Черта

      — Доброго утра, мам, — на уютную кухню, зевая, спустился молодой парень с влажными после душа черными волосами, тянущимися до лопаток, и тёмными глазами как и у большинства представителей клана Учиха.       — Доброе утро, Итачи, — оторвавшись от готовки, ласковой улыбкой поприветствовала сына супруга главы клана Учиха — Учиха Микото.       — Отец уже ушел?       — Да. В полицейском управлении опять что-то случилось, поэтому он отправился пораньше. Саске сегодня тоже поднялся на редкость рано, хотя обычно, как ты знаешь, он любит поспать подольше. Я его понимаю, тоже волновалась перед распределением в команды. У тебя тоже важный день, ты ведь теперь наставник, — Микото поставила перед ним завтрак и обеспокоено провела теплой ладонью по щеке сына. — Как твои глаза?       — Не переживай, все нормально, — уверил мать бывший Анбу, принимаясь за еду, мысленно морщась от досады. Ему всего восемнадцать, а зрение уже стало подводить из-за частого использования Шарингана и раннего пробуждения Мангекье… Звание гения давалось ему нелегко, но в сложившейся ситуации он не мог позволить себе слабость.

Наруто

      — То есть? Ты решила дать ему шанс? — выслушав мой пересказ вчерашних событий, спросила Хината.       — Не знаю, — ответила я, теребя кончик косы. — Я ему ничего не ответила. В тот момент слишком он напомнил мне моего настоящего отца, того Минато из нашего мира, и… Я не смогла его оттолкнуть. Думаешь, я ошиблась?       — Нет, — на лице подруги заблестела улыбка. — Я считаю, что ты становишься прежней Наруто, которая старалась, прежде всего, видеть в людях только лучшее.       — Ага, только вот я тоже ошибаюсь… — шепотом произнесла я, посмотрев на невозмутимого Учиху за первой партой. Хина мои слова комментировать не стала.       Резко распахнув двери, в класс вбежали запыхавшиеся брат и сестра Яманака. Ицуки приветственно махнул нам рукой и направился к двум партам на среднем ряду, где обосновалась мужская часть нашего коллектива. Ино же танцующей походкой подошла к нам, сев по правую руку от Хины.       — Привет, девочки, — поприветствовала нас подруга.       — Привет. Чего это ты сияешь, как Чоджи после стряпни Фудзинаки-сан? — не понимая её энтузиазма, спросила я.       — Ну так сегодня же распределение! Мы станем полноценными защитниками деревни! — смешно надулась Яманака, оскорбленная непониманием.       Тем временем в класс вошел торжественный Ирука-сэнсэй.       — Рад видеть всех сдавших экзамен. Сегодня для вас очень важный день, ведь вы прошли нелегкий путь, и сегодня вы становитесь шиноби. Знайте, что я горжусь всеми вами, но помните — это только начало вашего пути, на котором вам предстоит еще множество трудностей и опасностей. С завтрашнего дня вы приступите к выполнению миссий, но сначала вас распределят в команды по трое человек во главе с наставником-джонином…       Речь Ируки почти не изменилась, вызывая у меня щемящее чувство ностальгии. Надеюсь, в этот раз меня в команду к Саске не запихнут. Чур меня, чур.       — …Команда шесть: Хьюга Хината, Ицуки Яманака, Инузука Киба. Наставник — Мидзутани Намикадзе, — я улыбнулась, глядя, как Ицуки довольно переглянулся с Хинатой, которая в свою очередь ободряюще улыбнулась Инузуке. Сработаются.       — Команда семь, — я затаила дыхание, надеюсь, пронесет. — Саске Учиха, Харуно Сакура, Намикадзе Асами. Наставник — Хатаке Какаши.         Ура! Я не сдержала облегченного вздоха.       — Команда восемь: Шикамару Нара, Ино Яманака, Чоджи Акимичи, наставник — Сарутоби Асума, — ну тут ничего удивительного и, похоже ребята этого ожидали, во всяком случае ни удивления, ни расстройства на их лицах не было.       — Команда девять: Намикадзе Наруто, Хьюга Неджи, Учиха Макото. Наставник — Учиха Итачи.       Класс! Я переглянулась с ребятами, и они мне довольно и весело подмигнули.       — Ожидайте ваших наставников в классе, они скоро подойдут, — отдал последнюю инструкцию нам как своим ученикам Ирука-сэнсэй и, попрощавшись, покинул класс.       Первыми забрал своих подчиненных Асума, а следом за ним прибыл и наш наставник в компании, вопреки моим ожиданиям, не опоздавшего Хатаке.       — Девятая команда, — он окинул нас своим нечитаемым взглядом. — За мной, — скомандовал и почти мгновенно вышел.       Из Академии Итачи привел нас в милое заведение, где продают вкуснейшие данго в Конохе. Макото на это усмехнулся и шепотом сообщил нам о большой любви второго гения клана Учиха к данной сладости. Заняв один из столиков, наш наставник предложил выбрать себе угощение. Я, в отличии от наставника, данго не любила, так что ограничилась только жасминовым чаем.       — Итак, давайте знакомиться. Расскажите о себе, своих мечтах, стремлениях, — я сдержала смешок: неужели у всех наставников команд эта фраза одна на всех? — Хотя, наверное, правильнее будет мне первым начать. Зовут меня, как вас уже просветили, Итачи Учиха. Джонин, люблю свой клан, семью и деревню.       И, немного погодя продолжил, еле заметно улыбнувшись собственным мыслям:       — Любимое блюдо — онигири с водорослями, и данго; не терплю предательства. Моя мечта — быть достойным шиноби Конохи.       Порой любовь Итачи к деревне меня пугает не меньше, чем одержимость Саске из моего прошлого местью.       — Теперь я, — резко вскочил со своего места Макото. — Зовут меня Макото Учиха, кто не знает, или вдруг случайно забыл. Люблю свою семью, друзей и сливы. Не люблю проигрывать Шикамару в сеги, Саске, помидоры и девчачьи истерики. Мечта…. Чтобы любимая девушка ответила мне взаимностью, — на последней фразе друг покраснел, как вареный рак, и опустился на стул, а мы с Неджи весело приглянулись, догадавшись о личности возлюбленной. А вот Итачи выглядел удивленным. — Хьюга Неджи, — следующим представился обладатель Бьякугана. — Люблю отца, сестру Хинату, друзей, тренировки, зеленый чай и любование цветущей сакурой. Не люблю ложь, чрезмерную традиционность и напыщенность клана Хьюга. Мечту предпочту не озвучивать.       — Моя очередь! Прошу любить, боготворить и не жаловаться — Великая Намикадзе Наруто, — «скромно» представилась я. — Люблю сестренку Масуми, друзей, рамен, фуиндзюцу и осваивать крутые техники; не люблю команду семь всем составом, исключая их наставника, предательства и фанатиков, зацикленных на чем-то. Мечта… — я задумалась, ведь действительно, какая у меня сейчас мечта, ведь Хокаге как-то расхотелось становиться? — Я нахожусь в ее поисках.       Я наслаждалась лицом Итачи, который не ожидал получить себе в ученики команду «обожателей» братца.       — Так, ладно, будем считать, что знакомство состоялось. Теперь можете заниматься своими делами до вечера, я буду ждать вас сегодня в шесть часов на одиннадцатом полигоне. Посмотрим, на что вы способны, — закончив церемонию представления, джонин исчез в Шуншине.       — Мы явно произвели впечатление, — буднично заметил Хьюга, делая глоток чая.       Расставшись с ребятами до вечера, я направилась в убежище Мито. Хотелось отдохнуть, чего мне вчера так и не удалось. Было стыдно перед самой собой за вчерашнюю истерику перед Минато; вообще не люблю, чтобы мои слезы видели, но что поделать, мне тринадцать, а не двадцать один — детские эмоции, которые сейчас надо мной преобладают, зачастую давят и выматывают сильнее любых нагрузок.       Зайдя за барьер, я почти вбежала в дом и, поднявшись в спальню, упала на мягкую кровать, тут же проваливаясь в сон. Последние два дня измотали меня, а впереди испытание Итачи, от которого не знаешь чего ждать.       Мне снилось, что я куда-то падаю, как тогда, когда очнулась в этом теле. Этот устрашающе-сладостный миг падения будоражил кровь.       