Это не то, о чём он мечтал...Это намного лучше!

Я ни как не ожидал проснуться в пятом часу от стука в оконное стекло. Это не то, что бы странно, страшно скорее, я на втором этаже всё же сплю. Приоткрыв глаза я обнаружил, что погода успокоилась и за окном не было и облачка. Но, так-как была ещё ночь, на небе красовались звёзды и яркая полная луна. Я невольно засмотрелся на эту красоту, пока меня не отвлёк стук камешка о окно. Юнги всё ещё спал, прижимая меня к себе, поэтому мне пришлось повозиться, чтобы не разбудить спящего принца. Высунувшись в окно я заметил Тэхёна и Чонгука на тротуаре, целившихся в моё окно. Я быстро помахал им, чтобы заметили, и жестом показал что сейчас спущусь. И чего они только пришли так рано? Может случилось что? Быстро одевшись, я спустился вниз, стараясь никого не разбудить. Дверь в комнату родителей была закрыта, значит они тоже спят. Кита и Джек мирно посапывали на диване в гостиной и даже носом не повели, когда я прошёл мимо них. Как только я вышел на улицу, то сразу же замёрз и промок. Лужи и ветер всё же никуда не делись. — Чимина! Приветик! — Тэ забасил на всю улицу, за это мне пришлось на него шикнуть, а Гук лишь закатил на это глаза и, усмехнувшись, тоже поздоровался со мной. — Привет, чего кричишь? Время видели? Что вы тут делаете? — Ой, и правда. Мы не заметили что ещё так рано, просто мы не ложились, — Тэ нервно засмеялся и переглянулся с Гуком. — Эй, чё происходит? Какие-то вы странные. — Да нет, тебе кажется. Мы вообще поговорить пришли, — Чон заговорил очень быстро и так же нервно, как и Тэхён. — Хорошо, только я замёрз. Давайте ко мне зайдём, только не шумите, у меня родители и Юнги спят наверху. — Юнги? Он у тебя? — две пары глаз уставились на меня, будто в первый раз увидели. — Все вопросы потом. Мы тихо зашли в дом и направились на кухню. Там я включил две лампы-прожектора и поставил чайник. Мы уже сидели за столом и пили чай, когда Гук решился заговорить. — Мои родители уезжают завтра в Китай по работе и забирают меня с собой. Скорее всего я уже не вернусь в Корею. — Что? Как это? А разве ты не можешь остаться здесь один? Тебе ведь не пятнадцать лет, ты же можешь справиться сам, — мой поток прервал Гук, обречённо вздохнув. — Нет, так как я несовершеннолетний, да и родителям буду там нужен. Так что меня переводят в другую школу в Китае и… — Чон и Тэ переглянулись и опустили глаза. — И? — чё они молчат-то? — И я уезжаю вместе с Чонгуком, — Тэ поднял на меня взгляд, полный сожаления, быстро проговорил эту фразу и снова уткнулся в чашку, — Я не могу отпустить туда Гукки одного, тем более, что если он уедет, то уже не приедет. Поэтому я поговорил со своими и Чона родителями и уговорил их отпустить меня в Китай вместе с Чонгуком. — Афигеть, — я растерянно смотрел на парней и не мог выдавить и слова, — Я конечно рад за вас, без сомнений, но вы меня тут одного оставляете? — А как же Юнги? — тут же отозвался Тэ. — Он мой альфа, а вы мои друзья. Чувствуете разницу? — Прости, нам правда жаль. Если бы мои родители не собрались уезжать, мы бы были здесь. Но так получилось, — Чонгук поднял на меня глаза, что чуть ли не плакали и мне стало стыдно. Хоть они и мои друзья, но я должен уважать их выбор. — Эх, хорошо, я понял. Но обещайте, что будете приезжать. Оба! — я протянул каждому по мизинцу, парни ответили тем же, и закрепив клятву мизинцами, мы тихо засмеялись. Позже, я проводил парней и обнаружив, что уже 7 утра, направился