Воспоминание 4: Обманный приём
2 июля 2016 г., 15:44
Лондон, Англия. Несколько дней спустя
— Это? — Элиза продемонстрировала легкое платье с коротким рукавом, но юноша категорично отверг и его. Девушка, не церемонясь, отбросила его на кровать, где уже образовывалась приличная гора из прочих женских нарядов, также не приглядевшихся ассасину. — Арно, так мы опоздаем на этот чертов приём! Она вновь скрылась в гардеробной в очередной попытке подобрать наряд. Пока что Элиза щеголяла в легком халатике, что, впрочем, не смущало ни её, ни критичного ассасина. — Времени полно, — махнул рукой Дориан, развалившись на удобном кресле и наслаждаясь эксклюзивным показом мод в скромных апартаментах одной из многих лондонских гостиниц. — Ты это говорил и утром, однако я все еще не знаю, в чем пойду! — послышалось приглушенное ворчание девушки, которая затем снова предстала перед Арно, держа в руках ворох с юбками, теперь уже странного болотного цвета. Гримаса отвращения на лице парня заставила её с недовольным вздохом отбросить и этот наряд. Элизе ничего не оставалось, кроме как снова вернуться к шкафам с одеждой. Она до сих пор припоминала ассасину их незабываемую переправу из Франции. Особенно тот яркий эпизод, в котором несколько членов команды приняли её за одну из куртизанок. И когда словесные убеждения в обратном не увенчались успехом, особенно настырные моряки обзавелись фингалом под глазом. Впрочем, Арно тоже получил своё: полуодетые женщины радостно преследовали растерявшегося от такого внимания ассасина, вешаясь на него под звучные смешки его подруги. Хотя надо отдать Шевалье должное: на таможне действительно не возникло никаких проблем. Не найдя ничего подходящего для светского приема, Элиза не сдержала крепкого словца. — Тебе необязательно это делать, — Арно неожиданно появился сзади, слегка напугав девушку. — Я могу справиться и один. — Один под прикрытием в качестве тамплиера? — скептически спросила она, перед зеркалом прикладывая к себе очередную юбку. — Без обид, но тебя вычислят уже через пару минут. Так что мы пойдем вместе, изображая мою далекую родственницу Флер и её кузена. Арно, не в силах лицезреть этот трикотажный выкидыш рядом с Элизой, отнял у неё ненавистный предмет одежды и сам отшвырнул его. — Кузена? Почему я не могу претендовать на должность мужа или, на худой конец, жениха? — веселился Арно, попутно отвлекая девушку от новой волны ругательств в адрес отсутствия приличного одеяния. — Потому что тогда начнутся лишние вопросы, — Элиза растерянно оглядывалась вокруг устроенного беспорядка. — «А как вы познакомились?», «Когда объявили о помолвке?», «Почему нас не пригласили на свадьбу?» в конце концов! — Внезапный приступ ярости был вызван скопившимися в ногах тряпками, из-за которых Элиза запуталась в ногах и чудом не полетела на пол. — Будешь скромным кузеном, молчаливо стоящим в сторонке. — Ну да, ведь это ни разу не подозрительно, — хмыкнул Арно. — Вон там платья ты смотрела? Проследив за его взглядом, де Ла Серр только сейчас заметила забитый в самый угол небольшой сундук, который очевидно давно не открывали. Демонстрируя всю палитру сомнений, девушка стряхнула с него пыль и осторожно приоткрыла. Проделала она это с такой медлительностью, будто ожидая увидеть внутри стаю летучих мышей, которые непременно нацелятся на её лицо. Но на деле его содержимое вызвало радостный возглас с примесью облегчения. Элиза повернулась к Дориану, держа в руках темно-синие нарядное платье, по всем правилам английского этикета подходящего для важных приемов. — Если тебе не понравится и оно, то я запру тебя здесь и заставлю перемерить всю ту кучу одежды на кровати, — пригрозила она, на всякий случай обходя ассасина и перегораживая ему выход из гардеробной. — Тебе помочь его надеть? — вместо ответа с чисто мужской ухмылкой на лице спросил он. Получив парочку тумаков в качестве очевидного несогласия с этим предложением, Арно со смехом покинул комнату, под громкий аккомпанемент субъективного мнения своей подруги по поводу всего братства ассасинов и того, куда бы они могли все дружно пойти. — Поторапливайся, тебе ещё нужно сделать из меня тамплиера, — в дверь сказал Арно, прислушиваясь к копошению за дверью. Но последовавшее продолжительно молчание с той стороны в конечном итоге заставило юношу занервничать. Неужели она обиделась? На всякий случай Арно уже начал перебирать различные вариации извинений, но пока что каждая из них заканчивалась так, что придется просить прощения еще и за сами извинения. На счастье Дориана через минуту-другую дверь резко распахнулась, являя народу (в лице ассасина и паука под потолком) угрюмую Элизу, облаченную в нижнюю юбку и незатянутый корсет. — Помоги мне, — просьба прозвучала таким мрачным тоном, каким порой просят припрятать труп ночью на кладбище, а никак не справиться с завязками женского платья. Не дожидаясь ответа, девушка по-военному развернулась на сто восемьдесят градусов, представляя Арно поле для деятельности в виде свободно свисающих шнурочков и петелек, куда эти самые шнурочки нужно продеть. Столкнувшись со столь непосильной задачей, ассасин даже слегка струхнул, но все же сосредоточил все мужество в кулак и схватил первую веревочку. Но, как говорится, первый блин… на потолке, в общем. — Начинай сверху, балда, — спустя минуту опомнилась Элиза, почувствовав неестественное натяжение в районе поясницы. Пришла очередь Арно ругаться, попутно расслабляя затянутые шнурки и переходя к верхним. Процесс, видимо, настолько увлек ассасина, что он буквально приложил все усилия, чтобы как следует затянуть коварный корсет. И опомнился Дориан только когда услышат хрипы со стороны Элизы, подозрительно напоминающие предсмертные. — Прости, — поспешно исправив свою оплошность, пробубнил юноша. Однако пока девушка пыталась отдышаться, её вздымающаяся грудная клетка мешала процессу продолжиться. — Ты можешь не дышать пока? — А руки тебе не оторвать? — возмущенно ответила де Ла Серр. — Я тебя попросила корсет затянуть, а не задушить меня! — Почему бы не совместить приятное с полезным? — ехидно раздалось за спиной у Элизы. — Погоди чуть-чуть, и я проведу для тебя мастер-класс… Ох! — вдруг резко орудие пытки в виде корсета прочным