Зазеркалье. По эту сторону зеркала

На полу лежали распахнутые гастрольные чемоданы. Билл рылся в огромной гардеробной, с удивленными возгласами выуживая из недр то одну, то другую эксклюзивную вещь, прикладывал к себе, издевательски ржал, ставил диагноз. Брендовая одёжка младшего брата всегда казалась Биллу слишком вычурной, узкой, неудобной, а уж о том, чтобы носить что-либо подобное самому, до недавнего времени не могло быть и речи. Но сейчас он готовил для Японии свой образ как фронтмена и старался как мог. Имидж «Дивы на гастролях» требовал пересмотра гардеробчика и много здравого юмора. Дэвид Йост повез Тома в знакомый салон переплетать брейды. В соседних комнатах упаковывались Георг и Густав, громко переговариваясь через распахнутые двери. У парней было отличное настроение - калифорнийское солнце позолотило кожу, смена климата оставила ощущение длительных каникул, а неспешные репетиции вселили уверенность в успех будущей поездки. Том вернулся как раз в тот момент, когда старший брат разложил на кровати приблизительный прикид для выступления на японском телевидении. - Мои ботинки! – завопил младший. - Это мои, - возразил Билл. – На нашем личном складе вещей оказалась новая пара. - А это?! - Том обвиняюще потряс небольшой упаковкой с чем-то ярко-красным внутри. - Это твое, – спокойно согласился вредный старший брат. – Но тебе теперь без надобности. Разве что для приватного стриптиза натянешь, - он жеманно похлопал ресницами, явно передразнивая близнеца. Том возмущенно надул щеки. В комнату заглянули Густав с Георгом. - Чего шумите? - Восхищаюсь новой прической, - ласково погладил Билл младшего брата по гладким черным косичкам, легко подергал за кончики. – Никогда не понимал, как можно такое носить и не чесаться. Том быстро отвлекся, прикипел к зеркалу, поворачиваясь разными сторонами профиля, разглядывал свежезаплетенные брейды. - Между прочим, на меня мастер запала! Красивая телка – латинка, кажется. Кружила, как пчела над банкой с вареньем, только в штаны не залезла, - Том оглянулся на зашедшего в помещение продюсера. – Вот и Дэвид подтвердит. - Какой ты олух, Том, - устало подтвердил Дэвид. – Рия - твоя девушка. Том застыл в изящном полуобороте. - То есть как девушка? – заинтересовался Билл. – Он ее типа пялит? На самом деле?! Дэвид затряс головой, как выбравшийся из воды пес. – Не задавайте идиотских вопросов, а то у меня складывается впечатление, что вы оба пребывали в коме, а теперь очнулись и не понимаете, кто есть кто! Георг, а к тебе чисто рабочий момент… Георг охотно вышел следом за продюсером. Братья с надеждой посмотрели на невозмутимого Густава. - Эээ… - замялся ударник, снял очки, внимательно посмотрел сквозь них на свет, неторопливо протер. Братья молча ждали, с одинаково напряженными лицами и тревожными глазами. - Собственно, Томат с этой Рией случайно на тусовке познакомился и где-то с месяц реально обихаживал. А потом Хоффман ее на контракт взял, для отвлечения внимания. Так что Рия твоя вроде как девушка, неофициальная, но существующая. - Но это пиар? – уточнил Том. - Пиар, - вздохнул Густав. – Билл тебе такие разборки по поводу любой телки устраивал, что проще принять монашеский постриг, чем помять девице титьки. - Ты ведь что-то понял, Густ, - прищурился Билл. – Слишком спокойно рассуждаешь в присутствии «истерички Билла». - А чего не понять, – усмехнулся Густав. – Я вас достаточно знаю, чтобы проигнорировать разницу. Вы оба резко изменились. Близнецы переглянулись. Потом Тома вдруг прорвало и, под одобрительные взгляды старшего брата, он вывалил другу Густу все странности, что произошли в последнее время, в том числе - версию про волшебное разбитое зеркало. Густав слушал молча, лишь подозрительно косил на взбудораженного Тома. - Я посчитал бы все это бредом… - по окончании монолога добавил Билл. – Если бы сам не оказался в ситуации. Густав развел руками. - У меня нет никаких мыслей, парни. То, что вижу вас какими-то другими – это факт. Билл более взрослый и уравновешенный, даже если не вспоминать той игры на гитаре, которую я слышал. Том открытый и эмоциональный, и такой трогательный… - Я тебе таким больше нравлюсь? – неожиданно спросил Том, кокетливо потеребив руками подол своей длинной майки. Густав засмеялся. Билл покачал головой. - Эта дурочка неисправима. В Токио долетели без приключений, если не считать того, что близнецы чуть не подрались перед посадкой из-за шубы. В конце концов, Йост выдернул из цепких ручонок Тома темную блестящую шкурку под норку и накинул на плечи Билла. Старший изобразил звездный оскал. Том надулся и забился в кресло, моргая повлажневшими глазами на плотные облака. Билл вздохнул, вопросительно взглянул на продюсера. - И не думай, - резко отозвался Йост. - Вот Томату одёжа по стилю. На колени обиженному Тому приземлилась теплая