Цепи, оковы и...розы

Утро решило поприветствовать своими особенно жаркими лучами именно в этот день. Всё бы ничего, но именно сегодня ребят выгнали из каюты и ещё сонными припахали к смене батарей на различных системах корабля. Не смотря на все свои травмы, Мирай оделся на сверхскорости, прежде, чем их обоих просто выпихнули на палубу. Боцман раздавал приказы своим подчинённым, которые ещё только осуществляли подготовку к самому процессу. В общем, кто-то просто психанул, выгнав пленников раньше времени. Элтен стоял, всё ещё сонно потирая глаза, один из которых упорно отказывался открываться, но всё равно, никто через его мелкие вьюнки волос не смог бы увидеть сонливости. А ведь была ещё дикая усталость, которая всё не желала проходить, а всё непомерные нагрузки виноваты! Наконец-то удалось немного взбодрить себя. Мирай выглядел не менее недовольным. Хотя, может из-за того, что некоторые волосинки на его голове по известным причинам слиплись, помимо того, что запутались самым кошмарным образом. С трудом удалось разодрать их при помощи деревянного гребешка с какими-то интересными рисунками, которые были выжжены на нём. Лента, ныне покрытая парой-тройкой пятен, всё же выглядела так же чарующе, то, что должно было изуродовать её – украсило, подобно шрамам. Теперь можно было лицезреть одну тайну, а точнее, её раскрытие. Лента, сложенная вдоль, оплетала длинные пряди, как оказалось, по принципу косички. Обычно косу заплетают равно разделёнными на три части волосами, но, если две из трёх будут намного тоньше, то они будут оплетать более толстую. Такое плетение делается удерживанием ленты и оплетением её круг пучка волос, выглядит загадочнее из-за симметричных заломлений при перекручивании концов между собой. Скорость, с которой Мирай проделывал эти, с одной стороны не хитрые, но требующие аккуратности действия поражала, всего пара секунд и готово. А ещё поразило то, что он почувствовал взгляд Элтена, не смотря на скрывающую его чёлку. – Что сморишь? – поинтересовался он, пряча концы лент. – Да так, всегда было интересно, как ты так делаешь. – Вот как. Так мог бы просто спросить, – пожал парень плечами, после чего его прошиб зевок. – Мог бы, но так я увидел, как оно обычно выглядит. Мне стало интересно, а ты знаешь, что существует больше сотни видов средств фиксации волос без подобных манипуляций? – Пытаешься подколоть меня? Просто это не совсем обычная лента. – Магическая? И что она даёт? – заинтересовался Элтен, как почувствовал на своей голове руку друга, пригнувшую её вниз, таким образом спасая от пролетающего по опасной и убийственной траектории крупной птицы. – Да нет, просто мне её подарила одна девочка в детской развивающей группе Гаркгии. В детстве я жил в куда более спокойном месте…маленькая область – Матира со всего двумя районами. Языка, на самом деле, тогда ещё не знал, потому, что моя мама разговаривала со мной только на её родном. Таким образом и вышло, что дружба у меня пошла только с таким же молчаливым ребёнком, как я сам. Риттэ, так её звали. Помню внешность, помню имя и ещё национальность. Так уж вышло, что наши пути никак иначе не стыковались, но по традиции того места мы обменялись личными вещами, но теми, что первые под руку попались. С её стороны это была лента с платья, а с моей – брошка, которую я стащил у руководителя группы пару дней назад. Вот такая история детства, ничего интересного. До сих пор собираюсь её как-нибудь найти, это было бы здорово. Кажется…я слишком болтлив… Это поясняло его акцент, хотя и не до конца. Нюансы и неувязки всё ещё оставались, но расспрашивать не хотелось, это было как выпытывание чего-то личного, о чём люди вспоминают случайно. Гаркгийская империя была местом, прославившимся идеальным порядком, стабильностью, приличным