The Point Of No Return

      В доме МакДауэлов царила волнительная и вместе с тем счастливая атмосфера. До Рождества оставалось чуть больше недели, но вовсе не это служило поводом для радости всей семьи.       Все необходимые документы по усыновлению малыша были подписаны, все формальности улажены и даже гостевая комната переделана в детскую – МакДауэлы были готовы принять нового члена семьи. Анна настаивала на том, чтобы мальчика непременно забрали до наступления праздника, мотивируя это тем, что ребенку нужно время, чтобы освоиться в новой семье, а уже потом в обновленном составе они все вместе встретят Рождество.       В такой важный день даже погода не подводила их, хотя за последний месяц вряд ли выпадал день, когда не было дождя. Словом, все было идеально за исключением сильно опаздывавшей Абриль. Обстоятельства были таковы, что ее присутствие было крайне необходимым, но все же Дамблдор, войдя в ее положение, отпустил ее, взяв с нее обещание вернуться до полуночи.       Девушка так опаздывала, что решила трансгрессировать не как обычно в лесу, что находился поблизости от дома МакДаулов, а прямо в узком переулке между двумя домами. Здесь отвратительно пахло сыростью и помоями, разбросанными вокруг мусорного бака, а в углу, закутавшись в грязный плед, спал мужчина, который, судя по стойкому спиртовому запаху, был безнадежно пьян. Алкоголь цепко окутал его сознание, и внезапное появление девушки осталось для него незамеченным.       Выйдя из переулка, Абриль попала прямо на парковку перед домом МакДауэлов, где уже стояло два автомобиля семьи. Мистер МакДауэл сам был большим человеком, причем это касалось не только его звания, поэтому и автомобиль он выбрал себе под стать – большой внедорожник. Машина Джона была куда скромнее – небольшой форд приятного темно-синего цвета.       Подняв вверх капот, Джон что-то перебирал там внутри. Завидев Абриль, он приветливо махнул ей рукой и крикнул:       - Иди скорее в дом!       Девушка направилась по узкой дорожке, выложенной из каменной плитки, к дому. По обе стороны росли роскошные кусты чайных роз. Конечно, в холодный сезон они не цвели, но все же выглядели очень ухоженными благодаря стараниям мистера МакДауэла.       Абриль уже хотела нажать на кнопку дверного звонка, как вдруг на улицу вылетела Анна. В обеих ее руках было по нескольку толстых пакетов, что делало ее до смешного неуклюжей.       - А, вот и ты, наконец. – Сказала она, пыхтя от напряжения. – Почему так долго? Ничего не случилось? Нет? Ну и хорошо. Вот, возьми эти сумки. Анна всучила ей две громоздкие сумки.       - Зачем столько вещей?       - Как это зачем? – Удивилась Анна. – Здесь – еда для малыша, вдруг он проголодается в дороге, а здесь – запасная одежда.       - Ты что собралась бежать из страны вместе с ребенком? – Охнула Абриль, склонившись от тяжелой ноши.       С горем пополам донеся сумки до машины, девушка передала их Джону. Тот хотел сложить все в багажник, но Анна заявила, что их никак нельзя класть туда, потому что все это ей в любой момент может понадобиться, и что же они будут каждый раз останавливаться, чтобы достать необходимое? Затем она принялась расстилать пеленки, раскладывать подушки, вешать на окна игрушки. Никаким вразумленьям она не поддавалась – главное, чтобы малышу было комфортно. Глядя на то, как аккуратная машина Джона превращалась в детский манеж на колесах, Абриль становилось страшно за эмоциональное спокойствие ребенка.       Когда наконец все было доведено Анной до совершенства, все стали рассаживаться по машинам. Абриль открыла дверь переднего сидения и уже собиралась садиться, когда из дома вышли мистер и миссис МакДауэл. Она стала невольным свидетелем их разговора.       В то время как мистер МакДауэл ковырял ключом в дверном замке, миссис МакДауэл что-то искала в своей маленькой сумочке, по размерам похожей на школьный пенал. Достав карманное зеркальце, она принялась поправлять прическу.       - Не понимаю, с чего им взбрело в голову брать второсортного ребенка…, - проворочал мистер МакДауэл, тяжело спускаясь по ступеням вниз.       - Ну, дорогой…, - чмокнув губами, сказала его жена. – Просто наша невестка бесплодна.       Абриль и раньше никогда не доверяла родителям Джона – слишком уж много было в них напускного, а после этого простое недоверие перешло в явную неприязнь. Как можно называть маленького, беззащитного ребенка «второсортным»? В чем же тогда заключается его «второсортность»? Только лишь в том, что у него нет родителей? А как можно так пренебрежительно говорить об Анне? Да, она всю жизнь мечтала стать матерью, и не ее вина, что когда-то из-за тяжелой болезни она лишилась этого счастья!       Да, конечно, Абриль могла устроить скандал прямо там же, но она предвидела другой исход событий. Ехидно улыбнувшись, она села на переднее сидение рядом с Джоном и в окно заднего вида улыбнулась Анне.       До детского дома, в котором жил мальчик, было около часа езды. Дорога была тяжелой, и не столько из-за количества машин в выходной день, сколько из-за количества светофоров и ожидания разрешающего сигнала на них. Когда оставалось меньше пятнадцати минут пути, Абриль начала проваливаться в сон. Вчерашний день выдался крайне тяжелым, а все из-за этой троицы, которая просто не умеет жить спокойно. Гермиона Грэйнджер заявилась в Лазарет с кошачьей мордой на месте человеческого лица! Конечно, она сказала, что экспериментировала над каким-то там заклинанием, но поскольку было совершенно очевидно, что дело касалось и Поттера, то Абриль пришлось вникать во все тонкости этого дела.       - Эй, а она спит. – Тихо шептал Джон. - Что будем делать: будить или так оставим?       - Не сплю. – Пробурчала Абриль, вылезая из машины.       Детский дом представлял собой пять корпусов двухэтажных зданий с несколькими игровыми площадками, на которых резвились дети под строгим наблюдением воспитателей. У входа их встретили две женщины, одетые в белые халаты. Обменявшись приветствиями и взаимными любезностями, они повели гостей за собой в один из корпусов.       Внутри здания стены были выкрашены в какой-то больничный зеленый цвет, деревянный пол под ногами громко скрипел, кое-где на стенах были нарисованы мультяшные герои, которые были призваны, чтобы скрашивать мрачную атмосферу. Конечно, иногда обстоятельства вынуждали Абриль жить в магловском мире, но все же она была слишком далека от него, поэтому она искренне недоумевала, что может быть веселого в садовом гноме или странном существе, чем-то напоминающем крысу, но со ртом до ушей в прямом смысле этого слова.       Наконец, они вошли в нужную комнату. Дети сидели за столиками и готовились обедать. Из слов Анны можно было сделать вывод, что их мальчик особенный, отличный от остальных, но, надо сказать, что найти нужного ребенка в условиях, когда десятки пар больших глаз уставились на тебя, просто невозможно.       - Тот, что в синенькой футболочке. – Шепнула ей на ухо Анна.       Этот мальчик выглядел гораздо старше остальных, он и ел без посторонней помощи. И, кажется, никто даже не заметил, как сидящая рядом с ним девочка, отобрала у него хлеб, который потом вдруг сам вывалился из ее толстых, крепких ручек и плюхнулся прямо в тарелку с супом, обрызгав милое платьице.       - Наш парень, - хмыкнула Абриль.       - Тише, - прошептала Анна, указывая взглядом на Джона.       После того, как мальчик поел, им было позволено забрать его. И как трогательно, что все воспитательницы вышли проводить своего воспитанника, вот только Анна стремилась как можно скорее увести малыша из этого места.       Абриль находилась в непривычно хорошем для нее расположении духа и всю дорогу до машины всячески подшучивала над Анной с Джоном, которые шли, держа на руках своего сыночка. Мистер и миссис МакДауэл – единственные, кто предпочитал гордо оставаться в стороне. Они довольно сухо поприветствовали внука, а Абриль все это время боролась с чувством неприязни по отношению к этим людям.       Дорога домой оказалась куда веселее, с заднего сидения доносился заразительный хохот Билла (а именно так звали малыша) – игрушки, приготовленные Анной, пришлись ему по вкусу. Уже, когда машина подъезжала к дому, смех сменился тихим посапыванием. Аккуратно, чтобы не разбудить малыша, Джон расстегнул ремешки детского кресла и, взяв его на руки, понес в детскую комнату.       Весь день Анна и Джон не отходили от Билла, а, между тем, времени до полуночи у Абриль оставалось все меньше, но разговор, запланированный ею, непременно должен был состояться сегодня.       Наконец, в 10 часов вечера плач, смех и крики, доносившиеся со второго этажа, стихли. Анна заснула вместе с Биллом в детской, а измученный Джон сидел на кухне, вяло потягивая Колу из алюминиевой банки.       - Не думал я, что будет так сложно. – Сказал он, вошедшей Абриль. – Но оно того стоит… Я еще никогда не видел Анну такой счастливой, даже, когда я ей делал предложение. Хочешь кофе?       Абриль кивнула в знак согласия.       - Теперь у меня есть повод для ревности. – Сказала она, глядя как Джон насыпает в турку молотые кофейные зерна.       - Я так не думаю, да и ты, уверен, тоже. Кстати, я тут вспомнил. Джайлс спрашивал про тебя.       - И что ты ему сказал? – Подозрительно сощурила глаза Абриль.       - Да, что я ему могу сказать. – Пожал плечами Джон, помешивая ложкой кофе.       - У тебя же ведь даже телефона нет, и адреса твоего я не знаю.       - Тем лучше, оставайся и дальше в неведении. Джон достал чашку и перелил в нее приготовленный напиток.       - Вообще то, я хотела спросить у тебя. – Сказала Абриль, принимая из рук Джона чашку. – Что вы собираетесь делать дальше? Я имею ввиду, вы так и будете жить с родителями?       - Я думал об этом, - тяжело вздохнул он, - конечно, на первый порах было бы неплохо, если бы родители нам помогали, но ты и сама наверно догадываешься, что они восприняли новость о Билле совсем не так, как нам бы хотелось.       - Совсем не так…       - Не хотел говорить раньше, но на работе меня обещали в скором времени повысить. Так что я уже присматриваю кое-какие варианты. Не переживай. Я позабочусь об Анне и Билле.       Впервые наверно за все время их знакомства Абриль готова была отдать свою подругу в руки этого мужчины.       - Мне даже не пришлось ничего делать… - Прошептала она.       - Ты что-то сказала?       - Что за кофе у вас? Сколько пью, но такого нигде нет.       От важных тем разговор перешел в размышления о кофейных сортах и методах приготовления напитка. Как и было оговорено, Абриль вернулась в Хогвартс до наступления полуночи, ощущая необыкновенную легкость, ясность разума и прилив неподдельного счастья.