куртка на овчине. - Фу, как неизящно, - младший брезгливо поднял двумя пальцами вещь за воротник. – Я лучше вообще в свитере пойду. Билл серьезно показал брату кулак. - Там холодно, а у тебя горло больное. Не дури. Том пожал плечами, но мороза испугался и с презрительной миной примерил негламурную куртку. Для компенсации морального ущерба младшему брату, Билл натянул любимую смешную шапочку с завязками, проигнорировав отчаянные гримасы Йоста. Так и вышли к ждущему народу. Продираясь сквозь размахивающую плакатами со знакомыми обликами толпу, парни в очередной раз пошутили, как много людей сразу говорят на незнакомом языке, раздали автографы и загрузились в миниавтобус. Продюсер позволил подопечным искренне повосхищаться незнакомым городом. Билл изумленно матерился, прижимаясь носом к стеклу. Том осоловело провожал взглядом небоскребы, Густав орал от переизбытка эмоций и дубасил по плечам Георга. Знаменитый мегаполис настолько стремился ввысь, что даже высоко поднятые над землей магистрали и скоростные поезда не казались фантастикой. С задранными вверх головами парни пытались понять, где в тумане облаков заканчивался пятидесятиэтажный отель, к подножию которого их доставила новенькая «тойота». - Это было большой наглостью, назвать группу из Лойтше «Токио отель», - задумчиво озвучил общую мысль Густав. - Мальчики, работаем, - тоном потрепанного жизнью сутенера объявил продюсер. - Да, папочка! – на удивление единодушно отозвалась вся четверка. Оператор направил на них камеру. Билл поправил тщательно уложенную набок агрессивную черную челку, изящно взмахнул кистью с зажатой между пальцами тонкой сигаретой. Том набычился и поплотнее закутался в рэперскую куртку на меху. Георг проверил прямоту своих волос, Густав подтянул шорты. Группа «Токио отель» отправилась гулять по центру Токио. Первым ответственным событием стала встреча с общественностью, журналистами и, неожиданно – послом Германии в Японии. Промо парней удачно приурочили к какой-то там круглой дате со времени дружбы двух народов. Обстановка стремительно приближалась к похоронной. Было прилично так, что у Билла сводило челюсти от желания зевнуть во всю пасть. Присутствие консула заморозило аудиторию, фанатки притихли, музыканты старались изо всех сил - фронтмен звездил, гитарист пытался пошлить, Густав и Георг создавали массовость. Довольный Йост тихо сидел в сторонке, как добрый дядюшка на удавшейся помолвке. Билл едва сдерживался в рамках отведенной роли, скалился, жмурился и жеманился, насколько мог. Впрочем, камуфляжная куртка и новая укладка позволяли выдавать меньшую дозу кокетства, чем привыкли окружающие. К тому же, Билл напряженно наблюдал за близнецом, который неприлично расставил ноги в широких брюках и отвратно шутил. Вообще, поведение младшего брата на публике порядком выбесило Билла, слишком фальшивым казался новоявленный «мачо», но Том так видел свой образ, старательно кривил симпатичную мордочку и радовался, как ребенок, когда особенно яркая реплика «ниже пояса» доходила до умов присутствующих. Интервью медленно, но верно приближалось к финалу. Японская речь звучала непрерывным потоком, глаза болели от вспышек камер. Том пустился в очередные пространные объяснения консулу. Вообще-то вопрос адресовался фронтмену, но гитарист вдруг начал отвечать первым. Билл задумался, отвлекся и лишь по растерянному взгляду близнеца понял, что провокационно скользил пальцами по гладкому стволу микрофона вверх-вниз. Это был его «фирменный прием», которым Билл изводил поклонниц - в той жизни, где он был гитаристом и наглым самцом. - Сука, что ты делаешь? – одними губами спросил братец. Консул сжал рот в тщетной попытке не рассмеяться. Билл взглянул на продюсера. Йост грозно сдвинул брови. Надо сказать, после этого эпизода обстановка слегка разрядилась. Аудитория зашевелилась. Мелкая девочка старательно выговорила на немецком слова благодарности и замяукала дальше по-японски. Приставленная к парням женщина-переводчик рассказала трогательную историю, как девочка с подружками приступили к изучению родного языка любимой группы. - Значит, вы уже знаете, что такое «Scheisse» и «fick dich»? – весело отреагировал Билл, тряхнув тщательно уложенным набок брутальным начесом. Образ андрогинной Дивы сыпался на глазах у изумленной публики. Апофеозом встречи стал вопрос, который смущенная переводчица отказалась переводить. Тогда девушка, безбожно коверкая английский, поинтересовалась у Билла, насколько правдивы слухи о том, что он гей и спит с собственным братом. Том криво усмехнулся и украдкой посмотрел на Йоста. Продюсер медленно побагровел. Билл приподнялся на месте, нашел взглядом спрашивающую. Японочка оказалась миленькой – молоденькой снежной блондинкой с встрепанной стрижкой и черными глазами. Хищно улыбаясь, Билл переступил через тянущиеся