"Я - твоя ошибка"

      Виолетта вышла в зал, нервно накручивая на палец прядь белокурых волос. Переживания за Алекса отодвинули на задний план все другие чувства. Своего мучителя она сейчас не боялась, а появления его изуродованного киборга даже ждала. Говорил Марат довольно убедительно, но девушка всё равно не поверила тому, что он спустил на тормозах историю с игуаной и к исчезновению рыжего непричастен.       Общая атмосфера в салоне была накалена до предела. Казалось, щелкни кто зажигалкой, и всё взлетит на воздух.       Наталья совершенно иррационально поддалась общему тревожному возбуждению и где-то внутри даже почувствовала себя виноватой. Если бы этот рыжий не остался с ней допоздна, то, может быть, ничего бы и не произошло. Она подсела к Виолетте и тихо прошептала:       — Алекс у него?       Девушка по привычке насупилась и приготовилась дать отпор, но, прочитав в глазах Наты искреннее участие, неопределенно пожала плечами и ответила:       — Я не знаю. Он говорит, что нет. Я попробую выяснить точно, но…       — Ладно, хватит сидеть, — уборщица достала свой простенький видеофон и раскрыла инфранет. — Чего смотришь? Лучше обзванивай клиентов вашего «Заката». Или ты хочешь разбираться тут с каждым персонально?       Признав замечание справедливым, Виолетта с сосредоточенным личиком уселась за рабочий компьютер и открыла журнал с предварительной записью.       У Натальи же имелась собственная версия насчет того, куда мог подеваться рыжий. Она отлично знала, насколько упрямой могла быть её подруга, когда дело касалось многочисленных «хотелок» и желания всех переплюнуть.       Предположение подтвердилось практически сразу — на Алининой странице в социальной сети красовался портрет Айса. Если бы не подпись под голографией, Ната ни за что не узнала бы киборга. Даже несмотря на неподвижный ничего не выражающий взгляд, в него хотелось немедленно влюбиться. Сейчас он дал бы фору любому Irien’у. В написанном с ошибками тексте хозяйка гордо сообщала, что «Закат» стрижёт ей прислугу на дому.       Бегло пробежав глазами ядовитые комментарии, Ната задумчиво потёрла нос и, пересилив себя, обратилась к беспокойно ёрзающему в кресле стилисту:       — Игорь, кажется, я знаю, где Алекс, только, чтобы выяснить это наверняка, мне нужна твоя помощь.       Игорёк подскочил и загоревшимися надеждой глазами воззрился на журналистку.       — Видишь? — она показала ему голографию.       — Да, это его работа, — всполошился парень. — А это та самая истеричная девица. Подумайте, какая змея! Зачем он только к ней поехал? Почему не отвечает на звонки? Что она с ним сделала? — вопросы сыпались как из рога изобилия.       — Я смогу тебе ответить, если ты приведешь мои волосы в порядок.       — Что? — брови стилиста удивленно взлетели вверх, а причёска, казалось, встопорщилась еще сильнее. — Да как тебе не стыдно? В такой ужасный момент — о волосах? — он всплеснул руками и прижал их к груди.       Вместо того, чтобы привычно съязвить или огрызнуться, Наталья неожиданно спокойно разъяснила:       — Понимаешь, я немного знаю эту девушку, но не могу показаться ей в таком виде. Она не в курсе моих проблем, не хочется провоцировать её на лишние вопросы.       Игорёк серьёзно и внимательно посмотрел на разоткровенничавшуюся уборщицу и кивнул на кресло:       — Садись.       