С чистого листа

Рикардо проснулся рано, несмотря на то, что накануне не мог заснуть очень долго, все ещё тревожась и то и дело невольно вслушиваясь в дыхание уснувшего рядом Рокэ. Но тот спал спокойно, ничем больше не давая юноше повода для волнения, и все же… Алварес вслушивался в тихое, размеренное дыхание своего маршала, своего соберано, который даже во сне крепко прижимал его к себе, словно опасаясь, что Рикардо может сбежать. Зря. Юноша, наполненный от пяток до затылка тягучим и до дрожи упоительным счастьем, не собирался никуда бежать. Ему было хорошо, очень. Кроме того, впервые с момента, как он очнулся в подвале особняка Алвы в ночь исчезновения Окделла, будущее выглядело определённо и светло, так, словно порывами ветра сдуло неверную зыбь тумана. Проснувшись, Рикардо не сразу понял, что Рокэ рядом не было. Пошевелившись и повертев головой, скользнув глазами по аккуратно сложенной собственной одежде, по разглаженному одеялу, которым он был заботливо прикрыт, юноша улыбнулся и рывком сел. Утро в Алвасете было таким же солнечным и ясным, как и в доме Хуана. Воспоминание о Суавесе слегка смущало. Думать о том, как после всего, что произошло, он будет смотреть учителю в глаза, Рикардо не хотел, пока нет. Сейчас думалось только о Рокэ. Однако стоило юноше одеться и выглянуть за порог, он сразу наткнулся на хмурого Хуана. — Доброе утро, рэй Суавес, — чуть потупив взгляд, произнёс на кэналлоа Рикардо. Весь вид Хуана говорил о том, что рэй в курсе случившегося. Сам ли догадался? Или видел, как утром Рокэ выходил из комнаты Рикардо? Осуждает… И пусть! Юноша не испытывал ни малейшего сожаления за содеянное. Да, он был ночью с Рокэ, но не собирался в этом раскаиваться, пусть даже за это на его голову падет проклятье каждого жителя этого благословенного края. — Здравствуй Рикардо, — Суавес одарил своего воспитанника сердитым взглядом, однако больше ничем не намекнул, что имеет своё мнение на счёт прошедшей ночи, — соберано послал меня разбудить тебя. Он хочет перед завтраком проверить, насколько ты преуспел во владении шпагой. Алварес кивнул. — Я готов. Вот только не знаю, куда идти, — Рикардо окинул взглядом широкий коридор дворца, который вечером толком не смог разглядеть. Но то было вчера, когда юношу грызли не самые приятные чувства, сейчас же все было хорошо, и красота цитадели собрано согревала душу не меньше, чем ясное солнечное утро. — Я провожу, идём. Пока они шли до широкого внутреннего двора, на котором среди прочего была оборудована небольшая площадка для фехтования, Хуан счел важным напомнить Алваресу о некоторых моментах и приемах, с которыми у ученика были сложности. Рикардо старался слушать внимательно, зная, насколько для Суавеса важно, чтобы он произвёл на соберано лучшее впечатление. По рассказам Хуана, юноша знал, что Рокэ блестяще фехтует, и одолеть в честном бою Первого маршала Талига невозможно. Да, он все это понимал, но, кивая на слова Суавеса, невольно думал об Алве совершенно в ином ключе. Из головы не желала выходить прошедшая ночь. А ещё был прохладный, противный трепет. Рикардо понял, что сейчас немного боится заглянуть в глаза Рокэ. Теперь, после вчерашней безумной нежности со стороны маршала… Вдруг там, в синей бездонности, снова царит тоска по Окделлу? Вдруг при свете дня Рокэ, увидев перед собой Алвареса, узнав, что чуда не случилось, что ничего не изменилось, и Ричард не вернулся, пожалеет обо всем, что было? К счастью, пришли они быстро, и Рикардо не успел изволноваться. Рокэ ожидал их, разминаясь перед тренировкой, и, когда Рикардо с Суавесом подошли, он лишь весело глянул на юношу и, протянув ему учебную рапиру, блестя глазами, заметил: — Я вижу, ничего не изменилось, юноша, вы все так же принадлежите к почтенному племени сов. — Простите, соберано, — с притворным покаянием опустил голову Рикардо, принимая