уровнем безопасности и…статичностью. Но туда многие метили. Область, которую назвал Мирай, была действительно крошечной и не известной даже в империи. Было странно знать, что тот жил не в центральном районе, а окраинном. – Так ты из-за ленты ходишь с такими длинными волосами? – поинтересовался Элтен. – Ничё подобного. Будь моя воля, срезал бы на хер, ибо реально мешают. Но тут прикол в двух причинах. Для начала, в аристократичных, богатых или интеллигентных семьях есть пунктик на их длину. Да потом, этот пунктик таков, что природу моей магии с детства склоняли к использованию их как особый полупроводник. То бишь, в некотором смысле, я контролирую свою магию лучше других и мои силы несколько больше, но, если их действительно срезать…это как внезапно оказаться в женских туфлях на тонком каблуке. – Только не говори мне, что ты их примерял… Ответ не успел прозвучать, не смотря на открывшийся для этого рот, который был вынужден со щелчком захлопнуться. Вот и работа… Почему-то ребят заставили помогать не только по смене батарей, но и некоторых проводников, частично или полностью. Работа колоссальная, просто идеально, конечно, занимается этим под таким солнцепёком. Элтен хотел было снять кофту, оставшись в летней футболке, которую носил под низом, но Мирай запретил это делать, объяснив риском обгорания. Работу они разумеется делили по сложности. Тем временем, корабль продолжал свой ход по воздушным потокам, рассекая облака. Не только птицы, но и прочие явления могли сейчас достигать пассажиров летающего судна, ведь защита была снята, а потому, капитан, да и не он один, сидел в своей каюте и не показывал носу наружу. Ну, как не показывал…наблюдал через окошко за своей собственностью, за юношей, которого сделал своим рабом. Ноги капитан закинул на одну из полок своего шкафа, сам же, сидел в большом мягком кресле. Жизнь удалась, что приносило ему удовольствие, как и любому, кто, будучи никем сам получал желаемое. Сам тренировался, сам потихоньку подчинил когда-то команду небольшого судёнышка устроив мятеж, сам украл уже три корабля и ныне обеспечил себе комфорт, могущество, деньги, известность и даже любовника. При том не просто, как могло показаться ранее, похитил паренька с красивой фигуркой и мордашкой. Это можно было считать формой любви. Да, у неё тоже есть разные оттенки, хватит верить в детские сказки, где всё всегда мило и радужно. Это было чувство сильного влечения, но без удовольствия от радости партнёра. Как-то так…правда, капитан всё больше задумывался о том, что пора бы обзавестись потомством. Так уж вышло, что девушки его не привлекали… Но и у этой проблемы был вариант решения «Если мы будем втроём, всё должно получиться» – так думал этот пират, распивая алкоголь из золотого бокала. Учитывая то, что целью было лишь оплодотворение, заморачиваться особо не стоило. Просто найти какую-то барышню, лучше дочь кого-то влиятельного, заключить с ней брак и воспроизвести потомство. Идеально. Элтен не мог сдержать крика боли. Пару минут назад он полез на мачту по верёвочной лестнице. Выбора не было, пришлось лезть наверх. Из-за того, что одна рука была занята сменными батареями, он и потерял равновесие. Покатился вниз и очень неудачно зацепился, вывихнув себе плечо, после чего ещё и на палубу рухнул спиной вниз. Мирай был как раз на самом верху. Только завидев произошедшее, парень бросил всё наверху и схватившись за крайние верёвки съехал вниз. Но и это заняло всё же некоторое время, будь прокляты они, законы физики… Пара проходящих мимо матросов уже проворчало что-то и пнуло не слишком-то удачливого паренька носком своих ботинок. В общем, с плеча всё только началось. От боли голова словно на секунду раздулась, как воздушный шарик, искажая обычное