Лепрекон

Дней за десять до наступления Нового года Сергей Николаевич снова посетил Мотьку и после череды «хм» сказал: - Я хочу вам кое-что предложить, Матвей Иванович. - Что-то не так? - забеспокоился Мотька. - Повода для беспокойства нет, но… - Слендермен многозначительно поднял длинный палец вверх, - у вас уникальный случай. Ваша рука, как бы это сказать, слишком быстро заживает. - Поэтому так чешется? - Именно. Но это не все. Есть еще кое-что очень интересное, но чтобы быть точно уверенным, мне нужно повести ряд анализов. Для этого необходимо специальное оборудование. Оно есть в моей клинике. Она частная и находится за городом. Надеюсь, вы не откажетесь провести в ней некоторое время? - У меня денег нету, - вздохнул Мотька. - Деньги тут не при чем. Меня больше интересует согласие ваших родственников. - Я детдомовский. У меня только друзья есть. Мне им можно про это сказать? - Хм. Ну, что ж… пригласите их завтра часам к одиннадцати. Я поговорю с ними. Ровно в одиннадцать в палате Мотьки сидел Змей, сонный после сдачи последнего в этой сессии экзамена, и унылый Мэри, облаченный в синий спортивный костюм «Адидас». - Всем добрый день, - улыбнулся им Сергей Николаевич, заходя в палату. - О! Сергей Николаич! Драсти! - радостно взвился Мэри. - Анатолий! Да неужели? Как говорится, какими судьбами? - Да вон Мотька наш тут у вас… А с чего вдруг разговор про него? Он что… - С ним все в порядке, - оборвал Мэри Слендермен и сделал еле заметный знак рукой, - как поживает Лариса свет Петровна? Надеюсь, на праздник приедет, как обещалась? - Она собирается, - кивнул Мэри. - Хорошо. Это мы потом обсудим. А сейчас я хотел с вами поговорить о здоровье Матвея. Мне необходимо перевести его в свою загородную эм… клинику. Для дополнительного обследования. - В «Убежище»? - восторженно спросил Мэри. - Совершенно верно. - А мне тоже можно там пожить? Ну Сергей Николаич! Мама мне столько рассказывала про него. Ну, пжалуста-а-а… - Если Матвей не будет против… - замялся Слендермен, - и если ты раньше времени не будешь болтать языком… - Погодите! Вы хотите Мотьку в своей клинике лечить? И то, что у него денег нет, вас не волнует? Какой вам с этого прок? - неожиданно взвился Змей. - Хм… Какой у вас проницательный друг. Действительно, у меня тут есть свой интерес. Скажем так: у вашего друга уникальный случай, и у меня есть возможность написать неплохую статью по этому поводу. Для этого я и хочу провести дополнительные исследования. - А что с ним не так? - Змей прищурил глаза. - Вы знаете, что такое регенерация? - улыбнулся Сергей Николаевич. - Конечно. Я ж на врача учусь. - Так вот, ткани вашего друга уникальны. Они регенерируют с бешеной скоростью. Я впервые вижу такое. - Я не отпущу его одного в какую-то подозрительную частную клинику, - неожиданно уперся Змей. - Сергей Николаич, я тоже не отпущу его одного, - присоединился к Змею Мэри. - Анатолий, считайте, про вас вопрос решен, а вот ваш друг… Боюсь, что это невозможно! - Слендермен отрицательно покачал головой. - Сергей Николаич… Я за Змея головой отвечаю. Как за себя! Он умный. Потом, он наш друг, а мы как три поросен… тьфу ты, блин, мушкетера. Всегда вместе. - Да, но вы же знаете правила, молодой человек, - нахмурился доктор. - Я знаю правила, но и исключения тоже знаю. От одного такого исключения я и появился на свет. Потом, вы ж давно говорили, что вам нужен помощник. Змей - тот, кто вам нужен! - выпалив эту тираду стоя, Мэри выдохнул и сел обратно на стул. - Хорошо! Уговорил! Но… одно условие: до моего разрешения никаких лишних разговоров. Вам понятно, Анатолий? - Я нем, как Статуя Свободы, - ответил Мэри, «закрыл» рот на воображаемый замок и бросил воображаемый ключ в утку под кроватью Мотьки. Через два дня все трое сидели в микроавтобусе, который вез их в загородную клинику. Управлял автобусом сутулый верзила в солдатской шапке-ушанке, ватнике и огроменных шлепанцах на шерстяной носок. За время трехчасовой поездки верзила не проронил ни слова, но явно прислушивался к трепу друзей. - Так откуда Сергей Николаич знает тетю Ларису и тебя? - спросил Змей. - Он принимал у мамы роды в этой самой клинике. Это даже не клиника, а что-то типа санатория. Короче, у них традиция. Пациенты клиники собираются там два раза в год. Ну, по возможности. Мама не пропускала ни одной встречи. Правда, меня не брала. И сейчас