Вор

Сон был неспокойным и тёмным. Лие куда-то бежал, искал что-то, но зачем… Пробуждение было внезапным. Только что он спал, а в следующее мгновение подскочил на месте и прижал отёкшие руки к груди. Всё тело было напряжено в предчувствии опасности, но спросонья парень совсем не понимал, где находится. Слева показалось движение, лисёнок с шипением отлетел в противоположную сторону. Шею обожгло болью. Зазвенел металл. Лие снова дёрнулся, но обнаружил, что не может больше двинуться. Цепь соединяла кованное изголовье кровати с жёстким ошейником. Парень скосил глаза: дублёная кожа со стальными заклёпками. Такой не разгрызть и не вскрыть. Воспоминания о прошедшем дне возвращались в лохматую голову. Лие зашипел и спрятался за кровать. Он был в ужасе от того, что уснул в присутствии врага и мог проспать собственное наказание. Барс фыркнул, прикрывая дверь возле кровати. — Здесь ванная. Всё опасное я убрал. Постарайся не навредить себе, пока я отсутствую. На улице до сих пор была ночь, Лие убедился в этом, кинув взгляд за окно. «Значит, приведёт смотрителей» Мужчина закутался в ткани, какие носили только Высшие. Только форма лица и пятнистые уши выдавали в нём принадлежность к кошачьим. Когда хозяин квартиры ушёл, Лие осторожно взобрался на кровать и свернулся клубочком, пряча в мех на груди руки и нос. На посторонний взгляд в подвалах никогда не было весело, но с детьми там всегда играли. Не столько по доброте, сколько из личной выгоды. Девочки редко оставались на улице, их спешили перехватить бордели, но если такое случалась, устраивалась баталия за право опекать малышку. Наставники следили за тем, чтобы девочка оставалась чистой и ухоженной, тогда её могли купить. Состоятельные господа часто набирали свои гаремы с брошенок, они были дешевле и интереснее воспитанных шлюх. Хороших мальчиков тоже часто брали, но требования к ним были выше. Лие в этом плане не повезло. Наставник взял его из чистой жалости, и, хотя чистоту удалось сохранить, надежды на удачу не было. Из-за смешения кровей мальчик вышел необычный, многие считали его уродом. Слишком длинная мордочка - ближе к диким предкам, тонкое тело и много длинного, грязно-бурого меха. Когда он ходил на четырёх, казалось, что вместо лапок у него длинные лохматые столбы. Именно поэтому, когда в подвал вошёл ухоженный мужчина, и наставники вытянулись по струнке рядом со своими чадами, Лие даже не поднял головы с подстилки. Однако мужчина направился прямо к нему, и после нескольких пустых фраз вывел наружу и усадил в машину. Напряженный лисёнок боялся перечить ему. Мужчина беззастенчиво льстил, называя лучшим среди квартирных воров. Лие понимал, что это глупости. Он всего пару раз промышлял домушничеством, и то по крайней нужде. Однако, его заметили и теперь предлагали работу. История о похищении старинных украшений тоже казалась притянутой за уши, однако цена… Место в пансионе, документы и будущее. Это так манило, что Лие опрометчиво согласился. Теперь лисёнок сидел на цепи и размышлял, что станет с его вещами и предоплатой, спрятанными на крыше соседнего дома. Он успел хорошо разглядеть камни и драгоценный узор. Гарнитур принадлежал снежным кошкам, а заказчиком был пёс. Солнце только начало пробиваться между высотными домами, когда дверь на другом конце квартиры хлопнула. Задремавший лисёнок дёрнулся и прижался к изголовью. Барс был явно раздражён, о чем свидетельствовали прижатые уши и сжатые челюсти. Убрав драгоценности в комод, он бросил на постель свёрток. — Возьми это и иди уже помойся. Выглядишь так, словно только что из помойки