Kрик в тишине

Из-за незапланированного выходного Кенсу, Чонин был в бешенстве. Хотя, с другой стороны, это было ему на руку: это был первый рабочий день Аи, но Чанель, что дрых у него в кабинете, как убитый, никак не позволял ему сконцентрироваться на работе. Если бы тот проснулся и сказал, где именно находится его омега, то Ким бы перестал беспокоиться о Кенсу. Он не знал, где До, а спросить у кого-то не представлялось возможным. Он нашел его номер телефона, но никак не решался позвонить. А что он скажет? Зазвеневший служебный телефон прервал его раздумья. — Господин Ким, к Вам госпожа Ая и господин Минсок. — Впустите их,— "Минсок! Как же я мог забыть о нем?",— хлопнул себя по лбу Ким. Ким подошел к Чанелю и потряс за плечо. — Иди к себе. — Нет, Бэкки, еще минуту. — Какой я тебе Бэкки? — Фиалка ты моя...Еще минуту, дай поспать... — Совсем сбрендил,— несмотря на ворчливый тон, он улыбнулся в ответ: счастливая улыбка Чанеля была слишком яркой. Хотя и смотрел на брата не без зависти. Чонин с силой стал трясти его. Чанель выпрыгнул с дивана и прижал Кима к себе. Если учесть разницу в росте, то со стороны это, мягко говоря, смотрелось странно. — Маленький тиран,да я тебя... Чонин?—округлил глаза Чан,— а где Бэкхен? — Это ты мне скажи. Где твоя омега и Кенсу? — Они сегодня не приедут,— сказал вошедший Минсок, пропуская Аю внутрь. — И что вы делаете, —еле сдерживая себя, сказала Ая,—братская любовь? — Что? Эй! У меня Бэкки есть,—оттолкнул от себя Кима Чан. — Тогда не за чем на людей кидаться, пошел бы к своему Бэкхену. — Я бы с радостью, но они устроили день омег и послали нас с Се и Фо на все три стороны - мы сегодня ночуем у Се. — И ты опять не придешь домой? Вроде вчера ночевали у него,—сказала Ая, про себе отмечая: Ким даже не сказал, что и у него есть она. — Вчера? — Да, но тебя не позвали. — Эй, я... Чонин понял, что сейчас Чанель выдаст его, и решил поменять тему разговора. — Но вы же пришли к нам по делу, я прав? а тебе, Чанель, уже пора: если Бэка нет, это не значит, что твой отдел не должен работать. — Вредина. Смотри, за кого ты собираешься выйти замуж, Ая,— Чанель подошел к ней и шепнул на ухо,—брось его, он зануда. — Чанель! — Это правда,—он вышел из кабинета. — Приступим,— зло сказал Ким. Ая посмотрела на него с какой-то тоской и нерешительностью. Что творилось у нее внутри, никто не знал. Она ведь прекрасно поняла, что Ким солгал. ***** Кенсу прекрасно понимал к чему приведет его запах: Ким окончательно потеряет контроль С мыслями о Чонине он лег спать. Этот день его утомил. Тело все еще ныло от вчерашний горячей ночи. Он еще чувствовал прикосновения рук и губ Кима. Пальцы сами потянулись к метке Чонина. Странное ощущение принадлежать кому-то. В ушах так и звенели слова Кима:" Мой", " Не отдам". Кенсу усмехнулся: каждый омега мечтал услышать эти слова из уст истинного альфы. Жаль, что они были сказаны Кимом всего лишь из-за собственничества " хозяина". Он всеми силами игнорировал версию подсознания: ревность.