Еще один Уизли

9. Артур Уизли с самого начала усвоил, что когда звучит «Нам надо поговорить!» - разговор наверняка будет долгим и абсолютно неприятным. А уж что ждать от Малфоя, который полдня как сам себя попытался пырнуть ножиком, – вовсе дементор его знает. На всякий случай Артур приготовил еще одну порцию успокаивающего и размышлял, как бы так пригласить колдомедика, чтоб подробности этой нехорошей истерики не выплыли потом на всеобщее обозрение – ведь Малфой за это точно спасибо не скажет... - Я прошу прощения за свою дурацкую выходку сегодня утром. Признаться, я плохо соображал, что делал, потому что был слишком уж ошеломлен сложившейся ситуацией. - Понимаю, что все пока вышло не слишком уж радостно, - постарался в тон ответить Артур, - но ведь могло быть и хуже… Про Азкабан он постарался деликатно не упоминать. - А оно и выйдет хуже, - вздохнул Люциус. – Не сейчас, но чуть позже – непременно. - Это было только предварительное решение. Самого суда еще не было! Все-таки остаться без денег – это не так страшно… по крайней мере, это на мой взгляд. - При чем тут без денег! Из Франции мне вполне хватит… Все хуже. Видите ли, я совсем немного еще с начала весны проклят. - Отсроченная смерть? - Хуже. После того, как Цисса и мальчик умерли, он меня проклял. Мальчик не вернулся, после того как Циссы не стало, а она просто заснула… она видела, как его Круциатусом ударили, плакала потом долго, а утром была уже холодная… А этот почти смеялся, так и сказал, что, раз у меня жены и сына теперь нет, надо как-то компенсировать новым… Голос у Люциуса понизился почти до шепота, и в нем снова засквозило почти привычное безумие. - Я думал, что он просто убьет, ну, может, не сразу, помучаюсь несколько дней, но до утра вроде прошло… а потом я увидел, что у него получилось… ну и все уже знали… Розье и раньше как-то намекал, за руки хватал, пытался что-то говорить – а тогда совсем полез. Я ему нос сломал сначала. Потом он уже без палочки не подходил, плохо, плохо… пытался говорить, целоваться лез… Малфоя передернуло. - Хуже только Лестранжи были, потому что вдвоем приходили. И потому что пыточных проклятий у них всегда было много – они и с комнатой, наверно, придумали. А может, и еще кто-то подсказал, потому что если не есть, то сил драться совсем нет. Так что я даже понятия не имею, чье именно отродье, похоже, во мне поселилось. Я думал, меня тошнит просто от непривычной простой еды, но ведь не от рыбы же! - Погоди, - замотал головой Артур Уизли. – Ты что, хочешь сказать, что Волдеморт своим проклятием превратил тебя… э… в женщину? Извини, но я тебя под душ загонял - все было на месте. - Ну да, - согласился тот, - все на месте. Плюс дополнительный комплект внутри. С таким вот довеском. Или тебе показать? - Подожди, - ободрил Артур явно несущего бред Малфоя. – На основании одной только тошноты столько всего напридумывать – это не всякой еще фантазии хватит! - Но ведь есть способ проверить, да? - В чарах я не спец, а вот зелья – сколько угодно. Даже, может, дома где-то было… Молли, ты сильно будешь против, если я в твои вещи загляну? Молли против не была – она смотрела куда-то в окно, но ни за чем не следила глазами, и Люциус стеснялся говорить при ней не больше, чем смущаются фамильяра или портрета. Вообще тестовое зелье было старым, но оказалось даже не просроченным – видимо, Молли держала его в доме по привычке, даже когда хоть какая-то надобность в нем отпала. - Извини, но потребуется немного крови – буквально капля… В крышке было спрятано острие, само хищно присосавшееся на секунду к руке – и Люциус зажмурился с таким страдальческим выражением, что Артур, сам того не ожидая, машинально погладил его по ладони. - Ну, видишь? Нет ничего… А всего через секунду грязно-бурое зелье начало менять цвет на нежно-голубой и слегка опалесцирующий. По цветовой полоске, приклеенной сбоку на фиале, оно в точности соответствовало квадратику «9 недель». 