по полу провода, пробрался мимо ряда операторов и нацеленных камер прямо к вставшей навстречу девушке. Губы у фанатки были розовыми, приоткрытыми, с влажно белеющими передними зубками. Билл со вкусом целовал девушку, вдыхая фруктовый аромат парфюма и мятной жвачки. Ощущения сконцентрировались на мягкости губ, жесткости коротких волос, щекочущих щеку, тепла хрупкого тела под пальцами. Аудитория восхищенно заволновалась. Билл оторвался от пораженной элиен, обвел взглядом полководца зал. - Кто-нибудь еще желает проверить мою ориентацию? – подняв бровь, поинтересовался он. Через секунду звенящей тишины к наглому гастролеру потянулись жаждущие руки, и японки на чистейшем английском закричали: - Я! И я!!! Больше об инцесте никто не спрашивал. Потом была длительная прогулка по знаменитому району Гинза с посещением модных магазинов, где Том, прикрываясь близнецом, отхватил для себя несколько экстравагантных вещиц. Парни надолго задержались в суперэлитном магазине музыкальных инструментов и почти довели Дэвида Йоста до инфаркта готовностью отвалить баснословные деньги за новые прибамбасы. Затем Билл и неожиданно - Георг, изводили продюсера в парфюмерном отделе «Диора», в то время как Том с гримером Натали опустошали прилавки с косметикой. Очарованные ужином в традиционном японском стиле, гости столицы искренне подняли бокалы за «Токио отель» в Отеле Токио». Вечером их ждали интервью на местном радио и вечеринка в закрытом модном клубе с выигравшими какие-то там конкурсы фанатами. Честно признаться, они давно не чувствовали себя так свободно. Полный зал юных созданий, фигурами, одеждой и манерами слишком напоминающих анимешных персонажей, стирал границы с реальностью. Короткие юбки и брючки в облипочку показывали точеные ножки. Экзотические лица были разрисованы радужной косметикой. Девушки и юноши искренне радовались встрече с кумирами в неформальной обстановке. Как вежливо сообщила переводчица, молодежь в стране имела неограниченные свободы до завершения полноценного образования. Потом молодые люди меняли цветные оригинальные прически и одежки на строгие костюмы и отправлялись покорять всемирно известные японские корпорации. Организаторы мероприятия быстро выпроводили людей с камерами из помещения. Парни выдохнули и быстро окунулись в пучину клубной вечеринки. Даже спокойный Густав развеселился и, кажется, пытался обучить двух миниатюрных девочек похабной баварской песенке. - А где гейши? И сакэ? – вскинул брови Билл – его уже угостили парой слабоалкогольных коктейлей. Возникший рядом продюсер вежливо улыбнулся присутствующим невозмутимым японцам и за шиворот оттащил протеже от греха подальше. - Какие тебе гейши, чудовище? – прошипел он. – Не нарушай приличий! Ты же у нас эстет! - Так я из эстетических соображений и спрашиваю, - Билл уселся на ближайший диванчик и красиво закинул одну длинную ногу в узких кожаных брюках на другую. – Тянусь к пониманию уникального вида искусства! Йост подозрительно посмотрел на подопечного. - А гейши будут, Дэвид? – невинно поинтересовался подошедший Георг. Билл издевательски рассмеялся. Том отжигал на танцполе. Вокруг гитариста крутились девочки в костюмах симпатичных зверушек, с ушками и хвостиками. Танцевал Том нарочно неумело, но особенного мастерства от известного мачо никто не требовал - главное, что его глаза хитро сверкали, пухлые губы с подковкой пирсинга провокационно улыбались, а руки охотно обнимали разгоряченных девчонок. Продюсер с одобрением посматривал на подопечных – пока все держались в рамках образов. Билл стряхнул с себя пристающих с расспросами поклонниц, кивнул охраннику. Саки моментально оградил звезду своей внушительной фигурой. - Мне срочно нужно передохнуть в одиночестве. - Провожу до гримерки, - сразу сообразил личный телохранитель. На выходе из шумного помещения Билла догнал раскрасневшийся Том. - Попить, поссать и переодеться, - выпалил, не дожидаясь вопроса. Билл усмехнулся – он знал ответ, даже не спрашивая. В гримерке было тихо и прохладно. Оживленный Том жадно припал к горлышку бутылки с минералкой. - Ну и тусовка. У меня голова кругом. Такое странное ощущение, будто находимся на школьном вечере в далеком будущем. Девчонки красотки. Маленькие, а смелые, как кошки. Совершенно не отличаю их одну от другой, - он засмеялся, потянул за рукава душной белой кофты. Билл медленно приблизился к Тому, наблюдая, как тот избавлялся от надетой из исключительного упрямства верхней одежды. - Неопытный ты мой младший братик, - ласково прошипел Билл. Отчего-то в груди бурлило раздражение на сегодняшнее поведение близнеца, хотя тот все делал правильно, даже, признаться – идеально. Том удивленно взглянул в злые глаза старшего. Билл придвинулся ближе. - Коварный соблазнитель, девочки повелись и поверили. Так что отмазаться не получится, раз