6х07 Цена свободы/Price Of Freedom
31 июля 2016 г., 22:28
Примечания:
Обложка к главе: https://pp.vk.me/c604820/v604820324/6c07/o_eCDUpvis8.jpg
Остров Веттербока, месяцем ранее.
— И почему всех настолько сильно интересуют Джонсы?
Реджине хотелось рвать и метать, ведь они в который раз попали в беду по вине пирата, с тем лишь отличием, что теперь он виноват косвенно. Основная вина лежит на его семейке в целом.
Лайла же молча смотрела себе под ноги, никак не решаясь поднять глаза на Лиама. Мальчик тоже молчал.
— Лиам, поверь, я отлично знаю, что ты сейчас чувствуешь, — на одном дыхании произнесла девушка, вцепившись пальцами в синий кулон на шее. — И я прекрасно понимаю, что прощать меня ты не намерен. Я своего брата до сих пор окончательно не простила.
Синие, как у всех Джонсов, глаза были направлены куда-то в сторону, заново наполняясь слезами. А Лайла изо всех сил боролась с желанием разрыдаться, она сдерживалась ради него, ради младшего брата. Он должен знать, что эту боль возможно пересилить.
— Но знаешь… — продолжала девушка, пытаясь улыбнуться. — Если бы я оказалась на твоем месте… Если бы нашла старшего брата раньше, за десять лет, тридцать, или хотя бы пятьдесят… Лиам, я бы радовалась. Честно. Не простила бы, нет. Предательство нельзя простить быстро и окончательно. Но я была бы рада его видеть.
Она лгала. Лгала ради него. Потому что на самом деле, если бы ей представилась возможность найти Киллиана раньше, если бы она его нашла, то была бы не просто рада. Она была бы счастлива, как никто на свете.
Что еще важнее, она бы его тут же простила за все.
Лиам не успел ответить, а может, и не собирался. К Лайле со всех ног бежал парень с уверенным и едва ли не разъяренным лицом.
— Привет, — только и выдавила девушка, отводя глаза от брата и прогоняя слезы прочь.
Все присутствующие заинтересованно и с опаской посмотрели на парня, который теперь яростно прожигал взглядом лицо Лайлы.
— Привет? — прорычал он, сжимая кулаки. — Это все, что ты скажешь?
— А это еще кто? — Реджина сделала шаг вперед, будто для нападения, но ее спутник, Робин, удержал женщину на месте. На лице той мелькнула злость, а затем растерянность. Очевидно, она снова забыла про отсутствие у себя магии.
— Я Лиам, — встрял парень быстрее, чем Лайла успела среагировать. — Брат Грэты.
Все ошеломленно уставились на него. Средняя Джонс беспомощно прикрыла глаза и закусила губу, приготовившись к взрыву. Она как раз строила догадки, который из ее настоящих братьев вспыхнет первым, когда Эмма потрясенно произнесла:
— Сколько у тебя псевдонимов?
— На трех руках точно не посчитать, — ответила девушка, осторожно приоткрывая один глаз.
— Лиам, — глухо повторил Киллиан. — Ну спасибо и на том, что не мне ты искала замену.
— Перестань, — протянула Лайла, не обращая внимания на то, что Эмма уже сказала ему то же самое. — Я попросила его назваться Лиамом, потому что слышать твое имя было слишком больно. И вообще, эта байка придумана в Камелоте, в то время как ты тоже там был. Опасно называть кого-то своим братом, когда реальный брат с тем же именем где-то поблизости, так ведь?
— Что? Это и есть твой брат? — переспросил Якоб, хмурясь.
На это неожиданно среагировал Лиам, до этого внимательно прислушивающийся к разговору.
— И я тоже! — взвизгнул мальчик и убежал прочь из зала, прижимая руки к лицу.