обручем стянуло её грудную клетку, так что девушка проглотила остаток колкой фразы. — Ты что-то сказала? — невинно поинтересовался Арно, с плохо скрываемым злорадством. Ему все больше нравилось это занятие. Элиза молчаливо мотнула головой, благоразумно отложив месть до того момента, как Дориан закончит с корсетом. С молчаливой подругой дело пошло быстрее (Арно безутешно пытался спровоцировать её на разговор, но тамплиерша гордо и стойко держала оборону), и вскоре дело оставалось лишь за верхней юбкой, с которой, по сердечному заверению француженки, проблем не возникнет, что очень огорчило юношу, искренне проникшегося процессом одевания Элизы. — Вы уверены, что Вам не нужна помощь, мадемуазель…как там тебя… Мадемуазель Бертлен? — снова оказавшись по ту сторону двери, испытал удачу Арно. Но удача в лице Элизы была непреклонна. — Абсолютно, мсье Жульен. — Я Жоньер! — возмутился юноша. — Как ты могла перепутать фамилию своего дорого любимого кузена, Флер? — Видимо, не настолько дорогого и любимого, как ты предполагал, Коум, — последовал веселый ответ. Девушка, наконец, справилась с платьем и сейчас занималась тем, что рассматривала себя в зеркале со всех сторон. От непривычного женственного силуэта взгляд перешёл выше, к тому, что иначе как «гнездо» назвать было крайне сложно. Рыжая копна волос, поспешно зафиксированная сзади заколкой, в процессе показа мод растрепалась и местами даже наэлектризовалась, укрепив за собой звание «грива года». — Послушай, ты уверена насчет всей этой чуши под прикрытием? — вдруг донесся серьезный голос ассасина за дверью. — Почему бы нам не воспользоваться старым добрым способом? Выберем удобный момент, когда Мюррей останется один, ворвемся через окно и побеседуем с ним по душам, — при этом Арно выпустил скрытый клинок, одаривая его влюбленным взглядом. Пожалуй, ещё ни одна девушка не удосуживалась такой чести. — Не заставляй меня повторять по сто раз одно и то же, — Элиза всё же рискнула распустить «гнездо», о чём искренне жалела, растеряно осматривая результат. — Лондон сейчас целиком и полностью под контролем тамплиеров, стоит ассасинам хоть где-нибудь дать о себе знать, тут же на них бросят всю мощь и власть Ордена. На данный момент бродить по крышам, прикрывшись капюшоном, более чем небезопасно, Арно. И если тебе доставит удовольствие со всех ног драпать от сотни вооруженных и злых тамплиеров, то меня эта перспектива как-то не вдохновляет. К тому же, позволь мне хоть раз извлечь выгоду от того, что я была членом Ордена. В конце концов, я ещё не вернула им должок за свою смерть. Девушка неуверенно копошилась в волосах, то так, то эдак перекладывая вьющиеся непослушные пряди. Может, попробовать их собрать в пучок? Де Ла Серр быстро скрутила их в узел на затылке и испустила вымученный стон, глядя на образовавшиеся петухи и получившейся из-за электризации зачес, зрительно увеличивающий объем её головы раза в полтора. — А как я могу быть уверен, что твои старые привычки не возьмут вверх, и тебя не соблазнит идея погоняться за ассасином? — усмехался Арно из-за утомительного ожидания. В конце концов, не так просто поддерживать увлекательный разговор, обращаясь к двери. — Поверь, если я захочу от тебя избавиться, то проделаю это без свидетелей, чтобы была возможность растянуть удовольствие, — мечтательно протянула Элиза, умело плетя косичку. Впрочем, до конца дело так и не дошло: недовольная девица уже на середине нетерпеливо привела волосы в исходное, гривоподобное состояние. Что же делать-то? Взгляд метнулся к злосчастной шляпе, которую, поколебавшись, Элиза всё же прихватила с собой в Англию. — В таком случае я даже готов тебе поддаться, — томным голосом ответил Дориан, вызывая нервный смех у своей пассии. — Ты скоро там? Неужели всё-таки запуталась в юбках? — Сейчас! — вспылила Элиза, скорее обращаясь к непослушной челке, не желающей аккуратно лежать под шляпой. Вскоре к этой бунтарке присоединились остальные волосы, поочередно вылезая не там, где нужно. В конце концов, девушка не без злобы сорвала головной убор (из-за чего гнездо увеличилось в размерах) и резко распахнула дверь, благоразумно решив обратить своё сердитое негодование на объект, чей уровень интеллекта хотя бы позволял дать ответную реакцию. — Полюбуйся! От неожиданности Арно отпрянул назад, поначалу не признав в представшей перед ним во всей красе ведьме свою подругу. И после того, как процесс узнавания завершился, юноша разразился громким смехом. — Если ты пойдешь в таком виде, Мюррей от страха всё выложит на одном духу. Главное, пригрози превратить его в жабу, — из-за приступа веселья Элиза разобрала не все слова, хотя со смыслом проблем не возникло. — Ха-ха, как смешно, — в её голосе не было и намека на что-то забавное. — Ну и что мне делать? Ничего не получается, я уже всё перепробовала, хоть отрезай теперь! — Я могу это устроить, — протянул Арно, демонстрируя скрытый клинок. Несмотря на прежние доводы, девушка всё же попятилась, пригрозив ему пальцем и приглаживая свои непослушные, но всё ещё любимые волосы. — Только попробуй… Я серьезно! — воскликнула рыжая в след вдруг куда-то ушедшему ассасину. Тот в ответ только усмехнулся, не считая важным посвятить воскресшую подругу в мотивы своих действий. — Что ты?.. — Элиза не смогла договорить, как вернувшийся с миской воды Арно окрестил её несколькими брызгами, создав у неё впечатление священника, изгоняющего дьявола. Она прикрыла лицо руками от новых брызг, на радость веселящемуся юноше. — Какого… Отца Понимания ты творишь?! — Это решение твоей проблемы, — пожал плечами Дориан, но в третий раз «освящать» девушку не стал. Вместо этого он просто протянул ей ёмкость. — Пригладь волосы, так они хотя бы не будут напоминать поле битвы стаи ворон. Де Ла Серр осторожно взяла миску и, призадумавшись на секунду, с каверзной улыбкой окрестила юношу жидкостью. Тот явно этого ожидал, ловко увернувшись в сторону. Тем не менее, это не огорчило рыжую: она метнулась к зеркалу, пробуя предложенный ей способ. Арно в это время прислонился к косяку с умилением наблюдая за её махинациями. — Ну как? Готова, наконец? Де Ла Серр критично оглядела результат и, ловко собрав несколько прядей в хвост, оставив волосы сзади свободно струиться по плечам, с улыбкой обернулась к ассасину. — Да! Теперь займемся тобой… — Арно отчетливо послышалась угроза в её тоне, по крайней мере, обычно что-то подобное слышат жертвы злобного психопата, так что его рука рефлекторно сжала рукоять рапиры. Тем временем, сам юноша пятился назад, отступая под хищным взглядом Элизы. — Живым не дамся, — со смешком предупредил Дориан, и девушка в предвкушении потерла руки, принимая его вызов.***
