Фатальная ошибка

Функция адвоката дьявола заключалась в том, чтобы собрать все возможные аргументы, которые могли бы помешать канонизации потенциального святого. В современном языке этот термин часто употребляется для обозначения людей, которые защищают позицию, которой сами не придерживаются.

— Вы устало выглядите, — произнесла Ирэн, с искренним сожалением смотря на охранника. Мужчина был и правда бледен, с большим мешками под глазами и высохшими губами — впервые за долгое время он выглядел настолько жалко, вызывая сочувствие. Женщина наоборот цвела и пахла до его прихода, однако почему-то стала в миг крайней сопереживающей особой. Она встала в нескольких сантиметрах от охранника, сложив руки на груди, пока тот с поугасшим раздражением расставлял её завтрак. — Ведь я даже не знаю вашего имени, — промурлыкала она, встав почти вплотную к нему. — Альберт, — нехотя ответил собеседник, резко выпрямившись и посмотрев ей в глаза. — Очень приятно, Альберт. Я — Ирэн, — женщина протянула ему руку. В ответ охранник замер, не ожидая такого действия от хозяйки комнаты, которая долгое время игнорировала его присутствие. Он и правда не знал её имени: это было лишней информацией, никак не влияющей на выполнение его обязанностей, — неустанной охраны женщины, дабы не дать ей покинуть пределы особняка. В нем не было ни безосновательной ненависти к этой особе, ни сочувствия по половому признаку, он просто сохранял нейтралитет, не позволяя себе выбиться из колеи. — Извините, но мне не положено прикасаться к вам, — Альберт поднял руку вверх, не давая собеседнице приблизиться. — Да, да, конечно, — захлопала ресницами Ирэн, присаживаясь на край дивана. — Но, может быть, вы составите мне компанию для разговора? — Мм, — охранник замялся, переминаясь с ноги на ногу. — В ваших обязанностях прописано, чтобы вы не вели диалога со мной? Ведь так? — Именно. — Но ведь вы можете быть слушателем. Я уверена, что вы — прекрасный слушатель. — Не думаю, — мужчина поспешил к двери. — Альберт, ведь вы уже вступили со мной в диалог, — на лице у женщины появилась лёгкая улыбка. — Расскажите об этом мистеру Холмсу? — мистер Джонс остался стоять рядом с выходом, держась за ручку. — Нет. Это будет нашим маленьким секретом, Альберт, — блондинка кивнула головой в знак подтверждения своих слов. Ровно через пятнадцать минут, дав возможность Ирэн насладиться своим завтраком, в комнате появился Шерлок, в свойственной ему манере подозрительно оглядываясь по сторонам, словно его оппонент мог устроить ему ловушку. По сути, такой вариант как никогда ранее мог поджидать его каждый день: женщина одновременно была как по настоящему достойным противником, так и прекрасным собеседником. В ответ блондинка с нескрываемым удовлетворением ухмыльнулась, внутреннее радуясь приходу детектива. — Доброго вам утра, мистер Холмс, — пропела она, облокотившись на спинку дивана. — Приятного аппетита, — равнодушно бросил мужчина то ли говоря о еде, то ли о самом себе, ведь Адлер просто не позволяла оторвать от него взгляда. — Благодарю вас, — хозяйка комнаты, не торопясь, отпила кофе из чашки и приняла положение поудобнее. — Что вы хотите услышать на этот раз? Шерлок сжал губы: сегодня она выглядела ещё увереннее в себе, чем даже вчера. В его голове ярким, обжигающим огнём вспыхнул очередной вопрос — это всё результат пребывания несколько месяцев под присмотром доктора, или это лишь игра, и за маской прячется слабая женщина, ищущая последние силы в себе? Прочитать её досконально мужчина силился уже который день, однако внутренне остерегался результата: вдруг она все же окажется жертвой, и тогда вся его стратегия разрушится в одну долю секунды? Его раздражение, даже омерзение пропало ещё пару дней назад, уступив место холодному объективизму, что тоже было его очередной попыткой противостоять тем потокам, что исходили от собеседницы каждый раз, когда он смотрел ей в