Мало помалу усталость взяла верх, и глаза стали закрываться. Но Ким Чонин не оставил его в покое даже во снах: он несколько раз вскакивал в кровати из-за жара во всем теле. Метка просто горела, когда во сне ему вспоминались руки, глаза, губы Чонина. Он и не думал, что любить и сходить с ума - это одно и тоже. ***** Лухан и Бэкхен заставили Кенсу одеться с иголочки. Они еще и сделали ему легкий макияж: подвели глаза и подчеркнули губы-сердечки. — Да ты просто конфетка, — сказал Бэк. — Сексуальная конфетка, — добавил Лу. — Вам меня не жалко? — Тебя или твою пятую точку? — Кажется, уже никто не помнит, что он вообще-то женится, — закатил глаза Кенсу. — Вы даже не знаете, что Ая будет работать с ним. — Что?! — закричали оба. — Да, она со вчерашнего дня работает в "SS Group". — И ты молчал? — А что мне сказать? Это ее решение. — Но она молодец, хотя бы проявила характер. Этот я-всему-голова крепкий орешек, — протянул Бекхен. — Скорее всего, он согласился, потому что узнал о Тэмине. — Ох, Кенсу, я реально боюсь за тебя, — сказал Лу. — Но мы все равно верим в тебя. Это подло по отношению к помолвленной девочке, но это справедливо к женщине, что запуталась. Надеюсь Тэмин успеет вовремя поймать ее, и не даст упасть. Он должен рассказать ей правду, пока не поздно, — сказал Бэк. — Я понимаю его неуверенность, но принять не могу. Что-то он слишком осторожничает. — Надеюсь, что он наберется храбрости и расскажет ей обо всем. Oн собирает доказательства, потому что не хочет повторения. Oн должен доказать ей, иначе ничего не получится. И при этом он должен действовать тихо, потому что Чонин может изменить все. — Сехун тоже так говорит. — Он знает про Тэмина?! — спросил Кенсу. — Нет, успокойся. Вернее, знает, но не все. Только то, что ему рассказал Чонин. — У нас еще один детектив объявился? — улыбнулся Бэк. — С Кенсу не только детективом станешь, — улыбнулся Лухан. — Не знаю, что за хаос творится, но, Кенсу, не вздумай отступать. Сехун и сам говорит, что Ким совершает ошибку за ошибкой. — И мне так сказал, — добавил Бэк, и получил в свою сторону два вопросительных взгляда. — Что? Мы с ним очень сдружились. — Я рад, — улыбнулся Лухан. — Он сказал, что единственный человек, кто может переубедить Чонина, это ты, Кенсу. Кенсу вздрогнул всем телом, ведь эти слова подлили масла в костер надежды, что уже начал гореть у него внутри, его щеки даже порозовели. — Ты покраснел! — закричал Бэк, заключив его в объятия. — Я и представить себе не мог, что однажды мне придется замазывать засосы на твоей шее и видеть тебя стесняющимся. — Это ты комплимент сделал? — скосился на Бэка Кенсу. — Сам не знаю, ммм- констатировал факт? Но все равно, если даже этот придурок, так и не догадается, что он теряет, мы украдем его. Чанель сильный, и Сехун поможет. — Дурак! Мы опять опаздываем, а ведь сегодня мистер Пак тоже будет. ****** Кенсу и Бэкхен вышли из машины Лу и вошли в здание с парадного входа. Лухан попрощался с ними, обещав забрать их после работы и поехал к Сехуну. По жадным взглядам на себе Кенсу понял, что и правда выглядит на все сто, и это предало ему уверенности. Как бы тривиально это не прозвучало. Не обращая внимания на слишком заинтересованные взгляды, они направились на свой этаж. Сказать, что преобразование Кенсу произвело фурор на сотрудников, это ничего не сказать. Сперва это смутило его,но не сказать что омеге не нравилось. Получилось как в тупом американском фильме, но он был доволен. Бэкхен, как всегда был в своем амплуа, игнорируя всех и вся. Они без стука или предупреждения вошли в конференц-зал — Приносим наши глубокие извинения за опоздание,— сказал Кенсу, и они сели на свои места. До сел напротив Чонина, Бэкхен сел возле Чанеля, который, не стесняясь присутствующих, обнял его и легонько поцеловал. Бэк ударил его по рукам, но Чанель не отпустил его и что-то шепнул тому на ухо, строя щенячьи глазки, отчего омега смягчился и положил ладонь на его руки. Глаза Ким Чонина чуть не выпали из орбит от внешнего вида Кенсу. Он опустил