Между реальностями

Эйри проснулся оттого, что рука затекла, и мышцы словно покалывали тысячи невидимых иголок. Он вытянул руку вперед и пошевелил пальцами, снимая неприятное онемение. На соседней подушке из-под одеяла торчала встрепанная голова Кайдэ, который все еще спал, уткнувшись носом в его голое плечо, и ровное теплое дыхание приятно щекотало кожу. Эйри умудрился во сне обнять юношу и притянуть к себе, словно боялся, что тот снова сбежит. Но это существо под его боком по–прежнему было на месте, да еще и спало так, что не разбудишь. Эйри усмехнулся: кажется, это было первое утро в новой квартире, когда, несмотря на ранний час, он с уверенностью мог сказать, что выспался. И первое утро, когда он просыпался с кем–то рядом. Это было довольно странное чувство – ощущать рядом с собой стройное тело, от которого волнами исходило тепло. И Эйри не мог отрицать, что ему было уютно, как никогда, даже вставать не хотелось. Он взглянул на часы: без четверти восемь. Еще пятнадцать минут до подъема. День обещал быть пасмурным, за окном серели низкие тучи. Эйри бессознательно пропускал между пальцев пряди волос Кайдэ, глядя в потолок и мечтая о кружке черного горячего кофе и сигарете, когда юноша рядом зашевелился и открыл заспанные глаза, встречаясь с ним взглядом. Бледные щеки тут же окрасил легкий румянец, и Эйри, заметив это, усмехнулся: – Доброе утро, мистер Стеснительность. Кайдэ отвел глаза и потер ладонью лицо. – Пора вставать? – Еще есть пара минут. – Хорошо. Кайдэ снова опустил ресницы и замер, а Эйри накрыл, наконец-то, ожившей ладонью его пальцы, спокойно лежащие чуть выше груди. После того, как они вернутся с задания, нужно позвонить Эшли и объяснить свой вчерашний уход. Потому что простой смс–ки «Задержи Хидео подольше», когда они вернулись домой вечером, явно недостаточно для оправдания. Но, видимо, у Эшли не получилось задержать этого типа в баре до ночи, потому что мало того, что тот заявился в скором времени, так еще и снова начал свои попытки совращения Кайдэ. Эйри совершенно не нравился Хидео, и не только потому, что домогался его напарника, а еще потому, что он явно что–то недоговаривал. Его чрезмерное любопытство относительно Дома Солнца, Агентов и их заданий давало Эйри повод насторожиться. С одной стороны, вполне нормально для новичка задавать подобного рода вопросы. Но в искренность намерений Хидео Эйри почему–то верилось с трудом. И особенно в искренность его намерений в отношении Кайдэ. Хидео начал свои безнадежные попытки «ухаживаний» с самого первого дня их знакомства под предлогом дружбы. И не упускал ни малейшего шанса дотронуться до юноши, сказать ему что–то приятное, подкупающее, а Кайдэ, в свою очередь, будучи слишком мягкосердечным и доверчивым, даже не замечал в этих действиях ничего интимного. Как можно быть таким наивным? Эйри даже разозлился на Кайдэ за его беспечность, но потом вдруг подумал о том, что именно благодаря всем событиям последних дней понял свое настоящее отношение к Кайдэ, выходящее за пределы напарничества и дружбы. И Хидео в этом сыграл определенную роль. Значит, в каком-то смысле Эйри должен быть ему благодарен. Но из гордости и чистого упрямства Эйри этого никогда бы не признал. На телефоне Кайдэ заиграла мелодия. Эйри, протянув руку, взглянул на голубой экран и отключил будильник. На заставке горела фотография кленового листа, и юноша усмехнулся. Так в стиле Кайдэ… – Эй, пора вставать, – он похлопал юношу по плечу и сел, взъерошивая и без того спутавшиеся волосы. – Сейчас умру без дозы кофеина. Натянув потрепанные голубые джинсы, он посмотрел на себя в зеркало и недовольно поморщился: – Пора с собой что–нибудь делать. – Что ты имеешь в виду? – уточнил Кайдэ, лениво потягиваясь. – Подумать о внешнем виде, что же еще? Может, бровь проколоть… Или еще одну татушку сделать… Кайдэ только хмыкнул и, не вставая, стянул через голову майку, чтобы переодеться в футболку. Не отходя от зеркала, Эйри увидел своего напарника в отражении, оценил взглядом худую гладкую грудь и плоский живот до края одеяла, которым все еще