The Point Of No Return

      Ночь сменяет день, день сменяет ночь. Что-то вокруг происходит, кто-то куда-то спешит, кто-то что-то находит. А вон ее бренное тело валяется на полу, покрытом толстенным слоем пыли, в полном ко всему отвращении.       На столе в хаотичном порядке было разбросано несколько писем. Постельное белье заправлено идеально ровно, как перед въездом нового жильца. Из-за недостатка магии в камине давно потух огонь. Тонкие паучьи ножки зло стучали по деревянному полу. Другие пауки несколько раз пытались свить здесь свои паутины, но он их всех пожрал.       Старые часы на стене издали тяжелый вздох, похожий больше на вой, и остановились. Из обитых деревом стен маленькой комнаты на втором этаже шумного паба сочилась горькая смола. Хозяйка комнаты тоже была здесь, но ее все равно, что и не было.       Выпирающие кости исхудавшего тела больно впивались в жесткий деревянный пол. Изгрызенные в кровь пальцы перегоняли пустую бутыль из-под дешевого, дурно пахнущего вина. Сквозь упавшие на лицо пряди превратившихся в сухую солому волос ненавистно смотрели ее глаза. От бесчисленного количества спиртного и бессонных ночей полопались капилляры, окрасив белки в ярко-красный цвет.       Она снова и снова воспроизводила в уме счастливые моменты уже наступившего прошлого, разжигала в себе злость и ненависть. Собирая по крупицам остатки разума, она придумывала планы, разрабатывала целые схемы, а самое сокровенное прятала в потайные кармашки своего сознания.       Бестолковое создание, застревая в волосах, ползло по ее голове. Оно что-то успокаивающе рокотало на ухо, и от этого звука по всему телу бежали приятные мурашки. Оно тоже было близким с НЕЙ, а потому полностью разделяло чувства хозяйки.       Кто-то стучал в дверь и что-то громко говорил, но он обязательно уйдет также как и все, кто был до него. Абриль подтянула колени к груди и закрыла измученные слезами глаза.       Что-то пошло не так в привычном сюжете – дверь оказалась настолько хлипкой, что слетела с петель после первого же заклинания. На пороге кто-то стоял. Он видел ее? Ну и пусть.       Абриль, пролежавшей много времени в мертвой тишине, звук шагов этого человека показался слишком громким. Но это нисколько не раздражало – она знала, к чему приводит тишина.       Кто-то грубо схватил ее за руки и рывком заставил подняться на ноги. Окружающая обстановка виднелась Абриль как сквозь призму близорукости – также расплывчато и отдаленно. А надоедливый человечишка бесцеремонно тряс ее за плечи, пытаясь привести в себя.       Над ухом послышалось грозное шипение, и цепкие руки тут же отпустили ее плечи. Человек пятился назад, медленно доставая что-то из кармана.       - Убери, - прохрипела Абриль.       Она присела на кровать, закрыв руками лицо. Так было тяжело… Тяжело стоять, тяжело говорить, тяжело открыть глаза и дышать тоже тяжело.       - Вас зовет Директор.       Хорошо, что Дамблдор отправил за ней Снейпа. Приди кто-нибудь другой, и она скорей всего рассопливилась бы прямо у него на глазах.       Абриль вяло кивнула головой и махнула ему рукой, чтобы тот оставил ее одну. Снейп ушел, зло стуча каблуками, а она упала назад, на кровать. Протерев глаза, она устремила взгляд в потолок.       - Остались только мы, - грустно сказала Абриль пауку, ползающему где-то в комнате.       В маленькой комнате замерло время, а за ее пределами кипела жизнь. Теплое солнце приятно грело спину, кое-где на деревьях уже набухали почки. Люди вокруг весело смеялись, обменивались приветствиями, спорили о каких-то мелочах.       В замке Хогвартса царила та же непринужденно веселая атмосфера – ученики радовались отмене летних экзаменов, а учителя удачному разрешению проблемы, тревожившей их с начала учебного года.       