восприятие окружающей среды. Через происходящее можно было почувствовать колыхание воздуха, после чего послышался знакомый голос, но боль слишком отвлекала, чтобы вслушиваться с речь. Хорошо, что она потихоньку притухла, хотя и не покинула. На пролетающую перед глазами руку, только получив способность замечать её, Элтен отреагировал вопросительно-несчастным взглядом пострадавшего неудачника, на что, однако получил свой диагноз: – Поздравляю с вывихом плеча! И так, наш расклад: я могу его вправить, но заклятия обезболивания не знаю ни одного, точнее, лучше не рисковать, так, как в случае со мной это в натуре опасно. Не высовывай язык, чтобы не откусить его и приготовься морально, не буду врать, это больно, зато быстро проходит. И лучше расслабить мышцы. Выбора всё равно не было. Лучше просто позволить сделать это до того, как до мозга дойдёт тревожный сигнальчик…страх, он-то только усиливает болезненные ощущения. Лучше отвлечься. О, вот хорошая песня выползла. Выползла, да как заорёт по нарастающей на весь мозг! Главное, чтобы тело не решило пританцовывать, это точно не будет выглядеть как расслабление. Мирай же взялся обеими руками за предплечье друга, ещё раз оценил траекторию и дёрнул вниз, после чего пожалел, что у него не было каких-нибудь затычек для ушей, или мысли о том, чтобы подготовиться как-нибудь к этому вскрику. По ушам он, конечно, жахнул… Зато теперь можно было применить исцеляющее заклинание. Полностью залечить её не получилось бы, что поделаешь, больше внимание надо было не боевым, а лечебным навыкам уделять, хотя жалеть сейчас об этом глупо. – Постарайся потом поменьше пользоваться этой рукой. – Извини… – пробормотал едва внятно Элтен. – А? Да не стоит, это заклинание не так уж и много сил отнимает, к тому же, я достаточно быстро восстановлюсь. –Да нет, просто…я явный балласт, слабак по всем параметрам… – ещё менее внятно произнёс парень. – Пф, подумаешь, у тебя меж прочим есть задача по отношению ко мне, являющаяся вполне равноценной оплатой, – прояснил положение Мирай спустя некоторое время, довольно сложно разбирать такую речь. – Задача? Какая у меня задача? Я же вроде ничего не делаю?.. – Ты для меня как импульс. Импульс бороться и не сдаваться. Не уходить в себя, не прогибаться, а главное – верить. Верить в то, что этот кошмар закончиться. Знакомы мы не так давно, потому я расскажу кое-что о себе. Есть у меня черта такая, бзик у меня на то, что кто-то имеет надо мной власть, вроде того. Если бы я был сам, то скорее умер бы, чем оказался там, где…ну, ты понял в общем. Так случилось именно потому, что мне ещё есть что терять. Может у меня и не лучшие отношения с семьёй, да и детской любви к родителям во мне не осталось, но, из-за меня могут пострадать те, с кем я, как бы мне ни было обидно, но связан определёнными узами. Это мой долг, и я чувствую вину только за то, что и тебя за собой потянул. Короче, это мне извиняться надо. Но я этого не сделаю, ибо у нас взаимные долги, а это тоже своего рода связь. Не правда ли, здорово? К слову, я как раз закончил. И вправду. Умел парень отвлечь разговором, ничего не скажешь, то ли содержанием, то ли скоростью, из-за которой надо было сосредоточено ловить каждый звук и не терять концентрации на разговоре. В любом случае это было круто, а содержание-то вообще заткнуло и немного сбило. Мозг делает перезагрузку каждые восемь секунд, которая длиться три секунды и на этом основаны простейшие техники гипноза. При скоростном потоке непростой информации, а также при мелькании разноцветных объектов, человек может перейти на автопилот. Если в таком состоянии ему попробовать продать какую-то хрень, он её купит! Правда, если Элтена, как и любого нормального человека можно было так сбить, то Мирай знал об