глаза. — Я так полагаю историю Джейми Мориарти, — мотнул головой брюнет, приподняв брови. — Что же, вы смогли дойти до самого вкусного, — с какой-то нескрываемой брезгливостью ухмыльнулась Ирэн. — Ведь вы, пожалуй, единственный человек, знавший Джеймса Мориарти так близко. Умоляю, удивите меня, — иронично хмыкнул Шерлок, не отрывая от неё взгляда. — Я — не фокусник, мистер Холмс, однако уверена, что ещё пару дней назад смогла вас удивить. Хочу ли я делать это далее? — Ваша история — необычный пример, сочетающий в себе фикцию и, возможно, относительную истину. Ирэн, сузив глаза, вызывающе посмотрела на собеседника с тем же недоверием, что и он в начале разговора. При всей его проницательности, которую он так стремился постичь все эти года не благодаря своему «методу», а вопреки ему, брюнет не мог даже представить, насколько сильно закровоточили раны женщины. Ей и самой казалось, что они давно уже покрылись толстой, бордовой коркой, запеклись, однако простая необходимость вспомнить наносила ей острую боль. И у этой боли не было источника, она охватывала каждую клеточку, отдавалась эхом голосов в ушах. В следующую секунду блондинка встала и подошла к одному из стеллажей, вглядываясь не в названия книг, а просто в их толщину и цвета обложек. Они молчали, а, значит, к её счастью, не могли рассказать детективу о эмоциях на её лице, настоящих чувствах, недосягаемых ему в таком положении на кресле. Жар уступил место холоду, раскатившемуся по её венам так кстати, погасив тлеющую человечность. Приступить к рассказу она решила с глубокого выдоха не от собственного поражения, а от понимания, что все же придётся пережить это с самого начала. — Он привёз меня в особняк. Тогда я не могла знать, куда меня привезли, так как окна в автомобиле были затонированы с обоих сторон. Он не любил смотреть по сторонам, отвлекаться на вид из окна, а просто закрывал глаза и, казалось, переставал дышать, погружаясь в собственные мысли и вычисления. Вы спросите, откуда я это знаю? Я вам отвечу, что поняла это, спустя достаточное количество времени, чуть не поплатившись жизнью. Уверена, что таких особняков у него была дюжина, служивших временным укрытием. Роскошным временным укрытием. — Одержимость роскошью у этого человека было не отнять, — хмыкнул Шерлок, остановив взгляд на пустом диване напротив. — Мне отдали одну из лучших комнат — просторную, светлую, с окном, выходящим на безграничные поля. После неволи было приятно видеть свет, ощущать мягкое прикосновение постели, есть хорошую еду. Неделю я не видела его, находясь в собственном мире, — гуляла по территории особняка без единой мысли в голове, лежала на кровати, всматриваясь в потолок. Я сохраняла молчание, словно за это время перерождаясь и уясняя для себя новые правила жизни. Меня не трогали ровно неделю, будто бы меня и не существовало. Лишь потом мне дали возможность переступить через себя: меня учили стрельбе, взлому замков, программированию и многому другому. Ещё полгода я не видела Его, если вам это интересно. Ирэн все так же продолжала смотреть на книги, но её лицо отныне выражало омерзение и одновременно стыд не перед рассказанной ситуацией, а перед своей старой версией. Хотя внутри она отдавала себе отчёт в том, что лишь в то время она была идеальна, как никогда, отпустив ненужные чувства и наскучившие надежды. Тогда у неё была огромная мотивация — быть уверенной в себе, научиться жить по-новому, начать жизнь сначала, постараться позабыть прошлое. Джейми казалось, что в камере смерть приходила и правда забрала у неё душу, если, конечно, она не успела продать её ещё раньше Мориарти. В те дни она была уставшей до дрожи в руках и ногах, специально не давая себе возможности сделать хотя бы маленькую передышку. Точнее, она позволяла это лишь во сне, когда реальность была над ней не властна, не могла нанести большого ущерба. В один день за ней пришёл мужчина, одетый с иголочки, бархатным голосом сказав ей идти за ним. К сожалению, блондинка не выглядела так же прекрасно, как он, от чего она, периодически опуская глаза в пол, шла за ним, дабы не видеть его идеально сидящего на точеной фигуре костюма. В ней более не было страха, но бушевало какое-то странное смятение, как это бывает перед чем-то неизведанным. Через семь дверей от её комнаты мужчина остановился и пригласил вовнутрь. Джейми, не теряя времени, вошла, оказавшись в просторном кабинете, — там царил полумрак, окна были полузанавешаны плотными портьерами, цвет которых и подавно было трудно разобрать, пол застилали узорчатые ковры с длинным ворсом, мебель была из тёмного, возможно, очень дорогого дерева. Джеймс стоял к ней спиной, смотря в окно, от чего его фигура превращалась в зловещий силуэт на фоне выбивающегося света. Услышав звук открывающейся двери, он обернулся и уставился отнюдь не на гостью, а на сидящего на кресле чуть поодаль красавца. — Познакомься, Джейми, это — Себастьян Моран. Мой помощник и правая рука. Возможно, что скоро вы будете пересекаться чаще, — равнодушно произнес мужчина, словно объявлял остановку в метро. Русоволосый остался сидеть на месте, лишь обведя гостью придирчивым взглядом с ног до головы. Его глаза несомненно были куда более живыми, чем у его хозяина, однако и в них уже прорастали холод и высокомерие. Он сразу не понравился ей, что отразилось на «их» будущем, вызвав множество недопониманий и конфликтов. Однако в тот момент девушка решила просто проигнорировать его в ответ, демонстративно не желая мириться с оказанным неуважением. Она осталась стоять на месте, приподняв подбородок и всматриваясь в хозяина дома, не обращая при этом никакого внимания на взгляд Морана. — Себастьян, можешь идти, — Джеймс прошёл в центр комнаты, положив руки в карманы. Мужчина лишь кивнул головой и, резво спрыгнув с кресла, прошёл мимо девушки, при этом двусмысленно ухмыльнувшись. Но она лишь продолжала смотреть вперёд, снова показав своё возникшее ещё в первую минуту ответное презрение к его личности. Услышав характерный щелчок двери, мисс Уайатт еле слышно выдохнула, ощутив заметное облегчение. — Присядь, — реплики Мориарти пускал всегда как-то неохотно, будто это было для него дело вынужденной необходимости, и каждый раз его голос звучал равнодушно, редко прорываясь на высокие ноты. Джейми вальяжно прошла к креслу, которое все еще было тёплым после Себастьяна, и тихо уселась, закинув ногу на ногу. Брюнет присел на край стола, оказавшись чуть левее неё. Его взгляд был направлен вниз: он мучительно продумывал свои слова, шевеля чёрными, как сама бездна, зрачками. В комнате, казалось, похолодело в разы, но девушка наслаждалась каждой секундой, ведь ожидала этой встречи месяцы. — Я в курсе твоих успехов, — тихо продолжил мужчина, скрестив руки на груди. — Пожалуй, это единственное, что радует меня сейчас. — Я могу помочь? — мотнула головой женщина, посмотрев исподлобья на собеседника. — Совсем скоро тебе представится возможность показать себя, — она окунулась в омут его глаз, как только Джеймс повернул голову в её сторону. Ирэн снова выдохнула, однако повернулась к собеседнику уже довольная собой. Она, как пантера, готовящаяся напасть, прошла уверенной походкой обратно к дивану и тихо села, подложив под спину подушку для удобства. Шерлок все это время не сводил с неё глаз, будто боялся упустить в её движениях что-то важное для него, что помогло бы составить полную картину. И все же он успел заметить одну перемену — её взгляд стал мертвее, потерял долю присущей ей уверенности. Детектив даже не мог представить, как отяжелели веки женщины от воспоминаний, а как к горлу подступил колючий комок. — Через пару дней меня отправили на задание. Оставлю детали при себе: они не играют большой роли. После него у меня открылась неисчерпаемая потребность в… назовём это в опасности и риске, ведь я могла забыться, а