С чистого листа, малыш...

Крепкая сигарета, которая сжимает легкие от всепоглощающего дыма, захватив весь мой разум в плен. Перед глазами всё превращается в туман. Я выдыхаю, продолжив оценивать ситуацию с лучшей стороны, хотя обида до сих пор колит сердце. Ведь он приехал, ведь он целовал меня, предупредил об опасности, которая может угрожать мне и моему брату за прошлое. Ведь это же не с проста. Не может быть, чтобы Андрей затеял очередную игру, где я груша для битья, а он супер-мачо, который позволяет себе так обращаться с чувствами девушки. Еще раз смотрю в окно, едва не упав с подоконника, когда замечаю Его машину. Для чего он вернулся? Это не имеет значения, ибо моя душа вновь взлетает в поднебесье, оттуда так нелегко спускаться в реальность. Я дожидаюсь когда Белов выходит из машины и переступает бордюр. Он двигается медленно, напряженными глазами исследуя мое окно. Парень подходит к нему, совсем близко, стучит своими пальцами, дожидаясь пока я приоткрою его. — Что-то забыл? — весьма грубо, пока сердце сжато в тиски от необходимости поцеловать любимого. — Передашь своему брату, что Ющенко будет ждать его завтра в 19:00 на том месте, где у них все началось. Ком застрял в горле моментально, после чего я уже не могу вымолвить ни слова. Лишь сильнее открываю окно, чтобы разглядеть Белова получше. Он как всегда невозмутим, совершенно спокоен, даже голос не дрогнул когда сказал такую вещь. — Это он тебе сказал? — Да. — Он даже не смотрит на меня, будто разговаривает с темнотой. Парень лишь изредка моргает, пока его скулы подверглись напряжению. — А почему бы тебе самому не разобраться с этим Ющенко? У тебя полно ребят, ты же авторитет и… — Это не мои проблемы, Кира… Его слова бьют меня в сердце, заставляя те осколки, которые начинали собираться, вновь разбрестись по всей груди. Не будь я трезва, то уже наверняка бы выпрыгнула в окно и накинулась на Белова. Старалась бы расцарапать ему глаза. Хваталась бы за любой камень, дабы въебать ему по другому виску, полностью изуродовав его. Возможно, таким образом я смогла бы предостеречь тех девушек, которых в дальнейшем мог обмануть Белов. Я смогла бы изуродовать его внешность, не оставив шанса на то, чтобы найти какую-нибудь красотку и разбить ей сердце. — Ах не твои проблемы?.. Простите, пожалуйста, господин Белов, что мы с моим братом заставляем вас ездить и договариваться о таких встречах. Простите, что втянули вас в свои проблемы! — Кира, стой! — он выставляет руку вперед, не дав мне шанса чтобы захлопнуть окно. — Я не это хотел сказать! — А что же тогда? Говорите, не стесняйтесь! — Перестань так со мной разговаривать, иначе я… — Что? Вырвешь мне язык? Или снова подставишь под нож?! — наконец, я захлопнула свое окно, пользуясь тем, что Белов в полнейшей растерянности от моих слов. А чего он ожидал, что я буду до сих пор по нему скучать? «Я ведь скучаю» Ни черта подобного! Я его не люблю! «Люблю до кончиков волос» Он мне не нужен. «Безумно необходим» Черт бы побрал этого проклятого дьявола, который каждый раз, когда я только начинаю прекращать думать о нем на долю секунды, сразу же появляется в моей жизни. Я не могу отрицать очевидное, не могу больше обманывать свое сердце, которое молит о его прикосновениях. Я люблю его, и всегда буду любить, пусть даже он и охладел ко мне. Даже сейчас, когда Белов направляется к машине, я ищу предлог чтобы его остановить! — Он ведь не собирается убивать Вову? — выкрикиваю эти слова вновь открыв окно нараспашку. — Чисто разговор… — Останавливается Андрей, немного обернувшись назад, бросив слова через плечо. — А ты там будешь? — А