этой хитрости, активно её использовал и мог противостоять и даже использовать себе в плюс. Как-будто ему подставили подножку, а он поднял поставленную ногу вверх, повалив противника, вместо того, чтобы упасть самому. Большинство приёмов разных боевых искусств имеют такие развязки. Так что проводя свой приём ты вполне можешь только дать преимущество своему противнику. Это применимо и во многих других направлениях. Но с другой стороны, Мирай мог и сам себя ввести в такое уязвимое состояние всего лишь глубоко о чём-то задумавшись, хотя случалось с ним такое в основном только дома. Можно сравнить кое с чем. К примеру, положим, что фигурально – он в доспехах, но, если хочется хорошенько так почесаться, эти доспехи надо снять, при том если нет гарантии большей или меньшей безопасности, придётся палкой ковырять. Тем временем Элтен даже не задумывался о способах защиты собственной персоны, тем более не знал о том, что на него ещё и напасть могут. Ну, в целом-то вполне логично, нафиг он кому сдался? Одному Мираю лишь и нужен и то за вполне эгоистичными мотивами, хотя…они, пожалуй, настольно странные, что нельзя сказать, возможно ли их существование в целом, или же они в принципе аномальны по своей сути. Вправленное и почти исцелённое плечо более не беспокоило. Нет, неприятные ощущения конечно были, но не мешали. Однако, работа всё же противопоказалась, ведь парень-то и с двумя здоровыми руками умудрился пострадать. Потому сейчас он сидел в тенёчке, подальше от оживлённых точек. Хотелось курить, что аж зубы сводило, только вот пачка намокла ещё во время дождя и её содержимое превратилось в чудеснейшую кашицу. Сейчас Элтен жевал подобранный где-то кусок деревяшки. Видать отломался откуда-то. Растирание его между зубами немного гасило нервозность. Оказавшись в одиночестве, пришло осознание того факта, что костлявая, что ранее постоянно щекотала кончиком своей косы давненько не появлялась. А ещё, некоторые заумные слова Мирая, да и его речь в целом была довольно-таки заразной… Столь заумные слова Элтен может и знал раньше, но точно не использовал, а тут сразу подцепил пару-тройку. Но это неплохо, изъясняться так как-то даже проще. Не поймут правда старые знакомые. Но кому они нужны? Даже родилось новое чувство. Это – желание. Желание встретить свои страхи. Испытать дрожь, чувство отлития крови и её охлаждения и справиться с этим, увидев, что ты теперь имеешь власть. Точнее – видишь, что она у тебя есть. Это чувство…это ли не безумие? Или безумие – те голоса в голове, которые говорят на неизвестном языке, что становиться понятнее с каждым днём? Стало ясно: голоса не замолкают, они лишь скрываются. Элтен почти сразу принял их, таков был его метод. Для того, кто не научен бороться, вполне себе логично. Да и бежать смысла не было. Зачем? Голоса в голове, они часть её. И к ним можно привыкнуть. Как победить врага? Сделать его другом, и тогда, он даст тебе кучу новых возможностей. Они пели. Пели и играли на не одной, а нескольких гитар и от безумных разрешений какофонических аккордов шло просто невероятное удовольствие. Не просто исполняли они свои безумные ритмы, тут больше подойдёт выражение «жечь», и жгли они само существо своего хозяина. Верно, это подчинение. Всё же, после заключения мира, нужно ведь признать истинного хозяина. Показать то, на что способны на самом деле, ведь это их самое пламенное желание. Мелодия меняла свои вариации и тональности. «Это надо записать, есть из чего выбрать» – подумал Элтен, поняв, что с таким чудесным оркестром можно тех ещё дел наворотить. Надо было бы ещё на паре других инструментах научиться играть. Как ни печально, но поток размышлений прервали. А прервало их трое матросов. Выглядели вполне себе небезопасно для социального общества