Смысл слов

(Спустя несколько дней.) Как мне и тогда и обещал Тим, в больницу мы съездили. Больница на редкость чистая и аккуратная. Странно, если я скажу, что она мне понравилась. Хотя я уже, наверное, свихнулся. Димка всё ещё был без сознания. Порой мне даже казалось, что он не жил. Он просто существовал. Брат меня пытался поддерживать, и это получилась. Он говорил, что всё будет хорошо трали-вали на эту тему но, тем не менее, он мне посоветовал как-нибудь отвлечься от мыслей о Диме. Да, выбирать было не из чего, и я всё-таки отправился в школу. Только смысла в этом не было. И у меня так и не получилось отвлечься. Но тихих уроках я наоборот только и думал о синеволосом. А после школы, бегал в больницу, навестить. Но был один плюс: меня перестал доставать Андрей. Нет, он, конечно, ходил в школу, но какой-то сам не свой и если и смотрел на меня, то с каким-то волнением, недопониманием. Вот и сегодня. - Артём! – громко взъелась на меня пухленькая женщина лет сорока пяти - Тамара Петровна. Да, на тихих уроках я витал в облаках, но на уроке математике, благодаря вечно не довольной учительнице это было не реально. Я, молча, встал из-за парты, внимательно на неё посмотрев. Вставать тоже она велела, правило у неё такое. - К доске, - прошипела эта гадюка и села за учительский стол. Короче, мне влепили двойку. Я-то особо не парюсь из-за оценок, да и брату сейчас вряд ли до этого будет. Короче похуй. Когда прозвенел звонок с последнего урока, я, на удивление моим одноклассникам вместе с ними выбежал из класса. Ну да. С него это вдруг я такой вот тихий и неприглядный, начал также сбегать из школы. Захватив куртку из раздевалке, выбегаю на школьное крыльцо и уже там одеваюсь. Все смотрят как на психа, огромными глазами. И что со мной не так-то? Хотя какой-то глупый вопрос, особенно если спрашивать у этих недолюдей. Закончив с курткой, накидываю на себя шарф/шапку и плетусь в сторону центра. Домой не хочется, на приём к Димке можно только в пять часов вечера. Надо как-то убить пару часиков. Сегодня сильный морозный ветер. Особенно это ощущается, если идти к нему лицом. Щеки неприятно колит. Покрепче пытаюсь завязать шарф, но его срывает тот, же ветер. Да блин, ужасный день. Открываю глаза от заснеженной дороги, куда я смотрел, чтоб как-то скрыться от ветра. Да, я как и хотел, в центре. Вон знакомое кафе с большими и заветушными буквами «Виктория». Да именно я последний раз видел Марка и Димку. Целого. Немного подумав и потоптавшись у входа, я решил зайти. Даже просто согреться. Да, чувствую себя каким-то бездомным. Усмехнувшись самому себе, открываю дверь кафе, сопровождающее весёлым треньканием. Внутри оказалось куда лучше и уютней, что и не скажешь сначала, смотря с улицы в большие окна заведения. Столиков немного, круглой формы, разбросаны по всему помещению. Четыре столика у окна, четыре сами по себе и ещё двоя, находящих выше всех и прикрыты темной, но прозрачной тканью шелка. Само помещение обогащено в тёмные тона. Тёмная плитка на полу, тёмные шторки, ели прикрывающие огромные зеркальные окна. Людей немного, где-то около пяти. Улыбнувшись официанткам, которые стоят около кассира и мило о чём-то беседуют, прохожу и сажусь около окна за круглый столик из тёмного дерева. Снимаю с себя шарф и расстегиваю куртку, в помещение тепло. - Вы что-нибудь будите? – рядом кто-то пропел тоненьким голосом. Повернувшись, я лицезрел чёрноволосую официантку. Вспомнив, что денег у меня практически нет, я выдал: - Чай, - тонкие чёрные брови от удивления немного поднялись вверх, но затем девушка мне улыбнулась и, кивнув, ушла. Я уставился в окно. Метель стала только сильней, хорошо, что зашёл сюда, а не продолжил бродить по городскому центру. Мимо бегали прохожие, пытаясь убежать от зимнего резкого потока ветра. Ещё прямо напротив кафе, где я и нахожусь, виднеется большой торговый центр. Почему-то вспомнилось, как на первого сентября Тимка меня водил