Седьмой Хранитель

— Что-то Акито давно нет, — Нана не находила себе места. Она ходила из угла в угол, поглядывала в окно и на часы. — Тсу-кун, куда, говоришь, он ушёл? — Реборн дал ему записку с адресом, — уже в сотый раз повторял парень. — Акито не сказал, куда именно пойдёт. Мам, я думаю, он там с Реборном. Не переживай так сильно. — Видишь, Нана? — не смотря на улыбку, Емитсу тоже переживал. — Если он с Реборном, то всё в порядке. Но маму все эти доводы не особо успокаивали. Сев за стол, она нервно забарабанила пальцами по гладкой поверхности, неотрывно глядя в окно. Мужчины молчали.

***

— Давай, Акито, — сказал Реборн, вытягивая перед собой ручку с маленьким пистолетом. — Нет, подожди… — Акито, в синяках и ссадинах, в порванной местами одежде, с трудом поднялся с земли. Пошатываясь, он посмотрел сначала на Хаято, который стоял немного поодаль практически без царапин, а затем на репетитора. — Я сам вызову Пламя. — Ты вызываешь слабое Пламя. — Да, но с этими пулями я не могу себя контролировать! Я понял, что нужно делать… Акито Савада закрыл глаза и, сосредоточившись, стал будить в себе Пламя Неба. Он представил его в виде слабого огонька, а затем стал развивать одной лишь силой мысли. И оно росло, росло… Вскоре Акито ощутил приятное тепло у себя на лбу и в руках. Да, Пламя в этот раз было сильным, его можно было заметить издалека. Савада открыл уже ярко-оранжевые глаза и спокойно взглянул на Гокудеру. — Слишком медленно, никчёмный Акито! — Реборн уже оказался возле ученика и, подпрыгнув, мощно ударил его в щёку. Акито пошатнулся, но не упал. Хороший признак. Хаято расценил молчание аркобалено как сигнал к продолжению испытания. В руках у него появились динамиты. Бросив их в Десятого, он усмехнулся, потому как тот даже не пытался уйти. Взрыв. Но вдруг из толщи дыма и пыли вырвалось Пламя — ослепительно-яркое. Хаято зажмурил глаза, но тут же получил кулаком в живот. Этот мальчишка смог отбросить его?! Сплюнув кровью, Гокудера вновь бросился в атаку, пытаясь достать Саваду кулаками. Но юноша ловко уходил от его ударов и, в конце концов, словив кулак пепельноволосого, спокойно стоял, глядя ему в глаза. А Хаято из кожи вон лез, чтобы высвободить свой кулак из этой хватки. Но сила Акито быстро истекла. Пламя испарилось на глазах и, выдохнув, юноша повалился на колени. — Ну что, Гокудера? — спросил Реборн, возникший рядом с ним. Хмыкнув, предполагаемый Хранитель ничего не ответил. Он просто развернулся и ушёл с этого отвесного холма. А ведь Акито тоже нужно выбираться отсюда! Хотя все силы он потратил на бой. — Реборн… — начал было парень, но репетитора снова не оказалось рядом. Он что, издевается?