как иначе, Кира? — Только сейчас, когда он оборачивается полностью, я замечаю искру в его глазах. Парень оглядывает меня, все, что может увидеть из открытого окна. Я чувствую прохладный ветерок на своей обнаженной коже, даже не пытаясь вернуться обратно в тепло. Просто остаюсь стоять в одном нижнем белье, внимательно смотрю на Белова, который делает несколько шагов обратно к моему окну. Он осторожно берется за край, после чего резво забирается в мою комнату. Я отступаю назад, ошарашенно смотрю за его действиями. Не могу никак понять того, что Андрей так ловко забрался в мое открытое окно, и теперь стоит передо мной. Его облегающая футболка так и манит, чтобы я её сняла и вновь налюбовалась татуировкой, которая часто снится мне во снах. — Тебе было плохо, когда мы расстались? Поэтому подсела на кокс? — спрашивает он, после чего все мои застывшие страхи, что эмоциональная боль вернется, тут же проснулись. — Ты не представляешь, как сильно. — отвечаю я, нарушая эту сжигающую тишину. — Ты плакала? От этого вопроса я никак не могу сдержать усмешки, верчу головой, от разочарования в догадках Белова. — А ты как думаешь, Андрей?.. Слезы важнее для тебя, чем то, что я скатилась!? Что я бухаю каждый день! Я подсела, Белов! Я нюхаю, и в таких дозах, что становится страшно за себя. А приду ли я в себя? Смогу ли проснуться на утро после всего?— Он молчит, после чего я нахожу в себе силы перейти в наступление. — А какого было тебе? Как ты расстался с Жанной? Как отреагировала на это твоя Лиза? — Она не моя, Кира. С ней давно все покончено. — Тогда почему же ты бросил меня? Ради кого, если через несколько дней расстался с Жанной? Скажи, для тебя я была лишь игрой? Ты лишил меня девственности, достаточно порезвился в плане Астахова и его чокнутого сынка, который оставил это, — касаюсь своего шрама на животе, замечая сфокусированный взгляд Белова, — и я стала тебе не нужна… — Кира… — Объясни, почему ты меня бросил? Почему? Неужели я тебе так надоела, что надо было так поступать?! Целовать Жанну, обзывать меня очередной потаскухой и бить по лицу? — я уже не могу держать себя в руках. Выкрикиваю ему эти слова, ощутив как вот-вот душа разорвется в клочья. Еще секунда и слезы непрерывным потоком катятся из глаз. Морально раздавленная, я уже не могу себя остановить. Я продолжаю кричать на всю комнату, в надежде что достучусь до правды… Почему же я всё еще здесь? Почему позволяю так над собой издеваться? Разве это любовь, когда один так страдает, а второму попросту похуй. Ему стоит сказать пару слов и всё - моментальное прощение. — Я когда-либо, была нужна тебе, как девушка, которую можно любить? — Да. — коротко и ясно, после чего Андрей делает еще один шаг, обхватив меня своими руками, и прижимает к себе. — Тогда почему ты так поступил? Почему мы не можем начать все с чистого листа? - взрываюсь. Истерика завладела моим подсознанием. Не могла рационально мыслить. Хотелось кричать. Хотелось ударить его! Сделать так же больно, как и он мне! Хочу, чтобы он чувствовал это! Бью кулаками в грудь, но он словно и не чувствует, продолжает стоять смирно. Тогда я сдаюсь. Обхватив его шею ладонями, стараюсь прижать к себе еще ближе, но Белов словно статуя. Он неподвижен. Не дает даже мне ощутить своё тепло. Он просто обнимает. Без всяких эмоций. Безжизненно. — Не время, Кира, сейчас не время. — А когда будет время? Когда ты сполна нагуляешься, а я совсем сопьюсь, пытаясь заглушить свое горе? Я каждый день просыпаюсь с криком, потому что мне снится, что ты погибаешь, что ты уходишь навсегда… Я не могу так больше, Андрей. Я не в силах… Ну прошу тебя, ну