10. - Ну… вот так оно приблизительно и выходит. Лорд оказался хитрым – существуют вещи гораздо неприятнее и смерти, и пыточных проклятий… Люциус устало потер виски. - В конце концов, это тоже переживаемо… - Я тоже так думал – но ведь зелья официально для свободной продажи запрещены, а при всем моем… кх… уважении – тебе не удалось бы таких приготовить – ибо не Снейп. Кстати, он жив, нет? - Гарри говорит, Волдеморт натравил на него свою змею. А потом Визжащая Хижина сгорела – так что даже тела не нашли. - Значит, досталось и ему… Ты разбираешься в магглах больше моего – может, знаешь, есть у них наверняка же какие-нибудь разрешенные зелья, чтоб по-быстрому вытравить ублюдка? Я могу, пока никто не запустил руку еще и в те деньги, которые не в стране… Это случилось в одно мгновенье. Только что Молли праздно и безучастно сидела у стола – и вдруг взвилась, точно испуганная или, уж скорее, разозленная кошка, подлетела к Малфою и залепила хлесткую пощечину. У него только собранные в хвост волосы мотнулись. - Неужели ты мало убивал, пока служил своему хозяину, Малфой? – голос у Молли был низким и хриплым и тоже больше смахивал на шепот, чем на нормальную речь, но интонации у нее были абсолютно узнаваемыми и теперь. – Тебе мало было тех магов и магглов, которых ты убивал по его приказанию – решил продолжать самостоятельно? - Я никого не убивал! – огрызнулся Люциус. – Но это не человек и не маг! - Ну, насчет мага я не был бы так уверен, - подал голос Артур Уизли. – Все-таки что-то да заставило ножик раскалиться, чтоб ты не смог себя искалечить. - Это не человек, - повторил Малфой, закрывая лицо руками, - это ублюдок, это напоминание обо всем, что тогда было… - Это ребенок, - это Молли. – Неужели ты, Малфой, даже если бы убил тех, кто это с тобой сделал, стал бы ты убивать и их семьи? - Туда им и дорога всем! - Стал бы ты убивать тех, кто, может, был друзьями с твоим сыном или… - Его больше нет! – рявкнул Малфой. – Мальчик погиб! Ты вообще представляешь, каково это… Тут он осекся, припомнив вдруг, что одного из рыжих – тех, которые два одинаковых, – как раз и недосчитались. - Я не то хотел сказать… я совсем не то… Уизли, я просто забыл… - Не убивай! Малфой, не убивай его! - И куда? - Можешь отдать его нам. - Отлично. Если сам не издохну. Когда я этого захочу, то постараюсь, чтоб все случилось гораздо быстрее и наверняка. - А то, что сотворится с твоей собственной магией после такого зелья? Жить сквибом… - Лучше так. - Даже если такие зелья есть – я не хочу тебе их давать. - Оставь его нам! - Перед этим еще протаскав в себе эту пакость несколько месяцев? Благодарю! Уизли, объясни еще раз своей благоверной, откуда оно у меня взялось и почему мне не нужно. - И ты не боишься стать причиной гибели своего рода? - Тьфу, да его уже нет! Никого! - А ты? - Побывав под половиной собственных соратников? Слухи, знаешь, живут гораздо дольше людей! Без палочки, почти без денег и даже без дома? - Ну, дом-то постепенно приходит в порядок… Хочешь – оставайся здесь, сколько заблагорассудится! - Не хочу, Уизли. Ничего уже не хочу. А не сходишь за зельем сам – придется мне… Люциус Малфой оглянулся – старая столетняя кухня, кавардак повсюду, перевел взгляд на свои руки – следы веревок с них давным-давно сошли, равно как и следы от стекла… На ноги: поверх босых ступней – чьи-то растоптанные башмаки… Ни палочки, ни денег, ни… И тоскливо, будто бездомная собака, глухо завыл. - Вот