— Лиам… — Лайла сделала невольный шаг вперед, следом за братиком, однако Якоб поймал ее за локоть. Освободиться не составило бы труда, парень так и не научился правильно делать даже простые захваты. Но Лайла поддалась и позволила себя удержать, потому что уже знала, что Якоб ей скажет.
— Ему нужно время. Он ведь тоже твой брат, да?
Девушка кивнула.
— Сводный. Но это не важно, — она вдруг поняла, что пора сделать кое-что. — Кстати, меня зовут Лайла.
Якоб секунду смотрел на нее, а затем рассмеялся. И этот смех показался таким неожиданным, одновременно искренним и успокаивающим. На мгновение даже показалось, что все проблемы исчезли.
Лайла оглядела людей, стоящих вокруг нее. Почти все они либо поддержали смех Якоба, либо просто улыбались. Киллиан и Эмма. Робин и Реджина. Генри. Якоб. Румпельштильцхен, творящий свои темные дела где-то далеко. И Лиам, находящийся где-то рядом. Все они, и сама Лайла, пленники на этом острове. И нужно выбираться.
— Мы должны выбираться отсюда, — уверенно заявила девочка, и все посмотрели на нее.
— Как мы это сделаем? — поинтересовалась Эмма.
Лайла поняла, что не имеет ни единой идеи на этот счет. Ведь чтобы покинуть магический остров, нужна магия. А здесь действует только магия хозяина острова, Веттербока, теперь уже мертвого.
Ответ пришел из неожиданного источника.
— У меня есть идея, — сказал Якоб. — Веттербок хранил магию в своем кабинете. Там должны найтись нужные рецепты и снадобья, чтобы создать портал. Не очень сильный — в другой мир не перенестись… Зато можно попасть, скажем, на корабль, который способен путешествовать между мирами.
На Краю Света.
— У меня есть идея.
Лайла поднялась на ноги и стала пристально смотреть на стену падающей воды, на самом деле ее не видя, а продумывая детали возникшего так внезапно плана.
— Идея? — Эмма подняла на нее глаза, в которых едва заметно загорелась надежда.
Женщина сидела, прижав руки к животу и прислонившись головой к каменной стене; весь вид Эммы Джонс говорил о том, что она боится, впервые по-настоящему боится. Не за себя — за ребенка в ее утробе.
— Да. Я знаю, как можно получить немного магии, чтобы подняться наверх.
Лайла стала уверенно и торопливо собираться, как если бы ей кто-то позвонил и попросил выходить. Девушка наполнила фляжку водой, привязала сосуд к ремню на поясе, застегнула черную куртку, а подумав, снова расстегнула. Неудобно, когда грубая ткань сковывает движения.
— Наверх? — не понимала Эмма. — На верх чего?
Они пробыли в пещере уже четыре дня. Обе чувствовали сильный голод, обе успели устать от постоянного шума водопада, кости болели от спанья на холодных и твердых камнях. Лайла, чтобы утешить свою, в общем-то, сестру, постоянно повторяла, что бывала и в худших ситуациях, что это не убьет их и даже не навредит ребенку.
Но Эмма Джонс вовсе не глупа.
— Насколько мне известно, Край Света — это просто обрыв. Море падает вниз, как водопад, а дальше — пустота. Соответственно, мы именно за этим водопадом. Нужно подняться туда, откуда вода летит.
— Но если ты права, значит там открытое море. Здесь-то есть шанс выжить, но в море мы точно долго не протянем.
Лайла закусила губу.
— Это главная и единственная загвоздка в моем плане. Но другого нет. Предложишь что-то получше — с удовольствием выслушаю.
Они какое-то время сверлили друг друга взглядами. И в итоге, как ни странно, сдалась Эмма. Блондинка со вздохом поднялась, отряхнулась и нацепила на себя маску уверенности и решимости Спасителя.
— Итак. Откуда будем брать магию?
Лайла подняла бровь и ухмыльнулась. Затем вытащила из-за воротника футболки синий кулон и продемонстрировала Эмме. Девушка вовсе не была намерена рассказывать обо всех его свойствах, однако решила, что скрывать магию амулета сейчас невыгодно.
