Миссия "Сверхчеловек"

Планета Эжена встречает нас ветром и зноем. Здесь жарко, сухо и сложно дышать из-за постоянного ветра. Эжена идет по земному типу эволюции, на ней уже хватает зеленых растений, чтобы производить кислородно-азотную атмосферу, но из животных пока одни ящеры. Прыгающие ящеры размером с крупную кошку, ловко хватающиеся коготками за крохотные неровности отвесных склонов гор. Летающие ящеры, камнем падающие на добычу, сворачивая округлые кожистые перепонки. Плавающие ящеры с двойной дыхательной системой, насмерть бьющиеся с хищными, покрытыми сплошным панцирем рыбами за теплое мелководье и вкусные синие водоросли и постепенно оттесняющие жабродышащих на глубину... - Синие водоросли - единственная местная форма жизни, которая пригодна в пищу для человека, и то после тепловой обработки, - инструктирует нас Маккой. - Боунз, мы не на пикник отправляемся - все три дня проведем на территории рудника. И на охоту тоже не собираемся. Выгрузим дробилки, дождемся настройки и запуска, и сразу назад. - Зная специфику наших миссий, лучше перестраховаться, - ворчливо отзывается доктор, застегивая воротник мундира. Ему предстоит передать медицинской службе Эжены партию лекарств: и земные горно-добывающие комплексы никогда не напоминали курорт - что говорить об инопланетных. Сандар и я отправляемся помогать инженерам с настройкой и установкой оборудования, которое позволит шахтерам пройти вглубь, ниже выработанных слоев. Точнее, помогать будет Сандар - он разбирается буквально во всем. А я... Я напросился на высадку, даже не имея весомой мотивации. Скорее всего, на решение капитана повлиял Спок - после нашего с ним разговора. Сандар же все двое суток с памятного турнира в упор меня не замечал, а я старался не попадаться ему на глаза, только знал, что он исправно принимает одну за другой дозы своего лекарства. Пока все выглядело так, будто он собирался закончить наладку оборудования, а потом тихо потеряться в горах и сгореть, никому не причиняя неудобств. Что ж, он принял свое решение. А я - свое. - Вы как нельзя более вовремя, - после первых приветствий сообщает начальник добывающего комплекса, по сути, управляющая и обширным шахтерским поселком Вэнна Эшли. Грубая мужская одежда не скрывает стати античной богини, застарелая усталость - гордых черт предводительницы баррикад, резкие скупые жесты лишь подчеркивают своеобразную женственность. Что до меня, то после пестроты нынешнего мира мой слух просто блаженствует в правильности, почти академичности ее безупречного британского произношения. - Знаете, в верхних слоях уже нечего ловить, а идти глубже при наших старых дробилках не позволяет плотность породы. Федерация достаточно богата, чтобы не допустить голода и нищеты, но без дела рабочие начинают от скуки лезть на стенку. Без обид, почти все они - мужчины, а значит, им надо с утра умыться, побриться и топать убивать мамонта, без этого они не чувствуют себя хозяевами мира. Не удивляйтесь, если встретите враждебность и агрессию - вы для них вроде бесплатного цирка в приложение к новой работе. - Думаю, уж вы-то держите своих охотников в узде, - подкупающе улыбается Маккой. Вэнна бросает на него быстрый взгляд и отвечает неожиданно мягкой улыбкой. М-да, вот уж действительно, глянет - как рублем подарит, вот и капитан понимающе перемигивается со Споком. - Мы с рабочими понимаем друг друга, - уклончиво поясняет Вэнна. - С ними нелегко, но я - одна из них. Враждебность и агрессию мы действительно встречаем, едва из исполинского зева шахты показывается вагончик, везущий отработавшую дневную смену. Сандар и инженер комплекса Маккензи к тому времени заканчивают первичную наладку дробильной установки, которую запустят здесь, на шахте "Драксина" - самой многообещающей на Эжене. Я же успеваю наизусть выучить висящую на стене инструкцию по технике безопасности, почти вникнуть в принцип работы дробилки и почти неосознанным движением передать Сандару гипо с последней дозой стабилизатора. Он принимает шприц молча, аккуратно, чтобы не коснуться моих пальцев даже сквозь защитные перчатки. У меня сжимается в груди. - Пожалуйста, - в пустоту говорю я и делаю мысленную пометку достать у Маккоя еще. По расчетам Спока, у Сандара есть еще около двух дней. Ах да, перед самой высадкой, едва сделав себе очередную инъекцию, он сухо и ровно попросил меня постоянно держать наготове фазер, чтобы "принять меры в случае необходимости". Интересно, что сделает Хан, когда узнает. - Гляди, ребята, наше пособие по безработице приехало, - раздается со стороны вагончика. Я оборачиваюсь. Рабочих около пяти десятков, кое-кто сразу отправляется к выходу - домой, в душ, ужинать и спать, но человек двадцать с любопытством окружают почти готовую к спуску конструкцию. - Ну все, Эрни, можете с детьми о Земле и не мечтать... - Какая Земля, теперь дай бог на молочную смесь наскрести. - Через неделю счета придут, а мы все на пособии будем... - Ша, троглодиты, - по-свойски рыкнул Маккензи, не поднимая головы от настроечной панели проходчика. - Хоть бы техлисты глянули, на эти дробилки еще и новые руки нанимать придется, а уж вам точно дела хватит. - Скажи это на "Ардане", там парни третий месяц без работы сидят, - прогудели из ощетинившейся кучки. - Тоже обещали работу, а сами набрали каких-то чужих, теперь породу гребут, а свои голодают! - Да в шахту ее без лифта, и вся недолга! - Кто сказал? - Маккензи поднял лобастую голову. Шахтеры со смутным ропотом придвинулись друг к другу. - Тонга, ты, торчок черномазый? Никаких чужих на "Ардану" не принимали, и у нас принимать не будут, пока вы все не будете заняты. После нас дробилку поставят на их шахту, а пока породу там выгребают пустую, с того же уровня, нехрен сплетни трепать! - низкий голос инженера наливается заметным рычанием. - А кто будет мне тут муть поднимать, в золотари пойдет, силовую установку вычищать! - А на добычу этих умников запустишь! - вопит нарушитель спокойствия, а потом в нашу сторону летит шахтерский инструмент, которому я не знаю ни названия, ни назначения, только успеваю сдернуть Сандара с траектории полета тяжелого и твердого предмета. И в шахте в одно мгновение начинается сплошная свалка.