Проснулась я за три часа до назначенного времени и, шлепая по деревянному полу босыми ногами, подошла к распахнутому настежь окну, за которым виднелся Лес Смерти. Если точнее, то самая опасная его часть, куда не рискуют без причины заходить даже бывалые шиноби. В своей прошлой жизни мне доводилось бывать там, тренируясь с отрядом Анбу. Жуткое место. Спать там просто невозможно, лес пытается сломить тебя психологически, будто он живое существо; да и ориентироваться в нем — непростая задача даже для обладателя Бьякугана. Вот ты идешь по одной тропинке, а в другой миг оказываешься совершенно на другой, которая ведет вовсе в противоположном направлении. И это далеко не все его опасности. Та же часть, где проходят экзамены на чунина и другие рядовые тренировки, расположена подальше от враждебного сердца леса.       Надо собираться. Отойдя от окна, я достала из шкафа перешитое мной под свою фигуру одно из кимоно Мито, у которой мной были найдены множество подарочных коробок с украшениями, красивейших кимоно, обуви, драгоценных отрезов ткани и другие приятные женщине мелочи, которыми, по-видимому, одаривал Узумаки-химе Мадара, но которые она не могла надевать ни для кого, кроме него в их редкие встречи, будучи замужней женщиной.       Теперь ясно, почему за всю свою жизнь Мадара так ни с кем и не связал свою судьбу. Та, которой он желал полностью обладать, уже принадлежала другому — его другу. Это чувство — любовь Учихи — страшное. Оно сжигает их самих, оседая пеплом на старых ранах.       Я облачилась в темно-синее боевое кимоно длинною до колена, с длинными, свободными, но не широкими рукавами, перевязанное по талии плотно прилегающим багровым поясом и мастерски расшитое понизу на рукавах цветами маков, и красующимся на спине моном клана Узумаки.       Кимоно не стесняло движений и не мешало в бою. Внутренняя сторона его была вручную расшита мною защитными фуин печатями, создавая из кимоно полноценную легкую броню. На ногах — лёгкие симпатичные сандалии шиноби на небольшом каблучке, которые предпочитала прекрасная и воинственная половина жителей деревни.       Взглянув в зеркало, я осталась довольна и собой и своими трудами. Наряд мне шел. Я уже мало напоминала ту Намикадзе Наруто, которую увидела в зеркальном отражении в первый мой день здесь. Крепкое тело, уже ставшее обретать женственные очертания, яркий уверенный взгляд голубых глаз, молочно-белая кожа и пышущие здоровым румянцем щеки.       Оставались последние штрихи. На левом запястье я плотно зафиксировала ножны для небольшого кинжала, который прекрасно скрывали рукава кимоно. Сзади, на поясе, я прикрепила уже ставшие родными, спрятанные в ножнах ниндзято. Для проверки достала их несколько раз, уверяясь, хорошо ли закрепила и удобно ли их доставать. Сбоку так же зафиксировала небольшую сумку со всем самым необходимым: дополнительным оружием, печатями и медикаментами. Ну, теперь готова.       Покинула я дом Мито на час раньше необходимого, потому что Минато просил зайти в резиденцию к Хокаге за новыми документами. Это меня не могло не обрадовать — быть Намикадзе я за все это время так и не привыкла.       В резиденции было не многолюдно, но, дойдя до кабинета, я услышала громкий гневный голос моей «любимой» сестры. Вежливо постучав, вошла в кабинет, почувствовав, как на мне скрестилось сразу четыре взгляда: Хокаге, Асами, Шисуи, стоящего за спиной главы деревни, и Хатаке, вид которого ясно говорил о том, как его задолбала новая подопечная, и как он хочет отсюда свалить, чтобы продолжить читать незаконченную книгу эро-сэннина.       — Наруто, уже пришла? — улыбнулся Минато. Неужели после вчерашнего его настолько пробрало?       — Да, Минато-сама, но если я помешала, могу зайти завтра. — Нет, не помешала, — он предупреждающе посмотрел на хотевшую возразить Асами. — Как твое знакомство с наставником, как испытание?       — Нормально. Испытание у нас только через час, — сухо ответила я, видя, как увяла улыбка на его лице. Он что, действительно подумал, что если я порыдала ему вчера в жилетку, то сразу все забуду и кинусь на шею с криком «папочка»? Смешно. — Ах, да, — я, копируя коронную улыбку Сая, повернулась к сестре. — Асами, а как твое испытание, как команда? — участливо поинтересовалась я, с удовольствием наблюдая, как она наливается краской гнева.       — У Асами завтра пересдача, — сообщил Хатаке, и я заметила на его скрытом маской лице еле заметную усмешку. Нет, у сестрицы просто талант выводить из себя спокойнейших людей.       — Вот как? Что же, надеюсь, следующий раз будет более удачным. Главное помни, твой противник сэнсэй, а не Саске, — в моем голосе было столько наигранной заботы, что Шисуи стал тихонечко посмеиваться.       — Захлопнись! Сама, смотри, в лужу не сядь! — выкрикнула она, вылетая из кабинета.

Минато

      Глядя вслед Асами, я еле сдержал тяжелый вздох и, извиняясь, взглянул на ученика.       — Ты за документами? — Наруто кивнула, хотя я надеялся, что она все-таки передумает. Достав вчера подписанные бумаги, я протянул их дочери.       — Спасибо, — она вежливо поклонилась.       — Нару! — внезапно раздался голос Шисуи позади меня, — Не забудь, что бабушка тебя сегодня ждет на ужин. Так что, после того как сдадите, сразу к нам! — с абсолютной уверенностью в их успехе произнес он, и было в этом столько тепла и заботы.       Никогда раньше я не видел ни одного из гениев клана Учиха, проявляющих подобные эмоции к тому, кто не являлся их семьей. И, что самое главное, по улыбке, расцветшей на лице Наруто, было понятно, что ей такая забота Шисуи привычна и приятна. Подобное больно укололо.       — Я помню. Как только, так сразу. Даже Итачи захватим, не поленимся, главное сам не опоздай, Ши-кун, — весело ответила Наруто, напоследок помахав ему рукой, и выбежала из кабинета.       «Ши-кун», « Нару» — эти обращения резали слух: такие домашние, забавные. Я так многого не знаю о ее жизни.

Наруто Полигон 11.

      Я появилась на месте раньше сокомандников и наш сэнсэй, как оказалось, тоже решил прийти пораньше. Сейчас он делал разминку. Я не стала подходить близко, решив понаблюдать, оценить, полюбоваться… Любоваться было чем! Учиха завораживал красотой и легкостью движений, они не были похожи на танец Хины, Джуйкен клана Хьюга, или Гокен, практикуемый Гаем и Ли. Его движения были обрывистыми, резкими, внезапными, но в том и была своя красота, свой ритм. Этот ритм захватывал. Итачи словно являл из себя клинок в руках невидимого мастера.       Таким оружием хотелось бы владеть любому.       Засмотрелась. Заметил.       Итачи предложил нам сыграть в захват цели, на пути к которой перед нами находился целый напичканный ловушками лес, и главное препятствие — он сам. То есть, нам надо было не только захватить цель в определенный промежуток времени, но и стать обладателем ключа, который находился у него.       Сложно, но не невозможно.       План, которым мы решили воспользоваться, был не хитрым вовсе. Нами было принято единогласное решение разделиться, Неджи с Макото отправились к цели, а я начала собственную игру, названную охотой на наставника, на ходу складывая печати. Сенсорные способности у меня отсутствовали, исключением был режим сэннина, который сейчас был мне недоступен, поэтому долгое время мне приходилось искать альтернативу. Спустя время нашла. Вот только… пришлось убить на освоение этой новой техники уйму времени, зато теперь я могу похвастаться новой полезной техникой на основе чакры ветра, названной мной «Шепотом ветров». За основу мной была взята техника Гаары, с помощью которой он мог определять противника, используя дотон. Я же теперь могла божественно слышать с помощью ветра. Правда, когда я использовала её в первый раз, я лишилась слуха на неделю — слишком большой поток звуков ударил по ушам. Чуть позже я научилась приглушать звук и выделять только нужное мне.       Попался!       