были прикрыты ноги. Такое безупречное, красивое и стройное тело… Если он и дальше будет так разглядывать Кайдэ, то, как и вчера, будет вынужден отправиться прямиком в душ. Он заставил себя отвернуться и пойти на кухню за долгожданным кофе. Впереди был еще целый день. Липовая аллея тянулась до конца улицы, а через дорогу стояло белое современное здание университета с высокими колоннами. Студенты толпились перед входом. Кто–то сидел на скамейках и разговаривал, кто–то переписывал друг у друга лекции, кто–то гонял по газону футбольный мяч. Эйри выкинул окурок в урну и тряхнул головой, откидывая с лица челку. – Студенческая жизнь в другой реальности, по–моему, ничем не отличается. Стоящий рядом Кайдэ улыбнулся: – Это молодость, в ней всегда все очень похоже. Место, где должен был открыться портал, вход в который напарникам предстояло охранять (по этому поводу Эйри только раздражался и ворчал, что он не сторожевая собака), находился справа от входа в университет за небольшим фонтаном. Оценив обстановку, Эйри тяжело вздохнул и недовольно пробормотал: – Уж не знаю, что лучше – сидеть дома или находиться на скучнейшем задании. – Ты ворчишь с самого утра, – Кайдэ улыбнулся, стараясь его подбодрить. – Может, следующее задание будет более интересным. – Надеюсь, а то так и квалификацию потерять можно. Через минуту начинаются занятия, поэтому не думаю, что у нас возникнут какие–либо проблемы с тем, чтобы никого не подпускать к порталу. Студенты будут учиться, учителя преподавать. – Всегда может быть один процент из ста, что все пойдет не так, как мы предполагаем. – Этот один процент, как правило, остается где–то в стороне. Но зато у нас есть возможность остаться вдвоем, без Хидео, и поболтать. – Хидео не дает тебе покоя, – Кайдэ провожал взглядом торопящихся в здание студентов: их уже стало значительно меньше перед входом. – А вот и время, – Эйри взглянул на часы. – Занятия начались. Через пять минут откроется портал. Пошли. Они пересекли дорогу и направились в сторону неработающего фонтана по мягкому газону, в котором слегка утопали подошвы кед. Эйри еще раз сверился со схемой и кивнул: – Вот здесь. – Хорошо, что будем делать, если кто–то решит тут поиграть в футбол, например? – Кайдэ присел на бортик фонтана. – Действовать по обстоятельствам. Всего двадцать минут, Кайдэ. Чего ты переживаешь? – Я не переживаю, просто люблю, когда все спланировано заранее. – Скукотища, – Эйри сел рядом с юношей и откинулся на руки. – Расскажи мне что-нибудь – так время пройдет быстрее. – Что? – повернулся к нему Кайдэ. – Ну, не знаю… Что за девушка у тебя была? – Опять ты об этом? – Кайдэ закатил глаза. – Почему бы не поговорить о чем–то более насущном? – По–моему, вполне насущно, что я хочу узнать тебя ближе, разве нет? – Эйри игриво улыбнулся и прикурил очередную сигарету. – Как долго вы встречались? – Мы не встречались, – Кайдэ смотрел прямо перед собой между деревьев. – Это была глупая идея Хины свести меня с кем–то, потому что она считала, что романтическое знакомство пойдет мне на пользу. – Прямо уж–таки глупая? – усмехнулся Эйри, наблюдая за начинающими проявляться границами портала – изображение словно немного плыло перед глазами. – Именно. Во-первых, так не влюбляются. А во-вторых, у нас все равно ничего не вышло. – Не вышло? – Когда дело дошло… – Кайдэ замялся. – В общем, наутро я чувствовал себя просто отвратительно. – Почему? – поинтересовался Эйри, внимательно изучая напарника. – Она оказалась так плоха? – Нет, потому что у нас ничего не получилось. – То есть… ты не смог? – деликатно понизил голос Эйри. – Это сложно объяснить, – попробовал оправдаться Кайдэ. – Просто я не любил ее, и она совершенно меня не впечатляла. – То есть ты девственник? – удивленно спросил Эйри, поражаясь тому, как этот мальчишка при своей внешности еще сохранял невинность. – Или были парни? – Нет, не было. Я не хотел. – Но разве просто, ради секса…? Кайдэ помотал головой. – В отличие от тебя, я не понимаю таких отношений. Эйри пропустил это замечание мимо ушей. – А со мной бы переспал? Кайдэ вздернул голову, и его лицо заполыхало от смущения. – Прекрати задавать мне такие вопросы! – Какие? – наивно пожал плечами Эйри. – Нормальный вопрос, учитывая последние события. Кайдэ молчал, отвернувшись, и Эйри пересел чуть ближе и положил ладонь ему на колено. – Так как: да или нет? – Я не собираюсь с тобой спать! – выпалил Кайдэ только для того, чтобы его напарник отстал. – И если ты на это рассчитывал, то можешь забыть. Эйри пытался понять, был ли сейчас Кайдэ серьезен в своих словах, или сказал это просто для того, чтобы скрыть и от себя, и от него собственные желания. Почему–то Эйри был уверен, что свое решение юноша еще успеет поменять, хотя, признаться, такой ответ его разочаровал. Он театрально вздохнул, а потом вдруг резко подался вперед и, обхватив Кайдэ за плечи, поцеловал. Юноша сначала дернулся, но потом обмяк и сдался, позволяя Эйри углубить поцелуй. С ума сойти, как действовали такие ласки на этого мальчишку! Эйри чувствовал, что Кайдэ в его руках словно теряет равновесие, растворяется, тает, как апрельский снег. Хотя и сам он совершенно терял голову, стоило прикоснуться к Кайдэ. Как и сейчас. Но, собирая последние остатки воли, он решил позволить себе чуть больше и проник рукой под футболку друга, приподнимая ткань и скользя пальцами по нежной атласной коже к ребрам. Кайдэ втянул носом воздух и стал отвечать на поцелуй еще более пылко, чем раньше. «Вот и ответ на мой вопрос», – усмехнулся про себя Эйри, отпуская юношу и расплываясь в довольной горделивой улыбке. – Да, врать ты не умеешь, – констатировал он. – Придурок, – выругался Кайдэ, вытирая губы тыльной стороной ладони. – Здесь же люди! – Где? – Эйри озадаченно оглянулся в поисках каких-либо свидетелей. – Если ты имеешь в виду вон тех двух добропорядочных, то вряд ли им есть до нас дело. Кайдэ обернулся и заметил неподалеку от входа в университет мужчину и женщину. Дама была одета в бежевый костюм, темно-каштановые волосы спускались до плеч ровными прядями. Туфельки в тон на невысоком аккуратном каблуке и накинутый на плечи теплый палантин. Мужчина строгой внешности в деловом костюме держал ее под руку и что–то говорил, показывая на здание университета. Что–то в этой паре показалось Кайдэ странным и… знакомым. Он встал с бортика фонтана и сделал пару шагов вперед, внимательнее вглядываясь в мужчину и женщину, когда сердце вдруг остановилось. Он ведь прекрасно знал эти лица, выцветшие на старой пожелтевшей фотографии – единственной, которая осталась у него как самая драгоценная память. – Мама… – губы едва шевелились, казалось, тело онемело и отказывалось слушать своего хозяина. Сомнение острыми когтями вцепилось в сердце. Кайдэ разрывался между желанием броситься вперед и остаться на месте. Но потом женщина оглянулась, и в ее глазах даже на таком расстоянии можно было отчетливо увидеть узнавание. – Сынок! – она помахала ему рукой, а мужчина рядом развернулся, и по его губам скользнула улыбка. – Отец… – Кайдэ почувствовал, как глаза начинает жечь, и по щекам потекли тонкие горячие струйки слез. Он даже не слышал оклика Эйри. А в следующий миг он уже бежал родителям навстречу. Пелена влаги застилала глаза, но он не обращал на это никакого внимания. Женщина протянула руки и поймала его в свои объятия. – Что случилось? Почему ты здесь, а не в университете? – она обеспокоено приподняла его лицо за подбородок. – И почему ты плачешь? Кайдэ взглянул в ее глаза и вдруг ощутил себя совсем еще ребенком, словно и не было всех этих лет одиночества, будто его родители были живы, просто уезжали куда–то и вот наконец вернулись. Его мать была такая же красивая, как на той фотографии: с тонким профилем. Отец стоял позади нее. У него был изящный восточный разрез глаз, черные стриженые волосы и темно–карие глаза; лоб был немного нахмурен. – Почему ты так выглядишь, сынок? Что на тебе надето? Кайдэ, не понимая, о чем он говорит, посмотрел на свои потертые джинсы, кеды и черную узкую футболку под расстегнутой курткой. Он не знал, что ответить, ведь именно так он одевался столько, сколько себя помнил. – Да