Семь долгих лет

      Люси приоткрыла глаза, уставившись в танцующий перед глазами потолок. Потолок был синим, с мелким вычурным узором, от которого рябило в глазах. Белая эмблема гильдии пегасов троилась и перебегала то в угол, то в центр потолка. Сначала всё казалось слегка размытым и странным, но вскоре зрение пришло в норму. Хартфилия шумно втянула воздух через нос и закричала от страшной боли в груди. Точнее, попробовала закричать: из горла вылетел лишь хриплый стон, закончившийся болезненным придушенным кашлем.       В каюте пахло лекарствами, морем и кровью. Наверное, это импровизированный мини-медпункт, в два счёта устроенный хвостатыми феями на корабле. Кажется, это где-то в левой части корабля, уж очень знакомый рисунок на потолке. Точно. Рядом с бывшей каютой Ичии.       — Мастер?       Девушка повернула голову на голос, прикусив губу. На соседней кровати лежал Макао Конбольд. Он выглядел очень усталым, но в целом вполне здоровым и невредимым. Лишь зябко кутался в толстый больничный клетчатый плед, комплект которых на корабль притащил Ив. Он усиленно строил глазки Джувии, скорее по привычке, чем действительно ища романтических приключений, но пледы передал как вежливый жест от своего имени. Он помнил, что Джувия сильно зависела от моря и мёрзла, если вода была ледяной.       — Макао, — прошептала девушка, сдерживая выступившие на глаза нежданные слёзы. — А ты как здесь оказался?       — По той же причине, что и ты, — странно усмехнулся маг.       Заклинательница нахмурилась, вспоминая. Она не увидела корабля, вынырнув на поверхность, испугалась, потом появилась акула… кажется, от отчаяния она жгла тварь чистой магией, было больно… из воды её вытащил Локи. А лечила раны какая-то плачущая рыженькая девушка в ярко-синем платье, и рядом, опять же, был Локи, странно злой, с маской отчаяния на бледном лице. Больше Люси ничего припомнить не смогла, как ни старалась. Только тонкий детский голосок и взволнованный мужской, наверное, принадлежащий Локи. Хотя он был более глубоким и сильным, что ли…       — Мы смогли устоять во время шторма, — начал Макао, вглядываясь в лицо Люси и чуть привстав на постели. Девушка отвлеклась от воспоминаний, стараясь сконцентрироваться. — Корабль изрядно потрепало, но в целом всё было в порядке, пока кто-то не нашёл твои ключи. С ними всё в порядке, Лаки положила их тебе на тумбочку, рядом с кроватью, — правильно расшифровал молящий взгляд Макао. — Самых уставших отправили в каюты, а остальные поплыли искать тебя. Потом, уже утром, проснулись я и Джувия, и решили помочь в поисках. Мы нашли тебя, ты сражалась с акулой, а мы не могли вмешаться… по многим причинам. Потом появились духи: Локи и Дева, кажется. Акула… она повредила тебе горло, буквально выгрызла живот и грудь. Тебя смогли вытащить, но эта синяя мразь откусила мне ногу по самое колено.       Люси попыталась что-то сказать, но Конбольд лишь махнул рукой, заставляя девушку замолчать.       — Я на тебя не злюсь. Совсем. Прибудем на сушу, и мне установят протез, буду как новенький. Так вот. Нас доставили на корабль, и Локи нашёл какой-то ключ у тебя, призвал духа… девчонка долго упиралась и отнекивалась, но Локи ей приказал — как-то чудно. Все потом помогали, кто чем мог. В итоге сказали, что меня избавили от инфекции, попавшей в кровь через укус, как и тебя, и мне нужно лишь восстановиться и купить протез. Мне бы и ногу прирастили, но тварь утащила её на дно. А тебя… тебя лечили долго, и дух говорила, что ты не выживешь. Но Локи там что-то наколдовал, и тебя всё-таки залечили. Только… — Макао поджал губы, и умолк на секунду, собираясь с духом. — Ты больше никогда детей иметь не сможешь.       