в душ. Вот только я не проснулся, а лишь больше расслабился и чуть там не уснул. Сегодня нам тоже не в школу, дорогу до неё так и не расчистили, плюс там нет света. Поэтому я решил поспать ещё чуть-чуть. За время моего отсутствия в спальне, Юнги успел перебраться на мою половину кровати, обнять мою подушку и уткнуться в неё лицом. Так мило. (^-^) — это типа моё лицо сейчас… Я аккуратно перевернул Юнги на спину, заменил подушку собой и спустившись ниже, уткнулся Юнги в живот, вдыхая приятный запах. Со вчерашнего дня он усилился, что означало приближение течки, которая должна начаться сегодня. Надеюсь, что это случится не во время переезда. Но сейчас можно об этом не думать, а просто наслаждаться любимым ароматом. В таком положении я надеялся проспать ещё пару часов, но Юнги зашевелился и, не очень удачно повернувшись, ударился больной рукой о изголовье кровати, тут же просыпаясь и шипя от боли. — Щибаль, как же больно, — взвыл Юнги, а я лишь усмехнулся, тут же делая серьёзное выражение лица. — Хён, не матерись. — Чиминни, ты уже проснулся? — Ага. Где болит? — Юнги повертел больной рукой в воздухе. Я в это время успел её перехватить, тут же дуя и аккуратно целуя забинтованную руку. Юнги смутился и покраснел, тут же убирая руку и засовывая её под одеяло. — Хён, сядь на кровать и сними футболку, я сейчас, — Юнги послушно снял с себя вещь, но недоверчиво поглядывал на меня, когда я вернулся с тюбиком мази в руках. — Не смотри так, это всего лишь мазь от синяков. Ты весь ими усыпан, смотреть страшно! — альфа перевёл взгляд на свою грудь и ужаснулся. Подушка безопасности это конечно хорошо, но она тоже оставляет гематомы, иногда даже переломы. Хорошо, что у Юнги обошлось всего-то парой тройкой синяков. Я сел к Юнги на колени и выдавив немного мази на пальцы принялся аккуратно намазывать иссиня фиолетовые пятна. Юнги не отрывал от меня взгляда, иногда морщился и жаловался, что мазь холодная, но в целом перенёс спокойно. Дальше я перебинтовал своё сокровище, чтобы мазь не стёрлась. Когда закончилась эта маленькая пытка и я уже хотел слезать с Юна, он обвил мою талию и притянул ближе к себе. — А наградить и пожалеть? — Юнги холодными длинными пальчиками залез под мою футболку и поглаживал бока. — И чего же ты хочешь? — я смущённо улыбнулся и поёрзал у альфы на коленках, немного неудобно, но лучше так, чем никак. — Ммм, тебя? — Юнги упал спиной на кровать, утянул меня за собой, а после ловко перевернулся и подмял меня под себя. — Опа, кто тут у нас. Я приподнял голову и припал к губам альфы, мягко касаясь, как бы дразня и тут же отстранился, показывая язык. Юнги афигел, но тут же рассмеялся, ложась на меня сверху и утыкаясь носом в шею. — Ты такой мягкий, — Юнги потыкал пальцем мне по животу и улыбнулся. — Что ты имеешь в виду? — вот это да, — Я не толстый! — я обижено отвернул голову и выпятил обиженно губу. — А я и не говорил, что ты толстый, — альфа повернул мою голову и чмокнул меня в губы. А вот фигушки, я не буду отвечать. То он меня «мягким» называет, то отнекивается и целоваться лезет. Юнги предпринимает ещё парочку попыток, но я так же не поддаюсь и он оставляет это дело, слезает с меня, ложится лицом ко мне и обнимает за талию, прикрывая глаза. Такой спокойный. Даже в этой пустой и уже неуютной комнате мне хорошо, а всё потому, что Юнги рядом. — Дурак, — тихо шепчу я и прижимаюсь к нему ближе. Альфа лишь улыбается и устраивается поудобней, чтобы вновь заснуть.

