this song is for us

Чонгук перебирает волосы на голове Хосока, слегка оттягивая пряди, и смотрит, как тот сонно причмокивает губами. Хосок зависим от касаний и не может без них уснуть, а Чонгук зависим от самого Хосока: до того самого щемящего чувства в груди и сбивающегося дыхания от переизбытка эмоций. Очередная ночь, вырванная из монохромной последовательности дней, в которой они вновь остаются вдвоем наедине с их чувствами. Хосок обнимает еще крепче, грея руки под футболкой донсэна, а Чонгук ласкает его все так же мягко, потому что знает, что его хёну это нравится. Вместе с утром возвращается и удручающая реальность. Они идут рядом и вяло шутят, но не касаются. Потому что солнце — их главный враг, и хранить оно чужие тайны не умеет. Они расходятся на середине пути: Чонгук в школу, а Хосок на подработку, на которую уже давно променял свое очное обучение и светлое будущее. Некоторым приходится заботиться о себе самостоятельно: тогда уже не до мечты и радужных устремлений. У Хосока кроме Чонгука нет больше никого. У Чонгука же есть семья, которую он любит и боится потерять. Но своего хёна он боится потерять даже больше, поэтому и скрывает его ото всех, оберегая словно хрупкую фарфоровую статуэтку, которую могут отнять и разбить в любой момент. Но Чонгук понимает, что так не может продолжаться вечно. Хосок понимает тоже. В этот раз, когда Чонгук приходит домой, отец швыряет перед ним его телефон, забытый дома, и ударяет по лицу наотмашь. Чонгук не смеет поднять на него взгляд, а внутри разрастается панический страх. — Мы для тебя всё, а ты решил опозорить семью? Огромный скандал перерастает в твердые намерения на перевоспитание. Оставшуюся до весенних каникул неделю Чонгук в школе не появляется: отсиживается дома из-за того, что родители отказываются выпускать его из квартиры. Домашний арест продлевается и на сами каникулы. Ни телефона, ни интернета, ни улицы: никакой возможности связаться с Хосоком и хотя бы объясниться. Эти дни растягиваются от безделья и бесконечного ожидания чего-то, скрашиваемые лишь книжными страницами и повторяющимися без конца разговорами на повышенных тонах. Чонгук в полной степени узнает, какой он ужасный сын, и давится этими словами, вызывающими тошноту. Но, все равно, стоит на своем, почти сломленный, но исцеленный образом Хосока. Даже если за это упрямство приходится травиться еще более ядовитыми порицаниями. И однажды он не выдерживает и ревет всю ночь на пролет, испакощенный страхами с головы до души. Где-то там живет Хосок: все так же ходит на работу, смотрит любимый сериал по вторникам и на выходных позволяет себе выпить бутылку пива. Вот только Чонгука в его жизни нет уже давно: испарился неуловимым отблеском стекла и потерялся сам, хотя боялся потерять. И больше всего Чонгук боится, что его не будут ждать.