взгляд, потому что по ним можно было понять, что он в своих мыслях уже во всю целует каждый миллиметр лица омеги. Но когда он учуял запах гвоздик, то вовсе выпал из реальности. Альфа поднял ошеломленный взгляд на омегу, но был не в силах сдержать себя. Он не хотел верить своему носу и принюхался еще раз. В ноздри ударил запах гвоздик. Он почувствовал, как внизу живота стало тяготеть. Чонин готов был душу продать дьяволу, лишь бы сейчас они были наедине. Кенсу сидел со спокойным видом, но Ким отлично знал, что и омега еле держит себя в руках. Почувствовав на себе пристальный взгляд, Кенсу посмотрел на него наглым взглядом, как будто кинув ему в лицо перчатку. Ким облизнулся и глубоко вдохнул,наполняя легкие запахом гвоздик. Голова начала кружиться - все вокруг слилось, остался лишь один Кенсу. Чонин вцепился в свои колени, чтобы сдержать дрожь. Боль в ногах заставила его вернуться в реальность. Он отвел взгляд от омеги, клянясь себе, что тот еще ответит за это. Ким всеми силами заставил себя сконцентрироваться на проекте. — А теперь, мистер До и мистер Ким, пожалуйста выйдите вперед к экрану и начнем наше обсуждение,— сказал господин Пак.— Прежде чем показать его заказчику, мы должны его обсудить между собой. — Хорошо. Они встали и направились к экрану, встав по противоположным краям экрана. Они, как идеальная команда, стали объяснять и описывать проект, отвечая на вопросы, добавляя и продолжая мысль другого. В какой-то момент они даже стали предлагать новые идеи друг другу, совсем позабыв обо всем. Через час они закончили презентацию. — Еще вопросы господа? — Да, есть один, — сказал Пак. — Какой? — Я слышал, что у вас были разногласия. Как вы успели сделать так много работы за две недели? Вы - гении? — с улыбкой сказал Пак.— Я восхищаюсь Вами, мистер До, Вы просто удивительный. Еще никто не смог вытерпеть моего сына. Я искренне удивляюсь и восхищаюсь вашей командной работой. Молодцы,я больше не буду проверять вас. — Спасибо, господин Пак, Ваш сын тоже достоин похвалы,—сказал Кенсу, искренне улыбаясь, чем чуть не довел Чонина до нервного тика. — Да уж, сработались, он же омега,— пробормотал у себя под носом мистер Чон, бывший главный архитектор "SS Group", которого сняли с этой должности и назначили Кима. Он оценивающие посмотрел на Кенсу и прикусил свою нижнюю губу, что не осталось незамеченным ни от Кенсу, ни от Чонина, потому что тот сидел ближе к ним, в конце стола. Омега уже хотел сказать что-то, но Ким опередил его. — Вам что-то не нравится, мистер Чон? Скажите вслух,— холодным тоном и с нотой угрозы сказал Чонин, сделав шаг к архитектору,— вас не слышно. — Говорю, что альфа и омега легко могут сработаться. Особенно при вашем природном очаровании, господин Ким. Вы отлично распределили роли, мистер До образованный человек и он смог сгладить все недочеты Вашей необразованности. Ехидный тон и наглая улыбка дали всем понять, о чем именно он намекает. — Что...— начал мистер Пак, но Чонин перебил его жестом руки. Он приблизился к сотруднику и наклонился. — Мистер Чон, если Вы так и не смирились с тем, что молодой архитектор-недоучка смог опередить вас, то это означает одно: Вам нечего делать в "SS Group". А если Вы еще и осмеливаетесь оскорблять господина До - я сам приготовлю Ваши документы об увольнении, и отец мне не помешает. Вам расти и расти до уровня мастерства господина До. Все были в шоке от действий Кима. Если бы не затуманенный яростью разум, Чонин и сам бы был в шоке от своих действий, но похотливый взгляд