Семь долгих лет

      Что может быть опаснее ментальной магии?       После физической или магической атаки тело можно вылечить, заживив раны и срастив кости. «Починить» разум же очень трудно, а проводить опыты на людях и прочих имеющих разум существах было строго запрещено. Потому никто не знал границ и возможностей этой магии. Лишь только некоторые фишки вроде телепатии или ментальных матриц-масок удалось освоить и успешно применять магам с уклоном в эту область. Но иногда и ставшие привычными заклинания выкидывали такие фортели, что только диву даёшься. Или за голову хватаешься, да. В зависимости от результата.       Люси была полна энтузиазма, энергии и вдохновения. По крайней мере, так казалось со стороны. На самом деле женщина была угрюма, зла, и не желала никого видеть. А дело в том, что она позволила ментальной матрице занять своё место на несколько часов, чтобы отдохнуть — ну разве не для этого она пять часов лежала в кресле, терпя боль от магического вмешательства? — а «вернувшись», обнаружила это. То, что заставило её притворяться такой в дальнейшем. Ужас. Настоящий ужас.       Всего ментальных масок у Люси было четыре. Люси-сангвиник, Люси-флегматик, Люси-холерик и Люси-меланхолик. Комбинации этих масок и создавали ментальные матрицы. Хотя Хартфилии было привычнее называть их личностями, пусть это и попахивало шизофренией. Так вот, на данный момент телом заклинательницы рулила личность-комбо из всех масок, взявшая от них всех только наихудшие черты! И эта личность, которая просила называть её «просто Ликой», наворотила таких дел!       Парой писем Лика почти восстановила хорошие отношения с отцом, разослала абсолютно всех магов по заданиям, даже Наба смогла выдворить на миссию! А ещё она начала перестройку гильдии, перекопала весь парк, продала несколько в общем-то бесполезных, но дорогих серебряных ключей (на Андромеду Люси было плевать, а вот за Лиру она Лику была готова уничтожить), и полностью сменила внешний вид самой Хартфилии.       Осветлённые волосы золотисто-платинового цвета были выстрижены в неудобную причёску и лезли в глаза, щекотали щёки. Лика купила целый шкаф разной яркой и привлекающей внимание одежды, продав и раздав купленную недавно самой Люси, которая планировала стать своеобразным мастером-из-тени. Теперь Хартфилия в замшевых белых полуботинках на высокой танкетке, белых облегающих штанах и такой же белой тунике с длинными широкими рукавами, ткань которой была украшена фиолетовыми и синими полосами и вырезами в районе плечей. Да ещё на шею какой-то грубо сделанный золотой ключ с рубином Лика нацепила. Он светился периодически. Нет, выглядело довольно симпатично, но это же была не Люси!       А ещё становилось обидно, что тому же Грею… да что там Грею! Любому из гильдии Лика была гораздо более симпатична.       Сначала Люси запаниковала, чуть не разрыдалась, и пыталась докричаться до Лики. Но та делала вид, что не слышит. А ведь видеть и чувствовать всё происходящее, но при этом не иметь возможности и пальцем шевельнуть… не самое приятное ощущение. Вдоволь наплакавшись и накричавшись, Хартфилия решила спокойно переговорить с личностью и извлечь из её появления максимум пользы. Не зря же она столько денег на внедрение масок потратила, в самом деле. Некоторое время Лика позволяла Люси снова перехватить управление над телом, но после, решив, что Хартфилия всё делает неправильно, вернула себе тело заклинательницы. И это настолько разозлило женщину, что она принялась методично ворошить память в поисках каких-либо ментальных заклинаний. И нашла. Не совсем заклинание, но должно помочь.       Позволив Лике переговорить с рабочими насчёт фасада, Люси подождала, пока та отведёт тело в недавно отстроенный кабинет, и решительно перехватила управление. Сев на стул и закрыв глаза, Хартфилия представила себе простую комнату с минимум мебели. В одном кресле сидит она, в другом — Лика. Она выглядит так, как Люси, что сейчас отражается в зеркале. И заклинательница понимает, что не зря ментальные заклинания считаются одними из самых опасных: она что-то явно сделала не так, потому что Лика теперь не эфемерный силуэт, который может распасться на две маски по желанию самой Люси, а полноценная личность.       — Итак, дамы, — радостно улыбнулась Лика, заставив Люси оглянуться, — Мы сейчас здесь собрались, чтобы обсудить расхлябанность, невнимательность и небрежность нашего оригинала, — личность кивнула в сторону Люси, — Который позволил нам оттяпать по куску своей души, и сейчас будет по этому поводу возмущаться. Нет? Вот и отлично. Давайте знакомиться. Я Лика, положительная и радостная сторона. Это — Люси Хартфилия, наш непутёвый оригинал. А вы?.. Лимра, — представилась Лика совсем другим, холодным и более злым тоном. — Личность очень спокойная, серьёзная и собранная.       С одной стороны, дело было плохо: мало того, что личность легко могла вытолкнуть душу Люси-оригинала из тела, и спокойно жить себе в нём, так она ещё и сама была чокнутой! Вторая личность с раздвоением личности. Супер. Можно идти в кунсткамеру в качестве экспоната, где про неё будут рассказывать как про первого человека с шизофренией в квадрате. Блеск.       С другой стороны, если мастер сделал маски как надо, то их первостепенная задача — помогать личности-оригиналу, и, когда она возьмёт от них всё самое полезное, развеяться. К счастью, Люси повезло: судя по прочувствованному монологу Лики, иногда дополнявшемуся редкими репликами Лики-Лимры, вторичная личность собиралась учить оригинал уму-разуму. Изуверскими, очень своеобразными методами, но всё же.       А ещё, по мнению Лимры-Лики, Люси всё делала не так. Была слишком зажатой, слишком серой, не пыталась продвигать свою гильдию в массы, слишком цеплялась за духов, и вообще вела себя как камень. Вроде бы и функцию свою выполняет, опорой служит, защищает, но сидит в своём уголке, не двигаясь, и зарастая пылью. А мастер должен быть личностью яркой и запоминающейся! Потому что под лежачий камень вода не течёт.       Идею Люси с анализом произведений и переносом концепций любимых персонажей на реальных магов личность одобрила, но вот только то, что Хартфилия сама для себя придумала, им — и Лике, и Лимре — не понравилось.       — Ты пойми, — втолковывала Лимра, — все мастера более менее известных гильдий отличаются своей эксцентричностью, они запоминаются и выделяются среди толпы. Взять хотя бы мастера Боба из «Синего Пегаса», — подхватила Лика, щелчком пальцев создав копию ранее упомянутого мага. В этом созданном фантазией Люси месте всё было возможно, и потому личность, не стесняясь, прибегала ко всем способам, дабы вразумить оригинал. — Тот, кто назовёт его серой личностью, может с тем же успехом назвать дракона мотыльком. Он яркий до невозможности! Или вот Голдмайн. Внешность у него стандартная, но красные ленты с шипами на шее и шляпе делают своё дело! К тому же, это вполне в духе его гильдии.       — А как же Ооба Бабасама? — спросила Люси, решившая, что раз уж с аномалией в виде чокнутой шизофрении ничего поделать невозможно, то следует расслабиться и получить всё то, что она может ей дать полезного. — Я бы не назвала её такой уж запоминающейся женщиной. Да, имя странное, и эта ещё привычка всех вертеть интересна, но на фоне того же Боба или Банабостера из «Сумрачного Людоеда» она теряется.       — А ей и не нужно выделяться, — пожала плечами Лика, как будто бы это было что-то само собой разумеющееся. — Ей напротив надо себя не выставлять напоказ, а продвигать своих магов. Джура — один из святых магов, Леон — кандидат на старшего волшебника. А ещё недавняя их пиар-компания по поводу той девочки, сестры Шерри Бленди. Шерия Бленди, небесная убийца богов. Ты же слышала, что плакаты с её фото раскупаются, как горячие пирожки, и многие думают, что она войдёт в команду на этих ВМИ.       Ещё немного переговорив, Люси, Лика и Лимра пришли к такому выводу.       Хватит мастеру «Хвоста Феи» сидеть в тени. В гильдии деньги есть, сильные и перспективные маги присутствуют, потенциал большой, и, если удастся, то Люси даже сможет урвать для гильдии кусочек власти в Фиоре. Но это значит что ей нельзя сидеть на попе ровно. Все балы, выставки, собрания — посещать, на все игры — отправлять команды. Вести активную публичную жизнь, пихать своих ребят везде, где только можно, чтобы выбирая между тем кого взять для выполнения задания: Леона Бастию из «Чешуи Ламии» или Грея Фуллбастера из «Хвоста Феи», люди склонялись к последнему варианту. Более-менее спокойное существование закончилось а, следовательно, вперёд и с песней! Покорять Фиор! Тем более что средства на это есть: продажа ключей, всяческая помощь со стороны отца и передача ранее арендуемой земли в личную собственность гильдии освободило много наличных средств. А ведь доход с предприятий и заданий никуда не делся, так что финансово «Хвост Феи» обрёл стабильность.       — Н-но… а как же бумажная отчётность? — попыталась было отпереться Люси. Быть на виду у всех каждый день, контролировать каждое своё слово… бр-р-р! — Я же просто не успею заниматься всеми прежними делами! А ведь ещё тренировки, и…       — Ещё одно доказательство того, что ты не блещешь умом, — фыркнула… Лимра? Кажется, Люси научилась их различать. — На твоём месте любой другой адекватный человек подыскал бы себе секретаря и не волновался.       Сказать, что Люси чувствовала себя последней идиоткой — значит ничего не сказать.

