Colors

— О боже, что на тебе надето? — мой сосед по комнате, Джастин, усмехнулся, заходя в нашу комнату. Я нахмурился и посмотрел на свою одежду. Я был одет в сравнительно простые узкие джинсы и фиолетовую футболку в паре с горчично-желтым кардиганом. — Что в этом плохого? — заныл я, немного надувшись. Мне, например, очень нравился этот кардиган. Он такой большой, и теплый, и пушистый. Кроме того, желтый и фиолетовый сочетаемые цвета, так что они хорошо смотрятся вместе. — Да так, ничего… — вздохнул Джастин, прекращая спор. — Ты готов идти или нет? — Да! — защебетал я. — Дай я кеды надену. Я пошел, чтобы найти мои нормальные черные кеды, но по какой-то причине я смог найти только один из них. Я посмотрел около двери, и под кроватью, и даже в туалете, но мне до сих пор не удалось найти его пару. — Что теперь? — спросил Джастин. — Мне не хватает моего второго ботинка, — сказал я, проверяя под кроватью. Я уже проверял там или нет? Я не знаю. — Черт. — Просто возьми еще одну пару обуви, давай быстрее, — он вздохнул. — Чувак, ты сказал, что будешь готов к тому времени, когда я вернусь. — Я знаю, знаю! Прости, — сказал я, открывая дверь шкафа и просто вытаскивая первую пару обуви, которую я смог найти. Ей оказались ярко-красные конверсы, но это нормально. Это просто значило, что у меня было два из трех сочетаемых цветов в моем наряде. Если я переоденусь в синий… — Келлин, — Джастин нетерпеливо застонал. Я мотнул головой, избавляясь от мысли, и просто надел красные кеды. Мой наряд должен смотреться нормально и с ними. Когда я наконец нашел свои ботинки, я последовал за Джастином, и мы вышли из общежития и пошли по коридору. Мы направлялись на вечеринку, которую устроил кто-то, живущий вне кампуса. План был успеть на ночной автобус и проехать на нем пару остановок до места, где была вечеринка. Я думаю, что Джастин пытался подружиться с этими ребятами из братства, прежде чем началась неделя. Я действительно не заботился о всех братских вещах, но я знал, что это много значило для Джастина. Видимо его отец был частью этого, и если он не получит согласие, он будет опустошен. Я подружился с Джастином, когда мы были новичками в средней школе, так что я был достаточно осведомлен о его семейных традициях. — Ох, Джастин! — ахнул я, кое-что вспомнив, когда мы стояли рядом друг с другом у автобусной остановки. — Я забыл рассказать тебе о парне, которого я сегодня встретил! — Понравился, как просто парень… или как парень? — поинтересовался он. Я пожал плечами. — Я еще не знаю, в смысле, он был таким милым, — я стыдливо пожал плечами. — Он был хорошим, но я сомневаюсь, что все получится. Похоже он из тех, кто всем нравится, понимаешь? — Ну, я думаю, время покажет, — сказал он, показывая такую заинтересованность, какую только мог. Я кивнул ему, и к нашей остановке подъехал автобус. Вечеринка была в квартале отсюда, и от автобусной остановки надо было немного пройти. Даже прежде, чем мы добрались до квартиры, я услышал громкую музыку и удивился: как люди любят это, мирятся с этим. Я имею в виду, это был студенческий жилой комплекс, так что, вероятно, они просто привыкли к этому, но все же. Я знал, что мне это не нравится. — Ладно, значит, сначала мы пойдем на кухню, возьмем только пиво или ликер. Ничего фруктового, иначе эти парни не воспримут нас всерьез, — сказал Джастин, пропуская меня вперед, когда мы подошли. — Никаких газировочек? — спросил я, думая о напитке, который я пил на первой вечеринке, на которой мы были. По правде говоря, мне не