Madness in him

Я беру лук, стрелы и выхожу в коридор. Гейл уже ждет меня. Мы договорились с Коин, что будем охотиться вместе. Правда, на ограниченном участке леса. На запястьях - датчики. Однако, они не помешают нам пробраться дальше. Мы проходим мимо охранников и скрываемся за деревьями. Зверье здесь не пуганое, но в окрестностях Тринадцатого ничего подстрелить не удается. Вблизи руин очень мало потенциальной добычи. -Ну что, пошли? - подмигивает Гейл и снимает датчик. -Пошли, - я снимаю свой и кладу под деревом, якобы мы присели отдохнуть. Углубляемся дальше в лес. Я последние дни не перестаю думать о Пите. Его забрали в Капитолий и уже три месяца о нем никаких вестей. Может, он давно мертв. И одному Богу известно, после каких пыток парень не выдержал и отошел в мир иной. От этой мысли мое сердце сжимается и я смахиваю слезу, пока Гейл ее не заметил. -Ты что-то грустная сегодня, - он целует меня. Черт, будто почувствовал, что я сейчас думаю отнюдь не о нем. Я растерялась и не оттолкнула сразу, а его руки тем временем расстегнули замок на моей куртке. -Не стоит, - это самый тупой ответ, но мне все равно. Он продолжает целовать мою шею и ласкать мой живот под футболкой. -Перестань, - я отстраняю его руки от своего тела и иду дальше. С трудом подстрелила пару индеек. Мысли о капитолийских пытках заполонили мою голову. Гейлу сегодня везет гораздо больше. Может, ему не о ком думать? Или потому, что все его родные и я - в безопасности? Конечно, я ведь не в столице. Меня не пытают. Не убили. А Пита - да. И все - из-за меня. Я долго не разговаривала с Хеймитчем, он ведь не сдержал обещания.Не спас его. Пит должен был жить, а не я. Лучше было бы лежать в сырой земле, зато в спокойствии и без страха за кого-либо. Я здесь мало с кем разговариваю. Только снялась в паре роликов, которые крутят по телевидению. И все. Здешние власти ничем не лучше Сноу. Мне так невыносимо больно от мысли, что Пит был...никем. После вызволения с арены выяснилось, что на него было плевать всем. Берегли только ради меня. Может, я и вправду единственный человек, которому Пит действительно нужен? -Эй, Кискисс, что случилось? -Да так, мысли всякие. Не обращай внимания. Мы сели отдохнуть у реки. Я взялась обрабатывать индюшку и наклонилась пониже, чтобы Гейл не мог отследить моих эмоций. Не хочу. Он слишком увлечен Коин и идеей мести Капитолию. Иногда меня даже пугает своей одержимостью. Гейл зациклен на достижении целей и забывает о человеческих жертвах. А я вспоминаю уничтоженный Двенадцатый и помню о них всегда. Через час добыча была обработана и мы двинулись в сторону Тринадцатого. Думаю, там давно поняли, что мы сняли датчики. Наверное нас ждет выговор. Шум сверху привлекает мое внимание. Капитолийский планолет. -Бежим! - Гейл устремляется вперед, я запоздало бегу за ним. Он несет на себе добычу, еще и умудряется значительно уйти вперед. Я вижу вдалеке его спину, но расстояние между нами с каждым шагом увеличивается. Почему-то именно сейчас я спотыкаюсь обо все торчащие корни и ветви неприятно хлещут по лицу и мешают зрению. В густых зарослях я быстро теряю напарника из поля зрения. И впервые в жизни я не знаю, куда бежать. Приходится выбирать путь наугад. Вся моя беготня заканчивается тем, что я растягиваюсь на земле и сильно ударяюсь коленом. -Гейл! - кричу изо всех сил, но планолет заглушает мой голос. Вскакиваю на ноги, но колено едва сгибается. Спотыкаюсь, но продолжаю движение. Ненадолго. Меня накрывает сеть. -Гейл! - я достаю нож и пытаюсь освободиться, но запутываюсь еще больше. Луч планолета фиксирует меня и медленно поднимает ввысь. Я разрезала сеть в нескольких местах, но это бесполезно. Как только оказываюсь на борту, прячу нож под одеждой. Двое мужчин заламывают мне руки и запирают. Нечто, похожее на клетку. Забавно. Клетка для Сойки-Пересмешницы. Минуты этого пути тянутся, как часы. Наверное, Гейл доложил про мой плен и за мной уже выслали солдат. Разумеется после того, как он получил от начальства втык за снятые датчики. Меня