в похожее огромное здание, за школьными принадлежностями. Может, как только Диме станет лучше, сходим туда. Он вроде на краю города находится, но доехать… - Ваш чай, - сказал уже немного знакомый мне голос и передо мной поставили горячий напиток. - Спасибо, - поблагодарил я, на что мне опять улыбнулись и ушли. Кажется эти улыбки, которыми они обогащают клиентов, всегда приклеены к лицу. Пометив ладони вокруг кружки, смотрю на то здание. Можно и туда сходить, кстати. - Привет, - раздалось над ухом. И это уже не тот ласковый голос, которым владела та официантка, но голос тоже знаком. - Привет, Андрей, - равнодушно произнёс я. Интересно, он случайно сюда зашёл или шёл за мной из самой школы? - Я присяду? – и зачем только спрашивать, всегда ведь наглым был, а тут на вежливость пробило. В ответ я промолчал, также нечего не говоря, отпил чай. Зелёный. Не люблю зелёный. Парень сел напротив меня и начал меня изучать своими холодными серыми глазами. А мне казалось они тёмные. Наверное, когда злится, глаза сами по себе темнеют. - Что ты тут делаешь? – спрашивает он, а я продолжаю игнорировать, попиваю чаёк. Невкусный. Андрей притягивает ко мне свою руку, пытаясь до меня, дотронутся, но я резко реагирую, откидываюсь на спинку стула и чуть не разлив чай, показываю фак. Вздыхает и поднимает руку верх, призывая официантку. - Кофе, - единственное, что он сказал, спокойно смотрит на меня, сложив ладони домиком. Его взгляд. Не такой как в школе, сочувственный и недопонимание. Сейчас озорные серые глаза тихонько темнеют и смотрят на меня с интересом. Ставлю на стол чай и, пытаясь игнорировать его прямой вызов взглядов, перевожу свой в окно. Кофе приносит уже другая официантка. С короткими каштановыми волосами. С такой же прибитой улыбкой. Парень кивает ей и та уходит. Всё-таки перевожу взгляд на него. Я и забыл, что его волосы при хорошем свете имеют синий отлив. Красиво, как-никак. - Прости, - прямо говорит он, также на меня смотря и даже не тронув кафе. Смотрю ему в глаза с недопониманием и подымаю немного брови верх. Я, правда, удивлён. А ещё, я так и не понимаю, за что передо мной извиняются. Как я помню, это уже второе извинение этого чудика. Парень перестаёт пытать меня своими серыми глазищами и берет в руки кофе, начинает медленно его пить. Горячий. Ещё я не люблю кофе. - За что? – решаюсь вступить с ним в диалог. Не понимаю. - Что я тебе тогда не разрешил идти за Марком и Димой, - хмыкнул тот. – Кстати, как там синеволосый? Я слышал, он всё-тики выжал. – А ты бы этого не хотел? – я, глядя на него, скептически поднял одну бровь. - Хотел, - на выдохе ответ. И снова молчание. У меня нет ни какого желания с ним разговаривать. Да, а я ведь даже не задумывался над тем, что возможно Андрей немного виноват в этом. Он меня не пустил идти за ними. Почему? Нет, ну а что ему с этого сдалось? Хотя даже если бы я и пошёл вряд ли что-нибудь изменилось. Но всё же. - Почему? – спрашиваю я всё ещё в своих мыслях. - А? – ах, да, вопрос забыл задать. Вот, Артём, пора тебе лечиться. - Почему ты мне запретил идти за ними? – в голосе прозвучала какая-то детская обида. - А, это, - как-то невесело хмыкнул парень. – Просто ты … Раздалась мелодия звонящего телефона. Поскольку мой у меня в кармане и не вибрировал, то телефон Андрея. - Извини, - кинул он и ответил на звонок. - Алло? - … - Да, привет. - … Я не услышал, что сказал человек в трубке, но у Андрея, аж зрачки расширились. - К-как? – у него голос дрогнул или мне показалось? - … И всё. Телефон положили на стол, а парень сидел с огромными глазами, видно в шоке. - Что-то случилось? – не хотел я у него нечего спрашивать, но его вид заставил меня поволноваться. - Да. Женя скончался, - сказал он там тихо, почти шепча одними губами. Твою мать. Наверно выглядел я сейчас так же, как и этот парень передо мной. Хоть он мне и не друг, но Женю я знал. Знал, как брата моего лучшего друга. Кажется, сердце пропустило