что, Артур, - проскрипела хозяйка Норы, - давай-ка погуляй или в гараж наведайся, а? Иди-иди. А мы пока что посидим поговорим… Ты куда чай нормальный дел, не скажешь? Стыдно сказать, но так радостно Артур давно из Норы не сбегал. И не оттого, что ничего хорошего не было в истерящем Малфое, и не потому, что устал и рад был такой возможности просто до звона в ушах, а потому, что Молли велела, снова будто очнувшись и сделавшись шумной и деловитой… Мистер Уизли знал, что не ему судить, потому что всегда был пристрастной стороной, но не факт, что Малфой не уговорил бы его на запрещенное зелье или его маггловский заменитель. Далеко от дома он уходить не решился и даже в свои апартаменты заглянул только мельком: он слишком уж в большом раздрае был, чтоб приниматься красить Фреда, а портить рисунок совсем не хотелось. Так в итоге большую часть времени и просидел на крыльце. Все вроде как было тихо – так, невнятный говор и позвякивание посуды на кухне, ни взрывов, ни проклятий… - Артур Уизли, весь твой дым благополучно тянет в кухню! Табаком пахнет теперь абсолютно все! Дверь распахнулась. Молли вышла, встала рядом – даже сердце защемило от радости, что она разом утратила все свое оцепенение, и непонятно, то ли в ноги кланяться Малфою, что смог ее расшевелить, то ли еще что… - Знаешь, мы тут поговорили немножко – не будет он ничего пить. Оставит. Малфой не был столь благостен, хотя, пожалуй, тоже гораздо сильнее напоминал себя прежнего. - Не слишком-то улыбайся, Уизли. Если уж на то пойдет, то только на моих условиях. Ты ведь на короткой ноге с нашим героем? Вот и отлично. Никаких ограничений я не хочу и палочку новую надеюсь получить в ближайшее время. На Менор пусть никто слюни не распускает, разумеется. Свободу передвижения хочу – искренне надеюсь покинуть страну. Как можно раньше, но ради всего остального согласен сделать исключение и остаться… до какого времени там надо? - До января. - Значит, до января. Разумеется, о том, что я здесь и в каком виде, никто тоже не должен знать. Ну и потом чтоб история умолчала о появлении у вас этого ублюдка… - Это не ублюдок! - Ладно, - Люциус сделался вдруг смертельно усталым. – Пусть не будет ублюдком. Твой новый Уизли – так сойдет? 11. Какой-то внутренний пикси подсказывал Артуру Уизли, что его приключения на самом деле только начинаются и неизвестно, к добру ли все в итоге выйдет… Но до половины четвертого он был занят над одним-единственным рисунком, где был Фред (вот ведь дела, и Фреда-то, и никого из ребятишек, кроме Джинни, не срослось рисовать раньше!), – и утро Артур безнадежно проспал. А первое, что увидел он на кухне, – Молли. Вернее, было слышно еще из-за двери – как свистит чайник, шкворчит сковорода на плите, шумит кран, а поверх этого – теплый домашний голос увещевает кого-то непременно есть и кашу, и бекон… Впрочем, почему кого-то: - Люциус. - Артур. Твоего нового Уизли тут изо всех сил пытаются откормить под завязку, и все бы ничего, если бы вся эта еда предварительно не попадала ко мне. Разрастаться до размеров кита я не собираюсь. - Ну почему сразу до кита? Может, сойдет до белого медведя? - Хм… Серые волосы, прозрачные глаза – и что-то вроде хриплого карканья. Только секунду спустя до Артура доходит, что на самом деле это обычный смех, просто в исполнении Малфоя. Звучит довольно психоделично, но для Норы, которая еще только буквально со вчерашнего вечера начала прогонять из себя тоскливую тьму, – в самый раз. Пришла одна из кошек: она запрыгнула на колени к Малфою и будто мимоходом попыталась в тарелке зацепить лапой ароматный горячий бекон. - Чернушка, ах ты воровка! От кинутого полотенца она увернулась, по пути опрокинув на