— Из него.
«Веселый Роджер», открытый океан.
Киллиан вышел из капитанской каюты и оглядел палубу. Команда собралась небольшая, но достаточная, чтобы вести корабль. Бывалый пират совершенно не переживал за это. Куда сильнее его тревожили неожиданные попутчицы.
Джонс нашел глазами светлые волосы и зеленоватую одежду феи, стоящей у борта и глядящей вдаль. Если выбирать, чье появление поразило его сильнее, мужчина определенно назвал бы Зелину. Однако разговаривать с ней Киллиана совершенно не манило, потому капитан приблизился к Динь-Динь и встал рядом с ней, устремив глаза вперед.
— Неплохой вид, верно?
Фея вздрогнула. Появление Киллиана застало ее врасплох.
— Да… Красиво, — выдавила она, оправившись от неожиданности.
— Динь, мы уже так давно знакомы, — Джонс решил сразу же переходить к делу, не лукавя и не виляя. — Ты бы не стала просить у меня помощи, если бы она не была тебе чертовски нужна.
— Ты прав, — резко перебила фея. — У капитана Крюка я бы точно не просила помощи, — ее следующие слова повергли мужчину в шок: — Но вот у Киллиана Джонса вполне.
Тот посмотрел на Динь и потрясенно покачал головой.
— Это точно ты говоришь?
— Да, Крюк… Киллиан, — на лице девушки на мгновение расцвела улыбка, но тут же увяла. — И ты прав еще и в том, что помощь нужна просто чертовски. Как и Зелине.
— Кстати об этом, как так получилось, что вы с ней подружились?
Единственная общая черта, которую Киллиан мог назвать у этих двоих, — они обе зеленые. В остальном это полные противоположности: фея и ведьма, добрая и злая, дружелюбная и гадкая, спокойная и ехидная… На каждое качество одной можно найти с точностью противоположное у другой.
— О, мы вовсе не подружились, — Динь хмыкнула. — Скажем так, мы попали в одну и ту же передрягу, и теперь хотим вернуть то, что у нас забрали.
— Я так понял, ты не намерена говорить, что именно…
— Верно.
— …но скажи хотя бы, кто. Один и тот же человек?
Девушка задумалась, решая, стоит ли говорить всю правду. Киллиан изо всех сил старался показать взглядом свою готовность помочь, но чем дольше фея думала, тем явнее становились упрямство и недоверие в ее зеленых глазах.
— Еще как один, — раздался язвительный голос позади, и Киллиан мгновенно обернулся. Рыжая стояла прямо за его спиной и очаровательно улыбалась. — И мы, я надеюсь, прикончим его сразу, как только увидим.
— Пусть лучше помучается, — едва слышно пробубнила Динь-Динь.
Джонс посмотрел сначала на одну, затем — на другую. Он пытался сложить куски воедино, понять, что могло бы сплотить фею и ведьму. Но загадка оказалась ему не по зубам.
— Спрашивать, полагаю, бесполезно, — сдался Джонс, сердито сжимая зубы. Еще с давних пиратских дней он ненавидел брать на борт пассажиров, о целях поездок которых не знал. Собственно, такие долго на «Роджере» не задерживались.
— Абсолютно верно! — взвизгнула Зелина, а затем рассмеялась, как дьяволица. — Что, капитан, противно не знать чего-то? Чего-то, что так сильно тебя волнует?.. Или все же не так сильно, как твои девочки, улетевшие на Край Света?
Если по-честному, ее слова не злили Джонса, не вызывали даже тени гнева или отвращения. До последней фразы.
Киллиан одним движением занес руку и направил острый конец крюка прямо в лицо ведьмы Запада. Но у самого ее носа рука остановилась против воли хозяина. Зелина перестала улыбаться.
