Два месяца их жизни

Мефодий никогда не думал, что смотреть на человека бывает так… больно. Казалось, Матвей поработил его, казалось, что Буслаев никогда не сможет отвести взгляд. Почему-то Мефу сразу же вспомнился тот осенний сон. Секунду спустя он краем сознания слышал стук часов на Спасской башне, возвещающих о наступлении полуночи. Меф всё же нашёл в себе силы отвернуться. Взгляд Арея был направлен на него, и парню стало совсем не по себе. В глазах мечника было много презрения, пронзительности и… благодарности? Мефодий замотал головой, стараясь отогнать мысли о странных поступках его противника. Пухленький человечек с саблей в руке легонько подбросил белый платок. Он полетал-полетал в воздухе и мягко опустился на землю, словно окутывая и оберегая её. Арей сделал яростный выпад вперёд, но потом опомнился и отскочил, убирая меч в ножны. Меф понял – бой начался, но ему дают право нанести первый удар. Мефодий быстро достал верный меч Древнира из ножен и атаковал. Он не успел коснуться Арея – тот быстро парировал удар, скрестив мечи. Спустя мгновение Мефодий почувствовал, как по ноге течёт вязкая липкая жидкость. Кровь. Арей снова нанес удар – на сей раз он пришёлся точно в плечо рукояткой меча. На секунду Мефодий понял, что боится. Просто по-детски боится. Что его убьют, уничтожат, разорвут. Он не хотел этого, но права отступать ему не давал никто. Вскоре Буслаев почувствовал, как кровь стекает по плечу и предплечью, мешая держать меч. Мечник отступил, давая Мефу возможность атаковать. Тот благодарно кивнул и резким ударом скользнул по дарху Арея, а затем поцарапал кожу у того на груди. Барон мрака даже не посмотрел на ранение, главной его проблемой был Мефодий. Грузный мужчина резко выбросил меч вперёд, и он застыл в сантиметре от тела Буслаева. Всё понятно – щит. Мефодий на секунду опустил глаза, но после этого откинул мечом оружие Арея в сторону. Он мог бы не дать ему шанса добраться до меча, но не видел в этом смысла. Услугой за услугу, так сказать. Ему дали право нападать – он даёт право сражаться дальше. Но по мимолётному выражению в глазах мечника видно, что он этому совсем не рад… Арей резко отпрыгнул в сторону и схватил свой меч. Одним движением он послал клинок в Мефа, но тот почувствовал, как деревянная рукоятка сильно бьёт его в живот и отлетел назад. Барон мрака, воспользовавшись этим, попытался убить синьора-помидора, но тот вовремя увернулся и встал на ноги. Перед глазами всё плыло и, казалось, вокруг скачут розовые слоники…

***

Матвей наблюдал за битвой издалека, многих подробностей он не замечал. Раньше он бы со всеми кричал: «Арей, Арей!». Но сейчас что-то изменилось. Незримая грань между ними исчезла, и сейчас даже лёгкое дуновение апрельского ветерка способно было развернуть Багрова на 360 градусов и заставить ринуться вперёд, слепо натыкаясь на барьер. Там, посреди арены, сошлись в схватке два бойца – мрак и мрак с примесью света. Главное понять, кто сейчас победит. Матвею очень хотелось, чтобы победителем стал Буслаев, но решать не ему. Как жаль?..