главное — отточить свои новые навыки. Тогда я полностью смогла пересмотреть понятие справедливости, как и доказать его относительность. Ах, как я была слепа, мистер Холмс. Со временем я становилась все лучше и лучше, оставляя позади многих шестёрок из Его окружения. — Но оставался лишь Себастьян Моран, ведь так? — краешек рта брюнета немного нервно дёрнулся. — Со временем Он начал брать меня с собой, именно так я увидела вас в тот вечер в бассейне, — блондинка сделала вид, что не услышала вопроса. — Я старалась всегда сопровождать Его, учиться и следить за приемами. Со временем со мной начали считаться абсолютно все, и сказать, что мне это просто нравилось, значит, ничего не сказать. Вам было интересно рождение персоны Джейми Мориарти? Я уподобилась Ему так скоро, как никто более в его окружении. Это не жалкая попытка нажить себе громкое имя и не знак принадлежности. Меня боялись и уважали так же сильно. — И все же не так, как мистера Морана… Шерлок мотнул головой, заставив собеседницу гневно поджать губы. Это имя заставляло её ощущать дрожь омерзения вперемешку с горечью от скользкой личности Себастьяна. Ох, сколько же крови он ей попортил за несколько лет их совместного сосуществования, сколько раз она ускользала из его жадных лап, норовящих показать ей свою силу. Полковник в отставке, Моран, был замечательным стрелком, снайпером, вторым человеком после Джеймса Мориарти — ведь именно так называли его. В результате, объект всеобщего криминального восхищения стал холодным, высокомерным человеком, цепным псом зловещего хозяина. Ненависть Джейми к русоволосому мужчине росла с каждым днём, а тот не упускал возможности указать ей на более низкое место. В один день блондинка зашла в кабинет Джеймса, но вместо него увидела Себастьяна, по-хозяйски стоящего по середине комнате и, видимо, тоже ожидающего хозяина. Однако её покоробила одна немаловажная вещь — ему позволялось заходить сюда, даже когда Мориарти не было на месте, в то время как ей такой привилегии не предоставлялось. Женщина вальяжно прошла вовнутрь, встав рядом с камином и облокотившись на него, обведя глазами мужчину с ног до головы. Тот, как, впрочем, и всегда, был в строгом костюме, очаровательно подчёркивающим его подтянутую фигуру. Блондинка ему не уступала, одетая в черное платье-футляр, и с аккуратной прической. — Слышал, что ты выходишь на задание чуть ли не каждый день, — инициативу в разговоре взял на себя мужчина. — А почему бы и нет? — оскалилась Джейми, не сводя с него глаз. — Просто теперь я лично имею возможность выбирать, — с нескрываемым сарказмом ответил Себастьян, положив руки в карманы. — Это так ты оправдываешь своё старение? — демонстративно прыснула собеседница. — Я ни перед кем не оправдывался и впредь не собираюсь, — сквозь зубы процедил русоволосый. — Особенно перед тобой. — Кто бы мог подумать, что ты такой женоненавистник. — Ты же знаешь, что дело не в этом. Я… — Твоё время на исходе, Моран, — грубо прервала его мисс Уайатт, сделав пару шагов вперёд. — Прости? — мотнул в непонимании головой мужчина, полностью повернувшись к ней лицом. — Ты скоро станешь прошлым, а я — есть будущее. — Твои амбиции погубят тебя, — прошипел Себастьян, смотря в блестящие от азарта глаза Джейми. — Только после тебя, — громко хмыкнула она с раздражением и вышла прочь. Ирэн сделала небольшой глоток воды, словно пытаясь потушить внутренний жар воспоминаний, и замолчала, переводя дух. В это время Шерлок замер, пытаясь представить, насколько далеко смогла зайти эта женщина, следуя, по его мнению, спорной истине, навязанной ей так умело извне. Это не была протоптанная кем-либо до неё тропа, это был вынужденный ход вопреки себе и обстоятельствам, так беспардонно упавшим на её голову. — Уже несколько лет полковника Морана нет с нами, — наконец, подал голос детектив, подняв глаза на блондинку. — Полагаю, это ваша заслуга? В ответ она