— Я чувствую себя голым, — ворчал Арно, нервно вглядываясь к окно экипажа, который вот-вот доставит их чуть ли не в сердце лондонского Ордена тамплиеров, а на нём, тем временем, из оружия имелся только скрытый клинок. Метательные ножи пришлось отдать Элизе, платье которой позволяло незаметно пронести только их. — Боишься провалить операцию? — издевалась девушка, не без улыбки вспоминая, с каким трудом ей пришлось отобрать священную для юноши рапиру. Он буквально отпирался всеми руками и ногами, не внимая резонным доводам, что вооруженный тамплиер как минимум привлечет к себе нежелательное внимание. И, намотав несколько кругов по апартаментам, получив при этом пару синяков и еще больше ласковых эпитетов, Арно не без боя лишился драгоценного предмета. Но радоваться Элиза не спешила — на очереди были призрачные клинки… — Подумаешь, отобрали у мальчика игрушку. Может, наконец, воспользуешься головой, а не только руками. Знаешь, для разнообразия. — Я и без головы прекрасно справлялся, — съязвил Арно, переводя на неё взгляд. С каждой минутой ему отчего-то всё больше и больше не нравился этот план, особенно та часть, в которой присутствует почти безоружная Элиза в очень неудобном для поспешного побега наряде. А так как девушка имела место во всей операции, то мысли Дориана снова возвращались к «мне не нравится наш план», однако в слух он не озвучивал их. В конце концов, назад поворачивать уже поздно. — Нас точно впустят? — де Ла Серр одарила его таким воодушевленным взглядом, что юноша поспешил пояснить причину своего любопытства. — Насколько ты уверена в своей знакомой, так удачно предоставившей эти приглашения? — Достаточно, чтобы не волноваться по этому поводу. Семья Шарлотты когда-то поддерживала моего отца, так что она со всей любезностью, которой только могут обладать англичане, заверила меня, что ничто так не доставит ей удовольствие, как помощь пусть даже далеким родственникам семьи де Ла Серр. Что ты на меня так смотришь? Я представилась как Флер Бернтлен, не могла же я рисковать раскрыть себя. — Да ты параноик, — удовлетворенно произнес Арно, словно этим было можно гордиться. — Ты начинаешь мыслить как ассасин, Элиза. Она отмахнулась от него, закатив глаза. Более унизительного оскорбления для тамплиера невозможно подобрать, но так как девушка больше не была уверена в своих взглядах, то предпочла оставить этот комментарий без внимания. — А ты, Коум, — она сделала акцент на фальшивом имени «кузена». — Рискуешь всё испортить, если не начнешь думать как тамплиер. Хотя бы в этот вечер. И не вздумай упоминать моего отца или меня! Орден сделал всё возможное, чтобы представить смерть отца как заслуженное наказание предателя, — нейтральным тоном добавила девушка, но Арно всё же уловил горькие нотки в её голосе. — Что уж говорить обо мне — пошла на союз с ассасинами против своих же! Так что пока все уверены, что я мертва, лучше мне таковой и оставаться. — А каковы шансы, что твоя далекая родственница действительно решит именно сегодня приобщиться к тайнам английского Ордена? — задумчиво протянул Арно, в уме разыгрывая подобную сценку. Элиза отмахнулась, даже не задумываясь всерьез. — Да вся семья Бертленов, что уж говорить о Флер, носа своего не сунет из Франции, где они обладают хотя бы видимостью власти, которая позволяла всё это время избежать гильотины. Зачем им покидать насиженное место со всеми удобствами ради бедственного положения в другой стране? Нет, насчет этого можно не беспокоиться. Арно, напротив, выглядел обеспокоенным. — То есть мы идем на прием под видом личностей, значение которых сопоставимо с титулом кухонного таракана? Обнадеживающая перспектива. — Мне кажется, или я слышу неуверенность в голосе ассасина, грозы тамплиеров? — рассмеялась Элиза. — Мы будем избавлены от излишнего внимания, что играет нам только на руку. Возможно, если ты будешь играть роль молчаливого спутника, позволив мне вести любезные беседы, то мы расправимся с американцем быстрее, чем ты думаешь. Дориан презрительно фыркнул, «радуясь» предлагаемой роли угрюмого компаньона. Он хотел было что-то добавить, но за окном показались далекие очертания резиденции Триксмена — действующего магистра Ордена, и Арно невольно умолк, вглядываясь в постепенно опускающиеся сумерки за окном. Элиза проследила за ним, но невозможно было по её лицу определить, чем были заняты её мысли. Оставшийся путь ехали в тишине, и вскоре экипаж плавно выехал на подъездную аллею, и тем самым открылся вид на роскошный особняк, который хотелось именовать не иначе, как дворцом. Размах мероприятие без преувеличения можно было сопоставить с королевским приемом. Большинство гостей уже находились внутри, так как Элиза разумно предложила намеренно припоздниться, чтобы пропустить светские посиделки, от которых веяло чрезвычайной скукой, и заодно подгадать момент, когда верхушка Ордена закончит всевозможные закрытые заседания и присоединится к «веселью». Экипаж остановился и юноша, не дожидаясь, пока нерасторопный лакей распахнет дверь, со свойственной молодым людям быстротой ступил на полукруглую подъездную площадку и протянул Элизе руку, по большей части не из-за попытки следовать этикету, а по причине того, что девушка не была способна выбраться из заточения самостоятельно. — Благодарю, — сдержано произнесла Элиза, осторожно осматриваясь вокруг, чтобы убедиться, что выходка Арно не привлекла к ним излишнее внимание. Можно было не волноваться: их экипаж явно прибыл одним из последних, и, кроме незначительных компаний гостей, находящихся уже непосредственно рядом с фасадом резиденции, и слуг, обслуживающих посетителей и проверяющих приглашения на входе, по близости никого не было. Девушка под руку с Арно проследовала к воротам, возле которых двое внушительных