Тот, кто продолжит бороться

Баль обреченно поплелся в гостиную. Тедди и Георг разделили между собой диван и теперь, вооружившись ложками, наслаждались карамельным мороженым. Нап устроился в кресле. Завидев Баля, он тут же собрался. — Иди ко мне. Баль послушно выполнил его приказ, понимая, что эти трое из него душу выпьют, но добьются своего. — Располагайся удобнее, — с этими словами Нап усадил его на свои колени. — Ребят, я, конечно, взрослый человек, — поперхнулась Тео. — Но не до такой степени. — А ты не смотри на них, — посоветовал Георг. — Просто Нап иначе не может. Нап скривил рожу, но промолчал. — А теперь Баль просит его не перебивать, и тогда он расскажет нам, что же произошло с ним за этот гребанный год, — объявила Тео со счастливой улыбкой. — Прошу, Оноре де Бальзак, ваш выход. Оноре лишь кивнул. Ему было неудобно сидеть на коленях Напа, ощущать горячее дыхание за спиной и чувствовать пристальные взгляды поедателей мороженого. — Баль, не бойся, — шепнул сзади Наполеон. — Все будет хорошо. Поверь мне. И внезапно Баль осознал, что он верит. Верит этому солнцу, что сидело за его спиной. — Когда мы с тобой поссорились, — начал он ровным голосом. — То вначале я даже обрадовался. К тому же тогда я сблизился с одним человеком… Память послушно унесла его ровно на год назад. Он снова видел, как Горький поставил ему детский мат. — Макс, ведь просил же, — поморщился Баль. Он никогда не мог понять этой последовательности и впоследствии не мог ни предугадать ее, ни защититься. — Прости, — Макс улыбнулся. — Однако так у тебя больше шансов выучить его. Баль скептически хмыкнул, но промолчал. — Кстати, хотел тебя спросить, — нарушил тишину Макс. — Ты же хорошо знаешь историю? — Приемлемо, — кивнул Баль, пытаясь помешать Максу убить его королеву. — У меня приятель есть, ему срочно нужна помощь с предметом, — Макс отвернулся к окну. — Заплатит хорошо. — Не в плате дело, — отмахнулся Баль. — Послушай, — Макс улыбнулся, словно вспомнив что-то личное, — а если я попрошу тебя как единственного друга, способного мне здесь помочь? Баль замер. Никто к нему никогда так не обращался. Наверное, это и заставило его кивнуть. — Вот и замечательно, — Макс оценил сделанный Балем ход и сделал ответный. — Кстати, его зовут Гамлет. В тот вечер Баль проиграл все партии. А после последовали тошнотворные занятия с Гамлетом. И первая встреча с Жуком. Баль тут же ощутил, как сзади в него вцепился Наполеон. — Жук на самом деле не такой мрачный, каким кажется на первый взгляд, — продолжал Баль. — Однако дальше — хуже. Он оказался ревнивым, эгоистичным. Честно говоря, не понимаю, как мы пришли к этому. Я старался вести себя так, как он хотел, делал все… Тео открыла, было, рот, но тут же захлопнула. — В итоге, после он сказал, что ему надоела холодная кукла, и… — Баль мудро решил пропустить ту часть, что он помнил, — и я вырубился. Очнулся уже в больнице… — Можно я не буду комментировать это? — отозвалась Тео. — Баль, ты в курсе, что мы можем этого Жука засудить? — Как? Да и за что? — горько улыбнулся Баль. — Помнишь, мы поссорились, что я ныла из-за неразделенной любви к Максу Савскому? — Тео невольно покраснела. — Так я после с парнем одним столкнулась. Он… Милый. Адвокат он, короче. Да ты, может, и слышал про него, Джек Лондон? — Я слышал, — отреагировал на это имя Георг. — У меня девушка, Есения, про него рассказывала. Говорят, он вытащил из тюрьмы Донскую? — Донскую? — переспросил Нап. — Это та молодая девчушка, что убила олигарха Санова? — Да, там еще все доказательства указывали на нее, — кивнула Тео. — А Джек доказал, что на самом деле ее подставили. Так я могу попросить его… — А это вариант, — кивнул Георг. — Сами мы с Жуком не справимся точно. Баль отвернулся к окну. Хотел ли он отомстить Жуку? Что за чушь! — А еще… — загорелась было Тео, но ее перебил Баль. — Хватит. Давайте не сегодня? Тео и Георг кивнули. — Упс, только мы мороженое схомячили, — рассмеялась внезапно Тедди. — Я тебе завтра другое занесу. Специально возьму твое любимое, шоколадное. Баль только махнул рукой. Ему было все равно, единственное, что имело смысл, это поскорее спрятаться в темноту спальни. Наверное, поэтому он так обрадовался, когда Нап объявил, что сам проводит гостей. Оноре быстро разделся и нырнул под одеяло, опустившись в привычный мир холода, мрака и одиночества. Именно здесь он обычно залечивал свои раны, свернувшись в комок на ледяной кровати. Однако видимо, сегодня ему было не суждено это сделать. — Как ты можешь спать здесь? — спросил Нап, торопливо скидывая с себя свитер и ныряя к Балю под одеяло. — А я-то удивлялся, почему ты такой холодный. Еще бы, тут любой замерз бы в одиночку. Баль дернул плечом. — Я думал, ты ушел. — Куда? К Георгу? — ухмыльнулся Нап. — И оставить тебя одного, раздавленного воспоминаниями? Черта с два. Лучше иди ко мне, я тебя хоть немного погрею. — Я не… — Баль резко замолчал. — Оноре, — Наполеон прижался к брюнету всем своим горячим телом, — я — не Жуков. Пора бы уж запомнить. И я всего лишь хочу, чтобы тебе тоже было хорошо. Ну не кукла же ты в самом деле? — А как же Чак? — спросил невольно Бальзак. — Я его Вику с Робби сплавил, — Нап коротко хохотнул. — Робби как раз недавно призналась, что у нее аллергия на шерсть. — Жестоко, — пробормотал Бальзак, прижимаясь к груди Напа. — Зато справедливо, — заметил Наполеон, прижавшись губами к волосам Оноре. — Спи. Спи и ничего не бойся. Отныне твой сон буду охранять я. Ответа он так и не дождался. Разомлев в теплых и таких уверенных объятиях, он уснул под колыбельную сердца императора.