прыснула, задорно улыбнувшись, вспомнив тот день, когда увидела бездыханного Себастьяна, лежащего по середине залы в особняке. Эти голубые глаза застыли в непонимании и одновременно ужасе, впившись в потолок, руки были раскинуты в стороны со скрюченными пальцами, губы — приоткрыты в поиске воздуха, который более не сможет его оживить. После его тело унесли в неизвестном направлении, закопав, вероятнее всего, где-нибудь в чаще леса, куда не сможет проникнуть ни один луч солнца. Проводив глазами в последний путь своего заклятого врага, Джейми с нескрываемым наслаждением вдохнула полной грудью и ухмыльнулась, понимая, что отныне Джеймс принадлежит лишь ей. Одной ей. Столько лет ей приходилось делить Его с этим пресмыкающимся, хотя все же необходимо было отдать Морану должное — он и правда был лучшим в своём деле. Каждый раз, пересекаясь с ним в коридоре, женщина изо всех сил пыталась сдержать себя, не отпустив всех колкостей за раз, а он лишь одаривал её на прощание ледяным взглядом. Она долго собиралась с силами для финального выстрела, продумывая все мелочи, которые в результате и должны были привести к гибели Себастьяна. Это было особенное дело для Джеймса, цель которого заключалась в ликвидации важного человека в правительстве. Полковнику не нужна была лишняя информация — лишь имя, фамилия, место и время убийства. «Что, если он случайно спутает клиента?» — подумала Джейми, преданно веря в тот факт, что все гениальное просто. Дождавшись дела в отсутствие Мориарти и надавив на пару несильно умных шестёрок, которым оставалось после этого жить недолго, она добилась «неожиданной случайности» — подмены карточек с инициалами и фотографиями клиентов. Вечером Джеймс вернулся обратно в особняк вне себя от гнева, вызванного пошатнувшейся репутацией. Девушка находилась в своей комнате, приоткрыв дверь в коридор и прислушиваясь к каждому звуку. Она успела заметить, как Морана с каменным лицом завели в кабинет хозяина, вызвав у неё приступ неимоверного наслаждения. Присев на кровать, блондинка представляла, как сильно разочаровал снайпер своего босса, не снимая победоносной ухмылки. Её воспоминания о неугодном бывшем солдате прервал звук выстрела, от чего Джейми подпрыгнула на месте, положив руку на грудь, — теперь она осталась наедине с Ним. С того момента девушка стала незаменимым помощником во всех делах, подтвердив свою новую фамилию — Мориарти. Она совсем не заметила, как в череде опасных дел в её голову засела навязчивая мысль — навестить родителей, тем самым продемонстрировав новую себя. День за днём ей все больше хотелось осуществить свою идею, что было, по сути, крайне опасной затеей, учитывая её положение. Закончив с одним клиентом в Лондоне, Джейми ехала обратно в особняк. В голову будто ударила молния, и она резко повернула руль своего автомобиля, оказавшись в знакомом районе. Завидев любимый когда-то дом, девушка остановилась и выключила двигатель, не убирая взгляда с родных окон. В ту секунду ей показалось, что она снова смотрит глазами овечки с именем мисс Уайатт, от чего она скривила губы и мотнула головой, отгоняя призрак прошлого. Уверенными шагами блондинка направлялась к двери, стуча каблуками по асфальту. Достигнув цели, она настойчиво постучала и замерла в ожидании обратной связи. — Войдите. Открыто, — прозвучал глухой, слабый женский голос. Джейми немного навалилась на дверь и вошла вовнутрь, сжав губы от подступающей дрожи в ногах и руках, — это был позабытый ею мир, который она когда-то так незаслуженно считала серым и скучным. Пытаясь подавить лишние эмоции, девушка сердито выдохнула и прошла дальше. В зале на диване сидела женщина с русыми волосами, среди которых упрямо проступали и седые, бледное лицо закрывали большие очки, а в руках она сжимала толстую, прочитанную наполовину книгу. Миссис Уайатт, не отвлекаясь, продолжала читать ещё минуту, будто гостьи здесь и не было, но потом все же