Вскоре Ната с любопытством разглядывала себя в зеркало, изучая свой новый образ. Шелковистые каштановые волосы, в отличие от её прежних платиновых, смотрелись свежо и натурально, к тому же невероятно шли к выразительным зелёным глазам. Следовало признать: она выглядела непривычно, но чертовски привлекательно. Игорь словно вытащил и подчеркнул то, что она старательно скрывала не только от всех, но и от себя самой, спрятавшись под маской гламурной блондинки. Живая, озорная, упрямая... Наталья повертелась еще немного, кокетливым жестом поправила безупречно выполненную экстрамодную стрижку и восторженно выдохнула:       — Ну ты даёшь! Сказать по правде, если бы мой стилист осмелился так кардинально поменять мне имидж без спроса, я бы его растерзала, — она прикусила язычок, но было уже поздно — Игорь насторожился и уточнил:       — Твой стилист, дорогуша? Так-так… интересно.       Журналистка слегка смутилась, но быстро взяла себя в руки и предпочла защите нападение:       — Ну что ты на меня уставился? Считай, что это было давно.       — Ну да, давненько. По отросшим корням я могу назвать тебе точный срок, — фыркнул опытный мастер. — Неделю, максимум — две. Ирочка, рыба моя, сделай этой светской львице со шваброй макияж. Я не люблю незаконченные работы, на это больно смотреть — у неё неровно выщипаны брови.       Щеки Наты залились гневным румянцем, но она мужественно промолчала. Брови беглянка выщипывала сама, при весьма скверном освещении и прокляла всё на свете.       — Пойдём, — хихикнула Ирочка, и представительница золотой молодёжи, загнав гордость под лавку, шмыгнула в кабинет косметолога.       Общение с «Альфианским закатом» не прошло даром. Ира часто консультировалась с ним в профессиональных вопросах, и рыжий охотно ей помогал, поэтому макияж она выполнила виртуозно. Даже критически настроенный Игорёк удовлетворённо кивнул, придирчиво оценив конечный результат.       — Спасибо вам всем, — слова сами собой сорвались у Наты с языка и прозвучали тепло и искренне. Раньше обслуживающему персоналу в лучшем случае от неё доставался лишь сухой снисходительный кивок. — Игорь, ты действительно отличный мастер.       Стилист предательски покраснел от похвалы. Он обожал, когда им восхищались, и за комплименты мог простить многое. Нетерпеливо пощёлкав ножницами, парень напомнил:       — Ты собиралась узнать, где Алекс. Надеюсь, тебе не пришло в голову, что все мы тут — благотворительная контора по преображению уборщиц?       Девушка возмущенно засопела. Волна признательности и раскаяния мгновенно схлынула. Однако судьба рыжего по какой-то странной, не до конца понятной ей причине её всё-таки волновала, поэтому пришлось принести ещё одну жертву. Она вздохнула и неохотно попросила:       — Гоша, дай мне, пожалуйста, свой видеофон.       — Зачем тебе, Кнопка? — удивился охранник, но всё-таки вручил ей видавший виды аппарат.       Приложив палец к губам, призывая всех помолчать, Наталья по памяти набрала элементарно запоминающийся красивый номер:       — Привет, дорогая, — прощебетала она, настроив камеру так, чтобы в кадр попадала только её голова.       — Ната, ты ненормальная? — раздался из динамика сонный голос Алины. — Звонишь в такую рань. Я ещё сплю, — она сладко зевнула. — Вчера был такой суматошный день. Ох, ничего себе, какая ты… — теперь к капризному тону примешивались завистливые нотки — судя по всему, новый имидж оценили по достоинству. — Где тебя вообще носит? Я умираю от скуки.       — Да ладно, потом расскажу. Ой, я тут как твоего Айса увидела, прямо весь сон пропал. Хочу теперь Фоксу что-нибудь подобное организовать. Какая же ты всё-таки эгоистка, почему ты мне не сказала, что к тебе заходил «Закат»?       Алина сразу заметно оживилась и расцвела довольной торжествующей улыбкой.       — Извини. Это как-то само собой вышло. Он сам захотел. Так настаивал, что я не смогла отказать. Чуть ли не в ногах валялся.       — И он до сих пор у тебя? — осторожно уточнила Ната, стараясь ничем не выдать своей заинтересованности.       — Нет.       Встроенного детектора у Натальи не было, но она слишком хорошо знала свою подругу, чтобы сразу не понять — та беззастенчиво врёт.