***

Уже вечер, совсем скоро придут новые хозяева нашего дома. Я только сейчас понимаю, как сильно буду скучать. Да, я буду жить по соседству, да, я буду видеть дом каждый день, но… Но я туда уже не зайду, зная, что могу спокойно там хозяйничать, потому что он уже не мой. Даже ревность какая-то просыпается. Юнги хотел помочь мне с коробками, но я отправил его домой. У него рука, я не хочу чтобы раны начали кровоточить, поэтому попросил отца мне помочь, позже к нему присоединились грузчики. Папа собирает их вещи, что они заберут с собой и ему некогда. Взяв все самые большие коробки и оставив мне те, что поменьше, отец и грузчики ушли. Осталось три коробки, но мне их не унести. Не в том смысле, что они габаритные или очень тяжёлые, но если взрослые увидят, я могу и получить. Я быстро подхватываю две коробки, что поменьше, и уношу к Юнги домой. К нам домой. Альфа очень оживлён и счастлив, что-ли. Он ходит по дому и улыбается своей самой красивой улыбкой, дёснами. Обожаю. Когда я занёс последнюю коробку в дом и мы остались одни, я притянул Юнги в объятия, положил на его плечо голову и уткнулся носом в вену на шее. Запах мёда и молока очень ярко выражен, почти дурманит, но не настолько. Когда во входную дверь стучатся, я отлетаю от альфы как ошпаренный, сам не зная почему и удивлённо смотрю на Юнги, что точно также смотрит на меня. — Мини, зайди домой, есть разговор. Юнги, как себя чувствуешь? — папа наконец зашёл в дом и прикрыл дверь. — Спасибо, уже лучше, — Юнги опять лучезарно улыбнулся, а мне почему-то захотелось его треснуть. Ну так, не сильно. — Ну и хорошо, я украду у тебя сына на время. — А да, конечно. Только потом верните, — папа и Юнги посмеялись, а я стою как идиот и смотрю на их идиллию. — Мне одному тут не плевать, что мы дом продаём?! — сам не ожидал что повышу голос, но что сделано, то сделано. Я чуть отталкиваю папу от прохода и выхожу на улицу, направляясь домой. Две пары глаз уставились на меня из прохода, но ничего не сказали. Дом почти опустел. Мебели практически нет: диваны и кресла уже в грузовике направляются в аэропорт, а вместе с ними вазы, картины, ковры, прочие предметы интерьера и личные вещи родителей. Я вспоминаю про таблетки как на автомате и бреду на кухню чтобы запить их водой. Отец смотрит, как я нервно набираю воды в стакан, половину проливая не то на пол, не то на себя и дрожащими руками пытаюсь выдавить таблетки из упаковки. Видно ему надоедает быть зрителем столь печальной картины, и он забирает у меня таблетки, сам выдавливая их мне на ладонь. — Чиминни, всё нормально? Ты какой-то дёрганый и бледный. — Нет. Нефига не нормально, — я просто развернулся и ушёл в гостиную к пришедшему папе, — О чём ты хотел поговорить? — Я хотел лишь сказать, что деньги за дом уже переведены на твою карточку, но я хотел бы, чтобы ты открыл счёт и копил на нём деньги. — Это зачем ещё? — странно как-то, зачем мне открывать счёт и что-то копить? — Я надеюсь, что ты подаришь нам внука, и следовательно, для него нужно копить деньги на будущее. На учёбу, на подарки и просто на жизнь после совершеннолетия. — Пап, ты думаешь, что мы с Юнги не сможем заработать для собственного ребёнка сами, без ваших с отцом подачек? — Чимин, не перегибай, пожалуйста, палку. Ты ведь знаешь, что заработать не так-то просто. Вдруг мы обанкротимся или что-то случится? Если вы с Юнги поженитесь, то бизнесом будет управлять он. Если вдруг наступит кризис или спрос упадёт, бизнес обанкротится и денег у вас не будет. А так, хоть сбережения будут. — Ой, ладно, только не заморачивай мне этим голову, всё равно ничего не пойму, — я отмахнулся и встал с кресла, — Пойду пройдусь, — и ушёл в свою комнату. Я здесь последний раз, хочу запомнить всё до мелочей. Кровать, что теперь одиноко стоит у окна, обнажая матрас. Пустые шкафы, в которых раньше была куча барахла. Компьютерный стол и компьютер, я всё же решил его оставить новым хозяевам, глядишь пригодится. Я перевожу взгляд на подоконник и вспоминаю, как прятал в нём всякие вкусности. Точно! Я ведь не заглядывал туда! Открыв крышку тайника я выгреб все сладости, что там находились и рассовал по карманам. Если компьютер я оставляю, то сладости — это святое. Слышу звонок в дверь. Если не стучат или сразу не заходят, значит это чужие люди. Новые хозяева моего бывшего дома. Грустно, однако. Спускаюсь вниз и приветствую двух альф среднего возраста. Один обнимает другого за талию и счастливо нам всем улыбается. Геи что-ли? Ну зашибись, продали дом не пойми кому. Я даже слушать и смотреть на них не стал, сразу же вылетел из дома и забрав собак, что были в моём бывшем доме, направился в свой нынешний. Когда я залетел в гостиную, уже без собак и с пустыми карманами, Юнги сидел у камина на корточках и подбрасывал дрова. Я как-то даже не думал, что происходит, просто налетел на него с поцелуем и повалил на пол.