Сборник зарисовок и драбблов. 1000 возможных историй

-Чертовы федералы! – Майя врывается в жизнь Лукаса, как ураган Катрина в Новый Орлеан. Неожиданно, сметая всё на своём пути и оставаясь в памяти навсегда.       Она вторгается в его дом посреди ночи. Он выходит вынести мусор, но она вталкивает его обратно, хлопнув дверью и уронив парочку любимых ваз его мамы. Закрывает рот своей хрупкой ладошкой и приказывает молчать и не высовываться. Когда черная машина с затемненными окнами (как предсказуемо, подумал тогда он) проехала мимо его двора, напряжение Майи передалось и ему. - Может, объяснишь, что это сейчас было? – убирая ее руку от своего лица, произнес он, когда опасность миновала. - Ничего. Спасибо за помощь, прости за вазы! – она выпархивает из его дома, оставив его в замешательстве. Окруженный флером ее духов, он в оцепенении поднимает пакет и отправляется выкинуть отнести, стараясь поскорее выкинуть всё только что произошедшее из головы.       Не прошло и недели, как они снова сталкиваются. Он стоит в молочном отделе уже пятнадцать минут, напряженно выбирая между двумя пакетами молока, когда девушка снова налетает на него. Подскакивает сзади и хватает за руки. - Федералы!! – зловеще произносит она и прыскает со смеху, когда парень дергается в её объятиях и чудом не роняет продукты. - Разве люди, скрывающиеся от федералов, ходят по маркетам? – парировал он, разглядывая ее. Старательно скрывающая свой истинный рост, девушка водружается на высокие каблуки, но даже так она все еще ниже его на целую голову. Ее голубые глаза искрятся озорством, и парень позволяет себе смотреть в них чуть дольше, чем следовало бы. Майя хватает его за ворот рубашки, приближая его лицо к своему, и Лукасу кажется, что она сейчас его поцелует. На короткое мгновение он даже думает, что был бы не против такого развития событий. Однако девушка не собирается его целовать, приблизив его лицо максимально близко к своему, она шепчет: - А кто тебе сказал, ковбой, что я скрываюсь от них?        Она надувает губы, хлопает своими длинными ресничками и снисходительно качает головой. Лукас чувствует себя полностью сраженным. Красавица-блондинка гордо вздергивает нос и, пародируя ковбойскую походку, скрывается за стеллажом с посудой. Лукас, вновь обескураженный её неожиданным появлением и совершенно забывший о покупках, на мгновение выпадает из реальности, замерев в нелепой позе, пока его не окликает покупательница.        Загадочная девушка не первая, заговорившая с ним. В средней школе у него был короткий роман с пользующейся сомнительной репутацией Мисси, позже он начал отношения с отличницей Райли, но спустя три года они разошлись хорошими друзьями, ещё была Линда, но дальше одного свидания у них не зашло. Но никто из них не врывался в его дом посреди ночи и уж точно не прятался от властей.       С тех пор Майя появляется в его жизни непредсказуемо, но стабильно. Она больше не прячется от федералов, во всяком случае, она старательно убеждает его в этом на их первом совершенно-не-свидании, которое образуется как-то само собой. Она просто ловит его на улице и затаскивает в кинотеатр, по дороге убеждая его в том, что ему понравиться. Когда на экране появляется парень в ковбойской шляпе, Лукас награждает девушку осуждающим взглядом, но не может сдержать улыбки. К концу фильма он действительно оказывается довольным и потому проглатывает целую речь о том, что мог бы уже давным-давно заявить на неё за домогательство. После фильма она ведет его в кафе и даже позволяет заплатить за свой смузи. Ему кажется, что вся эта сцена с сильной и независимой нужна была только для того, чтобы развести его на лишний напиток, но она слишком очаровательна в своей уверенности и ему хочется ей подыграть. К концу вечера он, наконец, узнаёт её имя, а так же то, что она любит Битлз (весь остаток вечера он убеждает себя в том, что у него самые чистые мотивы, так как надпись располагается прямо у неё на груди) и не впечатляется от рассказов о рождении жеребенка (когда её смузи оказывается у него на голове). Однако Майя даёт ему еще одну попытку впечатлить его и на прощание оставляет мокрый поцелуй на щеке (или просто проверяет, не остался ли где смузи).       