этого старикана заставил его действовать именно так. Если сотрудники приняли его слова за естественное поведения альфы, потому что война между ними всегда была, то Кенсу, Бэкхен, Чанель и мистер Пак были в замешательстве. Но одно было очевидно для всех: Чонин защитил Кенсу. Ким отошел от архитектора. — Чонин, ты можешь делать то, что считаешь нужным. Можешь отстранить от проекта, можешь уволить. До этого я мешал тебе, думая что это неуважительно по отношению к человеку, что помог компании. Кажется, зря. Все свободны. — Господин Пак! — Вы получите все свои деньги, еще и премию, но вы отстраняетесь от своей должности,— сказал Ким.— Свободны. Бэк усмехнулся: Чонин определенно начал ему нравиться. — Господин Пак, Ким и Чанель мы хотели бы обсудить одну информацию с вами можете остаться? — Конечно, дорогой Бэкхен. — С вашего позволения, мы бы хотели пригласить сюда наших двух сотрудников. Хотя один из них Ваш,— Бэк обратился к одному из помощников,— будьте добры, скажите господину Минсоку и Яну зайти к нам и прихватить информацию о сотрудниках. Когда работники вышли, через минуту появились Минсок и Ян. Первый передал папку Бэку и присел на свободные места. Бэкхен встал со стола и подошел к Кенсу, который уже вернул самообладание. Чонин вернулся к столу. — Так вот, господа, после инцидента, что приключился с нами в прошлом, мы поняли, что архитектура и инженерия не только искусство и проектирование, это еще и бизнес. А в бизнесе надо знать своих противников и сообщников, чтобы знать от кого ждать удара, а от кого - поддержки. Поэтому собрать информацию о всех сотрудниках, инвесторах, заказчиках стало нашей страховкой. Вот вся информация, собранная Минсоком и Яном, которым мы доверяем как себе. Здесь информация и о мистере Ли, и о мистере Чоне, если они подадут на вас в суд, то предъявите эти документы: есть доказательство того, что Чон продал один масштабный проект. Чанель, Чонин и мистер Пак слушали Бэкхена с серьезным лицом, обдумывая услышанную информацию. Чонин усмехнулся: Кенсу опять опередил его.Несмотря на то, что альфа и сам знал об этом, у него не было доказательств. — Спасибо. Мы с Чанелем знали об этом и поэтому отстранили его от встреч с инвесторами, но были слишком заняты, чтобы проследить за ним. Нам даже было на руку то, что он продал проект, потому что ни я, ни Чанель не хотели его. Господин Ян, вы назначаетесь моим новым управляющим, и хотя я понимаю, что вы еще многому должны научиться, я уверен, что вы справитесь с этим. Ян потерял дар речи. — Но я... — Это окончательное решение,— сказал Чонин. — Справедливо,— улыбнулся Кенсу. — Но я архитектор. — Уверены?— спросил Кенсу,— это и вправду ваш выбор? Он то прекрасно понимал, что шустрому Яну больше идет роль лисы. — Нет, просто мой отец всегда хотел этого. — А вы? Кем бы вы хотели стать? — Детективом,— улыбнулся Ян. Он понял Кенсу и заулыбался.— Согласен. — Вот и славно. — До Кенсу, вы меня поражаете, вам и информация не нужна,— сказал господин Пак.— Ладно, молодежь, оставлю вас. Удачи. Чонин, ты волен делать все что захочешь. — Спасибо. — А то он не делал,— фыркнул Чанель. — А ты иди работай. - Строго сказал мистер Пак и вышел. — Мы тоже пойдем, — сказали Бэкхен и Чанель. — Все пойдем,— сказал Ким. Все вышли из конференц-зала и направились каждый в свой отдел. — Чонина-а,— послышался голос Аи с боку,— ты даже не замечаешь меня! — Ая, извини меня, задумался,— он улыбнулся ей. — Понимаю. Слышала уже о мистере Чоне. Ой, господин До, здравствуйте, я Вас вчера так и не дождалась. — Да, у меня были проблемы со здоровьем,— искренне улыбнулся ей Кенсу. Несмотря на все обстоятельства, после встречи с Тэмином, он никак не мог относится к ней плохо, ведь Тэмин уже стал ему другом. С другой стороны, это повод поиграть на нервах Кима,— все тело болело от неприятных ощущений. — Что-то серьезное, еще болит? — Да нет, не осталось и воспоминаний,— Кенсу боковым зрением видел, как стиснул зубы Ким.