швейцаров, облаченных в парадную ярко-красную форму, проверили наличие приглашения, после чего нейтральным тоном пожелали провести время с удовольствием. Сердечно поблагодарив, пара проследовала по главной аллее, ведущей к величественному главному входу. Еще до того, как они переступили порог, до них донеслась музыка и негромкий гул, который всегда сопровождает подобные мероприятия и обычно содержит в себе отголоски пустой аристократической болтовни, звон бокалов с шампанским и фальшивый смех дам, дабы не обидеть «блистающих» своим чувством юмора джентльменов. Арно с Элизой на пару испытали сильнейшее дежавю, переступив порог. Пред ними предстала парадная, одной своей королевской обстановкой напоминая парочке о далеком бале в Версальском дворце. И ностальгия с горьковатым привкусом на несколько минут обуяла их — будто им явился призрак прошлого, едко напоминая о тех временах, когда всё было в разы проще. — Ты думаешь о том же, о чем и я? — приглушенно обратилась Элиза к юноше. Из-за внезапного наплыва воспоминаний они оба слаженно (словно часами репетировали) замерли как вкопанные, а девушка неосознанно сжала руку Арно. — О том, как было бы здорово оказаться сейчас в двухстах милях отсюда? — ассасин уже взял себя в руки, и неумолимо повёл свою даму прямо по коридору, осторожно лавируя между небольшими группами гостей, которые своевременно окидывали новоприбывших с вялым интересом, но на этом знакомство и заканчивалось. К величайшему счастью парочки. — Именно, — сквозь зубы прошипела Элиза, не переставая приветливо улыбаться окружающим. Когда парадная плавно перетекла в просторную залу, где и сосредоточилось главное веселье, желание дать деру безжалостно усилилось. Ну чем ей не понравился вариант с окном? Так, пусть и с мишенями на спинах, они хотя бы были избавлены от этих мучений. И сейчас, осматривая представшую перед какую-никакую, а все-таки толпу тамплиеров, при этом старательно имитируя дружелюбие, Элиза не могла избавиться от навязчивой мысли, что члены этого Ордена (пусть и парижского) испоганили и, в буквальном смысле, угробили её жизнь. Отчего ответные приветствия в адрес обратившейся к ним компании, состоявшей из двух дам и одного джентльмена, прозвучали крайне едко. — А, мадемуазель Бертлен! — после краткого обмена любезностями практически искренне обрадовалась одна из дам, представившееся как мисс Эванс. Выглядела она слегка за двадцать, что подчеркивалось её манерой бурно реагировать на любую информацию, поступающую в её ушные каналы. Надо же было чем-то заполнять ветер в голове. — Моему папеньке довелось как-то вести дела с мсье Бертленом в Париже, я помню, как чудно он отзывался о вашей семье! Как тесен мир, неправда ли, мистер Грекхмен? Худощавый мужчина, стоящий подле мисс Эванс с удручающим отсутствующим видом, на мгновение встрепенулся, уловив в разговоре отголосок собственного имени. Судя по всему, «кавалеру» предписывалась роль няньки на этот вечер, и перспектива таскаться с «детём» под руку влияла на его выражение лица именно таким вот образом. И невпопад кивнув вместо ответа, мистер Грекхмен вновь потерял интерес ко всему происходящему. Арно даже почувствовал укол зависти — вот бы так же отгородиться от всех, и поскорее перейти к той части вечера, в которой мистер Мюррей насаживается на его скрытый клинок подобно шашлыку на шампур. Но вместо этого юноша со всем обаянием, на какое был способен (хватило бы, чтобы очаровать всё женское население Лондона) обратился к мисс Эванс: — Скажите, а Ваш папенька, случаем, не скрасил этот прием своим присутствием? Было бы невежественно с нашей стороны упустить такую возможность повидаться с ним, — под его взглядом девушка чуть не растаяла, и заговорила с небольшим придыханием: — Сожалею, но он никак не успевал окончить свои дела в Стратфорде, — несмотря на слова, в её тоне ничего близкого к «сожалению» не наблюдалось. Мисс Эванс, судя по всему, собиралась что-то ещё добавить, но из её полуоткрытых тонких губ не донеслось больше членораздельных слов, а её взгляд вдруг потерял фокус, чтобы затем обрести его, буквально, в лице Арно. Элиза принялась разглядывать потолок, в надежде отослать приступ веселья в космос, а Арно, казалось, ни разу не смущал столь бурный интерес. Его более чем устраивало отсутствие мистера Эванса, как настоящего знакомого семьи Бертлен, а значит и угрозы для и так не столь гениального плана. Возникшая пауза начала обрастать колотым ощущением неловкости, когда не вступавшая до этого в разговор миссис Дэниел, занимающая почетное место по другую руку мистера Грекхема, приглушенно покашляла, однако и это не привело фокус девицы в нормальное состояние. — Мьсе Жоньер, Вы с невесткой надолго в Лондоне? — англичанка на фоне мисс Эванс выглядела чуть ли не старой, хотя на деле ей было чуть под тридцать. И вежливая сдержанность, присущая истинным британцам, в данный момент была воспринята французами как спасательный круг утопающим. Хоть и её вопрос вызвал таинственные улыбки, которые, впрочем, можно было трактовать по-разному. — Мы с моей кузиной, — Арно сделал акцент на последнем слове, и почувствовал как буравящий его взглядом объект принялся буравить с большей силой, так что мистеру Грекхему пришлось ненадолго вернуться в суровую действительность и придержать поддавшуюся вперед девушку. К веселому удивлению Элизы, в лице миссис Дэниел вдруг тоже что-то изменилось, и это изменение отчего-то не понравилось девушке больше, чем реакция мисс Эванс. — Пока не определились со сроками нашей поездки. Хочется уделить столь прекрасному городу как можно больше времени. Тут де Ла Серр аккуратно закашлялась, мысленно припоминая богатую на выражения реакцию «кузена» на встретивший их проливным ливнем город. Арно как ни в чем не бывало продолжал воздавать Лондону хвалебные оды на радость дамам (по мнению Элизы, они бы слушали его с таким же вниманием, описывай он со всеми деталями истинную причину, которая привела французов в Англию), и, улучив момент, незаметно пнул хихикающую спутницу ногой. Ещё минут десять-пятнадцать ушло на продолжение этой светской беседы, когда, на счастье Элизы, раздавшийся бой колокола в небольшой часовне посреди внутреннего двора известил одновременно