дай нашей любви последний шанс… Прошу, Андрей… Я унижаюсь и делаю это, полностью осознав данный факт. Мне даже не страшно ощущать обезумевшую боль внутри себя. Я лишь хочу достучаться до разума Андрея, лишь хочу, чтобы он ответил мне на единственный вопрос. Хоть на какой-нибудь. Его теплое тело, и эти нежные прикосновения… Белов шепчет мне на ухо единственные слова, после которых внутри меня все разрушается раз и навсегда. — Не могу, прости… Он отступает, после чего я уже не чувствую его тепла, не ощущаю, что он рядом со мной. Открываю свои глаза, понимая, что осталась одна в собственной комнате, пока Андрей уже садится в свою машину. Он снова уезжает с моего двора, а я обливаюсь болью. Не могу себя удержать в эмоциональном крике, через который я пытаюсь высвободить из себя всю боль. Брат каждый раз осматривается по сторонам, крепко сжимая в руках пистолет, который одолжил у Мирошникова. Я чувствую, как сжимается мое сердце каждый раз, когда мимо проезжают машины, немного притормаживая при этом. — Боишься? — спрашиваю Вову, на что получаю лишь удивленную улыбку. — Я? Медведь никогда не испугается шакала. — Вова выпрямляется, словно пытается показать какой он большой по телосложению. — А вот я боюсь… — Тогда тебе следовало оставаться дома вместе с Ольгой. Я вообще не понимаю, какого, собачьего хуя, ты сюда поперлась? — Он возмущенно вскрикивает, смотря в мою сторону. — Хочу кое-что проверить… — Кинется ли Белов на нашу сторону, когда увидит тебя? Ты таким образом хочешь проверить, остались ли у него к тебе чувства? Господи, систр, я тебя умоляю, перестань ты убиваться за ним. — Хватит. Ты и сам время от времени думаешь о Марии. — Да потому что у нее мой ребенок в животе. У тебя нет такого аргумента, поняла? — Не кричи. — пытаюсь успокоить брата, который вновь завелся с полуоборота. — Не кричи, — передразнивает меня Вова, после чего осматривает лицо, — ты стала на Бабу Ягу похожа из-за алкоголя. Кидаю в сторону брата неодобрительный взгляд, всеми силами пытаясь показать ему, как сильно хочу тишины. Она наступает, но лишь на мгновенье, ибо стремительно к нашей машине подъезжают четыре массивных джипа. — Их вон сколько, а нас лишь двое… А думаешь, двенадцать шакалов способны разорвать медведя в клочья? — Брат выглядит совсем не испуганным, хотя голос немного дрогнул. Он продолжает применять сарказм даже в данной ситуации, полностью меня успокаивая… Ведь пока Вова говорит эти слова, я замечаю белый Мерседес, который становится параллельно нашему Форду. — А вот и волк в помощники. — бубню себе под нос, но и это слышит брат. — Или он здесь, чтобы возглавить стаю шакалов. Сиди пока здесь..... — Щас прям! — кричу этот протест, быстро выходя из машины. Брат ругается матом, после чего следует за мной. Мы делаем несколько шагов, останавливаясь возле капота нашего автомобиля, после чего, все тушат свои фары. Кромешная темнота, которую немного разгоняет свет наших фар, которые мы так и не выключили. — Какого черта ты здесь? — Голос Белова, который подходит слишком близко к нам, но его останавливает огромная ладонь моего брата, которая ложится в область груди Андрея. — Не так близко. — предупреждает его Вова, после чего Андрей нервно цокает, направляясь в сторону своей машины. Он недовольно садится на свой капот и тянет руку к кожаной куртке, откуда достает пачку сигарет. Белов закуривает, продолжая наблюдать за мной, покуда я вновь ощущаю прибавление злости и кучи вопросов относительно наших отношений. — Вот и он… — шепчет брат, когда мы видим перед собой высокого мускулистого блондина, который останавливается в трех метрах от