изображаешь мачо – мачуй дальше. - У меня голова болит, - вдруг зажмурился Том. Билл дьявольски расхохотался. - Та беленькая нэко, которую ты охмурял весь вечер, явно ждет продолжения. И Йост порадуется. - Билл, ты же знаешь, я не умею! У меня ничего не получится! - испуганно дернулся Том, взмахнув руками. Билл ухватил близнеца за край футболки. - Я научу, глупый, - с придыханием прошептал старший брат. Том замер, широко раскрыв глаза, как кролик перед удавом. - Сначала нужно проникнуть в личное пространство девушки, - Билл почти коснулся плечами белого трикотажа братской футболки. Наклонился к уху и вдохнул запах гладких косичек. - Вот так. Чтобы ощущать аромат кожи, а не дешевого парфюма… А потом, – его теплая ладонь коснулась скулы, - повтори пальцами контур ее лица. Посмотри в глаза, - карие очи Тома, густо-кофейные ближе к зрачку, дымчатые по краям, таращились на брата с замешательством и легким испугом. – Как можно дольше держи зрительный контакт. Ты словно разговариваешь взглядом, не нужно ничего говорить вслух. Отвлекись только на то, чтобы посмотреть на губы. Билл опустил взгляд на рот Тома. Том нервно облизнулся. - И не целуй. Поцелуешь после. Если заслужит. У Тома задрожали ресницы. Он молча слушал старшего брата, притиснутый в угол гримерки. - Другой рукой в это время пробирайся к телу, - умелая ладонь скользнула под тонкий трикотаж, уверенно оглаживая ребра, к груди. Том ахнул, когда ловкие пальцы задели сосок. - Девочки любят, когда играются с сосками, - тихо заявил Билл, легко сжимая твердеющий комочек. Том сглотнул и переступил ногами. - Если все делаешь правильно, то они будут уже напряженными. Как у тебя, – близнец дернул чувствительный сосок и нежно, на контрасте, едва касаясь, обвел пальцем вокруг. Том бы зажмурился от общей неправильности ситуации и неожиданного удовольствия, но темные глаза брата затягивали, держали колдовской силой. - Теперь сложная комбинация, - словно обучая аккордам, продолжил Билл. – Левая рука плавно спускается от лица ниже, по шее. Прочувствуй пульс, - он прижал тонкие пальцы к бьющейся венке, – по ключицам и дальше, стремись ко второму соску, не оставляй без внимания, ведь обе груди желают прикосновений. Билл небрежно захватил большим и указательным пальцем второй сосок прямо через ткань. Том выдохнул, ощущая слабость в ногах и дымку в голове. - А правая рука, - наставлял тем временем старший брат, будто не замечая состояния близнеца, - должна отправиться вниз, от груди к талии и бедру. Оцени линию фигуры, у девочек такие плавные формы… Билл прикоснулся губами к покрасневшему уху с золотым тоннелем. - Ты поймешь, что она хочет, даже не проверяя ее трусики. Но твоя рука должна быть рядом. Он похлопал ладонью по бедру брата. – Вот здесь. Как только девочка начнет облизывать губы и часто дышать, смело забирайся под юбку. - Билл, - еле слышно прошептал Том. – Вряд ли у меня встанет на ту блондинку. - А ты представь на ее месте парня, – хрипло посоветовал Билл. - Вас обоих ждут в зале, - деликатно напомнил из-за двери личный бодигард. Они отсутствовали не больше десяти минут. В помещении, наполненном музыкой и лучами лазерного шоу, все также веселилась молодежь. На близнецов сразу накинулись страждущие общения поклонники, Тома увели танцевать. Билл жеманно поместился за столик, вокруг чинно расселись пялившиеся на кумира девушки. Одна была красотка – экзотическая, словно статуэтка из неведомого храма, гладко-смуглая, сверкающая раскосыми глазами и улыбкой, с длинными черными и розовыми брейдами до талии. Если бы Билл не изображал из себя Диву с невнятной ориентацией, точно бы нескучно скрасил вечер. По стенам метались разноцветные тени, а в душе Билла мерцала молниями личная гроза. С какого перепуга он устроил брату урок по пикапу? Том явно перевозбудился, даже через две пары брюк Билл ощущал его горячее напряжение. А глаза! А губы! Никогда раньше Билл не обращал внимания, как брат облизывался, поддевая кончиком языка пирсинг-подковку на нижней губе слева, как покусывал белыми зубами, и от этого нежные губы быстро распухали… Том выглядел непристойно и так соблазнительно, что Билл решительно потряс начесом, выбивая из головы мысли. Ненужные мысли. Вечеринка подходила к той стадии, когда присутствующие уже забыли по какому поводу, собственно, собрались. Четверка гастролеров и продюсер отжали для себя столик, поставили по периметру троих охранников под предлогом, что «звезды утомились и отдыхают», потребовали пива и из своего убежища лениво наблюдали за дискотекой. Густав настукивал ритм пальцами по столешнице, Георг радостно тараторил о своих впечатлениях, мотая волной густых волос, по которой иногда фантастично скользили лучи лазера. Йост зорко следил за всеми, слишком часто задерживаясь взглядом на оживленном басисте. Братья заметили интерес