Еще один Уизли

48. В конце концов, рано или поздно оно и случилось бы. Сначала, наверняка, действовали выверты проклятия, а может, ими-то, да и взыгравшими хрен-знает-какими гормонами и можно было в какой-то момент отговориться. Потом, даром что Уилл почти не доставлял хлопот, было все-таки и не до того, и откровенно страшновато: а вдруг что-то сразу и опять, и на следы старого проклятья добавится еще и что-то новое, да и, может, если не тревожить, все исчезнет, наконец, без следа… Ничего не исчезло – это во-первых. Кровить перестало быстро, а вот зарастать и не думало. Этот маленький стыдный секрет никак не напоминал о себе, и Нел только руками разводила и обещала, что специалисты из Мунго обязательно разберутся, а пока… А пока она достаточно бесцеремонно вручила Люциусу пузырек с лимонно-непрозрачным зельем: - Пить по ложке раз в неделю, когда опять потянет на что-то. - Перестанет тянуть? – нашел достаточно цинизма пошутить в ответ Люциус. – Или отвлечет на что-то посущественнее, скажем, всю следующую неделю не слезать с унитаза? - Скорее уж, всю следующую неделю не слезать со старшего Уизли без каких-либо последствий! – засмеялась старушка. - Или одного наследника тебе мало и хочется поскорее еще одного? Еле выпроводив Нел, Люциус швырнул этим дементоровым флаконом в стенку: да как вообще эта старая бесстыдница могла предположить такое! Из зеркала на Люциуса смотрел он сам – не существо непонятного пола, а все тот же горделивый лорд Малфой, пожалуй, только румянец у лорда на щеках играл почти неприличествующий, но это уж следствие не злых чар, а постоянного движения и обилия свежего воздуха. И одет был слегка попроще, потому что прятаться под мантиями теперь необходимости не было. Во-вторых, собственная порочность была налицо – потому что передалась и Драко. И недаром когда-то в семье было не принято заводить разговоров о дедушкином брате, который вроде и сквибом не был, и с древа его вроде как не убирали – просто старались не упоминать про случайно пророненное «любил мальчиков»… Может, так плохо все и не было, потому что, слава Мерлину, ни к кому из мальчиков в Норе Люциуса в упор не тянуло, а кого бы потянуло – тому он сам бы по лицу и врезал. Ему казались вполне себе пригодными к употреблению девицы из взрослого журнала, забытого тут кем-то из мальчишек. И ногасто-грудастых девушек из рисованных фильмов в мансарде рассматривал со снисходительным, но явным одобрением: Артуру Уизли точно было не с чем сравниться, то в неновой мантии, то в потасканных домашних вещах, дурацкие очки и руки в краске, и даже у рта краска, потому что опять, забывшись, облизывал кисточку. Будь похудее и помоложе, сам сошел бы за одного из собственных героев – нелепый и почти чокнутый иногда… А самое плохое, что ни к кому, кроме этого любителя японской культуры, Люциуса так не тянуло. Так, что, вспоминая о тех днях и особенно ночах, когда еще не было Уилла, Малфой чувствовал, что внутри тоже будто начинало слегка тянуть. Не просто извращение, а какое-то извращение в квадрате получается. - Я не женщина. Мне не нужны мальчики! В-третьих, флакон Люциус потом подобрал. Благо, он таки оказался небьющимся: наверняка Нел рассчитывала на подобную реакцию. «Или одна столовая ложка в течение суток после» - была прилеплена бумажка на обратной стороне флакона: Нел, кажется, предусмотрела абсолютно все. А в-четвертых, будто что-то отпустило в этот день. Может, оттого что по-нормальному попрощался с Нарциссой, может, потому что побывал в Меноре, но и пришел, и ушел оттуда сам, своей воле, оставив плохое