нас. Алекс Ющенко кидает на меня свой взгляд, после чего одобрительно улыбается, затем смотрит в глаза моему брату. Ощущаю большое напряжение, берусь за руку Вовы, которая прислонена к карману, где спрятан пистолет. Мне немного не по себе от такой обстановки. Словно я начинаю уже забывать те дни, когда находилась рядом с Беловым и мы попадали в подобные передряги постоянно. Но тогда я была в безопасности, зная, что Андрей защитит мгновенно… А сейчас… Он просто стоит в сторонке и курит сигарету. Кажется ему вовсе нет дела до того, что может произойти. Такое ощущение, что Белов вновь отстранен от данного мира, каждую секунду проводит в своих мыслях. — Четыре года спустя. — шепчет Алекс на ухо моему брату, сильно при этом прислоняясь к нам. Я ощущаю как его рука проскользила по моей талии, отчего глаза враз расширяются. Делаю шаг назад, упираясь ногами в бампер своего автомобиля. — Думаю, ты понимаешь, что я не имею никаких претензий к тебе, за то, что ты пытался подкинуть мне наркоту когда приехали полицейские. — Что ты, совсем нет… Учитывая что на видеозаписи, которую сделала твоя сестренка, отчетливо видно, что я достал сверток со своего кармана и засунул в твой… Этот факт и стал решающим в назначении моего срока. Пять лет, твою мать, — он выругался, осматривая своих парней, которые совсем не скрывали улыбок победителей, — деньги сыграли свою роль, поэтому я вышел раньше. — Поздравляю, теперь можешь жить новой жизнью. — Продолжает мой брат, после чего Алекс еще раз делает шаг к нам. Мне не по себе, когда парень осматривает меня с ног до головы, сильно зациклив взгляд именно на лице. — Конечно могу, но для этого мне нужно небольшое одолжение с твоей стороны. — Он вновь обращает внимание на моего брата, который прижимает меня к своему телу. — Какое же? — Не могу больше сдерживаться. От колющей напряженности, эти слова буквально вырываются из моего рта, после чего я уже не сомневаюсь, что Алекс больше не переведет своего оскала. И в самом деле, он тут же смотрит на меня, всепоглощающе, от чего внутри образовывается непонятная пропасть. Я краем глаза смотрю на невозмутимого Андрея, который продолжает докуривать сигарету, после чего кидает окурок на землю. — Все разваливается. Плохих парней, желающих высасывать деньги из влиятельного народа нашего города, с каждым днем прибавляется в разы. Мирошников уже не тот авторитетный парень, который мог построить своих ребят и соблюдать дисциплину в подобном роде дела. Он уже не лидер… Белов, — он смотрит в сторону Андрея, — свое лидерство держит по-прежнему в ежовых рукавицах. Я фыркнула себе под нос… Кто бы сомневался, что парень будет продолжать жить в мире бандитизма и опасности. — Парни с Западной совсем обнаглели. Они стараются подмять под себя все торговые точки, каждого богатого человека… Мы не должны им позволять это. В первую очередь я считаю, что необходимо объединиться… Мирошников отказался вступать в неравный, как он сказал, бой, и покинул свою, так называемую, должность. Его банда распадается, и только человек, который имеет внутренний стержень может остановить этот распад… Андрей предложил на место Мирошникова — тебя. Вова непонимающе смотрит на Белова, который делает несколько шагов, тем самым, присоединяется к нам. — После убийства Астахова, Мирошников совсем в воду канул. Он живет как крыса в своем логове, боясь высунуться на улицу. Ты знаешь, Вова, что твориться с вашими ребятами. Необходимо дать им сил, дать им нового лидера, и это будешь ты. — Андрей говорит четко, без тени страха. Его голос звучит так монотонно, что стоило мне лишь прикрыть глаза, и воспоминания