—Приятно видеть Вас здесь, вы сможете немного задобрить мистера Кима, а то он на людей кидается, увольняет направо и налево. — Этого сделать я не в силах, извините,— Ая приобняла Кима, тот, кажется, и не заметил,— с ним справляется только малыш Фо. — Вы знаете его? — Да, видела его, как он назвал Чонина невеждой, пригрозил джедаями и сказал, что если он не будет контролировать себя, то он продаст его в рабство к Вам,— с улыбкой сказала Ая, не понимая, что сболтнула. Она и Кенсу искренне улыбались друг другу, от чего глаз Чонина нервно задергался: — Ладно, ладно, не думаю что это заинтересует господина До. — Он и мой сын, конечно же интересует. Мне бы не хотелось, чтобы Вы были для него плохим примером,— сказал Кенсу.— Но мне и вправду пора, мне надо наверстать вчерашние. Не спешите, господин Ким, можете вдоволь насладиться Вашей спутницей. Он развернулся и ушел в кабинет, чувствуя на своей спине прожигающий взгляд Кима. — Мне кажется, я знаю в кого пошел Фо,— сказала Ая.— Поедим? — Да,— сказал Ким. Благодаря уходу Кенсу, он вернул себе самообладание и обнял омегу,— пошли вниз. ***** — Давно мы вот так не сидели друг с другом,— сказала Ая. — Да. Я соскучился. Он не лгал, ведь Ая всегда была и оставалась для него другом. — Думаю, нам надо поговорить о свадьбе. Может, подождем еще? — Нет, не имеет смысла,— резко сказал Ким,. — Чонин, послушай, я же вижу, что ты изменяешь мне, ты даже не замечаешь меня,— улыбка пропала с ее лица.— После того, что между нами произошло, ты даже перестал ночевать дома. Чонин оцепенел, он чувствовал себя скотиной. — Ая, я просто не хочу на тебя давить. — Бред, сам хоть веришь себе? — Не бред, — он встал с кресла и присел на кресло, на котором сидела Ая, и приобнял ее.— Я вижу, что ты в замешательстве, что ты сравниваешь меня с Тэмином, и это меня бесит. Пока мы не поженимся, если я дотронусь до тебя, мне будет казаться, что я заставляю тебя изменить ему. — А что изменится после свадьбы? — Ты будешь моей, у меня будут все права на тебя. — Я вещь для тебя? — Нет, ты моя будущая жена. До этого я не притронусь к тебе. — И поэтому спишь с другими? — Да, у меня есть потребности. —Ты эгоист!— закричала Ая. Она уже хотела встать, но цепкие руки Кима не дали. Он повернул ее к себе и впился в губы. Что он делает? Он же сам губит ее, кажется, Кенсу прав: он трус и эгоист, чертов собственник. Ненависть к Тэмину совсем затуманило его разум. Чонин так хотел отнять у него что-то ценное, что даже позабыл о ценностях дружбы. Ая поддалась ему и успокоилась. Она всем телом прижалась к нему. На уголках ее глаз образовались слезинки. — Чонин-а, пожалуйста, хотя бы ты не бросай меня. Обещай, что после свадьбы, я буду единственной. Пожалуйста, не обманывай меня. Я так устала. Помоги забыть его. —Обещаю, ты забудешь о нем,— он поцеловал ее в лоб. "Ну и сволочь! — кричал его внутренний голос.