что с тобой? Через пятнадцать минут ты уже должен читать доклад. – Доклад? – Кайдэ вытер рукавом слезы и опустил руки. – Мама… я так хотел вас увидеть… хотя бы еще один раз… Но она даже не успела ничего сказать, как между ними протиснулся Эйри. – Э-э-э, извините, но можно этого юношу на полминуты? Женщина растерянно посмотрела на незнакомого парня, возникшего, словно из ниоткуда, и кивнула. Эйри схватил Кайдэ за рукав куртки и оттащил в сторону. – Ты что творишь?! – прошипел он. – Через пять минут портал закроется, и нам надо быть дома! – Ты не понимаешь! – Кайдэ обеспокоенно оглянулся на стоящих позади мужчину и женщину. – Это мои родители! – Что? – Эйри изумленно уставился на него. – Родители?! – Да, они погибли. Но они живы. Они живы! – Кай, приди в себя! – Эйри встряхнул юношу за плечи, стараясь вывести из состояния, близкого к истерике. – Мы в другой реальности! Это не твои родители! – Что ты такое говоришь? – Кайдэ стряхнул с себя его руки. – Они ждали меня. Они… – Они ждали не тебя, Кайдэ! Здесь у них есть свой собственный сын! – Эйри понимал, что более жестокие слова было сложно придумать, но как еще привести напарника в себя? Осознание происходящего заставило Кайдэ содрогнуться. Это не его они ждали. Не его звали и обнимали. Сердце готово было расколоться от боли. По щекам снова потекли слезы, и ему показалось, что он сейчас упадет, лишившись всех сил. Эйри нервно взглянул на часы: – Нам надо идти, Кайдэ. Иначе придется объяснять Рэю, какого черта мы тут проторчали столько времени. – Я не могу уйти, – Кайдэ вдруг обхватил его за плечи и уткнулся лицом в ткань тонкой куртки. – Только не сейчас… – Ты должен. Все это может привести к необратимым последствиям. Пошли. – Сынок, ты опоздаешь на чтение доклада! – раздалось за спиной. Кайдэ обернулся на голос матери, такой влекущий, тонкий, красивый… У него вдруг появилось желание остаться здесь и не возвращаться в тот мир, который он всегда считал своим домом. Может, его дом здесь? – Кайдэ, да приди же в себя! – Эйри раздраженно схватил его за плечи, борясь с желанием залепить другу пощечину, лишь бы привести в себя. Но вместо этого крепко прижал его к себе и успокаивающе погладил по волосам. – Ну же, соберись. Представь переулок перед нашим домом. Вспомни, как мы целовались там – в первый раз по-настоящему. Этот ход не был продуманным, но, видимо, подействовал на все сто, потому что Кайдэ вдруг поднял на него глаза, уже полные не только блестящих капель слез, но и осмысленности. – Да, я… я помню. – Умница. Встретимся там же, - Эйри дернул Кайдэ за руку навстречу закрывающемуся порталу. Через минуту Эйри открыл глаза и обернулся в поисках Кайдэ. Тот стоял рядом с ним, держась за горло. Тихий узкий переулок, нависшие над головой серые тучи и проливной дождь, стучащий по металлическим козырькам крупными каплями. Кайдэ сделал пару шагов в сторону и оперся о стену, борясь с приступом тошноты. Нахлынувшие эмоции, должно быть, только усугубили его плохую переносимость телепортации. – Как ты? – Эйри заглянул ему в лицо и неодобрительно помотал головой. – Ясно. Так, быстро домой и в постель. Спорить с ним не было никаких сил, и Кайдэ позволил напарнику подхватить себя под руки и довести до квартиры. Не желая копаться с ключами, Эйри нажал кнопку звонка в надежде, что Хидео дома. Их временный сосед довольно быстро открыл дверь и впустил внутрь, недоверчиво оглядывая юношей. С обоих стекала вода, Кайдэ буквально висел на Эйри, его лицо было белым, словно снег, а покрасневшие глаза выдавали недавние слезы. – Ты что с ним сделал? – требовательно спросил Хидео. – Уйди с дороги, – сверкнул глазами Эйри. – И не лезь не в свое дело! – Что с ним? Хидео хотел зайти вместе с ними в спальню, но Эйри закрыл дверь прямо у него перед носом и повернул в замке ключ. Не мешкая, он стянул с Кайдэ куртку, достал сухое полотенце и промокнул мокрые от дождя волосы. – Дальше сам, – скомандовал Эйри, скидывая с кровати покрывало и ожидая, пока Кайдэ разденется до нижнего белья. – Ложись. Эйри приподнял одеяло, но юноша непонимающе смотрел