— Но-но, полегче, пиратик, — она погрозила ему пальцем, словно пятилетнему ребенку, а магия продолжала сдерживать Джонса, с трудом позволяя даже дышать.
— Еще раз скажешь о них хоть слово… — сквозь сжатые зубы прорычал Киллиан; гнев так и бурлил в его душе, подобно лаве в реке Флегетон.
— И что? — нагло поинтересовалась Зелина. — Поцарапаешь меня? Одно время я имела дело с кошками, и тебя, тигр, — это слово она выдохнула ему прямо в лицо, — укротить не составит труда. Так что полегче с угрозами. Могу и спалить твой кораблик вместе со всеми, кто находится у него на борту.
Женщина щелкнула пальцами, и Киллиан снова смог шевелиться.
— То есть, сама ты телепортироваться с корабля можешь? — рявкнул он вслед Зелине, направляющейся к каютам. — Что ты тогда вообще тут делаешь?
Ответа он, конечно, не получил.
Остров Веттербока, месяцем ранее.
Пока волшебницы, Эмма и Реджина, копались в книгах, бутылях и других магических штучках Веттербока, Лайла решила прогуляться по замку в поисках чего-нибудь полезного. Впрочем, эти поиски были прикрытием, которое девушка внушала даже себе самой.
На самом деле она хотела побыть одна и подумать. В конце концов, просто побродить в одиночестве, как уже давно привыкла. Побродить в мыслях о том, что будет дальше.
Лайла впервые за всю свою жизнь понятия не имела, что с ней скоро произойдет. Похожее чувство было очень давно и длилось всего несколько часов: когда ей сообщили о смерти отца и обоих братьев. Тогда она думала, что ее жизнь закончилась, и не имела ни малейшего представления о том, как начнется, как пройдет и как закончится следующий день. Но потом цель нашлась — в тот миг, когда девушка поняла, поверила всей душой, что Киллиан погибнуть не мог. И она стала искать его. С тех пор каждый вечер, ложась спать, она знала, что будет делать завтра: искать. Искать, искать и искать.
Ни разу она не думала о том, что будет, когда она найдет.
Лайла прошлась вдоль стены, увешанной по меньшей мере сотней портретов королей и королев, принцев и принцесс. Кто все эти особы? Неужто предки волшебника? В любом случае, поразительно.
Девушка вошла в первую попавшуюся комнату, оказавшуюся открытой. Музей. Все уставлено скульптурами, драгоценностями, антикварными книгами, стеклянными шкафами с коронами, державами и скипетрами. Целое состояние можно получить за пятую часть содержимого этой комнаты. Но почему-то у Джонс ощущение, что даже этой пятой части Веттербок не купил.
Взяв с ближайшего стола относительно скромное колье — на всякий случай, вдруг понадобятся деньги, его можно «толкнуть» — и закрыв за собой двери, девушка вернулась в коридор.
Интересно, примет ее Киллиан в свою, так сказать, семью? Исправит то, что натворил? Или деликатно попросит оставить их? Нет, Лайла, в общем, не против уйти… Только вот, куда? Наверное, их дома давно уже нет, как и всей деревни…
Погрузившись в свои мысли, Лайла не заметила, как дошла до конца коридора. Там было высокое окно, откуда открывался вид на дикую часть острова. Надо признать, вид завораживал, особенно в красках заката. Девушка не отказалась бы пожить в этом замке. Недельку-другую, не больше. Она слишком привыкла спать под открытым небом и есть то, что сама поймает или украдет в ближайшем селении.
— Что ты взяла? — строго поинтересовался знакомый голос позади. Лайла закатила глаза и ответила, не поворачиваясь:
— Ничего особенного.
— Верни.
— С какой стати?
— Это не твое.
Девушка усмехнулась.
— С чего ты вдруг решил поучать меня?
— Я здесь за другим.
Не выдержав, она обернулась.
— Поэтому ты следил за мной?
Генри хотел отрицать, но быстро передумал. Он сложил руки на груди, словно надеясь, что так выглядит грозно.