Мужчина наконец умолк, а Люси отвернулась к стене, и, шустро закусив уголок подушки, прикрыла глаза. Слёзы, горячие и неприятно жгущие кожу, сами собой полились по бледному лицу, оставляя на подушке тёмные мокрые пятна. Кусок ткани между зубов помогал не завыть от отчаяния, и Люси лишь изредка мычала сквозь кляп.       За что ей всё это?! Почему именно она? Почему, почему, почему, почему… почему так много ужасов и смертей вокруг неё?! Сначала мама, потом Нацу, Эрза, Венди и другие погибли, теперь из-за её неуклюжести и неспособности защитить себя даже от банальной зубастой рыбы пострадал бедный Макао, пытаясь спасти её… И снова она не только не помогла, не спасла, но и стала причиной трагедии. Наверное, Макао считал себя виноватым сейчас, думал, что она убивается из-за себя, но нет. Люси никогда не думала о том, чтобы завести детей, и не сильно испугалась новости — может, потом, когда она осознает её в полной мере, то расстроится. Но сейчас она не могла даже думать о себе. Только о том, чему стала причиной.       Если бы не эти экспедиции, то ничего не случилось бы. Это всё они виноваты. Не больше, чем она, но и не меньше. Те, кто продолжал надеяться на то, что ребята выжили, они… Лаки, Дрой, Вакаба, Биска… Разве они не понимали, чем рискуют?       С другой стороны, она сама хороша. Мастер должен руководить, выбирать, строить планы, а не идти на поводу у эмоциональных подопечных. А что сделала она? Что смогла сделать она? За что запомнят Люси Хартфилию? Макарова все знали мудрым и надёжным, а её? Как будут вспоминать её? Законченной наркоманкой, еле держащей гильдию на плаву? Если вообще держащей. Не факт, что гильдия просуществует ещё хоть год.       Как она вообще на это решилась? Почему не отказалась? Почему её не отговорили? Да как волшебница с самой отстойной магией в мире могла быть выбрана мастером «Хвоста Феи»? Как, скажите кто-нибудь! Объясните причину! По её вине Макао лишился ноги, а ведь если за борт свалился бы ещё кто-нибудь? А если и свалился, но только сообщать побоялись, чтобы ещё больше не расстроить?       В груди странно потеплело, мысли замедлились, и потекли совсем тягуче, как мёд, успокаивая, вот только Хартфилия решительно стряхнула с себя это странное оцепенение. Взгляд волшебницы упёрся в коричневый прикроватный столик, на котором лежали ключи. Так это его Макао обозвал тумбочкой? Да… что там? Её ключи, мешочек с наворованными бесполезными кусками металла — ведь она даже призвать их не сможет, не знает их имени! — и… зажигалка с портсигаром? Это хорошо.       Не слушая предупреждающих слов Конбольда, Люси, игнорируя боль, потянулась к заветным сигаретам. Дрожащими руками Хартфилия зажгла синенький огонёк, и с наслаждением затянулась. Живот и грудь сильно защипало, сквозь бинты проступила кровь и какая-то белесая гадость: гной, наверное. Но Люси было уже всё равно.       «Всё в порядке, да. Всё решаемо, всё будет просто отлично. Пострадали только я и Макао, который на меня вовсе и не злится, а ногу ему мы сделаем новую, на это деньги я уж точно найду. Я никогда не смогу иметь детей? Ну и ладно, всё равно я никогда не планировала заводить свою семью. Моя семья — это ребята из гильдии, и так будет всегда» — Люси с подозрением посмотрела на еле тлеющую сигарету. — «Что-то слишком быстро и сильно она подействовала. Может, из-за потери крови и ослабления организма в целом?». Хартфилия опустила голову и посмотрела на запачканные бинты. Ха. Всё будет в порядке. Переживёт как-нибудь, не хрустальная.       Внезапно голову прошила резкая боль. Люси вспомнила всё, что было в пещере, и в том числе найденный ключ. Она обшарила прикроватный столик, посмотрела везде, где только можно было, игнорируя боль и слабость, но ничего не нашла. И у Макао спросить не удалось: он уже куда-то смылся, пропали самодельные костыли, стоящие возле его кровати.       