клуб?       - Ну… - Изахар замялся, - я не знал вообще-то. Я прихожу смотреть, как ты спишь, иногда… каждую ночь.       Моя челюсть спикировала вниз, а ресницы зааплодировали. Значит, той ночью, когда я почувствовал чьё-то прикосновение, мне не показалось! Надо же, Изахар приходит полюбоваться на меня по ночам. Этот его маньяцкий бзик показался мне на удивление романтичным.       - Спящий с закрытым дерзким ротиком ты нравишься мне больше, - язвительно добавил он.       Но я понимал, что он пытается скрыть смущение, которое я прочёл в его взгляде. Я привстал, опираясь ладонями о матрас.       - Ах так? – мне захотелось поиграть в его игру. – Тогда в твою сторону он больше не откроется. Ни для какой твоей части тела, - я выразительно опустил взгляд ему между ног.       Затем стал слезать с кровати с целью пойти принять душ, но меня безапелляционно уложили обратно и подмяли под себя со словами «ну, это мы уже проходили». Пытки были страшными. А начались они с щекотки. Я упорно не разжимал губ, давя смешки. Как-то незаметно щекотание перешло в ласку. Изахар касался моего лица и тела поцелуями, избегая губ. Он склонился к моей груди и лизнул один затвердевший сосок, при этом ощутимо царапнув ногтем второй. Вот как он умудряется совместить болевые приёмы с лаской? Я замычал, ещё крепче сжав рот. Тогда Изахар обхватил непострадавший сосок зубами и потянул, при этом ублажая моё пылающее достоинство прохладной рукой. Я не выдержал и застонал в голос. Воспользовавшись этим, демон поцеловал меня глубоко и несдержанно. Это было похоже на ураган. Меня закружило и унесло в поднебесье, как всегда бывает с ним. Я снова сдался, но мне приятно…       - Изахар, не исчезай под утро, - попросил я, когда он слизывал со своей руки моё семя с таким смаком, словно это был кленовый сироп. – Я хочу проснуться рядом с тобой.       - Ладно, - ответил он и улыбнулся.       Мы были потные, липкие, грязные, но про душ больше никто не вспоминал, потому что не хотелось отрываться друг от друга даже на секунду. Мы мало спали этой ночью. И мне вновь снились чёрные крылья. _____________________________________________________________ 3 - Мой дорогой ангел, С чего мне начать показывать свои чувства? Моя любовь стала слепой, Теперь то, что я чувствую, стало тем, что я слышу.