— Обнимаешь ее, а мечтаешь о До Кенсу, трус! Трус! Трус! Ты хуже Тэмина, хуже! Кенсу даже повезет, если ты женишься на Ае". Последняя мысль заставила его злиться. Не дебил ли?! В воздухе появился запах гвоздик. Он открыл глаза и встретился взглядом с Кенсу, что шел с одним альфой и Бэкхеном. Они присели за стол далеко от Кима. Кенсу и Бэк сели так, что Ким мог видеть их, а лицо альфы он так и не разглядел, но по осанке понял, что тот непростой человек. По улыбкам омег он понял, что разговор был не деловым. Он смотрел на них неотрывно, чувствуя, что сгорает от любопытства, ведь в основном говорил Кенсу и так кокетливо улыбался, что Ким сжал плечи Аи так, что она подняла голову, но он поцеловал ее и положил ее голову обратно на свою грудь. Альфа пытался отвлечься от них, но когда Бэк встал и вышел из кафе, оставив парочку наедине, Ким чуть не встал с места и не подошел к двоим, что продолжили свой разговор. Незнакомый альфа наклонился вперед, поманив Кенсу пальцем, дотронулся его губ пальцем и стер остаток шоколада. С губ, что принадлежали ему. Он чуть не задохнулся от злости. — Стыдно,— сказала Ая. — Что?— спросил Ким. — Мне стыдно за то, что я такая слабая. — Тебе нечего стыдиться. — Есть. Когда я смотрю на Кенсу, Бэкхена и Лухана, мне становится стыдно. Они такие сильные, не то что я. — Не надо сравнивать себя: у всех свой путь, не все должны быть сильными, у них тоже есть слабости. — Не думаю. Мне кажется, что я в жизни не видела кого-то сильнее, чем Кенсу. О Лухане, вообще нельзя говорить, он сверхчеловек, вот это вера в своего любимого. — Да, — он понял о чем говорила Ая, но решил сменить тему.— А как тебе работа? — Хорошо. — И все? — Да, я совсем стала домохозяйкой. Мне надо вернуть былые навыки. — У тебя получится. — Надеюсь. — Пойдем на работу. — Пошли, — сказала Ая. Чонин больше не смог терпеть улыбку Кенсу, адресованную другому, и он решил просто сбежать. ***** Кенсу вернулся в кабинет ближе к семи, надеясь что Чонин уже ушел, и он сможет спокойно поработать. Но он ошибся. Как же сильно он ошибся. Подойдя к двери и поняв, что Чонин находится в мастерской, он вздохнул и, набравшись храбрость, вошел внутрь. Свет был выключен, из-за дождливой погоды мастерская была погружена во мрак. Чонин стоял у окна, задумчиво смотря на столицу, казалось, что он не заметил Кенсу. Кенсу, как истинный эстет, стал наслаждался видом альфы. Как же прекрасен тот был в этот момент. Белая рубашка была расстегнута, открывая взор на бронзовую кожу. Рукава были закатаны вверх. Расслабленная и какая-то безумная улыбка играла на его пухлых губах, что покраснели от вина. Мокрые волосы спадали на лоб альфы. Взгляд Кенсу зацепился за капельку пота, что скатилась по линии подбородка и остановилась на подбородке, а когда Ким поднял голову, продолжила свой путь по линии шеи. Вздутые вены на шее и на руках альфы заставили Кенсу вздрогнуть. Кажется, небо тоже вздрогнуло с ним и с музыкой Led Zeppelinа. Резкий свет молнии осветил мастерскую, заставив Кима усмехнуться. Музыка прекратилась, в ушах начала звенеть тишина. Чонин сделал глоток из стакана и медленно повернул голову в сторону Кенсу. От этого взгляда и начальных аккордов самый страстной песне на этом свете: Led Zeppelin – Since I've Been Loving You, Кенсу показалось, что земля ушла из под ног. Альфа медленно, в такт музыки, стал приближаться к нему. Запах горького шоколада смешался с запахом диких гвоздик. Кенсу невольно сделал шаг к Киму. Чонин стал манить его к себе, и Кенсу поддался. Свет молнии опять заполнил комнату уже с сопровождением звука грома. Чонин и Кенсу достигли друг друга. Они остановились, касаясь друг друга всем телом, но не дотрагиваясь руками. Запах вина ударил в нос