Можно скрыться от следящих дзюцу, скрыть чакру, но нельзя заглушить собственное сердцебиение и дыхание, хотя и серьезная слабость у техники есть — клонов от оригинала ей не отличить. Но сейчас я ощущала рядом лишь одно-единственное ровное сердцебиение.       Брошенные мной в цель сюрикены были мгновенно отбиты, но скрывающая его иллюзия пала. И я оказалась лицом к лицу с наставником, сжимающим в руках катану, которой была отражена моя атака. Быстро. Миг — и он уже у меня за спиной, я еле успеваю развернуться, чтобы блокировать одним из клинков его удар, а вторым стараюсь контратаковать, нанося низкий секущий удар. Увернулся. Совмещаю следующую серию ударов с техникой лезвий ветра. Волна ветра покорежила несколько деревьев позади Учихи, но его не задела. Печально, конечно, но как мне кажется, это заставит его быть серьезней, или я все же льщу себе?       В меня отправилась одна из коронных техник Итачи — Катон: Хосенка Тсумабени. Десятки сюрикенов, окутанные огнем, голодными хищниками устремились ко мне, словно его цепные псы. Мне еле удалось уйти из-под атаки целой и успеть скрыться от него прежде, чем в его глазах активировался Шаринган.       Я в замешательстве.       У Итачи не было ключа. Сосредоточившись на окружающем пространстве, прислушиваюсь к звукам вокруг, в попытке отыскать голоса сокомандников. Удача! Макото и Неджи удачно выполнили свою часть задания и обезвредили ловушки, захватив цель, и теперь направлялись сюда. Молодцы. Так, а это что у нас? Вороны? Слишком умные какие-то птицы, всё время вокруг нас вьются… Больше времени на размышления мне не дали: обнаружив моё укрытие, Итачи атаковал. Мальчики, кажется, столкнулись с клоном нашего капитана, который узнал о захвате цели. Уши болят. Приходится прекратить технику в надежде, что ребята справятся.       Это не колокольчики захватывать!       Значит, эти вороны — активный призыв Итачи, и он может видеть их глазами. Проблематично. Теперь придется побегать, вступать в полномасштабный бой с Учихой сейчас неразумно. В первую очередь, будет много вопросов на тему: откуда генину известны техники высшего класса опасности? Так что сейчас лучшим выходом будет на какое-то время задержать Итачи и найти ключ. Итачи лишь препятствие, не цель.       Достав из-за пояса заранее заготовленные барьерные печати, проявляя истинные чудеса изворотливости, я уклонялась от атак, которые посылал в меня наставник, не давая времени на передышку. Решил меня измотать. Нет уж. Я ловко закрепляла печати, заводя Учиху в нужную мне зону, делая вид, что попалась на его уловку. Как только он оказался в зоне активации барьера, я стала быстро складывать печати, активируя вокруг него трехгранный купол. Довольно простая, конечно, конструкция, он ее быстро разрушит, но минут десять или чуть меньше у меня в запасе есть. Второй раз этот трюк с ним провернуть, увы, больше не получится.       Так, ключик! Где же ты, ключик? Точно! Птички, преследующие Макото и Неджи! Если это призыв, значит, скорее всего ключ у них!       Я поспешила к ребятам, не медля ни секунды.       Ух ты ж мать!       Неджи сдерживал клона Итачи, не подпуская его к Макото, который еле стоял на ногах, шатаясь, тяжело дышал и болезненно щурился. Похоже, что тут была битва Шаринганов, в которой победитель был заранее ясен. Быстро оказавшись за спиной клона, которого атаковал Хьюга, я вновь использовала лезвия ветра, а Неджи, воспользовавшись замешательством противника, перебил тенкецу, благодаря чему клон, в котором перестала циркулировать чакра, с хлопком исчез.       Я, спрятав ниндзято в ножны, как можно скорее постаралась оказать первую медицинскую помощь Макото.       — Ты достала ключ? — тяжело дыша, поинтересовался Неджи. — Он у тебя?       — Нет, но у меня есть нечто лучше: знание о его местонахождении. У нас от силы минут пять, пока сэнсэя держит барьер, чтобы найти нужного нам каркушу, который хранит ключ, — я указала на парящих над нами птиц.       Неджи вновь активировал Бьякуган.       — Вон тот! И у нас меньше двух минут, сэнсэй уже на подходе, — указал на встрепенувшегося ворона, сидящего на сосне.       Макото, увидев, на кого показывает друг, чётким движением метнул в ту сторону любимые метательные ножи, попав, правда, только в крыло. Но принимая во внимание, что его глаза перенапряжены, то результат шикарный.       Хьюга подхватил рухнувшую наземь птичку, радостно улыбнулся, отвязывая от её лапки ключик. Тем временем на горизонте появился Итачи.       — Задание выполнено! — доложил Макото, невероятно гордый за проделанную командой работу.       — Превосходные действия, — похвалил нас Учиха, осматривая всех очень задумчивым, слегка мутным взглядом чёрных глаз. Похоже, он не рассчитывал на то, что мы полностью справимся.       Я нахмурилась: не понравился мне его взгляд. Неужели он уже начал слепнуть?       — Итачи-сэнсэй, вам нужна медицинская помощь? — вежливо поинтересовалась я на всякий случай, хотя не помню, чтобы оставила на нем что-то, кроме синяков и пары царапин.       — Нет, Наруто, спасибо, я в порядке, — он отрицательно покачал головой. — Вы все, надо сказать, меня очень удивили. Не ожидал я такого от генинов, только вчера окончивших Академию. Честно, я рассчитывал, что вы максимум сумеете захватить цель…

Итачи

      Я действительно был удивлен. Прекрасная команда, великолепные способности. Вот только из всех них только Хьюга более-менее соответствует своему досье из Академии.       Очень грамотная командная работа. Даже несмотря на то, что почти сразу разделились, они не забывали, что работают не одни. Такой синхронной и слаженной работы некоторые добиваются годами. Также было видно, что единогласно признанным лидером среди них была Наруто. Необычная девочка. Без колебаний стала мишенью, отрезая меня от своих товарищей. Неплохой уровень кендзюцу, не хватает мастерства, но она умело восполняет это прекрасной реакцией и творческим подходом. Скорость у нее удивительная, от атак уворачивалась, словно имела дар предвидения. Сдерживала меня, но не более, показывала ровно тот уровень способностей, которого требует ситуация, не стремясь выделиться. Изрядно меня удивил фуин-барьер, который она, видимо, стала устанавливать в тот миг, когда поняла, что ключа у меня нет. Барьер, конечно, простенький, но выполнен на совесть. Также меня заинтересовала техника, которую она применила в самом начале для моего обнаружения и с помощью которой, похоже, отслеживала ребят, хотя мне пока непонятно, как техника действовала.       Неджи — очень сообразительный и проницательный молодой человек. Он ловко справлялся со всеми ловушками — явно связующее звено команды. Чётко осознает свою роль и прикрывает товарищей. Его мастерское владение тайдзюцу заставило меня сильно поднапрячься, опять же поразительная скорость.       Макото… Вот, кто удивил, так удивил. Полностью пробужденный Шаринган с тремя томоэ стал для меня неприятным сюрпризом, а то, как он умудрялся его скрывать… Хотя его использование сильно выматывает, да и видно, что он не привык к подобным нагрузкам. Ещё надо отметить меткость этого засранца: он безошибочно отбивал все направленные в них сюрикены и впечатляюще владеет дотоном. А их совместные с Хьюгой комбинации превосходны, они интуитивно чувствовали и прикрывали друг друга. Наруто при всем этом, как оказалось, ещё и владела медицинскими дзюцу. Чем меня еще удивят эти трое?       — Итачи-сэнсэй, — закончив оказывать медицинскую помощь товарищам, Наруто подошла ко мне, выводя из задумчивости. — Я обещала Ши-куну, что приведу вас на праздник в честь нашего становления генинами, так что примите наше приглашение. Не расстраивайте Фудзинаку-сан. Она, небось, весь день сегодня готовкой занималась.       Сначала я даже не сообразил, о каком Ши-куне идет речь, и непременно отказался бы, но упоминание о бабушке подействовало — её расстраивать действительно не хотелось.