Хартфилия села и закурила следующую сигарету. Она представила себе этот ключ, но не полностью — тогда она не смогла хорошенько его разглядеть, да и мелкие детали стёрлись в памяти. Она помнила лишь цвет и яркий камень в грубом стилизованном цветке из металла. Стало невероятно тепло, и Люси на мгновение показалось, что ключ снова висит у неё на шее, но вскоре это ощущение полностью пропало. Мгновение — и девушка полностью забыла о своей находке.       Больше никакие мысли не посещали её голову. Видимо, успокоительные травы взаимодействовали с какими-то лекарствами. Хотя какая разница? Жизнь хороша, и фиолетовый дым хорош, и даже злое лицо взбешенного до чёртиков Фуллбастера, маячащее перед глазами, просто чудо как хорошо! Он ведь такой симпатичный, и даже когда злится — такой милашка!       — Люси, мать твою! — рявкнул Грей, отбирая сигарету и бросая её куда-то в сторону. — Я понимаю, стресс, но это переходит все границы! Ты что, совсем не соображаешь?       — А сейчас будет пожар, — меланхолично отметила Люси, невозмутимо доставая новую сигарету. Пока Грей, тихо матерясь, тушил предыдущий окурок, Хартфилия уже успела сделать затяжку, и когда Фуллбастер снова попытался отобрать «успокоительное», выдохнула облако фиолетового дыма прямо ему в лицо.       — Люси! — рявкнул он зло. Ощутимо повеяло холодом. Кажется, Люси на нос упала снежинка.       — Грей! — не осталась в долгу неожиданно вспылившая девушка. — Я, вообще-то, твоя непосредственная начальница! Не смей на меня орать!       — Ах, начальница… — прошипел Грей. Казалось, что у него сейчас из ушей пойдёт пар. — Ты не имеешь права гробить себя наркотой после такой ужасной травмы! Ты можешь умереть! Дух обнаружила в твоей крови опасный препарат, запрещённый в продаже, и твои сигареты вовсе не так просты, как мы все думали!       — Думаешь, я не в курсе? — покачала головой Хартфилия. Весь её боевой задор куда-то пропал. Новое облачко дыма взлетело под потолок каюты, и Люси мысленно отметила, что Макао куда-то исчез. Или она уже думала об этом? Или нет. Какая разница. — И вообще. Я, мать его, калека на всю жизнь, детей иметь не смогу, а ведь мне ещё гильдию на себе тащить.       — Тебя никто не заставлял «гильдию на себе тащить», Хартфилия, — процедил сквозь зубы Грей, гневно сверкая чёрными глазами. Он смотрел не на Люси, а на сигарету в её руке, однако, отбирать её не спешил. — Ты вполне могла и отказаться.       — Ну да, конечно, — девушка фыркнула, стряхивая пепел прямо на прикроватный столик. — Без меня гильдии пришёл бы окончательный… гхм… конец. Да.       — Да ну, — прищурился парень. — Чем же ты так выделяешься среди всех? Чем ты лучше любого из нас? Думаешь, Макао или Вакаба…       — Ну во-первых, — лениво протянула девушка, рассматривая, как струится от сигареты фиолетовый дым, — я — единственная, кто разбирается в финансовой грамоте. Напомнить тебе, скольких мошенников я вычислила? Сколько желающих нажиться на нас чиновников обличила? Скольких вымогателей отправила за двери? Думаешь, Макао смог бы отличить настоящий договор с подписью Макарова от фальшивого? Или, может быть, Вакаба прекрасно разбирается в финансовых махинациях? О, как же я сразу не догадалась! — Люси всплеснула руками и приложила ладони к щекам в притворном изумлении. — Ведь Лаки и Джувия с успехом закончили столичную Академию Финансовой Грамоты, и лучше них специалистов нет во всём нашем замечательном королевстве Фиор! Они бы точно справились не хуже меня, а то и лучше.       — А ты как будто бы такой великолепный специалист, окончивший эту самую Академию, — буркнул Фуллбастер всё-таки отбирая сигарету у девушки точным резким движением и тут же туша её кусочком льда. Проворно забрав и портсигар с зажигалкой, Грей снова уставился на Люси, накинувшую себе на плечи одеяло. Она была одета только в тёплые штаны-шаровары да толстый слой бинтов, а в каюте, несмотря на все чары и заклинания, было немного холодно. Да и сам Фуллбастер порядком вспылил, пусть и пытался держать себя в руках. На волосах у него успел собраться тонкий слой уже подтаявшего инея.       — Я как раз таки эту Академию и закончила… ну, почти. Заочно. Если бы успела дойти до конца, аттестат должен был быть вполне приличный, — заклинательница взяла в руки тихо зазвеневшие ключи и опустила голову, перебирая позвякивающий металл. Весь её запал куда-то пропал, и наркотический дурман тоже оставил её наедине со всеми проблемами. Слишком быстрые реакции в организме. Заклинание повышенной скорости регенерации? Интересно. Впрочем, неплохо, что она смогла постоять за себя и найти в себе что-то хорошее, достойное уважения. Себя она могла гнобить сколько угодно, но, стоило кому-то со стороны открыть рот, как она тут же вспыхивала, как спичка посреди пожара.       Грей запустил руку в волосы, посмотрев куда-то за спину Люси, и сел рядом на жалобно скрипнувшую кровать. Люси чувствовала себя не самым лучшим образом, но мириться с наличием Фуллбастера под боком не собиралась, и потому отодвинулась в изголовье кровати, подальше от источника пронизывающего холода. Тот вздохнул, снова взлохматил волосы, прикрыл глаза, и холод порядком поутих.       — Люси, я… — попытался что-то сказать Грей, но запнулся и ненадолго умолк. — Мы все очень волновались за тебя. Представляешь наше состояние, когда Локи притащил тебя, израненную, и заставлял какого-то духа лечить тебя, а она всё упиралась и отказывалась… а ещё и Джувия…       — Что-то с Джувией? — встрепенулась Люси, посмотрев на Грея. Она так и знала, что дело не ограничится одним Макао!       — Ничего серьёзного, — махнул рукой Грей, и по его спокойному взгляду Люси поняла, что дело и вправду пустяк. Слава богам. — Насколько я понял, у неё помутилось сознание от резкого приобретения большой силы. У неё этой ночью случился прорыв, и теперь Джувия у нас супер-крутой маг, даже круче меня, — парень усмехнулся и, вытащив из портсигара сигарету, повертел её в руках. — Ты знаешь, что сигареты вообще-то в нём не носят?..       — Знаю, — вздохнула Люси. Мысли путались от усталости и резких перепадов настроения. У Джувии прорыв. Она должна была бы радоваться, сказать хоть что-то, но сил не было даже на одобряющую улыбку.       — Люси… ты это… прости меня, — с трудом выдавил Грей. Не будь Люси так вымотана, картинно всплеснула бы руками, изображая удивление. — Что накричал. Просто столько всего произошло, и столько всего ещё будет, что даже страшно становится… как представлю, что объясняю Ромео, почему у его папочки нет ноги, аж в дрожь бросает. Кстати, к тебе там духи пришли, — Грей хлопнул рукой по постели и встал. — Локи и девушка с розовыми волосами. Они до сих пор держались тут, ни разу к себе не уходили. Та рыжая, кстати, тоже с ними.       И Фуллбастер спешно вышел из комнаты, не дожидаясь ответа. Но долго думать о слишком быстрой ссоре-примирении у Люси не вышло: в каюту ворвались трое. Встрёпанный и какой-то дёрганный Локи в мятом костюме, смутно знакомая девушка с розовыми волосами в белой мужской одежде прошлого века и маленькая девочка с толстыми рыжими косами до пят, одетая в синее платьице.       — Госпожа… — тихо всхлипнула девушка в белом и подбежала к Люси, упав на колени подле кровати. Трясущимися руками она осторожно взяла ладонь Хартфилии, и Люси едва не вздрогнула от того, насколько холодной была её кожа. — Принцесса!       — Дева?       — Так, Вирго, подожди, — командным тоном приказал Лео. Люси присмотрелась: взъерошенный, без галстука, и костюм заляпан… кровью? Совсем не похоже на Локи расхаживать в таком виде. Видимо, у него не было свободной минуты после… после инцидента с акулой. Что было ещё более странным, чем вид Лео, так это его бесцеремонность: он жёстко схватил девочку за плечо и подтащил к кровати. Бедняжка едва не рухнула на пол. — Лечи, Лисса. И чтобы без фокусов, ясно?       