***

      Тсуна устал смотреть на взволнованную мать и ушёл в их с братом комнату. Открыв окно, он сел на кровать и посмотрел на свои бледные ладони. Затем, чисто для эксперимента, одной рукой стал выводить причудливую фигуру, возникающую во второй ладони. В итоге у него получилась небольшая ледяная юла. Красивое зрелище. Краем глаза юноша заметил какое-то движение в окне. Благо, он посмотрел как раз в тот момент, когда Реборн приземлился на подоконник. Сжав юлу в руке, Тсуна спросил: — А где Акито? — По моим подсчётам вот-вот должен подойти, — последовал ответ и изучающие глазки с особенным вниманием уставились на близнеца. Реборну он казался странным, будто скрывает что-то. — Ну, я пойду пока в ванную, — не желая оставаться наедине с мафиози, Савада ушёл. Закрывшись в ванной, он вспомнил про юлу, зажатую в руке. Удивительно! Она даже не собиралась таять. — Ну, на что ещё я способен? — с интересом пробубнил он. Включив горячую воду, Тсунаёши бросил в неё своё изделие. Оно растаяло мгновенно. «Если так хорошо тает… Эй, а где моя подушка?» — вспомнил юноша. Ну, конечно! Он же выбросил её утром в окно. Значит, она должна быть где-нибудь поблизости. Выйдя на улицу, Тсуна тут же столкнулся с Акито. Вид у него был не из лучших. — А-акито! — Тсунаёши подхватил брата, когда тот пошатнулся. — Что с тобой сделал этот Реборн?! Ты ничего не сломал? И тут же, коснувшись майки Акито, из пальцев юноши вырвался привычный иней. Выругавшись про себя, он как можно быстрее постарался его втянуть обратно. — Так нужно, чтобы стать достойным Десятым, — продолжал тем временем Акито. - Ой, холодно что-то… — Разве? Ну-у… Ты иди. Сам сможешь? Родители ждут. — Смогу. А ты куда? — Я подушку утром выкинул, найти нужно. Улыбнувшись, брат кивнул и зашёл в дом. А Савада, обойдя дом, встал под окном в свою комнату и начал поиски. Дошло это вплоть до того, что он залез на дерево, где и нашёл свою подушку. Но ведь теперь нужно было спуститься! — Чёрт, — выдохнул Тсуна, глядя вниз. От страха у него кружилась голова. — Эй, Акито! — послышался задорный голос под деревом. — Нет, это Тсуна. Ямамото, ты? — Ага. Что ты там делаешь? — Я застрял. Можешь помочь? — Конечно! — Такеши весело рассмеялся. Он ловко влез на дерево, добрался до Тсуны и, придерживая его, слез обратно на землю. — Спасибо, — кивнул Савада, прижимая к себе подушку. «Никогда больше на дерево не полезу!» — подумал он. А вслух продолжил: — Если ты к Акито, то он сейчас не может ни с кем говорить. — Ну, я мимо проходил… А что с ним? — Спроси у него потом. Он расскажет лучше, чем я. Ну, спасибо ещё раз! — Будь осторожнее! — снова рассмеялся парень и ушёл. А Тсуна зашёл домой и, проходя мимо кухни, застал такую картину: мама со слезами на глазах прижимала к себе израненного Акито. Емитсу сидел рядом и осторожно трепал сына по голове так, чтобы не причинить ему боль. А Нана явно злилась, говорила взволнованно и нахмурено с мужем. Он молчал. Бесполезно что-то говорить разгневанной матери. Вздохнув, Тсуна не стал присоединяться к их идиллии. Вместо этого он пошёл в комнату. Нужно ещё успеть выучить уроки на завтра.

***

      Гокудера жутко безобразничал в школе. Когда Акито и Тсуна пришли туда, то во дворе, прямо у входа в здание, увидели Хаято. Выглядел он мрачнее, чем обычно. Да и на уме у него была жуткая задумка! Как только в поле зрения появились близнецы Савада, он подбросил в воздух свои бомбы. И эти бомбы летели прямо на них! Но ведь они здесь не одни, вокруг снуют дети. Акито встал, как вкопанный, не в силах применить Пламя. Не то, чтобы его парализовало. Он просто не знал, как скрыть свою способность в тайне от чужих глазах. А у Тсуны от страха вышло то, чего он совершенно не ожидал: в пальцах вдруг стало сильно покалывать, как от дикого мороза, глаза на миг посветлели. — Всем в укрытие! — закричал Акито и, схватив брата за руку, отпрыгнул в сторону, готовый к мощному взрыву. Но ничего не случилось. Бомбы просто упали на землю. Дети и старшеклассники, которые успели разбежаться, теперь совсем запутались. Это что, шутка какая-то? Что происходит? Тсуна тоже был в замешательстве. То странное чувство, которое посетило его только что, исчезло. Он посмотрел на Хаято. Этот чёртов бандит был удивлён и смотрел на Акито. — Извините за плохую шутку, всё хорошо! — вдруг выкрикнул Тсунаёши, поднимаясь. А затем шепнул брату. — Это ты потушил фитили бомб? — Не знаю. Наверное. Кто же ещё? — почесал в затылке Акито. Он был зол на подрывника. — Ты иди в класс, а мне нужно с этим придурком потолковать! — Только не подорвите всё, хорошо? — неловко улыбнулся близнец, провожая брата взглядом. Затем, опустившись на корточки перед одной из бомб, Савада заметил замёрзшее пламя. Так значит… это сделал он? «Я заморозил огонь?» — Тсуна был в шоке. Это произошло не специально, от страха, но… он спас жизнь многим людям. Юношу взяла безумная гордость и, в приподнятом настроении, он пошёл в класс.       Акито и Гокудера опоздали на урок. У обоих под глазом был яркий фингал. Подрались, всё-таки. Извинившись за опоздание, они сели на свои места, но выглядели мрачнее любой тучи. — Разобрались? — улыбнулся Тсуна. — Ага, — нехотя ответил брат, открывая учебник.