более или менее среднестатистических людей. Голоса обрели новую форму, и, ухмыльнувшись, заиграли новую мелодию. Из-за неё страшно не было. Она была куда темнее и безумнее и эти быдлячьи пиратские физиономии совершенно не пугали на подобном фоне. Взгляд их хозяина заполнился мелодией, хотя, из-за чёлки, что привычно прикрывала их, никто не мог разглядеть этого взгляда. Физиономии о чём-то судачили, своими голосками, прибавляя им фальшивого баса. Можно было разглядеть тот ботинок, что ударил парня по голове слева, заставив упасть на бок. Ритм не изменился. Чья-то рука сжала тёмный воротник кофты, растянув его пуще прежнего. Вестибулярный аппарат почувствовал эффект центробежной силы, а здоровое ранее плечо и лопатка ощутили на себе боль от столкновения с палубой. А ритм всё не менялся. Удары, непонятные насмешки. Звук выкидного ножа, когда лезвие показывается взору. А вот и его блеск. Ритм не менялся. Острое и опасное, достаточно длинное лезвие, не только для того, чтобы колбаски себе нарезать, но и человечинки настрогать тарелку-другую. Хороший ножик, он и в хозяйстве мог бы пригодиться. Нож кинут, а ритм даже и не подумал смениться, мелодия не хотела дрогнуть, казалось, ничто не могло её заглушить. Инстинкт самосохранения заставил прикрыть глаза, хотя и не зажмурить их. И…где? Где острая режущая боль? Увидев причину её отсутствия, голоса замолкли и уронили свои нематериальные инструменты. Они замолкли, ведь им было нечего сказать. А взгляд Элтена выражал удивление, словно его уют облили ведром ледяной воды… Мирая погоняли порядком, но к счастью, он был достаточно подготовлен, так что, это не было пыткой. Скорее тренировкой, или даже разминкой. Спасибо стоило сказать этой команде за её ненависть, хотя и выместить её, как и отвращение, они не могли из страха перед капитаном, что не могло не веселить. Так же тут был и другой фактор. Дело в том, что чем ниже положение человека, тем больше ему хочется властвовать хоть над кем-нибудь. Только вот жертва неподходящая. Как было замечено ранее, корабль этот большой и даже очень. У парня от рождения была дальнозоркость, которая обострялась с каждым годом. В общем, вблизи он видел ещё нормально, но если читал книги, то ставил их на большом расстоянии от себя и страницы перелистывал при помощи телекинеза, к счастью, это было довольно просто и сил практически не отнимало, а если и отнимало, то до жути незначительно. Сколько? Ну, предположим, что весь этот корабль заполнен муравьями везде, где только можно. Если раздавить одного из них, что измениться? Ну, вот как-то так оно и было. Но вернёмся к зрению, ведь пускай не постоянно, но временами Мирай поглядывал в стороны своего друга, который остался сидеть один очень далеко. Потому, едва заприметив неладное, парень разумеется тут же пустился на выручку. С лестницы он не спустился, а скатился, добавляя себе ускорения. Побежал со всех ног, едва не спотыкаясь. Что это за блеск? Нож? Быстрее, как можно быстрее… Мысль о том, что можно не успеть пугала. Человек – существо, по сути, невероятно хрупкое. Иногда хватает и того, что один процент тела повреждён и всё! Уже не спасти. И процент вероятности такого повреждения при нанесении его ножом неумолимо рос. На расстоянии пары шагов от цели, Мирай так и умудрился споткнуться о собственные шнурки. Но он не растерялся, потому, как в такие моменты и срабатывают автоматические механизмы. Подогнув правое плечо и шею, как при самостраховке, но с малым изменением. Это был прыжок с разгибом шеи, но с некоторыми изменениями. Во время становления на мост на одной руке, вторую Мирай выставил перед собой и тут же крикнул на себя про себя же «Идиот!». Лезвие вонзилось в руку и попало прямо по нерву, от чего парень до крови прокусил губу, живым