До коридора, в котором располагался кабинет Дамблдора, предстояло пройти немало лестничных подъемов. С непривычки у Абриль дрожали ноги, что делало ее крайне неуклюжей. Все это вместе с болезненным внешним видом привлекало внимание проходивших мимо людей. Они сочувственно поглядывали на девушку, наивно полагая, что это результат воздействия ненавистного всем аллергикам весеннего сезона.       Каменная горгулья – страж кабинета Директора – удивленно взглянула на нее, но все же отошла в сторону в ответ на верно названный пароль. Снова оказавшись в маленькой комнате перед тяжелой дубовой дверью, Абриль без стука вошла внутрь.       - А, Абриль, вот и Вы, - добродушно улыбнулся ей сидевший за большим письменным столом Дамблдор.       Проходя мимо какого-то вращающегося шара, она едва не уронила его на пол, задев плечом подставку, на которой он располагался. Дрожащей рукой она провела по волосам, заводя назад падающие на глаза пряди.       - Что с Вами, Абриль? – Спросил Дамблдор, глядя поверх очков-половинок на упавшую в кресло девушку. – Вы себя плохо чувствуете?       «Да... Мой мир рухнул, Директор…», - про себя подумала она и, вяло качнув головой, опустила глаза вниз.       - Что ж тогда… Гарри расскажи мисс Форстер все, что только что сказал мне. Абриль подняла взгляд на Поттера. Он тоже здесь? Ну и пусть… Она отвернулась и равнодушно уставилась на языки пламени, танцующие на почерневших бревнах в большом камине.       Все, чем мы дорожим в своей никчемной жизни, когда-нибудь исчезнет, и совершенно неважно, как сильно мы пытались это сберечь. Исход всегда один - все выгорает дотла, остается только пепел, в напоминание об ушедшей выгоде, молодости, дружбе и любви. Мы можем сколько угодно сетовать на несправедливость жизни и по ночам поливать слезами фотографии, на которых и лиц-то уже не видно. И только сильнейшие утрут сопли и начнут действовать.       Пауки… Тайная комната… Василиск… Том Реддл… Волдеморт... – слова достигали ее сознания, с трудом преодолевая стену отчужденности и безразличия. Воспоминание из давно забытого прошлого вдруг так некстати возникло в голове. Та же фамилия была у одного мальчишки с ее школы. Кажется, он был на три года младше, ну или что-то вроде того. Примечательно, что его родители, которые в то время были, пожалуй, самыми ярыми сторонниками идей Волдеморта за пределами Англии, носили другую фамилию, но для сына выбрали эту. Вопреки их надеждам собственные идеи мальчика были далеки от родительского идеала, одаренный в травологии и зельеварении, он готовился стать врачом. Как бы печально это не звучало, но из-за ошибок родителей всегда страдают дети. Точно неизвестно, но как говорят, во время схватки с мракоборцами чье-то заклинание отрекошетило в его сторону, отбросив назад. Вся мощь удара пришлась на спину, навсегда оставив мечты мальчика неисполнимыми.       - Абриль, я только что попросил Вас об услуге, Вы слышали? – Словно откуда-то издалека послышался голос Дамблдора. – Вы неважно выглядите, думаю, Вам лучше отдохнуть. Идите, я попрошу об этом кого-нибудь другого.       - О чем Вы меня попросили? – Тихо отозвалась Абриль, не отводя взгляда от камина.       - Я хотел, чтобы Вы забрали нашего Хагрида из Азкабана, но, видя Ваше состояние, я не могу позволить себе просить Вас об этом.       - Вы уже это сделали, - прошептала она, поднимаясь с кресла. - Отправлюсь через час.       Устремив взгляд куда-то вдаль, Абриль шла совсем непривычным для нее маршрутом – в школьный совятник.       Острые края зажатого в кулаке клочка бумаги больно царапали кожу. За всю свою жизнь она никому не писала писем, даже в общении с Анной ограничивалась парой односложных предложений. Человек, которому оно было адресовано, прекрасно знал об этой ее особенности, так что не трудно было представить, как удивит его письмо с подписью – Абриль Форстер.       Поднявшись по крутому склону, она вошла внутрь башни, где совершенно отвратительно пахло птичьим пером и пометом. Развернув бумажку, Абриль в последний раз проверила доходчивость и правильность написанного.       «В 8 часов в пабе «Белая виверна».

Абриль Форстер»