Семь долгих лет

Поздний вечер. Город Сайко, провинция Торендан.

      Лаки поёжилась и поправила покрывшийся снежинками розовый шарф, покосившись на невозмутимо идущего рядом Фуллбастера. Всё бы ничего, вот только одет был волшебник только в свою излюбленную тонкую водолазку под горло, высокие сапоги и штаны-шаровары. А ведь зима в этом году выдалась невероятно холодная и снежная. Говорят, в Фиоре такой не было уже три сотни лет. Наверное, погодные маги начудили. Снова.       Лаки бормотала себе под нос грубые слова и со странной горечью вспоминала свою недавно выкупленную комнату в общежитии: пока гильдия была в крайне бедственном положении, Люси решила сдавать комнаты в аренду. Олиэтта даже не слишком возражала, видя, что Хартфилия и сама переехала из своей уютной маленькой квартирки на улице Водного Канала в гильдию, и теперь спит на старом продавленном диване. Лаки отлично помнила, как предложила исследовать дома пропавших, и что ответила Люси. Она сказала «Слишком рано».       Нога Лаки так некстати провалилась в большой сугроб, и снег посыпался прямо в сапог. Олиэтта гневно фыркнула и, высвободившись, поспешила за и не подумавшим остановиться Греем. Но метель всё усиливалась, и вскоре спина напарника волшебника скрылась во тьме, застилаемой тучами снежинок. Странно. Он как будто бы забыл о ней. Лаки бы подумала, что это часть мудацкого поведения Грея, но всего лишь минут десять назад он был куда внимательней. И эта метель… В прогнозе её не было.       — Да где же этот чёртов город, — бурчала себе под нос Лаки, остановившись и пытаясь увидеть хоть что-нибудь сквозь снег. — Так и знала, что мы заблудимся даже в этой чёртовой пустоши. Грей! Хэй, Гре-ей! Фуллбастер, мать твою! Где тебя черти носят?! Давай, топай сюда!       Покричав ещё немного и выпустив пар, Лаки поняла, что пытаться перекричать вьюгу бесполезно. К тому же ветер содрал с её головы шапку, растрепав волосы, и стало слишком уж холодно.       — Созидание Дерева: Древесная Стена! — выкрикнула волшебница. Спустя несколько секунд её окружили большие высокие деревянные пластины, сложившиеся в своеобразный треугольный домик без одной стены, защищающий от снега и ветра. Лаки достала из сумки одеяло, расстелила его на снегу и села ровно посередине края, быстро замотав в оставшуюся свободной ткань замёрзшие ноги, после чего наконец-то сняла промокшие варежки и обледеневший шарф. Согревшись, Лаки выгребла на улицу весь снег, что был в её укрытии, обнажив грязную землю пустоши и жёлто-коричневые останки вереска.       Когда Лаки развела огонь, вьюга переросла в настоящую бурю. Прислонившись головой к тёплому, будто живому, дереву, Олиэтта прикрыла глаза. Было тепло и уютно, снаружи бушевала вьюга, руки грела крышка от термоса, полная горячего чая, и лишь редкие снежинки, залетающие в убежище волшебницы, напоминали о том, что снаружи творится настоящий зимний ад.       Лаки подумала о Грее, и о том, что за него можно не беспокоиться: у него есть сумка с точно таким же содержимым, как и у неё, а ещё Фуллбастер вполне в состоянии и сам себя защитить. К тому же, что это за ледяной волшебник, который не сможет выжить в какой-то там снежной буре? Лаки помнила, что Грей рассказывал про тренировки с Ул; если он смог ребёнком пробегать в трусах на севере несколько часов и выжить, то сейчас с ним точно ничего не случится.       Допив чай и достав ещё одно одеяло, которым она занавесила вход, волшебница притушила огонь до состояния чуть тлеющих углей и, со спокойной душой устроившись подле кострища, быстро уснула, сняв очки и завернувшись в два одеяла.       Когда в деревянное укрытие забрались двое коренастых мужчин, угли погасли полностью, и лишь редкий неяркий свет луны и звёзд, почти не пробивающийся сквозь снежный буран, серебряным светом окрашивал всё в бледные цвета. Мужчины подошли к свернувшейся калачиком Олиэтте с разных сторон, не заметив блеснувших в темноте карих глаз.       