наших встреч тут же проснулись в разуме. — И что мне с этого?.. — Безопасность, Вова, все мы будем это обеспечивать! — Ющенко протягивает руку моему брату. — А как же Димон, если он захочет вернуться к… — Он ссыкло, которое никогда не осмелиться пойти против нас, против всех нас. — Продолжает Ющенко, после чего брат все же жмет ему руку. Все разваливается в моем мире. Все воспоминания, которые в той или прочей мере связанны с дружбой Вовы и Димы — рушатся! Я пытаюсь вспомнить когда именно между ними пробежала черная кошка, после которой брат уже перестал так хорошо общаться и дружить с Мирошниковым. Пытаюсь вспомнить все те минуты, все те часы, дни, когда мы были все вместе. Лишь спустя мгновенье, когда брат жмет руку Андрею, не скрывая своей злобы к Белову, я понимаю, что именно он является этой самой черной кошкой. Именно из-за Белова, из-за той страшной ночи, когда Астахов со своими людьми напали на нас, все пошло наперекосяк. — Не желаете отметить это дело? — неожиданно спрашивает Алекс, вновь посмотрев на меня. Он словно ожидал именно моего ответа, так отчаянно пытаясь найти на моем лице тень страха или же смущенности. Как только я смотрю на своего брата, осознавая что он немного колеблется с этим решением, то беру все в свои руки. — Конечно, мы не против… В конце концов, не каждый день брат становиться главарем банды. Алекс весело улыбается, когда услышал мой ответ. Я улыбаюсь в ответ парню, пытаясь уловить хоть капельку ревности в глазах Белова, который, как всегда, невозмутимым образом продолжает быть спокойным. — Тогда езжайте за моей машиной. Повеселимся у меня дома. — Мягко говорит Алекс, после чего тянет свои руки к моей. Он берет мою ладонь, мягко сжимает её, поднося к своим губам. Обжигающий поцелуй моих пальцев, и мозг отключается от столь феерического действия со стороны парня. Я снова смотрю на Белова, моля Бога, чтобы хотя бы это действие Ющенко, заставила парня заревновать. Ничего. Пустое лицо, по которому так и охота зарядить камнем. Я отказываюсь осознавать, что ему стало все равно, кто ко мне прикасается и что вообще происходит в моей жизни. Его безразличие лишь сильнее побуждает во мне желание, сделать все, лишь бы вызвать у парня хоть какие-то эмоции по отношению к себе. Я готова даже ответить легким флиртом в сторону Ющенко, если это поможет вернуть моего ревнивого Андрея, того, кто никогда не позволит чтобы к его девушке прикасались другие парни. Немного блеска на губы и я улыбаюсь себе в отражении. Все-таки не ошиблась, когда решила взять с собой сумку с косметикой, будто знала, что окажусь в одном доме с Беловым. Выхожу из ванной комнаты, вновь присев на диван рядом с Алексом и моим братом, который уже вовсю распивает алкогольные напитки с такими серьезными парнями… Столько опасных, столько крутых парней в одной комнате, я еще в жизни не видела. Все они кажутся такими запретными… Любой косой взгляд в их сторону, и ты можешь стать трупом. За частую именно из-за этого, я уже битый час стараюсь не смотреть в их сторону, стараясь завоевать внимание Андрея, который ни на секунду не расстается со своим телефоном. — Как-то тут скучно! — мямлит один из людей Ющенко, и Алекс тут же отвечает на его нытье. — Скоро будет весело. Девушки уже в пути! — как только он заявляет столь неожиданную информацию, все парни мигом заулыбались, словно это одушевило их невзрачные души. Андрей поднимает свой взгляд, наконец-таки оторвавшись от экрана телефона. Он даже не смотрит в мою сторону, лишь изредка поглядывает на входную дверь, к которой постоянно подбегают парни в ожидании девушек. Это окончательно