только в воспоминаниях, а может, это просто так накрыло. Весна, жизнь – и свобода! Делать, что нравится и что хочется, и ничьей власти не будет, кроме собственной воли!.. - Ты чего это удумал?! – встрепенулся Уизли для проформы, отлично понимая, чем дело закончится. Все как-то уж очень одно к одному сегодня велось, потому что ребятишки не ночевали сегодня, и Молли тоже исчезла, повздыхав, что тетя Мег что-то расхворалась снова, надо навестить и по хозяйству помочь, так что сегодня уж не ждите… - Уизли, не тупи. - Зачем? Ты… - Потому что я так хочу – это тебя устроит? Не какое-то левое проклятие, а я! - Малфой… - Артур потер уставшие глаза под стеклами очков. – Малфой, я, конечно, рад, но… - Тебе не хочется? - Хочется. Постоянно. Наверно, просто думаю о том, нужно ли это тебе. Ну или что будет, когда тебе захочется уйти. Или что… - Или что пошли уже, а? Стрематься будем завтра. - Подумаю об этом завтра, да? - Или само разгребется, или хотя бы действительно будет повод! 49. Утром повода для страданий найти не удалось – потому что оно оказалось слишком уж хорошим, чтоб хоть как-то его самостоятельно портить. Утром не хотелось никуда спешить, утром можно было целую вечность так провалятся, будто – смешно даже сравнить! – какие-то двадцатилетние молодожены. Целоваться, нести всякую чушь, есть в кровати, осыпая все вокруг хлебными крошками, сюсюкать над Уиллом – Уилл, будто случайно, перекочевал на центр взрослой кровати… Вот в конце концов и пришлось импровизированное гнездо покинуть: увлеченный погрызанием собственных ног наследник рода Малфоев в конце концов щедро на эту постель нарыгал. - Я уберу! – виновато, будто сам все сотворил, пообещал Артур, а Люциус только отмахнулся и потащил Уилла в ванную. Именно так, в футболке Уизли, в одном носке и с слегка обтошнившимся Уиллом в руках, его и застал вопрошающий шелест позеленевшего каминного пламени: - Да кого вам надо?! - Малфой, ты? Ох, кажется, пол под ногами снова вздрогнул. - Ты не умер? - А ты, что, надеялся? - Нет, я очень рад… заходи! За год Северус Снейп почти не изменился. Так, только переоделся в маггловское и в волосы добавилось седых клочьев, но взгляд был таким же цепким и черным: - Вот оно, значит, так теперь… Именно так: в обносках, с пищащим ребенком на руках и в чужом доме. - Как ты меня нашел? - Драко рассказал. Но услышать и увидеть – две все-таки абсолютно разных вещи… Отлично – мальчик удивлял и продолжает удивлять. - Я какое-то время пользовался его гостеприимством в доме Блэков… Люциусу впору было схватиться за голову, но руки уже были заняты Уиллом. Значит, мальчик Поттер тоже имеет отношение и к этому сюрпризу. Какое там по счету двойное дно у этого героя?.. - А кто-нибудь еще жив? - Понятия не имею – про тех, которые под следствием, ты уже и так знаешь, наверно, а про остальных – кто их знает: меня Лорд бросил умирать в Визжащей Хижине возле Хогвартса. Но, если ты об этом, – я тогда успел удачно затеряться и приготовить Замораживающий Жизнь и даже угостить им почти всех, только… - Тссс! - Малфой? Замораживающий Жизнь, ты же знаешь, они никто не могли ничего тебе сделать, кроме… - Замолчи, Снейп. Я не хочу этого знать. Тише, мой родной, он уже уходит… Уилфред, уловив нехорошие интонации, снова заскулил, и Люциус перехватил его поудобнее, пристраивая покрытую светлым пухом голову у себя на плече, привычно настолько, что это кому угодно бросилось в глаза. Снейпу – тем более: - Вот оно даже так? - Даже так. Я не хочу его никому отдавать. Сначала, - да, а теперь – точно нет. Ты приходи как-нибудь еще… но