Семь долгих лет

Онибас.

      Люси осторожно разгладила измятый листочек с заданием, быстро выпрямляя спину, стараясь не соскользнуть с сидения кожаного дивана. Она настолько часто изучала и складывала листовку, что, казалось, уже могла нарисовать её по памяти. Так сильно Хартфилия не нервничала даже перед своим самым первым заданием. Кстати, сколько же она не ходила на миссии? Год? Полтора? А может, полных два года?       — Итак, господин… Меллин, — осторожно произнесла Люси, шустро сверяясь с листовкой, хотя имя заказчика не забыла бы даже лет через сорок. Он стоял вполоборота к волшебнице, изучая вид из окна. — Давайте обговорим условия и детали нашей сделки более подробно.       — Да, конечно… — рассеяно произнёс высокий мужчина в кожаной куртке, больше похожий на охотника или наёмника, чем на богатого аристократа. Его внешний вид совсем не подходил под обстановку старого двухэтажного поместья и кабинета с красивой мебелью, но Хартфилия была всего лишь наёмной волшебницей, и потому решила не задавать лишних вопросов. — Исходя из условий заказа, Вы, могли предположить, что я… прошу Вас самой, в одиночку, уничтожить всю стаю псов преисподней, или, проще говоря, рубисов. Однако, это, не так. Мне просто, нужна была… подмога в виде волшебника. Кто же… ваш напарник?       — Простите? — Люси не удержалась от недоуменного приподнимания брови. — В листовке с заданием не упоминалось ничего о том, что я должна была…       — Ну, с кем Вы прибыли? У Вас ведь есть… команда, верно? — весьма невежливо перебил Меллин. — Вы представились, как Элиза Вёр из команды Саймона Еки, верно?       Верно. Потому что нельзя мастерам самим ходить по заданиям. Не престижно. Потому что считается, коли уж даже глава гильдии идёт выполнять миссии, то недолго ему осталось быть мастером гильдии. Или гильдии — просто быть.       — Так вот… Я ни за что не поверю, будто, женщину отпустили на такое… опасное, задание в одиночку. Вы ведь не справитесь! Так где же ваш… напарник? Наверное, уже ищет логово рубисов? Это не нужно, я уже нашёл ту пещеру, она подле Вороньих скал, около… Восточного водопада.       — Я одна, — раздражённо и обиженно выпалила Люси, вскакивая с дивана. Как только этот Мелллин мог подумать, что она не сможет справиться с какими-то жалкими псами преисподней, монстрами среднего класса! Конечно, она худая и выглядит слабой, но, по крайней мере, одета подобающе — то есть не в розовое платье с рюшами и вырезом чуть ли не до пупка, как раньше!       — Одна? — изумился мужчина. Он слишком резко повернулся в сторону заклинательницы, и его немного вьющиеся русые волосы из аккуратной укладки превратились в обычную растрёпанную причёску обывателя, окончательно развенчивая образ столичного аристократишки. Хартфилия прищурилась, рефлекторно положив руку на хлыст, чуть выглядывающий из сумки. Всё это время она наблюдала за заказчиком, подмечая мелочи вроде жестов и манеры двигаться, что позволяло волшебнице сделать кое-какие выводы.       Он явно богат, умеет сражаться врукопашную, хорошо обращается с оружием, о чём говорят великолепная реакция (вазу, опрокинутую служанкой, Джойс Меллин поймал даже не обернувшись) и скупые быстрые жесты. Скорее всего, он представитель военной аристократии, либо обучался в военном училище или Академии. А ещё Джойс долго жил за границей, ибо не смотря на типичные для Фиора имя и внешность, говорил он со странными интонациями, и иногда делал странные паузы в репликах, будто бы забывал слова.       Возможно, если бы для уничтожения рубисов не требовалось определённое заклинание, составленное Советом Эры и действующее на всех монстров определённой касты, то он скорее обратился к кому-то из своих знакомых для совместной охоты или нанял наёмников. Победить можно и без заклинания, конечно, но тогда на одного монстра понадобится потратить усилий столько, что хватило бы на целую стаю вулканов.       — Заказ отменяется, — проговорил Меллин устало, усаживаясь за стол и складывая руки в замок. Эту короткую фразу он смог осилить без пауз и запинок, но это как будто бы выжало из него все силы.       — Да почему?! — возмутилась Хартфилия, нахмурившись и сложив руки на груди. Точнее, на том месте, где она должна была быть. Непривычная пустота подчас пугала, но акула растерзала плоть слишком сильно, и сейчас, в мешанине кое-как заживающих мышц, почти не угадывались очертания груди.       — Я с… девушками-инвалидами… — Меллин красноречиво посмотрел на приставленную к креслу трость, — не работаю. Разве что если они будут мастерами гильдий, — граф изобразил ироничную ухмылку. Люси подавила желание расхохотаться ему в лицо. — Мышечной массы — никакой, следовательно, рукопашка на нуле. Помочь вы не сможете, так как с тростью… да по скалам особенно не побегаешь. Плеть и ваши… артефакты против рубисов — ничто. И сомневаюсь, что вам хватит сил на заклинание. Вам достаточно этих аргументов?       — Нет, — спокойно ответила заклинательница, глядя в серые глаза напряжённого Меллина. — Во-первых, я наилучший вариант из всех. Знаете, почему? Рубисов изгонять довольно легко, а награда за задание не то чтобы велика. В следующий раз к вам придёт скучающая девушка, которой нужны две сотни на новое платье. Она, несомненно, будет с командой — командой воздыхателей, запросами принцессы и магией призыва пингвинов, поющих серенады. Во-вторых…       — А чем Вы отличаетесь от... скучающей девушки с запросами принцессы... и магией призыва пингвинов, поющих баллады? — насмешливо поинтересовался Меллин, сложив руки на груди. Похоже, спор казался ему скучным, а все ответы — предсказуемыми, и он с нетерпением дожидался финала разговора, наверняка заготовив для него особо ироничную и ядовитую фразу, которая должна будет предельно изящно втоптать Люси в землю.       — Серенады, — невозмутимо поправила Люси мужчину, удерживая на лице невозмутимую маску. Три года тренировок, как-никак, дали свои плоды.       — Что, простите? — быстро проговорил Меллин, удивлённо моргнув. Похоже, заклинательнице удалось немного его удивить и может быть даже выбить из колеи разговора, подпортив уже продуманный до последней реплики сценарий.       — Я говорила про магию призыва пингвинов, поющих баллады, — нудно протянула девушка тоном старой брюзгливой учительницы этикета. По крайней мере, Хартфилия была уверена на все сто процентов, что у госпожи Кейли голос был именно такой: с ноткой тщательно скрываемого пренебрежения и деланной вежливости. Разве что её детские воспоминания немного сгущали краски.       — Не суть важно, — небрежно отмахнулся от замечания Меллин, быстро пришедший в себя. — Не, уходите от вопроса. Так чем же Вы от них… отличаетесь?       — От кого? — прикинулась дурочкой девушка и усмехнулась, наслаждаясь досадой на лице Меллина. — Ну да ладно, поговорим всерьёз. Вы сказали, что будете сотрудничать с девушкой-инвалидом, только если она будет мастером гильдии.       — И?       — Позвольте представиться, — Люси вежливо улыбнулась, не рискнув вставать и изображать реверанс или хотя бы книксен. Это был бы позор: приседать с ещё не до конца зажившими мышцами и кожей было не самой лучшей идеей, и всё бы закончилось либо падением, либо кровавым пятном на бинтах и одежде от разошедшихся ран, — Люси Хартфилия, сильнейшая заклинательница звёздных духов, мастер волшебной гильдии «Хвост Феи». К вашим услугам, господин Меллин, — она всё же не смогла удержаться от лёгкого кокетства… Которое Грей обычно прямо называл «выпендрёжем» и «позёрством».       — А почему… — собирался было спросить что-то Джойс Меллин, но умолк, увидев, что Хартфилия собирается ответить, видимо, заранее предугадав его вопрос.       — Не по статусу, — девушка пожала плечами, посмотрев куда-то за мужчину. — Случился перерыв в работе, и мне захотелось немного размяться.       — Что же, если брать все ваши слова… за истину, то вы и вправду, наилучший вариант.       — Поверьте, вы не ошибаетесь.       Меллин, перемежая речь саркастичными комментариями, рассказал Люси о месте нахождения логова псов преисподней, обговорил немного деталей, касающихся вознаграждения (Люси смогла повысить сумму всего лишь на пять тысяч, и для этого ей пришлось приложить просто титанические усилия) и предложил Хартфилии следовать за ним, шустро спустившись вниз по мраморной лестнице.       