Пока малышка с сосредоточенным лицом поглаживала бинты на груди, животе и руке у Люси, что-то шепча, Лев расстегнул свой пиджак и достал из внутреннего кармана связку серебряных ключей.       — Не знаю, где ты их раздобыла, — покачал головой звёздный дух, бережно кладя связку на подушку. — Я отобрал до сих пор действующие, и поговорил с духами серебряных ключей — они все согласны заключить с тобой контракт… практически. С некоторыми тебе лично нужно будет поговорить. Но с Лиссой я ещё договорюсь, она просто наглая сверх меры. Потом расскажу тебе о ней, вполне занятная и полная морали история.       Для человека… духа, который выглядел, как будто только что вылез из ужасной мясорубки, Локи говорил слишком уж спокойно и много. Девочка — Лисса — закончила шептать, недовольно стрельнула в Лео взглядом и отошла от кровати, тут же растворившись в золотистом сиянии.       — Госпожа… Принцесса. Мы должны поговорить с вами, — осторожно произнесла Дева, всё это время молча державшая Люси за руку. Чем больше Люси смотрела на неё, тем больше узнавала знакомых черт. Хартфилия не могла не признать, что этот облик идёт Деве куда больше. Торжественные белые с золотой вышивкой одежды не сравнить с формой горничной. На мгновение заклинательница ощутила укол стыда. Она ведь могла сказать Деве принять такой вид, в котором ей удобней. Но не стала, довольствуясь хлипким согласием на унизительно короткое платье горничной. Такое же, в каком её уродовал герцог Эверли.       — Обязательно сейчас? — Люси устало потерла глаза кулаками, сгорбившись. Боль наконец-то ушла, почти незаметно за всеми этими разговорами и истериками, оставив после себя какое-то опустошение и одиночество. Локи сложил руки на груди и Люси снова подумала о том, насколько же он потрёпан и вымотан, несмотря на внешнее спокойствие. Да и Дева, должно быть, тоже порядком поволновалась. — Простите… я, конечно же, выслушаю вас.       Девушка попыталась улыбнуться. Как бы плохо она себя не чувствовала, они были её друзьями, и не раз спасли ей жизнь. Будет просто невежливо, если она сейчас не поговорит с ними.       — Мы совсем не такие, какими кажемся, — с ледяным спокойствием произнёс Локи, но Люси откуда-то знала, что он нервничает. Может, то сказывалась глубинная связь между духом и магичкой. — Мы притворяемся ради заклинателей и их близких, чтобы не пугать и не подвергать их опасности.       — Что… — попыталась было вставить слово заклинательница, но Локи поджал губы и поднял ладонь, прося девушку помолчать. Люси умолкла, зачарованно разглядывая блеск золотых колец звёздного духа, от которых исходила мягкая холодная магия, ярко чувствующаяся даже с расстояния полторы метров.       — Когда-то давным-давно, когда драконы собирали свою армию драконоборцев для войны со своими собратьями, — Локи сел на стул, прибитый возле кровати Люси. Дева примостилась на краешке кровати, там, где несколько минут назад сидел Грей, — они искали любых людей с магическими способностями. И наткнулись на клан магов с очень необычным волшебством. Клан Хартрия, который общался с духами. Они могли говорить с духами природы, искусства и звёзд. Уговаривали их помочь им. Некоторые духи привязывались к таким мага и оставались с ними до конца жизни, после защищая их потомков.       