***

      Лика облегчённо вздохнула, падая в кресло, когда Люси Хартфилия вернулась в реальный мир, наконец оставив её с только что отпочковавшейся от ментального тела Лики Лимрой наедине. Комната тут же изменилась: появился камин, столик и диван, пол устлал гигантский пушистый ковёр.       — Как думаешь, нам удастся вправить ей мозги? — устало поинтересовалась личность. — Ведь у нас есть только ближайшие десять дней, пока её духи не восстановят связь после разрыва, учинённого Дисэлом Зодиаком. Потом придётся скрываться, ведь Лев очень чуток, и может нас заметить. А нам было приказано оставлять своё воздействие в тайне от всех.       — И без тебя знаю, — недовольно поморщилась Лимра, вышагивая подле окна, за которым была лишь пустота, и постукивая о пол своей тростью. — Но это не наши проблемы. Зачем забивать себе голову чепухой?       Они были особым изобретением. Вершиной ментального искусства. Тридцать сотен личностей, половина которых взяла себе псевдоним «Лимра», а другая половина — «Лика». Тридцать сотен точек зрения, тридцать сотен мозгов со своими знаниями и опытом. Идеальный голем для исполнения поставленной задачи.       — Действительно, — Лика внимательно посмотрела на ключ у себя в руках и отпустила его, позволив свободно болтаться на цепочке с крупными звеньями. — Соло обещал нам незаметность. Пусть выполняет. Интересно, как он собирается скрыть ото Льва, что «Люси» продала на аукционе ключ Лиры, Андромеды и Часов? Ты не задумывалась, почему он сказал нам избавиться от Часов? Может, они слишком много знали о том, почему всё-таки оригинал спасли с острова Тенрю, и могли проболтаться горячо любимой хозяйке… а та, в свою очередь, попробовала бы обсудить это со Львом. Ведь так. Но почему Соло не хочет, чтобы Лео узнал о нас?       На несколько секунд в комнате воцарилось молчание. Лимра застыла у окна, поджав губы, наблюдая за тем, как от руки Лики отрастает ещё одна её копия. Зрелище противное, но уже привычное.       — Так или иначе, Соло поместил нас в этот разум, устранив маски и обеспечив «легенду» о нашем появлении. Нам приказано из куска души Люси Хартфилии вылепить шедевр, с которым будет работать уже Соло… или король звёздных духов. Не важно. Перед нами стоит задача, которую требуется выполнить, и мы должны сосредоточиться на ней. Чтобы достигнуть показанного результата придётся очень потрудиться, — всё-таки ответила Лимра, резким движением заставляя шторы закрыть белую пустоту за окном и взглядом заставляя только закончившую преобразование нагую копию себя раствориться в воздухе.       — Меня обсуждаем, девочки и мальчики? — мурлыкающий голос разнёсся по комнате прозрачной завесой. — Плохо сомневаться в начальстве, ой, плохо. Перестройка организма нашей милой заклинательницы в каком состоянии?       — Простите за недостойное поведение, господин! До завершения изменений осталось два дня, господин! — тут же подскочила Лика, отвесив поясной поклон и растеряв всю свою ленивую властность.       — Отли-ично… про сознание, значит, и спрашивать не буду, раз приступили к переделке организма, значит, сделали эту часть… или нет?       — П-простите, господин, — если бы Лика была человеком, она бы вся покрылась холодным потом от ужаса и напряжения. — Но нам пришлось начать перестройку организма раньше, чем планировалось. Связи духов мешали формировать восприятие, работа застопорилась…       — Смотрите мне, если не успеете к сроку, то я вас накажу. Всех, — шутливо погрозил пальцем Солорус, он же Соло, он же дух солнца. — Потому что король звёздных духов очень не любит, когда выполнение его приказов затягивается… а если недоволен он, то и я буду не в самом лучшем настроении. Так что… работать, ребятки, работать. Или развею по космосу нахрен.