щитом быть не так круто, как могло показаться ранее, но это определённо так же больно, как он мог ожидать. Нож прошёл насквозь, а держащий его нападавший выпустил рукоятку, видимо от неожиданности. «Зато я доказал свою теорию о том, что могу в стрессовой ситуации сделать такой точный приёмчик…» – мысленно продолжал и завершил диалог с собой Мирай, это было довольно тяжело, но отвлекало от острой и поистине адской боли, которая даже сбивала чувство реальности. Надо было заставить себя говорить: – Оборзели сволочи?.. Из горла сам собой вырывался рык боли. Однако же, как бы больно не было, но это окупалось. Команда прекрасно знала, что как бы им не было противно, но причинять вред ЭТОМУ пленному никак нельзя. Они почти мгновенно закусили обиду и разошлись по своим рабочим местам, в надежде, что капитан не заметил произошедшего. А он заметил. Из своего окна прекрасно видел всё, но совершенно не обозлился, ведь рана не была смертельной, или хотя бы серьёзной. Пираты могли вздохнуть с облегчением, но они-то не знали об этом… Как нашкодившие котята те ходили, поджав хвосты. Это было лучшей карой. Неведенье. Ожидать кары или нет? И чего ожидать? Но это были обычные по сути люди, они и называть себя людьми-то не совсем могли. Обыкновенные твари, что бояться своего хозяина, лучше отдать жизнь за него, чем провиниться перед ним. Кок тоже наблюдал сию картину, присвистнув, отметил, что паренёк-то, несёт в себе порядочную угрозу. В его движениях было дыхание свободы. Да и явно-то не дурак. Не похож, во-всяком случае. Стало быть, не может быть счастлив, оказавшись в подобном положении. «Должно быть вынашивает какой-то план… Любопытно бы взглянуть. Я даже рад бы помочь этим ребяткам. Авось, они окажутся весомы в сложившейся ситуации? Надо бы дать подсказку, главное, осторожно» – думал тот, жуя зубочистку с мятным привкусом. После чего, выйдя из-за двери подошёл к краю корабля и перекинулся через перильца, рискуя свалиться с непомерной высоты. Внизу уже был океан. Но вода пока смотрелась тёмной и блеклой. Стало быть, до югов ещё лететь и лететь. Кинутая вниз зубочистка тут же оказалась подхвачена ветром. Отчего-то стало грустно и тоскливо. Странное, а главное, мерзкое настроение. Тоска что ли? Заставляла она почувствовать себя сволочью, которая вообще не ухватывает ситуацию, тем более не имеет сочувствия. Ещё больше это чувство усиливала нужда работать тут. Место, конечно, не самое худшее, но атмосфера тут…не домашняя, что ли? Чёрта с два тут найдёшь подходящее слово. Голоса, что уронили свои инструменты скрылись. Удивление, шок. Это выбило. Ожидаемый сценарий был нарушен. Так не должно было быть. Это он должен был быть избит и изранен в кровь. Не важно, даже если это могло убить! Но пострадал не он… Элтен почувствовал на своей щеке собственные слёзы. Они были тёплыми, выражали чувство вины. Ещё было и другое: чувство собственной глупости, хотя оно выражалось в желании стукнуться головой о что-нибудь тяжёленькое, а не в слезах. Мирай перенёс свой вес к ногам, став на колени. Правой рукой взялся за рукоятку торчащего из его руки орудия. Тихо просчитав до трёх и зажмурившись – дёрнул. Кровь тут же хлестнула, одновременно с вырвавшимся сдавленным криком. Конечно, гордый…не станет орать из-за такого. Умение сдерживать свои эмоции и контролировать их вырабатывается месяцами, а иногда годами и то не до конца. Похоже, кое-кто овладел им попивая чаёк, ну а теперь жалел, что довыпендривался. Правда по иному поводу. Хорошо хоть, заранее продумал снять ленту с волос и перетянуть ей руку, так что кровотечение особо пугающим не вышло. Правда Элтену и без того было немного жутковато. Нет, кровь не пугала, просто его совесть грызла. Про себя парень уже подумал о собственной слабости, уж