Хартфилия взяла в руку уже ставшую привычным атрибутом трость и степенно зашагала к спуску на первый этаж. Спина под тёплой кофтой взмокла от напряжения, так тяжело дался волшебнице этот разговор. Замерев на несколько секунд в задумчивом состоянии, заклинательница быстро вытянула из связки ключ Льва и, пробормотав себе под нос слова призыва, дождалась появления Лео.       — Люси, — тепло улыбнулся дух.       — Локи, — чуть грустно поприветствовала девушка духа в ответ, быстро шагнув к нему и привычно обнимая. Эти объятья, когда Люси призывала Лео в безопасной обстановке, стали уже своеобразной традицией. — Можно тебя попросить кое о чём? Я хочу произвести хорошее впечатление на заказчика, чтобы он потом в разговоре хвалил нашу гильдию. Он аристократ, а значит, может привести к нам богатого заказчика. Договорись, пожалуйста, со всеми духами, чтобы они излучали уверенность, силу и профессионализм при призыве, ладно?       — Обязательно, — обаятельно оскалился Лев, задорно подмигнул хозяйке и исчез.       Люси подумала, что такой Лев, не скачущий вокруг каждой мало мальски симпатичной девушки, издавая вопли гигантского бабуина, а больше похожий на столичного ловеласа с отличным чувством юмора, нравится ей гораздо больше. Как и приятная мужественная девушка вместо чокнутой горничной-извращенки, и… список будет большим. Нет, она любила их даже когда они казались психами, но ведущие себя нормально духи были чем-то новеньким и интересным. С ними стало приятней работать и общаться. Лишь Водолей продолжала психовать при каждом призыве, но это было привычным и неизбежным злом, знакомым заклинательнице с детства.       Хартфилия прикрыла глаза, наслаждаясь прохладными волнами магии, появившимися при призыве Локи. Постояв так немного, практически всем весом опираясь на трость, волшебница поспешила к лестнице. Атмосфера поместья давила на неё, навевая воспоминания о смерти матери, отношениях с отцом и прошлом в целом. Отец Как же с ним сложно.       Когда Хартфилия спустилась на первый этаж к выходу, она застала заказчика, отдающего приказы седому дворецкому в чопорном старомодном фраке. Это выглядело довольно забавно: живое воплощение манер и официоза рядом с парнем в длинной потёртой кожаной куртке, старых неопрятных штанах и охотничьих сапогах. Сама Люси была одета в узкие тёплые штаны, высокие замшевые сапожки без каблука и тёплый длинный серый кардиган, под которым была тонкая синяя водолазка. Лишь ключи на лямке сумки да выглядывающая из той же сумки плеть, которую Люси купила взамен сломанной звёздной реки, разрушали образ городской жительницы. Магички обычно предпочитали что-то повычурней.       Когда Люси подошла к говорящим, дворецкий, на секунду отвлёкшись от разговора, приказал проходящему мимо слуге подать волшебнице её верхнюю одежду. Шустро накинув пальто и шарф, отказавшись от помощи слуги, Люси перевесила ключницу на пояс, а плеть убрала поглубже в сумку. Вряд ли она сегодня ей понадобится, хватит призванных духов и заклинаний. Натягивая шапку и перчатки, Люси поскорее убралась из неприятного места. Снаружи ей нравилось куда больше.       Меллин нагнал её, когда она уже была на выходе из поместья.       Был день, и на безоблачном синем небе сияло яркое солнце. Чистый снег хрустел под ногами, а на улицах носилась детвора, играя в снежки и строя снеговиков. Конечно, Онибас был городом преступников, но его центральные улицы были вполне безопасны и чисты от разбойников и воров, и потому родители не боялись отпускать играть своих детей одних, пусть и не до самого позднего вечера.       — Идти далеко, — без предисловий оповестил Меллин, чьё дыхание не сбилось от быстрого бега. — На лошадях или в карете?       Люси нахмурилась, как бы невзначай постучав тростью о чистую от снега мостовую. За её спиной пронеслась громко смеющаяся компания детишек, бросающихся снежками. Пара полетела и в Меллина, но не задела — он легко увернулся от них, даже не глядя. Испуганный тем, что чуть было не задел взрослого мужчину, мальчонка спрятался за недостроенной стеной снежной крепости, но тут же получил снежком в спину, после чего убежал вершить месть и правосудие.       — Значит, карета, — кивнул Джойс сам себе и громко свистнул, привлекая внимание извозчиков. Череда тёмных карет стояла у здания большого магазина, поджидая клиентов, и скучающие кучера мигом кинулись выяснять, кто же будет везти молодого господина. Победил усатый полный старик в дорогом камзоле. Вскоре заклинательница и заказчик уже были в его карете, неторопливо ехавшей за пределы города, где находились Вороньи скалы. Пещера рубисов была именно там.       Весь путь прошёл в полнейшем молчании. Меллин смотрел в окно, размышляя о чём-то своём, а Люси пыталась придумать сюжет для приключенческой истории, что делала всегда, когда ехала куда-то или стояла в очереди, а заняться нужным делом возможностей не было. Граф явно не считал нужным развлекать её светской беседой.       Когда они прибыли, Джойс помог ей выбраться из кареты, галантно поддержав девушку за руку и, заплатив извозчику, без лишних слов отправился сквозь зимний лес к еле виднеющимся из-за лысых деревьев Вороньим скалам. Гулко шумел не замёрзший зимой водопад.       Они уже подошли к месту обитания рубисов, когда Люси вдруг замерла, затаив дыхание. В голове мелькнула странная мысль: а почему это граф Меллин сам этим занимается? Нет, то есть, развлечение с охотой на тёмных созданий для аристократов не редкость, но обычно для этого собирались по пять-десять человек, и брали с собой магов или наёмников.       Может, он нелюдим и не смог обзавестись знакомствами? Можно понять. Странный он, этот граф Джойс Меллин. То вежлив, то равнодушен, то саркастичен, то искренне улыбчив. Да ещё и эти странные паузы в разговоре. Он как будто бы… забывает слова!       В следующий раз к вам придёт скучающая девушка, которой нужны две сотни на новое платье от известного модельера.       Он знал это. Задание идеально подобрано: из-за инфляции, разбушевавшейся в последнее время, двести тысяч драгоценных — не самая большая сумма. И на задание не придёт ни один стоящий, действительно сильный волшебник… Мысль мелькнула в сознании яркой молнией, ослепляя и заставляя сетовать о собственной глупости и недогадливости. И как только она сама раньше не додумалась!..       А ведь рубисов не просто так назвали псами преисподней. Да, они не самые сильные монстры в Фиоре, но есть у них одна особенность. Они едят только человеческую плоть. А особым деликатесом, придающим сил и мощи, для них является плоть волшебников. Некие самоуверенные личности могут посчитать, что с ними справиться легко; так и есть, впрочем, для волшебников уровня Грея или Джувии. Но тому же Максу придётся сильно попотеть, чтобы справиться с двумя-тремя особями. А тут целая стая.       А если это рубисы-кайеры… будет очень тяжело. Это подвид псов преисподней, которые заполучают и навыки, способности и силы того, чью личность используют, потому что они вселяются в свою жертву.       Ошарашенная Люси застыла столбом, уставившись в спину идущего впереди Меллина. В том, что симпатичный обходительный граф — рубис, она уже не сомневалась. Вот только какой именно? Обычные псы преисподней тоже могут менять внешность, хоть и не все, только самые сильные и взрослые особи. Рука девушки медленно потянулась к золотым ключам. Мгновение, и волшебница уже была готова призвать Льва.       — Стоять, — резко приказала заклинательница, стараясь придать голосу жёсткость и уверенность. Она не боится, совсем ни капельки не боится… «Никогда в жизни больше не пойду на задание одна!» — подумала заклинательница, стараясь не показывать своего испуга и смело глядя прямо в глаза обернувшемуся Меллину, — Назови своё полное имя, — выпалила Люси и поджала губы, придумывая другой вопрос, позволяющий доказать, что это всё — просто её глупые фантазии, появившиеся от недосыпа и волнения.       — Зачем? — очень натурально удивился мужчина, оборачиваясь к Хартфилии всем телом и складывая руки на груди, словно бы прикрываясь от внимательного взгляда заклинательницы. Его глаза застыли на светящемся, готовом к призыву ключе.       — Просто назови своё полное имя, — повелительно сказала Хартфилия, недобро щурясь. — Потом объяснюсь… если понадобится. Видишь ли, есть у меня подозрение, что с Джойсом Меллином я так и не встретилась. Не так ли?