удар и застучало ещё быстрее. Возможно, у меня даже губы от удивления и неожиданности приоткрылись. Все равно. Но вот чего я себе голову морочу? Женя мне никто, абсолютно. Но легче от этого не стало. Хах, вначале Ник, Дима ( слава Богу обошлось) теперь Женя. У меня все знакомые умирать будут? Андрей нечего, не сказав, встал из-за стола, кинул небольшие деньги за кофе, кивнул мне на прощание и убежал. Я посмотрел в окно. Андрей пробежал мимо кафе и скрылся за тем самым углом. Так, Артём, не парь себе голову ерундой. Все хорошо. Да. *** В кафе я просидел до самых пяти часов, размышляя обо всём. Ко мне пару раз подходили официантки, спрашивали, буду я заказывать что-нибудь и уходили. В последний раз ко мне подошла та самая брюнетка и сказала, что кафе «Виктория» сегодня закрывается в 18:00. Короче, намекнули мне сматываться оттуда. Накинув на себя куртку, которую я успел снять, и шарф, выхожу на улицу. Метель закончилась. Теперь передо мной была тихая на удивление улица. Да, центр, а даже людей немного. Свет фонарей освещал дороги, чистое чёрное небо над головой. Удивительно. Вздохнув полной грудью, морозный воздух и направился к Диме. До больницы тут не так уж и много, дойти можно быстро. Шёл я быстро, почти не смотря вперёд, только под ноги. Пару раз столкнулся с какими-то прохожими и кинув банальное «извините» шёл дальше. Ещё по времени не поздно, но по виду улицы не скажешь. Вдали показалось белое здание, уже знакомое мне за все эти дни. Каждый день сюда хожу, надеясь на чудо. Открыв дверь, прохожу в тёплое помещение. В гардеробе сдаю свою куртку и одев белый халат, плетусь к лифту. - Здравствуйте, - поздоровался с улыбкой я доктору, уже знакомому мне. – Вам на какой этаж? - Четвертый, Артём, с тобой пойду, - усмехнулся мужчина, и двери лифта закрылись. Постояв немного в тишине, я уже открыл рот, что бы расспросить доктора про одного очень важного мне человека, как меня опередили: - Твой друг пришёл в себя, - и добрая улыбка. - Правда?! – восторженно спросил я, но хотелось прыгать от радости. - Да, но все равно надолго у него не задерживайся, - Сергей Иванович мне опять улыбнулся и, двери лифта открылись. Я вышел, и направился к его палате, стараясь не перейти на бег. Этот врач – Сергей Иванович мне и рассказывал, как всё у Димы. У него целый букет переломов, в разных частях тела, но внутренних кровотечений нет, да и крови не так уж много потерял. Я остановился около 14 палаты, не решаясь зайти. Тихонько постучав в дверь, приоткрыл и прошмыгнул внутрь. - Привет, - шепотом поздоровался я, закрывая спиной дверь и, начал подходить к лежащему. В палате он лежит один, что мне и нравится. Нет лишний суету. Лежит он прямо под большим окном, открывающее вид на ночной город. Сам Димка лежал на спине, как обычно, и кажется, спал. Надеюсь. Голова у него перебинтована и немного прикрывала левый глаз. На обнаженных руках видны десятки мелких синяков и царапин. А дальше всё закрыто белым одеялом. Но я и так знаю, что у него повязка на рёбрах, там пара переломов, ещё что-то с левой ногой, потом у Сергея Ивановича спрошу. Подхожу ближе и сажусь рядом с ним на кровать. Так же, как и всегда. Я приходил, а он лежал с закрытыми глазами. Беру в руки его ладонь. Тёплая. Легонько её сжимаю, что бы попытаться услышать его пульс. Но мою ладонь сжимают в ответ и куда крепче. Поднимаю глаза на лицо парня. На его губах какая-то полуулыбка, полностью улыбаться не позволяет пластырь. Одного глаза не видно, а в другом блеск, и всё тот же цвет моря. - Привет, - шепчет мне в ответ и морщится от боли в рёбрах. - Молчи лучше, - улыбнулся я и другой рукой провёлся рукой по лицу синеволосого, убирая ту синею прядь волос. Я счастлив. Правда. Он жив, и теперь ему нечего не грозит. И у меня сейчас есть целый час, что бы насмотреться на моё синеволосое чудо, а только затем уйти, что бы завтра придти снова. Всё-таки я его люблю. И только эти глаза. И только его.