Неполадки в системе

      Я уже почти вникла в суть очередной замысловатой настольной игры, в которую меня попытался научить играть один из четырёх – не считая Адевале – чернокожих парней из команды, имени ни одно из которых я не могла выговорить, когда в Поместье залетел Чарли с вестью о том, что причалил корабль капитана Кидда. Глаза парня горели живым огнём, что нисколько меня не удивило, потому что я видела этот полный щенячьего восторга взгляд всякий раз, когда Ден или кто-нибудь другой хотя бы вскользь упоминал о славном капитане Джеймсе Кидде, внебрачном сыне Уильяма Кидда.       Ох, как парень разочаруется, когда узнает правду…       Я, разумеется, не собиралась быть той бесчувственной тварью, которая разрушит все юношеские восторги о его кумире. Я тоже в своё время вздыхала по Робину и очень расстроилась, когда узнала, что тот фильм про Бэтмена с Джорджем Клуни считается полнейшим убожеством.       Ребята зашушукались друг с другом, как пожилые сплетницы, совершенно забывая о моих умственных потугах и оставляя меня один на один с игральной доской. Я, впрочем, поторопилась, сказав, что понимаю хоть что-то в этой игре, но даже максимальное приближение моего лица к фишкам никак не помогло. Я попыталась загипнотизировать несколько штук взглядом, забывая прислушиваться к тому, что твориться вокруг, поэтому, когда выпрямилась обратно и обернулась через плечо, неожиданно столкнулась с тёплыми карими глазами Мэри. Она была в образе Кидда, в красивом колоритном камзоле и с рассечённой шрамом бровью, которая едва заметно изогнулась, стоило только нашим взглядам зацепиться друг за друга.       И я почувствовала, как похолодело в груди, потому что не собиралась показываться на глаза никому из тех персонажей игры, у которых были имена. Не считая вынужденного знакомства с Эдвардом, Адевале, Энн, Вэйном, Робертсом и… да, план вообще-то провалился к херам с фейерверками. Но на счёт Мэри у меня были особенные опасения, так как, по мне, она очень суровая девушка, к тому же ещё ассасин, угрожала Эдварду кастрацией и далее по списку почти до бесконечности! И чтобы не перечислять все причины моего опасения этой пиратки, я лучше просто скажу, что мне ссыкодно от одной мысли о беседе с ней.       Впрочем, встреча взглядами, показавшая мне целой вечностью или прогулкой прямиком на эшафот, длилась меньше секунды и уже через мгновение Мэри пошла дальше, топая вперёд Эдварда мимо нашей скромной компании в глубь Поместья. Сам капитан Галки тоже бросил на меня мимолётный взгляд, значение которого я на смогла понять, так как за его спиной закрылась дверь комнаты, условно считающейся «личным кабинетом». Я уже подумывала подобраться ближе и выяснить, о чём они там разговаривают, потому что не имела ни малейшего представления. По игре Эдвард должен был быть пьян и валяться снаружи. Да и атмосфера должна была быть то ли мрачной, то ли пасмурной, а за окнами во всю полыхало карибское солнце, не собираясь никуда деваться и дать мне хоть немного отдохнуть от стабильной жары.       Вскоре к нам заглянули ребята из команды «Кидда», которым Джон и Боб вызвались помочь найти где пополнить запасы воды и продовольствия. Я решала проигнорировать несколько удивлённых голодных взглядов, которые уже привычно зацепились за мою фигуру, и снова склонилась над игровой доской, дёргая парня напротив за руку и прося объяснить мне эту дичь ещё раз. Хоть это ни помогло ни на грамм, я заняла время до того момента, как в комнате послышались крики, а ещё через минуту разъярённая Мэри вылетела оттуда, громко хлопая дверью.       Девушки, они и в мужских портках девушки.       Эдвард, вышедший следом с небольшим опозданием, явно тоже на взводе и едва не скрипел зубами, плюхаясь на свободный стул рядом со мной, параллельно выдирая пробку из бутылки зубами. И я, конечно, маленькая мразота, но была рада, что в этот раз Эдвард зол не из-за меня.       - Что, ты даже не спросишь о чём мы говорили? – немного грубее, чем следовало, рявкнул на меня Эдвард, пытаясь либо задеть меня, либо разозлиться ещё сильнее, чтобы в любом случае продолжить перепалку и выпустить пар. Но я не собиралась поддаваться на эту дешёвую провокацию.       Я переставила фишку, проигрывая энную за сегодня партию и обессиленно всплеснула руками, вызывая у своего оппонента усмешку на губах. Настольные игры не для меня! Пока парень убирал игру со стола и побыстрее ретировался куда подальше от разгневанного капитана, я спокойно обернулась к пирату, стараясь держаться как можно спокойнее.       - Я собиралась подождать, когда ты остынешь, - отозвалась я, подбирая под себя одну ногу и откидываясь на спинку стула, которая была как следует отклонена назад, так что я полулежала, непринуждённо смотря на Эдварда из-под ресниц, как будто этот мужлан не нагрубил мне только что просто так.       Пребывание на одном месте, вне корабля и на твёрдой суше, действовало на меня удивительным образом, почти умиротворяюще. Мне больше не казалось, что пол качается как на волнах, когда ложилась спать; могла позволить себе мыться каждый день и привела в порядок волосы, которые уже порядком отросли. У меня даже в детстве не было длинных волос – по какой-то причине мама всегда стригла меня в пределах каре – поэтому сейчас я увлеклась постоянным к ним прикосновениям, то просто проводя по ним ладонью, то накручивая на палец, то пытаясь сплести подобие косички. Мне нравилось как они завивались от влаги, как развеваются на ветру и как кончики щекочут кожу плеч и спины.       Мне ужасно не хотелось снова уходить в море. Я скорее была бы рада как дерево врасти в землю, чем снова куда-то идти по волнам. Но, к сожалению, надо делать дела.       Мы довольно долго сидели молча, прислушиваясь к тихим крикам чаек с пляжа и голосам парней из команды Мэри и её собственному, только нарочно искажённому. Они в спешке собирались отчаливать, хотя только-только пришли. Эдвард же, хоть и открыл бутылку, но так и не выпил из неё, задумчиво постукивая по стеклу пальцем. Не знаю о чём он размышлял, но я тоже думала и, кажется, догадалась о его мыслях.       Я не придавала этому должного значения в последнее время, игнорируя завязку сюжета четвёртой части игры: Эдвард искал Робертса и Обсерваторию ради денег. Собственно, пират, что с него взять, но именно из-за этого я с самого начала невзлюбила Эдварда, когда ещё не была с ним знакома лично и никак не думала, что это может произойти. Сейчас всё было по-другому, потому что жизни Тэтча, Мэри, Вэйна, да и наши с Эдвардом – теперь более чем реальны. Иначе я бы не чувствовала голода, жары, боли и потребности поспать.       Нам надо было действовать. Сейчас.       - Эдвард, - позвала я после длительного молчания и стихания голосов снаружи. Мэри, наверное, уже отчалила. Капитан Галки моргнул, отрывая взгляд от окна напротив и перевёл его на меня. – Ты, может быть, всё ещё не в настроении, но я всё равно скажу тебе, что нам следует идти за капитаном Тэтчем. И чем быстрее, тем лучше.       Мы уже обсуждали это, так что Эдвард в курсе, что может произойти, если медлить или не слушать меня. Я так ни разу не разговаривала с капитаном Тэтчем лично (и слава Богу, этот мужик внушает мне только благоговейный ужас), но мне очень не хотелось, чтобы он погиб. Потому что он очень колоритный персонаж, без которого Чёрный флаг не был бы таким интересным и потому что он, в конце концов, дорог Эдварду. Если эти своенравные пираты вообще в состоянии признать, что простые человеческие чувства им не чужды.       Он, поразмыслив, кивнул светловолосой головой, всё ещё смотря на меня, а потом, будто бы по щелчку, его взгляд полностью прояснился и капитан Галки сощурил глаза, наклоняя голову к плечу.       - Почему ты постоянно зовёшь Тэтча «капитаном»?       Сначала мне пришлось вспомнить все те разы, что я говорила или думала об Чёрной бороде, чтобы поймать себя на том, что даже в голове чаще всего говорю «капитан Тэтч» вместо всех других возможных вариантов. Осознав это, я непроизвольно выгнула губы радугой, размышляя, но так и не смогла найти ответ.       - Я не знаю, - пожала я плечами, а потом вдруг не сдержала широкой усмешки, - но, если ты хочешь, чтобы я и тебя звала «капитаном», тебе стоит только попросить.       Прежде чем подняться на ноги, отставить так и не тронутую бутылку на столе и выйти на улицу, Эдвард закатил глаза.