старшего товарища и начали хихикать. Продюсер из-под стола показал им кулак, а потом поманил застенчиво держащихся рядом девушек, среди которых случилась и ранее замеченная Томом блондинка с тонким ободком-ушками на пышной прическе. Йост, очевидно, заранее договорился с организаторами о девичьем ассортименте. Японочки оказались ученицами столичной школы изящных искусств, будущими художницами и музыкантами, чинно сидели напротив гостей, опускали лисьи глазки при ответах и смущенно посмеивались. Йост одобрительно кивал, когда самая лингвистически одаренная заученно выдавала информацию об известном учебном заведении. - Кто это такие? – обреченно поинтересовался Том у продюсера. - Вы, кажется, желали гейш? Вот вам для ознакомления. Если не опозоритесь – будут настоящие, - мстительно усмехнулся Дэвид. Билл сверкнул глазами и нарочно толкнул сидящего рядом брата в плечо. Том по инерции пихнул соседку с краю, похлопал ресницами, извиняясь, и многозначительно поиграл бровями. Блондиночка потянула из кармашка бумажку и маркер, склонилась к Тому, объясняя. Парень серьезно кивнул, маркер взял, но бумажку проигнорировал, размашисто расписался прямо на цветной девичьей маечке. Сквозь всполохи неонового света Билл с удивлением наблюдал, как брат сосредоточенно повторял данный близнецом урок – пристально смотря в глаза японке, легко провел ладонью по контуру лица, другой рукой скользнул по плечам и прочертил пальцами буквы свежего автографа. Даже на расстоянии Билл видел, как расширялись черные очи поклонницы. Охранники отрепетированным движением встали за столиком монолитом, наглухо закрывая посторонним обзор. Девушка подалась грудью к кумиру. Остальные присутствующие резко отвернулись к фронтмену. Билл отпил свое пиво. - Чудесный вечер, - отстраненно поделился мнением Густав. Блондинка тем временем как-то странно дернулась, на мгновение прижалась к Тому, а потом закатила глаза и неожиданно откинулась безвольной тряпочкой на спинку дивана. Подчиняясь знакомой мимике продюсера, ближайший охранник брызнул на потерявшую сознание поклонницу минеральной водой из бутылки. Рядом тут же появилась девушка из персонала и несуетливо помогла неадекватной блондиночке убраться с глаз долой. Густав поправил очки. - Ну и Томачо-умелые ручки! Многое я видел, но чтобы девочки от его пальцев в обморок падали – это впервые… Смотреть на невероятно довольную физиономию брата было невыносимо, и Билл ткнул друга Георга в бок. - Пойдем покурим? Басист явно желал возразить, что курить им позволительно и здесь, но заметил выражение лица товарища и согласно кивнул. Вежливый персонал провел звезд в ухоженный вестибюль для курения. У окна стояла девушка с двухцветными брейдами. - Добрый вечер! – улыбнулась она. При ярком свете Билл тут же отметил, что японка взрослее, чем показалось сначала. Пожалуй, даже лет на пять старше его. Парень сразу залип на бесчисленные длинные косички, обвивавшие девушку, словно тонкие змейки. - Я могу попросить автограф? – очнулся Билл от звука ее голоса. Георг с улыбкой протягивал маркер – он уже расписался на небольшом плакате. - Ты прекрасно говоришь по-английски, - сделал басист комплимент японке и обернулся на звук шагов. В курилку заглянул Йост. - Моя мама американка, – пояснила девушка. Билл вежливо осведомился, где поставить автограф, поскольку поклонница свернула трубочкой полученный от басиста плакат. Женский взгляд вдруг по-взрослому оценивающе окинул изящную фигуру фронтмена. Девушка медленно и выразительно облизала губы. Билл улыбнулся, принимая вызов. Тут же в голове вспыхнул образ паршивца-брата, который в темном зале демонстрировал чудеса соблазнения. Девушка правильно поняла ответный кивок и провокационную улыбку, прошла мимо Георга и продюсера, точным жестом попросив Билла следовать. - Что они оба сегодня творят? – услышал парень за спиной удивленный возглас басиста. - Потрясающая ориентация в пространстве, - позволил себе усмешку Билл, когда девушка безошибочно завела его в чилл-аут. - Я работаю в этом клубе, - обронила новая знакомая, пощелкала тумблером и оставила подсветку большой картины на стене. - Меня зовут Мияко. Необычного облика девушки, ее тонкого смуглого тела и черно-розовых косичек оказалось достаточно, чтобы Билл вздрогнул от приятного предвкушения. Наверное, у него относительно давно не было полноценного секса. Наверное, неосторожная возня с младшим братом добавила томления и сыграла роль в выборе - Мияко была совсем не во вкусе Билла. В полутьме чилл-аута она выглядела странно, но необыкновенно возбуждающе. Билл не отказал себе в удовольствии поставить перед собой хрупкое создание на четвереньки и сгрести в кулак длинные брейды, вынуждая девушку запрокинуть скуластое лицо с зажмуренными раскосыми глазами. Остаток ночи прошел спокойно. Удовлетворенный Билл