***

      Тихая музыка, приглушенный свет, большой зал, оформленный в белом цвете, по которому разбросаны столики и колонны, снующие официанты и толпа расфуфыренных волшебников и волшебниц, среди которых очень выделяются рунные рыцари-охранники, стоящие у входа. Совет мастеров магических гильдий во всей красе.       «Чего ты замерла в углу?! Иди, поздоровайся с кем-нибудь! Заведи беседу! Вон, мастер Боб стоит один, поговори с ним!» — надрывалась Лика, чуть ли не рвавшая волосы на голове от негодования. Нежелание Хартфилии проявлять хоть какую-то толику вежливости и общительности злило и раздражало. — «Зря, что ли, припёрлась сюда?!»       «Но о чём я с ним поговорю?» — мысленно возразила Люси, стараясь не расплакаться от бессилия. Её заставляли делать то, чего она не желала, носить одежду, которая ей не нравилась, и вести себя так, как она не умела. Точнее, умела когда-то, но уже всё позабыла. И всё это при двух громких голосах, звучащих только у неё в голове, то и дело пытающихся приказывать! Хотя почему пытающихся? Она же стоит здесь, в чёрном длинном обтягивающем платье, с голой спиной и полностью закрытой грудью, чтобы не было видно шрамов. — «Я же не смогу и слова выдавить! Опозорюсь! И „припёрлась сюда“ я не для болтовни, а на собрание мастеров, посвящённое созданию новой магической гильдии!»       «Так, мне надоели твои вопли!» — фыркнула Лика… или Лимра? И решительно оттёрла Хартфилию от «пульта управления» её собственным телом, сделав это так легко и естественно, что растерявшаяся Люси не смогла даже возразить.       — Мастер Боб? — вежливо улыбнулась Лика, вручая толстенькому магу один из бокалов с шампанским, захваченных по пути и стараясь не чихнуть от навязчивого сладкого запаха женских духов, настойчиво лезущего в нос. — Рада вас видеть.       — Спасибо, душенька, — улыбнулся в ответ мастер «Синего Пегаса», принимая бокал. Рядом с ним Люси чувствовала себя просто великаншей. Хотя её туфли были на крохотном каблуке, смотреть на добродушного волшебника ей приходилось сверху вниз. — Я тоже приятно удивлён нашей встречей. А вы, видимо, решили сменить имидж, милая? Хо-хо-хо, вам идёт, вы выбрали довольно удачный образ.       — Благодарю за похвалу, — ответила Лика с кокетливым румянцем на щеках (Хартфилия мысленно ужаснулась происходящему), и ушла в подсознание, вернув тело Люси, оставив её продолжать начатый разговор.       «Спроси у него что-нибудь! — властным тоном приказала Лика. — Не стой столбом!».       — Я слышала, ваша гильдия — один из самых вероятных кандидатов на место устроителя Весенних Магических Игр? — выдавила Люси, с облегчением чувствуя, как тело снова возвращается в её власть. Нет, она никогда не привыкнет к этим резким переходам. Представив, что так мучиться ей придётся до конца жизни — ликвидировать магически созданные личности из разума невозможно — заклинательница чуть не пустила скупую слезу, но вовремя вспомнила о накрашенных всем, чем только можно, глазах. Подводка и тушь потекут, пачкая тени и стекая на покрытые тональным кремом щёки… нет, уж лучше потерпеть.       — Да, это так, — недовольно крякнул Боб, почёсывая покрытую короткой щетиной щёку, из-за чего тонкая шлейка его неизменной малиновой майки соскользнула с плеча. — Но я надеюсь, что их скоро упразднят, и нашей гильдии не придётся заниматься постройкой полигона и выдумыванием испытаний. Конечно, Игры приносят немалые деньги, но это такая морока!..       — Полностью с вами согласна, — кивнула Хартфилия. — Мне пока не выпадала возможность принимать у себя сезонные Игры, и я этому очень рада. Думаю, что мы ничего не потеряли бы, если бы в году устраивались всего лишь одни Игры — Великие Магические.       — Настала моя очередь согласиться с вами, душенька, — задумчиво покивал Боб. — Все бы только выиграли от этого, я считаю. Кстати, до меня дошли слухи, что вы активно работаете над внешним видом гильдии. Давно пора обновить хотя бы фасад. Мой знакомый ландшафтный дизайнер Рикко Лацкен — кажется, именно он проектировал ваш парк? — говорит, что зрелище получилось внушительным.       Да, это действительно так. Лика и Лимра заставили практически полностью переделать гильдию за каких-то жалких восемь дней. Теперь вокруг здания, больше похожего на маленький, но крепкий замок, расположился настоящий растительный рай с аккуратными дорожками, скамейками и модными современными фонарями. Парк был доступен всем желающим, а ещё там могли арендовать участки продавцы и хозяева аттракционов. Кстати, несколько контрактов было уже заключено.       Сам парк делился на два квадрата: один был для посещения гражданскими, а второй, «внутренний квадрат», где располагалась гильдия, был огорожен каменным забором, за котором скрывался пруд, сад и полигоны для тренировок. Оба квадрата пересекала длинная огороженная широкая дорога для волшебников и заказчиков. Чудесно, на самом деле, и довольно дёшево обошлось для такого размаха.       Задний двор оставили таким, как он был, только скульптуры погибших на Тенрю перенесли в своеобразную крипту в подвале. Само здание тоже потерпело изменения: кабинет для Люси, «предбанник» перед ним, где расположилась секретарь, несколько залов для тренировок, библиотека, просто большая комната с диванами и камином, где можно было собраться и обсудить последние новости узкому кругу лиц, и уменьшившийся общий зал, где раньше и заседали всё время волшебники.       Отремонтированный второй этаж, разбитый перегородками первый — гильдия полностью обновилась, и это было единственное, за что Люси была благодарна Лике. Самой бы ей не хватило храбрости и фантазии на такое. Конечно, всё это значительно урезало бюджет… но, в конце концов, на налоги Люси деньги отложила, а остальная сумма… не лежать же ей мёртвым грузом?       От ответа Люси избавила громкая музыка, заигравшая на сцене; под гром фанфар за трибуну встал председатель Совета Эры — Гран Дома, седовласый старик с впечатляющей бородой и чёрной широкополой шляпой, сухой и высокий, похожий на чёрное дерево, что растёт возле пустынь на западе Фиора. Все присутствующие подошли к сцене, обратив всё внимание на Грана и приготовившись слушать. За кулисами кто-то громко чихнул: какой-то ребёнок, судя по голосу, но в остальном после того, как умолкли фанфары, зал погрузился в тишину.       — Здравствуйте, уважаемые коллеги! — громко произнёс Дома, дождавшись, пока ему настроят увеличивающий громкость артефакт, замаскированный в трибуне. — Я очень рад приветствовать вас на триста сорок шестом собрании мастеров магических гильдий Фиора!       Дождавшись, пока стихнут вежливые аплодисменты, Гран продолжил читать с листочка свою заранее заготовленную речь:       — Создание новой гильдии — это всегда радость и предвкушение новых свершений, и потому последнее десятилетие выдалось не самым лучшим для всех нас: количество гильдий волшебников не только не увеличивалось, но и сокращалось.       Все уставились на Люси обвиняющими взглядами, как будто бы она лично разрушила и уничтожила «Фантом Лорд», стерев гильдию с карты королевства. Под командные реплики Лики Хартфилия выпрямилась и одарила всех присутствующих вежливо-непонимающей улыбкой. Мол, ничего не знаю, ничего не помню, ничего не слышала и не видела. Это было давно и неправда. И вообще, они первые начали.       — Однако сегодня мы собрались, чтобы наблюдать за рождением новой гильдии, и это повод, несомненно, достоин устроенного торжества! — Гран Дома широко развёл руками, демонстрируя народу отеческую улыбку. Ну да, конечно, все поверили и улыбнулись в ответ. — Прошу вас поприветствовать новую гильдию, «Саблезубый Тигр»! Тип: легальная, профиль: боевой, состав: десять человек и два иксида, мастер: Джойс Меллин, граф Онибасский!       Люси искренне улыбнулась, когда под аплодисменты на сцену вышел Джойс, а за ним — шеренгой — вереница магов, среди которых было как-то слишком много детей. Хартфилия насчитала троих: два мальчика, стоящие рядом друг с другом, и девочка.       Мальчишки были довольно занятными. Подле них, на уровне плечей, парили одетые в симпатичные костюмчики иксиды, да и внешностью они были интересны: сияющий белоснежной улыбкой блондин и серьёзный собранный брюнет, чьё лицо практически полностью закрывала пелена каких-то невесомых на вид волос. Девочка тоже была брюнеткой, с симпатичной причёской, одетая в стильное, слишком взрослое для неё синее платье с разрезом.       Люси подумала, что Джойса надо будет поздравить с исполнением его мечты. Ответное письмо он так и не прислал, но… Эсклз был приятным человеком. И Люси хотелось бы продолжить с ним общаться.       — Члены гильдии! Джойс Меллин, Фингерс, Добенгаль, Стинг Эвклиф, Лектор, Роуг Чени, Фрош, Минерва Орланд, Джиемма Орланд, Ройс Кир, Тиру Бесс, Контон Торрон! Я, пожалуй, оставлю вас, — произнёс Гран, виновато усмехнувшись. — Меня ждут дела. И потому я даю слово графу Меллину!       — Здравствуйте, — уверенно поприветствовал присутствующих Джойс, тряхнув тёмными кудрями, — Я сейчас немного не в себе от радости, так что, пожалуй, не буду утомлять вас долгими речами. Всё, что я хотел бы сказать вам, уместится в пару реплик. Так вот. У каждой гильдии есть необычное, волшебное название, несущее в себе особый смысл. Своеобразный ребус, разгадка которого позволяет понять суть гильдии. «Хвост Феи» говорит о приключениях и дружбе, «Четырёхглавый Цербер» — о силе и мужестве, «Синий Пегас» — о мечте и магии. Название «Саблезубый Тигр» говорит о том, что мы будем сильными. Несмотря ни на что. Всем врагам мы покажем свои немаленькие клыки, которые будем готовы пустить в ход в любую минуту. И… ввиду грядущих Великих Магических Игр, — лицо полностью счастливого волшебника осветила яркая мальчишеская улыбка. Он говорил вдохновенно и уверенно, заставляя верить в свои слова. Мастера притихли, понимая, что именно в такие моменты, когда весь мир замирает, чтобы услышать одного единственного человека, случается что-то великое, что, возможно, в будущем перевернёт весь мир. Почему не рождение новой сильнейшей гильдии? — Наша гильдия станет самой лучшей в Фиоре! «Саблезубый Тигр» вступил в игру!       Бурные аплодисменты сопроводили речь этого полного надежд и силы бойкого молодого человека. Потому что когда говорят с таким запалом, с такой силой и верой в свои слова, не поддержать невозможно. Даже черноволосый мальчик, так выделявшийся своей серьёзностью, в этот момент довольно усмехнулся и пару раз звонко хлопнул в ладоши, проникнувшись всеобщей атмосферой торжества и предвкушения.       Люси хлопала вместе со всеми, поддавшись очарованию момента. Но в голове её вертелась всего лишь одна мысль. Мысль, которую она уже озвучила как-то раз, яркое воспоминание, пышущее смехом и зимним морозом.       «Это мы ещё посмотрим».