Следующее даже-не-рассчитывай-это-не-свидание она снова назначает сама. Подъезжает к нему на старом джипе, называет Черничкой, припоминая скоропостижную гибель напитка, который так и не попробовала, и ждёт, когда он сядет в машину. И он, упоминая еще одну статью, по которой она могла бы пойти, садится рядом. Она везет его к дикому пляжу, он всю дорогу любуется тем, как солнце, цепляясь за её светлые кудри, создаёт вокруг нее почти магическое свечение (почти как у звезд из одного старого фильма) и предпринимает попытку пошутить про её рост, но в ответ получает рассерженное фырканье. Припарковавшись, она тут же сбрасывает с себя в футболку и Лукас не упускает своего шанса пошутить про то, что это ещё больше тянет на домогательство. Однако когда Майя снова притягивает его к себе, парень снова чувствует себя побежденным.       На третье это-всё-ещё-не-свидание она позволяет себя поцеловать (хотя если бы не джентельменское воспитание Лукаса это произошло бы раньше), а он, наконец, узнает полную и честную версию истории про федералов. - Всё дело в Малыше Бо. – Начинает она, закидывая в рот его картошку. - Погоди, мы говорил об одном Малыше Бо? - У нас их так много? – выразительно поднимает бровь Майя и продолжает свой рассказ. В тот вечер она заходила в забегаловку Малыша Бо - «Бетси», в которой, согласно слухам, ежедневно погибала пара-тройка случайно забредших душ. И в тот же вечер, по совершенно ироничному стечению обстоятельств, там устроили облаву. Кто-то шепнул, где надо, что в подполе «Бетси» ночами варят что-то запрещенное, а половина посетителей приходит туда ради совершенно иной присыпки для пончиков. И Майю приняли за одного из таких клиентов.       Как потом оказалось, у Малыша Бо в подвале действительно нашли оборудование, но только по производству их фирменных кексов, а «подозрительный порошок» оказался ничем иным, как смесью для этих самых кексов. И хотя продавать кексы из смеси, купленной в ближайшем маркете, по семь баксов за штучку было тем ещё преступлением, это явно не заслуживало такой огласки. - Ты бы видел лицо детектива Джонса, когда он понял, в какую лужу сел. О, я же могу показать. – Так же в тот вечер Лукас узнаёт, что Майя великолепный художник и готова это признать.       Вместо четвертого это-даже-не-похоже-на-свидание он ведет ее к себе в гости, чтобы познакомить с родителями и в этот раз это точно не свидание. Мистер и миссис Фрайер, к удивлению юноши, оказываются, очарованы Майей. Его мать просит называть её просто Долли, хотя такая вольность мало кому была позволена. А потом припоминает, как Майя была одноклассницей Лукаса, и они пекли черничные кексы для какого-то эксперимента или проекта. Они оба делают вид, что совершенно не помнят этого, Майя – чтобы ненароком не напомнить Лукасу о картине, выставленной ею в том году на конкурсе и о девочке, которая стыдилась профессии своей матери, Лукас опасается истории с парнем, которого он чуть не убил, дав волю своей темной стороне. Когда-нибудь они обязательно расскажут друг другу об этом, но сейчас они предпочли утаить. Майя задерживается у них допоздна и Долли предлагает ей остаться у них, но девушка отказывается и не даёт Лукасу проводить её. Но он всё равно идёт с ней, потому что безопасность важнее принципов. Когда они доходят до двери её дома, и он наклоняется поцеловать её, мимо проносится черная машина с затемненными окнами, разрушая момент, и раздосадованный парень позволяет себе выругаться. - Чертовы федералы!