теперь-то ему был резон бороться с ней. Хотелось что-то сказать или сделать, но подходящих слов не находилось. Тут один из голосов писклявенько заявил «Вот как закончиться всё, пойдём в библиотеку, книжки будем читать…», какой-то другой, более уверенно и грозно произнёс: «Тогда нам надо начать думать об освобождении»; третий – задумчиво: «Лучше всё равно с Мираем говорить. Стыдно признавать, но наши умственные способности оставляют желать лучшего…». Все голоса оказались согласны, как и их хозяин. Только тему эту прямо сейчас поднимать было не совсем к месту. Из мысленного диалога Элтена, который в задумчивости скрестил руки на груди, уже несколько минут как находясь в сидячем положении, вывели слова Мирая: – В каюте был антисептик. Судя по всему, он помогает от большинства видов заражений крови, включая магические. Но что-то мне подсказывает, что это будет очень больно… Но не суть. Погнали, поможешь мне с этим делом, а то после того финта у меня здоровая рука побаливает и трясётся чутка. Сам от себя фигею! Отлично же такая манера речи позитивом заряжает, особенно в дурацких ситуациях, где она вроде и не уместна, но на деле-то просто идеальна! А у Мирая это и вовсе-то как визитная карточка, – его позитив. Положительное отношение – его оружие, можно сказать. Так можно не только окружающих, но и себя обмануть. Враньё, штука, на самом-то деле, сложная. Можно изображать, а можно играть. Для второго нужно просто поверить в свою ложь, став актёром собственной жизни. Если знать психологию и понимать людей, можно сыграть кого угодно. Но для этого нужно на некоторое время этим кем-то стать с его легендой. А если ты человек многогранный – тебе легко изменить себя, заставить поверить в собственную ложь для того, чтобы себя же и обмануть. Круто, не правда ли? Однако тем, кто видит тебя каждый день на протяжении почти всей твоей жизни так врать не получалось. Хотя, некоторые моменты всё же удавались, но на более примитивном уровне. Элтен чувствовал, его жизнь – ад. При том на самом деле он просто не знал, и даже подумать не мог, что его друг не в масле катается, подобно сыру. Сравнение это, конечно, странноватое и отливает наркоманией. Смысл всё же остаётся неизменен. Разные люди. Разные истории, положение…но отличает их не это. А то, что один из них постоянно сражался, сражается и будет сражаться под натиском своих проблем, а второй, кто по сути, полностью свободен в своём выборе, будь то друзья, сигареты или ещё что бы то ни было, заканчивая этот список выбором того, кого любить, с кем жить и в какое высшее учебное заведение поступить. Говоря проще – решать проблемы, или ныть о них. Вот она – настоящая разница. Не все сражения могут быть выиграны, не все методы честны, иногда, а в последнее время особенно, решением являлось бегство. Любое действие лучше бездействия, коли плана нет в помине. Пузырёк доверия не внушал тем, кто не был с ним знаком. Он не помещался полностью в ладони. Желтоватая наклейка с грубым шрифтом одних лишь больших букв…древняя. Стекло неровно окрашено в коричневый, а содержимое имеет цвет…явно не шоколада. Потому-то доверия и не внушает. А что уж говорить о резком запахе, который словами и описать-то нельзя! По консистенции довольно густая. Элтен был с ней знаком и встречаться лишний раз не торопился. Из-за того, что он не владел исцеляющими заклинаниями, а Мирай позорно сдулся ранее, пришлось воспользоваться этим средством. Туго и неохотно открывалась крышечка…с писком. Откатив рукав повыше, парень осторожно стал стягивать ленту. – И так, одновременно с двух щелей в моей руке надо приложить это…это. Почему-то меня данное ранение прикалывает…или мои собственные слова о нём. Плюс к популярности сего антисептика – его можно прямо на пальцы