***

      Один из моих одногруппников всегда очень эмоционально кричал «Не каркай!», когда кто-нибудь что-нибудь загадывал наперёд, особенно перед сессией; и это всегда меня скорее забавляло, нежели останавливало, но прямо сейчас, прибиваемая к борту Галки нескончаемым потоком небесной воды, я хотела вернуться во времени и попросить себя заткнуть хлебало. Нужно было наслаждаться ясной погодой, пока была такая возможность.       Стоило нам только оставить Инагуа за кормой, покидая уже обжитую обитель, как небеса разверзлись, посылая на нас бесконечные дожди. Прошло уже несколько дней, как мы не видели солнца, а в трюме, не смотря на все потуги ребят не допускать попадания внутрь корабля воды и ежедневную её откачку, по полу стелился стабильный полусантиметровый слой воды.       Всё вокруг, включая воздух, кровать, волосы, паруса было сырым и не собиралось высыхать просто за неимением такой возможности.       Мне хотелось выть волком, потому что даже рядовое плавание после длительной стоянки в уюте было для меня пыткой, а тут ещё и такая подстава, из которой не было выхода. Вся команда в целом относилась к этому скорее с недовольным цоканьем, нежели как к катастрофе, чем вся эта ситуация и являлась! Я даже не пыталась сделать вид, что всё нормально, капризничая и ноя о своей нелёгкой судьбинушке всем, кому не лень, в том числе удивительно-понимающему Годфри, который с самого начала не дал ни единого повода подумать, что у него есть хоть капля терпения послушать болтливую бабу. Именно об его немного рыжую, в половину ирландскую голову Вэйн разбил гитару на Инагуа, когда тот продолжал говорить, не напрягая себя мыслительным процессом. В целом парень был очень мутный и те разы, когда я не хотела бурчать, я старалась обходить его стороной. Больно странная улыбка появлялась у него на лице, стоило только мне попасть в его поле зрения.       Но, как бы плохо мне не было из-за сочетания дождя и холодного ветра, мы стремительно двигались вперёд, разрезая волны носом и, слава всей божественным силам, так ни разу не встретившись с торнадо. Этого я бы не пережила и моё бедное сердечко остановилось бы в тот же миг.       По ночам было холоднее, чем можно было представить и даже то, что я, по идеи, должна была набраться тепла до самой старости за то время, что провела под карибским солнцем, нисколечки не помогало. Я продолжала спать в кубрике, только с дополнительными одеялами от Скотти, которые, впрочем, никак не спасали меня ни от сырости, ни от холода.       Спустившись в трюм, я мрачной тучей проплыла между ребятами, проигнорировав замечание Тая по поводу капающей с меня воды и стремительно завернула в свой кубрик. Там я быстро сняла и выжала одежду, сразу же надевая её обратно, побыстрее сворачиваясь клубочком на своей неудобной кровати, отвернувшись к стене и мечтая не слышать надоевший звук дождя даже через сон. Я тогда уже скорее дремала, чем спала, когда почувствовала позади себя копошение и прикосновения к спине. Было сложно разобрать что именно происходит и происходит ли вообще что-то, но отчётливо ощутила, что к самому низу спины, где всего на пол сантиметра рубашка разъединилась с брюками, прикоснулось что-то. Сначала мне показалось, что это веточки или нитки из перины щекочут мне кожу, но потом соприкосновение стало отчётливо-нарочным и тёплым.       Я заворочалась на месте, но ощущение стало только настойчивее, и я сначала замычала, а потом забубнила себе под нос, даже не представляя, откуда это имя взялось у меня на губах:       - Эдвард… Отстань…       На несколько секунд прикосновение и в самом деле исчезло, и я почти нырнула обратно в царство Морфея, но потом совершенно неожиданно и чётко взялось ощущение чьей-то большущей руки у меня на боку. Я распахнула глаза, моментально просыпаясь до состояния боевой готовности и подпрыгнула на кровати, сбрасывая с себя чужие руки и, неловко брыкая ногами в воздухе, прижалась к стене спиной. В кубрике было темнее чем во всём трюме из-за маленького ограниченного пространства, а громкое храпение Варда, спящего в соседнем кубрике прямо за стенкой, закладывало уши, но в темноте передо мной как будто бы светилась чья-то пара глаз.       - Какого хрена?! – не беспокоясь разбудить остальных заорала я, поправляя руками задравшуюся рубашку и напряжённо всматриваясь в темноту, пытаясь выловить хотя бы очертания чужого лица. Горящие глаза вдруг растворились во мраке и неразборчивых, но знакомых очертаниях, которые для меня навсегда потеряют признаки безопасности.       - Ты чего орёшь? Всех перебудишь к чертям, - шикнул на меня голос из темноты, и его обладатель стремительно потянулся ко мне, словно бы вызывая своими движениями разводы темноты, как на глади воды. Оказавшись очень близко, почти на расстоянии ладони от моего лица, прямо перед моим носом выросли очертания небольшой кучерявой бородки и прямого носа, которые воображение сразу же дорисовало в полный портрет.       - Годфри, отвали! – Я со всей имеющейся у меня в теле силой откинула его загребущие руки от моих ног, едва не стуча зубами от злости или, возможно, холода. При попытке отодвинуться дальше я сильнее упёрлась в стену кубрика, почувствовав, как несколько щепок больно впиваются мне в лопатки, окончательно выметая из моей головы любые намёки на сон. Во рту стало сухо и кисло, а желудок будто бы завернулся в узел.       Парень коротко фыркнул себе под нос, по звукам встряхнув головой.       - Чего ты завелась? К тебе что ли только с деньгами? Не слишком ли много чести для бортовой шлюхи? – усмехнулся он, а в следующую секунду его пальцы грубо стиснули мои плечи, приближая моё лицо к нему так, что его дыхание ударило мне в ноздри.       - Я сказала тебе отвалить! – И резко дёрнулась вперёд, отталкивая его от себя ударом ладоней в грудь и по чистой случайности как следует прикладываясь лбом о его нос, только этой неожиданной болью заставляя его отшатнуться. Годфри застонал, громко вскрикивая и, грубо толкнув меня в плечо, завалился задом на пол. Я треснулась затылком о стену, но ничего не почувствовала, широко распахнутыми глазами глядя в темноту и пытаясь понять, что делает блядский ирландец, копошась и ругаясь перед моей кроватью.       - Ёбанная капитанская подстилка! – кинул он куда-то в противоположную от меня сторону, поднимаясь и, прежде чем уйти восвояси, налетая на дверной косяк плечом.       Галка тихо покачнулась, скрипнув сырой древесиной, а Вард за стеной громко всхрапнул и затих. Под потолком пошатнулся один из не горевших светильников, когда Годфри где-то в глубине трюма ещё раз громко выругался, запрыгивая в свой гамак, почти сразу же замолкая и оставляя меня в неожиданной тишине.       В тот вечер прекратился дождь.       И мой спокойный сон.