о наступлении восьми вечера и окончании всех возможных формальных собраний. Музыканты тут же подхватили более оживленную мелодию, и вместе с ними оживился и народ, возбужденно зашумевший и заинтересованно оглядывающийся на массивные двери вверху столь же габаритной лестницы, ведущей в более приватную часть резиденции. И словно только целенаправленный взгляд многолюдной толпы служил ключом, двери распахнулись в следующие несколько секунд, возвращая «с небес на землю» около дюжины человек, облаченных в ярко-красные одежды. Арно быстро узнал одного из них. — Наша цель, — шепнул он Элизе на ухо, глазами показывая на шедшего вторым высокого мужчину средних лет. Его мрачная серьезность, возможно, присутствовала на лице «по умолчанию», однако улыбающиеся и вполне довольные жизнью остальные «шишки» выделяли из толпы серую лошадку похлеще черного пятна на белом платье. Девушка привстала на носочки, найдя дополнительную опору в виде всё той же руки юноши, и, наконец, разглядела Мюррея, который, как на зло, до этого чуть затерялся среди остальных тамплиеров. Подавив желание плюнуть на все возможные формальности и начать в полный голос обсуждать их дальнейшие действия, для наглядности образовав полукруг и склонив друг к другу головы, чтобы у врагов не осталось сомнений, кто тут решил подгадить прием, девушка лишь чуть повернула голову ближе к Арно и шёпотом уточнила: — Ждем? — и, получив утвердительный ответ, с неким негодованием нашла сходство в своем поведении с тактикой ассасинов. Неужели влияние Арно сказалось? Тем временем Дориан кратко проинструктировал подругу не спускать с объекта глаз, для верности разделившись, чтобы увеличить круг обзора, и первым принялся исполнять собственные инструкции. Элиза воспользовалась переключением внимания своих собеседников на верхушку Ордена и быстренько улизнула в противоположную, вопреки желанию, от ассасина сторону. Когда всеобщее скромное на овации ликование стихло, народ потянулся танцевать, радуясь, что долгожданная часть вечера всё же наступила. музыканты неистово трудились, танцоры не очень, но зато от души. И следить за американцем стало удобнее: так как к танцующим Мюррей присоединяться не спешил, то ограничился вялыми дискуссиями с братьями по антитанцевальному настроению. Элиза с Арно на пару бродили по залу, с чувством коршунов, кружащих над добычей. Хорошо хоть внешне они себя контролировали, изображая добродушие в его чистом виде. Де Ла Серр уже заходила на третий круг своего сымпровизированного обхода, когда заметила изменения в рядах танцующих пар. И этому изменению предписывалось стоять и помалкивать, изображая тамплиера, а не нарезать круги под руку с одной из них! Остолбенев, Элиза поочередно рассматривала то беззаботно вальсирующего Арно, то его спутницу, которая снова настроила свой фокус исключительно на объект обожания. При этом испытывала смешанные чувства, но только негативного характера. И самое обидное, что нельзя сию же минуту осчастливить пустую юношескую голову подзатыльником и закатить ему заслуженную сцену по причине того, что тот рискует привлечь к себе внимание. Очевидно, что в таком случае Элиза задолжает подзатыльник и собственной голове. Приглушенно выругавшись, так что стоящий рядом молодой джентльмен удивленно покосился в её сторону, Элиза поспешила отвести взгляд от центра залы и сосредоточиться на американце, который беседовал всё с той же группой тамплиеров. Пока Арно развлекается, Элиза решила подобраться поближе, по пути захватив бокал с шампанским и строя из себя одну из тех дам, которые любят на шумных сборищах побродить немного в отдалении и порассматривать декор, как будто им действительно было дело до расписных потолков. По крайней мере, потенциальных кавалеров это отгоняло. К большому сожалению, подобраться достаточно близко к Мюррею не удавалось из-за собравшихся вокруг высокопоставленных членов Ордена, которые явно были против лишней компании, так что незаметно подслушать разговор не стоило и надеяться. Но девушка лишь мысленно пожала плечами: всё равно она только попыталась сделать хоть что-то полезное для их операции, раз Арно имел другие приоритеты. И как долго ещё американец «по этикету» будет чествовать данное мероприятие, прежде чем, наконец, уединится в каком-нибудь темном пустынном коридоре? Конечно, наивно полагать, что удача настолько расщедриться, не было смысла, но сладко помечтать никто не мешал. Сделав ещё один глоток игристого напитка, девушка перевела взгляд на Арно, который умудрился поменять партнёршу и, избавившись от мисс Эванс, явно повеселел, раз за разом раскручивая какую-то столь же молодую и раздражающе восторженную девицу. Его кузине только и оставалось, что сердито отпивать шампанское, наплевав на необходимость ясной головы (Дориана явно это тоже не заботило), и временами поглядывать за объектом, который определенно не собирался куда-то уходить. А жаль. Накопленной на француза злости хватило бы Элизе лично разобраться не только с Мюрреем, но и со всей здешней верхушкой заодно. Время предательски растянулось. К тому моменту, когда часы известили о наступлении девяти часов, девушка допивала уже третий бокал, не заметив, как опустели предыдущие два. Арно завоевал любовь как минимум трети всех присутствующих дам, а в придачу к этому зависть одиноких кавалеров, рассчитывающих на внимание этой самой трети, и недовольные сердитые взгляды тех джентльменов, кто имел счастье называть своих падких на французов пассий женами. К тем сердитым мужским взглядам частенько присоединялся ещё один, но уже девичий, когда ассасин нагло подмигивал Элизе, оказавшись поблизости. Как только весть о том, что обаятельный гость из Франции состоит исключительно в кровно-родственных отношениях с мадемуазель Бертлен, то о вышеупомянутой особе и вовсе позабыли, завлекая Арно в коварные сети одиноких женских сердец. И, возможно, в другой ситуации, Элиза сочла бы такой поворот весьма удачным, если бы не два фактора. Во-первых, своим положением невидимки она всё равно не могла воспользоваться как следует, пока Мюррей окружил себя исключительно доверенными лицами, а во-вторых её раздражала реакция Арно на происходящее. Да он как сыр в масле катался, ловко переключая