вылез. Прорычав это сквозь зубы, барс ушёл в кухонную зону. Подхватив свёрток зубами, Лие шмыгнул в соседнюю дверь. Цепи едва хватало, чтобы дотянуться до смесителя, но и за это лисёнок был благодарен. Он не мылся с тех пор, как убили его маму и ее хозяина. О чистоте детей в подвалах заботились наставники, но это ограничивалось вылизыванием и расчёсыванием. После смерти мамы Лие не слишком следил за своим видом. Чем хуже выглядишь, тем больше тебе подадут и меньше будет желающих схватить за шкирку. Почти холодная вода всё равно обжигала отвыкшую шкуру. Шерсть слиплась, и с неё текла мутная вонючая жижа. Лие сидел под потоками воды до тех пор, пока весь мусор и грязь не смылись в водопровод. Осмотрев все полочки, лисёнок выбрал наиболее на вид дешёвое мыло с резким запахом и начал усердно мылиться. Царапины и мелкие ранки щипали нещадно, но парень продолжал драить шкуру, которая не видела мыла уже несколько лет. Под колтунами на задней лапе обнаружилась почти затянувшаяся рана, полученная в потасовке. В стакане возле раковины нашлись ножницы, и Лие принялся выстригать спутанные комки шерсти с засохшей кровью. Мыльная вода с плеч попадала на розовый шрам, лисёнок шипел сквозь зубы. — Что же ты делаешь, глупый? Барс оказался совсем рядом, за спиной. Лисёнок он неожиданности шарахнулся, но натянул цепь и поскользнулся. Сильные руки не дали упасть, аккуратно сажая в ванну. Игнорируя прижатые к низу живота лапки, прикрывающие обнажённые из-за слипшейся шерсти места, мужчина перегнулся через плечо лисёнка и отобрал ножницы. Осторожно закончив начатое, он промыл рану, после чего прибавил горячей воды и помог смыть пену с шерсти. — Вытирайся, я жду тебя снаружи. Барс прихватил коробку из настенного шкафчика и вышел. В свёртке оказались полотенце и одежда. Последнее принадлежало, вероятнее всего, хозяину, так как было на несколько размеров больше - явно на широкие плечи. Лие вытирался до тех пор, пока его длинная шерсть не встала дыбом. Прочесав её когтями, парень надел футболку. И утонул в ней. Короткие рукава висели до локтей, подол прикрывал колени, хотя лисёнок был достаточно высоким. Решив не пытаться надевать шорты, Лие осторожно выглянул из ванной. Барс сидел на краю кровати и раскладывал какие-то баночки. Услышав звон цепи, он поднял голову и приглашающе похлопал рядом с собой. Постель была застелена, из-под покрывала выглядывало свежее бельё. Лие послушно сел на краешек, но тут же был опрокинут навзничь. Ноги развели в стороны, лисёнок даже испугаться не успел. — Лежи смирно. Я только обработаю раны. Он быстро промывал и смазывал почти затянувшиеся следы уличных драк. Лие молча показывал ему царапины, барс хмурился с каждым повреждением. Закончив с этим, мужчина отнёс аптечку обратно в ванну и принёс с кухни поднос. От запаха бульона в животе лисёнка предательски заурчало. Барс усмехнулся и поставил поднос на постель. Непривыкший к такой еде, Лие сначала сжевал весь предложенный хлеб и только потом приступил к супу, не забывая следить за барсом. Кусочки овощей и мяса были выловлены в первую очередь и тщательно прожёваны. Всё ещё голодный лисёнок был готов вылезать тарелку, но в доме хозяина за это ругали, поэтому парень решил воздержаться. — Тебе пока нельзя много есть, желудок должен привыкнуть — нарушил молчание Барс. — Сейчас можешь спать, позже придёт доктор. Будешь хорошо себя вести — останешься у меня. Лие кивнул и прижал ушки. Он был готов танцевать от счастья, но барс всё равно его пугал. Тем не менее, без особых вариантов лисёнок решил довериться странному Высшему.