снисходительно позволил Тому с Георгом расположиться на второй половине их близнецового сдвоенного номера. Сквозь пелену сна он слышал тихие переговоры и мультяшные реплики со смешной мелодикой речи – парни смотрели новомодное оригинальное анимэ на экране огромной видеопанели, занимающей почти половину стены. - И вообще, эти штаны слишком широкие, я в них потеряюсь! – заявил Том и скрестил руки на груди. Парни растерянно посмотрели на Билла. Тот ухмыльнулся. Уже полчаса группа уговаривала гитариста привести себя к виду, похожему на знаменитый имидж. Том морщился, торговался с продюсером за косметику, узкие джинсы, красивую обувь. Билл чувствовал, что брату просто страшно выйти на сцену в непривычном амплуа мачо-гитариста. Билл сам боялся. От липкого внутреннего страха тек грим, и Натали уже один раз правила фронтмену макияж. Музыканты собиралась на популярнейшее в Японии телешоу и находились полным составом, включая продюсера и гримершу, в номере близнецов. Билл решительно поднялся с места и направился к шкафу. - Теперь мой выход, - невозмутимо заметил он и потянул вниз спортивные брюки. – Закройте глаза и рты. - Пожалуй, мы еще поуговариваем Тома, - отвела взгляд Натали. Вся компания, действительно, сосредоточила внимание на сопротивляющемся Томе, наперебой предлагая подходящие по стилю штаны и футболки. Пока новоявленного гитариста устраивал лишь бело-красный шарф-арафатка, в который парень вцепился, словно в стяг родины. Через несколько минут на середину комнаты вышел Билл. - Я готов, - серьезно сказал он. - Мои стретчи! – огорченно воскликнул Том. Остальные жадно рассматривали облик фронтмена. На взгляд Билла, он был одет сурово и по-рокерски – в черную майку, косуху, ярко-красные леггинсы и высоко шнурованные брутальные ботинки. Одежда сидела на тонкой фигуре потрясающе эротично, сам Билл признал это еще в Калифорнии, когда подбирал комплекты для выступления. Реакция знакомых зрителей подтвердила его умозаключения. - Слюни подберите, - сварливо заметил Том, оглядывая друзей и продюсера. Георг тряхнул гривой уложенных волос. - Ты очень красивый, Билл. И смотришься так… сильно. Том вздохнул и принялся натягивать первую попавшуюся под руку одежду. Басист и ударник оделись без скулежа и истерик, только Густав в последний момент поменял белую футболку на ярко-красную. - А у меня красная бас-гитара! – заметил Георг, когда продюсер удивленно поднял брови, окидывая парней подозрительным взглядом. На телевидении царило оживление в предвкушении знаменитых гостей. Группа "Токио отель" триумфально приехала на сверкающем «Инфинити», парни улыбались, подмахивали плакаты, расписывались на руках и одежде, скалились в слепящие камеры и телефоны. В пустом пока зале студии проходила проверка звука. Музыкантов запустили для ориентации на местности. Билл незаметно подтянул леггинсы и опустил взгляд, желая убедиться, что все в порядке. Такую одежду он надел впервые и ощущал себя неприлично обтянутым в самых интимных местах. Сзади подкрался Густав и звонко шлепнул фронтмена по заднице. - Потрясающе хорош! – сделал сомнительный комплимент блондин и удрал за барабаны. Том с Георгом слаженно наигрывали соло. Смысла в саунд-чеке не было, поскольку группа отрепетировала все выступление еще в Лос-Анжелесе. Билл слышал, как басист давал брату последние советы и напоминал о трудных моментах. Том кивал с серьезным видом. - Йорки, - вдруг выговорил Том и оглянулся, поискав взглядом продюсера. - Ты прости нас с Биллом за Йоста. Я неправильно тогда понял ситуацию, да и нетрезв был. Он ко мне не жался, а я психанул и Биллу наболтал. Дэвид нормальный и надежный парень. Георг на секунду завис с прижатым к бедру басом, потом мотнул волосами и улыбнулся. Билл тихо выдохнул – капризный и своенравный Том так спокойно и по-мужски извинился, совершенно неожиданно и нетипично. «Для прежнего Тома, - напомнил себе Билл, - когда он был младшим и фронтменом». Большая съемка прошла без неприятных вопросов, а вот выступление внезапно принесло Биллу массу удовольствия, и хоть петь пришлось под фонограмму, парень ощутил удивительно приятную отдачу от новой роли фронтмена. Общение с аудиторией было совсем иным, прямым, глаза в глаза, от сердца к раскрытым любящим сердцам. Постоянно поворачиваясь к брату, Билл заметил, как Том самозабвенно работал, как увлеченно и точно играл, и как был похож на него самого, когда в другой реальности старший близнец выходил со своими гитарными соло. В эти моменты Билл по-настоящему гордился младшим братом. - Отлично справились! – радовался продюсер по дороге в отель. – Я слегка опасался за поведение Билла, которому вдруг приспичило стать бруталом, но все прошло без накладок. Георг молча пожал Тому руку и украдкой взглянул на Йоста. Густав дремал, положив голову на плечо продюсеру. Билл жадно