выбивает меня из колеи, заставляя действовать, применить весь свой шарм и обаяние на Алекса. К слову парень ни разу не упустил свой шанс задать мне множество вопросов, постоянно пытаясь прикоснуться ко мне. — Эй, братела? — он немного трясет моего брата, вцепившись ему в плечо. — Ты че, отрубился? — О боже… Кажется он перепил. — осознав, что одним защитником меньше, я мигом теряю весь энтузиазм по поводу привлечения внимание Белова. Пытаюсь разбудить Вову, но все без толку. — Давай отведем его в комнату пусть там покемарит. Я соглашаюсь со словами Ющенко, не замечая как быстро мы поднимаем брата на ноги, протаскивая его вялое тело по коридору в самую дальнюю комнату. Тишина, которая наступает мгновенно после того, как мы оказались в этом темном коридоре, не дает мне расслабиться. Немного не по себе идти в неизвестность вместе с тем парнем, который отсидел четыре года из-за моей видеозаписи. Тот, кто не смог откупиться от такой существенной улики, и отказаться от свободной жизни на четыре года… Алекс открывает двери, после чего принимает на себя весь вес моего брата, кладя его на диван. Я беру одеяло, которое лежит сложенным на краю дивана, укрывая своего Медвежонка. — Я побуду с ним, ладно? — смотрю в лицо Алекса, который, почему-то, улыбается. От этой улыбки мне не по себе. Я мгновенно вспоминаю улыбку Андрея, в тот день, когда он пытался меня изнасиловать. Похотливая, без тени страха и жалости. Алекс приближается ко мне, протягивая свою руку, словно предлагает нечто запретное. В эту секунду во мне просыпается столько страха, что невозможно отрицать, как сильно я загнана в угол, из которого не выбраться. Берусь за руку Алекса, который выводит меня в комнату. Я уже собираюсь облегченно выдохнуть, когда мы оказываемся в коридоре и движемся обратно у ребятам, но внезапно, Ющенко останавливается. Он толкает ладонью дверь, после чего она резко открывается. — Хотел показать тебе это. — Заявляет парень, после чего заводит меня в глубь комнаты, наконец-таки, включив свет. От того что я вижу, эмоции бьет через край. Столько милости, столько нежности и доброты мигом наполняют все мое тело. — У тебя есть собака? — спрашиваю я уже когда опустилась на колени, чтобы взять в руки щеночков, которые резво игрались друг с другом. — Их мать умерла при родах. Я сам выкормил их, с помощью детской бутылочки. — Заявляет Алекс. В его голосе уже ничуть не слышна фальшивых интонаций, которые проявляются из-за большого количества выпитого алкоголя. Парень словно и не пил вовсе, выглядел свежо и абсолютно трезвым. Он присаживается рядом со мной, взяв в руки рыжего щеночка, предлагая мне его. — Он очень ласковый, не такой как эти кусаки, — Алекс строго смотрит на других щенков, которые так и норовят залезть на мои ноги. Я не понимающе смотрю на парня, когда он сильно прижимает щенка к моему телу. По мне пробегают мурашки, отчего сердце перестает биться от такой милости, когда щенок лижет мне пальцы. — Ты можешь забрать его через неделю, как только он еще немного подрастет. — От такого заявления я теряю дар речи, внимательно смотрю в глаза Ющенко, пытаясь прочесть в них некую подставу. — С чего такое великодушие? Не забыл, ведь именно из-за меня ты отсидел в тюрьме… — У меня тоже есть сестры, Кира, — невозмутимо говорит Алекс, после чего закуривает сигарету, — и они так же бы грызли глотки за меня, как это сделала ты, в тот день. Я был не прав, и я понимаю это… Бить девушку, да потом еще и избить парня, который пытался заступиться за нее, это неправильно… Помнится в порыве гнева, я так же и тебя ударил… — Ты пытался, но получил по яйцам. — Твердо, без