"Я - твоя ошибка"

      — А в отделение-то зачем приходил? Травкой, случайно, не балуешься? — подозрительно поинтересовалась женщина, изогнув выщипанную бровь, тонюсенькую, как ниточка, но щедро подведенную карандашом.       — Травкой? — киборг покосился на газон и цветочную клумбу и уверенно ответил: — Нет. Я только цветы поливал.       — Вот и молодец. А то у вас это сплошь и рядом бывает.       Спрашивать, у кого это — «у вас», Алекс не стал, потому что уже успел понять: на его слова люди почему-то чаще всего реагируют агрессивно. Умерив любопытство, он решил больше молчать и слушать.       — Ты где ночевать-то собираешься, раз из дома ушёл? В гостинице? — судьба грустного рыжеволосого красавчика искренне заботила добродушную толстушку. — Тебе наши орлы документы-то отдали?       — Документы мне не дадут. Техпаспорт у хозяйки остался.       — У хозяйки? Подожди, так ты что — квартиру снимал? И денег, небось, нет? Заплатить не смог? А хозяйка тебя сразу в полицию?..       Вопросы сыпались один за одним, поэтому киборг решил ответить лаконично и честно только на тот, который понял:       — Да, денег совсем нет.       — А эта змея и подождать бы могла, раз видит, что у мальчика трудности, — раскипятилась уборщица.       Какую именно змею она имеет в виду, Алекс тоже не имел понятия, но уточнить это не решился.       — Ох, а где ты уже брюки-то так извозил? Смола, что ли? — женщина поковыряла ногтем пятно на его коленке и всплеснула руками: — Батюшки, и вторая штанина тоже?       Irien кивнул, что должно было, видимо, означать: «Да, обе».       — Бедняжка, как же ты теперь? Ни денег, ни документов… Значит, пойдешь со мной в морг. Меня там и так уже заждались.       Рыжие брови взлетели вверх от удивления.       — В морг? — с сомнением переспросил рыжий. — Странно... вы очень хорошо выглядите, непохоже, что у вас такие серьёзные проблемы со здоровьем.       — Так за здоровьем туда и хожу, — зарделась толстушка. — Я женщина молодая, видная, а от мужа моего, алкаша проклятого, толку никакого. Так, чемодан без ручки. И обуза, и бросить жалко. Зато в морге у меня санитар знакомый, уж такой затейник, — она махнула пухлой ручкой и кокетливо отвернулась, прикрыв ею лицо. — Только худющий, с виду соплёй перешибить можно, аж слёзы наворачиваются. Вот поесть ему собрала, а то отощал совсем со жмуриками своими. Я ж тут уборщицей по совместительству, а так в столовой поварихой работаю. Приходится милого моего подкармливать, на покойниках ведь особенно не разъешься.       — Да. Не всякая органика одинаково питательна, — со знанием дела подтвердил киборг.       — Ладно, хватит болтать, — женщина нагнулась за сумками, отчего её пышный бюст чуть не выпал из глубокого декольте. — Меня будешь звать Алевтина Васильевна. Не вздумай при моём птенчике брякнуть просто «Алевтина», а то он у меня ревнивый как лев. Запомнил?       Про птенчика и льва рыжий не понял ничего, но зато уловил в наборе слов вполне конкретное указание и кивнул:       — Да, Алевтина Васильевна.       — А он меня Алей зовёт... и Алечкой, — томно вздохнула уборщица и мечтательно закатила глаза.       — Как котёнка, — неожиданно вырвалось у киборга.       — Ага, и котёночком, — довольно заулыбалась она.       — Вы должны отдать их мне, я понесу, — твёрдо сказал Алекс, указав на довольно увесистые сумки, которые женщина поставила на скамейку, чтобы проверить, все ли в порядке с их содержимым.       — Ты ж моё солнышко, — умилилась Алевтина и передала киборгу свою ношу. — И какая же дрянь тебя выгнала? Аж зла не хватает. Ну, ничего, не расстраивайся. Что-нибудь придумаем, — и она походкой роковой красотки, которая в её исполнении смотрелась довольно забавно, направилась к остановке маршруток.       На общественном транспорте киборг еще ни разу не ездил, поэтому с интересом глазел по сторонам, сохраняя полезную информацию. В ближайшем кинотеатре только что закончился фильм, и поэтому народу на остановке скопилось достаточно много. Капсула скоростной транзитной системы за раз вмещала не больше двадцати пассажиров, и Алевтине с сопровождающим её киборгом пришлось даже одну пропустить.       Женщина купила Алексу билет, и они заняли свои места, которые оказались в середине салона. Рядом с киборгом, кряхтя и охая, уселась бойкая старушенция, любовно разместив у себя на коленях горшок с разлапистым кактусом.       Длинные колючие отростки то и дело раздражающе кололи киборга в бок, а иногда и в щеку. Иголки насквозь прошивали футболку и впивались в гладкую нежную кожу. Если бы любовник хозяйки не удалил из программы режим «агрессивный секс», то сейчас Irien активировал бы его, с целью нейтрализовать неприятные ощущения. Увы, пришлось лишь забиться в самый дальний угол, чтобы максимально уменьшить контакт с острыми иглами растения.       Заметив, что её протеже как-то странно изогнулся и максимально прижался к подлокотнику кресла, Алевтина воспылала праведным гневом:       — Да что же это делается? Это что ж за мода пошла? Сама коряга колченогая, так еще и колючку такую же в транспорт припёрла! Вон бедный мальчик уже весь покололся, а она сидит, как краля! Ты ж ему глаз чуть не выколола баобабом своим, калоша старая!       За Мурзика раньше так никто не вступался, и ему почему-то стало приятно. Бабка, которая уже набрала побольше воздуха во впалую грудь, чтобы достойно обложить скандалистку в ответ, увидев, что та привстала и уперла руки в крутые бока, решила не рисковать и, покрепче обняв горшок, шустро ретировалась в самый конец салона.       Рыжий растерянно потёр уколотую кактусом щёку и поднял глаза на свою спасительницу, которая до сих пор стояла в проходе с самым воинственным видом. Система безрезультатно билась над тем, чтобы определить тип ситуации. Варианты «Эротическая игра», «Активный отдых» и «Этикетный диалог» вряд ли здесь годились. Irien совершенно непрограммно улыбнулся и тихо произнёс:       — Спасибо...       — Да какое там спасибо! — отмахнулась грозная амазонка. — Песок из бабки сыпется, а всё туда же...