освободят, это точно. После приземления мне надевают наручники и черный мешок на голову. Меня не ведут, скорее тащат. Сначала слышу шум улицы, затем поднимаемся по ступенькам и все стихает. Чувствую мягкое покрытие под ногами. Когда мешок снимают, вижу перед собой президента собственной персоной. -Добрый вечер, мисс Эвердин. Мои руки отпускают и я присаживаюсь на стул, предназначенный для меня. -Как же так вышло? Вышли в погожий осенний день поохотиться с женихом, а тут планолет невовремя. Хорошо долетели? -Клетка для крыльев тесновата, - язвлю я. -Бывает. Ничего, привыкнете. И не к такому привыкать придется. О чем это он? О тюрьме? Или о пытках? -Благодаря вашему легкомыслию революция теперь под угрозой срыва. Бесконечно благодарен, - он делает легкий поклон головой в мою сторону. И тут до меня доходит, что никто меня не спасает. Или операция по спасению провалена. Он слишком уверен в своей победе. Хотя, игру на публику никто не отменял. -Отведите ее в камеру. И приведите его. Он давно готов. Я иду с двумя миротворцами по коридору и обдумываю его слова. Кого привести? Кто и к чему готов? Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления. В тюрьме меня обыскивают и отбирают нож. Ясно, будем искать другие варианты. Двери довольно увесистые, камера маленькая. Комната с койкой и небольшой туалет. Душевую видела мельком, пока меня вели сюда. Ничего, жить можно. Снимаю куртку и сворачиваюсь калачиком на койке. Жду, кого приведут. А они быстро выполняют приказы. Вскоре железная дверь открывается и входит он. Человек, которого я мысленно приготовилась похоронить. -Пит! Вскакиваю с койки и бегу, распахивая объятия. Но сильные руки хватают меня за горло и придавливают к стене. Я ударяюсь головой и у меня темнеет в глазах. Прихожу в себя, лежа на койке. Придавлена телом Пита, который пытается освободить мое тело от одежды. -Пит, не надо! Пожалуйста! - мне ненадолго удается вырваться и я бегу к двери. -Помогите! Кто-нибудь! Какой там. Он приказал им привести его ко мне, значит, все спланировано. Я колочу в дверь, но знаю, что никто не придет. Пит сгребает меня в охапку и я снова оказываюсь на койке.Теперь он держит меня еще сильнее. -Пит, я прошу тебя, не делай этого, - я безуспешно пытаюсь спихнуть его с себя и оглядываюсь в поисках предмета, которым могла бы оглушить его. Футболка порвана, штаны спущены вниз. Я ловлю его руку и кусаю со всей силы. Он шипит от боли и отвечает ударом по лицу. Я на мгновение теряю сноровку и ему этого достаточно. Пит раздвигает коленом мои ноги и вторгается в моё тело. Боль пронизывает меня, парализует. Я продолжаю бить его кулаками везде, где могу достать, пока мои силы не иссякли. Он все равно получает своё. Уже получил. -Приду послезавтра, - говорит он, застегивая штаны. На белой брючине капли крови. Железная дверь открывается и он покидает мою камеру. Я лежу на койке и плачу. Укрылась курткой, но меня знобит, будто я на морозе. И причина тому - далеко не холод. Внизу живота дико болит, да и все тело ломит. Позже меня ведут в душевую. Сбрасываю испорченную одежду в угол. Слёзы душат меня, я беру мочалку и становлюсь под струи воды в попытке смыть с себя этот ужас. Многочисленные царапины щиплят, когда на них попадает мыло. На колене огромный синяк, на шее следы от пальцев, даже есть укус на ключице. Но это все ерунда по сравнению с болью внизу и внутри. Осторожно отмываю запекшуюся кровь с бедер. Моё сердце разлетелось на куски. Как мог Пит сделать со мной это? Он же любит меня всей душой. В памяти всплывают слова Сноу: "Не к такому привыкать придется", "Он давно готов". Вот в чем дело. Я так боялась его смерти, так хотела увидеть его живым...они превратили его в чудовище. -Мисс Эвердин, пора идти, - хорошо хоть смотритель - женщина. Мне выдают чистый комплект одежды для заключённых. В камере уже сменили бельё. Близится час отбоя. Вскоре свет выключают и я остаюсь одна, в тишине и темноте. Покалечена и морально, и физически. А самое страшное - я не хочу больше жить.