стол чашку с чаем. - Великолепно. Не жизнь, а зоопарк… По крайней мере, хищники. - Ну и белый медведь тоже вполне себе. Гарри снова в норе появился только неделю спустя, но, надо сказать, неделя выдалась не самая легкая. Не бывает такого, чтоб человек одним днем и одним мигом избавился от своей тоски – вот и даже Молли Уизли такое оказалось не по силам. Один раз ее накрыло, когда решила убраться в доме – и, разумеется, дальше комнаты близнецов она не дошла – просидела оставшийся на полу у двери, будто слепая, оглаживая руками облупившуюся краску. А потом полночи полоскало Малфоя – ох Артур и прибить его хотел, обнаружив поутру на полу в кухне пустой пузырек от Полынницы! А в итоге даже по лицу не дал: бить по изможденной физиономии этого горе-отравленника не захотелось совсем. И даже наорал – и то вполголоса. И то больше потому, что Малфой на все ответил: - Но попробовать все-таки стоило! - Ну ты и гад! – ответил Артур; и когда Гарри все-таки снова появился в Норе, то его не просто огорошили новостями, но и попросили стать свидетелем Непреложного обета. Отныне Малфою в обмен за все блага, как то: никаких санкций, кроме как финансовых, за участие в войне на стороне Темного Лорда плюс возможность беспрепятственно пользоваться тем, что на не арестованных счетах, и собственной магией – за то ему полагалось все оставшееся до января время не пытаться причинить себе или ребенку какого-то вреда. Чарами, зельями или прочими действиями… Не то чтоб Артур сильно жаждал хоть какого-то реванша за субботнюю выходку с зельем, но Гарри был озадачен до такой бескрайней благосклонности к Малфою, что пришлось рассказать все – разумеется, без выданных в истерике Люциусом подробностей. Малфой, в свой черед слегка разозлившись, тоже потребовал обета, что его "маленький грязный секрет" не станет еще чьим-то достоянием ни сейчас, ни потом: - Разумеется, если при этом я еще останусь жив. Хотя после смерти, наверно, тоже: не хотелось бы так пятнать угасший род напоследок… Рассчитывал на что-то этот змей или на голубом глазу брякнул что думал, но Гарри вспыхнул щеками и пробормотал, что не стал бы распускать сплетни в любом случае и было б довольно и простого обещания. - Ну, раз так – тогда верю, - попытался светски улыбнуться Люциус, но получилось у него плохо – будто просто скривился. - А в Мунго – там тоже потребуете обета? - Туда-то зачем? - Ну, как бы сказать… беременные ведьмы обычно же, наверно, иногда приходят туда, чтоб проверить, все ли в порядке с ними и с малышом… - Гарри, благодарю за заботу. Но… - Люциус набрал побольше воздуха. – Не произноси! При мне! Этого! Слова! Не называй это уродство вслух! Расписные чашки в буфете звякнули от прокатившегося магического выброса. - Это не уродство, - буркнул герой магической Британии, тяжело посмотрев исподлобья. - В любом случае я не слишком-то жажду знать, что не так может оказаться с этим новым Уизли – надеюсь, это-то не входит в договор о непричинении вреда? - А вы ему в любом случае навредить не могли - семейная магия сберегла бы. И Менор, пусть и изгаженный, тоже не просто так взбесился – так что защищал свое хотя бы так… Не хотите в Мунго – можно же доехать в ближний поселок до маггловского врача. - Эх… Гарри, мне иногда кажется, что вам с вашей изворотливостью самое место было бы в Слизерине. - Шляпа предлагала мне, я отказался. - Возможно, зря… может, все как-то и по-другому… "Может, и Драко остался бы жив!" – повисло несказанным, и темнота, кажется, снова начала наползать из углов. Молли, как могла, разогнала эту темноту, ласково заворковав, что у Гарри отличная идея, а прогуляться как-нибудь до маггловского поселка – это было бы просто здорово…