Кенсу. Ким поднял руку к лицу омеги, еле касаясь кончиками пальцев кожи Кенсу, посылая холодную дрожь по всему телу. Омега прижался к горячему телу альфы, чтобы унять холод внутри. Чонин наклонил голову набок, косаясь щекой макушки Кенсу. — Что ты делаешь со мной, До Кенсу? Ответа не последовало. Кенсу не обнял его, не прикоснулся руками, а просто прижался. Короткие волосы омеги касались обнаженных мест груди альфы, заставляя того вздрагивать. Он поднял подбородок омеги, легко прикоснувшись. Холодный палец прошелся по мягким губам , еле касаясь их. — Что ты делаешь со мной, До Кенсу?— полушёпот, от которого омеге хотелось расплакаться от пустоты в голове. Эти бездонные глаза Кима, в которых он видел свое отражение, заставили упасть в бездну собственных чувств. В бездну, из которой он никогда не найдет выход. — Ты заставляешь меня быть последней скотиной. — Ким выдохнул, на губах появилась улыбка безумца.— Хм.. Или это не ты, а именно я делаю себя таким. Ты прав - я трус, я никчемный друг, я всего лишь отброс. Никому не нужный трус, которого в любой момент может заменить кто угодно. Я трус, что решил схватиться за единственного человека, в котором он уверен. Я ведь только в ней уверен. Уверен, что она не предаст меня, принимая ее благодарность за преданность. Хм ... Но она всего лишь слишком добрая. А я воспользовался ее слабостью, привязал ее к себе, сделав ее зависимой от себя. Я решил начать новую жизнь, построить уютное убежище для нас, но в итоге построил замок на песке. А после того, как у нее появились родители, не было надобности в замке. Ей уже нужны были чувства, чтобы не оставить меня в прошлом. И я решил полюбить ее и заставить влюбиться в меня, но когда этот урод сказал, что выйдет из тюрьмы, я поспешно решил жениться на ней. И она согласилась, — шепот сменился наглым тоном, а на губах появилась улыбка, напоминающая оскал. — Не дура? Ты же не согласился бы, да? До Кенсу, ты же был настолько сильным, чтобы не позволять самому обмануть себя. — Опять шепот — я восхищаюсь тобой, до такой степени, что хочу убить, потому что ты идеален. Ты заставляешь меня чувствовать себя трусом. Даже когда я в тебе, когда ты стонешь подо мной, как последняя шлюха, я все равно чувствую, что это ты трахаешь мою душу, а не я твою. Я сегодня обещал ей, что заставлю забыть о Тэмине, а сам в этот момент желал придушить в объятиях моего большеглазого и непослушного совенка. Не урод ли я? У меня нет мужества отпустить ее, нет мужества заставить Тэмина быть с ней честным. Прибить его так, чтобы не вздумал обмануть ее, — он наклонился еще ниже, почти коснувшись губ Кенсу. — Я предпочел лгать всем, но почему-то не могу лгать тебе. Мне хочется показать тебе насколько я никчемен. Я хочу, чтобы ты видел, насколько низко ты — человек-идеалист пал чтобы быть омегой отброса. Хочу использовать тебя. Хочу вытереть тобой грязь, что я сам накопил на себе. Именно тобой, твоей бледной кожей. Мне кажется, я и правда сойду с ума, если увижу, что кто-то касается тебя. Твоей непорочной души, потому что я одержим тобой. Использовать тебя могу только я, и пусть это будет нечестным. Я все равно не отпущу тебя. Не смогу. Все исчезает в тот момент, когда я думаю, что ты будешь принадлежать другому. Я реально потерял рассудок, потому что уверен, что ты не позволишь кому-то прикоснуться к себе. Я так доверяю тебе, что умру если увижу тебя с другим.