подняла глаза и замерла, как неживая. Она обвела дочь внимательным взглядом с ног до головы, а её губы затряслись, повторяя имя вновь и вновь, как заклинание. Блондинка сделала шаг вперёд, рассматривая мать в ответ, но та опустила голову, то ли не веря собственным глазам, то ли собираясь с мыслями для разговора. — Я пришла проведать тебя, — смогла лишь выдавить Джейми, но прозвучало это как-то на удивление отчужденно. — Как…к…как т…ты, — ком в горле не давал женщине контролировать свою речь. — Мне нужно было найти убийцу Джейн, и я сделала это. С того момента у меня появилась своя дорога, — гостья пошла к креслу напротив и аккуратно присела. — Как понимаешь, я не могла рассказать тебе о новом положении дел. Это тогда, да, в принципе, и сейчас угрожает тебе. — Ты столько времени скрывалась, не удостоив меня объяснением. К…кем ты стала? — хозяйка дома все никак не могла заставить себя посмотреть собеседнице в глаза. — Новым человеком, мама, — та же положила руки на подлокотники. — А где отец? — Он умер год назад. — Как? — девушка свела брови в непонимании, не веря своим ушам, — по телу раскатилась новая волна жара, ударив куда-то в голову. — После того, как мы остались с ним вдвоём, он слёг от тоски по вам и умер. Он долго мучился, — глубоко вздохнула миссис Уайатт, сдерживая подступающие слезы. — Он рядом с Джейн? — Да, как он и хотел. — Я навещу его. Тебе что-нибудь нужно? Проси все, что хочешь, — глаза Джейми властно блеснули. — Скажи, ты довольна своей жизнью? — взгляд матери теперь смотрел прямо сквозь неё, точно застав врасплох. — Да, я… — Это для меня главное. А теперь можешь идти, — женщина отвернулась, не в силах наблюдать за тем, что осталось от её когда-то дорогой и любимой дочери. — Ты знаешь, где выход. — Мама, ты зря выгоняешь меня, — прошептала блондинка, поддавшись вперёд. — Береги себя, — собеседница оставалась непреклонной, чувствуя подступившее горчащее омерзение к неожиданной гостье — самодовольной кукле с хищным выражение лица. — Я ещё приду, — девушка поднялась с кресла, сложив руки в замок на животе. — Твоё право, — мать даже и не посмотрела в сторону уходящей гостьи. Вылетев за дверь почти со скоростью света, Джейми закрыла глаза и сглотнула, переводя дыхание, — сердце словно ножом проткнули от услышанного. Вот она слепая, глупая самоуверенность и вера в собственное ментальное и психологическое превосходство. Ох, папа. Она была равнодушна к тем, кого лишила жизни, ведь делала это по их заслугам, но его смерть словно в одночасье лишила её остатка души. Дикая боль внутри неё не давала ни сделать выдох, ни вдохнуть, погрузив сознание в мучительную агонию. Блондинка не помнила, как дошла до машины, смогла почувствовать своё тело лишь упав в кожаное кресло, хрустнувшее под её весом. Нажала на газ она только минут через пятнадцать, предварительно посмотрев в зеркало и приведя себя в порядок. Он не должен узнать о её слабости, Он должен видеть лишь силу в ней и её уме. Терпение — это уникальное, недооценённое качество, данное лишь избранным. Не каждый имеет силу воли ждать случая, подчас Божьего одобрения для выполнения дела. Терпение — это фанатизм от идущего времени, вера в него, в то, что оно обязательно расставить все по местам. Когда-то она ждала блестящую карьеру, потом — отмщения, затем — справедливости. С уходом же из комнаты Шерлока Джейми, наконец, решила быть честной перед собой — все это время глубоко внутри она ожидала спокойствия, уверенности в завтрашнем дне и так и не смогла получить всего этого. Когда-то женщина ждала столько, сколько бы позволило ей избавиться от Себастьяна Морана. Проведя ночь в сладостном предвкушении следующего дня, она в который раз подтвердила преимущества терпения. Отсчитывая в голове позабытый ритм черного вальса убийства, блондинка равнодушно оборвала нить жизни охранника Альберта, в чьих глазах навечно застыл серый потолок комнаты-камеры.