Обливиэйт

      До Святочного бала оставался ровно один день. И подготовка к этому важному событию забурлила сильнее прежнего! Студентки загадочно улыбались, смотря друг на друга, и верили, что каждая из них обязательно поразит гостей и студентов. Но в тайне от подружек всякая девочка считала именно свой наряд априори самым красивым. Мальчики же сухо интересовались друг у друга наличием праздничной мантии, убеждались, что все с этим делом у собеседника в порядке, и продолжали горячие споры то о победителях последнего сезона по Квиддичу, то о каких-нибудь необычных магловских штучках, то о том, кто больше всех выпьет волшебного пунша на балу. Одно лишь сближало всех — чувство невероятного волнения. Наверное, всех, кроме Гермионы Грейнджер.       Перед обедом Гермиона решила заглянуть в библиотеку, чтобы доделать задание по зельеварению, которое Снегг задал им на каникулы. Она совершенно не думала о предстоящем празднике, ее совсем не волновало, что ей предстоит открывать бал с Виктором, поскольку он — один из чемпионов Турнира. Она была уверена в том, что все пройдет идеально гладко. Ведь у нее все было схвачено, все было под ее суровым контролем.       В библиотеке пахло имбирным печеньем. Видимо, кто-то из студентов исподтишка протащил сюда парочку и съел за чтением какой-нибудь безумно интересной книги. Днем в библиотеке было не так таинственно, как ночью, когда свечи отбрасывали теплый желтый свет, создавая на стенах удивительные и загадочные тени.       Гермиона села за стол у стены и зашуршала страницами огромной книги по зельеварению. Она снова погрузилась в свое привычное для учебы состояние и не увидела Малфоя, сидящего неподалеку слева от нее. Парень отвлекся от чтения, когда заметил гриффиндорку. При дневном свете его серые глаза отливали платиновым блеском. Он устремил прищуренный внимательный взгляд на Гермиону, однако язвить, привлекая к себе внимание, не стал.       «Что же в ней нашел Крам? — размышлял Малфой, наблюдая, как Грейнджер листает книгу, а потом записывает что-то в блокнот. — Почему именно она? Может, он слепой? Или слабоумный? Он разве не видит, что у нее зубы выпирают, как у лошади?»       Малфой присмотрелся к профилю ее лица. В этот момент Гермиона слегка прикусила нижнюю губу и постучала пером по блокноту, задумавшись. Передние зубы, которые, он точно помнил, выпирали и казались просто невероятно большими, теперь маленькими жемчужинами слегка впивались в мягкость нижней губы. Драко нахмурился и зажмурился, думая, что ему просто показалось. Открыв глаза, он убедился, что зубы действительно уменьшились.       «Не понимаю, когда она успела исправить этот дефект. Ладно, зубы теперь не в счет. Он видел солому у нее на голове, это воронье гнездо? Да он явно слепой!» — заключил он.       Волосы действительно напоминали гнездо. Однако Драко отметил, что вблизи они не смотрелись совсем уж мерзко. Он было поймал себя на мысли, что у грязнокровки достаточно хороший цвет волос, но быстро отогнал это бредовое заключение, словно боясь, что кто-то может прочитать его мысли.       «Что еще в ней есть? — разговаривал про себя слизеринец сам с собой. — Что уж скрывать, она действительно умная. Хотя, конечно, это результат ее бесконечной зубрежки, но к занятиям она всегда готова хорошо. Нет, что за черт! Она полная дура! Глупая зубрилка! Да и Снегг ни разу не хвалил ее на зельях!»       Наблюдая, Драко не заметил, как наклонил голову в бок и теперь слегка водил большим и указательным пальцем по подбородку. Хлопок по плечу и шумно усаживающийся рядом с ним Забини заставили Малфоя вздрогнуть. Гермиона, не отпуская пера из рук, отвлеклась от записи и посмотрела в сторону, откуда исходил шум. Драко и Блейз глядели на нее, и девочка, подумав, что они снова обсуждают ее, отвернулась и продолжила заниматься своим делом.       — Что читаешь? — поинтересовался Забини. Не дожидаясь ответа, он закрыл книгу, зажимая пальцами то место, где остановился Драко, чтобы прочитать название. Глаза пробежали по заголовку. «Взлет и падение Темных искусств». Что ж, Малфой в своем репертуаре.       — Я тебя искал с утра, где ты был? — шепотом проговорил Драко.       — А, пытался пригласить девчонку на бал.       — Девчонку?       — Нет, лопоухого Уизли, — хохотнул Блейз. Малфой закатил глаза и хитро улыбнулся, пытаясь сдержать смех.       — И как, он согласился? Всегда знал, что у тебя прекрасный вкус в этом плане.       Забини пафосно приложил руку к груди и немного поклонился.       — Я не хотел никого приглашать, ты знаешь. Но потом услышал, как девчонки обсуждали, что Лайза Турпин свободна и…       Малфой заулыбался, и Блейз, наверное, впервые в жизни покраснел.       — Так, приятель, — смущаясь, виновато начал Забини, — прекрати делать из меня кретина.       Драко слегка поднял руки вверх, показывая ладони, тем самым давая понять, что никто из Забини кретина делать не собирается. Он не знал Турпин и знать не хотел, поэтому подробности о ней его не интересовали.       — А эта что? — Забини кивнул в сторону Гермионы.       Драко осуждающе посмотрел на друга.       — Не имею привычки следить за грязнокровками. По-моему, пришла недавно. Я не смотрел, — соврал он.       — Понял тебя. Идешь на обед?       — Да, пойдем.       Драко закрыл книгу и ушел, оставляя ее лежать на столе.