— Хотел выяснить правду. Лайла, зачем ты здесь?
Девушка нахмурилась. Потом, догадавшись, не сдержала ухмылки и поиграла бровями.
— Строишь из себя героя? Или может… красуешься перед дамой?
Генри как-то быстро покраснел, всего на пару секунд. Потом встряхнулся и произнес, уже более твердым и сердитым голосом, чуть хрипящим из-за непривычного мальчику тона:
— И вовсе не красуюсь. Не увиливай, отвечай! Что тебе нужно?
Лайла вновь нахмурилась, не понимая, что пацан хочет услышать.
— Ну… хочу убраться с этого острова, как и все…
— Я не об этом. Ты знаешь, о чем я говорю.
Джонс всерьез начала злиться.
— Да ничего я не знаю и не понимаю! Что ты хочешь услышать?
— Зачем ты вообще приехала в Сторибрук? — Генри уже в голос кричал.
— Я искала брата, и тебе это отлично известно, — медленно, по слогам сказала девушка, надеясь, что мальчишка поймет и отстанет.
Но карие глаза Генри горели упрямством и желанием что-то доказать. Совсем как у его отца когда-то. В эти минуты он вообще был безумно похож на Бэя, и только этот факт заставлял Лайлу остаться на месте.
— Это не все. Это лишь прикрытие, верно? — Генри чуть прищурился. — У тебя совсем другая цель.
Девушка замерла, не в силах подобрать верных слов.
— Сам додумался или подсказали?
Торжество так и посыпалось искрами из глаз мальчика.
— Ты сама все подтвердила, — он замолчал, наверняка ожидая, что Лайла станет отпираться, однако та сверлила его внимательным взглядом синих глаз. — Мне… подсказали.
— Что именно? — резко спросила девушка, не мигая.
— Что ты должна кого-то убить, — выдохнул Генри, так же пристально глядя на нее.
Лайла молчала. Генри тоже. Они смотрели друг другу в глаза, он — с обвинением, она — с любопытством. Кто мог сказать ему такое? Неужто Якоб? Но зачем ему это? Генри продолжал молча торжествовать, что вдруг сильно разозлило девушку.
— А не боишься, — протянула она, понизив голос и медленно приближаясь к нему, — что тебя?
Страх мелькнул в карих глазах лишь на мгновение, в это же мгновение Генри сделал маленький шаг назад. Лайла криво улыбнулась и изогнула бровь. Сейчас она как никогда чувствовала себя пираткой. Может, и правда стоит попугать мальчишку, чтобы не смел больше даже думать в эту сторону?..
— Лучше не подходи, — тихо сказал Генри и достал из кармана небольшой блокнот и перо.
Лайла посмотрела на эти два предмета и насмешливо вскинула брови.
— Это твое оружие, писатель?
Генри покачал головой, покрепче перехватил перо и неожиданно улыбнулся.
— Не писатель. Автор.
Девушка еще секунду широко улыбалась, а затем ее улыбка померкла.
— Не может быть…
— Может, — на лицо Генри вернулось торжество, теперь смешанное с гордостью.
Лайла сглотнула. Она не раз слышала легенды об Авторе, человеке, способном создавать что угодно только из своей фантазии, способного создавать новые миры, способного даже изменять судьбы. И все это с помощью волшебного пера.
— Я нашел здесь свое перо, — мальчик по-прежнему улыбался. — И теперь я могу заставить тебя делать, что угодно. А могу и вовсе сделать так, что ты исчезнешь. Так что не смей мне больше угрожать.
Сказав так, Генри еще раз посмотрел в испуганные глаза Лайлы, а затем развернулся и ушел прочь.
Джонс некоторое время смотрела ему вслед, стараясь переварить полученную неожиданную информацию. А затем вздохнула и поджала губы. Похоже, Калипсо была права — их семейка и вправду слишком уж особенная.
На Краю Света.