***

      Мы уже прошли Нассау, сделав небольшой крюк и обогнув Андреас-Айленд, чтобы лишний раз не натыкаться на британцев, день ото дня проживая старые добрые морские будни, когда солнце снова попыталось расплавить Галку вместе со всем экипажем, а Эдвард вдруг засветился энтузиазмом. Я с запозданием подумала, что главная причина этому в том, что море – его стихия, и что на корабле ему, возможно, было даже уютнее, чем мне на твёрдой земле. До того момента же, как я допёрла до этого, я успела больше тысячи раз проклясть этого белобрысого засранца, кривляясь каждой его улыбке или просто довольной роже.       Я почти не спала с той злополучной ситуации, минимум полночи настороженно прислушиваясь ко всем звукам вокруг моего кубрика, в конечном счёте, убегая на нос Галки, почти к самой фигурке птицы, и до самого утра подставляя лицо ветру. Разумеется, только не в те дни, когда на ночное дежурство оставался Годфри, даже при мимолётном взгляде на которого у меня во рту появлялся стойкий привкус тошноты.       Главная проблема плавания на корабле – невозможность сбежать с него.       - Мы увидим Абако по правому борту ещё до рассвета, - сказал Эдвард, кивнув на разложенную на столе в капитанской каюте карту, – а уже к вечеру, надеюсь, найдём Тэтча. Ты точно не знаешь, на каком именно берегу он высадился? – Взгляд, который он бросил на меня, был полон насмешки и чего-то вроде «неужели ты настолько бесполезна?», но я проигнорировала это, даже не поднимая головы.       - Он поблизости. – Я задумчиво обвела пальцем на карте россыпь суши вокруг Абако, где на любом из остовов Капитан Тэтч мог разбить лагерь, – и надо оказаться совсем тупым, чтобы не найти его в трёх соснах.       Возможно, это был первый раз, когда в разговоре с Эдвардом я говорила совершенно спокойно, без подколов, сарказма и прочего букета чувств, которые обычно вскипали у меня в крови, стоило только капитану Галки открыть рот в ответ. И он, казалось бы, всего на секунду, но опешил от подобной реплики, больше похожей на расчётливую пощёчину, хоть мне совсем не хотелось, чтобы это прозвучало так холодно. Я довольно часто огрызаюсь, если у меня плохое настроение или неудачный день, но говорить, словно рубишь топором – совсем другое дело.       Эдвард так и не нашёл что ответить, сразу же ретируясь из каюты на палубу, подальше от неловкой паузы, повисшей в воздухе, а я оказалась настолько вымотанной, что даже не проводила его взглядом. Бессонные ночи выкачали из меня все силы, а ещё в школе я где-то слышала, что бессонница может убить быстрее обезвоживания. Не хотелось бы проверить эту теорию на себе.       - Твоё дурное настроение как-то связано с разбитым носом Годфри? – спросил Адевале, впиваясь в меня внимательным взглядом. Я уже почти успела забыть, что он тоже здесь, поэтому немного вздрогнула от его голоса достаточно близко, почувствовав неприятных холодок между лопаток. Каким-то магическим образом Аде удавалось оказываться в нужном месте и всё замечать, при этом оставаясь в тени.       И это никак не связано с тем, что он чернокожий, вы, гребанные расисты!       - Нет, - слишком резко ответила я, сразу же закусывая язык и зажмуриваясь, потому что выдала себя с головой и, что бы я не сказала дальше, возможно даже приводя веские аргументы, это ничего уже не поменяет. – С чего ты взял? – «Может быть, потому что мы на корабле в открытом море и всё, что здесь происходит, так или иначе, связано между собой?» - ответила я сама себе, а вслух произнесла только ещё одну глупость: – Просто скучаю по своей кровати на Инагуа. Она была не особенно удобнее здешней, но хотя бы не пахла водорослями.       Чтобы не чувствовать себя ещё большей дурой, я занялась неуместной уборкой, сразу же отворачиваясь к квартирмейстеру спиной. Бардак в капитанской каюте никак ко мне не относился и не особенно коробил, но перебирание разного хлама на столе давало призрачную надежду на то, что, когда я закончу, Адевале испариться куда-нибудь словно по волшебству.       Разумеется, он никуда не делся.       Квартирмейстер Галки покачал головой, приваливаясь плечом к ближайшей стене, словно бы помечая, что этого разговора мне никак не избежать, даже попытавшись смыться отсюда, даже сразу за борт.       - В самом начале тебе повезло, в том смысле, что парни из команды повели себя достойно, но ждать подобного от кого-то вроде Годфри не стоит, - начал он, проигнорировав мои нелепые попытки уйти от темы. - Если он…       - Всё в порядке, - перебила его я, останавливая свои пальцы от перекладывания свёрнутых в тубусы карт с одной стороны стола на другую. Мне пришлось глубоко вздохнуть и устало потереть шею, чтобы собраться с силами и обернуться. Когда я встретилась с Адевале взглядом, он выглядел как обычно: внушительно, решительно и… мне просто захотелось попроситься к нему на ручки и немного повисеть там бесхребетной сосиской.       