внимание с одной требующей внимания особы на другую. И самое обидное, что всё это изначально её план! Хоть и Арно-повелитель-женщин определенно туда не вписывался, девушка была вправе винить только себя в своих же мучениях. И вариант с окном медленно, но верно начинал казаться всё более привлекательным. — Мне кажется, два мертвых тела на сегодня — это слишком, — Арно окинул бокал в руке Элизы таким ироничным взглядом, что свидетельствовало о том, что он видел предыдущие два. — Боишься, что я тебя как следует пристукну? — парировала она, сильнее сжимая бокал, борясь с желанием вылить оставшееся шампанское на макушку ассасина. Тот, в свою очередь, искренне не понимал, чем вызвана эта враждебность. — За что? Тамплиеры приняли меня как своего, — наклонившись ближе к ней, весело прошептал он. — Чего не скажешь о тебе. В глазах здешнего общества ты больше напоминаешь ассасина, чем я. Это открытие показалось Арно настолько смешным, что он в открытую рассмеялся, словно реагируя на остроумное замечание девушки. — Ты самый настоящий подлец! — Элиза сердито направила на юношу указательный палец. Пара англичан с интересом обернулись, в надежде на яркую семейную сцену. А то некоторые уже начинали скучать. — Позволю с тобой не согласиться, Флер, — с нажимом на фальшивое имя отвечал парень, осторожно опуская её руку, будто та могла взорваться. Он махнул незапланированным зрителям, и те не без разочарования отвели взгляды в сторону. Убедившись, что за ними больше не наблюдают, он обратился к своей спутнице, которая успела залпом допить оставшуюся в бокале жидкость. — Я делаю всё, чтобы сегодняшний вечер прошёл как запланировала — между прочим! — ты. Стой! Тебе не кажется, что шампанского с тебя хватит? Тянувшаяся в тот момент к ближайшему официанту девушка в ответ лишь скорчила гримасу, однако тянуться перестала. Уже сейчас играющая музыка начинала давить на уши, не хватало ещё, чтобы у неё закружилась голова в самый ответственный момент. Но без алкоголя спокойно смотреть на танцевальный дебют Арно у Элизы попросту не получалось! Так и хотелось огреть его чем-нибудь тяжеленьким, а этот приступ жестокости подавлялся только принятием внутрь чего-то крепкого. — Ох, бедненький, — притворно жалобным голосом сказала девушка. — Так измучился, наверное! Руки не отвалились ещё, столько то баб перебрать за час?! Последние слова получились чуть громче установившегося уровня шума, так что прежние любопытствующие вновь в ожидании зрелища обратили своё внимание на парочку. — Да что ты взъелась на меня? — опешил Арно, поспешно отводя рыжую в сторону, поближе к окнам, дабы создать хотя бы иллюзию приватного разговора. — Это всё, — он раскинул руки, сопровождая сие действие выразительной гримасой. — Твоя идея! В том числе и наше с тобой родство, хотя могли бы сейчас помолвленной парой нагло вальсировать под носом у Мюррея. — Знаю, — успокоившись, мрачно буркнула де Ла Серр. Продолжать бессмысленные препирания было не только неуместно, но и опасно. Она устало потерла ладонями виски, будто это могло избавить от ощущения, что вечер неумолимо катится под откос. — Ладно, нам следует вернуться, а то упустим американца… — Вряд ли, — махнул рукой Дориан, словно позабыв о прошедшей ссоре. — Никто из высших чинов Ордена не покинет это мероприятие до наступления десяти часов. Этикет, видишь ли, обязывает, — глянув на застывший на лице Элизы вопрос, ассасин замялся, но всё же смущенно пояснил: — Мне миссис Дэниел рассказала. — Ты и с ней успел пообжиматься?! — возмущенно выдохнула Элиза, позабыв о намерении отложить все обвинения на потом. — Да она тебя лет на десять старше, и к тому же, она замужем! У тебя совсем совести нет? Ассасин снова попытался утихомирить расшумевшуюся подругу, но в данном положении все привычные для него методы отпадали — вырубить нельзя, заткнуть рукой тоже (слишком заметно), в конце концов, даже поцелуй не поможет! Конечно, последнее из перечисленного — самое эффективное против подруги детства, но не при людях же, считающие их братом и сестрой! Так что Арно оставалось только цыкнуть на неё. — Её муж сам впихнул её мне в руки, между прочим! Видимо, те молоденькие брюнетки нуждались в его внимании больше, чем собственная жена. И вообще, мадемуазель Бертлен, не стоит ли отложить посторонние разговоры на потом? Пока нам есть чем заняться. — Абсолютна согласна, мсье Жоньер, — последовал холодный ответ, и девушка первой поспешила вернуться на свой покинутый пост, подавляя желание обернуться. Пусть хоть со всей Англией перетанцует, ей-то что. Проводив проходящего мимо официанта хищным взглядом, Элиза со вздохом мысленно себе пообещала бутылочку хорошего вина после сегодняшней ночи. Она её заслужила. Следующие полчаса пролетели на удивление быстро. Де Ла Серр завязала не обремененный смыслом разговор со стоящими рядом тамплиерами, украдкой наблюдая за Мюрреем, всё перемещение которого состояло из перемены стоячего положения в сидячее. Глядя на беззаботно раскинувшегося на одной из расположенных по периметру залы скамье тамплиера, Элиза поймала себя на мысли, что тоже не отказалась бы присесть. — Наслаждаетесь видом? — донесся до неё голос слева. Обернувшись, она заметила высокого молодого человека, хоть и непримечательной наружности, но которого без лукавства можно было назвать симпатичным. Что-то чего лице показалось Элизе знакомым, однако она не могла понять, что именно. — Нечасто выпадает возможность увидеть такую роскошь, — улыбнулась девушка, осторожно присматриваясь к незнакомцу. Тот понимающее кивнул. — Увы, когда подобные события случаются еженедельно, то обстановка теряет своё очарование. Хотя, должен заметить, сегодня всё как-то необычно… по-особенному, мадемуазель Бертлен, — его обворожительная улыбка разбилась о её вежливое равнодушие, подобно волнам о скалы. Ответное легкое удивление в глазах собеседницы, откликнувшееся на отзвук собственного имени, вызвало веселый смех незнакомца. — Слухи о необычной французской парочке распространяются очень быстро. К тому же Ваш кузен весьма искусно привлекает к себе внимание, — тут Элиза искренне согласилась, мимолетом оглянув зал, впрочем, не заметив Арно. Но это ещё ни о чем не говорило. — Мсье Жоньеру иногда трудно