***

Мефодий взял меч обеими руками, потому что правая была ранена. Он знал, что должен выйти победителем из этой нелепой схватки, ради своих друзей, ради Дафны… Он чувствовал, как вокруг стражи мрака подпитывают энергией Арея, его противника, а Эссиорх, Ирка, Улита, Ната, Чемодан, Мошкин и Корнелий стараются поддержать его, Мефа. Он ещё чувствовал чёрный заряд, словно исходящий от бойца Лигула, но он знал, что те не болеют ни за кого. Он видел только у ещё одного человека такую энергию, и этим человеком был Багров. Но не станет же Багров помогать ему! Или станет? — Чего застыл, синьор-помидор? – хриплый голос Арея вырвал его из оцепенения. — Не нападаешь? Странно, — нашёлся с ответом Буслаев. Арей только пожал плечами и стал медленно приближаться к Мефодию. Шаг, ещё один. Буслаев отступал, стараясь убрать прилипшие к потному лбу волосы. Он тяжело дышал, каждый шаг давался ему с трудом. Арей ранил руку, чтобы парень не смог держать меч. Ранил ногу, чтобы ему было труднее двигаться. И, наконец, выбил дух из лёгких одним точным ударом в живот. Меф сделал прыжок вперёд, собрав все силы, и начал судорожно вспоминать, чему учил его Арей. Он словно в тумане резко атаковал противника, ударив того рукояткой меча в висок. Только на ум ничего не приходило, пока Буслаев видел, как барон отшатнулся и теперь пытается напасть. Бывший наследник мрака только чувствовал, что не сможет проиграть, пока с ним три вещи Древнира – меч, ножны и щит. Он ударил мечника в плечо и увидел, как по руке Арея потекла кровь. Это опьянило его и отрезвило одновременно. Ему, словно зверю, хотелось растерзать, убить, покалечить, чтобы видеть, как красная вязкая жидкость медленно окутывает землю, убивая всё на своём пути. Но с другой стороны, он – человек, и ему внезапно стало жаль Арея. У него никого не осталось, кроме себя. Только есть на цепочке ядовитая змея – дарх. Он смог бы забрать из барона мрака все силы, но почему-то не собирается этого делать. Пока. Внезапно на ум пришла тактика, которой его обучал мечник. Она была проста, но в то же время эффективна. Помнится, Ната освоила её всего за два дня, а Петруччо и того быстрее. Мефодий прикинул расстояние между ним и нападавшим Ареем, но из-за размышлений не успел увернуться, и меч рассёк ему скулу. Наверное, шрам останется. Буслаев попытался перехватить инициативу в свои руки, правда, не вышло абсолютно ничего. Барон твёрдо решил победить и планы синьора-помидора его не волновали. Он с криком накинулся на бывшего ученика, но тот вовремя увернулся и оказался за спиной Арея. Мефодий ударил его рукояткой по спине, и Арей непроизвольно отбежал от противника. Меф успел подумать, что если бы не щит, он бы уже давно лежал здесь, на этой земле, мёртвый, прежде… Прежде чем ему удалось скрестить с бароном мечи. Перевес был явно не на стороне Буслаева, но его это не волновало. Меф резко опустил меч вниз и рассёк Арею ногу по всей длине. Правую. На которую обычно опирался мечник при битве. «Бой – это импровизированный танец. Если лишишься опоры, не сможешь выплясывать балетные па», — часто поговаривал Арей. Мефодий заметил, как Арей присел на корточки, видимо собираясь проверить, сможет ли он и дальше давать отпор. Буслаев сделал выпад вперёд, и лезвие Древнировского оружия коснулось щеки Арея, оставляя за собой кровяной след. «Услугой за услугу», — мгновенно подумал Буслаев и ядовито усмехнулся. Арей встал, касаясь пальцами лица. Мефодий снова сделал выпад вперёд, подсекая Арея, а затем, внезапно даже для себя, поднял меч выше и отпустил его. Меч Древнира немного подумал, а затем, не давая мечнику не малейшего шанса, пронзил его насквозь в районе сердца. Оружие смерти по самую рукоять вошло в тело Арея. Барон мрака успел усмехнуться и подмигнуть Мефу, прежде чем упал и потерял дыхание на просторах вечности. Мефодий ошалело смотрел на мёртвое тело и не мог поверить, что убил Арея. Он быстро подошёл к мечнику и вытащил меч Древнира из тела мечника. Только сейчас он заметил, что кровь на верном оружии Буслаева была не ярко-красная, как у его противника, а с лёгким фиолетовым оттенком. Труп Арея быстро обратился в прах, как случилось с тем стариком, которого Меф видел вчера. На земле остался лежать только дарх. Только сейчас Буслаев почувствовал напряжение, повисшее в воздухе. Никто не мог поверить, что сопляк убил самого Арея, чья коллекция эйдосов уступала лишь коллекции Лигула. Но джинны вскоре радостно стали перебирать выигранные эйдосы, ведь большинство ставило именно на Арея. Буслаев услышал, как кто-то прокричал: «Я же говорил! Я же говорил!» Меф увидел, как сотни, нет, тысячи стражей ринулись на арену и долго не мог понять, почему. Но в один прекрасный момент Буслаев увидел цепочку дарха, который пытался зарыться под землю. Он медленно подошёл и быстро выдернул дарх из земли. Ядовитая змея тут же потянулась к его груди, где внутри покоился его, Мефовский, эйдос. Буслаев одним движением отрезал дарх от цепочки. Он хотел сохранить цепь на память о великом учителе, но она рассыпалась в прах прямо в его ладони. Меф разбил мечом дарх и скрупулёзно высыпал эйдосы в руку. Он даже не смотрел на эту процедуру – она была противна ему. Буслаев выкинул остатки дарха и подошёл к Эссиорху, чтобы передать эйдосы ему. У того уже был приготовлен пакетик, чтобы ни одна частичка души не потерялась. Когда Мефодий пересыпал эйдосы в пакет, он заметил, что их очень мало, а ведь он собрал все, что были в дархе. Мгновение спустя он перехватил обеспокоенный взгляд хранителя…