Я ненавижу чувствовать себя беспомощной, но именно это пробирало меня до костей: ощущение того, что, если вдруг Годфри снова попытается раздвинуть мои колени, я не смогу противостоять. Женская слабость в сравнении с мужской силой не так ярко бросается в глаза, когда ей не начинают мериться. Даже вынуждено.       - Мне не хотелось бы случайно задеть твои чувства, но ты должна знать, что любой из команды заступится за тебя, если это будет нужно. Или кто-нибудь посчитает это нужным. – Он красноречиво наклонил голову, а я снова вздохнула, разворачиваясь к Адевале полностью и опираясь о круглый стол поясницей, для устойчивости схватившись за край руками.       Не то, чтобы его слова не зашевелили у меня в животе рой бабочек-людоедов, просто он действительно задел моё чувство собственного достоинства. Я упорно не считала себя обузой или занозой в светловолосой заднице, так что защита от Годфри и его любвеобильных нападок была только моей проблемой, в которую я не собиралась вмешивать никого из ребят, ни, тем более, Эдварда и Адевале.       - Мне, конечно, чертовски приятно слышать подобные милости, но в самом деле не стоит. Что я, не справлюсь с каким-то рыжим придурком? – Я фыркнула себе под нос. - Все вы, парни, иногда думаете тем, что пониже живота, а не головой, - на пол тона тише пробурчала я, не обращая ни к кому конкретному.       Я постучала ногтем о край столешницы, вспоминая горящие в темноте глаза и на секунду представила, какими бессмысленными казались бы мои сопротивления, пойди всё по худшему сценарию. От этого по спине пробежали холодные мурашки и возникало желание сию секунду как следует помыть каждую клеточку кожи. Желательно и с внутренней стороны тоже.       А если Годфри видел, как я загорала голышом?       - Подобного мнения придерживаются все женщины? – подал голос Адевале уже с почти весёлой усмешкой на пухлых губах. Он немного задорно посматривал на меня исподлобья, так что я сама поджала губы, сдерживая улыбку.       - Только не говори мне, что до этого дня никакая пьяненькая девица тебе на это не жаловалась, - усмехнулась я, прикрывая ноющие от недосыпа глаза и аккуратно почёсывая нижнее веко пальцем. Это принесло облегчение только на какие-то ничтожные несколько секунд. - Каждая девушка, хоть и на немного, но болтушка, особенно когда выпьет. А мужчины у нас во все времена были излюбленной темой.       Адевале тихо и странно хохотнул, прежде чем произнести фразу, как ответную оплеуху за грубость Эдварду:       - Женщин с моим цветом кожи больше беспокоят другие проблемы, а белые стараются избегать моей компании.       Я сразу же распахнула глаза, удивлённо уставившись на своего собеседника, так и замерев с рукой на уровне лица.       Довольно редко, но я хотела потрогать чёрные полоски на его щеках, уточнить по поводу переносимости жары, сравнить наши руки по цвету, учитывая мой удивительный загар, а ещё попробовать сделать пару селфи и проверить, так ли сложно на самом деле поймать нужный свет. Я часто порю глупости, но за всё это прямо сейчас мне реально стало стыдно. Всё это вдруг показалось мне таким лицемерным, что захотелось плюнуть самой себе в лицо.       Бог знает, как много Адевале пришлось пережить прежде, чем он оказался на Галке, а затем и в Братстве.       - Извини, - выпалила я, неловко обводя своё лицо ладонью, но сразу же убирала руку, посчитав этот жест слишком неуважительным. - Я иногда забываю, что это имеет значение.       - Ничего, - кивнул квартирмейстер, совсем не выглядя обиженным. – У тебя на родине нет рабства?       - Может и есть, - пожала я плечами, рассматривая ковёр на полу и нуждающиеся в экстренном педикюре свои ноги. – У нас это незаконно.       - Если так, хотелось бы туда попасть, - проговорил Адевале, отлипая от стены. Он поправил ремень на своей груди, а я только задумчиво за этим наблюдала.       Как там, интересно, дела в моём мире? Время замерло или продолжает идти дальше своим чередом? Меня считают пропавшей без вести и ищут сломя голову, или уже похоронили пустой гроб? А если так, горюет ли мама? Папа же не начал снова пить? Девчонки нашли новую соседку, чтобы потянуть квартплату? Кому достался мой компьютер? Девчонки растащили мои вещи, как мы и условились в случае смерти одной из нас? Что я буду делать с универом, когда вернусь обратно спустя столько времени отсутствия?       Вернусь ли я вообще обратно?       - Да уж, - пробубнила я, наклоняя голову к плечу и бесцельно обводя каюту взглядом, - мне тоже.       И лучшее, что мог и сделал Адевале – это не стал задавать лишних вопросов. Примерно по этой причине он был лучшей частью Галки и всего плавания в целом.       - И всё же, - снова заговорил он, стоя уже у дверей на палубу, - если потребуется помощь, тебе следует только попросить.       Яркое солнце из открывшегося дверного проёма на секунду ослепило меня, но я всё равно стремительно и с улыбкой вышла навстречу ветру, прячась от особо сильных порывов за широкими плечами Адевале.

