Глава 259
19 апреля 2017 г., 09:51
Гошина рука тяжело и тепло лежала на плече. Алекс послушно переставлял ноги, вполуха слушая нетипично словоохотливого друга:
— Ну ты блин.. ваще! Я ж думал, совсем смылся! А то мы там уже того, всё на мази. А тебя и нету, — Гоша укоризненно покосился на рыжего. — И чё ты там застрял, в натуре? Виолка там вкусняхи натащила — улёт! Вот я за тобой и того… ломанулся, пока там всё не подмели. Да куда тя понесло-то?! — он легко развернул Алекса за плечо. — У начальства ж сидим.
Алекс только отрешённо кивнул.
***
— Нет, это заговор! — устроившийся на диване Игорёк обвиняюще взмахнул кофейной чашкой. — Душа моя, от тебя я такого точно не ожидал. Я же на диете! — Стилист страдальчески закатил глаза и не глядя потянулся за очередной печенькой. — Эй! Верни контейнер! От того, как быстро на лицо мученика вернулось нормальное выражение, Виолетта хихикнула. — Нет, вы только посмотрите! Она ещё и смеётся. Все, все против меня! — Игорёк плюхнулся обратно на диван и с аппетитом захрустел добычей. — Учти, если на следующей неделе на съёмках я не влезу в кадр, это ты будешь виновата! И где ты их только достала такие… — Почему достала? Это мои, я их сама испекла! — Твои? Да не смеши! — фыркнул стилист. — У тебя даже вместо кофе какая-то отрава выходит. По углам разбрызгай — ни один таракан не сунется. Он заглянул к себе в чашку и брезгливо сморщил нос. — Не веришь — тогда не ешь! — Виолетта всё-таки изъяла контейнер с печеньем и переставила его подальше на директорский стол, пока всё угощение не пало жертвой вечно худеющего Игорька. Алекс присел на стул у самой двери и молча наблюдал за общим весельем. Беззлобно препирающиеся Игорёк и Виолетта. Эдик разливает шампанское. Крупно нарезанные фрукты на одноразовых тарелках и контейнер с Виолеттиным печеньем на директорском столе — Игорёк успел утащить ещё пару штук. Гоша передаёт Ирочке шампанское — пластиковый фужер в огромной лапище выглядит игрушечным. Дочка Эдика грызёт печенье. Девушки из мужского зала явно чувствуют себя неловко в обществе Ольги Николаевны. Та обсуждает с Эдиком какие-то последние детали и держит в руке ненадкусанное яблоко... Кто-то сунул ему в руку фужер. Система привычно вывела перечень составляющих напитка, а подпрограмма №257.15а определила его качество, год и место производства — надо же, а очень приличное, мимоходом удивился Алекс. Нейтрализацию токсинов он отключил с самого начала. Вряд ли киборг может испытывать желание напиться, но, похоже, именно этого Irien’у сейчас и хотелось. Насколько он мог судить, людям это часто помогало. Мучительное состояние раздвоенности в результате только усилилось. От шампанского голова стала лёгкой, а перед глазами немного плыло. Система информировала о незначительной интоксикации и рекомендовала то увеличить активность печени, то приступить к выполнению одного из сценариев, в которых в качестве опции фигурировало опьянение, с поправкой на присутствие в помещении несовершеннолетних. Лица друзей словно смазывались, переставали быть знакомыми, теряли что-то важное, как слово, повторённое множество раз, теряет смысл, превращаясь в случайный набор звуков. Система подсвечивала их зелёным, выводя рядом столбики программных уведомлений: пол, возраст, ориентация, текущий фон настроения, варианты испытываемых эмоций, степень сексуального возбуждения… Рекомендация до особых распоряжений хозяина придерживаться нейтральной манеры поведения. — Алекс, ну что ты, как не родной? Ещё бы в кладовке сел! Иди сюда, вот тут у нас как раз место есть, — Ольга Николаевна поманила его рукой. Irien послушно встал и пересел на табурет, едва втиснутый между директорским креслом и офисным стулом, на котором сидела завхоз. Кто-то тут же подлил ему шампанского. Кто-то что-то спросил, он не разобрал, что именно и машинально кивнул. — Алекс! Привет, Алекс! Ой, я так рада, что ты тоже тут! Он с трудом сосредоточился. Юленька стояла у него за плечом и радостно улыбалась. — Привет. Как твои дела? Это он или программа? Сейчас трудно было сказать. Единственное красное пятно среди присутствующих и предупреждение системы об ограничении контактов с несовершеннолетними. Расстроенная маленькая девочка и котёнок на дереве — воспоминание далёкое и нереальное, как история, рассказанная во сне. О том, как сбежавший Irien с кошачьей кличкой получил — присвоил? — человеческое имя. — А почему ты такой грустный? — девочка проигнорировала вопрос и с искренним беспокойством заглянула ему в глаза. Он попытался улыбнуться. То, что получилось в итоге, не особенно напоминало мимический блок 17.82.6 — «Вежливая улыбка». — У тебя что-то случилось? — она потрогала его за плечо. Маленькая ладонь, живая и тёплая. — Я… я чувствую себя ненастоящим, — внезапно признался киборг. — Ну что ты такое говоришь! — Юля решительно обняла его за шею и произнесла медленно и с расстановкой, как будто объясняя несмышлёному малышу: — Алекс, ты самый-самый настоящий! То напряжённое, свитое в