из рук Рокэ рапиру и пряча дерзкую улыбку, — так уж вышло, что вчера мне не удалось заснуть почти до утра. Обещаю исправиться и впредь ложиться вовремя. Рокэ весело фыркнул: — Даже не мечтай… Алварес поднял глаза и встретился со смеющимся взглядом Алвы. Рокэ, лицо которого как бы тронуло позолотой счастья, был хорош собой настолько, что у Рикардо захватило дух. И да, все мысли о том, что соберано мог сожалеть о прошедшей ночи, оказались беспочвенны и теперь казались Алваресу пустыми и глупыми. Рокэ ни о чем не жалел, и это было прекрасно! — В позицию! — скомандовал маршал Рикардо, — давай посмотрим, не сильно ли Хуан преувеличивает твои достижения. Юноша кинул удивленный взгляд на учителя, но лицо того осталось совершенно непроницаемым. Рапиры соприкоснулись с привычным звоном, радуя слух Алвареса своей мелодией. Он прежде не имел возможности скрестить клинок с маршалом. Однако очень скоро нутром почувствовал, что стиль Рокэ ему знаком. Выпад. Подсечка. Удар… Техника Рокэ отличалась от того, как владел шпагой Суавес. Стиль и характер, несомненно, имели общие черты — кэналлийская старая школа, но не более того. Рисунок боя Алвы был более изящный, игривый, нарушающий общепринятые каноны. И все же Рикардо не мог отделаться от мысли, что он видел подобное владение шпагой раньше. Рокэ был великолепен, рапира была словно продолжением его руки, она рассекала воздух и пела звеня. Но достать Рикардо не могла, впрочем, может быть, соберано не слишком старался. Юноша уходил от касания всякий раз, инстинктивно чувствуя, куда собирается уколоть Рокэ, но при этом он не успевал выйти из обороны. Избежать касания было сложно, и все же юноша держался довольно долго; по спине Рикардо потекла струйка пота, сделалось жарко. У маршала даже не участилось дыхание. Казалось, что он и не напрягался вовсе, гоняя Рикардо по всей площадке. И когда Рокэ, наконец, остановился, командуя окончание разминки, Альварес выдохнул с явным облегчением. Покосившись на наблюдавшего за поединком Хуана, Рикардо улыбнулся. Тот был явно доволен, значит, все хорошо, он оправдал ожидания старика. — Очень недурно, — убирая шпагу, сказал Рокэ, оглядывая Рикардо долгим, каким-то странным взглядом, значения которого юноша не понял, — все гораздо лучше, чем я смел надеяться. Прогресс на лицо, ты славно поработал, Хуан, и сделал все, чтобы не дать пропасть тому, что я успел в него вложить. — В каком смысле? — встрепенулся Рикардо, поначалу разомлевший от похвалы, но последняя фраза заставила его насторожиться. — При отражении атак ты весьма умело пользовался теми приемами, которым я обучил тебя, когда ты был Ричардом, — ответил Рокэ, вглядываясь в лицо Рикардо, так, что тому показалось, что Алва усиленно ищет в нем признаки, о которых Алваресу даже думать было тошно. Не Окделл он! И никогда им не будет! Настроение испортилось сразу, Рикардо хватило лишь на то, чтобы открыто не скрипнуть зубами. — Это не более, чем рефлексы… соберано, — выдавил он из себя, улыбаясь через силу почти зло. — Как знать, как знать, мой хороший, — задумчиво отозвался Рокэ, и Рикардо вдруг понял, что соберано, похоже, не уверен в том, что так уж сильно желает возвращения Ричарда. И, чтобы окончательно убедиться в правоте этого волнующего открытия, он сделал шаг и, не спрашивая разрешения, позабыв о стоящем рядом Суавесе, обнял Рокэ, чего никогда на людях не сделал бы Ричард. Рокэ принял его с лёгкой усмешкой и теплотой во взгляде. Да, все так. Кажется, соберано наконец передумал насчёт Окделла. Рикардо, прижимаясь к маршалу сильнее, уткнувшись носом в шею Алвы, торжественно пообещал: — Рокэ, клянусь, я не позволю ему разрушить то, что мы обрели. Алва не ответил. Лишь прижал юношу к себе и чуть ощутимо вздохнул. О чем он думал сейчас, Рикардо не знал, но надеялся, что из головы любимого ушли все мысли о Ричарде Окделле.