Минато

      Домой я вернулся поздно, слишком много работы возникло из-за нового выпуска генинов. Касуми, как и дети, в это время уже спала, а Наруто видимо так и не вернулась от друзей. Поднявшись на второй этаж, я заметил, что в комнате Масуми горит свет. Странно, почему она не спит? Тихо приоткрыв дверь, я увидел, что младшая дочь сидит за столом и усердно что-то выводит кистью на бумаге. Я постучал о дверной косяк, привлекая внимание.       — Здравствуй, папа, ты поздно, — улыбнулась Масуми, прервав своё занятие.       — Дел много, почему не отдыхаешь? Тебе завтра в Академию, разве нет?       — Да, — согласно кивнула она. — Я изучала свиток по фуиндзюцу, который мне подарила Наруто-не-чан, но у меня пока не получается ничегошеньки, — расстроенно сказала девочка, заставив меня улыбнуться. Масуми всегда была усердной.       — Покажи-ка, — я подошел к дочери, рассматривая написанные ею еще не очень аккуратные линии. — У тебя вот здесь, здесь и здесь лишние символы, а вот тут не хватает связующего знака, — указал я на ошибки в печати.       — А я и не заметила! — воскликнула она, взмахнув руками.       — А не рано тебе фуиндзюцу изучать? Тем более сейчас эта область почти забыта, в мире осталось лишь несколько мастеров, чьи знания превышают построение базовых фуинов.       — Не рано, ведь мне уже почти девять! — она смешно нахмурилась. — Мне помогает его изучать сестрёнка. Ты бы видел, какие удивительные вещи она может сделать, просто используя чакру, чернила и бумагу! — когда она говорила о Наруто, её глаза искрились восторгом, а в голосе звучала гордость. — Она знает очень много, не меньше каких-то там мастеров!       — Ты очень дружна с Наруто, но с Такеру и с Асами общаешься мало… Почему?       Личико Масуми посерьезнело.       — Асами — злая и завистливая, считает себя умнее всех. Мне неприятно с ней находиться даже в одной комнате. У брата, как и у тебя, вечно нет времени, я его не знаю совсем, о чем с ним общаться? А рядом с Наруто-не-чан мне тепло, она словно солнышко, и она никогда не ставит себя выше других. Объясняет, если я не понимаю что-то. Радуется моим успехам, словно своим собственным, и разрешает заниматься вместе с ней и ее друзьями, — проговорила она, объясняя мне столь понятную для нее истину.       — Как ты думаешь, Наруто сможет меня простить? Еще вчера я думал, что у меня есть шанс, но сегодня… Уже не уверен в этом.       — Простить, пап, не сложно, но память останется с ней до самого конца. Так устроены люди. Мы можем забыть многое, но не то, что испытали; ты причинил ей много боли, и она научилась жить без тебя. Теперь будет сложно вновь стать частью ее мира, — с сожалением сказала Масуми совершенно не детские слова.       — Я говорил, что горжусь тобой? — взъерошил я светлые волосы дочки.       — Нет, — засмеялась Масуми. — Но мне приятно.