нравился вкус пива. Я думаю это отвратительно. — Естественно, — подтвердил Джастин. — А что насчет крепкого лимонада или… ох! Что если у них есть клубничный? — взволнованно спросил я. Мне не нравился вкус, какой же тогда был смысл? — Келл, нет, — сказал он снова. Я вздохнул. — Ладно, хорошо, — сказал я. — Только для тебя. — Спасибо, я ценю это, правда, — заверил он меня, одаривая меня дружеской улыбкой, прежде чем мы, наконец, зашли внутрь. Помещение было небольшим и полным сигаретного дыма, но я думаю, это не было слишком плохо. Я последовал за Джастином на кухню, где был алкоголь, и он протянул мне пиво из холодильника. Я натянул улыбку и открыл банку. Он чокнулся с моей, а потом кивнул в сторону другой комнаты. Я принужденно отпил небольшой глоток напитка, когда мы шли в гостиную. Джастин подошел к двумя парням, приветливо поздоровался и пожал обоим руки. — Эй, чувак, рад что ты пришел, — сказал первый парень, ухмыляясь. Он был брюнетом, и у него странная прическа. У парня, что стоял рядом с ним, были черные волосы с белой полосой, и он стоял, скрестив руки на груди. Оба были одеты в эти странные братские футболки с китами на них. Я никогда не понимал, для чего это все. — А это мой сосед по комнате, Келлин, — сказал он, и парни повернулись ко мне и ухмыльнулись. Они не предлагали такого же рода приветствия, но я старался не думать об этом. — Привет, — бодро сказал я. — Отличное пиво. — Ты думаешь, что Натти Лайт — отличное пиво? — черноволосый парень хмыкнул, что меня смутило. Я изо всех сил пытался придумать правильный ответ. Блин. — Да! Или… нет? Может быть? — я пожал плечами. Я был так растерян. — Он имел в виду, как, лучший выбор, дешевый выбор! — сказал Джастин, пытаясь замять ту ошибку, которую я только что сделал. Затем он закинул руку мне на плечи и вывел меня из комнаты. — Что я сделал? — прошипел я. — Натти Лайт это дерьмовое пиво, Келлин, — сказал он тихим голосом. — Не стоит одобрять такой выбор, это странно. — Ох, я просто пытался быть милым, — сказал я, надувшись. — Я знаю, — сказал он, — просто… не говори о пиве, хорошо? Хм, я вернусь и поговорю с ними. Ты можешь просто… Он умолк, как будто он почувствовал себя неуютно оттого, что отвергает меня. И, хотя мне было стыдно за то, что я поставил его в такое положение, я улыбнулся. — Все нормально, продолжай, я развлекусь сам, — сказал я. Он поблагодарил меня перед тем, как отправиться снова на кухню. Я вздохнул и подошел к раковине. Я вылил напиток в раковину, физически не в состоянии больше пить его. Затем, я вернулся к одному из других холодильников и нашел крепкий лимонад, так что я просто взял его. Я думаю, если Джастин будет со своими друзьями из братства, то это не будет иметь значения. Я не знал никого на этой вечеринке, поэтому я уселся на один из барных стульев около стойки. Лимонад был хорошим, но я все еще чувствовал себя как-то не особо. Я действительно пытался быть приятным, но, думаю, я не всем нравился. — Это место занято? — услышал я чей-то вопрос. Я не думал ни о чем, поэтому я просто пожал плечами, не поднимая глаз. Мгновение спустя, я посмотрел налево, удивленно глядя на Вика, севшего рядом со мной. — Ты! — воскликнул я, не в силах сказать что-нибудь поумнее, чем это. — Да, я! — сказал он, пытаясь соответствовать моему восторгу. — Извини, напомни мне свое имя? — Келлин! — сказал я, перекрикивая музыку. Я вдруг забыл о Джастине и его друзьях, разговаривая с Виком. Он был действительно классным, и я не ожидал увидеть его здесь. — О, да, философия, так? — сказал