тугую пружину мучительное отчаяние, которое не оставляло его с утра, теперь понемногу отпускало. Он улыбнулся, теперь совершенно искренне: — Спасибо. Дверь в кабинет приоткрылась, насколько позволяли принесённые со всего салона стулья, и внутрь протиснулась сияющая Ната. Следом за ней просочился и встал в углу невозмутимый Фейк. Алекс уловил её шёпот: — Виол, спасибо за колготки. А то так и ходила бы со стрелкой, ужас! — и уже громче, для всех присутствующих: — А что я у себя в бардачке нашла! Почти целая коробка, к шампанскому будет отлично. Шоколадные конфеты пришлось раздавать каждому прямо в руки — места для всей коробки просто не нашлось. Ната с тоской смотрела на Алекса, зажатого между директором и завхозом, но подобраться к нему поближе не было никакой возможности. После того, как Эдик произнёс немного путаную, но крайне прочувствованную прощальную речь, всё шампанское было выпито, а печенье и Натины конфеты съедены, он ещё раз пожал руки всем присутствующим (Игорька и Алекса директор даже обнял, последнего — под испепеляюще ревнивым взглядом Наты) и спешно откланялся. Ольга Николаевна на своём флайере повезла их с дочкой до космопорта, видимо, рассчитывая за время полёта закончить всё-таки обсуждать деловые вопросы. Света и Галина ушли вслед за начальством. Элла, неодобрительно глянув на Виолетту, которая явно никуда не торопилась, демонстративно засобиралась, заявив, что приличным девушкам пора бы уже и честь знать. Ирочка посмотрела на время и тоже начала собираться. — Ир, ну, мож я тебя того… до разжиреи твоей? А? — Оранжереи, Гоша, — поправила Ирочка и ласково улыбнулась. — Ну куда ты меня повезёшь после шампанского? И всё равно мы с Кариной сначала встречаемся, а уже потом я на лекцию. В ответ на вопросительный взгляд любопытной Наты она пояснила: — В оранжерее в Ботаническом саду сегодня лекция про акклиматизацию эпифитов с Калипсо. Может быть, даже расскажут, как их содержать в домашних условиях. Ужасно интересно! Наталья недоверчиво кивнула и допила остаток уже тёплого шампанского. Прозрачный одноразовый фужер едва поместился в переполненной мусором корзине для бумаг. — Давайте мы тут приберём как-нибудь. Алекс, помоги… — Спокуха, Кнопка! Не жужжи. Успеем ещё, — Гоша весело подмигнул и плюхнулся на диван рядом с Игорьком. Пружины жалобно скрипнули. — Щас мы этого голубя потрясём. У него там заначка. — Смею напомнить, Жорж, что этот ящик пива я честно выиграл! — возмущённо пискнул стилист, выворачиваясь из-под мощной лапищи друга. — Ну и чё? Ты ж его не пьёшь. Тебе вон, и пшикалки этой уже хватило! — Гоша для наглядности ткнул пальцем в пустой фужер. — Гони давай! Виолка, ты ж пиво пьёшь? Вот и скажи этому… В этот момент из сумочки Виолетты приглушённо раздался звонок видеофона. Похоронный марш. Она тихо ойкнула и испуганно затараторила: — Гош, ну ты что? Я пиво не пью! Совсем! И вообще совсем не пью! Ничего! И шампанского я не пила, только кофе! Похоронный марш не умолкал, а наоборот, постепенно набирал громкость. Под звучание глубоких трагических нот Виолетта шустро подхватила сумочку и выскочила за дверь. — Чего это она? — удивился Игорёк, почёсывая раскрасневшийся от шампанского остренький нос. — Хотя мелодия оригинальная… — Ты с темы-то не съезжай, голубь! — Гоша явно был настроен на продолжение банкета. — Пиво где? Попадакис, ну хоть ты ему скажи!***
Пиво Алекса совершенно не прельщало. Оставив изрядно повеселевшую компанию в Эдиковом кабинете, он тихо выскользнул в зал и направился к кофемашине. В полумраке ярким голубоватым сиянием светилось развёрнутое вирт-окно. Виолетта стояла перед ним вполоборота, упрямо скрестив руки на груди и исподлобья глядя на собеседника. С дальнего конца помещения Алекс уловил только окончание фразы: — … только не напейся мне там ещё раз. Виолетта еле слышно фыркнула и набычилась ещё больше. — А вы мне не указывайте… Irien удивлённо приподнял брови и как можно тише подошёл ближе. Она определённо разговаривала с уже знакомым ему объектом. Печально знакомым. «Берг Марат Сергеевич» — без труда идентифицировала система. Однако человек в вирт-окне выглядел неуловимо иначе. Словно близнец… или даже клон, по характеру ничуть не похожий на оригинал. — Я просто не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Девяносто восемь процентов искренности. — Да если со мной что-то и случается, то… — окончание фразы тихо и неразборчиво, но программа распознавания эмоциональных состояний фиксировала повышенное напряжение, тревожность, дискомфорт. Ненависть. Видимо, её собеседник, несмотря на отсутствие детекторов, тоже это уловил. — Мне нужно с тобой поговорить. Сейчас. Но если ты не хочешь, я не приеду. Восемьдесят шесть процентов. Алекс едва не присвистнул от изумления. Список вариантов, с секундной заминкой предложенный программой, на этот раз включал совершенно неожиданные пункты. Интерес. Волнение. Радость. Вина. Сожаление и надежда. С высоким, невозможно высоким процентом достоверности… любовь?