курил, рассматривал в окно фантастический облик ночного Токио. - Ладно, - махнул рукой Дэвид. – Будем считать, что ты в очередной раз сменил имидж. Перед Хоффманом я тебя отмажу. - Спасибо, дорогой товарищ! – Билл приложил ладонь к груди и смахнул с глаз воображаемую скупую слезу. - Играете на моих нервах, но все равно люблю вас, мерзавцев, - трогательно выговорил Дэвид Йост и вызвал детские искренние улыбки у своих подопечных. Билл упаковывал чемодан. Среди аккуратно сложенных новых вещей оказалась изящная бумажная сумочка с логотипом известного магазина. Билл усмехнулся – младший брат, как всегда, купил и оставил приобретенную косметику у близнеца. Билл подтянул спортивки, взял двумя пальцами покупку и толкнулся в незапертую дверь соседней комнаты. Том обнаружился на кровати. Из одежды на нем были только тонкие белые носочки. От неожиданности Билл сразу забыл зачем, собственно, явился пред затуманенные карие очи младшего брата. Том сидел на коленях и дрочил, медленно проводил тонкой кистью по всей длине напряженного члена, задерживался пальцами на округлой головке, сдавленно дышал. Билл тут же отстраненно подумал, как на пользу пошли близнецу климат Калифорнии, хороший аппетит и тренажерный зал. Обнаженный братик уже не напоминал жертву пыток голодом и холодом. От былого истощения и нездоровой бледности не осталось и следа - под гладкой золотистой кожей обрисовались мускулы, Том казался идеально сложенным и чертовски сексуальным. Черные косички подчеркивали линию шеи, а две особенно упрямые перекинулись через плечо и закрывали правую ключицу. Наверное, Билл не должен был особенно удивляться, ведь он не раз видел брата голым. Интимное занятие также не казалось чем-то выдающимся, но сам облик Тома вдруг взволновал старшего близнеца, и вместо того, чтобы незаметно исчезнуть, оставив сумочку на полу, Билл пошуршал бумажным пакетом о стену. Том вздрогнул, сфокусировал взгляд. Спокойно улыбнулся, не изменив позы, не убрав руку с члена. - Привет. - Я, кажется, не вовремя, - Билл сделал шаг назад. - Ты очень кстати, - сощурился Том. – Я думал о тебе. - Даже так? - Мне нужна помощь. - Ты и сам отлично справляешься, - Билл состроил скептическую гримаску, но язык сам облизал пересохшие вдруг губы. Том запрокинул голову, показав длинную сильную шею, повел плечом, откидывая косички за спину. Честно говоря, близнецы были грешны. Том еще не познакомился с парнем, с которым захотел бы стабильных интимных отношений, но он был психически и физически здоров и испытывал потребность в тепле и ласке. Хоть старший брат и держался отчужденно, не позволяя особенных вольностей, все же иногда Том пробирался к нему в постель, в темноте ночи, прижимался худым напряженным телом, обтирался о бедро твердым влажным членом. Билл даже не был уверен, что это происходило наяву, всегда как-то сумбурно, словно во сне, без разговоров, лишь под тихие всхлипы Тома. Билл умело, как самому себе, дрочил его перевозбужденный орган, принимал робкие касания теплых рук и мягких губ. Том уходил после полученного оргазма, оставляя едва ощутимый родной запах тела и спермы. Поутру старший просыпался с легким туманом в голове и завидной эрекцией, но определить зависимость одного от другого ему не хватало смелости. Младший брат об этом никогда не заговаривал. Теперь Том расположился с тяжелым эротическим шоу при ярком свете эксклюзивных ламп. Он имел на это право – после удачного выступления, в своем номере и относительном одиночестве. Вопреки здравой логике Билл подошел к кровати, завороженно разглядывая близнеца. Очевидно, Том уже разогрелся, но еще находился на той стадии, когда хотелось продлить прелюдию. Его член блестел от дополнительной смазки, и Билл заметил на постели небольшую бутылочку с иероглифами. «И когда успел отовариться?» - промелькнуло в голове. Рядом с бутылочкой валялась непонятная вещица. - Что это такое? – невинно поинтересовался старший брат, подцепил пальцем и приподнял, покачивая на весу. Сначала Биллу показалось, что это браслетик – три бусины на силиконовой нитке, но скулы Тома вдруг вспыхнули румянцем, он выгнулся в пояснице, показывая соблазнительную линию прямой спины, переходящую в округлую задницу. До старшего моментально дошло, что интересная вещица оттуда же, откуда и пестрый тюбик лубриканта. - И как использовать эту штучку? – Билл сжал пальцами самую крупную бусину. Наощупь шарик, размером с ноготь большого пальца, оказался твердым силиконом, многообещающего радужного оттенка. - Проще показать, чем объяснить… – вдруг промурлыкал Том, сощуривая глаза. - Я, пожалуй, пойду… - неким неопознанным чувством Билл понял, что его может ждать сильное потрясение. - Стоять! - рявкнул младший брат. Билл застыл на месте. Не отрывая пристального взгляда от обескураженного близнеца, Том несколько раз провел ладонью по