капельки страха, заявляю я, вспоминаю ту драку. — Точно, — усмехается Алекс, — помнится, ты была совсем другой… Сильно же ты изменилась за эти четыре года… Сколько тебе тогда было? — Едва исполнилось шестнадцать. — Сколько в тебе было эмоций, драйва, как ты отчаянно кидалась на всех моих парней, пытаясь раскроить им черепа камнем. А сейчас ты такая спокойная, даже как-то тоскливо… — А ты хотел драйва от меня сегодня? — Во всяком случаи, я ожидал его от тебя. — заявляет парень, после чего предлагает мне докурить за ним сигарету. Я пытаюсь отказаться, но Алекс резко прислоняет фильтр к моим губам, заставляя их открыться и сжать сигарету. Ющенко так внимательно наблюдает за моими действиями губ, что мне становиться не по себе, от такого ярого интереса в его глазах. Я понемногу забываю, что именно сотворил этот парень в тот день, сейчас все изменилось. Он мог отомстить нам сразу, тем более вышел с тюрьмы еще полгода назад. Он мог с легкостью отомстить, но не посчитал это нужным. Он вернулся в Москву с одной лишь целью, сохранить порядок, который создавался годами, и не дать другим парням, жестоким и бездушным, делать все что они хотят. — Ты не боишься меня, правда? — Я устала бояться парней… Не такие вы и страшные. — отчаянно заявляю я, после его обхватываю фильтр сигареты своими пальцами. — Особенно по отношению к таким девушкам. — Может, вернемся к остальным? — А тебе скучно со мной? — парень криво улыбается, после чего закусывает нижнюю губу с задумчивым видом. — Даа, потерял я сноровку. — Дело не в этом. — Ты просто хочешь побыстрее вернуться к Белову, ведь так? — С чего ты взял? — Мне уже всё давно рассказали, что Белов бесповоротно влюбился в Киру Казакову, а потом, он внезапно бросает девушку… — Он меня не бросал, мы расстались по обоюдному согласию… — Тогда почему же ты до сих пор питаешь к нему любовь, а он продолжает развлекаться с девушками. Эти слова так сильно бьют мне в сердце, что я уже совершенно не контролирую свое тело. Быстро кладу щенка обратно, как только слышу радостные возгласы и женские голоса. Смотрю на Алекса, который кивает мне на дверь, словно кидает глупый вызов своим собственным словам. Я несусь к двери, открываю её и быстро двигаюсь в сторону комнаты. То что предстало передо мной, разрушает каждую клетку моей любви, заставляя чуть ли не завопить от боли. Вопросов уже не возникает, я лишь молча стою и наблюдаю за тем, как Андрей сажает брюнетку себе на колени, что-то шепча ей на ухо. Она отвечает ему улыбкой, и в эту секунду я уже не ощущаю свою душу в этом мире, ибо Андрей касается её щеки своими губами. Дыхание отсутствует, сжимая мою грудную клетку, словно полоская ножом по легким. Эмоции захватывают весь мой разум, потихонечку начинает просыпаться та самая боль, с которой я живу уже два месяца. Теперь все становиться ясно, теперь все становится на свои законные места. Он меня не любит..... И это настолько больно принять, что я готова отдать Богу душу, лишь бы больше не чувствовать весь этот ужас, сковывающий мое сознание. Он целует её в губы, и это полностью уничтожает меня. Без тени сомнений, он убил меня своим решением… Он дал отчетливо понять, что начать все с чистого листа не получиться. В голове просыпаются фрагменты из прошлого, из той счастливой поры, постепенно все внутри перекрывает данная картина настоящего. Он даже не смотрит на меня, словно его совсем не заботит тот факт, что я пять минут была в обществе парня, который мог и удушить за четыре года своей тюрьмы. Неужели Белову настолько сильно плевать на меня, что он даже за эти пять минут, общения с этой сукой, ни