Сажай деревья

Бильбо вышел во Двор Королей – такое название уже много лет носил двор перед главными воротами. На вкус Бильбо, оно было очень уж помпезным, но что поделать, в этом была отчасти и его собственная вина. Именно он в своё время решил посадить здесь то самое дерево, чтобы все могли видеть его и восхищаться им. И помнить. Как бы там ни было, он любил приходить сюда. Как приятно было устроиться на удобной скамейке под ветвями растущего всё выше дуба, с трубочкой табака или с книгой. И с тёплой меховой шубой одного гномьего Короля, на случай, если воздух окажется слишком свежим. Бильбо перевернул страницу, притворившись, что всецело поглощён сборником эльфийских эпических сказаний – который был несомненно древнее многих эльфов, что всё ещё оставались в Средиземье – и делая вид, что не замечает чью-то весьма знакомую тень, заслонившую ему свет. Хотя улыбка так и просилась на губы. - Я думал, что ты уже отослал эту высокопарную нудятину обратно, - сказал Торин, разглядывая книгу с чем-то подозрительно похожим на отвращение. Он сам был без шубы, и даже без плаща – хотя их-то у него было достаточно и помимо той, что грела сейчас спину и плечи Бильбо. Осень неотвратимо приближалась к зиме, негреющее солнце всё раньше ныряло за горизонт, и такая беспечность была, на взгляд Бильбо, по меньшей мере неосторожной. Холодный ветер, разгулявшийся здесь, на просторе, должен был казаться не слишком ласковым даже несокрушимому гному. Как он ни старался, Бильбо не смог сдержать улыбки. - Элронд позволил мне оставить их у себя до нашего визита будущей весной. Так что, боюсь, тебе придётся привыкнуть к виду меня с томиком эльфийской поэзии в руках. - И к тому, что ты без спроса берёшь мою шубу, - добавил Торин, сверкнув недовольным взглядом из-под нахмуренных бровей. Бильбо этим было не провести. - Ты мог бы надеть другую. Их должна быть целая сотня в той пещере, которую ты по недоразумению зовёшь платяным шкафом. Торин насмешливо поднял брови: - Если мне не изменяет память, и если положение дел чудесным образом не переменилось с сегодняшнего утра – твои жилеты занимают далеко не худшую половину этой пещеры. Бильбо демонстративно оставил это замечание без ответа. - Как я понимаю, твой план состоит в том, чтобы стоять рядом и дуться до тех пор, пока я не отдам тебе шубу? Торин скрестил руки на груди. - А потом оставить меня замерзать здесь, - жалобно докончил Бильбо, с самым несчастным выражением, которое только мог изобразить. – Твоего собственного супруга. Которого, по твоим словам, ты любишь больше жизни. Торин хмыкнул, ни к коей мере не впечатлённый разыгранным представлением. - У тебя есть своя, - заметил он. Бильбо бросил изображать недовольство и неудержимо расплылся в улыбке, довольный, словно кот над кувшинчиком со сметаной. - Если бы я взял свою, ты не пришёл бы сюда за мной, - он похлопал по скамейке рядом с собой и приглашающее откинул полу шубы. Торин продолжал хранить непроницаемый вид, но приглашение принял. Как, впрочем, и всегда. В конце концов, это повторялось уже много лет – больше, чем Бильбо мог сходу сосчитать. - Я пришёл, чтобы найти тебя, мой Взломщик, а не то, что ты у меня украл, - повелительным тоном сказал Торин. Тон, однако, не очень сочетался с тем, с каким нетерпением он обнял замёрзшей – как он весь – рукой Бильбо за талию, заставив того ойкнуть и толкнуть его локтем. - Ты просто ледяной! – пожаловался Бильбо. - И кто же в этом виноват? – осведомился Торин, целуя его в макушку. В коротких хоббичьих кудряшках теперь было больше серебра, чем отливающего медью золота, как и в тёмных прядях Торина. – Ну же, прочти мне что-нибудь из этих ужасных эльфийских стихов. Бильбо удовлетворённо улыбнулся, устраиваясь поудобнее под боком у Торина, на скамейке под раскинувшим над ними ветви дубом. Тем дубом, который некогда был маленьким жёлудем у него в ладони.