Глава 8
9 февраля 2016 г., 18:34
Барри не поддерживает меня. Он рад увидеть меня возле двери, рад знать, что я жду его, но он не хочет, чтобы я оставалась тут и дальше.
— Тебе что, действительно, по духу идея Маркуса застолбить душевую?
— Ага, — мычу я. — Почему, собственно, это волнует тебя?
Барри молчит, он сердит.
— Знаешь, твое дело, конечно, — говорит он. — Но мне казалось, что это не наши методы.
Я изгибаю бровь, потому что слышу сплошное лицемерие.
— А с каких пор эти методы не наши? С тех пор, как ты врезал парню просто за то, что он позарился на нашу комнату?
— Знаешь, — Барри смотрит на меня несколько секунд. — если ты с нами, то с нами, а если с ними — их комната напротив. И еще, — он подносит свое лицо близко к моему. — Мое предложение пожениться. Оно больше не в силе.
Он бросает меня, и я чувствую себя предателем.
— Милости прошу! — я делаю шутливый поклон ребятам из очереди и отхожу от двери. Мне плевать, что будет дальше, я просто хочу искупить свою вину. Я догоняю Барри возле нашей комнаты и хватаю его за руку.
— Постой.
Он оглядывается на меня.
— Что тебе нужно? — он не сердится, его голос, скорее, уставший.
— Прости, — говорю я. — Извини меня.
— Я подумаю над этим, — говорит он и заходит в комнату.
— Косички, — слышу я голос Маркуса у себя за спиной. Я киваю, не оборачиваясь, и вхожу вслед за Барри.
Когда я стала такой равнодушной? Когда у меня сменились понятия добра и зла? Как за шесть часов я превратилась в перевёрнутую версию себя? Да никак, я, видимо, всегда была такой, Левая с замашками Правой. Если это так, то я не должна потворствовать себе. Мне не нужно играть, нельзя побеждать. Иначе я стану одной из них. Той, кто считает остальных ничтожествами. Стану похожей на ту девушку возле пансиона. На того парня с ирокезом. Возможно, самым правильным для меня было бы уйти в изгнание. Это мой последний шанс остаться хорошим человеком.
— В душевой были призраки? — шутит Кит, глядя на мою заторможенность.
Он во многом прав.
— Они и сейчас со мной, — выдыхаю я, и ловлю на себе сочувствующий взгляд Дианы.
— Добро пожаловать в наш клуб, — отзывается Люк. — Ты ещё не раз почувствуешь себя паршиво.
Барри не рассказывает про инцидент возле душевой, но мне от этого не легче. Я, и правда, поступила плохо, даже если никто мне это не тычет в лицо.
Я сама знаю свою вину, и важно не то, что я скажу на это, а что я сделаю для того, чтобы это не повторилось.
— Рита не возвращалась? — спрашиваю я первое, что приходит мне в голову.
— У неё большая любовь и море секса где-то на территории, — говорит Кит небрежно, я краснею.
Физическая близость для меня что-то из области табу, никогда прежде я не разрешала себе даже думать об этом. Я знаю, конечно, что люди занимаются подобным, но не хочу это представлять. Мне кажется, что секс усложняет отношения, и надеюсь как можно дольше избегать этой стороны отношений. Но не все такие, как я. Не все настолько странные.
— Рыжая, ты что, покраснела? — замечает Кит, и я начинаю злиться на него. — Рыжая покраснела, смешно, — он пробует шутку на вкус.
— Ха-ха, — ворчу я, забиваясь под одеяло.
— Всем отвернуться, сейчас будет много голого Барри, — объявляет Барри, приготавливаясь переодеваться.
— Рыжая, не подсматривай за Барри, — говорит Кит и я хочу его ударить. Я отворачиваюсь лицом к стене и стараюсь не думать о том, что происходит у меня за спиной.
Голый парень, так близко ко мне. Парень, с которым я готова была принять душ. Теперь мне это больше не кажется хорошей идеей. Это и тогда было плохой идеей, так зачем же я согласилась? Чтобы позлить Кита? Ну, и какое мне до него дело?
— Можете смотреть, — разрешает Барри, я поворачиваюсь. На нём серые спортивные брюки, и сейчас он натягивает майку. У него равномерно тёмная кожа, видимо, он работает без рубашки. У меня кожа под майкой белая, как молоко. Хорошо, что мне не придётся демонстрировать это остальным. Или придётся? Как я, вообще, собираюсь одеваться?
— А если я попрошу отвернуться, вы это сделаете? — спрашиваю я. Люк и Барри одновременно кивают, а Кит растягивается на кровати, заводя руки за голову.
— Рискни, — говорит он, усмехаясь.
— О Боже, — стонет Диана, подходит ко мне и растягивает между мной и Китом одеяло. Теперь я закрыта от лишних взглядов.
— Спасибо, — благодарю я Диану и быстро надеваю бельё. Теперь, даже если кто-то что-то увидит, я не сгорю со стыда. Диана, однако, не торопится убирать одеяло и даёт мне время полностью одеться.
— Спасибо, Диана, — ещё раз благодарю её я, застегивая последние пуговицы на пижаме, она кивает и убирает одеяло, Кит разочарованно мычит. Проходя мимо него, Диана даёт ему подзатыльник и возвращается на свою кровать.
Теперь мне остаётся снять полотенце с головы, но я не могу это сделать при всех. Ладно, подожду пока все лягут спать, решаю я. Но я все ещё не понимаю, почему это так страшно — быть кудрявой.
— Диана, — спрашиваю я аккуратно. — А ты никогда не хотела сделать себе завивку?
Диана округляет глаза и смотрит на меня, как на идиотку. Впрочем, идиотка я и есть.
— Зачем это мне? — жёстко интересуется она.
— Мне кажется, тебе пошли бы кудри, — я закусываю губу.
— Тебе завивка идёт, — очень не вовремя говорит Барри. — А Диана с кудрями? Нет, не думаю.
Ладно, теперь они знают, так что нет смысла скрываться. Я снимаю полотенце с головы и пальцами расчесываю волосы.
Диана все это время подозрительно смотрит на меня.
— Это не завивка, — говорит она, наконец, и бледнеет.
— С ума сойти, — вырывается у Люка.
— Рыжая, ты сама хоть в курсе, что ты Правая? — спрашивает Кит.