разу не подумал обо мне, о моей безопасности… Это уже не тот, кого я так сильно люблю. Это новый Андрей Белов, которому не нужны настоящие чувства. Этот парень, нечто ужасное, нечто кошмарное в моей жизни, которая превращается от его близости — во мрак. В эту секунду, я даю себе клятву, что сделаю все, чтобы он понял, кого потерял. Сделаю все, чтобы вновь влюбить его в себя, а потом поступить так же подло, как и он со мной. Я готова на любую шалость, на серьезные поступки, лишь бы он почувствовал, как это паршиво, видеть как человек, которого любишь, целует другого. — Я же говорил… — Алекс появляется слишком внезапно возле меня, после чего я уже не могу контролировать свою боль, которая захватила все мое тело и не дает разумно мыслить. Я целую блондина, без тени мерзости, что это не любимый человек. Я целую его, замечая, как сильно задеваю этим поступком Андрея… Я целую, ощущая, как лихо во мне просыпается желание мести. Алекс отвечает на мой поцелуй, обнимая за талию, сильно прижимает к себе. Он прекрасно подстраивается под мой ритм, после чего соприкасается своим языком с моим, вступая в равный приятный танец. Я сдерживаюсь изо всех сил, чтобы закончить этот злосчастный поцелуй. Я стараюсь сделать все, лишь бы меня не вырвало, лишь бы я смогла достучаться до сердца Белова таким действием. Приоткрываю глаза, замечая как скулы на лице Андрея, сильно напрягаются, покуда он сжимает свои ладони в кулаки. Он отворачивает голову обратно к своей брюнетке, с пылкой страстью вцепляясь ей в губы, словно пытается показать мне, что так же хочет задеть и мое сердце. Некие нотки приятного тепла и мое тело захвачено невероятным чувством кайфа. Я целую парня, которого сильно испугалась четыре года назад. Того парня, которого долгое время проклинала, из-за того, что мой брат оказался в реанимации по его вине. Мне ничуть не противно, наоборот, этот поцелуй нечто новое для меня, нечто совершенно другое. Он не такой стремительный, как бывали поцелуи с Беловым, он медленный, будто Алекс насаждается моими губами, моими объятиями… Я стараюсь чтобы поцелуй был побыстрее закончен, ибо получила все что хотела, я добилась злости от Белова, добилась того, от чего мое сердечко потихонечку успокаивает свой гнев. Еще секунду, и Алекс смотрит мне в глаза, пытаясь понять, зачем я это сделала. Парень сразу же смекает, слегка усмехается, но так и не отпускает меня из своих объятий. — Не думай, что достучалась до чувств Андрея этим поступком. — Извини, во мне говорил гнев… — Я пытаюсь высвободиться, но Алекс до сих пор не отпускает. — Если и хочешь, чтобы он как-то отреагировал, тебе стоит лучше стараться. Если поцелуй и фальшив, не стоит всем своим видом это показывать, достаточно лишь представить что целуешь желанного тебе человека и все нормализуется в правдоподобное зрелище. Я внимательно слушаю Алекса, вытирая слезы с глаз, когда вновь замечаю пылкую страстью, которую Белов дарит этой девушке. Еще секунду я и просто не сдержусь, вцеплюсь в её волосы, разбив лицо в кровь об стену. — Эй, — вновь пробуждает меня Алекс, — если хочешь сделать ему больно, делай это, я совсем не против… Но делай правдоподобно, чтобы он поверил, а не так как ты… Поцелую а-бы-как, лишь бы он посмотрел. Послушай советы знатного старика. Он отпускает меня, оставляя вновь стоять и смотреть, как Андрей одаривает сучку поцелуями, ощущаю, как постепенно падаю в пропасть, из которой уже не вырваться… Его злой взгляд, и это напряжение, с которым парень обнимает брюнетку, единственное, что дает мне понять, мой ненормальный план действует, и останавливаться на этом, я не намеренна.