***

      Тсуна и Акито решили зайти в парк после учёбы. Точнее, их заставил Реборн. «Сегодня тренировка будет там» — сказал он, после чего быстро и незаметно скрылся. Тсунаёши не понимал только одного: он-то там зачем? Или репетитор и его решил гонять так же, как брата? В любом случае, у него было плохое предчувствие. Там они снова встретились с Хаято. В этот раз он не стал бросаться бомбами, что очень радовало. — Тебя тоже Реборн позвал? — спросил Тсуна у подрывника, потому что Акито явно не был настроен на контакт. Тот лишь кивнул, окинув близнеца суровым взглядом. Все замолчали, ожидая, когда появится Реборн. Но вдруг Тсунаёши снова посетило плохое предчувствие. Более того, оно было настолько сильным, что он стал серьёзно волноваться. «Надвигается опасность» — чётко понял парень. — Акито, нужно уходить! — вдруг сказал он. — Что? Почему? — удивился брат. — Если хочешь, то уходи. Не думаю, чтобы Реборн начал и тебя тренировать. — Ты не понимаешь! Здесь что-то не так. — С чего ты взял, Тсуна? — Я… чувствую. Не могу сказать, что конкретно. Давай уйдём, а? — Всё в порядке будет. Я не собираюсь уходить. — Как хочешь, — нахмурился близнец и, засунув руки в карманы брюк, быстрым шагом двинулся прочь из парка. Но ощущение всё не уходило… Акито и Гокудера остались одни. Но кто же знал, что никчёмный Тсуна окажется прав? Словно тени, из кустов и с деревьев стали выпрыгивать люди в чёрных одеяниях. Выглядели они, как самые настоящие ниндзя. Делать было нечего — Акито призвал Пламя Неба. Началась бойня. Всё взрывалось вокруг к чертям, благодаря Гокудере. И откуда у него столько динамита? Но не смотря на всё это, ниндзя казались сильнее. Краем глаза Савада заметил Реборна и отвлёкся. В тот же миг кто-то ударил ему кулаком под дых так, что перехватило дыхание. Тут же последовал удар ногой прямо в челюсть. Юноша отлетел в сторону. У Хаято тоже дела были плохо. Он отбивался из последних сил. — Кто это, Реборн? — выдохнул Акито. Пламя его погасло. — Враги, — ответил репетитор. Оглядев поле битвы, он спросил: — Где Тсуна? — Ушёл… — Держи это, — аркобалено в один прыжок оказался возле Акито и протянул ему маленькую баночку. — Что это? — Неважно. Просто проглоти одну пилюлю. Акито послушался. Тут же он ощутил прилив сил, а Пламя послушно загорелось. Савада встал на ноги и увидел, что ещё немного и Гокудеры просто не станет. — Твоего Хранителя пытаются убить. Действуй, — сказал Реборн, не двигаясь с места. Кивнув, будущий Десятый босс Вонголы побежал к подрывнику. В нём словно открылось второе дыхание: он парировал каждый удар ниндзя и отбивал их в два раза сильнее, чем прежде. Пламя его ярко горело во лбу и руках, что показывало степень силы. Так он разобрался почти со всеми. Некоторые сумели сбежать, но Акито не стал их преследовать. Он не мог бросить раненного Гокудеру. — Ты как? — Савада протянул ему руку. — Твоя… ваша сила велика, — сказал Хаято, поднявшись. Глаза его уже горели от восхищения к этому юноше. — Джудайме! — он опустился на одно колено перед ним и, склонив голову, произнёс: — Отныне я ваш Хранитель. Ваша «правая рука»! Вы можете положиться на меня, Джудайме. Я всегда буду рядом с вами. Клянусь. — Э-э-э… спасибо, — Акито не ожидал такого отношения. Он даже смутился. — Но можешь звать меня просто Акито! И… пошли. Мне кажется, ты ранен. Счастливо улыбнулся, Гокудера встал. Вместе они побрели к дому Савады, уже будучи хорошими друзьями. Реборн, глядя им вслед, слабо улыбнулся. — Нужно будет поблагодарить Девятого за этих воинов, — рассудил он вслух, после чего ушёл куда-то.