Молниеносно вскочив на ноги и скинув одеяла, созидательница щелчком пальцев заставила импровизированное убежище исчезнуть. Мгновение — и незадачливые разбойники уже придавлены массивными брёвнами, а Лаки невозмутимо надевает очки. Она хотела произнести какую-нибудь пафосную фразу о том, что враги пробирались слишком шумно и заметно, но передумала. Её бы всё равно не услышали из-за ветра.       Метель, кстати, уже порядком поутихла. Шёл снег, и неторопливые снежинки плотным слоем летели с небес. Ярко светила почти что полная луна, и были хорошо слышны вскрики людей, скрип снега и стоны попавших под атаку волшебницы «Хвоста Феи» мужчин. Где-то вдалеке ярко полыхнуло синим, и до ушей Лаки донеслось еле слышное, приглушенное из-за большого расстояния восклицание Грея.       — Кто вы такие и зачем напали на нас? — строго спросила Лаки, когда незнакомцы были заключены в деревянную тюрьму. Волшебница иногда косилась на запад, где мелькали яркие вспышки и откуда доносились голоса, но всё же старалась глаз с заключённых не сводить. Мало ли, что они могут выкинуть. За спиной феи сверкал яркими лучами переносной фонарь, бивший мужчинам в глаза и не дающий как следует рассмотреть скрутившую их волшебницу.       — Отвали, тварь, — буркнул один из пленников, отворачиваясь. Второй лишь молча смотрел прямо на Лаки. Его спокойный, твёрдый и уверенный взгляд нервировал девушку. Чтобы немного отвлечься от этого ненормального взгляда, Олиэтта решила получше рассмотреть того грубияна.       У него были собранные в хвост тёмные волосы, едва достигающие плеч и зализанные назад. Лишь пара мелких волнистых прядок спадала на бледный, широкий лоб с еле заметными морщинками. Высокие скулы, длинный нос с горбинкой и красивые карие глаза, обрамлённые пушистыми тёмными ресницами: его можно было даже назвать красавцем, если бы не высокомерный взгляд и брезгливо поджатые тонкие бледные губы. Незнакомец чисто выбрит и ухожен, широкоплеч и высок, одет в удобную тёмную одежду без опознавательных знаков. Он держал в руках слетевшую при падении с его головы чёрную шапку, а на шее у него величественно покоился очень красивый серый вязанный шарф, пышный и явно дорогой. На вид ему было лет двадцать. Почти её ровесник.       Незаметно для самой себя Олиэтта принялась изучать напарника «парня с шарфом», как она мысленно окрестила высокомерного красавчика. С каждой секундой, что она смотрела на него, мужчина нравился ей всё больше и больше. Полные губы, как будто бы навечно застывшие в грустной улыбке — точнее, намёке на неё — красивые синие мудрые глаза и сетка морщинок на смуглом лице. Одет он был так же, как и напарник, только шапки и шарфа у него не было.       Лаки снова наткнулась на пугающий взгляд седого, и, отвернувшись, нервно закусила губу. Нет времени ждать. Нужно действовать. Звуки драки не затихали, и наверняка Грею, как бы он ни был крут, может понадобиться её помощь. Выпрямившись и резким движением поправив съехавшие на нос очки, созидательница чарующе улыбнулась, глядя на своих жертв голодной анакондой. Её рука как бы невзначай легла на только что созданную дыбу. Немного кривоватую, но чтобы запугать пару мелких сошек тёмной гильдии вполне сойдёт. В том, что эти парни именно маги, Олиэтта уверялась всё больше с каждой секундой.       — Мальчики, — промурлыкала девушка, уже откровенно облокотившись об орудие пыток и облизавшись для большего впечатления, — либо вы расскажете мне всё по-хорошему, либо… — рука в чёрной перчатке заскользила по деревянной поверхности дыбы, достигая креплений. Некоторое дерево может быть крепче железа, о чём Лаки прекрасно знала, и потому кандалы она всегда создавала из железного дерева или дерева Аяте, сдерживающего магию. Или совмещала их обоих.       Сейчас девушка никого пытать не собиралась, однако… бережёного фея бережёт, как любит приговаривать отец Лаки. А уж он в страховке понимал, не зря же был контрабандистом. Хоть и казнённым в итоге, но всё же.       — Пошла на хуй, сучка, — зло выплюнул «парень с шарфом», вызывающе взглянув на волшебницу, которая в ответ недобро прищурилась. Подавив в себе глухое раздражение, Олиэтта подошла к деревянной решётке из пресловутого железного дерева, и положила руку на толстый прут. Она уже хотела изобразить вздох сожаления, дабы усилить нагнетающую атмосферу происходящего, но её пристрастие к театральности сыграло с девушкой злую шутку.       На изящную девичью ладонь быстро опустилась горячая мужская. Сдавив так, что хрустнуло и дерево, и пальцы Лаки, волшебник с длинными волосами гаркнул:       — Дирк!       Седой маг послушно прикрыл глаза и медленно, но неожиданно звонко хлопнул в ладоши. И клетка, и дыба тут же развеялись, оставив после себя лишь пару зелёных отблесков, заставив испуганную Олиэтту округлить глаза от удивления.       — Попалась, — оскалился маг. Его тёмный шарф еле развевался на слабом ветру. Рука парня крепко держала руку созидательницы, не давая вырваться. — Я тебя…       — Кирст, не время, — предупреждающе сказал старый маг, нахмурившись. Его голос не совпадал с внешностью: сильный, молодой и полный эмоций. Повинуясь приказу, Кирст умолк на полуслове и тут же получил коленом в живот. Когда негодяй согнулся пополам, Лаки быстро вывернулась из захвата, зайдя противнику за спину, ударила его локтем чуть пониже шеи и добавила завершающего пинка под зад, заставившего парня шлёпнуться лицом в снег.       Когда Кирст поднялся, его лицо просто горело: то ли от смущения, то ли от ярости, то ли от снега и холода, то ли от всего вместе взятого. Рыкнув, униженный маг сформировал в руках светящуюся полусферу и попытался было перейти в атаку, но Лаки опередила его.       — Созидание Дерева: Расстояние между Двумя Навсегда! — крикнула Лаки, совершая быстрые пасы руками. Из-под промёрзшей земли появились несколько гигантских бешено вертящихся ног и рук, от которых Кирст успешно уклонился, закончив заклинание и послав его в Лаки. Занятая битвой волшебница не заметила, что Дирк снова прикрыл глаза и что-то зашептал.       — Созидание Дерева: Древесная Стена! — небрежно бросила созидательница, взмахнув рукой и отскочив от нападающего на метр. Времени на что-то более изощрённое и действенное не хватило. Зато когда Кирст пробивал стену, Лаки как раз успела сформировать следующее заклинание.       Посыпались щепки, и сквозь деревянный заслон показалась исцарапанная рука.       — Созидание Дерева: Плотина Застенчивой Любви! — торжествующе воскликнула волшебница, падая на колени и окуная руки в снег, касаясь земли. На Кирста полетела волна деревянного оружия. Маг побледнел и прикрыл голову руками, заставив созидательницу победно ухмыльнуться, но тут внезапно активизировался Дирк. Широко распахнув засветившиеся зелёным светом глаза, мужчина вытянул руки в сторону смертоносной волны дерева. От его ладоней исходил еле видимый зелёный свет, которым тут же засветилось оружие, растворяясь в морозном воздухе.       — Ч-что… — прошептала Олиэтта, не веря своим глазам. Она так и стояла на коленях, не в силах поверить в произошедшее: она проиграла! Её сильнейшая атака, на которую она потратила все оставшиеся силы, провалилась, и сейчас она полностью беззащитна. Взгляд сам собой устремился на запад, и созидательница чуть было не завыла от отчаяния. Вспышек магии не было.       — Меня зовут Кирстиан Зелл, — произнёс волшебник, подойдя к опустошённой и равнодушной абсолютно ко всему Лаки, и, схватив её за волосы, заставил посмотреть прямо ему в лицо. Победитель склонился над побеждённой так, что их носы соприкасались, и выдохнул ей прямо в губы:       — Ты проиграла.       Сильные пальцы сместились на шею, быстро надавили на пару точек, и волшебница обмякла в руках Кирстиана. Поднявшись на ноги, Зелл невозмутимо забросил бездыханное тело себе на плечо, и, кивнув Дирку, сжал в кулаке кулон-амулет, посылая на базу сигнал о ещё одном пойманном созидателе.       — Пошли, — бросил волшебник напарнику, разворачиваясь в сторону востока и повелительно взмахивая рукой, заставляя обрушиться морок. Если бы Лаки очнулась сейчас, она увидела прямо в пятистах метрах от места её прежнего убежища высокие каменные стены Сайко.       — А группа В? — изогнул седую бровь Дирк, тем не менее шагающий вслед за молодым напарником. — Фуллбастер довольно силён, и они могли не справиться с ним. Кандидат на S-класс, как-никак.       — Мне пришёл сигнал о том, что ледышку скрутили ещё тогда, когда эта сучка демонстрировала нам дыбу. Всё в порядке, — сказал Кирстиан, чуть обернувшись в сторону седого волшебника, — Пошли, — снова повторил он. — Нам нужно успеть прибыть в штаб до рассвета.       За десять минут до этой реплики Грей отбросил в сторону использованный одноразовый зелёный кристалл оповещения, который до этого сжимал в руке. По словам одного из противников, этот кристалл должен был известить о том, что его поймали и уже собираются доставить в этот непонятно где находящийся штаб.       — Кого ещё вы похитили, мрази? — хмуро поинтересовался он у застрявшей в ледяных когтях роскошной брюнетки. Сначала та упиралась, но после того, как острая сосулька немного… проткнула её в нескольких местах, запела не хуже настоящего соловья.       — Я… я не знаю, — девица изобразила на лице искренне страдание. — Господин Грей, прошу вас…       — Говори то, что мне нужно, — сердито приказал Фуллбастер, резко вскидывая вверх прямую руку и постепенно сжимая её пальцы в кулак. Чем крепче он сжимал пальцы, тем глубже окрашенные кровью сосульки проникали в истерзанное тело девушки, заставляя её тихо стонать от боли. — И не смей меня больше так называть!       Да, проявлять хоть какие-то эмоции в такой ситуации — не самая лучшая идея, но так его называла Джувия — и Грею совсем не хотелось, чтобы извивающаяся в ледяном капкане воровка и убийца хоть чем-то напоминала ему о ней.       — Нет, не надо, я всё скажу! — заверещала девица, имя которой созидатель даже не потрудился узнать. — Вы были последними, вы и Олиэтта! Остальных уже поймали и готовят к ритуалу. Я знаю только имена нескольких из пойманных: Руфуса Лоа и Лион Бастия.       — Как узнать, поймали ли они Лаки? — волшебник чуть ослабил хватку, поощряя разговорчивость брюнетки. Та немного успокоилась, и уже более охотно ответила:       — У Кейса — мужик в синем плаще — есть мешочек с кристаллами оповещения. Если фиолетовый кристалл переливается и пульсирует — ваша подруга ещё на свободе.       — Спасибо, — небрежно бросил Фуллбастер, опуская руку и расслабляя пальцы. Только что продавшая своих товарищей убийца попыталась улыбнуться и высвободиться из смертельного плена, но не смогла даже пошевелиться.       — Бастия, значит… — пробормотал Грей, подходя к бессознательному телу мага в синем плаще и обыскивая его. Вскоре рука парня наткнулась на пресловутый мешочек с одноразовыми амулетами, подобными тому зелёному, что Грей уже использовал. Кристалл был блеклым и больше похожим на кусочек фиолетового стекла, годами полируемого морским прибоем. Грей засунул руки в карман, и резко сжал пальцы, стараясь не думать о том, что сейчас случится.       Раздался хруст плоти и костей. Резкий запах крови растёкся по ночной пустоши. Снег полностью прекратился. Фуллбастер прикрыл глаза, и весь лёд, созданный им, рассыпался на тысячи маленьких кусочков.       Убивать магам официальных гильдий можно было только в ряде весьма специфичных ситуаций. И убийство напавшей девушки после пытки в этот перечень явно не входили. Об этом никто не узнает. Ни Лаки, ни Люси… Ни Джувия. Зато ему станет легче. Уж лучше он спустит раздражение так, чем на кого-то из своих.       Маг прищурился, выуживая из мешочка шнурок с нанизанными на него кристаллами и бумажкой с надписью «штаб».       — И как можно быть такими беспечными идиотами? — спросил он пустоту, крепко сжимая в руке один из кристаллов и растирая в порошок второй, из которого выпала маленькая записка. Адрес. — Впрочем, мне это только на руку.