как-нибудь потом, ладно? - Люциус. Что с тобой? - Со мной – все хорошо. И да, именно сейчас. - Лу, там кто? – окликнул Артур. - Ошиблись камином! - Все хорошо – значит, хорошо, - внезапно покладисто согласился Снейп, засобиравшись восвояси, - Не ожидал, правда… И мешать не буду. В любом случае, до встречи. - Там точно ошиблись камином? – поинтересовался Артур. Но выспрашивать не стал, и правильно сделал. А со Снейпом и в самом деле пришлось списаться всего через какой-то месяц, когда у Уилла стали пробиваться первые зубы. Нянек теперь не хватало: потому что младшие Уизли скандалящего Уилла опасались, а взрослые были вовлечены в благое дело все - Фрэнк-Фредерик страдал от той же напасти, только еще и сопровождал собственное дурное настроение хорошими такими магическими выбросами. И его просто боялись. Молли и так жила на два дома… А то и на три, потому что снова «болела тетя Мег», как-то очень часто давая о себе знать с прошлогоднего путешествия на море; Артур даже спросил в конце концов: - Ну ты бы познакомила уже, что ли, с «тетей»… В ответ миссис Уизли всплеснула руками: - Да сговорились вы оба, что ли! Покраснела, как рак, и, глядя в пол, пробормотала: - Я уже говорила, что муж есть… и дети… и внук… а он как баран уперся: соберемся-поговорим-разберемся… - Э, а как же наш «священный договор»? Что если кто-то встретит, то разбегаемся без вопросов? - Ты что, разбежаться решил? - Дура, что ли? - Сам дурак! – огрызнулась Молли. – Нафиг я там кому нужна, старуха ведьма… - Не валяй дурака. Старуха она… - И ведьма. Гвен, понимаешь, он… маггл, вот! От зубной мази по собственному рецепту Снейпа (говорит, тестировал разные составы в свое время на Драко, гад!) и Уилл, и Фрэнк-Фредерик сразу сбавили обороты, так что младшее поколение почти охотно остается надзирать за самым младшим, когда старшее отправляется общаться с этим самым маггловским Гвеном. Молли по такому случаю была взвинчена до предела - в Норе бы уже давно на всякий случай все разбежались по углам и сидели, как мышки под метлой. Вытащенное из шкафа платье не желало застегиваться, даром, что по объемам оно снова могло это сделать, а еще Молли рявкнула на Люциуса, вздумавшего повесить к ней на шею какую-то свою фамильную побрякушку. И на Артура, который посмел шикнуть в ответ. И на Билла, который просто пришел невовремя, одобрительно присвистнул и показал большой палец. А в итоге вся встреча прошла на редкость… хорошо? Гвен оказался на редкость адекватным – наверно, потому что у авроров, пусть даже маггловских, психика вообще крепкая; и уже потом, когда вышли прогуляться после ресторана, Артур и Люциус потихоньку отстали от этих двоих… И быстренько сбежали обратно в Нору. Молли в тот вечер вернулась слегка заполночь, повесила пальто мимо вешалки, как-то совсем по-девчоночьи хихикнула, нечаянно наступила на хвост Книззла, а потом – деликатно поскреблась в дверь комнаты: - Малфой, спите, нет? Ты, это, возьми, спасибо… - в приоткрытое пространство просунулась рука с зажатым в ней кулоном. - Забери себе. - Малфой! - Обижусь! - Ах, так!.. – Молли стояла на пороге, уперев руки в бока. - Серьезно говорю, обижусь! Я, значит, специально в подарок искал, а ты?! - Мо, вы поругались? - Нет… Но сводники вы оба! – напоследок припечатала Молли, ласково приобняв обеих за шеи и запечатлев по пахнущему шампанским поцелую на каждом - куда пришлось. – Какие ж вы сводники… Мимо ног воровато просочился Книззл и забрался в уютную и безопасную детскую кровать к теплому Уиллу, а Молли мирно побрела к себе. Следом преданно отправились Рыжик и Чернушка.