сдерживать порывы своего восхищения, — с издевкой произнесла девушка, находя тему разговора увлекательной. — Надеюсь, здешнее общество не сочтет его поведение неприличным. Получив сердечные заверения, что вероятность такого события нулевая, незнакомец, наконец, представился как мистер Роберт Триксмен, и тут Элиза поняла, что именно схожие черты лица со старшим Триксменом давали ей ощущения дежавю. Что ж, судьба сама привела ей в руки сына магистра Ордена, которому наверняка есть, что сказать. Хотя в тот момент, Элизу больше соблазняла идея отомстить Арно. И поэтому она, после последующего обмена любезностями, особо не раздумывая согласилась принять приглашение на танец. Первая, и даже третья волна танцующих давно схлынула, а четвертая представляла из себя всего пять пар, не слишком утруждающих себя энергичными телодвижениями. Элиза под руку с Робертом, горделиво вскинув голову, прошествовала в самый центр пространства, заняв обширное свободное место между остальными парами. быстрая музыка как раз сменилась на более спокойную мелодию, и после ритуального приветствия, девушка вложила правую ладонь в его левую, позволив ему приобнять себя. Роберт вёл решительного, но не поспешно, так, что Элизе не составляло труда подстраиваться под его широкий шаг. Всё вокруг закружилось, смешивая людей и интерьер в одно сплошное пятно, музыка начала отдаваться в ушах, будто музыканты играли только для них двоих. Темп постепенно наращивался, увлекая за собой подвластных ему людей. — Вы весьма искусный танцор, — продолжая танцевать, отметила девушка, с удивлением замечая, что начинает получать удовольствие от этого действия. Мистер Триксмен улыбнулся: — Должность обязывает. Его уклончивый ответ только подстрекнул любопытство француженки, которая слегка напряглась, понимая, как близко они находятся к скользкой теме. — Вам платят за приглашение на танец стоящих в сторонке дам? — Элиза шутила, сохраняя ветреный тон, при этом она подбиралась к англичанину словно затаившийся охотник, аккуратно подбираясь ближе, чтобы не спугнуть добычу. — Порой мне кажется, что да, — с легкой иронией ответил тамплиер. — Отцу известно моё желание приобщиться к Ордену, однако по его мнению я еще не готов, — Роберт со знанием дела разок крутанул партнершу. — Вот и приходится чем-то занимать время, пока остальные заняты действительно важными делами. Его искренняя горечь могла бы вызвать у девушки сочувствие, если бы еще несколько недель назад она бы не удобряла землю на кладбище по вине тамплиеров, а так джентльмен удостоился только облаченных в вежливую форму соболезнований. Впрочем, к чести Роберта, он не стал более продолжать эту тему, с легкостью переключившись на менее щекотливые, к сожалению Элизы, которая всё же питала надежду на случайную оговорку партнера по поводу какой-нибудь тайны Ордена. Но, похоже, магистр действительно предпочитал держать сына в стороне. Дальнейший разговор вызывал у девушки глубочайшую скуку, хотя внешне она блистала улыбками направо и налево, изредка вставляя остроумные замечания. Когда, наконец, музыканты смилостивились над танцующими и завершили свой быстрый фарс, Роберт галантно прижался губами к запястью девушки, в качестве благодарности за подаренный танец и в знаке прощания одновременно. Де Ла Серр с легким сердцем, наконец, освободилась от кавалера, и приготовилась уже прошествовать через залу к уже «нагретому» местечку рядом с Мюррем, как столкнулась с небольшими затруднениями. Судя по всему те джентльмены, чьих дам беспардонно увел Арно, вдруг обратили внимание на доселе невидимую кузину, которая так решительно и весьма обворожительно вальсировала. И на пути рыжеволосой то тут, то там начали возникать преграды в виде когда широких, когда не очень мужских плеч, в разной степени умоляя подарить им следующий танец. От такой неожиданности Элизе не хватило твердости оказать сопротивление мужскому напору, поэтому пара танцев все же была подарена. Однако после девушка насытилась столь лестным вниманием к своей скромной персоне и уже не стесняясь ни выражений, ни жестов, с боем выбралась из порочного круга, чтобы примкнуть к рядам скучающий одиноких дам. Не успела девушка перевести дух и соблазниться мыслью под шумок прихватить еще один бокал шампанского, как она наткнулась на немигающий взгляд Арно. Он напряженно замер, издали напоминая мраморную статую. Причем, явно недовольную. Несмотря на все старания ассасина прожечь в девушке дыру, она со всей беспечностью подмигнула в ответ, уже скорее назло демонстративно приняв бокал у вовремя оказавшегося рядом официанта и в воздухе отсалютовав другу. Чары, доселе удерживающие Дориана в одной позе, тут же рассыпались, и юноша решительным шагом преодолел разделяющие его и Элизу расстояние, пробираясь через людей подобно ледоколу в северных частях Атлантики. — Что-то не так? — невинно хлопая глазами, спросила де Ла Серр, когда угрюмый юноша оказался подле неё. Он так часто и крайне недовольно дышал, что казалось ещё чуть-чуть, и он начнет извергать пламя словно дракон. Арно ответил не сразу. Сначала он отобрал шампанское (Элиза особо не сопротивлялась, она наслаждалась его выражением лица), всучив его ближайшей парочке пожилых англичан, которые вместо благодарности воззрились на дерзкого француза с большим удивлением, затем всё так же молча взял её за руку и с прежней проявленной решимостью ледокола повёл её к одному из выходов. Девушка даже не стала отпускать никаких колких замечаний — настолько её заинтриговало поведение «кузена». Поэтому она покорно следовала за ним, позволяя вести её за руку, как собаку на поводу. Эта небольшая процессия проследовала к одному из длинных коридоров, по которому слонялись уставшие от шумной залы люди, затем запетляла по череде поворотов, больше напоминающих лабиринт нежели адекватный результата работы архитектора резиденции. Спустя несколько минут таких плутаний, у Элизы лопнуло терпение. — Что ты делаешь? — она вырвала руку из его хватки, резко остановившись на месте. — Нельзя далеко уходить, мы упустим Мюррея… — Он уже ушел, — грубо перебил её Арно, тоже замерев на месте. Он насладился мгновением, когда у неё удивленно вытянулось лицо, и после этого ехидно добавил. — А