отпускать не хотела, но Сергей Николаич уговорил ее. Ребят! Прикиньте! Мы за городом, все вместе и встречаем Новый год! Класс!!! «Убежище», как назвал санаторий Мэри, находилось в лесу и представляло собой огромный особняк, обнесенный высоким забором. Вокруг особняка располагалось несколько пристроек. По запаху Мотька узнал кухню и прачечную. Внутри особняк напоминал гостиницу. Первый этаж занимали огромный холл и столовая. На втором этаже были процедурная, операционная, лаборатория и приемная. На третьем и четвертом вдоль длинного коридора располагались комнаты для гостей. Комната, в которую проводила ребят милая девушка, похожая на жену кролика Роджера из фильма, была полноценным номером гостиницы. Номер был разделен на комнату отдыха с телевизором, двумя креслами, журнальным столиком и диваном. Вторая комната была спальней с двумя кроватями. В номере был душ, совмещенный с туалетом, и небольшой коридор со встроенным шакфом-купе. Змей с разбега плюхнулся на диван, всем видом показывая, что это койко-место принадлежит ему. Мэри стал молча разбирать сумки с вещами, а Мотька первым делом нырнул под душ, чтобы смыть с себя больничные запахи. Выйдя из ванной и заглянув в шкаф, куда Мэри успел уже развесить привезенные вещи, Мотька заметил, что кроме вечернего голубого платья и кофейных лодочек на каблуке друг ничего из своего не взял. Это было странно. Странно было и то, что последнее время Мэри прибывал в какой-то прострации и задумчивости и даже периодически пропускал колкие шутки Змея, оставляя их без ответа. Через час после приезда ребят к ним в номер зашел Сергей Николаевич. - Хочу познакомить вас с правилами пансиона: завтрак в девять, обед в час дня. Ужин в семь. В любое время в столовой найдется кипяток, чашки, чай-кофе и легкая закуска в виде печенья, вафель или баранок. По лестницам не бегать. Дверями не хлопать. Отбой в одиннадцать. Лишних вопросов жителям пансиона не задавать. А сейчас, молодой человек, - обратился он к Мотьке, - на перевязку. Думаю, бинты мы сегодня уже снимем окончательно. Потом пройдем в кабинет Мессермана. Альберт Алексеевич посмотрит вашу карту и назначит нужные анализы. - А можно мне тоже на перевязку? - Змей попытался сделать лицо Кота из «Шрека», но у него получилась морда слегка придушенного зебра Мартина из «Мадагаскара». - Можно, - сказал врач, поймав взглядом утвердительный кивок Мэри. Хитрой улыбкой Альбер Алексеевич Мессерман напомнил Мотьке Жванецкого. Да и по разговору врач походил на старого одессита. Он долго смотрел в Мотькину карту, листая желтые и голубые листы анализов, и чему-то хитро улыбался. На первый взгляд, в нем не было ничего особенного, но сидевший напротив него Мотька заметил одну странность. Выражение лица Мессермана менялись, как в мультике, нарисованном акварельными красками. Вот Альберт Алексеевич хмурит брови, потом вдруг по лбу и губам его идет разводы, картинка смазывается, а через долю секунды он уже улыбается. Мотька не придал значения этой странности, списав ее на усталость после переезда и полутьму кабинета. - Вы полагаете, Сергей Николаевич, что наш гость и есть то недостающее звено, о котором говорили когда-то в южном филиале? - Я еще сомневаюсь, Альберт Алексеевич, но некоторые признаки очень похожи. - Например, глаза, его необычный нюх и регенерационные способности? - Совершенно верно. Но… есть и сомнения. Посмотрите на цвет его волос и эти веснушки. Еще у него достаточно развиты первичные половые признаки, что нехарактерно. Правда, член и яички, скорее всего, носят рудиментарный характер. - То есть по прямому назначению орган не функционирует? - Господа доктора! - не выдержал Мотька. - Вообще-т я тут. Не хорошо как-то при человеке обсуждать его недостатки. - Ой, прошу прощения, молодой человек. Просто ваш случай очень интересен, вот мы с Сергеем Николаевичем и увлеклись, - извиняющися улыбнулся Мессерман. - Какой случай? Мне кто-нибудь объяснит наконец? - разозлился Мотька. - Давайте договоримся так, - заговорил Слендермен, - мы с Альбертом Алексеевичем проведем… пожалуй, анализ ДНК? - вопрос был обращен к Альберту Алексеевичу. - Возьмем на анализ некоторые ткани и жидкости и дня через… - Я думаю, с оборудованием Арахнитов результаты будут готовы уже через три дня, - добавил Мессерман. - А до этого времени: отдых, прогулки, общение с друзьями и никаких лишних вопросов.