Искра загоралась и сразу гасла. Загоралась и гасла. Загоралась — гасла.
Кулон плавно подсвечивался ровным синим светом, чтобы тут же снова стать обычным тусклым камнем. Эмма и Лайла беспомощно смотрели на амулет, умоляя его сиять ярче. Однако он не желал слушаться одной только мысли.
— Почему не получается? — простонала Эмма, в ее голосе уже слышались подступающие слезы.
Женщина устало протянула кулон его хозяйке. Лайла приняла камень, напряженно думая. Она была уверена, что у Эммы получится вызвать магию амулета, ведь та не просто Спаситель, а еще и очень сильная волшебница.
Но что теперь делать?
В отчаянии Лайла тоже попыталась договориться с кулоном, но тот лишь слабо моргнул ей в ответ. Ну, и на том спасибо.
Впрочем…
— Эмма, давай попробуем вместе? — предложила девушка с энтузиазмом, какого сама от себя не ожидала. Почему-то она была на сто процентов уверена, что если они будут действовать одновременно, все получится.
Женщина посмотрела на нее с сомнением, однако ничего не сказала, а только молча поднялась и приблизилась к Лайле. Та протянула руку с кулоном вперед, ладонью вверх, а вторую также, только ладонью вниз. Эмма закусила губу, неуверенно глядя на синий амулет, однако в какой-то момент решилась. Ее рука накрыла руку Лайлы.
В первый момент ничего не произошло. А едва девушки Джонсы сцепили и вторые руки, их ладони вспыхнули голубым пламенем. Обе ладони каждой.
— Что за черт?.. — пробормотала Эмма и хотела отдернуть правую руку, но Лайла держала крепко.
— Кольцо, — подсказала девушка, а потом не сдержала радостный смех.
Эмма, разобравшись, в чем дело, тоже засмеялась. Они посмотрели друг на друга и снова залились смехом. В эти минуты они напрочь забыли о голоде, холоде и усталости.
— Ну, конечно! — воскликнула Лайла.
— Нужны были оба наших символа, — добавила Эмма.
— Нет, — девушка покачала головой. — Это не символы. Это вещи, которые мы любим и которыми дорожим. Этой самой любовью и уважением мы и наполнили их магией!
Эмма на мгновение прищурилась, однако не стала ни о чем спрашивать. Лайла мысленно порадовалась, что такое объяснение достаточно устроило миссис Джонс.
Уже через минуту обе пленницы преодолели стену падающей воды и вырвались на свободу, где магия амулетов подхватила их и стала поднимать наверх.
Стоило опустить взгляд вниз, и тут же захватывало дух. Вода лилась, кажется, в бесконечность, а внизу и вокруг была пустота, называемая иногда космосом: фиолетовые, красные и лиловые туманности, звезды, больше похожие на искры, и все это на ровном черном фоне. При взгляде туда Лайла чувствовала, как ее сердце словно подпрыгивает — от восхищения и благоговения, и одновременно от инстинктивного страха.
— Что дальше? — взволнованно вопросила Эмма, когда над их головами показался край моря.
Лайла не стала отвечать, потому что сама пока не знала. Она внимательно вглядывалась, высматривала, выискивала, отчаянно цеплялась за свою надежду. Почему-то она точно знала, что где-то рядом есть спасение…
— Вон там!
В паре сотен метров от края дрейфовал огромный деревянный корабль. Обе Джонс не раз в своей жизни видели корабли, особенно младшая, и потому кое-как, а знали в них толк. Это было не просто судно. Корабль был поистине великолепен.
Вот только, как он держался на одном месте, если это открытый океан, где до дна тысячи метров, а совсем рядом Край Мира, куда должно затягивать даже самое тяжелое судно?..
— Давай вперед, — откомандовала Лайла, старательно вглядываясь в палубу в поисках капитана.
Очень скоро обе Джонс плавно приземлились на борт. И едва их ноги коснулись деревянных досок, свет амулетов погас. Тут же из рубки показался человек.