брать, тем более больше-то не на что было. Элтен нанёс её на рану с обеих сторон двумя руками. Пострадавшего друга аж скрутило от боли. Послышался сдавленный придушенный ещё в горле вой. М-да, похоже веселье по поводу травмы закончилось. Зато появилось новое наблюдение: Мирай весит не мало. Просто по его движениям, прыжкам и прочему казалось, что он ничего не весит вовсе, а на самом деле, когда тот под грузом боли упёрся головой о плечо Элтена, парень понял – друг явно только иллюзии по теме массы создаёт. Как было ранее замечено, он в принципе по части иллюзий мастер. Потому напрашивался один вопрос: – Скажи, а у тебя вообще много друзей? «Чё я ляпнул?!» – воскликнул про себя парень. Один из голосов в его голове, писклявый тот воскликнул «Ну, и кто за это ответственен?», два других показали на некоего четвёртого, после чего все-все заорали «Мочи гада!» и набросились было на него, но реальность опять им помешала, а точнее – один единственный человек: – Ха… Популярность вовсе не измеряет количество друзей. Дружба, это ведь своего рода договор двух людей. И моё обычное враньё делает его иллюзией. Да, куча народу считает меня своим другом. Да, если я захочу свалить из дому, мне будет, где перекантоваться и так далее. Но друзей у меня нет. Не такие мы разные, как тебе, возможно, кажется. Голоса остановились на пол пути. Правда тот, кто уже жевал волосы подавшего идею остановиться так просто не мог… Элтен продолжил диалог: – А тебе разве не бывает одиноко? – Дружба – не просто договор. Он почти священен. Если заключать с кем попало – можно горько пожалеть, уж я-то знаю. – Хм…а почему ты решил, что я достоин такого договора? Или всё же нет? – Одиночество отражает саму суть человека. Связи между людьми немного путают, как смеси красок, чего нет у одиноких людей. Ну, а я умею видеть людей насквозь. Не помню, говорил ли об этом ранее…в общем, в тебе нет ничего, что я мог бы возненавидеть, если в двух словах. Эти слова отразились пробежавшей дрожью. Быстро, всего за пару мгновений. Аж странно. Очень странная дрожь, задевшая АБСОЛЮТНО все клеточки. Даже голоса и те пробрало. Один даже волосы другого жрать перестал. Хозяин голосов, сам того не заметив, немного покраснел физиономией и ушами. – Спасибо… – Полностью не за что, ты-то ничего специально не сделал, а ещё, это не комплимент. Комплименты – не мой стиль вранья. И вообще, так, раны под чудеснейшей корочкой, которая защитит их от воды, так что я в душ. Не расслабляйся, ты следующий. –Это почему? – Потому, что мне нравиться чистота, а ты у нас – нечисть, ни разу с этой волшебной комнате с целью помыться не побывал. Учти, если мне придётся силой стирать тебя – я это сделаю. «Против него не попрёшь» – хором заметили голоса. «Да уж, он-то явный фанат чистоты, и явно не шутит» – подтвердил Элтен. Позориться в таком возрасте не хотелось. Стоило Мираю уйти, как стал заметен ещё один факт, а именно, кофта – тряпка. Она не была рассчитана на такие издевательские условия и потихоньку разваливалась. Швы держались на заклинаниях. Потому-то она и была такая дешёвая… Зато мягкая. Была. Оставалась только тонкая футболка, косо выцветшая, частично дырявая. В любом случае, выбора не было. Зато было одеялко. Тёплое. Сидеть, завернувшись в него, было уютно, но не больно удобно и совершенно не мобильно. Но голоса запели новую, красивую мелодию. Переливчатая, мирная и вольная. Хорошая мелодия, как если чисто для себя. Расслабляющая и мозгопрочищающая. Элтен знакомился с каждым Голосом, учился различать их между собой и подумывал дать им имена. Но над этим нужно было ещё пораскинуть мозгами, чего на данный момент делать не хотелось. Пускай лучше эти напевы прозвучат ещё немного. Даже без инструментального сопровождения всё было прекрасно.