он, улыбаясь. — Что ты здесь делаешь? — Мой сосед по комнате хочет влезть в какое-то братство, — я вздохнул. — И я думаю, он с ними сейчас разговаривает или что-то типа того. — И ты здесь сидишь один? — спросил он. — Что? Нет, я совершенно с другими друзьями, — соврал я, пытаясь одурачить Вика и заставить его думать, что я был крутым. — Келлин, я слепой, не тупой, — рассмеялся он. — Хочешь ненадолго выйти на улицу? — Хм, конечно? — сказал я, вскакивая со своего стула и подхватывая свой лимонад. Вик вышел за мной, и я заметил кое-что интересное: он был без своей трости, хотя я видел, как он использовал ее в тот день. Мы вышли на крыльцо здания и сели. Ночной воздух был намного приятнее, чем прокуренный и душный внутри. — Итак, что ты делаешь на этой вечеринке? — спросил я, не желая обижать его, спрашивая, где была его трость. — Я живу здесь, — сказал он. — Мой брат один из моих соседей по комнате и в этом же братстве, так что он всегда устраивает вечеринки. Я не против. — Ты с ними? — спросил я. Он просто рассмеялся. — О боже, нет, они все идиоты. Они хорошие парни, но они полные идиоты, — пояснил он, качая головой. — Я предполагаю, ты здесь тоже не для того, чтобы целовать их задницы, а? — Ох нет, не люблю быть подстилкой, — я пожал плечами. — Все в порядке. — Ты так говоришь, будто это плохо, — заметил Вик. Я просто пожал плечами и затем понял, что он не смог бы увидеть это. Упс. — Да, я не знаю, — сказал я. — Что с твоим тоном? Ты какой-то грустный, — сказал Вик, сразу же чувствуя это. Это немного напугало меня, потому что я не знал кого-либо, кто был бы так восприимчив. — Я не знаю, думаю, я просто пытался помочь своему другу и провалился в этом. Думаю, ему стыдно, — я вздохнул. — Ох, хорошо, я уверен, что ты не оплошал. К тому же, если он твой друг, он не будет париться по этому поводу, не так ли? — предложил Вик. Я смотрел на бетон передо мной, пытаясь думать, чтобы сказать что-нибудь. — Я понимаю. — Точно? — спросил я, смотря назад. — Да, ты любишь угождать людям, — пожал плечами он. Я нахмурился. — Что это значит? -спросил я, слабо защищаясь. Вик просто усмехнулся, и я понял, как я полюбил его смех. Он был замечательным, легким и беззаботным. — Тебе нравится делать других людей счастливыми, — сказал он. — Но это нормально, мы можем поговорить о чем-нибудь другом, если хочешь… так, какая у тебя специальность, Келлин? — Эм, художник, — смущенно сказал я, благодарный за то, что он сменил тему. — Мне нравится живопись и прочее. — Это замечательно, — сказал он, улыбаясь. Мне понравился этот ответ. Я привык к типичному заговариванию зубов, вроде «ой, и кем же ты потом будешь работать». Это было замечательное чувство — иметь кого-то, кто ценит тебя хоть немного. — А твоя? — Американский язык жестов! — он провозгласил, гордо ухмыляясь. Я открыл рот, чтобы прокомментировать: как он черт побери смог общаться на языке жестов, если он был слеп. — О-ох, ладно, — пробормотал я, не желая показаться грубым, но, к моему удивлению, он рассмеялся снова. — Шучу, я всегда говорю людям, это, потому что они охуенно сильно напрягаются, когда слышат это, — он засмеялся. — Хах, я социолог. — О, круто! — сказал я, улыбаясь. У Вика еще и чувство юмора было прекрасным. Это было здорово. Я потратил остальную часть вечера, разговаривая с Виком до тех пор, пока Джастин был готов идти домой. Было такое чувство, что Вик и я мгновенно сблизились, и это было восхитительно. Не было ощущения, что мы недавно встретились. Я будто знал его вечно.