В первый момент он отдаленно напомнил Киллиана, однако затем стало ясно, что его внешность кардинально отличается от внешности капитана Крюка. Большие карие глаза, темные волосы и смуглая кожа свидетельствовали об арабском происхождении мужчины, что однако придавало ему экзотики, ведь капитан корабля был очень симпатичен.
Лайле не понадобилось много времени, чтобы его узнать по слышанному где-то описанию. Однако девочка не подала виду и изо всех сил старалась притворяться, что рассматривает незнакомца с таким же настороженным интересом, с каким это делала Эмма.
— Мы… Вы… Простите, что мы… — замялась женщина, не понимая, что нужно сказать капитану.
— Снова вы? — перебил мужчина. Его голос звучал низко и глубоко, а в словах слышался восточный акцент. — Что на этот раз?
Джонс пораженно переглянулись. Эмма непонимающе покачала головой, а Лайла с подозрением прищурилась.
— Мы знакомы? — осторожно спросила бывшая Свон.
Капитан корабля сначала нахмурился, потом в его глазах мелькнула искра понимания. Уже через мгновение лицо мужчины разгладилось и стало едва ли не дружелюбным.
«Конечно, что за глупый вопрос, » — подумалось Лайле.
— Нет, простите, леди. Я ошибся.
Эмма кивнула, хотя по ее глазам Лайла поняла, что женщина сомневается в правдивости капитана. Хорошо хоть, что из-за беременности она еще не потеряла окончательно свою способность распознавать ложь.
— Меня зовут Синдбад, — представился мужчина. — Добро пожаловать на мой корабль.
Остров Веттербока, месяцем ранее.
— Все готово.
Эмма и Реджина еще раз проверили полученное заклинание, в котором так и не нашлось изъянов. Если все сработает, они очень скоро окажутся на корабле некого пирата, который, по словам Якоба, может им помочь. Он путешествует между мирами, прошел кучу опасностей и приключений, словом, многое повидал и ничему не удивится.
— Как, говоришь, зовут этого пирата? — переспросил Киллиан, поворачиваясь к стоящему в стороне мальчику.
— Синдбад, Синдбад-мореход.
— Синдбад? — восхищенно выдохнул Генри. — Прикольно!
— Очень надеюсь, — проворчала Реджина, а затем окинула взглядом зал, где уже собрались все пленники острова, готовые к побегу. — Прохвоста Темного не ждем, так? Начинаем?
Все нестройно закивали, поглядывая друг на друга.
— А ты с нами не пойдешь? — Лайла повернулась к парню, который уже отходил подальше от места открытия портала.
— Нет, я побуду здесь. Замок, оставшийся без хозяина, быстро разграбят. Хочу пока за ним присмотреть.
Лайла отчетливо ощутила на себе жгучий взгляд Генри.
— В таком случае, отойди еще дальше, — посоветовала Эмма.
Якоб послушно отошел, а маленький Лиам невольно спрятался за Робина, испуганно хлопая ресницами. Киллиан и Лайла, стоящие по другую сторону портала, то и дело поглядывали на младшего брата, и оба ощущали острое чувство вины за то, что мальчик ищет защиты не у них.
Итак, все семь человек приготовились. Реджина и Эмма вышли чуть вперед, их мужчины стояли позади, безмолвно поддерживая, а ребятам оставалось только молча ждать.