нечего было «обжиматься» с мужской половиной зала! — А тебе какое дело? — в свою очередь возмутилась Элиза, в тайне радуясь его реакции. — Я влилась им в доверие, следуя твоему примеру. — И из-за этого подставила под удар все дело, — безжалостно парировал Арно. — Ты даже не заметила, как пробило десять часов! — Неправда! — уже не так уверенно заговорила девушка, пытаясь смутно припомнить, когда же она увлеклась настолько, что пропустила столь громкое событие, как бой колокола. — Я просто… В смысле я слышала… А ты вообще танцевал с миссис Дэниел! Настолько по-детски прозвучавшее обвинение в другой ситуации вызвало бы неподдельный смех у Арно, однако сейчас он был слишком озабочен предстоящей работой. И он только смачно выругался сквозь сжатые зубы, продемонстрировав своё мнение по поводу сложившейся ситуации, и продолжил путь по коридорам, уверенным шагом пересекая пространство. Де Ла Серр хотела на зло ему остаться на месте, а может и вернуться в зал, но понимая, насколько ребяческим такое поведение будет являться, последовала за ним, храня угрюмое молчание. Но девушка явно себе льстила: любопытство, присущее юным особам женского пола, начинало съедать её изнутри. И чем дольше девушка вместе с Арно отдалялась от людных помещений к более приватным, тем сильнее становился зуд рвущихся наружу вопросов. В конце концов, когда ассасин резко свернул в узкий проход, его рыжая спутница не выдержала, и прижала его к стене (ширина прохода не позволяла даже двум людям идти рядом, так что парочка оказалась зажата между двумя стенами). — Ты скажешь, наконец, что задумал? Ты знаешь, где сейчас американец? Мне завести его куда-нибудь в темное местечко, чтобы поговорить по душам? Или лучше… Дориан зажал ей рот рукой, благо теперь без свидетелей он мог особо не церемониться. — Тише! Я проследил за ним, когда он закончил свои светские беседы, — юноша быстро кивком головы указал на маячащую впереди коридора дверь. — Это второй вход в его кабинет, где он сейчас беседует с Триксменом. И если ты перестанешь орать, то, возможно, нам удастся застать его одного. Элиза, которая всё это время кидала яростные взгляды на ладонь юноши, обреченно вздохнула и моргнула в качестве обещания вести себя тихо. Дориан медленно убрал руку, опасливо косясь на девушку, в ожидании следующего фокуса. — Так он сейчас с магистром Ордена? Или с его сыном? — на тон ниже спросила девушка, закусив губу. — У него есть сын? — переспросил Арно, искренне удивившись новой информации. Так как они все еще были зажаты в узком проходе, юноша поспешил передвинуть спутницу влево, чтобы иметь возможность хотя бы вздохнуть спокойно. — Я тоже удивилась. Хотя он показался мне милым. Для тамплиера, разумеется. — Подожди… Это тот тюфяк, который первый пригласил тебя на танец? — прищурился Арно, вспоминая высокого худощавого англичанина. — Я бы использовала другое слово для его характеристики, — уклончиво ответила Элиза, но, заметив намечающуюся ссору (вернее, продолжение всё той же), поспешно поправилась. — Тюфяк, так тюфяк. Давай, наконец, начнем вести себя как взрослые и отложим этот разговор до более подходящих обстоятельств. — Бойцовский ринг подойдет, — съязвил Арно, намекая о своих представлениях о ходе будущего разговора. Однако добавлять ничего добавлять не стал. Он, попросту, не успел бы. — Могу я чем-нибудь помочь? — мистер Мюррей переводил жесткий взгляд с замеревшего с открытым ртом юноши на удивленно вскинувшую брови девушку и обратно. Первой нашлась француженка, отпихнув Дориан назад (что получилось правдоподобно, но неуклюже из-за тесноты коридора) и с облегчением кинувшись навстречу англичанину. — Слава Богу, мсье! — от фальшивого волнения усилился французский акцент, но Мюррея больше напугала нездоровая радостная возбужденность, с которой на него накинулась рыжая. — Я уже думала, что пропала! Этот молодой человек обманом завел меня в безлюдное место, наглым образом ставя под вопрос мою честь! Если бы не Вы, не знаю, чем могло всё закончиться. Ох, какое счастье! Судя по лицу англичанина, ему совершенно не прельщала свалившаяся на его голову роль спасителя. Однако он позволил Элизе проскользнуть в кабинет и обличать несостоявшегося преступника стоя за его спиной. Тем временем лицо Арно перемерило все возможные цвета, остановившись на мертвенно голубоватом, пока на него сыпались трехэтажные обвинения в попытке осуществить грязные намерения. — Не беспокойтесь, мисс, стражники с ним разберутся, — мужчина прервал словесный поток, и Элиза тут же замолчала, понимая, что перестаралась. — Зачем же сразу стражники? Не стоит беспокоить их по такому пустяку… — Так он приставал к Вам или нет?! — вспылил Мюррей, раздраженный метанием француженки от крайности в крайность. — Ещё как, сэр, — опередил девушку Арно, чувствуя запах горелого в воздухе. Это горели алым пламенем их надежды на благополучное совершение плана. — Но мадемуазель слишком великодушна, чтобы навлечь на кого-то суровое, пусть и заслуженное наказание. Однако благодаря Вам преступник получит по заслугам… Дориан продолжал совершенствоваться в красноречии, то чествуя чувство справедливости американца, то порицая «слишком мягкий» характер девушки, тем самым попеременно вызывая у обоих раздражение и желание заткнуть юноше рот. Мюррей то и дело порывался перебить нескончаемый поток слов, но Арно ловко перекрикивал любые попытки и продолжал речь с большим вдохновением и уровнем громкости. В конце концов, Элизе это надоело. Корабль почти затонул, и попытки Арно с помощью ведра откачать воду ничем хорошим окончиться не могут. — Лучше быстрее с этим покончить, — выплюнула девушка, впервые за минут пять напоминая о своем присутствии, и, схватив первое, до чего дотянулись руки, шарахнула этим предметом по голове американца. К чести последнего, он в последний момент среагировал и посеребренная статуэтка торжествующего всадника провалилась в пустоту, чтобы через секунду встретиться с полом. Три пары глаз в ступоре уставились на упавший предмет. — Да что же сегодня за день то такой, — устало и раздраженно протянула девушка, наблюдая за тем, как лицо Мюррея постепенно приобретает подозрительные и злобные оттенки. Официальное подтверждение: миссия провалена.