***

      Я подтянула повыше сползающие штаны, поясом в которых служила бандана, которая, впрочем, никак не помогала. Я снова притворялась костлявым малолетним пацаном, чтобы никто из команды капитана Тэтча, и он сам в том числе, не заподозрил ничего подозрительного.       Я, всё-таки, смогла упросить Адевале дать мне подзорную трубу и в неё рассмотрела причалившую к берегу Месть королевы Анны, вокруг которой кипела бурная деятельность. Всё выглядело так, словно бы Чёрная борода только-только высадился и теперь обживал дикий пляж для пиратской тусовки. И чем ближе мы подходили, тем правдоподобнее казалось мне моё предположение: то и дело кто-нибудь из команды Тэтча перетаскивал коробки с борта корабля на землю, другие кучками сооружали помосты тут и там, кричали друг на друга и некоторые втихомолку открыли пару бутылок горячительного, шкерясь от Чёрной Бороды как малолетки от бати.       А самое удивительное – нигде не было видно Бродяги. Другими словами, мы припёрлись сюда раньше Вэйна.       - Что опять за маскарад? – как бы между прочем поинтересовался Эдвард, не отрывая взгляд от маячащих впереди островов. После того, не самого приятного, разговора мне даже показалось, что он немного меня побаиваться, но потом я вспомнила с кем имею дело. Скорее всего, он просто ощупывает почву.       - Всё ещё не хотелось бы мозолить капитану Тэтчу глаза, - отозвалась я, стараясь сделать непринуждённый вид и с наигранной заинтересованностью осматриваясь кругом, специально избегая голубого взгляда. Извиняться за грубость я точно не собираюсь, так что просто как обычно сделаю вид, словно ничего не произошло.       Как будто бы соглашаясь с моими мыслями, Эдвард согласно кивнул щетинистым подбородком и схватился за руль второй рукой, давая ребятам приказ подбирать паруса. Мы уже подходили к суше, и пора было готовиться причалить. На борту, как всегда происходило в такие моменты, поднялась небольшая суета, а команда забегала по борту туда-сюда, создавая некое подобие муравейника. Я спокойно наблюдала за ними, чувствуя очень нехорошее, но приятное чувство справедливости, когда один из сырых концов трепыхнулся на ветру и врезал Годфри по роже, где на переносице отчётливо виднелась поперечная линия, оставленная моей деревянной головой.       Впрочем, моё ликование пропало так же быстро, как и появилось, прямо в тот самый момент, как холодная игла льдистого взгляда Эдварда ткнулась мне в ухо. Я сразу же обернулась на него через плечо, замечая вопросительно выгнутую бровь и явную заинтересованность в глазах.       - Что? – сразу же бросила я, принимая позицию «лучшая защита – это нападение» и не прогадала, так как уже через мгновение Эдвард помотал головой и крикнул некоторым конкретным ребятам сделать что-то ещё.       Я очень сильно сомневаюсь, что Адевале рассказал ему о моей неприятной ситуации, потому что, на мой взгляд, это очень не похоже на нашего квартирмейстера. Но я так же не думаю, что Эдвард оказался настолько слеп, чтобы не заметить некоторые очевидные вещи, такие как, например, довольно резкая смена настроения на борту. В целом всё было по-прежнему, но иногда парни начинали вести себя странно: соседний моему кубрик больше никогда не пустовал, а в одну ночь я обнаружила Майка, спящего прямо на полу, головой у меня на пороге, громко сопящего в обе дырочки во сне.       И знаете, я была благодарна парням за это – я ни на секунду не переставала чувствовать их присутствия, а от этого никогда не ощущала себя в одиночестве, один на один с Годфри.       Переполненная трогательным чувством, от которого в пору расплакаться, я только и успела почти кубарем скатиться по лестнице с капитанского мостика на палубу, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, как с берега кто-то громко свистнул, а после почти неразборчиво заорал голосом капитана Тэтча, прокатившегося по воде как болид Формулы-1:       - Разрази меня гром, Эдвард! Как ты меня нашёл?       - У твоей посудины такой огромный зад, что её видно из самой Англии! – громко загорланил Эдвард в ответ, широко улыбаясь белозубым ртом. И да, игровые странности, на подобие странно текущего времени, никуда не делись.       Некоторые из ребят тихо посмеялись себе под нос вместе с Эдвардом, но быстро затихли, не отрываясь от своих занятий. Видимо, запереживали, что капитан Тэтч может услышать и не одобрить подобное поведение со стороны матросни. Знаете, не у меня одной от этого пирата начинали трястись поджилки, а значит все мои переживания были совершенно не беспочвенными. Чарли, например, только от звука его голоса побледнел на пару тонов, так что я не смогла удержаться от того, чтобы одобряюще похлопать ему по плечу, пусть от подобного жеста парнишка не пришёл в восторг. Своим не-трогай-меня-а-то-получишь он напоминал мне Коннора, даже мамы которого ещё нет в помине.       Пираты не стали ждать, когда Галка причалит к берегу, а так и продолжили орать друг другу всякие пиратские колкости, не несущие в себе особенного смысла. Возможно, дело было в том, что кругом куча народу, которого волновать не должны дела двух очень непохожих друг на друга Эдвардов, которым на самом деле есть о чём поговорить.       Но, знаете, как только мы опустили трап, капитан Тэтч куда-то испарился, разговор на время прекратился, а Кенуэй даже не торопился на сушу, разговаривая о чём-то с Адевале и стоящим рядом Деном. Ох, уж мне эта мужская логика…       А они ещё что-то про женскую заикаются!       Чтобы не вызывать подозрений, я помогала ребятами по мелочи, которую они мне доверяли, потому что все мы прекрасно знаем, насколько бесполезной я могу быть на корабле, поэтому большую часть времени я просто топталась на месте без дела, осматриваясь по сторонам. Чуть в стороне была крошечная деревенька из небольшой кучки вполне приличных домов и, как я поняла, примерно половину населения составляли портовые шлюхи. Некоторые особенно загребущие дамы уже прибрали к рукам пиратов, среди которых я без всякого труда заметила рыжую голову Годфри. Впрочем, это никак меня не удивило, учитывая, какой этот ирландец на самом деле у…       - Эй, Джек, притащи доски, которые опёрты на мачту!       - Да, сейчас принесу!       Я не уверена, как именно мне стоит назвать это чувство, но я резко обернулась, сразу же находя источник второго голоса глазами и зацепилась за его полу лысую голову взглядом, словно волк, вцепившийся в кролика. Вы должны представить, как давно я играла в Чёрный Флаг и как мало было экранного времени у того горе-шпиона, который, в конечном счёте, привёл британцев сюда, чтобы убить капитана Тэтча, но, бля буду, это был он! В непонятной поношенной рубашке дурацкого то ли грязно-малинового, то ли сего-фиолетового цвета, с острыми чертами лица, словно бы наспех подпоясанный каким-то кусом светлой ткани…       Чёрт меня возьми, это он!       - Эдвард! – воскликнула я слишком громко, сразу же прикусывая язык и не глядя хватая проходящего мимо меня пирата за шершавую ладонь. Британский шпион, тем не менее, ничего не услышал, а взвалил себе на плечо несколько длинных брёвен и, внимательно глядя под ноги, понёс их кому-то из команды.       - Чего тебе? – недовольно спросил у меня Эдвард, забирая из моих пальцев свою руку, но я сразу же перехватилась на запястье, не давая пирату свалить. Мне потребовалось некоторое усилие, чтобы оторвать от шпиона взгляд и перевести его на стоящего, как оказалось, слишком близко Эдварда, вопросительно изогнувшего белёсую бровь, как он делал всегда.       - Мне кажется, это британский шпион, который приведёт сюда британцев, - зашептала я заговорщицким полушёпотом, даже не подумывая отстраниться, хоть мы с Эдвардом стояли достаточно близко, чтобы я обняла его, повиснув у него на шее как коала на дереве, чего делать я, разумеется, не собиралась ни при каких условиях. И меня даже не волновало, что я была одета под мальчишку и с каждой секундой делала всю эту ситуацию ещё компрометирующие.       - Тебе… «кажется»? – недоверчиво уточнил капитан Галки, наклоняя голову к плечу.       За последнее время его волосы здорово отросли, так что теперь более короткие пряди не свисали на лицо, а были целиком забраны на затылке, открывая полный всесторонний обзор на загорелое лицо. И я не собираюсь оправдываться тому, что его скулы, при близком рассмотрении, показались мне очень даже ничего.       - Я почти уверена, - немного потерянно кивнула я, почти с усилием заставляя себя смотреть только в голубые глаза.       И да, чёрт возьми, мне хотелось рассмотреть его повнимательнее - вдруг всё это время я упускала что-то интересное?       - «Почти»? – переспросил Эдвард, опаляя моё лицо горячим дыханием, пахнущего сухарями и мясом, которыми мы обедали сегодня.       - Ты так бесишь меня! – процедила я через зубы, корча недовольную рожу и встряхивая пирата за руку, чтобы тот заткнулся и не тратил драгоценное время на тупые вопросы. А заодно и себя заставить взять себя в руки. – Ты прекрасно знаешь, что случиться, если мы опоздаем. И, как по мне, лучше напугать до усрачки одного невиновного, если я не права, чем бездействовать и дать бриташкам прикончить капитана Тэтча.       Аргумент был убедителен и холодный оценивающий взгляд я выдержала на отлично, так что не было ничего удивительного в том, что через несколько секунд уже мрачный Эдвард отвёл от меня взгляд, просто спрашивая:       - Который?       - С залысиной, - мотнула я подбородком в его сторону, как ребёнок дёргая Эдварда за рукав, в который ещё крепче вцепилась пальцами.       Шпионишка как раз сбросил доски с плеча рядом с товарищем, с трудом выпрямляясь, как если бы у него побаливала поясница, и потянулся, запрокинув голову. Эдвард зацепился за него взглядом, мимоходом оборачиваясь ко мне, а потом-таки забрал у меня свою руку и мрачной поступью направился на берег, пытаясь, кажется, взглядом отпилить британской крысе ноги. Тот, словно бы почувствовав это, повернул голову в нашу сторону, сразу же натыкаясь на сурово топающего к нему Эдварда. И, знаете, я могу понять, почему он, давая себе всего секунду на раздумья, начал уносить ноги: Эдвард мог смотреть так, что проще самому закопаться, чем ждать, когда он приблизиться.       Капитан Галки выругался, с силой отталкиваясь от песка сапогами и с ходу набирая невероятную скорость широкими шагами, стрелой кидаясь вдогонку, как в Голливудских фильмах преодолевая все препятствия на пути с грацией какой-нибудь здоровенной хищной кошки.       - Что произошло? – неожиданно спросил рядом со мной голос Адевале, а уже через мгновение его широкоплечая фигура загородила от меня апельсинового цвета лучи заходящего солнца, как стекло солнцезащитных очков.       И это снова никак не относиться к цвету его кожи, хреновы расисты!       - Эдвард побежал за британским шпионом. Я надеюсь.       Я уже говорила, что готова расцеловать нашего квартирмейстера за привычку не задавать лишних вопросов?

***

      - Я не в чём не виноват, клянусь! Вы ошиблись!       Не прошло и пяти минут, как Эдвард исчез из поля моего зрения, а уже шёл обратно, таща за собой шпиона, накрутив на кулак его шарф. Мужик спотыкался через шаг, обливаясь потом и крутя выпученными глазами в разные стороны, как глазастый хамелеон. Я согласилась помочь Скотти разобраться с прогнившим от дождя тряпьём, на которое не было времени до этого, так что чуть не отхватила леща, намылившись свалить, чтобы рассмотреть больше подробностей. Судя по звукам шагов двух пар ног, одни из которых вот-вот намеревались начать просто тащится по песку за вторыми, Эдвард целенаправленно вёл куда-то шпиона-неудачника. И мне должно было хватить ума, чтобы догадаться куда, но я поняла это, только когда Тэтч с едва заметно заплетающимся языком воскликнул:       - Что случилось, Кенуэй?       - Схватил убегающую крысу. – За этим последовал шлепок о песок и копошение, так что я предположила, что Эдвард швырнул мужика к ногам Чёрной бороды. – Похоже, у тебя на борту был британский шпион.       - Нет, это не так! – взвизгнул шпионишка, но я даже со своего места ему не поверила. И это не предвзятое отношение, нет!       - Чего тогда принялся удирать? Я лишь хотел потолковать.       - Я… Просто…       Всё. Парень посыпался, как я на экзамене по экономике. Он на крючке. Поздняк метаться. Я могу продолжать хоть целый день, но факт остаётся фактом – я была права!       - Так ты, значит, пробрался на мой корабль, чтобы шпионить за мной для краснопузов? – Голос капитана Тэтча прозвучал так угрожающе, что у меня по коже побежали мурашки и срочно захотелось посмотреть, что он будет делать с этим мужиком.       Я сразу же вскочила на ноги, бросая всё, что держала в руках, в обратную кучу и уже собиралась рвануть на палубу, но Скотти схватил меня за локоть. Я по девичьи отбилась от него ладошками, устраивая небольшую драку в стиле детских мультиков от Дисней и побежала наверх, игнорируя как громко Скотти зовёт меня по имени. Я как истинный ассасин застыла на верхних ступеньках, пригибаясь к полу, прекрасно видя Эдварда и капитана Тэтча на возвышенности повыше берега, склонившихся над сидящем на песке мужичком, на котором уже не было лица. Он трясся как осиновый лист на ветру и мне вдруг подумалось: «а что, если я ошиблась, и они сейчас изобьют невиновного». Но «невиновный» заговорил раньше, чем я совершила глупость вроде выскочить к ним и начать заступаться за левого мужика.       - Пожалуйста! Я всё расскажу, только не убивайте! – заорал горе-шпион, смотря то на одного Эдварда, то на другого. - Меня заставили! Британцы угрожали мне и моей семье смертью, если я не буду выполнять их приказы! Они готовят засаду, планировали дождаться, когда мы осядем здесь, чтобы окружить остров и начать обстреливать его из пушек! Клянусь вам, так всё и будет! Вы ещё успеете уйти! Только пощадите меня – у меня дети!       - Вот сучёныш, - буркнула я себе под нос, отодвигаясь немного в сторону, чтобы Скотти уместился рядом. Любопытство не порок. – Какие истории сочиняет!       - Адские отребья! – рявкнул басом Чёрная борода, с силой пнув деревяшку, валяющуюся рядом со шпионом, так что тот чуть не наделал в штаны от страха, что достанется его заднице, а не палке.       - Они придут от Нассау, так что уходите западнее, к Флориде, а оттуда…       Быстрым движением капитан Тэтч выхватил из нагрудной кобуры один из своих длинноствольных пистолетов, и я только краем глаза успела заметить, как он закатил глаза к кустистым черным бровям, прежде чем не глядя навести дуло и нажать на курок. Оглушительный выстрел прокатился над землёй, врезаясь в мои барабанные перепонки усиленный от воды, а потом тело шпиона рухнуло на песок как мешок картошки. Эдвард отскочил на пару шагов, но несколько красных брызгав попали на белые полы его ассасинской робы. И это вызвало на его лице только брезгливое недовольство, от чего у меня неожиданно скрутило живот.       К горлу подступила тошнота и я поспешила отвернуться, непроизвольно начиная считать доски в стене трюма, напротив лестницы, на которой мы сейчас сидели.       - Ты в порядке? – учтиво поинтересовался у меня Скотти шёпотом, наклоняясь к моему плечу.       Я с горем пополам могла стерпеть убитых акул и китов на борту Галки ради наживы, но к убийству людей ещё не была готова. Подобное на экране и вне зоны видимости за стенкой – никак не подготовило меня к этому, так что реальность почти физически больно ударила меня по голове.       - Я в норме, - с запозданием отозвалась я, выдавливая из себя неубедительную улыбку одним уголком губ и заставляя себя повернуться обратно. Тэтч расхаживал перед Эдвардом туда-сюда, поднимая сапогами небольшие облачка пыли, грозно и совсем не комично уткнув кулаки в бока.       - Тэтч, нужно успокоиться, – примирительно проговорил Эдвард, складывая руки на груди. – Нельзя рваться в бой сломя голову, когда мы не знаем где и сколько томми нас поджидают.       Я, похоже, успела пропустить пару реплик, но предельно напряжённое сознание быстро вытолкнуло для меня догадку, что Чёрная борода собрался отыскать этих британцев и расстрелять из орудий Мести королевы Анны ко всем чертям. А, как я помнила по игре, этот корабль больно кусается.       - Ты слышал этого ублюдка, Кенуэй?! – Он отрывистым движением махнул рукой на тело на песке, от которого я старательно отводила глаза. - Они собирались дождаться, когда мы потеряем бдительность и перебить нас всех исподтишка! – выплюнул Тэтч, останавливаясь перед Эдвардом и почти нависая над ним, хотя, впрочем, капитана Галки это нисколько не волновало, пусть на его месте любой другой уже отбросил коньки от страха.       - Я слышал всё, что он сказал, Тэтч, поэтому и считаю, что нам надо затаиться. Ты же собирался отойти от дел, а теперь так просто передумал? – Тэтч отступил, переставая давить на Эдварда авторитетом, когда понял, что в его словах есть здравый смысл. Я даже со своего места чувствовала, как Чёрная борода борется сам с собой в желании послать белобрысого пирата куда подальше и рвануть в поисках вообще любых британцев, чтобы как следует пнуть их под зад. – У меня есть убежище на Большом Инагуа, пойдём туда. Затаимся там и отпразднуем отставку славного капитана Эдварда Тэтча.       Чёрная борода был не в восторге от этого плана, но, немного мрачно помолчав, пока, видимо, раскидывал мозгами, всё же крикнул своим ребятам:       - Бросайте эти чёртовы доски, парни! Собираемся и уходим!       Около половины народу, точно как и мы со Скотти, всё это время притаившись наблюдали за неожиданно разыгравшийся миниатюрой «спокойный и злой пират», поэтому, как только Тэтч обогнул Эдварда, направляясь на Месть королевы Анны, матросы резво зашевелились, разбегаясь в разные стороны и имитируя бурную деятельность. Никто не стал возмущаться тому, что пришлось в спешке собираться, когда они даже не успели расположиться, потому что уж точно никто не собирался устраивать разборки со злым как чёрт Тэтчем, который заперся в своей капитанской каюте, громко хлопнув дверью.       Мы отчалили с последними лучами солнца, и я не могу сказать, что не расстроилась тому факту, что Годфри успел вернуться на Галку из деревни. Придуркам всегда везёт.       Месть королевы Анны стремительно шла немного впереди, разрезая перед крошечной по сравнению с ней Галкой волны с каким-то остервенеем, будто выражая весь спектр чувств своего капитана. У Тэтча был удивительный нрав, если задуматься, но ведь в этом не было ничего удивительного – простой человек не попал бы в историю. И пусть я чувствовала что-то наподобие отвращения к Тэтчу (и совсем немного к Эдварду), где-то глубоко-глубоко в душе я уважала этого пирата.       - Я, наверное, должен поблагодарить тебя, - как бы невзначай начал Эдвард, поворачивая ко мне голову, но сразу же возвращая взгляд на корму Мести, готовой в любую секунду затеряться в ночной темноте.       Я неоднозначно хмыкнула себе под нос, потому что пусть белобрысый не думает, что я не заметила, что он начал этот разговор только после того, как Адевале оставил нас на капитанском мостике наедине.       - Пока рано для этого: вот дойдём до Инагуа в целости и можешь начать рассыпаться в благодарностях, - непринуждённо ответила я, опираясь бедром на перила, чтобы сделать вид, что присматриваюсь к, местами неровно отломанным, ногтям, от вида которых у меня на душе заскреблись кошки. Мне срочно нужна была пилочка или хотя бы маникюрные ножнички, если уж Золотой век пиратства лишает меня радости выщипывания бровей.       Почему я вообще ещё не начала биться в истерике из-за всего этого дерьма?       - О, неужели? – Эдвард рассмеялся и от этого у него в уголках глаз появились крохотные, почти незаметные морщинки. Ночь была удивительно светлой, и я смогла бы рассмотреть их даже без тусклых фонарей, горящих вдоль борта. – Не много ли ты на себя берёшь? Я ещё не решил, стоит ли тебя благодарить за помощь, после стольких-то принесённых тобой проблем.       - Ах, ты… - Мой идеально подобранный эпитет был прерван звуком пушечного залпа, который издала совершенно точно не Галка, но и рядом с бортом Мести не образовалось пороховое облако.       - По левому борту, сэр! – крикнул голос с верхушки мачты, где в гнезде сегодня сидел Тай. Я поспешила повернуться в указанную сторону, хватаясь рукой за перила, хоть ничего ещё не произошло, но в следующую секунду немного левее кормы Мести и носа Галки в воду с громкими характерными ударами начали сыпаться пущенные в нас ядра, не долетев буквально пары метров. Эдвард резко вильнул вправо, но поднятые снарядом брызги всё равно окатили не успевших отскочить подальше от борта Джона и Чаки водой. – Линейный корабль! Под британским флагом!       И тут мне стало совсем не до шуток или наглых засранцев. Из-за высокого клока земли, усеянного деревьями, медленно выплывала огромная махина, даже издалека казавшаяся слишком внушительной, даже по сравнению с и без того не маленькой Местью королевы Анны, продолжающей идти строго вперёд. Над тремя (!) рядами отсеков для пушек по борту висели как минимум в два раза больше огней, чем на Галке, да и белых парусов на трёх высоких мачтах было столько, что не сосчитать. В игре этот корабль показался мне здоровенным только при абордаже, в реальности же он оказался очень стрёмным, в том смысле, что нам придётся против него сражаться.       - Это томми! – На капитанском мостике как по волшебству появился Адевале, занимая привычную позицию по правую руку от Эдварда, который перехватил руки на руле пошире.       - Наверное те самые, что шли за Тэтчем, - предположил он, крича ребятам прибавить ход.       - Мне кажется или Месть поворачивает к ним? – вклинилась я в разговор, прерывая возможную дискуссию на тему что нам следует предпринять. Тёмный корабль перед нами и в самом деле начал разворачиваться носом прямо на ту здоровенную чертовщину, довольно ловко для такого огромного сооружения, на мой взгляд.       - Чёрт, Тэтч! – злостно выкрикнул Эдвард, как если бы Чёрная борода мог его услышать.       - Если он поднимется на борт этой здоровенной посудины – он не жилец, - напомнила я, оборачиваясь к Эдварду и на секунду встречаясь с его невесёлым взглядом. Можете сказать, что это был неподходящий момент, но лучше бы помнить о подобных вещах при принятии важных решений.       - Чёрт возьми! – снова рявкнул Эдвард, резко выкручивая баранку влево, так что Галка развернулась вслед за Местью королевы Анны. – Мы точно все пойдём на корм рыбам!       И мы рванули вслед за Тэтчем в бой, развязавшийся буквально через секунду, когда Месть пальнула носовыми пушками по мачте линейного корабля. Над водой послышался звон колокола, означающий, что британцы готовятся отвечать нам из всех орудий, которые только имеются на борту. Я ужасно нервничала, вцепившись мёртвой хваткой в перила и, кажется, пытаясь ногами выровнять крен, когда Галка начинала качаться из стороны в сторону на волнах, созданных кораблём противника.       Мы и Тэтч кружились вокруг британцев как мамка и ребёнок акулы, шарахая по высоким бортам с бортовых орудий и только чудом уворачиваясь от вражеских залпов, лавируя и вечно меняя скорость. Честно сказать, было очень ссыкотно. И я не знаю зачем оставалась на борту, а не спустилась как обычно в трюм, но просто я чувствовала, что настало время принимать реальность грудью. Домогательства и убийства были настоящими, и им стоило случиться хотя бы для того, чтобы я поняла, что от этого никуда не деться. И, пусть я всё ещё была бесполезна, принятие – тоже шаг.       Не знаю, сколько времени прошло и сколько раз Эдвард успел заорать «залп!», но в один момент средняя мачта линейного медленно, почти как в замедленной съёмке, завалилась в сторону, чуть не накрыв Месть и зацепив по дороге мачту поменьше, которая вслед за ней грохнулась в воду. На борту у британцев тут и там виднелся огонь, освещая округу получше фонарей на бортах, а также создавая достаточно света, чтобы заметить, что Месть стремительно приближается к нему. Мы всё время держались немного в стороне, чтобы было больше возможность уклониться от вражеских залпов, так что, с каким бы остервенеем Эдвард не начал крутить баранку, мы бы не успели на перехват. Я уже, кажется, приняла, что мой план снова не сработал, но из ночной темноты откуда не возьмись появился ещё один корабль. И пока он обстреливал линейный, так что тот начал медленно тонуть, я смогла рассмотреть в рыжем свете пламени кучу белёсых костей, которые устрашающе украшали нос и борта.       - Это Вэйн?! – конкретно прихерев спросила я слишком громко, но никто не стал делать мне замечания.

***

      Уже рассветало, когда Тэтч и Вэйн перестали ораться по поводу того, зачем второй потопил линейный и не дал Чёрной бороде взять их на абордаж. Три наших корабля стояли у какого-то ближайшего островка без цивилизации, чтобы перевести дух после ночной бойни и немного поспорить. Мне казалось, что эти двое сейчас кинутся друг на друга с кулаками, но рядом стоял Эдвард, так что, если это случится, было кому разобраться. Мы с Чарли по обыкновению убирались на борту, помогая другим чинить некоторые незначительные повреждения, так что весь разговор могла слышать не только я, поэтому и не считала это подслушивание позорным. Да и ничего нового я не услышала, не считает некоторых заковыристых ругательств: Эдвард рассказал Чарльзу, что они с Тэтчем собираются вернуться на Инагуа.       - Ты всё ещё ищешь Мудреца? – неожиданно поинтересовался Тэтч у Эдварда, когда пыл немного поутих.       - Да, - без энтузиазма отозвал капитан Галки, упирая руки в бока и осматриваясь по сторонам, как если бы здесь было что-то интересное.       - В том месяце я взял корабль, так там люди говорили, что некий Робертс ходит на «Принцессе». – Мне потребовалась доля секунды, чтобы понять, что что-то не так, а затем ещё мгновения для осознания, что это диалог из игры. И это было так странно! Словно бы скрипт сработал, только немного при других обстоятельствах, но избежать его было невозможно в любом случае. От этого ощущения по спине поползли мурашки. А ещё я попыталась представить себя в графике Чёрного Флага, но так ничего дельно и не вышло. – Попробуй проверить.       - «Принцесса»… - отозвался Эдвард. А затем, повернувшись к Тэтчу с небольшой улыбкой: - Спасибо.       Чёрная борода задумчиво кивнул в ответ, будто бы размышляя над чем-то, а после всё же добавил:       - Раз уж моя отставка не удалась, я помогу тебе. – Эдвард, кажется, точно так же, как и я, удивлённо вскинул бровь. Но не смотря на неожиданность, у меня от сердца отлегло, что катс сцена закончилась и персонажи снова зажили своей жизнью. – Помогу тебе разобраться с Мудрецом и уйду на заслуженный покой.       - Я не думаю, что сейчас подходящее время для начала спокойной жизни, - вклинился в разговор Вэйн, вытряхивая из своей трубки прокуренный табак. Тэтч повернулся к нему довольно резко, но от этого не менее пугающе.       - Я тоже так считаю, друг, - опередил Чёрную бороду Эдвард, – но я не в праве тебе указывать.       Эти слова резали по ушам хуже ножа, так что становилось не по себе. Это ведь снова реплика из игры, какого черта!       Вэйн покачал головой, но сдержался от пары комментариев, направившись обратно на борт Бродяги. А Тэтч сдержался от того, чтобы от души харкнуть на землю. Эдварда, кажется, всё это немало позабавило, так что он с усмешкой обогнул Чёрную бороду, направляясь к нам, чтобы тоже подняться на борт своего корабля. Не сказала бы, что была счастлива мысли снова вернуться на Инагуа, но я была.       - И кстати, Кенуэй, - окликнул Тэтч нашего капитана, когда тот был уже на середине трапа. – Это ты, конечно, славно придумал… - Я уже собиралась спуститься в трюм, так что видела только, как Эдвард непонимающе склоняет голову к плечу. – Но таскать с собой в плавание свою бабу… - И расхохотался.       Я замерла, удивлённо уставившись на смотрящего на меня Майка, когда осознание того, что это он обо мне треснуло меня по макушке. Все ребята, стоящие в трюме и слышащие Тэтча, сразу же обернулись на меня, хлопая глазами.       - Да какого чёрта каждая душа на Карибах думает, что я с ним сплю?! – воскликнула я, всплеснув руками. Ден, с парочкой длинных гвоздей и молотком в руках, уже открыл рот, чтобы невозмутимо что-то мне ответить, но я прервала его взмахом руки: - Нет! Не отвечай! Это был риторический вопрос и ответ слышать я не хочу!       И, громко топая ногами от возмущения, ушла в свой кубрик под тихий всеобщий смех. Чёртовы пираты!