Лео умолк, сняв очки и протирая их белой тряпочкой. Кажется, он только сейчас заметил свой потрёпанный вид, и не мог думать ни о чём другом, принявшись поправлять костюм. Дева, понятливо кивнув, приняла это за сигнал к продолжению речи и подхватила его фразу, ещё витавшую в воздухе:       — Один из драконов — Дисэл, золотой дракон камня — решил, что заклинатели, как он сам же и окрестил магов клана Хартрии, будут хорошим подспорьем в предстоящей войне. Он лично отобрал десять девушек и десять парней. Молодых и сильных магов-заклинателей, надежду и будущее клана. Старые магистры попытались воспротивиться, и дракон рассвирепел. Он был золотым драконом, одним из сильнейших каменных драконов. Он растерзал весь клан, убил всех духов мира, кроме звёздных, которые сумели спрятаться в своём мире. Однако их… нас выманили хитростью. Дисэл сотворил двенадцать золотых ключей из особого камня, к которым привязал нас, а его потомки сотворили множество серебряных ключей, которые были гораздо менее совершенны.       — Заклинатели оказались хороши в борьбе. Бессмертные духи были страшными противниками против драконов, а уж в умелых руках… а если к этим рукам прилагалась хорошо думающая голова, то драконам приходилось нелегко. Группа из нескольких заклинателей вполне могла победить не самого слабого главу драконьего клана, — произнёс Локи, прикрыв глаза. Его уносили воспоминания, так далеко… он вспоминал далёкие времена, и обрывки воспоминаний проносились у него перед глазами цветными обрывками лент.       — Братец Лео… — кто-то тихонько подёргал его за рукав пиджака, и дух созвездия Льва потерянным взглядом посмотрел на взволнованную Вирго. — Что-то случилось?       — Нет, — рассеяно ответил Локи, теребя одно из своих колец. — Ничего. Так вот, заклинатели были серьёзной силой, с которой всем приходилось считаться. И основными их противниками были не столько драконы, сколько убийцы драконов. Вражда между ними была такая… если сталкивались на нейтральной территории, то всячески старались надавить или оскорбить, а уж смотрели так, что искры летели из глаз.       — Но почему они согласились сражаться с убийцами драконов? — нахмурилась Люси. Несмотря на усталость, она старалась сосредоточиться на рассказе, чувствуя, насколько важно и тяжело было для духов поговорить с ней. — Они ведь были такими же людьми.       — Долгая история… — бледно улыбнулся Лео, потянувшись поправить галстук и удивившись, когда его не оказалось на привычном месте. — Что за?.. Ладно. Так вот, духов стали бояться и ненавидеть, а вскоре такое отношение перешло и на самих заклинателей, которых после войны почти не осталось. Дисэл выступал против убийц драконов, Люси. И заклинатели были противовесом воспитанникам драконов, не уступая им ни в чём. Но это было давно, тогда заклинатели и сами творили магию звёзд, и, к тому же, могли владеть любой другой магией помимо призыва, пусть и не так, как обычные волшебники.       — Сейчас эта возможность утеряна, — вставила Дева, как будто боялась, что Люси обидится из-за упущенных возможностей. — Люди стали больше ценить жизнь, а если колдовать больше чем в двух направлениях, то и умереть можно быстрее, чем обычный человек. Маги выбирали один вид волшебства много лет, и теперь изучить несколько для них не только трудно, но и опасно.       — Верно, — кивнул Локи. — Но раньше это было в порядке вещей. Заклинатели были грозны и опасны. Даже семья могла бросить заклинателя из страха перед ним, перед потусторонней силой духов. И мы договорились, что будем притворяться. Людям проще смотреть, чем понимать. Если дух ведёт себя, как шут, то уже сложней понять, насколько он силён и опасен. Из-за страха перед нами наших хозяев сжигали на кострах, пытаясь уничтожить ключи и книги заклинаний. Но когда мы попытались всё исправить, постепенно ситуация сгладилась. Были, конечно, свои прецеденты. Например, Аквариус притворство пришлось не по нраву, и…       Положив голову на плечо Деве, Люси слушала, стараясь не уснуть, а голос Локи уносил её в далёкие, далёкие времена, когда под небом ещё летали драконы, а духи носили совсем другие имена…       Продолжение следует…