— В глазах Кима появилась боль и сожаление, — но ведь у меня нет права. Нет! Кенсу, беги от меня, хотя я не уверен, что не найду тебя. Я все равно женюсь на ней, я безволен перед своим обещанием. Кенсу, я трус, беги от меня, потому что твоя метка, твоя близость сводит меня с ума, заставляя губить нас обоих. Кенсу слушал каждое слово, и ему казалось, что он впервые увидел альфу. И в тот момент он почувствовал насколько безжалостна любовь может быть если ее предают, терзая и вытирая об нее свою грязную душу. Когда позволяют реальности втоптать ее в грязь. Он видел перед собой обнаженную душу до боли любимого человека, осознавая, что она для него бесценна. Захотелось взвыть от боли в груди. Сердце готово было разорвать грудную клетку и высвободиться. Воздуха стало не хватать, ком стоял в горле. Боль в глазах Чонина заставила Кенсу почувствовать себя в клетке. Как же, черт возьми, больно это, больно любить. — Нет,— выдавил из себя Кенсу.— Ты такой придурок, Ким Чонин, даже не понял что признался мне в любви. Он даже не спрашивал. Чонин молчал, его глаза говорили за своего хозяина. Он еле касаясь погладил большим пальцем щеку Кенсу и еле слышно прошептал: — Это все песня... Врать не хотелось, но и сказать вслух он не мог. Он уже давно понял, что любит этого совенка, до потери пульса. Да только вслух никак не мог произнести. Любить— это не его конек, этого слова в его словарном запасе не было. — Нет, Чонин-а. — Непослушный~Непослушный~—Чонин наклонился к своей метке и прикоснулся к ней губами, посылая дрожь по обоим телам, упиваясь запахом диких гвоздик.— Мой. Опираясь лбом на плечо омеги, Ким тихо начал петь, опалая своим дыханием ключицы омеги: — I've really, really been the best of fools, I did what I could. 'Cause I love you, baby, How I love you, darling, How I love you, baby, How I love you,boy, little boy. But baby, Since I've Been Loving You. I'm about to lose my worried mind, oh, yeah. Ким остановился, а Кенсу продолжил: — Everybody trying to tell me that you didn't mean me no good. I've been trying, Lord, let me tell you, Let me tell you I really did the best I could. I've been working from seven to eleven every night, I said It kinda makes my life a drag. Lord, that ain't right… Since I've Been Loving You, I'm about to lose my worried mind. — Лю...— хотел прошептать Кенсу, но Чонин не дал ему сделать этого, понимая, что если омега сделает это, Ким больше не сможет отпустить его. Он взял омегу на руки, поставив песню на повтор и отнес наверх. Он положил свой бесценный груз на постель. Нежно, ласково, бережно. Они любили друг друга, именно любили, всю ночь, упиваясь друг другом, как будто это была их последняя ночь в жизни, как будто завтра больше не будет, как будто завтрашний день отберет их друг у друга. Кенсу терялся от ласк альфы, метаясь по постели. Места, к которым касался альфа, горели. Он комкал в руках волосы альфы, прижимая к себе, заставляя его продлить ласки, и тот подчинялся, пытаясь запомнить каждый изгиб тела омеги, каждый стон. Чонин во всю наслаждался Кенсу, теряясь в запахе диких гвоздик. Ему было мало, мало омеги. Он каждым толчком чувствовал, что теряет все, что у него есть. С каждым толчком они стонали в унисон, перекрикивая самого великого вокалиста всех времен. Ким понимал что, все теряет свой смысл и значение, перед лицом правды. Он любит Кенсу, единственного человека кто не предаст, даже если Чонина не будет рядом, которому не нужны причины, чтобы любить альфу. У которого есть миллион причин презирать и ненавидеть его, и не одной — чтобы любить. А сможет ли он быть таким же сильным, как Кенсу?...