Белая вспышка озарила бальный зал, и не успели путешественники опомниться, как их затянуло в волшебный водоворот…
***
Едва свет погас, Якоб ощутил за своей спиной присутствие. Он вздрогнул, однако не обернулся. Страх был сильнее. А еще сильнее — надежда. — Спасибо, дорогой, ты очень помог, — слащаво протянула Калипсо. Парень сглотнул. Несмотря на то, что правда была ему известна, он все также видел в нимфе свою Мими, девушку, которую когда-то спас от злого заклятия. Это воспоминание стало последней мыслью Якоба, когда его сердце в руке злодейки рассыпалось в прах. На Краю Света. Эмма присела на один из бочонков с ромом, которыми была заставлена большая часть палубы, и опустила одну руку на живот в заботливо-успокаивающем жесте. Лайла как можно неприметнее спросила: — Ты в порядке? Ответом ей был легкий кивок и быстрая улыбка. Лайла устроилась рядом и сделала вид, что осматривает корабль, а сама украдкой взглянула на Синдбада. Девушка успела заметить, как тот заинтересованно посмотрел на руку Эммы, накрывшую живот, и тут же отвел взгляд. Странно. — Не нравится он мне, — пробормотала младшая Джонс. — Мне тоже, — согласилась Эмма. — Но он фактически нас спасает. — Не он, а его корабль, — поправила девушка. — А еще Синдбад нас знает. Видимо, в том забытом месяце мы пересекались. Странно, что не пересекли ему горло мечом. — Лайла! — прошипела Эмма, предупреждающе сверкая глазами. — Он не слышал. Не успела женщина ей ответить, как корабль вдруг с силой толкнуло, и все, что было на палубе, включая двух незваных пассажирок, покатилось по деревянным доскам. Лайла едва успела оттолкнуть ногой бочку, катящуюся прямо на нее, как тут же пришлось останавливать другую, уже подлетевшую к лежащей рядом Эмме. Только они немного оправились от неожиданности, как вдруг корабль опасно покачнулся, удивительно быстро поворачиваясь. Морская вода ударилась о борт, брызги полетели на девушек, держащихся из последних сил, чтобы не упасть в море; выполняя маневр, корабль едва не зачерпнул воды, и тот факт, что этого не произошло, свидетельствовал о небывалом мастерстве и годах опыта капитана. — Какого черта?! — заорала Лайла в сторону штурвала, за которым стоял Синдбад. Лицо мужчины пересекла насмешливо-самодовольная ухмылка, он вдруг во весь голос рассмеялся. — Неужели вы подумали, что в этом про́клятом месте может дрейфовать мирный корабль? С мирным капитаном не-пиратом? Человеком, не служащим хозяйке здешних вод? — Прислужник Калипсо, — выплюнула Лайла. Синдбад не ответил, снова залившись смехом. Лайла сжала руки в кулаки и попыталась придумать, как избежать участи снова попасть в пещеру, однако она прекрасно понимала, что это ей не удастся — корабль на полной скорости шел к краю. До падения вниз, во владения Калипсо, меньше минуты. Тут вдруг девушка поняла, что не слышит Эмму. Она повернула голову — и испуганно выдохнула. Лайла не помнила, когда в последний раз за кого-то по-настоящему боялась. В тот момент, когда она увидела разбитый висок и светлые волосы, окрашенные в красный, сердце девушки захлестнула волна такого ужаса, какого она, кажется, еще не знала. Даже когда ей сообщили о смерти самых важных людей в ее жизни и самых ей близких, Лайла не испугалась так сильно, как в тот момент, когда увидела Эмму без сознания и в крови. Вопль девушки, когда обе они стали падать в бездну за Краем Света, был одним лишь страхом за жизнь женщины, которая успела стать ей родным человеком.***
Чайка приземлилась на плечо пирата и издала громкий крик. Мужская рука поднесла к ее клюву корм, который птица тут же проглотила. Синдбад склонился над столом и начертал на смятом клочке бумаги несколько слов, затем сложил записку вчетверо и взял тонкую веревку. Осторожно снял со своего плеча чайку, опустил на стол, после чего привязал к ее лапе послание и тихо шепнул: — Найди капитана Крюка. Птица махнула крыльями, вспорхнула в воздух и, несколько раз громко крикнув, исчезла в синеве неба. Синдбад хмуро смотрел ей вслед. — Глупые девчонки. За свободу всегда нужно платить.
