Месть с привкусом ананаса

Шаг, второй, третий... Гулкий звук отражается от гладкого бетонного пола и разлетается по залу, исчезая в полуразрушенных стенах, в складках порванного занавеса, в щелях, заменяющих окна. Сейчас Кокуе Лэнд был насквозь пропитан самой чистой, и потому губительной, ненавистью. С каждым новым шагом это чувство всё нарастает и, наконец, выливается в громкий удар металла по бетону. Звук разносится по всему зданию, отдаваясь слабым-слабым эхом. Трезубец слабо вибрирует в руках после удара, словно жалуясь на своего хозяина. Рокудо кидает холодный взгляд на свое оружие, и то в страхе исчезает в иллюзии. Синеволосый и сам не понимает, что на него нашло. Обычно он - воплощение хладнокровия, не позволяет себе вот так срываться, да еще и задействуя свой бесценный трезубец, но после того, что он увидел в кабинете ДК... Нет, это, пожалуй, вспоминать не стоит, иначе здесь всё полетит прямиком в самое пекло ада. Месть? Да. Только на нее сейчас был способен темный злодейский разум. Чтобы Кёя захлебнулся в собственной крови, а Тсуна видел смерть своего любовника. Только так на душе у самого Мукуро воцарится спокойствие. Привычная холодность, запасы которой сейчас являлись кормом для фантазий. Темноволосый хотел вновь вернуть ее, несмотря ни на что. Нет, просто смерти Кёи уже недостаточно. Его нужно унизить. Так, чтобы он сам захотел смерти. А затем заставить склонить голову перед Рокудо, пасть ниц. Чтобы Облако вымаливал способ очиститься от позора... Один неосторожный шаг. Острый слух выдавливает его, в правом алом глазу Мукуро резко сменяется иероглиф, в руках появляется трезубец, и тут же сталь встречается с чужой кожей. Жертва атаки вздрагивает, что-то с шелестом падает на пол. Парень оборачивается. - Ку-фу-фу~ Это вы, Кен, Чикуса, - иллюзионист убирает оружие от горла блондина. Во взгляде зеленых глаз читается недоумение. - М-мукуро-сан... Что-то произошло? - Джошима медленно опускается на пол, собирая рассыпавшиеся продукты, изредка посматривая на Рокудо. Ему тоже непривычно видеть своего босса в состоянии беспричинного гнева. Затем поднимает полиэтиленовый мешочек и заглядывает внутрь. - Ну вот, всё перепуталось... И где моя жвачка теперь? Темноволосого злодея передернуло. Он быстро вернул свой взгляд к блондину и прищурил глаза. Вот! Вот она, идея, как лучше отомстить! - Кен. Повтори, что ты только что сказал. Парень явно удивлен. Его вопросительный взгляд чувствует на себе сначала Чикуса, а затем уже и сам Мукуро. - Что-то произошло? - Нет. Сразу после. Джошима вздрагивает. Что могло привлечь внимание иллюзиониста в таких обычных словах? Похоже, Чикуса понимает не больше него самого. - Всё перепуталось... Впервые за продолжительное время взгляд Рокудо приобретает привычный коварный блеск, а на тонких губах появляется колючая ухмылка. Резко развернувшись на пятках, он спешит покинуть Кокуе Лэнд, ведомый лишь одной навязчивой мыслью. "Месть". Средняя школа Намимори пустовала. Даже грозный Хибари Кёя покинул её по каким-то своим неотложным делам. Идеальный шанс, чтобы воплатить свою задумку в жизнь. Зловещее "ку-фу-фу" ежеминутно срывалось с губ иллюзиониста, пока он неспеша прогуливался по коридорам школы. Разноцветные глаза с маниакальным огоньком осматривали каждую дверь и табличку над ней. Кабинет искусств, классы, медицинский кабинет... Только двери кабинета Дисциплинарного комитета выделялись своим безупречным блеском, что даже без указаний было понятно, кто здесь руководит. Что ж, это сыграет с ними злую шутку. Рокудо потер руки, обтянутые тонкой темной кожей перчаток, готовый приступать к воплащению плана. Теперь все должно произойти быстро. Хибари Кёя будет носить на себе бремя позора, а тело Тсунаеши Савады, наконец, будет принадлежать только ему... Здание школы окутал плотный, похожий на молочную пелену, туман. Зловещая тишина, словно затишье перед бурей. Ни шороха, ни скрипа. А ведь за туманной стеной вовсю "трудится" Мукуро. По мановению его тонкого пальца таблички слетают с дверей. Все разом. Тут же кружатся, перемешиваются, являя собой смерч пестрящих символов. И через минуту разлетаются обратно к дверям. Парты и стулья, доски, тетради, растения, схемы и карты... Всё присоединяется к безумному карнавалу иллюзий, сумасшедшему в данный момент иллюзионисту и его плану мести. Рядом с самым центром "смерча" появился макет человеческого скелета в полный рост. Такой хрупкий, но в то же время такой фальшивый. Прямо как Тсунаёши. Темноволосый придерживает скелет за позвоночник, прижимая к себе. Губы его вновь расплываются в ухмылке. Кончиками пальцев он проводит по верхушке черепа, опускаясь вниз, к отверстиями глазниц и дальше по скуловой кости, затем, придерживая череп за подбородок, легко целует его в плотно сжатые зубы. Феерия замедляет свой ход, скелет рассыпается прахом в руках иллюзиониста, прочая утварь растворяется в непонятно откуда взявшемся в коридорах тумане, а вслед за ней и сам преступник покидает здание. Завтра. Остался один день...