на него, не решаясь сделать и шага вперед. – Но… это же твоя кровать. – И что? – Ты говорил, что никогда не пускаешь никого в свою кровать, что… – Хватит, – Эйри потянул Кайдэ за руку и уложил под одеяло. – Значит, ты исключение. Он сел на край постели, достал мобильный, быстро написал Рэю о том, что они дома и задание выполнено. Через минуту пришел ответ: «Молодцы, для вас есть новое дело. Завтра в 12–00 у меня». Эйри зачитал сообщение Кайдэ вслух и усмехнулся: – Надеюсь, это будет что–то поинтереснее. Но Кайдэ его энтузиазма, казалось, не разделял. Он лежал, глядя в окно, по которому стекали тонкие ручейки дождя, и вид у него был совершенно отрешенный. Решив оставить юношу наедине с самим собой, Эйри встал с постели и пошел на кухню заварить чай. За все время работы в Доме Солнца и путешествий в другие реальности, Кайдэ не думал о том, что когда–нибудь встретится лицом к лицу со своим прошлым. Его родители всегда жили глубоко в сердце, в нем навсегда отпечатались их образы, которые он запомнил по фотографиям. Ему было три года, когда они погибли в автокатастрофе, поэтому собрать обрывки сознательных воспоминаний было слишком сложно. Единственное, что он всегда знал, это то, что он остался единственным выжившим в той аварии, и потом, достигнув подросткового возраста, все время ощущал колкое и отравляющее чувство вины за то, что случилось. Он не помнил, как это – когда тебя обнимают материнские руки. Он не знал, что это – когда на тебя смотрят родные глаза отца. И теперь в глубине души Кайдэ завидовал своему двойнику в соседней реальности, который наслаждался обществом родителей каждый день. Кайдэ вздохнул и плотнее закутался в одеяло. Его знобило – то ли оттого, что, пока они добрались до дома, он сильно промок, то ли оттого, что образовалась глухая пустота. Через некоторое время в комнату вернулся Эйри; он уже переоделся в сухую одежду и протягивал Кайдэ кружку горячего ароматного чая. – Хочешь поговорить? – предложил он и присел на кровать. Кайдэ неуверенно пожал плечами. – Мне трудно говорить об этом. – Может, если скажешь, станет легче? И Кайдэ решился: – Они погибли давным-давно. С трех лет я жил в интернате. Я знал их только по фотографиям, которые сохранились, – Кайдэ сделал глоток чая, чтобы смягчить горло. – Я действительно впервые захотел остаться в другой реальности, и был готов это сделать, Эйри. Брюнет понимающе кивнул, а потом слегка усмехнулся: – Я бы все равно не позволил тебе этого. Если бы пришлось, потащил бы тебя обратно силой. – Единственное, чего я не понимаю - как произошло такое совпадение, – продолжил Эйри. – В Доме Солнца прекрасно знают, что, если устроить подобную «очную ставку», могут возникнуть проблемы. Ведь Агенты –люди, которым присущи чувства и эмоции. Когда мы еще учились, нам всегда говорили, что подобные столкновения строжайше избегаются. Представь, если бы ты встретил там не только своих родителей, но и себя самого? – Ты сам сказал, что это всего лишь совпадение. Возможно, они что–то не предусмотрели, – пожал плечами Кайдэ. – Надо завтра рассказать об этом Рэю. – Нет, не нужно! – вскочил в постели Кайдэ. – Пожалуйста, я не хочу, чтобы это снова выплывало на поверхность. Не хочу этих вопросов, этих воспоминаний… – Но это может быть важно, – попробовал настоять на своем Эйри. – Может быть, это было вовсе и не совпадение. – Не преувеличивай, Эйри. Мне и так трудно сейчас. Не заставляй меня снова вспоминать встречу с умершими родителями. Эйри хотел было поспорить, но, глядя на умоляющее выражение лица напарника, сдался и кивнул. – Хорошо, но знай, что я считаю это неправильным. – Спасибо, – Кайдэ поставил кружку на соседнюю тумбочку и снова лег на подушку. – Знаешь, Эйри, и все же ты бываешь совершенно другим – не таким своенравным эгоистом, как обычно. Мне нравится, когда ты такой. – Какой? – усмехнулся тот неожиданному комплименту. – Естественный, – Кайдэ прикрыл уставшие глаза, голова все еще немного кружилась. Эйри ничего не ответил, просто смотрел куда–то перед собой и даже не заметил, как его напарник задремал.