торчащему члену, другой рукой потянулся за лубрикантом, ловко отщелкнул крышечку, позволил жидкому гелю с запахом зеленых яблок пролиться на пальцы. Завел руку за спину и скользнул ладонью в ложбинку между оттопыренными ягодицами. Решительно тряхнул черными косичками. Билл таращился на слаженные движения загорелых рук – одной ладонью вверх-вниз по члену, другой… К счастью, старший брат видел только поглаживания. Том самодовольно улыбнулся, наблюдая за лицом близнеца, игриво шлепнул себя по попе, оставив на ней влажный след, и протянул руку за силиконовой игрушкой. - Дай сюда. Билл вложил в мокрую от смазки ладонь цепочку с бусинами. Том щедро нажал на тюбик, вылил на игрушку побольше лубриканта. Посмотрел на брата, кокетливо хлопая ресницами. - Только не уходи. Ты мне нужен, помнишь? Билл молча кивнул, присел на краешек кровати. Том изящно, как большая кошка, привстал с колен, выгнул спину, развернулся к брату задом, опираясь локтем в постель для равновесия. Развел ноги и погладил влажными шариками себя по ягодицам. Расстояния между расставленными коленями было достаточно, чтобы показать себя удивленному близнецу во всей красе. Вообще Билл без всякого нездорового любопытства относился к изощренным формам секса, ни разу всерьез не задумался о природе заявленной Томом гомосексуальности, просто принял как факт и право выбора свободной личности. Но сейчас он не мог отвести очарованного взгляда от сжатой дырочки между белыми половинками. Никогда в жизни он не видел ничего более возбуждающего, розового и нежного. Том провокационно погладил сомкнутое отверстие, осторожно нажал самым маленьким шариком. Билл сглотнул, не замечая, как собственные пальцы вцепились в дорогое покрывало кровати. Радужный шарик исчез внутри. Том сжал ягодицы. Снаружи оказались две бусины и силиконовая нитка с колечком. У Билла зашумело в голове, зачесалось и зазудело по всему телу. Младший брат повернул голову к близнецу. Черные косички, как изысканно переплетенные шнурки, разметались по светлому покрывалу. - Мне неудобно, - пожаловался он. – В этой позе приятнее всего, а рук не хватает. Одной дрочу, другой опираюсь. - Эээ… - Билл реально плохо соображал в данный момент. Том глубоко вздохнул, покатал в пальцах второй шарик, согревая, а потом аккуратно прижал к тугой дырочке. Медленно, очень медленно, сопровождая свои действия тихим стоном, протолкнул внутрь. Билл почувствовал, как напряглось его собственное отверстие, теплая волна прошла изнутри по позвоночнику. Он прикусил губы, чтобы не застонать от внезапно нахлынувших ощущений. - Еще один шарик, Билл, - прохныкал Том и повел бедрами. Нитка с оставшейся бусиной качнулась из стороны в сторону. У Билла потемнело в глазах. Почти на грани сладкого обморока он осторожно погладил близнеца по теплому гладкому бедру. Стараясь не пялиться слишком откровенно, взял пальцами скользкую бусину и приставил к розовой мокрой дырочке. Дырочка сжалась. Билл аккуратно погладил шариком тугое отверстие по кругу, слегка надавил. Том всхлипнул и запрокинул голову, рукой обхватывая напряженный член и увеличивая темп. Сопротивление раззадорило Билла, он нажал сильнее, раскрывая влажные стенки. Бусина прошла внутрь, оставив силиконовый тонкий хвостик с колечком. - Как приятно… - тихо простонал Том. – Билль, когда я буду кончать, выдерни всю игрушку, только резко, хорошо? - Ну ты нахал… - прошептал Билл - на большее не хватило ни слов, ни голоса - и из вредности потянул за силиконовое кольцо. Том протяжно застонал. Из попы показался радужный шарик. Мышцы сопротивлялись и бусину не выпускали. Билл ритмично, вместе с движениями брата по члену, тянул за нитку, пытался вытащить шарик, раздражая вход. От стонов близнеца сладко пульсировало в паху. - Да, Билл, вот сейчас… да… - всхлипнул Том, выгнул спину, сжал член и брызнул первыми каплями белесого семени. Билл сильно дернул за колечко, вытягивая все три шарика, один за другим. Том вскрикнул, сдвинул ноги, повалился на бок, закатывая глаза и хватая ртом воздух. Вязкая сперма залила поджарый живот, на котором от сокращений проступил рельеф пресса. Том прерывисто дышал, на шее и лбу выступили капли пота. - Какой кааайф… - счастливо улыбаясь, блаженно пропел он, закинул руки за голову и потянулся всем телом. Только Билл уже не слышал его слов. Вломившись в свою комнату, ударяясь плечами об углы и сдирая на ходу спортивки и трусы, он бросился в ванную и передергивая, яростно отдрочил, почти тут же ослепнув и оглохнув от сумасшедшего оргазма. Ощущая шум в ушах, сполз по стене на пол. - Как хорошо, что у меня вчера был нормальный секс, - переводя дыхание, прошептал он пересохшими губами. – Иначе я бы сейчас выебал его прямо в розовую узкую дырку. Ну и сучка этот мелкий! Никогда еще Билл Каулитц не был так неуверен в своей ориентации и моральном облике.